АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  НОВОСИБИРСКОЙ  ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-36333/2017

г. Новосибирск

03 декабря 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена 26 ноября 2018 года      

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Суворовой О.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ефремовой О.С., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "КОТЭС ИНЖИНИРИНГ" (ОГРН 1165476065480), г. Новосибирск

к закрытому акционерному обществу "Тэп-Холдинг" (ОГРН 

<

***>), г. Екатеринбург

третье лицо - закрытое акционерное общество «КОТЭС - Сибирь»,

о взыскании 2 918 240 рублей 70 копеек,

по встречному иску о взыскании пени в сумме 969 990 рублей,

при участии представителей: 

от истца: ФИО1 (паспорт, доверенность от 22.11.2017), ФИО2 (паспорт, доверенность от 22.11.2017); 

от ответчика: ФИО3 (паспорт, доверенность от 01.01.2018), ФИО4 (паспорт, доверенность от 24.09.2018);

от третьего лица: ФИО5 (паспорт, доверенность от 01.11.2018),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "КОТЭС ИНЖИНИРИНГ" (далее – истец, ООО «Котэс Инжиниринг») обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к закрытому акционерному обществу "Тэп-Холдинг" (далее – ответчик, ЗАО «Тэп-Холдинг») о взыскании суммы долга в размере  2 215 000 рублей, неустойки за период с 28.07.2015 по 22.11.2017 в размере 202 685 рублей 30 копеек, с последующим начислением на сумму долга до момента погашения задолженности, законные проценты по ст. 317.1 ГК РФ за период с 04.04.2017 по 22.11.2017 в сумме 126 892 рублей 20 копеек, с  последующим начислением на сумму долга до момента погашения задолженности.

Определением арбитражного суда от 09.01.2018 к производству принято встречное исковое заявление о взыскании пени в сумме 969 990 рублей.

В судебном заседании истец уточнил исковые требования  и просил взыскать с ответчика сумму долга в размере  2 215 000 рублей, неустойку за период с 28.07.2015 по 16.10.2018 в размере 277 899 рублей 70 копеек, с последующим начислением на сумму долга до момента погашения задолженности, законные проценты по ст. 317.1 ГК РФ за период с 01.08.2016 по 16.10.2018 в сумме 425 341 рублей, с  последующим начислением на сумму долга до момента погашения задолженности.

Суд принял к рассмотрению уточнённые исковые требования как не противоречащие ст. 49 АПК РФ.

Определением арбитражного  суда от 29.11.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено закрытое акционерное общество «КОТЭС - Сибирь» (далее – третье лицо, ЗАО «Котэс-Сибирь»).

Ответчик исковые требования не признал, указав, что работы выполнены истцом некачественно и не в полном объёме, о чем истцу неоднократно сообщалось путем направления электронных писем. Поскольку недостатки в работах устранены не были, письмом от 24.07.2017 ответчик отказался от исполнения договора на основании ст. 715 ГК РФ. 

Исковые требования мотивированы тем, что между истцом и ответчиком была заключен договор № 137-15кс/пир от 23 июля 2015 года, по условиям которого ЗАО «КОТЭС - Сибирь» приняло на себя обязательство по заданию ЗАО «ТЭП-Холдинг» разработать проектно-конструкторскую документацию, по объекту «Блочно-модульная котельная установка на базе парового котла ДЕ-25-3,9», а ЗАО «ТЭП- Холдинг» обязалось принять результат указанных работ и оплатить его. 

Объём, вид и содержание выполняемых ЗАО «КОТЭС - Сибирь» по Договору подряда работ, а также требования к результату работ стороны согласовали в Задании на проектирование (Приложение № 1 к Договору подряда).

Начало выполнения работ определено  - в течение 3 рабочих дней со дня заключения договора; окончание – в течение 90 ней со дня начала выполнения работ  (с учетом п. 2.3. договора).

В сроки выполнения работ не входит срок прохождения подрядчиком экспертизы промышленной безопасности, а также срок оказания услуг авторского надзора за практической реализацией документации при производстве строительно-монтажных работ на объекте (п. 2.1. договора). 

Цена  договора составляет 7 450 000 рублей (п. 4.1. договора).

Порядок платы (п. 4.2. договора):

 - 30 % от цены работ оплачивается заказчиком  в течение 3 дней с момента заключения договора;

- 60 % от цены работ оплачивается заказчиком в течение 5 дней с даты передачи подрядчиком заказчику разработанной документации и подписания акта выполненных работ;

- 10 % в течение 5 дней с даты подписания сторонами протокола об окончания авторского надзора и устранения замечаний.  

07.04.2016г. между ЗАО «ТЭП-Холдинг», ЗАО «Котэс - Сибирь» и ООО «Котэс Инжиниринг» заключен Договор перевода прав и обязанностей № 11 (далее по тексту именуется «Договор № 11»).

В соответствии с пунктами 1.1., 1.2., 1.3., 3.3 Договора № 11, с согласия ЗАО «ТЭП-Холдинг» осуществлена замена стороны - подрядчика в Договоре подряда, а именно место ЗАО «Котэс - Сибирь» в качестве подрядчика с момента заключения Договора № 11 заняло ООО «Котэс Инжиниринг».

В данном договоре стороны определили статус исполнения спорного обязательства.

Так, согласно п. 2.3.1. договора  №11, ЗАО «Котэс - Сибирь» выполнило и сдало, а ЗАО «ТЭП-Холдинг» принял работы на общую сумму 0 рублей.

Остаются подлежащими выполнению работы на общую сумму 7 450 000 рублей (п. 2.3.2 договора № 11).

По уступаемую договору ЗАО «ТЭП-Холдинг» уплатил ЗАО «Котэс - Сибирь» всего 2 235 000 рублей (п. 2.3.3 договора № 11).

В соответствии с п. 3.7.1. договора № 11 ЗАО «ТЭП-Холдинг» оплачивает  аванс в размере 70 % от невыплаченной цены уступаемого договора, что составляет 3 650 000 рублей в течение 5 дней с момента подписания договора. Оставшиеся 30 %, что составляет 1 564 500 рублей  ЗАО «ТЭП-Холдинг» оплачивает в течение 5 дней с момента подписания акта сдачи-приемки работ и протокола об окончании авторского надзора.

