ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-15657/2018

г. Киров

22 декабря 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 декабря 2022 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судейДьяконовой Т.М., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Атлант» ФИО3

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 26.09.2022 по делу № А29-15657/2018 (З-106947/2022)

по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО3 о признании сделки должника недействительной, 

с участием лица, в отношении которого совершена сделка – ФИО4, ФИО5,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Атлант» (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>),

установил:

определением Арбитражного суда Республики Коми от 20.12.2018 по делу № А29-15657/2018 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Атлант» (далее – ООО «Атлант», Общество, должник) введена процедура наблюдения, применяемая в деле о банкротстве, временным управляющим должника утвержден ФИО6. 

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 18.04.2019 по делу № А29-15657/2018 ООО «Атлант» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Определением суда от 07.07.2020 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Атлант».

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 25.09.2020 конкурсным управляющим ООО «Атлант» утверждена ФИО3.

Конкурсный управляющий ООО «Атлант» ФИО3 (далее – конкурсный управляющий ФИО3, заявитель) обратилась в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением, в котором просила:

- признать недействительной сделку между принадлежащим ФИО4 ООО «Атлант» (доля участия 50%, предусматривающая согласно Уставу Общества, назначение одного из двух его единоличных органов управления) и гражданином ФИО4, оформленную трудовым договором; 

- применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 вернуть в конкурсную массу должника выплаченные ему со стороны принадлежащего ему работодателя 852 524, 65 руб.

- привлечь ФИО5 к участию в обособленном споре, в случае удовлетворения исковых требований обязать ее солидарно вернуть в конкурсную массу должника полученные на принадлежащей ей счет денежные средства, оформленные выплатой заработной платы ФИО4, в пределах суммы 650 473,65 руб.

В обоснование заявленного требования конкурсный управляющий ФИО3 со ссылками на статьи 10, 166, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) указала на мнимость оспариваемого трудового договора. 

Определением суда от 11.08.2022 заявление конкурсного управляющего принято к производству, к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО5.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 26.09.2022 в удовлетворении требований отказано.

Конкурсный управляющий ООО «Атлант» ФИО3 с принятым определением суда не согласна, обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить оспариваемое определение, удовлетворить заявленные требования. 

По мнению заявителя жалобы, суд первой инстанции не принял во внимание предшествующее поведение участника сделки. Апеллянт ссылается на судебные акты, принятые в рамках дела о банкротстве ООО «Техник» (№А29-17991/2017). Как отмечает апеллянт, у должника имеется дебиторская задолженность, однако ни одного искового заявления, заявления о выдаче судебного приказа, ФИО4 за свою высокую заработную плату не подписал и не направил. Также от имени должника юрисконсульт должника не направил в арбитражный суд заявление о признании недействительной сделкой трудового договор Общества с ФИО4 По мнению апеллянта, арбитражным судом неверно применены заявленные сроки давности. Суд не учел недобросовестное действие оппонента, которое привело к пропуску срока давности. Временному управляющему должника документы в виде копий не передавались, но документация должника была передана 31.05.2019, далеко за пределами предусмотренного законом трехдневного срока для такой передачи. Срок обжалования сделок должника начал течь никак не ранее 01.06.2019 и прерывался на два месяца и восемнадцать дней, когда конкурсный управляющий в процедуре банкротства отсутствовал. Следовательно, срок исковой давности, по мнению конкурсного управляющего, истек не ранее 18.08.2022.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 27.10.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 28.10.2022.

ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу указывает, что обжалуемое определение принято в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и требованиями закона, а потому полежит оставлению без изменения, ходатайствует о рассмотрении дела в свое отсутствие. 

ФИО4 в отзыве на апелляционную жалобу указывает на законность и обоснованность судебного акта.

Конкурсный управляющий ФИО3 в суде апелляционной инстанции ходатайствует о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, арбитражного управляющего ФИО6. 

Из материалов дела не следует, что подобное ходатайство было заявлено в рамках обособленного спора в суде первой инстанции.

В соответствии с частью 3 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о привлечении к участию в деле третьих лиц.

В рассматриваемом случае на стадии апелляционного пересмотра определения суда первой инстанции ходатайство о привлечении третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, удовлетворено быть не может. К рассмотрению дела по правилам, установленным для суда первой инстанции, апелляционный суд не переходил.

Права и обязанности указанного апеллянтом третьего лица вынесенный по делу судебный акт не затрагивает.

В связи с изложенным заявленное конкурсным управляющим ходатайство не подлежит удовлетворению.

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 28.02.2019 между ООО «Атлант» в лице директора ФИО7 и ФИО4 заключен трудовой договор, в соответствии с которым работодатель (ООО «Атлант») обязуется предоставить работнику (ФИО4) работу ведущего юрисконсульта (п.1.1 договора).

В пункте 2.2 договора установлено, что договор заключается с 01.03.2019 на неопределенный срок.

28.02.2019 директором ООО «Атлант» издан приказ №20/1-К о приеме ФИО4 на работу на должность «ведущий юрисконсульт» с окладом 17000,00 руб. (т.1, л.д.43).

