/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                   Дело № А45-27068/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 октября 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 октября 2018 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                    Забоева К.И.,

судей                                                                   Мальцева С.Д.,

                                                                    Туленковой Л.В.,

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел кассационные жалобы акционерного общества «Новосибирский завод «Экран», акционерного общества «Региональные электрические сети», акционерного общества «Новосибирскэнергосбыт» на решение от 06.05.2016 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Зюзин С.Г.) и постановление от 14.06.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Терехина И.И., Кудряшева Е.В., Захарчук Е.И.) по делу № А45-27068/2015 по иску акционерного общества «Новосибирский завод «Экран» (630047, Новосибирская область, город Новосибирск, улица Даргомыжского, дом 8А, ИНН 5402100011, ОГРН 1025401007312) к акционерному обществу «Новосибирскэнергосбыт» (630099, Новосибирская область, город Новосибирск, улица Орджоникидзе, дом 32, ИНН 5407025576, ОГРН 1065407151127) о взыскании убытков, причиненных поставкой некачественной электрической энергии.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: акционерное общество «Региональные электрические сети» (ИНН 5406291470, ОГРН 1045402509437), закрытое акционерное общество «Экран-Энергия» (ИНН 5402459280, ОГРН 1055402073693).

В заседании приняли участие представители: акционерного общества «Новосибирский завод «Экран» - Юферов С.А. по доверенности от 27.11.2017, Поляков Г.А. по доверенности от 25.10.2017; акционерного общества «Новосибирскэнергосбыт» - Байдакова Н.Н. по доверенности от 09.06.2018, Трифоненко С.В. по доверенности от 25.06.2018, Михайлишин А.Ю. по доверенности от 21.06.2018; акционерного общества «Региональные электрические сети» - Булыга Т.Н. по доверенности от 06.03.2018, Копылов А.А. по доверенности от 06.03.2018, Кизилова Я.Г. по доверенности от 10.09.2018.

Суд установил:

открытое акционерное общество «Новосибирский завод «Экран» (в настоящее время - акционерное общество «Новосибирский завод «Экран», далее – завод) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области к открытому акционерному обществу «Новосибирскэнергосбыт» (в настоящее время – акционерное общество «Новосибирскэнергосбыт», далее – общество «Новосибирскэнергосбыт») с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании 90 762 990 руб. 43 коп. убытков, причиненных поставкой некачественной электрической энергии.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерное общество «Региональные электрические сети» (далее – общество «РЭС») и закрытое акционерное общество «Экран-Энергия» (далее – общество «Экран-Энергия»).

Решением от 06.05.2016 Арбитражного суда Новосибирской области иск удовлетворен.

Постановлением от 11.07.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение суда первой инстанции отменено, принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска. С завода в пользу обществ «Новосибирскэнергосбыт» и «РЭС» взыскано по 3 000 руб. каждому в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб. Также с завода в пользу общества «Новосибирскэнергосбыт» взыскано 365 000 руб. судебных расходов по оплате услуг экспертов.

Кроме того, с депозитного счета Седьмого арбитражного апелляционного суда за проведение экспертизы перечислено: некоммерческому партнерству «Региональный центр управления энергоснабжением» 250 000 руб.; Левитину Леониду Яковлевичу – 230 000 руб.; Обухову Сергею Геннадьевичу – 95 000 руб.; Пантелееву Василию Ивановичу – 220 000 руб. Обществам «РЭС» и «Новосибирскэнергосбыт» с депозитного счета апелляционного суда возвращено 250 000 руб. и 435 000 руб. соответственно.

Постановлением от 07.12.2017 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа постановление апелляционного суда от 11.07.2017 отменено в части отказа в иске и распределения судебных расходов с направлением дела в отмененной части на новое рассмотрение в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

При новом рассмотрении постановлением от 14.06.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение от 06.05.2016 Арбитражного суда Новосибирской области изменено, резолютивная часть судебного акта изложена в новой редакции, в соответствии с которой с общества «Новосибирскэнергосбыт» в пользу завода взыскано 45 381 495 руб. 22 коп. убытков, 101 500 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Этим же постановлением с депозитного счета Седьмого арбитражного апелляционного суда лицам, участвующим в деле, возвращены денежные средства, перечисленные для проведения экспертизы: заводу - 32 500 руб., обществу «Новосибирскэнергосбыт» - 402 500 руб., обществу «РЭС» - 250 000 руб.

Не согласившись с принятыми судебными актами, завод, общества «Новосибирскэнергосбыт» и «РЭС» подали кассационные жалобы.

В кассационной жалобе завод просит постановление апелляционного суда изменить, принять новый судебный акт о взыскании с общества «Новосибирскэнергосбыт» в пользу завода 90 762 990 руб. 43 коп. убытков.

В обоснование кассационной жалобы завод приводит следующие доводы: оснований для снижения размера ответственности общества «Новосибирскэнергосбыт» в соответствии с положениями статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) у суда апелляционной инстанции не имелось, поскольку установлено, что провалы напряжения в сетях, в результате которых отключалось оборудование истца, являлись нарушением качества электроснабжения истца и их предотвращение относилось к зоне контроля ответчика и общества «РЭС», и, напротив, судом не установлена виновность истца в возникновении провалов напряжения, его умышленное или неосторожное содействие увеличению размера убытков, непринятие мер к их уменьшению; к обстоятельствам, свидетельствующим о вине кредитора, не могут быть отнесены запланированная модернизация стекловаренной печи № 5 и неверно установленное судом апелляционной инстанции невыполнение заводом всех необходимых и разумных мероприятий, позволяющих обеспечить непрерывность технологического процесса при провалах напряжения в питающей сети, и установленных законодательством мер при технологическом присоединении энергопринимающих устройств к сетям, поскольку завод как потребитель не обязан устанавливать дополнительное оборудование в целях компенсации некачественности поставляемой ему электроэнергии, а причинно-следственная связь между непринятием истцом каких-либо подобных мер и возникновением убытков не установлена; неуведомление истцом ответчика о наличии введенного в эксплуатацию объекта, имеющего беспрерывный режим работы и нуждающегося в электроснабжении, не могло отразиться на размере убытков, так как ответчику и обществу «РЭС» было известно о наличии стекловаренной печи № 5 и потреблении ее оборудованием электрической энергии.