Пунктом 3.7.2. договора № 11 стороны определили, что срок окончания всего комплекса работ по договору до 30.06.2016.

Приложением № 1 к договору № 11 стороны подтвердили, что ЗАО «Котэс - Сибирь» выполнил и передал в электронном виде заказчику 14 разделов проектно-конструкторской документации. В свою очередь, ООО «Котэс Инжиниринг»  принял на себя обязательства по окончательному выполнению работ в рамках проектирования: Документация по газовоздушному тракту БМКУ; Документация по тепловому пункту для БМКУ; проведение независимой экспертизы Документации. 

Ответчик перечислил в рамках исполнения своих обязательств по договору № 137-15кс/пир от 23 июля 2015 года (с учетом заключения договора № 11 от 07.04.2016) 5 235 000 рублей.

Как утверждает истец, в адрес заказчика (ответчика) неоднократно направлялась документация, акты выполненных работ:

- сопроводительными письмами исх. № 353 от 11.11.2015, № 373/1 от 30.11.2015; накладной № б/н от 01.08.2016; актом сдачи-приемки услуг № OVB0217143 от 29.08.2016 и служебной запиской № 3 от 29.08.2016 (3 экземпляра проектной документации отправлены транспортной компанией АО «ДХЛ Интернешнл»), актом приема-передачи проектной документации от 01.02.2017; сопроводительными письмами № 11/02-17 от 03.02.2017, № 45/03-17 от 27.03.2017, № 44/03-17 от 29.03.2017, № 87/04-17 от 26.04.2017.

Истец неоднократно направлял ответчику для подписания акт оказанных услуг, что подтверждается сопроводительными письмами № 43/03-17 от 27.03.2017, № 93/04-17 от 27.04.2017, № 122/05-17 от 18.05.2017, № 123/05-17 от 19.05.2017, № 127/05-17 от 24.05.2017.

В связи с отказом ответчика от исполнения договора письмом от 24.07.2017, истец осуществление авторского надзора за строительством Объекта прекратил, в связи с чем направил ответчику для подписания Протокол об окончании авторского надзора, Акт № 1 сдачи-приемки выполненных работ по договору подряда, проектную документацию  в   электронном   формате   согласно   условиям   Договора   подряда   (накладная экспедиторская расписка) № 5400 130521 от 07.11.2017, опись вложения № 368/11-17 от 03.11.2017. Указанные документы получены ответчиком 09.11.2017. 

Письмом исх. № 379 от 14.11.2017 ответчик отказался от подписания данных документов в связи с расторжением договора. 

Отказ в оплате выполненных работ послужил поводом обращения истца с настоящим иском. 

По условиям статьи 758 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат.

В силу статьи 762 ГК РФ (абзац 2) по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ заказчик, в частности, обязан, если иное не предусмотрено договором, уплатить подрядчику установленную цену полностью после завершения всех работ или уплачивать ее частями после завершения отдельных этапов работ.

В подтверждении факт выполнения работ и передачи его результата заказчику (ответчику), истец представил суду акты выполненных работ, датированные различными датами, соответствующим датам их неоднократного направления заказчику. Также представлены накладные и сопроводительные письма о непосредственной передаче разработанной документации представителям заказчика:

Так, представлена накладная от 01.08.2016 о передаче документации (накладная о доставке от 29.08.2016).

Письмом ЗАО «Тэп-Холдинг» от 19.08.2016 заказчик просит направить документацию в электронном виде.

В дальнейшем, 01.02.2017 представителями сторон подписан акт приема-передачи разработанной документации.

В материалы дела представлено  письмо от 27.03.2017 о направлении электронной версии документации и заключение экспертизы промышленной безопасности. 

03.11.2017 в адрес заказчика направлен протокол авторского надзора.

В соответствии с пунктом 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной.

Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

По смыслу указанной нормы права, односторонний акт приемки выполненных работ является действительным при отсутствии доказательств обоснованности отказа заказчика от их приемки. Указанное положение Кодекса направлено на защиту прав подрядчика в случае необоснованного уклонения заказчика от приемки работ.

В соответствии с пунктом 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 года N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда" односторонний акт приемки результата работ является доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору, и при отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ.

Таким образом, отказываясь от подписания акта приемки выполненных работ, заказчик обязан указать и обосновать причины такого отказа, а суд при разрешении спора должен проверить их правомерность.

В материалы дела представлена переписка сторон о выявлении заказчиком замечаний в разработанной документации, их устранении подрядчиком, повторном направлении актов выполненных работ, направлении соответствующих разделов исправленной документации.

05.03.2018 в судебном заседании от истца и ответчика поступило ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Определением арбитражного суда от  23.04.2018 по делу была назначена судебная экспертиза. Перед экспертом поставлены следующие вопросы:

 1.Соответствует ли проектная документация, разработанная ООО «Котэс-Инжиниринг», по объему и содержанию условиям договора подряда № 137-15кс/пир от 23.07.2015, технического задания к нему, обязательным нормам и правилам, разработанным для данного вида документации.

2.Если нет, какие работы, порученные  ООО «Котэс-Инжиниринг», не выполнены либо не соответствуют условиям договора, техническому заданию к договору и нормативным требованиям?

3.Определить стоимость качественно выполненных работ.

4.Определить стоимость устранения недостатков.

5.Обладает ли качественно выполненная проектная документация потребительской ценностью для заказчика. Возможно ли ее использовать для целей, указанных в договоре  подряда № 137-15кс/пир от 23.07.2015. Обеспечивают ли технические решения, использованные  ООО «Котэс-Инжиниринг» при проектировании, возможность безопасной эксплуатации котельной с техническим параметрами, установленными в Техническом задании.

По результатам проведённого исследования эксперт пришел к выводам о том, что результат работ (проектная документация)  соответствует условиям договора подряда, обязательным нормам и правилам, предусмотренным для данных видов работ. Стоимость фактически выполненных работ соответствует цене договора - 7 450 000 рублей. Данная документация имеет потребительскую ценность для заказчика, технические решения обеспечивают возможность безопасной эксплуатации котельной.  