Посчитав вышеназванный трудовой договор от 28.02.2019 недействительной (ничтожной) сделкой, конкурсный управляющий ФИО3 обратилась в суд с рассматриваемым требованием.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как указано в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Для обоснования мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.04.2011 № 16002/10 по делу № А73-15601/2009).

Как установлено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Само по себе признание сделки недействительной по мотиву злоупотребления ее сторонами (стороной) правом и как посягающей на права и охраняемые законом интересы третьих лиц не противоречит действующему законодательству и соответствует сложившейся правоприменительной практике (пункт 10 Постановления № 25, абзац четвертый пункта 4 Постановления № 63 и пункт 10 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). Вместе с тем в приведенных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовые отношения это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Судами установлено, что оспариваемый трудовой договор заключен между ООО «Атлант» в лице директора ФИО7 и ФИО4 28.02.2019, после введения в отношении ООО «Атлант» процедуры наблюдения (20.12.2018).

Приказ о приеме ФИО4 на работу издан Обществом также 28.02.2019.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что поскольку приказом №12/КП от 12.11.2021 конкурсным управляющим из штатного расписания ООО «Атлант» исключена должность ведущего юрисконсульта, то указанная должность имелась в штатном расписании должника в период исполнения ответчиком своих трудовых обязанностей, обратного не доказано.

Из материалов дела следует, что ФИО4 занимал должность ведущего юрисконсульта с 01.03.2019 по 14.02.2022, когда конкурсным управляющим ООО «Атлант» ФИО3 вынесен приказ (распоряжение) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 14.02.2022 №7К/2022 (т.1, л.д.141). В качестве оснований для увольнения в данном приказе указано сокращение штата работников организации.

Довод апеллянта о том, что суд первой инстанции не принял во внимание представленные конкурсным управляющим в материалы дела сведения из базы «1С» об увольнении ФИО4 07.07.2020 признается несостоятельным, поскольку данные электронного бухгалтерского учета правоустанавливающего значения не имеют, при этом первичные документы (приказ об увольнении, заявление на увольнение и пр.) суду не представлены.

Таким образом, ФИО4 состоял в штате ООО «Атлант» в том числе в период процедуры конкурсного производства, введенной решением Арбитражного суда Республики Коми по делу №А29-15657/2018 от 18.04.2019.

Суд первой инстанции справедливо отметил, что на протяжении всего периода времени трудоустройства в ООО «Атлант» (с марта 2019 года по февраль 2022 года) ответчику начислялась заработная плата, отпускные, что подтверждается представленными в материалы дела расчетными листками (т.1, л.д.142-146); письмом от 27.01.2021, адресованным конкурсному управляющему ФИО3 (т.1, л.д.76), ФИО4 сообщил о невыплате заработной платы с сентября 2019 года и просил перечислить заработную плату на счет ФИО5

Соответственно, как следует из материалов дела и не опровергнуто апеллянтом, и в процедуре наблюдения, и в процедуре конкурсного производства осуществлялась начисление заработной платы работнику ФИО4, о чем не мог не знать временный, а в последующем конкурсный управляющий ФИО6

Кроме того, в материалах дела имеются доверенности на представление интересов Общества на имя ФИО4, выданные конкурсными управляющими ООО «Атлант» ФИО6 и ФИО3 в 2019-2021 годах и содержащие обширный перечень полномочий (генеральная доверенность от 31.05.2019, доверенности от 23.10.2019, от 01.04.2021 – т.1, л.д.147-149).

В материалы дела представлена переписка ООО «Атлант» с различными государственными органами, юридическими лицами, которую в 2019-2021 годах от имени общества вел ФИО4 на основании вышеуказанных доверенностей. Также, приобщены к материалам дела обращения ООО «Атлант» за подписью представителя ФИО4 в адрес прокуратуры, правоохранительных органов, службы судебных приставов, налоговой инспекции, администрации МОГО «Инта», административное исковое заявление, направленное в Интинский городской суд. Суд первой инстанции верно отметил, что из решения о проведении выездной проверки от 12.08.2019, справки о проведении выездной проверки от 12.08.2019, акта выездной проверки правильности расходов на выплату страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством от 05.11.2019 следует, что от имени должника взаимодействие с ГУ – РО ФСС РФ по Республике Коми осуществлял ФИО4

Ходатайств о фальсификации доказательств не заявлено.

Исследовав имеющиеся в деле документы, суд первой инстанции обоснованно признал факт мнимости трудового договора недоказанным. В деле отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО4 не приступил к исполнению трудовых обязанностей. Напротив, совокупность согласующихся между собой доказательств подтверждает, что на момент совершения сделки стороны намеревались создать соответствующие условиям сделки правовые последствия. Доказательств того, что квалификация и профессиональные качества ответчика не соответствовали необходимым требованиям для осуществления подобной деятельности, не представлено.