В кассационной жалобе общество «РЭС» просит отменить судебные акты первой и апелляционной инстанций, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

В обоснование кассационной жалобы общество «РЭС» приводит следующие доводы: суды пришли к неверному выводу о том, что провалы напряжения относятся к показателям качества электрической энергии (далее – ПКЭ), а их наличие является нарушением требований к ее качеству; из материалов дела следует, что оборудование стекловаренной печи № 5 не прошло процедуру технологического присоединения к энергосетям, вместе с тем, несмотря на это в нарушение положений статей 15, 393, 401 ГК РФ суд апелляционной инстанции сделал вывод о том, что в возникновении убытков имеется только частичная вина истца, тогда как указанное обстоятельство вообще исключает ответственность обществ «Новосибирскэнергосбыт» и «РЭС» за убытки, возникшие у истца в связи с повреждением его оборудования; судом апелляционной инстанции не учтено, что фактически истец уклонился от обязанности по оснащению электроустановок стекловаренной печи № 5 устройствами по поддержанию надлежащего качества электрической энергии с учетом своего технологического процесса и в рамках настоящего иска возлагает ответственность за собственные нарушения на ответчика и общество «РЭС», притом, что вторая категория надежности, заявленная истцом и указанная им в договоре, не предполагает обеспечения непрерывного технологического процесса; состояние стекловаренной печи № 5, требующей ремонта, вызвано в том числе ее естественным износом, что подтверждается фактом планирования истцом ее модернизации еще в 2010 году.

Общество «Новосибирскэнергосбыт» в кассационной жалобе просит отменить судебные акты двух инстанций и направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

В обоснование кассационной жалобы общество «Новосибирскэнергосбыт» приводит следующие доводы: суды пришли к неверному выводу о том, что провалы напряжения относятся к ПКЭ, а их наличие является нарушением требований к качеству электроэнергии; вопреки указаниям суда кассационной инстанции суд апелляционной инстанции не установил обстоятельства, касающиеся выполнения истцом мероприятий по технологическому присоединению энергопринимающих устройств к сетям, не дал надлежащей оценки доказательствам, представленным обществом «РЭС» и ответчиком, подтверждающим отсутствие надлежащего технологического присоединения энергопринимающих устройств стекловаренной печи № 5, и тем самым не предпринял меры для полного и всестороннего исследования доказательств и установления обстоятельств дела; выводы суда апелляционной инстанции по вопросу технологического присоединения противоречивы, поскольку, установив факт непринятия истцом мер по соблюдению всех установленных законодательством технических норм и правил при технологическом присоединении печи, суд апелляционной инстанции принял в качестве доказательства представленный истцом акт разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон от 01.12.2012 и на его основе сделал вывод о второй категории надежности стекловаренной печи № 5; судом апелляционной инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств обществ «РЭС» и «Новосибирскэнергосбыт» об истребовании доказательств у завода и общества «Экран-Энергия», о привлечении специалиста для дачи разъяснений в отношении особенностей технологического процесса стекловарения (который дважды приезжал в суд), назначении технической экспертизы с указанием эксперта и вопросов для него; суд апелляционной инстанции уклонился от выполнения указаний суда кассационной инстанции в части исследования вопроса стоимости мероприятий, которые истец мог осуществить для обеспечения непрерывности технологического процесса, а также стоимости запланированной в 2010 году модернизации стекловаренной печи № 5; судом апелляционной инстанции необоснованно применена не подлежащая применению статья 404 ГК РФ.

В отзыве на кассационные жалобы обществ «Новосибирскэнергосбыт» и «РЭС» завод просит отказать в их удовлетворении.

В отзывах на кассационную жалобу завода общества «Новосибирскэнергосбыт» и «РЭС» просят отказать в ее удовлетворении.

Судебное заседание, назначенное на 27.09.2018, отложено судом округа на 25.10.2018 для предоставления сторонами дополнительных объяснений в порядке статьи 81 АПК РФ.

Поступившие от завода, обществ «Новосибирскэнергосбыт» и «РЭС» письменные объяснения приобщены судом округа к материалам дела.

В судебном заседании представители завода, обществ «Новосибирскэнергосбыт» и «РЭС» поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах, отзывах, письменных объяснениях.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационных жалоб.

Судами установлено, что между открытым акционерным обществом «СибирьЭнерго» (гарантирующий поставщик, после переименования – общество «Новосибирскэнергосбыт») и заводом (абонент) заключен договор энергоснабжения от 31.12.2009 № ЭО-5173/721-09-РУ (далее – договор энергоснабжения), по условиям которого гарантирующий поставщик обязался осуществлять продажу (поставку) электрической энергии, мощности, самостоятельно или через привлеченных третьих лиц оказывать услуги по передаче электрической энергии и иные услуги, неразрывно связанные с процессом снабжения электрической энергией, а абонент (истец) обязался оплачивать приобретаемую (потребляемую) электрическую энергию, мощность и оказанные услуги (пункт 1.1 договора энергоснабжения).

Согласно пункту 2.2 договора энергоснабжения качество электрической энергии (далее – КЭ) обеспечивается совместными действиями гарантирующего поставщика, абонента, сетевых организаций, иных владельцев объектов электросетевого хозяйства, участвующих в процессе снабжения электроэнергией абонента, указанных в приложении № 3 к договору. Гарантирующий поставщик и (или) сетевая организация несет ответственность перед абонентом за надежность снабжения его электрической энергией и ее качество в пределах границ балансовой принадлежности электрических сетей сетевой организации.

В соответствии с пунктом 2.3 договора энергоснабжения абонент обязался поддерживать ПКЭ на границе своей балансовой принадлежности, установленной в приложении № 3.

По пункту 3.1.3 договора энергоснабжения гарантирующий поставщик (ответчик) обязан возместить абоненту в соответствии с пунктом 2.2 настоящего договора и действующим законодательством реальный ущерб, который возник по вине гарантирующего поставщика и (или) сетевой организации в случаях перерывов электроснабжения сверх сроков, определенных категорией надежности электроснабжения (приложение № 3), нарушения установленного настоящим договором порядка полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии, при подаче электроэнергии пониженного качества с отклонением от установленных параметров сверх допустимых пределов согласно пункту 2.2, кроме случаев, определенных пунктом 3.1.2 договора.

Пунктом 3.1.2 договора энергоснабжения установлено, что гарантирующий поставщик освобождается от обязанности восполнять объем электрической энергии, недопоставленный в период ограничения режима потребления абонента, после возобновления (восстановления до прежнего уровня) подачи электроэнергии и не несет материальной ответственности перед абонентом за недопоставку электрической энергии, возникшую: в результате стихийных явлений; в границах балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства и иных владельцев объектов электросетевого хозяйства; в результате введения частичного и (или) полного ограничения подачи электроэнергии (пункты 3.2.2, 3.2.3 договора энергоснабжения).