Ответчик с выводами эксперта не согласился по мотивам, изложенным в ходатайстве о назначении повторной экспертизы (л.д. 53- 57 т.7).

Оценив заключение эксперта,  суд приходит к выводу, что оснований не доверять выводам эксперта, обладающего специальными познаниями, давшего подписку об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не имеется. Доказательства недостоверности представленного экспертного заключения ответчиком не представлены.

Экспертное заключение соответствует положениям статей 64, 67, 68, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В ходе судебном заседании был  допрошен эксперт ФИО6, который ответил на вопросы суда и лиц, участвующих в деле, дал устные и письменные пояснения.    

Так, эксперт опроверг доводы ответчика, указав, что технические решения, приведенные в разделах документации, учитывают требования, обеспечивающие безопасность проектируемой котельной. В принципиальных решениях, влияющих на технические характеристики котельной,  указан верный расход топлива. На тепломеханической схеме приведены все необходимые параметры сред в различных точках, что позволяет говорить о выполнении данного раздела технического задания к договору. Технические решения, приведенные в разделах документации, устанавливают различные требования к уровню защиты. Для ответственного оборудования уровень защиты соответствует требованиям технического задания. В остальных случаях отсутствуют обязательные нормативно-технические требования для применения более высокого уровня защиты. Кроме того, вменение более высокого уровня защиты привело бы к необоснованному удорожанию «меняемого оборудования». Технические решения, приведенные в разделах документации, содержат все необходимые технические решения, которые обеспечивают беспрепятственный доступ к узлам оборудования. Все необходимые ремонты оборудования возможно осуществить непосредственно на месте их установки. Технические решения, приведенные в разделах документации, представляют собой руководство по монтажу котельной. Инструкция по эксплуатации БМКУ предоставлялась эксперту для исследования в материалах дела и содержит все необходимые указания по эксплуатации и предписывает действия в случае аварийной установки котельной. В документации содержатся данные по строповочным узлам. Номинальный расход +/-5% и диапазон регулирования нагрузки 30-100% - это разные параметры и сравнивать их некорректно. В указанных технических решениях применяются узлы и оборудование заводского исполнения. Гарантию на их работоспособность дает завод - изготовитель. Также эксперт указал, что  Свод  правил  СП  89.13330.2012   "Котельные  установки. Актуализированная редакция СНиП П-35-76"    не является обязательным для объектов данного типа, поэтому выполнять проверку на соответствие указанным нормам некорректно.

Кроме того, отвечая на вопросы ответчика в судебном заседании, эксперт указал, что ответчик, ссылалась на нормативно-правовые либо руководящие  документы, не приводит конкретных ссылок на пункты этих правил, которые по мнению ответчика, нарушил истец, что лишает обоснованности возражения ответчика.  Ссылка на нормативно-правовые акты, распространяющиеся на объекты капитального строительства, могут применяться в качестве рекомендаций, и не является обязательными для применения к спорной ситуации, поскольку БМКУ не является объектом капитального строительства. 

Возражения ответчика относительно заключения экспертизы суд расценивает как несогласие с позицией эксперта по существу и выводами эксперта. Вместе с тем, обстоятельства, на которые ссылается ответчик, не свидетельствуют о наличии противоречий в выводах эксперта и не влекут возникновения сомнений в обоснованности заключения.

Суд учитывает также, что доводы ответчика по существу сводятся к несогласию с выводами эксперта, что само по себе не может, является достаточным основанием как для признания заключения эксперта недопустимым доказательством по делу, так и для назначения повторной экспертизы в порядке статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд приходит к выводу, что проведенным судебным исследованием доказано качество и потребительская ценность разработанной истцом документации.

 Кроме того, факт наличия потребительской ценности разработанной документации и фактическое ее использование для производства работ подтверждается следующим.

В материалы дела представлен договор № 21/1-16КИ/СМР от 24.10.2016, по условиям которого ООО «Котэс Инжиниринг» (подрядчик) обязуется по заданию ООО «Тэп-Холдинг» (заказчик) выполнить работы  по монтажу электротехнического оборудования и произвести пусконаладочные работы на десяти БМКУ на базе парового котла.

Результатом монтажных работ является: установленное и смонтированное оборудование на объектах в соответствии с рабочей документацией,  сметой.

Факт выполнения  ООО «Котэс Инжиниринг» части вышеуказанных  работы  (установку и монтаж) ответчик не оспаривал, однако указывал на отсутствие пусконаладочных работ.

Таким образом, суд полагает, что выполнение  ООО «Котэс Инжиниринг» работ по монтажу электротехнического оборудования и производство пусконаладочных работ БМКУ без наличия разработанной рабочей документации было бы невозможно. 

При этом, доказательств передачи заказчиком (ООО «Тэп-Холдинг») подрядчику (ООО «Котэс Инжиниринг») какой-либо иной документации для производства работ не представлено.

Вышеуказанное обстоятельство  позволяет признать несостоятельным довод ответчика в части выполнении спорных работ по разработке документации иным подрядчиком (ООО «Промтеплоинжиниринг»), договор с которым представлен ответчиком (договор № ПТИ-86-П от 11.03.2016) .

Кроме того, обращает на себя внимание тот факт, что договор с ООО «Промтеплоинжиниринг» заключен 11.03.2016, до заключения истцом и ответчиком 07.04.2016 договора перевода прав и обязанностей № 11, в котором стороны подтвердили факт выполнения ООО «Котэс Сибирь» части работ по разработке документации и необходимости разработке дополнительных разделов документации.  

Факт выполнения работ по монтажу электротехнического оборудования и производству пусконаладочных работ на десяти БМКУ на базе парового котла и сдачи их ответчиком конечному заказчику подтверждается также следующими документами.  

Так, в материалы дела представлены акты проверки наличия и исправности оборудования, проведения пусконаладочных работ, оборудования, подписанные представителями истца и ответчика (л.д. 120-149 т. 4).

При этом, 15.02.2017, 28.02.2017 ответчик (подрядчик) заключил договоры с ПАО «Татнефть» (заказчик) на проведение пусконаладочных работ БМКУ. Ранее между теми же сторонами заключены договоры на монтажные работы по установке БМКУ от 01.08.2016, 01.11.2016.