Согласно позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 01.11.2005 № 2521/05, реально исполненный договор не может являться мнимой сделкой.

При этом факт выполнения трудовых функции не всегда возможно подтвердить документально (в зависимости от характера выполняемой работы) и обязанности именно работодателя по их хранению, в связи с чем возлагать бремя по представлению соответствующих доказательств на заинтересованное лицо, которое было трудоустроено неправомерно.

То обстоятельство, что представитель ФИО4 в процессе трудовой деятельности не взыскивал дебиторскую задолженность ООО «Атлант» не опровергает факт реальности сделки. Более того, доказательств того, что конкурсным управляющим должника давались соответствующие поручения ФИО4 не представлено.

Довод апеллянта о том, что ФИО4 на дату заключения оспариваемого договора являлся одним из учредителей ООО «Атлант» само по себе не свидетельствует о мнимости трудового договора или злоупотреблении правом.

Ссылки конкурсного управляющего на судебные акты по делу №А29-17991/2017 (З-115284/2018) правомерно отклонены судом, поскольку не имеют преюдициального значения для настоящего спора и связаны с фактическими обстоятельствами, отличными от обстоятельств настоящего спора. Суд первой инстанции обратил внимание, что в рамках указанного спора трудовой договор, заключенный между ООО «Техник» и ФИО4, ничтожным (мнимым) не признавался, а признан судом недействительным в части размера установленного должностного оклада. В настоящем деле заявитель просит признать мнимым только трудовой договор. 

Заявителем жалобы не опровергнут надлежащими доказательствами факт исполнения оспариваемой сделки.

Доказательства, свидетельствующие о заведомой противоправной цели совершения спорной сделки ее сторонами, о намерении ФИО4 реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника, в материалах дела отсутствуют. Добросовестность участников сделки предполагается, доказательств обратного суду не представлено.

Одно только обстоятельство изменения ФИО4 должности в организации ООО «Атлант» само по себе не может быть поставлено в вину работнику должника, выполняющему свои трудовые обязанности в соответствии с трудовым договором.

Доказательств того, что в период действия трудового договора ответчик ненадлежащим образом исполнял или не исполнял свои трудовые обязанности, не выполнял или выполнял не в полном объеме установленные на предприятии нормы труда и рабочего времени, в материалах дела отсутствуют. При этом данные обстоятельства, при доказанности, могут являться основанием привлечения работника к дисциплинарной и иной ответственности, подлежат выяснению в рамках трудового спора, однако не свидетельствуют о мнимости трудового договора, на что также обратил внимание суд первой инстанции.

Судебная коллегия обращает внимание, что распределение бремени доказывания вытекает из процессуального правила, закрепленного в части 1 статьи 65 АПК РФ, согласно которому каждое лицо должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Следовательно, именно на стороне, заявляющей о недействительности сделки, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ лежит бремя доказывания обстоятельств, указывающих на то, что данная сделка в действительности не исполнялась, либо исполнялась формально без реального создания тех последствий, на достижение которых направленная соответствующая договорная конструкция, причинила вред иным лицам.

Однако конкурсный управляющий таких доказательств не представил.

Довод заявителя жалобы о соблюдении срока исковой давности признается несостоятельным в силу следующего.

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимой сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. Аналогичный правовой подход изложен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.03.2021 № 304-ЭС18-4037 (9).

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

По правилам статьи 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. Утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих (пункт 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

Следовательно, если правопредшественник не воспользовался своим правом оспорить сделку, несмотря на свою осведомленность о ее условиях, правопреемник не приобретает права на исчисление срока давности заново.

Судами установлено, что начисление ФИО4 заработной платы началось с марта 2019 года.

Из материалов дела следует, что заработная плата за апрель 2019 года перечислена в процедуре конкурсного производства должника (15.05.2019), следовательно, конкурсный управляющий ФИО6, который также являлся и временным управляющим в процедуре наблюдения, действуя разумно и осмотрительно, мог и должен был узнать об исполнении рассматриваемого трудового договора уже на дату введения процедуры конкурсного производства (18.04.2019), тем более должен был узнать о выплате зарплаты ФИО4 за апрель 2019 года и имел уже на тот момент право оспорить сделку в деле о банкротстве по признакам мнимости.

Учитывая, что настоящее заявление подано 03.08.2022 (согласно штемпелю на конверте), суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о пропуске срока исковой давности даже с учетом прерывания течения срока исковой давности ввиду отсутствия конкурсного управляющего. 

Таким образом, выводы суда первой инстанции документально заявителем жалобы не опровергнуты. Несогласие апеллянта с выводами суда первой инстанции и оценкой представленных доказательств не может являться основанием для признания оспариваемого судебного акта незаконным. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального и процессуального права. 

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. Доказательства уплаты государственной пошлины в материалах дела отсутствуют. 

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 26.09.2022 по делу № А29-15657/2018 (З-106947/2022) оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Атлант» ФИО3 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Атлант» в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий 

Судьи

 

Е.Н. Хорошева

ФИО8

ФИО1