В пункте 2.5 договора энергоснабжения сторонами согласовано, что контроль значений ПКЭ гарантирующим поставщиком, абонентом, сетевыми организациями, иными владельцами объектов электросетевого хозяйства производится самостоятельно. Лаборатории, привлекаемые гарантирующим поставщиком, абонентом, сетевыми организациями, иными владельцами объектов электросетевого хозяйства для контроля ПКЭ, должны быть допущены в эксплуатацию органом государственного энергетического надзора и иметь необходимые разрешительные документы в соответствии с действующим законодательством. Результаты контроля ПКЭ должны быть оформлены протоколом измерений установленной формы. При необходимости гарантирующий поставщик, абонент, сетевая организация, иной владелец объектов электросетевого хозяйства обязаны обеспечить проведение измерений ПКЭ другим субъектом в своих электрических сетях (сетях сетевой организации).

Требования завода аргументированы тем, что в связи с провалами напряжения электрической энергии в период с февраля 2013 года по август 2015 года (далее – спорный период) неоднократно происходило нарушение бесперебойного электропитания технологически значимых электроустановок, в том числе систем охлаждения стекловаренных печей, в результате чего нарушались технологические процессы производства, останавливалось непрерывное производство стеклотары, а также разрушились элементы стекловаренной печи № 5.

Судами на основе оценки материалов дела установлены обстоятельства, заключающиеся в провалах напряжения в электрических сетях 20.02.2013, 14.04.2013, 02.05.2013, 10.05.2013, 28.05.2013, 03.07.2013, 16.07.2013, 18.07.2013, 21.07.2013, 25.07.2013, 26.07.2013, 20.08.2013, 04.09.2013, 05.09.2013, 18.09.2013, 18.10.2013, 06.11.2013, 25.11.2013, 27.12.2013, 23.02.2014, 27.04.2014, 20.05.2014, 21.05.2014, 06.06.2014, 26.06.2014, 28.06.2014, 12.07.2014, 16.08.2014, 30.08.2014, 01.09.2014, 05.09.2014, 20.09.2014, 17.10.2014, 21.10.2014, 22.10.2014, 15.12.2014, 19.04.2015, 27.04.2015, 15.05.2015, 17.05.2015, 18.05.2015, 08.06.2015, 08.06.2015, 08.08.2015, 12.08.2015, 20.08.2015, 30.08.2015, которые неоднократно приводили к остановке компрессоров № 1, 2, 3, вентиляторов высокого давления, осушителей, циркуляционных насосов № 1, 3, градирни № 3, насосов орошения градирней № 2, 3, вакуумных насосов № 1, 2, 3, 4, печей № 2, 3, 4, 5.

В подтверждение указанных обстоятельств истец представил акты комиссионного обследования, составленные заводом и обществом «Экран-Энергия», как владельцем электросетей, к которым непосредственно присоединены сети завода.

О систематических нарушениях ПКЭ завод неоднократно письменно извещал общество «Новосибирскэнергосбыт», указывая при этом на простой оборудования и причиненные ему убытки в связи с недовыпуском продукции, нарушением непрерывности производственного процесса стекловарения, остановкой технологического оборудования.

В ответ на письма завода общество «Новосибирскэнергосбыт» сообщало о направлении запросов обществу «РЭС» с целью выяснения причин отключения. Указанное подтверждается многочисленной перепиской сторон, имеющейся в материалах дела.

Однако ни обществом «Новосибирскэнергосбыт», ни обществом «РЭС» за весь спорный период действий по фиксации случаев нарушения ПКЭ и выявлению их причин не предпринято, осмотра сетей общества «Экран-Энергия», энергопринимающих установок истца не произведено.

Общество «Экран-Энергия» в связи с фактическим бездействием ответчика и общества «РЭС» самостоятельно обратилось в Новосибирский филиал открытого акционерного общества «Системный оператор Единой энергетической системы» (далее – общество «СО ЕЭС») для получения информации о причинах отключения электроэнергии.

Письмами от 22.12.2014 и 29.10.2015 общество «СО ЕЭС» представило обществу «Экран-Энергия» перечень отключений линий электропередачи сети 110 кВ и 220 кВ с причинами отключения, а также указало, что данные регистраторов аварийных событий, установленные на опорных подстанциях, позволяют расчетным способом определить величину и длительность снижения напряжения в аварийном режиме энергосистемы (листы 34 - 43 тома 1).

Общество «РЭС» в имеющейся в деле переписке признавало наличие кратковременных провалов напряжения в своих сетях внешнего электроснабжения и сообщало о проведении мероприятий по установлению фактов нарушения надежности электроснабжения (листы 148, 153, 158, 166, 168, 182, 186, 198 тома 8).

Для устранения разрушений технологического оборудования завод произвел внеплановые горячий (без остановки производственного процесса) и холодный (с остановкой производственного процесса) ремонты, и, полагая, что в результате нарушений, допущенных обществом «Новосибирскэнергосбыт», как энергоснабжающей организацией, выраженных в провалах напряжения, ему причинены убытки, обратился с настоящим иском в арбитражный суд.

В соответствии со статьей 87.1 АПК РФ в целях получения разъяснений, консультаций и выяснения профессионального мнения лиц, обладающих теоретическими и практическими познаниями, при рассмотрении дела судом первой инстанции привлечены специалисты Сурков М.А. (в области электроснабжения промышленных предприятий) и Маневич В.Е. (в области стекольного производства).

Истцом также представлен отчет оценки надежности систем энергоснабжения завода, в том числе влияния провалов напряжения во внешних сетях на технологический процесс стеклотарного производства, составленный акционерным обществом «Новосибирский энергетический центр» (далее – отчет общества «НЭЦ»), в котором указано, что: категория надежности электроснабжения завода соответствует договору энергоснабжения, и повысить надежность электроснабжения завода организационными мероприятиями невозможно; дата и время провалов напряжения в сетях, зафиксированных регистраторами аварийных событий общества «СО ЕЭС», совпадают с датами и временем нарушений нормального технологического режима работы (или отключения) оборудования завода; величины и длительности снижения напряжения в аварийном режиме энергосистемы соответствуют характеристике электромагнитной помехи – провал напряжения; наиболее вероятными причинами отключения главных электродвигателей компрессоров «Самсунг» является отключение стартового пульта компрессора по команде срабатывания технологических (электрических) защит компрессора при провалах напряжения в питающих сетях общества «РЭС»; технологические защиты компрессора настраиваются заводом-изготовителем, исходя из допустимых режимов работы оборудования; отключение компрессора встроенными защитами происходит для предотвращения механического разрушения компрессора вращающимися частями и дальнейшего развития аварии.