В материалы дела представлены акты выполненных работ, подписанные между ПАО «Татнефть» и ЗАО «Тэп-Холдинг», подтверждающих  факт установки и монтажа  БМКУ (т.2, т.3).

Кроме того, в материалы дела представлен протокол, подписанный генеральным директором ЗАО «ТэпХолдинг», направленный в адрес истца по электронной почте 06.06.2017, где в рамках определения взаимодействия между сторонами, генеральный директор принимает, в том числе,  следующие решения:

- с целью осуществления авторского надзора и подготовки актов передачи объектов «Михайловское», «Полянское», «Мельничная» пуско-наладочным организациям, ООО «КОТЭС Инжиниринг» направляет специалиста на объект;

- ЗАО «ТЭП-Холдинг» подписывает акт выполненных работ по договору на проектные работы. ЗАО «ТЭП-Холдинг» направит ООО «КОТЭС Инжиниринг» перечень замечаний и дополнительных работ, связанных с изменениями в проекте для дальнейшего обсуждения сторонами;

 - ООО «КОТЭС Инжиниринг» согласовать представленную ЗАО «ТЭП-Холдинг» форму актов передачи объектов «Михайловское», «Полянское», «Мельничная» и направить их ЗАО «ТЭП-Холдинг» для организации совместного подписания с участием представителей ПАО «Татнефть», эксплуатационной службы, пуско-наладочной организации.

В судебном заседании ответчик пояснил, что часть всех работ по объекту сдана конечному заказчику 24.05.2018, часть – июль 2018 года.

Таким образом, совокупность вышеуказанных обстоятельств, представленных документов, результатов судебной экспертизы, позволят суду прийти к выводу, что разработанная истцом документация представляет потребительскую ценность для заказчика и использовалась для установки, монтажа и пусконаладочных работ БМКУ. Наличие существенных недостатков, исключающих возможность использования  результата работ по прямому назначению, ответчиком не доказано. 

Направление ответчиком письма об отказе от исполнения договора по ст. 715 ГК РФ, не исключает обязанность заказчика оплатить качественно выполненные и переданные заказчику до направления уведомления об отказе от исполнения договора работы.

Факт передачи результата работ до 24.07.2017 подтверждается представленными накладными, сопроводительными письмами, и не опровергнуто ответчиком.    

Таким образом, у ответчика возникла обязанность по оплате работ в порядке ст. 711 ГК РФ.

На момент рассмотрения спора сумма долга составила   2 215 000 рублей.

При этом, ответчик заявил о не наступлении срока для оплаты последнего платежа по п.3.7.1. договора № 11, согласно которому  1 564 500 рублей  ЗАО «ТЭП-Холдинг» оплачивает в течение 5 дней с момента подписания акта сдачи-приемки работ и протокола об окончании авторского надзора, Поскольку доказательств выполнения услуг по авторскому надзору, по мнению ответчика, не представлено, в частности, не передан журнал авторского надзора, оснований для оплаты 1 564 500 рублей   не имеется. 

Истец возражал против доводов ответчика, указывая, что в предмет договора не входят услуги по авторскому надзору.

В силу статьи 431 Гражданского кодекса РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Исходя из буквального содержания п. 1.1.1., п. 1.2., 3.2.5. договора  № 137-15кс/пир от 23 июля 2015 года, руководствуясь положениями статьи 431 Гражданского кодекса РФ, суд полагает, предметом спорного договора является разработка проектно-конструкторскую документацию, по объекту «Блочно-модульная котельная установка на базе парового котла ДЕ-25-3,9».

При этом, условиям договора предусмотрена обязанность истца вести авторский надзор за практической реализацией разработанной документации при производстве строительно-монтажных работ.  

Однако, условия как договора № 137-15кс/пир от 23 июля 2015 года, так и договора № 11 от 07.04.2016 в части предмета, сроков выполнения работ, порядка оплаты не связывают обязанность заказчика по оплате выполненных работ по разработке документации с моментом выполнения услуг по авторскому надзору, либо передаче журнала ведения авторского надзора.   

При этом, согласно п. 2.1. договора № 137-15кс/пир от 23 июля 2015 года, начало авторского надзора определено 5 днями со дня начала строительно-монтажных работ и соответственно начала авторского надзора, а окончание авторского надзора определено сроком в 2 месяца со дня начала оказания услуг по ведению авторского надзора. Как определили стороны в договоре  № 11 от 07.04.2016 авторский надзор ЗАО «Котэс-Сибирь» ведется с 01.12.2015 года, строительно-монтажные работы начаты в 2016 - 2017 годах.

Таким образом, исходя из буквального содержания условий договоров, авторский надзор проектной организации должен был завершить еще в 2016 году.

Ссылка ответчика на нарушение истцом СП 11-110-99 «Свода правил по проектированию и строительству. Авторский надзор за строительством зданий и сооружений» (далее - СП 11-110-99) несостоятельна.

Согласно введению СП 11-110-99, данный свод правил содержит рекомендации по порядку организации и ведения авторского надзора.

Вместе с тем, пунктом 1.3. СП 11-110-99 установлены случаи, когда указанный документ является обязательным, а именно: в случае если необходимость осуществления авторского надзора установлена законодательством или выполнение авторского надзора в соответствии с настоящим СП предусмотрено договором между заказчиком и проектировщиком или распорядительным документом (приказом) организации, ведущей проектирование, инвестирование и строительство объекта.

При этом доказательств наличия в рассматриваемом случае перечисленных в пункте 1.3. СП 11-110-99 обстоятельств материалы дела не содержат.

Вместе с тем, истец в качестве доказательств осуществления авторского надзора представил журнал авторского надзора, задания, приказы для направления в командировку работников ООО «Котэс-Инжиниринг» для осуществления авторского надзора. Ответчик факт нахождения представителей  ООО «Котэс-Инжиниринг»  на объекте в целях осуществления авторского надзора не опроверг.  

