ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Санкт-Петербург

18 сентября 2023 года

Дело №А56-61011/2020/сд.2

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 сентября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 сентября 2023 года.

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Кротова С.М., Радченко А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

 

при неявке участвующих в деле лиц,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-19837/2023) конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.04.2023 по обособленному спору № А56-61011/2020/сд.2 (судья Корушова И.М.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спутник», 

установил:

ФИО3 23.07.2020 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Спутник» (далее – ООО «Спутник») несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 31.08.2020 заявление ФИО3 принято к производству.

Решением суда первой инстанции от 20.01.2021 заявление ФИО3 признано обоснованным, ООО «Спутник» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 30.01.2021 № 16.

Конкурсный управляющий ФИО2 24.01.2022 (зарегистрировано 02.02.2022) обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительными: договора инвестирования в строительство от 01.11.2016 № ПО/С1136-7-41, заключенного между ООО «Спутник» и обществом с ограниченной ответственностью Холдинговая компания «Эра» (далее – ООО ХК «Эра»); соглашения об уступке права требования к договору от 05.07.2018 № ПО/С/1136-7-41; акта приема-передачи от 05.07.2018 к договору инвестирования в строительство от 01.11.2016 № ПО/С/1136-7-41. Просил применить последствия недействительности вышеуказанных сделок.  

Определением суда первой инстанции от 17.03.2022 заявление конкурсного управляющего ФИО2 принято к производству. Обособленному спору присвоен № А56-61011/2020/сд.2.

К участию в обособленном споре № А56-61011/2020/сд.2 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4 и ФИО5

Определением суда первой инстанции от 27.04.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 отказано. 

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ФИО2, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 27.04.2023 по обособленному спору № А56-61011/2020/сд.2 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, оспариваемые сделки заключены между аффилированными лицами, в отсутствие какого-либо встречного предоставления должнику, с целью причинить и фактическим причинением вреда имущественным правам кредиторов; в момент заключения оспариваемых договоров должник обладал признаками неплатежеспособности, о чем ответчик не мог не знать.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, ООО «Спутник» выступало застройщиком многоквартирного жилого дома по строительному адресу: Санкт-Петербург, Ленинский проспект (северо-западное пересечение с улицей Доблести), уч. 7 на основании договора аренды земельного участка на инвестиционных условиях от 15.07.2019 № 08/ЗКС-000105 и дополнительного соглашения к нему от 21.05.2010 №1; разрешения на строительство от 17.07.2012 № 78-08011920-2012.

Для целей финансирования строительства между ООО «Спутник» (Застройщик), ООО «УСП» (Общество) и ООО ХК «Эра» (Инвестор) заключен договор инвестирования строительства жилого дома от 01.08.2016 № ИД-Л7, предметом которого является участие Инвестора в инвестировании завершения строительства жилого комплекса со встроенно-пристроенными учреждениями обслуживания, а также открытыми автостоянками и подземным паркингом.

Перечень помещений, являющихся объектом инвестирования, указан в Приложении № 1 к договору.

Согласно пункту 3.1 инвестиционного договора от 01.08.2016 № ИД-Л7 застройщик принял на себя обязательства не заключать договоры долевого участия с иными лицами, кроме Инвестора.

Дополнительным соглашением от 14.09.2016 к договору инвестирования строительства жилого дома от 01.08.2016 № ИД-Л7 согласовано, что формулировка пункта 3.3. Инвестиционный договор от 01.08.2016 № ИД-Л7 изменена в следующей редакции: «Стороны вправе заключить отдельный договор в отношении каждого из подлежащих передаче Инвестору помещений в Объекте, содержащий условия и порядок передачи соответствующего помещения. В этом случае, Стороны вправе зачесть внесенные по Договору Инвестором инвестиции в счет оплаты договоров на передачу инвестору помещений в Объекте, предусмотренных Договором».

Руководствуясь достигнутым в договоре соглашением, ООО ХК «Эра» и ООО «Спутник» заключили Договор от 01.11.2016 № ПО/С/1136-7-41 инвестирования в строительство, по которому Инвестор учувствует в инвестировании строительства жилого комплекса со встроенно-пристроенными учреждениями обслуживания, а также открытыми автостоянками и подземным паркингом общей вместимостью не менее 617 машино-мест, возводимого по строительному адресу: Санкт-Петербург, Ленинский пр., участок 7 (северо-западнее пересечения с ул. Доблести) корпус В (далее – Объект) в части жилого помещения площадью 65,36 кв.м.