Обществом «РЭС» заявлено ходатайство о проведении комплексной электротехнической и инженерно-технической экспертизы с целью установления: обстоятельств соблюдения истцом режима работы оборудования в соответствии с проектными решениями; степени влияния ПКЭ на электроустановки истца при возмущениях во внешней сети; соответствия системы электроснабжения электроприемников истца обязательным требованиям законодательства.

Отказывая в удовлетворении такого ходатайства, суд первой инстанции указал на то, что обстоятельства, которые общество «РЭС» намерено подтвердить комплексной экспертизой, подтверждаются иными имеющимися в материалах дела доказательствами, в том числе пояснениями специалистов в области электроснабжения и отчетом общества «НЭЦ».

Полностью удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 15, 393, 401, 547 ГК РФ, пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) и исходил из наличия совокупности условий, позволяющих привлечь общество «Новосибирскэнергосбыт» к ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства в виде взыскания убытков. Расчет убытков проверен и признан судом первой инстанции верным.

Доводы ответчика и общества «РЭС» о том, что в результате проведенного холодного ремонта увеличился срок эксплуатации печи № 5, расходы на ремонт которой составляют значительную часть убытков, и выросла стоимость самого оборудования печи за счет установки новых материалов, отклонены судом со ссылкой на пункт 13 Постановления № 25.

Оценивая ответы общества «Новосибирскэнергосбыт» на обращения истца о случаях нарушения ПКЭ, суд пришел к выводу о том, что они носят формальный характер и имеют своей целью переложение ответственности за качество поставляемой электроэнергии на сетевые организации. В то же время по результатам анализа писем системного оператора, копий дежурных журналов общества «Экран-Энергия», писем общества «РЭС», подтверждающих факт технологических нарушений на сетях, консультаций специалистов, суд первой инстанции пришел к выводу, что материалами дела подтвержден факт систематического нарушения ответчиком условий договора энергоснабжения в части соблюдения параметров качества поставляемой электроэнергии.

При первоначальном рассмотрении дела апелляционным судом последовательно были назначены две судебные экспертизы, проведение которых поручено экспертам Некоммерческого партнерства «Региональный центр управления энергосбережением» (далее – НП «РЦУЭ») Кривоногову В.С. и Литваку В.В., а также (повторная экспертиза) экспертам Левитину Л.Я., Обухову С.Г., Пантелееву В.И. На разрешение экспертов судом апелляционной инстанции в числе прочих поставлены вопросы о соответствии схемы электроснабжения печи № 5 требованиям действующей нормативно-технической документации, о том, относятся ли провалы напряжения к ПКЭ, а также о способах их фиксации и возможности возникновения негативных последствий, о которых заявляет истец.

При новом рассмотрении дела суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства общества «РЭС» о назначении технической экспертизы, указав на состоявшееся проведение по делу двух экспертиз и отсутствие оснований для назначения дополнительной либо повторной экспертизы.

В то же время апелляционным судом приняты дополнительные доказательства для проверки и установления обстоятельств, на необходимость определения которых указано в постановлении суда округа от 07.12.2017.

Проанализировав представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о доказанности истцом причинения ему убытков вследствие поставки электрической энергии ненадлежащего качества, а, следовательно, обоснованности требований о взыскании с ответчика как гарантирующего поставщика убытков.

С учетом указаний суда кассационной инстанции, данных в постановлении от 07.12.2017, суд апелляционной инстанции подтвердил установленные судом первой инстанции обстоятельства возникновения провалов напряжения и согласился с выводом нижестоящего суда о том, что провалы напряжения являются нарушением КЭ.

На основе оценки материалов дела апелляционный суд пришел к выводу о том, что подключение энергопринимающих устройств стекловаренной печи № 5 произведено в соответствии с техническими условиями объекта второй категории надежности, но фактически надежность электроснабжения завода соответствует первой категории, исходя из положений пункта 31(6) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила недискриминационного доступа), пункта 14(1) Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила технологического присоединения), пунктов 1.2.18 - 1.2.20 Правил устройства электроустановок, утвержденных приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 08.07.2002 № 204 (далее – ПУЭ № 204).

В то же время на основе заключений экспертов апелляционный суд установил, что схема электроснабжения токоприемников компрессорной станции завода выполнена нерационально, так как все три компрессора запитаны от одной линии С-6 110 кВ, хотя имеется техническая возможность их подключения к секциям шин, получающим питание от независимых источников. При этом непрерывность технологического процесса может быть обеспечена резервированием электроснабжения, технологическим резервированием, установкой источников бесперебойного питания, активных регуляторов напряжения, динамических компенсаторов напряжения, быстродействующих релейных защит, секционированием шин источников питания и т.п.

Принимая во внимание, что по пункту 2.2 договора энергоснабжения КЭ обеспечивается совместными действиями сторон договора и сетевой организации, учитывая, что заводом не выполнены все необходимые и разумные мероприятия, позволяющие обеспечить непрерывность технологического процесса при провалах напряжения питающей сети исходя из характера энергопотребляющего оборудования, а также отсутствие в материалах дела расчетов, подтверждающих высокую стоимость подобных мероприятий (статьи 9, 65 АПК РФ), суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что имеет место частичная вина кредитора в содействии увеличению размера убытков, и, применив, положения статьи 404 ГК РФ, удовлетворил требование о взыскании убытков в размере 50% от заявленной суммы.

Помимо этого судом апелляционной инстанции учтено, что печь № 5 введена в эксплуатацию в 2010 году с запланированной модернизацией в период с 14.01.2015 по 01.04.2015 (с выводкой в период с 17.02.2015 по 28.02.2015 и наваркой в период с 01.03.2015 по 02.03.2015), и сделан вывод, что состояние стекловаренной печи № 5, как требующее ремонта, вызвано не только действиями ответчика, но и естественным износом.

Суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления апелляционного суда.

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о взыскании убытков разъяснены в пункте 5 Постановления № 7 и пункте 12 Постановления № 25. Из них в числе прочего следует, что при предсказуемости негативных последствий в виде возникновения убытков, которые нарушитель обязательства как профессиональный участник оборота мог и должен был предвидеть, причинная связь не подлежит доказыванию лицом, потерпевшим от нарушения, а презюмируется. Не обязательно и точное доказывание потерпевшим размера убытков, причиненных нарушением.

С учетом отмеченных презумпций юридически значимые обстоятельства настоящего дела, по сути, сводятся к ответам на вопросы: имелись ли провалы напряжения, о которых заявляет истец; относятся ли такие провалы к нарушениям КЭ; возникли ли у истца негативные имущественные последствия от провалов напряжения и могут ли они быть отнесены на ответчика.