03.11.2017 истец направил в адрес ответчика протокол об окончании авторского надзора, однако ответчик отказался подписывать данный документ ввиду расторжения договора. Иных мотивов, таких как отсутствие журнала авторского надзора, фактического оказания услуг, ответчик не предъявлял. 

Пункт п.3.7.1. договора № 11 определяет начало возникновения обязанности заказчика по оплате  1 564 500 рублей  с моментом передачи акты выполненных работ и протокола окончания авторского надзора. 

Факт передачи заказчику актов выполненных работ, результата работ, а также протокола окончания авторского надзора подтверждается представленными в материалы дела документами.  

С учетом изложенного, суд полагает, что у ответчика возникла обязанность по оплате выполненных ответчиком работ в сумме 2 215 000 рублей.

Заложенность в сумме 2 215 000 рублей подлежит взысканию с ответчика  пользу истца на основании ст. 711 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренным законом или договором.

На основании пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии с п. 7.3. договора в случае просрочки оплат (п. 4.2. договора) подрядчик вправе требовать от заказчика уплаты неустойки в размере 0,02% от суммы задолженности за каждый день просрочки по день фактического исполнения обязательства заказчика по оплате. 

Истец произвел расчет неустойки (согласно уточненному исковому заявлению – л.д. 91-97 т.7) за период с 28.07.2015 по 16.10.2018 в сумме 277 899,70 рублей, с учетом нарушения ответчиком сроков оплаты денежных средств, установленных п. 4.2. договора   № 137-15кс/пир от 23.07.2015, п. 3.7.1. договора № 11 от 07.04.2016.

Проверив расчет неустойки, суд находит его арифметически верным и соответствующим условиям договора. 

Ответчик контррасчет не представил, ходатайств о применении ст. 333 ГК РФ не заявил. 

Неустойки в сумме 277 899 рублей 70 копеек подлежит взысканию с ответчика на основании ст. 330 ГК РФ.

Истцом также заявлены требования о взыскании неустойки, начисленной с 17.10.2018 до момента фактического исполнения ООО "Тэп-Холдинг" своих обязательств.

Согласно пункту 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

С учетом данных разъяснений, требование истца о взыскании с ответчика неустойки до момента фактического исполнения ответчиком своих обязательств по оплате долга является правомерным.

Истцом заявлены требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами по ст. 317.1 ГК РФ за период с 01.08.2016 по 16.10.2018 в сумме 425 341,84 рублей, с последующим начисление по день фактической оплаты ответчиком долга.  

Суд не находит оснований  для удовлетворения исковых требований в этой части.

Статья 317.1 ГК РФ введена в часть первую ГК РФ Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации», вступившим в силу с 01.06.2015 (пункт 1 статьи 2 данного Федерального закона).

В силу пункта 2 статьи 4 ГК РФ по отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие.

При этом по смыслу пункта 2 статьи 4 ГК РФ, абзаца 2 пункта 4 статьи 421 ГК РФ и пункта 2 статьи 422 ГК РФ положения Гражданского кодекса РФ в измененной Законом № 42-ФЗ редакции, не применяются к правам и обязанностям, возникшим из договоров, заключенных до дня вступления его в силу (до 01.06.2015). При рассмотрении споров из названных договоров следует руководствоваться ранее действовавшей редакцией ГК РФ с учетом сложившейся практики ее применения.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 83 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», положения статьи 317.1 Гражданского кодекса РФ подлежат применению к правам и обязанностям, возникшим после дня вступления в силу Федерального закон от 08.03.2015 № 42, то есть после 01.06.2015.

Таким образом, учитывая, что настоящий спор возник из договора, заключенного 23.07.2016, то есть, после вступления в силу Федерального закона от 08.03.2015 № 42-ФЗ, суд приходит к выводу, что к правоотношениям сторон положения статьи 317.1 ГК РФ применимы в редакции, действующей на дату заключения договора. 

Согласно пункту 1 статьи 317.1 ГК РФ (в редакции, действующей до 01.08.2016), если иное не предусмотрено законом или договором, кредитор по денежному обязательству, сторонами которого являются коммерческие организации, имеет право на получение с должника процентов на сумму долга за период пользования денежными средствами.

При отсутствии в договоре условия о размере процентов их размер определяется ставкой рефинансирования Банка России, действовавшей в соответствующие периоды (законные проценты).

Вместе с тем, истец просит взыскать законные проценты за период с 01.08.2016.

С 01.08.2016 Федеральным законом от 03.07.2016 № 315-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» введена в действие новая редакция пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ, согласно которой в случаях, когда законом или договором предусмотрено, что на сумму денежного обязательства за период пользования денежными средствами подлежат начислению проценты, размер процентов определяется действовавшей в соответствующие периоды ключевой ставкой Банка России (законные проценты), если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Таким образом, с 01.08.2016 необходимым условием для начисления процентов на сумму денежного обязательства за период пользования денежными средствами является наличие соответствующего положения в законе или заключенном между сторонами договоре.

Из материалов дела усматривается, что как в договоре № 137-15кс/пир от 23.07.2015, так договоре № 11 от 07.04.2016, условие о взыскании процентов по денежному обязательству стороны не предусмотрели. Действующим законодательством взыскание процентов в данном случае также не предусмотрено.

Согласно статье 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент ею заключения. Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу. Таким образом, закон прямо устанавливает, что проценты могут начисляться, если данное условие было изначально включено в условия договора.

Поскольку заключенный сторонами договор не содержит и никогда не содержал условия о взыскании процентов по статье 317.1 ГК РФ, при том, что для начисления процентов на основании названной нормы до вступления в силу новой редакции пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ не требовалось указания в договоре на возможность начисления процентов на сумму долга за период пользования денежными средствами, и это право возникало из закона (стороны могли лишь ограничить указанное право условиями договора), суд приходит к выводу об отсутствии оснований для начисления и взыскания с ответчика процентов по ст. 317.1 ГК РФ за период с 01.08.2016 по 16.10.2018.

Ссылка на тот факт, что договор № 137-15кс/пир от 23.07.2015 заключен после 1 июня 2015 года, соответственно имеется право у истца на начисление процентов на основании статьи 317.1 ГК РФ, несостоятельна.