Пунктом 2.2.1 Договора от 01.11.2016 № ПО/С/1136-7-41 установлено, что Инвестор обязан внести инвестиционный взнос в финансирование строительства Объекта, составляющий 5 831 000 руб.

Пунктом 3.3 Договора от 01.11.2016 № ПО/С/1136-7-41 стороны согласовали, что Инвестиционный взнос, установленный пунктом 2.2.1. настоящего Договора, должен быть внесен, путем зачисления инвестиций на расчетный счет Общества, не позднее даты подписания Сторонами передаточного акта на Помещения указанные в Приложении №1 к настоящему Договору.

На основании соглашения об уступке права требования по договору № ПО/С/1136-7-41, 05.07.2018 право требования квартиры № 401 перешло от ООО ХК «ЭРА» к ООО «Управление проектами».

Согласно акту приема-передачи нежилого помещения от 05.07.2018, подписанному между ООО «Спутник» и ООО «Управление проектами», квартира              № 401 была передана от должника к ООО «Управление проектами». 

При этом погашение инвестиционного взноса производилось путем зачетов исполнения в рамках Инвестиционного договора от 01.08.2016 № ИД-Л7, а именно доказательством реальности исполнения ООО ХК «ЭРА» обязанности оплаты инвестиционного взноса по договору инвестирования в строительство от 01.11.2016 № ПО/С/1136-7-41 на сумму 5 831 000 руб. 

ООО ХК «Эра» совершило перечисления в пользу ООО «УСП», что подтверждено платежными поручениями: от 06.04.2017 № 272 на сумму                             2 904 780 руб. 86 коп. и от 04.04.2017 № 269 на сумму 3 302 182 руб. 72 коп.

Указанные банковские операции были совершены в рамках исполнения обязательств по финансированию строительства жилого дома по заявкам на оплату от ООО «Спутник» для расчета по текущим обязательствам от 04.04.2017 и от 06.04.2017. 

Согласно акту о зачете взаимных требований между ООО «Спутник» и                 ООО ХК «ЭРА» от 15.05.2017 № Ж10/С/1136-7-41 сторонами соглашения произведен зачет встречных требований. 

В соответствии с пунктом 1 Акта зачета № 1 ООО ХК «ЭРА» имеет денежное обязательство по оплате ООО «Спутник» инвестиционного взноса по договору                № ПО/С/1136-7-41 инвестирования в строительство от 01.11.2016, заключенному между сторонами на сумму в размере 5 831 000 руб. 

При этом согласно пункту 2 Акта зачета ООО «Спутник» имеет задолженность перед ООО ХК «ЭРА» на сумму полученных инвестиционных взносов в рамках исполнения обязательств по Договору № ИД-Л7 инвестирования строительства жилого дома от 01.08.2016 (Санкт-Петербург, Ленинский пр., участок 7), заключенному между сторонами. Поскольку порядок оплаты согласован сторонами, то актом о зачете взаимных обязательств зачтено, а равно исполнено обязательство ООО ХК «Эра» по оплате инвестиционного взноса в размере, установленном пунктом 2.2.1 Договор от 01.11.2016 № ПО/С/1136-7-41.

В соответствии с правовой позицией заявителя оспариваемые сделки направлены исключительно на вывод имущества ООО «Спутник» и являются недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и общим основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), как совершенные аффилированными лицами на безвозмездной основе при отсутствии встречного предоставления, направленные на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника. Заявитель также указывает на отсутствие у ответчика реального экономического интереса в заключении договоров и отсутствие их возмездности, вследствие чего приходит к выводу о злоупотреблении правом. 

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными, указал, что Договор от 01.11.2016 № ПО/С/1136-7-41 инвестирования в строительство является реальным, возмездным и фактически исполненным. Последующая уступка прав требования по инвестиционному договору к иным лицам, на содержание спорных правоотношений применительно к их последствиям для имущественной базы должника, существенным образом не влияла; конкретного содержания противоправного мотива, реализация которого стала бы возможной лишь в результате совершения цепочки сделок по уступке права из инвестиционных договоров, заявителями не указано.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как следует из пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве. 