Понятие «провал напряжения» определяется по Межгосударственному стандарту «Качество электрической энергии. Термины и определения» ГОСТ 23875-88, утвержденному и введенному в действие постановлением Государственного комитета СССР по стандартам от 28.03.1988 № 803 (далее – ГОСТ 23875-88) (пункт 25), а также Национальному стандарту Российской Федерации «Качество электрической энергии. Термины и определения» ГОСТ Р 54130-2010, утвержденному и введенному в действие с 01.07.2012 приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 21.12.2010 № 840-ст (далее – ГОСТ Р 54130-2010) (пункт 95), как временное уменьшение напряжения в конкретной точке электрической системы ниже установленного порогового значения. Оно характеризуется как внезапное кратковременное значительное уменьшение от 90% до 5% заявленного поставляемого среднеквадратического значения напряжения в электрической сети с последующим восстановлением за время от 10 мс до 1 мин.

Провал напряжения по пункту 3.1 Межгосударственного стандарта «Электрическая энергия. Совместимость технических средств электромагнитная. Нормы качества электрической энергии в системах электроснабжения общего назначения» ГОСТ 13109-97, утвержденного и введенного в действие с 01.01.1999 постановлением Госстандарта Российской Федерации от 28.08.1998 № 338 (действовавшего большую часть спорного периода, далее – ГОСТ 13109-97), характеризуется длительностью (интервал времени между начальным моментом провала напряжения и моментом восстановления напряжения до первоначального или близкого к нему уровня), частостью появления (число провалов напряжения определенной глубины и длительности за определенный промежуток времени по отношению к общему числу провалов за этот же промежуток времени), а также глубиной.

Каждая из этих величин по пунктам 4.1, 4.2 ГОСТ 13109-97 относится к ПКЭ. При этом частость появления провалов напряжения, хотя и является вспомогательным параметром электрической энергии, но тем не менее в силу прямого указания пункта 4.2 ГОСТ 13109-97 используется при определении значений ПКЭ.

Нормы ПКЭ делятся на нормально допустимые и предельно допустимые. Предельно допустимое значение длительности провала напряжения в электрических сетях напряжением до 20 кВ включительно равно 30 с. Длительность автоматически устраняемого провала напряжения в любой точке присоединения к электрическим сетям определяется выдержками времени релейной защиты и автоматики (пункты 5.1, 5.7 ГОСТ 13109-97).

По пункту Б.6.4 ГОСТ 13109-97 качество электрической энергии по длительности провалов напряжения в точке общего присоединения считают соответствующим требованиям настоящего стандарта, если наибольшее из всех измеренных в течение продолжительного периода наблюдения (как правило, в течение года) длительностей провалов напряжения не превышает предельно допустимого значения. В соответствии с пунктом Б.6.5 ГОСТ 13109-97 допускается определять максимально возможную длительность провала в точке присоединения к электрической сети путем расчета суммарной выдержки времени устройств релейной защиты, автоматики и коммутационных аппаратов, установленных в соответствующих электрических сетях энергоснабжающей организации. Если найденная таким способом длительность провала напряжения не превышает предельно допустимого значения, то качество электрической энергии по длительности провалов напряжения считают соответствующим требованиям настоящего стандарта.

Во введенном взамен ГОСТ 13109-97 Национальном стандарте Российской Федерации «Электрическая энергия. Совместимость технических средств электромагнитная. Нормы качества электрической энергии в системах электроснабжения общего назначения» ГОСТ Р 54149-2010, утвержденном приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 21.12.2010 № 904-ст (далее – ГОСТ Р 54149-2010), также действовавшем в спорный период, относящим провалы напряжения к непредсказуемым и в значительной степени случайным событиям, частота возникновения которых зависит от типа системы электроснабжения, точки наблюдения и времени года, указано, что провалы напряжения обычно происходят из-за неисправностей в электрических сетях или в электроустановках потребителей, а также при подключении мощной нагрузки. Провал напряжения, как правило, связан с возникновением и окончанием короткого замыкания или иного резкого возрастания тока в системе или электроустановке, подключенной к электрической сети. В соответствии с требованиями настоящего стандарта провал напряжения рассматривается как электромагнитная помеха, интенсивность которой определяется как напряжением, так и длительностью. Длительность провала напряжения может составлять от 10 мс до 1 мин (пункты 4.3.2.1, 4.3.2.3 ГОСТ Р 54149-2010).

Аналогичные положения содержит и введенный взамен ГОСТ Р 54149-2010 Межгосударственный стандарт «Электрическая энергия. Совместимость технических средств электромагнитная. Нормы качества электрической энергии в системах электроснабжения общего назначения» ГОСТ 32144-2013, утвержденный приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 22.07.2013 № 400-ст (далее – ГОСТ 32144-2013) (пункты 4.1, 4.3, 4.3.2, 4.3.2.3).

Как следует из пунктов А.7.1, А.7.8 справочного приложения «А» к Межгосударственному стандарту «Электрическая энергия. Совместимость технических средств электромагнитная. Методы измерений показателей качества электрической энергии» ГОСТ 30804.4.30-2013, утвержденному приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 22.07.2013 № 418-ст (далее – ГОСТ 30804.4.30-2013), провалы напряжения являются распространенными событиями нарушения КЭ. В нормативной части настоящего стандарта провалы напряжения характеризуются двумя параметрами: глубиной и длительностью. Однако в зависимости от цели измерения в дополнение к глубине и длительности провала напряжения могут быть рассмотрены другие характеристики, так как приведенный в стандарте перечень характеристик не является исчерпывающим.

Согласно пунктам В.1.2, В.1.3.5 приложения «В» к ГОСТ 30804.4.30-2013 условия договора энергоснабжения, относящиеся к КЭ, должны быть выполнимы одной стороной и приемлемы для другой. Если проведение измерений ПКЭ считается необходимым для оценки соответствия электроснабжения условиям договора, то на сторону договора, которая считает измерения необходимыми, должна быть возложена ответственность за их организацию (если не проводится непрерывный мониторинг КЭ). Условия договора должны устанавливать сроки действия договора, интервал времени измерений, собственно ПКЭ, подлежащие измерениям, и места размещения средств измерений.

В договоре следует указать применяемые методы измерений и значения неопределенности измерений, как установлено в нормативной части настоящего стандарта.

Стороны договора в числе прочего должны согласовать: пороговые значения провала напряжения и перенапряжения; методы объединения результатов измерений по времени; методы объединения результатов измерения в различных местах установки средств измерений, если измерение проводят более чем в одном месте; содержание протоколов испытаний, например, в части таблиц остаточного напряжения и длительности провала напряжения и перенапряжений; другие требования, относящиеся к методам оценки, представляющие интерес.