Учитывая, что до 01.08.2016 право начисления процентов в соответствии со статьей 317.1 ГК РФ возникало у истца в силу закона, а не из условий договора, данное право было им утрачено с даты введения в действие новой редакции данной статьи (определение ВС РФ от 22.08.2017 № 306-ЭС17-11128).

Рассмотрев встречные исковые требования, суд приходит к следующим выводам. 

Так, истец по встречному иску (ЗАО «Тэп-Холдинг») обосновывает свои требования тем, что п. 2.1. договора № 137-15кс/пир от 23.07.2015 стороны определили сроки начала и окончания выполнения работ.

По расчёту  ЗАО «Тэп-Холдинг», начало выполнения работ  - в течение 3 рабочих дней со дня заключения договора (23.07.2015 +3рд= 27.07.2015), то есть с 27.07.2015. Окончание работ – 90 дней со дня начала выполнения работ, с учетом договорного условия о продлении срока выполнения работ на срок задержки внесения предварительной оплаты (п. 2.1. договора).

Поскольку предоплата по договору в сумме 2 235 000 рублей была внесена 30.07.2015, срок окончания работ приходится на 28.10.2015.

В указанный срок и до момента расторжения договора (10.08.2017), по утверждению ЗАО «Тэп-Холдинг», работы в полном объёме не выполнены и не сданы заказчику.    

В соответствии с п. 7.1. договора № 137-15кс/пир от 23.07.2015 за нарушение сроков выполнения работ, указанных в п. 2.1. договора, заказчик вправе требовать от подрядчика уплаты неустойки в размере 0,02 % от цены невыполненных в установленный срок работ за каждый день просрочки.

Ответчик по встречному иску (ООО «Котэс-Инжиниринг») с исковыми требованиями не согласился, указав в отзыве, что работы были сданы 01.08.2016, договором  перевода прав и обязанностей № 11  стороны изменили сроки выполнения работ, обязав нового подрядчика выполнить работы в срок до 30.06.2016,  а передать результат работ до 15.07.2016. Кроме того, п. 2.3. договора  № 137-15кс/пир от 23.07.2015 предусмотрено, что сроки начал и окончания выполнения работ переносятся подрядчиком в одностороннем порядке на период просрочки в случае несоблюдения заказчиком, в том числе, срока перечисления оплат в соответствии с п.п. 4.2.1., 4.2.2., п. 4.2. договора. Истцом по встречному иску были допущены просрочки оплаты, вплоть до расторжения договора, что освобождает ответчика по встречному иску от ответственности за нарушение сроков выполнения работ.  

Оценив доводы сторон, условия договоров № 137-15кс/пир от 23.07.2015, № 11 от 07.04.2016, суд приходит к выводу об обоснованности требований ЗАО «Тэп-Холдинг» в части неустойки за период с  30.10.2015 по 06.04.2016 в сумме 238 400 рублей.

Судом установлено, что  п. 2.1. договора стороны договорились о сроке выполнения работ в количестве 90 дней с момента начала работ, с учетом п. 2.3. договора.

Согласно п. 2.3. договора   сроки начала и окончания выполнения Работ по настоящему Договору переносятся, а начатые работы приостанавливаются Подрядчиком в одностороннем порядке на период просрочки в случае несоблюдения Заказчиком:

а)срока предоставления Подрядчику исходных данных, дополнительных исходных данных, необходимых для выполнения Работ по настоящему Договору, в соответствии с п. 3.1.1. настоящего договора;

б)срока перечисления оплат Заказчиком в соответствии с п.п. 4.2.1., 4.2.2. п. 4.2. настоящего договора;

в)срока  согласования  разработанных  Подрядчиком  и  переданных  Заказчику  графика производства работ по настоящему Договору, принципиальных технологических схем и спецификации основного оборудования в соответствии с п. 3.1.4. настоящего Договора, а также срока согласования разработанной Подрядчиком и переданной Заказчику Документации, в соответствии с п. 3.1.5. настоящего Договора.

г)задержки исполнения иных принятых Заказчиком обязательств по настоящему Договору перед подрядчиком, возникших по вине Заказчика, и препятствующих возможности Подрядчика выполнить обязательства в сроки, предусмотренные настоящим Договором. 

В соответствии с п. 4.2.1. договора 30 % от цены работ (2 235 000 рублей) оплачивается заказчиком  в течение 3 дней с момента заключения договора (то есть до 26.07.2015 включительно).

Поскольку последний день исполнения обязательства заказчика по оплате аванса приходится на выходной день (воскресенье), с учетом правил ст. 193 ГК РФ, срок окончания исполнения обязательства переносится на первый рабочий день, то есть 27.07.2015. 

Указанная сумма аванса была оплачена заказчиком 30.07.2015, с просрочкой в три дня.

Таким образом, срок окончания выполнения подрядчиком работ будет приходится на 29.10.2015 (23.07.2015 + 3 раб.дня (начало работ) + 90 дней (срок работ) = 25.10.2015 (выходной день)→ 26.10.2015 + 3 дня просрочки оплаты = 29.10.2015).

Доказательств выполнения и сдачи работ заказчику в срок до 29.10.2015 суду не представлено. 

Довод ответчика по встречному иску (ООО «Котэс-Инжиниринг») о том, что договором перевода прав и обязанностей № 11 от 07.04.2016 стороны изменили сроки выполнения работ, обязав нового подрядчика выполнить работы в срок до 30.06.2016,  а передать результат работ до 15.07.2016, суд находит несостоятельным. 

В случае одновременной передачи стороной всех прав и обязанностей по договору другому лицу (передача договора) к сделке по передаче соответственно применяются правила об уступке требования и о переводе долга (статья 392.3 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу названной нормы при заключении трехстороннего соглашения между кредитором, а также новым и прежним должниками согласие кредитора на переход долга к новому должнику считается полученным.

В отношении объема прав и обязанностей кредитора и должника при перемене лиц в обязательстве применяются пункт 1 статьи 384, пункт 1 статьи 392.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, из которых следует равенство прав не только прежнего и нового кредиторов, но и равенство обязанностей прежнего и нового должников.