В рассматриваемом случае дело о несостоятельности (банкротстве) ООО ХК «Эра» возбуждено 31.08.2020.

Следовательно, договор инвестирования в строительство от 01.11.2016 № ПО/С1136-7-41 заключен за пределами трехлетнего периода подозрительности, а потому не подлежит оспариванию по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и может быть признан недействительным по общим основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 и 170 ГК РФ. Иные сделки могут быть оспорены как по общим, так и по специальным основаниям, предусмотренным положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного постановления Пленума).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 постановления Пленума № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым–пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах. 

Вместе с тем согласно пункту 4 постановления Пленума № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 статьи 10 ГК РФ, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены названным Кодексом.

В соответствии со статьей 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств должника.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав, и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

При этом обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ под притворной сделкой понимается сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Согласно пункту 87 постановления Пленума № 25 в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Таким образом, для признания сделки притворной необходимо наличие не менее двух сделок: «притворной» и «прикрываемой», воля обеих сторон по сделкам должна быть направлена на достижение иных правовых последствий, нежели могли быть достигнуты заключением притворной сделки, при этом участники сделки не намерены исполнять притворную сделку, в отличие от прикрываемой сделки.

Ключевые позиции по оспариванию в деле о банкротстве должника цепочки взаимосвязанных сделок сформулированы в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230, от 01.11.2019 № 306-ЭС19-2986, согласно которым цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

О взаимосвязанности сделок могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при их заключении, в том числе общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или пользование) имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества у одного лица, непродолжительный период между совершением нескольких сделок (соответствующие разъяснения приведены в подпункте 4 пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» и с учетом правовой природы споров могут быть применены в деле о банкротстве при оспаривании сделок как по специальным, так и по общим основаниям).

При этом для квалификации цепочки договоров как единой сделки необходимо установить, что отчуждение имущества конечному приобретателю изначально являлось целью всех участников этих договоров (субъективный умысел участников сделки).

В случае, если оспариваемые сделки являются взаимосвязанными, объединены единой целью, умыслом на вывод ликвидных активов и направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов, лишают их возможности погасить требования за счет спорного имущества, аффилированность и заинтересованность между должником и конечным приобретателем имущества, являющегося предметом спора, установлена, такие действия подлежат квалификации в качестве цепочки сделок, совершенных в ущерб кредиторам.

В данном случае таких доказательств в материалы дела не представлено.

Как правильно установлено судом первой инстанции, договор инвестирования в строительство от 01.11.2016 № ПО/С1136-7-41 является реальным и фактически исполнен, оснований для признания его мнимым либо притворным не имеется. Последующая уступка прав требования по инвестиционному договору к иным лицам, на содержание спорных правоотношений применительно к их последствиям для имущественной базы должника, существенным образом не влияла; конкретного содержания противоправного мотива, реализация которого стала бы возможной лишь в результате совершения цепочки сделок по уступке права из инвестиционных договоров, заявителями не указано. При этом суд обоснованно учел, что между совершением оспариваемого договора инвестирования, соглашения об уступке права-требования имелся значительный временной разрыв. Соответственно, сама по себе аффилированность участников оспариваемых сделок и общность хозяйственных интересов, если она и имела место, об их недействительности не свидетельствует. В данном случае доказательств, свидетельствующих о взаимосвязанности договоров и соглашений, в материалы дела не представлено.

При отсутствии каких-либо доказательств, ставящих под сомнение добросовестность участников оспариваемых сделок по отношению к должнику, применяются общие правила распределения доказывания, и именно заявитель должен был доказать единый мотив совершения оспариваемых сделок – причинение вреда должнику.

При отсутствии такого мотива вывод о квалификации спорных сделок как единой цепочки не может быть сделан, поскольку после заключения инвестиционного договора не имеется оснований для вывода о том, что сделка уступки совершена с имуществом должника или с иным нарушением его имущественных прав.

Факт инвестирования ООО ХК «Эра» строительства многоквартирного жилого дома ни заявитель, ни конкурсный управляющий надлежащими доказательствами не опровергли. 

При таких условиях суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.04.2023 по обособленному спору № А56-61011/2020/сд.2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

 

Судьи

 

С.М. Кротов

 

 А.В. Радченко