Инструментальные способы фиксации провалов напряжения (определения их характеристик) описаны в последовательно принятых Национальном стандарте Российской Федерации «Электрическая энергия. Совместимость технических средств электромагнитная. Контроль качества электрической энергии в системах электроснабжения общего назначения» ГОСТ Р 53333-2008, утвержденном приказом Ростехрегулирования от 25.12.2008 № 787-ст (далее – ГОСТ Р 53333-2008), Межгосударственном стандарте «Электрическая энергия. Совместимость технических средств электромагнитная. Контроль качества электрической энергии в системах электроснабжения общего назначения» ГОСТ 32145-2013 (далее – ГОСТ 32145-2013), утвержденном приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 23.07.2013 № 413-ст, Межгосударственном стандарте «Электрическая энергия. Совместимость технических средств электромагнитная. Контроль и мониторинг качества электрической энергии в системах электроснабжения общего назначения» ГОСТ 33073-2014, утвержденном приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 08.12.2014 № 1948-ст (далее – ГОСТ 33073-2014).

Основываясь на положениях ГОСТ Р 53333-2008, ГОСТ 32145-2013, ГОСТ 33073-2014, а также статьи 68 АПК РФ ответчик и общество «РЭС» в ходе рассмотрения дела заявляли о недоказанности истцом фактов провалов напряжения, поскольку таковые не зафиксированы инструментальными проверками.

Однако указанные доводы правомерно отклонены судами, поскольку ответчик и общество «РЭС», давая формальные ответы, длительное время фактически игнорировали письменные обращения завода о нарушениях КЭ, влекущих простой его оборудования и возникновение убытков, за весь спорный период 2013-2015 годов не предприняли каких-либо действий для фиксации случаев нарушения КЭ, установлению их причин, не произвели осмотр сетей общества «Экран-Энергия», энергопринимающих установок истца.

Подобное бездействие нельзя признать соответствующим стандарту поведения добросовестного участника гражданского оборота, определяемого по критерию ожидаемости действий субъекта оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 Постановления № 25).

Следовательно, приводимые в ходе рассмотрения дела ответчиком аргументы о недопустимости использованных истцом средств доказывания справедливо расценены судами как непозволительное действующим законодательством противоречивое поведение, не соответствующее обычной коммерческой честности (правило эстоппель).

В связи с этим суды верно исходили из того, что представленные истцом доказательства провалов напряжения, зафиксированных актами комиссионного обследования, составленными с участием сетевой организации – общества «Экран-Энергия», подтверждающихся информацией общества «СО ЕЭС» и отчетом общества «НЭЦ», надлежащим образом не опровергнуты ответчиком и обществом «РЭС».

При этом по смыслу пункта В.1.2 приложения «В» к ГОСТ 30804.4.30-2013 именно на ответчика, как на сторону договора энергоснабжения, считающую инструментальную фиксацию провалов напряжения необходимой, возлагается ответственность за ее организацию, а равно негативные последствия отсутствия таковой.

В отношении указываемой ответчиком и обществом «РЭС» допустимости провалов напряжения как имманентного свойства электрической энергии суд кассационной инстанции полагает необходимым указать следующее.

Действительно, как видно из вышеописанного нормативно-технического регулирования, провалы напряжения в электросетях являются случайными и непредсказуемыми событиями, наступления которых полностью избежать невозможно. Однако это не означает невозможности анализа судом всех обстоятельств дела, связанных в том числе с частостью провалов, являющейся одним из показателей КЭ по ГОСТ 13109-97, учитывая неисчерпывающий характер характеристик провалов напряжения как распространенного события нарушения КЭ (пункты А.7.1, А.7.8 ГОСТ 30804.4.30-2013), а также не исключает судебной оценки их зависимости от действий или неосмотрительного бездействия стороны энергетического обязательства и возложения на нее негативных имущественных последствий в виде отрицательного влияния провалов напряжения на работу чувствительного энергопотребляющего оборудования потребителя.

Как правильно отметил суд первой инстанции, иной подход к применению положений государственных стандартов позволял бы определить поставку электрической энергии с провалами напряжения глубиной до 90% от опорного, длящимися 29 секунд (в пределах максимально допустимой продолжительности провала по ГОСТ 13109-97) или 59 секунд (в пределах максимально допустимой продолжительности провала по ГОСТ Р 54149-2010 и ГОСТ 32144-2013), и возникающими, например, каждый час, как поставку товара надлежащего качества, что недопустимо.

Из установленных судами обстоятельств возникновения провалов напряжения видно, что в большинстве случаев они находились в сфере контроля сетевой организации.

Аргумент общества «РЭС» о невозможности постоянной проверки своих сетей на всей их значительной протяженности не может быть противопоставлен истцу, так как затруднительность контроля сетевой организации за сетями не освобождает ее от обязанности по его осуществлению. Проверка сетей, находящихся в зоне ответственности сетевой организации, входит в стандарт разумного и осмотрительного осуществления ею своих обязанностей как профессионального субъекта энергического рынка.

Надо отметить, что предусмотренное пунктом 3.1.3 договора энергоснабжения снижение стандарта ответственности энергоснабжающей организации по пункту 1 статьи 547 ГК РФ до ответственности только за вину (пункты 1, 2 статьи 401 ГК РФ), а не за риск (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), не означает, что эта организация перестает нести всякую ответственность за происшествия, относящиеся к сфере ее контроля или сфере контроля ее контрагентов (статья 403 ГК РФ).

Содержание понятия «вина» в гражданском праве не может быть тождественно значению этого термина в публичных отраслях права (уголовном, административном и пр.), поэтому для установления того обстоятельства, что то или иное событие, негативно отразившееся на контрагенте должника, наступило не по вине должника, необходимо установить, что должник при должной степени заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства в принципе не имел возможности предотвратить наступление этого события, что согласуется со смыслом пункта 7 Постановления № 7. Подобных обстоятельств судами не установлено.

В силу положений статей 15, 393, 403, 542, 547 ГК РФ, пункта 1 статьи 38 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), пунктов 7, 30 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее – Основные положения № 442), пункта 15 Правил недискриминационного доступа, а также правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 01.06.2016 № 301-ЭС15-18581, гарантирующий поставщик несет перед потребителем (покупателем) ответственность за причинение убытков, возникших в связи с повреждением имущества последнего из-за передачи электрической энергии, не соответствующей установленным ПКЭ. Действия сетевой организации, привлеченной гарантирующим поставщиком для оказания услуг по передаче электрической энергии, а также других вовлеченных им в этот процесс лиц, для потребителя как кредитора юридически являются действиями самого должника (статья 403 ГК РФ).