Замена стороны в обязательстве является сингулярным правопреемством, в результате которого все права и обязанности, вытекающие из такого обязательства, переходят от выбывающего из обязательства правопредшественника к его правопреемнику. При этом правопреемник принимает на себя как позитивные, так и негативные последствия такой замены стороны.

Для контрагента замена стороны в обязательстве не может влиять на объем потенциально реализуемых им прав; само обязательство остается неизменным.

Из смысла статьи 391 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что долг переходит к новому должнику в полном объеме, включая обеспечивающую его исполнение неустойку (пункт 21 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, если в соглашении о замене должника в обязательстве прямо не указано на освобождение нового должника от исполнения обязанностей, срок исполнения которых наступил к моменту замены, а, значит, и от ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, то правопреемник отвечает за просрочку правопредшественника в исполнении обязательства в полном объеме.

По трехстороннему договору № 11 от 07.04.2016 с момента его заключения к ООО «Котэс-Инжиниринг» перешли все права и обязанности подрядчика, вытекающие из договора № 137-15кс/пир от 23.07.2015.

На момент заключения договора № 11 от 07.04.2016 доказательств выполнения работ по договору № 137-15кс/пир от 23.07.2015  и передачи их заказчику не представлено.

Не следует это обстоятельство, вопреки утверждению ООО «Котэс-Инжиниринг»,  и из Приложения № 1 к   договору № 11 от 07.04.2016, где стороны указали перечень разделов, преданных заказчику на момент заключения договора.

Согласно п. 2.3.1. договора, первоначальная сторона (ЗАО «Котэс Сибирь») выполнила и сдала, а заказчик (ЗАО «Тэп-Холдинг») принял работы на общую сумму 0 рублей.

Остаются подлежащими выполнения работы на общую сумму 7 450 000 рублей (п. 2.3.2. договора № 11 от 07.04.2016)

Так, исходя из буквального толкования условий договора, правил ст. 421 ГК РФ,  суд приходит к выводу, что стороны в договоре   № 11 от 07.04.2016 подтвердили факт невыполнения в полном объёме работ по № 137-15кс/пир от 23.07.2015. Иного не доказано. 

С учетом изложенного, просрочка исполнения обязательств по договору № 137-15кс/пир от 23.07.2015 на момент заключения договора № 11 от 07.04.2016  составила 160 дней (с 30.20.2015 по 06.04.2016).

Пунктом 3.7.2. договора перевода прав и обязанностей №11 от 07.04.2016 стороны согласовали, что срок окончания всего комплекса работ по договору № 137-15кс/пир от 23.07.2015  - 30.06.2016.

 Таким образом, с момента заключения договора перевода прав и обязанностей  №11 от 07.04.2016 стороны согласовали новый срок исполнения обязательств - до 30.06.2016.

Как утверждает ответчик по встречному иску, результат работ был передан заказчику 01.08.2016.

На вопрос суда, каким документом подтверждается факт передачи заказчику таких разделов документации как Документация по газовоздушному тракту БМКУ; Документация по тепловому пункту для БМКУ, ЗАО «Котэс-Инжиниринг» пояснил, что окончательно все разделы были переданы 19.05.2017. 

Кроме того, факт сдачи всего комплекса работ 01.08.2016 опровергается и тем, что заключение экспертизы промышленной безопасности было передано заказчику только 27.03.2017.

Поскольку в ходе судебного разбирательства, по результатам проведенной судебной экспертизы было установлен факт качества и соответствия всей документации условиям договора, в отсутствии надлежащих доказательств, опровергающих доводы ЗАО «Котэс-Инжиниринг» о передаче всего комплекта документации с качеством, соответствующим условиям договора и обязательным нормам и правилам -  19.05.2017, суд  признает в качестве даты окончания выполнения работ и передачи их заказчику – 19.05.2017. 

С учётом изложенного, просрочка исполнения ЗАО «Котэс-Инжиниринг» обязательств по договору № 11 от 07.04.2016 составила за период с 01.07.2016 по 19.05.2017 в количестве 323 дней.

ЗАО «Котэс-Инжиниринг» заявлено об отсутствии оснований для привлечения его  к ответственности ввиду наличия вины заказчика в просрочке исполнения обязательства. 

Так, стороны в п. 2.3. договора определили обстоятельства, позволяющие подрядчику в одностороннем порядке переносить сроки начала и окончания работ ввиду несоблюдения заказчиком, в том числе, сроков перечисления оплаты, установленных п.п. 4.2.1, 4.2.2., 4.2. договора.

Пунктом  3.1.1. договора № 11 от 07.04.2016  стороны определили, что первоначальная сторона передает, а новая сторона принимает  все права первоначальной стороны, вытекающие из уступаемого договора (№ 137-15кс/пир от 23.07.2015), либо принадлежащие первоначальной стороне в силу закона, включая, но не ограничиваясь: право требования оплаты права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, все иные права (требования) к заказчику по уступаемому договору в объёме и на условиях, существующих на дату заключения договора.

Таким образом, поскольку ООО «Котэс-Инжиниринг» заменило ЗАО «Котэс Сибирь»  в договоре № 137-15кс/пир от 23.07.2015, оно вправе ссылаться на условия п. 2.3. договора № 137-15кс/пир от 23.07.2015  с учетом установленных для заказчика новых сроков оплаты работ по договору № 11 от 07.04.2016   .    

Так, согласно п. 3.7.1. договора № 11 от 07.04.2016   ЗАО «ТЭП-Холдинг» оплачивает  аванс в размере 70 % от невыплаченной цены уступаемого договора, что составляет 3 650 000 рублей в течение 5 дней с момента подписания договора. Оставшиеся 30 %, что составляет 1 564 500 рублей  ЗАО «ТЭП-Холдинг» оплачивает в течение 5 дней с момента подписания акта сдачи-приемки работ и протокола об окончании авторского надзора.

Материалами дела подтверждается, что ЗАО «ТЭП-Холдинг» оплатил 11.07.2016  - 3 000 000 рублей. Оставшаяся часть аванса в сумме 650 000 рублей, а также 1 564 000 рублей на момент рассмотрения спора так и не была оплачена  ЗАО «ТЭП-Холдинг».

В силу статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В силу пункта 4 статьи 421, пункта 1 статьи 422 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент заключения.

С учётом указанным норм закона, суд приходит к выводу, что стороны договора № 137-15кс/пир от 23.07.2015 (ЗАО «Тэп-Холдинг» и ООО «Котэс-Сибирь»), а в дальнейшем заменивший подрядчика  - ООО «Котэс-Инжиниринг», в императивной форме согласовали условия, при наступлении которых переносятся сроки начала и окончания выполнения работ.

При этом, ссылки ЗАО «Тэп-Холдинг» об обязанности ООО «Котэс-Инжиниринг» сообщить заказчику о наличии обстоятельств, препятствующих исполнению обязательств в установленный договором срок, об отсутствии со стороны подрядчика уведомлений о приостановлении работ, суд находит необоснованными. 

Из материалов дела не следует, что подрядчик имел намерение приостановить работы либо отказаться от исполнения договора.

Из буквального содержания условий п. 2.3. договора  № 137-15кс/пир от 23.07.2015 не следует обязанность подрядчика сообщать заказчику об обстоятельствах, указанных в п. 2.3. договора. В пункте 2.3. договора указано на односторонний характер действий подрядчика, которые он вправе произвести при наступлении обстоятельств, свидетельствующих о нарушениях со стороны заказчика. 

Дополнительно стороны в п. 2.4. договора также указали, что подрядчик несет ответственность за нарушение конечного срока выполнения работ с учетом п. 2.3. договора.

  Заказчик на стадии подписания договора не заявил каких-либо возражений по поводу условия о  переносе сроков выполнения подрядчиком работ при невыполнении заказчиком условий об оплате. Действуя своей волей и в своем интересе, ООО «Тэп-Холдниг» заключила сделку на таких условиях.

Данные условия основаны на принципе свободы договора (пункт 1 статьи 1, статья 421 Гражданского кодекса), который направлен на развитие предпринимательской деятельности, осуществляемой ее субъектами самостоятельно. Эти условия не являлись явно обременительными и не влекли за собой нарушение баланса интересов сторон.

Согласно статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Согласно части 1 статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Сдвиг сроков выполнения работ по договору произошел не по вине подрядчика.

Соответственно, согласно части 2 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

В связи с нарушением ЗАО «Тэп-Холдинг» встречных обязательств по договору № 11 от 07.04.2016, срок окончания работ ООО «Котэс-Инжиниринг» подлежит переносу на время просрочки Истца по встречному иску, из чего по результатам анализа материалов дела следует отсутствие просрочки по исполнению обязательств со стороны Ответчика по встречному иску с 07.04.2016 по 10.08.2017.

В части требований ЗАО «Тэп-Холдинг»  о взыскании с ООО «Котэс-Инжиниринг» неустойки за период с 07.04.2016 по 10.08.2017  в сумме 731 590 рублей суд отказывает в их удовлетворении. 

В порядке части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине, оплате услуг эксперта суд относит на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Суд полагает возможным применить общее правило распределение расходов – пропорционально от суммы заявленных требований по  первоначальному и встречному искам, поскольку исходя из предмета первоначального и встречного иска, а также фактических обстоятельств спора, сложность первоначального и встречного иска соответствуют друг другу, практически все совершенные процессуальные действия (пояснения, отзывы) имели существенное практически равнозначное значение как для первоначального, так и для встречного иска.

По первоначальному иску истцом заявлено ко взысканию 2 918 240 рублей 70 копеек, при этом иск удовлетворен частично, на сумму 2 492 899 рублей 70 копеек.

По встречному иску заявлено ко взысканию 969 990 рублей, при этом встречный иск удовлетворен частично на сумму 238 400 рублей.

Пропорция требований, удовлетворенных в пользу истца, составит 3 888 230 рублей 70 копеек (всего по первоначальному и встречному искам) * 100% / 3 224 489 рублей 70 копеек (удовлетворено по встречному иску с учетом полного удовлетворения первоначального иска) = 82,93%. 

С учетом предъявленных сумм расходов, подлежащих возмещению и признанных судом обоснованных, государственная пошлина, подлежащая взысканию с ответчика по первоначальному иску  в доход федерального бюджета, составит 31 963 рублей, с истца по первоначальному иску - 5 479 рублей.

Судебные расходы, понесенные истцом по встречному иску, связанные с оплатой государственной пошлины, составят 5 505 рублей, судебные расходы по оплате экспертизы в сумме 23 898 рублей.

Руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

По первоначальному иску:

Взыскать с закрытого акционерного общества "Тэп-Холдинг" (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "КОТЭС ИНЖИНИРИНГ" (ОГРН 

<

***>) задолженность в размере 2 215 000 рублей, неустойку за период с 28.07.2015 по 16.10.2018 в сумме 277 899 рулей 70 копеек, неустойку с 17.10.2018 по день фактической оплаты задолженности  в размере 0,02 % от неуплаченной суммы в день.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

По встречному иску:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "КОТЭС ИНЖИНИРИНГ" (ОГРН 

<

***>) в пользу закрытого акционерного общества "Тэп-Холдинг" (ОГРН 

<

***>) неустойку за период с 30.10.2015 по 06.04.2016 в сумме 238 400 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 505 рублей, судебные расходы по оплате экспертизы в сумме 23 898 рублей, всего 267 803 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать. 

Взыскать с закрытого акционерного общества "Тэп-Холдинг" (ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в  размере  31 963 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "КОТЭС ИНЖИНИРИНГ" (ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в  размере  5 479 рублей.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью "КОТЭС ИНЖИНИРИНГ" (ОГРН 

<

***>)  с депозитного счета арбитражного суда Новосибирской области  денежные средства в сумме 20 000 рублей, перечисленных платёжным поручением  №312 от 02.03.2018.

Возвратить закрытому акционерному обществу "Тэп-Холдинг" (ОГРН 

<

***>) с депозитного счета арбитражного суда Новосибирской области  денежные средства в сумме 10 000 рублей, перечисленных платёжным поручением  № 660  от 05.04.2018.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал  в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья

О.В. Суворова