С учетом того, что ответчик и сетевая организация – общество «РЭС» фактически уклонились от фиксации и установления причин систематических провалов напряжения, несмотря на неоднократные обращения истца, а впоследствии стали ссылаться на недоказанность истцом фактов таких провалов, суды в соответствии с положениями пункта 4 статьи 1 ГК РФ верно исходили из презумпции того, что все провалы находились в зоне ответственности общества «Новосибирскэнергосбыт» (с учетом статьи 403 ГК РФ), а, следовательно, последнее отвечает перед истцом за убытки, причиненные ненадлежащим качеством энергии.

Как установлено судом первой инстанции, особенностью технологического процесса стекловарения является необходимость поддержания постоянной температуры стекловаренной массы и одновременное охлаждение конструкций, непосредственно с ней контактирующих. Для этого в производственном процессе истцом используется воздушный турбокомпрессор, создающий мощный воздушный поток для охлаждения соответствующих элементов стекловарной печи, а также дополнительные вентиляторы охлаждения локального действия. В результате провалов напряжения происходит автоматическая остановка оборудования, обеспечивающего охлаждение, в связи с чем происходит сверхнормативное быстрое разогревание теплоизоляционных блоков печи и протоки (направляющий желоб). Включение системы охлаждения после вынужденной остановки приводит к быстрому понижению температуры теплоизоляционных блоков и иных элементов печи. В результате этих процессов в теплоизоляционных блоках образуются трещины из-за постоянного быстрого расширения и сужения материала, которые начинают заполняться стекломассой. Последующие ненормативные нагревы и охлаждения в результате остановки охлаждающего оборудования значительно ускоряют процесс разрушения теплоизоляционных блоков, поскольку разрушение происходит уже под воздействием стекломассы, находящейся в ранее образовавшихся трещинах.

Приведенное описание технологического процесса создает презумпцию наличия причинной связи между нарушением обязательства гарантирующим поставщиком в виде поставки некачественной электрической энергии, приведшей к нарушению технологического процесса завода, и возникновением у последнего убытков от такого нарушения. 

Бремя опровержения указанной презумпции лежит на ответчике (статьи 9, 65 АПК РФ), и достаточных доказательств в обоснование такого опровержения не представлено.

Заявленный только при новом рассмотрении дела довод ответчика и общества «РЭС» о том, что оборудование стекловаренной печи № 5 не прошло процедуру технологического присоединения к энергосетям, несостоятелен. Подобных обстоятельств судами в ходе рассмотрения дела не установлено.

Имеющаяся в деле в значительном количестве переписка между участвующими в нем лицами подтверждает факт осведомленности ответчика и общества «РЭС» о наличии у завода стекловаренной печи № 5 и потреблении ее оборудованием электрической энергии (адресованные обществу «РЭС» письма ответчика от 21.04.2015, от 28.04.2015, от 19.05.2015, от 01.06.2015, листы 175, 180, 190, 197 тома 8). В ходе данной переписки, равно как и при рассмотрении дела до принятия судом округа постановления от 07.12.2017, ответчик и третье лицо не высказывали сомнений относительно правильности технологического присоединения энергопринимающих устройств завода к энергосетям (часть 2 статьи 41 АПК РФ).

Кроме того, в деле имеются: акт осмотра электроустановки от 20.05.2010 № ОЭН1-0153-190/10 корпуса № 21 (стекольного цеха, I этап) и разрешение на допуск в эксплуатацию электроустановки от 20.05.2010 № ОЭН1-0153-127/10, составленные Западно-Сибирским управлением Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору; технические условия на электроснабжение реконструируемого составного корпуса и завершения строительства нежилых помещений (корпус № 21) под стекольное производство и склад готовой продукции в Заельцовском районе от 05.06.2009 № 55/439, выданные обществом «Экран-Энергия»; акты разграничения балансовой принадлежности электросетей и эксплуатационной ответственности сторон от 22.03.2010, от 01.11.2011, подписанные заводом и обществом «Экран-Энергия»; дополнительное соглашение от 21.11.2011 к договору энергоснабжения, подписанное между заводом и гарантирующим поставщиком, о внесении соответствующих изменений в договор; письмо общества «РЭС» от 25.12.2009 № РЭлС-04-15/50533 о необходимости обращения завода к обществу «Экран-Энергия» за выдачей технических условий для технологического присоединения корпуса № 21 к сетям сетевой организации.

Наличие указанных доказательств обоснованно учтено судом апелляционной инстанции при принятии постановления применительно к отсутствию сомнений в надлежащем характере технологического присоединения энергопринимающих устройств завода.

Оценка доказательств судом не предполагает обязательного поименования каждого имеющегося в деле документа в судебном акте, и отсутствие такого перечисления не означает отсутствия оценки судом всех имеющихся в деле доказательств с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (статья 71 АПК РФ). Правила оценки доказательств судами соблюдены, неустраненных судами противоречий в имеющихся в деле доказательствах суд кассационной инстанции не усматривает.

Подлежит отклонению и довод о необоснованном отказе судом апелляционной инстанции в назначении экспертизы при новом рассмотрении дела, а также в истребовании доказательств. 

В силу положений статей 64, 65, 66, 71 АПК РФ вывод о достаточности доказательств, подтверждающих обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, относится к усмотрению суда, рассматривающего дело. Действуя в пределах своих полномочий как суда факта, обозначенных статьями 268, 269 АПК РФ, апелляционный суд мотивированно отклонил указанные ходатайства, сочтя отсутствующими основания для их удовлетворения.

Несогласие ответчика и третьего лица с определением суда по этому вопросу не свидетельствует о неправомерности действий суда.

Аргумент ответчика и общества «РЭС» о том, что согласно письму филиала общества «СО ЕЭС» «Региональное диспетчерское управление энергосистем Новосибирской области, Алтайского края и Республики Алтай» (далее – Новосибирское РДУ) от 24.04.2018 № Р39-б2-I-19-1282 выданные обществом «Экран-Энергия» технические условия на согласование в Новосибирское РДУ не направлялись, не свидетельствует о неправильности рассмотрения дела апелляционным судом.

По смыслу подпункта «а» пункта 18 Правил технологического присоединения согласование технических условий с системным оператором входит в обязанности сетевой организации, за действия которой гарантирующий поставщик несет ответственность в силу статьи 403 ГК РФ, а не в обязанности заявителя. Кроме того, из дела не следует, что данное обстоятельство каким-либо образом могло сказаться на причинах возникновения убытков или их размере.

Доводы ответчика и общества «РЭС» о том, что заводом самостоятельно определена вторая категория надежности при технологическом присоединении энергопринимающих устройств в соответствии с пунктом 14(1) Правил технологического присоединения, тогда как завод фактически требует от гарантирующего поставщика исполнения обязательств по первой категории надежности, и потому сетевая организация, а значит и гарантирующий поставщик, освобождены от ответственности за повреждения оборудования истца на основании пункта 31(6) Правил недискриминационного доступа, отклоняются судом округа.

По смыслу указанных норм, а также пунктов 1.2.17 - 1.2.21 ПУЭ № 204 категорирование надежности присоединения энергопринимающих устройств предназначено для градации электроснабжения по признаку допустимости его перерывов, их длительности и негативных последствий. Однако качество поставляемой электрической энергии, к показателям которого относятся провалы напряжения, от категории надежности в зависимость не поставлено. Другими словами, выбор потребителем категории надежности не предоставляет гарантирующему поставщику права поставлять некачественный ресурс.

Кроме того, судом установлено, что фактически надежность электроснабжения завода соответствует первой категории, что, однако, не предотвратило негативные последствия от некачественного электроснабжения.

Вместе с тем обстоятельства, связанные с выбором потребителем категории надежности и отсутствием уведомления им гарантирующего поставщика о специфике эксплуатируемого оборудования, правомерно учтены судом апелляционной инстанции в соответствии со статьей 404 ГК РФ.

Отнесение к выбору потребителя категории надежности технологического присоединения энергопринимающих устройств подразумевает наличие лежащей на нем обязанности по информационному взаимодействию с профессиональными субъектами электроэнергетики в целях исключения или, по меньшей мере, минимизации негативных последствий от нарушений непрерывности и качественности электроснабжения. Это соответствует ожидаемому поведению добросовестного участника гражданского оборота (пункты 3, 4 статьи 1, статья 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ, пункт 1 Постановления № 25).

Одним им важных факторов, обусловивших возникновение убытков у завода, явилось то обстоятельство, что специфика программного обеспечения компрессоров «Самсунг» не позволяет обеспечить их самозапуск в соответствии с пунктами 5.3.52, 5.3.53, 5.3.58 Правил устройства электроустановок, утвержденных Главтехуправлением и Госэнергонадзором Минэнерго СССР 05.10.1979 (далее – ПУЭ от 05.10.1979), поскольку он блокируется заводскими настройками, что допустимо в целях соблюдения техники безопасности по смыслу пункта 5.3.10 ПУЭ от 05.10.1979, а также пункта 2.5.5 Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 13.01.2003 № 6.

При этом чувствительность оборудования к провалам напряжения вызывала его регулярные отключения при провалах, что в совокупности с блокировкой самозапуска обусловило нарушение технологического процесса завода и повреждение стекловаренной печи № 5.

Однако обстоятельства, заключающиеся в осведомленности ответчика и сетевой организации о подобных технических особенностях оборудования истца, судами не установлены. 

В связи с этим, исходя из положений пункта 2.2 договора энергоснабжения о необходимости обеспечения КЭ совместными действиями гарантирующего поставщика, сетевой организации и потребителя, учитывая, что в обычных условиях производства отрицательные последствия провалов напряжения нивелируются приведенными нормами ПУЭ от 05.10.1979, заводу следовало проявить бо?льшую инициативу в минимизации последствий провалов напряжения путем организации необходимых и достаточных для этого мероприятий.

Иными словами, особенности конкретных обстоятельств дела свидетельствуют о том, что к заводу применим повышенный стандарт осмотрительности, а его несоблюдение должно учитываться при рассмотрении дела, так как возложение всех негативных последствий от провалов напряжения на поставщика энергии в нетипичной для функционирования электродвигателей ситуации не отвечает принципу соразмерности ответственности за нарушение.

В этой связи доводы кассационной жалобы завода о том, что судом апелляционной инстанции не установлены конкретные мероприятия, которые должен был совершить истец, и не обоснована причинно-следственная связь между непринятием истцом каких-либо подобных мер и возникновением убытков, подлежат отклонению.

Примерный перечень этих мероприятий приведен экспертами. Доказательств их неисполнимости, равно как и настолько значительной стоимости всех без исключения возможных мер, что делало бы их экономически бессмысленными, в деле не имеется, заводом подобное не подтверждено (статьи 9, 65 АПК РФ).

Более того, судом апелляционной инстанции на основе заключений экспертов также установлена нерациональность схемы электроснабжения токоприемников компрессорной станции завода, которая могла способствовать возникновению и (или) увеличению размера убытков. Убедительных доводов, свидетельствующих об обратном, истцом в ходе рассмотрения дела не приведено.

Причинная же связь между непринятием указанных мер потребителем, осведомленным об особенностях своего оборудования, и увеличением размера убытков при периодических провалах напряжения презюмируется, так как негативные последствия такого бездействия предвидимы (пункт 5 Постановления № 7).

Гражданское законодательство при необходимости деления целого предмета исполнения на части исходит из презумпции равенства таких частей, если иное не следует из закона, иных правовых актов или условий обязательства не вытекает иное (пункты 1, 2 статьи 233, пункт 1 статьи 245, пункт 2 статьи 254, пункт 3 статьи 258, статья 321, пункт 2 статьи 325, пункт 4 статьи 326 ГК РФ).

Учитывая изложенную презумпцию и отсутствие оснований для распределения негативных имущественных последствий от повреждения имущества истца между сторонами в иной пропорции, суд апелляционной инстанции правомерно удовлетворил иск в размере 50% от заявленной суммы. У суда кассационной инстанции не имеется оснований для переоценки подобной пропорции, поскольку это не согласуется с его компетенцией (статьи 286, 287 АПК РФ).

В то же время суд кассационной инстанции признает ошибочным вывод суда апелляционной инстанции о том, что основанием для применения статьи 404 ГК РФ также является запланированная заводом модернизация печи № 5, поскольку он противоречит принципу полного возмещения убытков и разъяснениям, содержащимся в пункте 13 Постановления № 25.

Наличие иного более разумного и распространенного в обороте способа исправления повреждений подобного имущества ответчиком не доказано, судом не установлено, а из обстоятельств дела с очевидностью не следует, что он существует.

Однако данный вывод не привел к неправильному рассмотрению дела по существу, поскольку судом апелляционной инстанции установлены иные основания для применения статьи 404 ГК РФ, описанные выше.

Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что при принятии судебного акта не допущено нарушений норм материального и процессуального права, влекущих его отмену, а выводы суда апелляционной инстанции в целом соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Полномочия вышестоящего суда по пересмотру дела должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу.

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемого судебного акта в кассационном порядке не имеется, жалобы удовлетворению не подлежат.

В силу статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационных жалоб относятся на их заявителей. 

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 14.06.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-27068/2015 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                            К.И. Забоев

Судьи                                                                                         С.Д. Мальцев

                                                                                           Л.В. Туленкова