ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-51316/2023

Дело № А40-979/20

г. Москва

23 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 23 октября 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева, 

судей О.В. Гажур, А.Н. Григорьева 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ООО «Ангиосистемы», ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 03.07.2023 по делу №А40-979/20 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЕгаМедика» ФИО2, ФИО3 и приостановлении рассмотрения вопроса об установлении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЕгаМедика», 

при участии в судебном заседании: 

от ФИО4: ФИО5 по дов. от 06.12.2021 

от ФИО2: ФИО5 по дов. от 14.10.2022 к/у ФИО6 лично, паспорт 

иные лица не явились, извещены  

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17.05.2021 ООО «ЕГАМЕДИКА» признано несостоятельным (банкротом), в отношении ООО «ЕГАМЕДИКА» введено конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО6. 

 

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, а также заявление Компании Мерит Медикал Системз, Инк. о привлечении контролирующих должника лиц ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЕГАМЕДИКА». 

 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.12.2021 объединены для совместного рассмотрения в рамках дела №А40-979/20-90-2 заявление Компании Мерит Медикал Системз, Инк. о привлечении контролирующих должника лиц ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЕГАМЕДИКА» и заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЕГАМЕДИКА». 

 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2022, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО6, Компании Мерит Медикал Системз, Инк. о привлечении контролирующих должника лиц ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЕГАМЕДИКА». Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 16.01.2023 Определение Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2022 по делу № А40-979/2020 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы. 

 

Арбитражным судом Московского округа были даны указания суду первой инстанции всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, исходя из подлежащих применению норм материального права, дать оценку всем доводам сторон обособленного спора, дать оценку действиям (бездействию) каждого контролирующего должника лица, заявленного к привлечению к субсидиарной ответственности.  В судебном заседании представитель ФИО3, ФИО2 возражал. Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.07.2023 г. заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Ангиосистемы», ФИО2, ФИО3 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда города Москвы от 03.07.2023 г. отменить, принять новый судебный акт. В судебном заседании представители ФИО2 и ФИО3 поддержали доводы апелляционной жалобы.

 

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

 

Рассмотрев дело в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителей заявителя, просивших оставить решение без изменения, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного решения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

 

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.2002 "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), если иное не предусмотрено этим Федеральным законом, в целях данного Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 этой статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. 

 

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

 

В п. 3 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – Постановление N 53) даны разъяснения, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

 

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). 

 

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. 

 

Из материалов дела следует, что согласно выписке из ЕГРЮЛ от 09.11.2020 ФИО2 являлась учредителем и единственным участником Должника, генеральным директором ООО «ЕГАМЕДИКА» в период с 27.01.2016 по 16.05.2021, также ФИО2 являлась учредителем общества с 19.06.2015. ФИО3 принята на должность главного бухгалтера на основании приказа № 4 от 01.04.2016, переведена на должность бухгалтера на основании приказа от 06.03.2018 № 4- К., уволена по собственному желанию (приказ от 31.12.2018 № 27). Из заявлений конкурсного управляющего и Компании Мерит Медикал Системз, Инк. усматривается, что в вину ответчикам вменяется осуществление действий по выводу активов должника на общую сумму 165 124 676 руб. 47 коп. 

 

Как следует из заявления Компании Мерит Медикал Системз, Инк. ФИО2 получила от должника денежные средства в размере 81 288 800 руб. 42 коп. в период неплатежеспособности общества. Признаки неплатежеспособности ООО «ЕГАМЕДИКА» появились в январе 2018 года, что установлено вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу о банкротстве. В 2016-2017 годах оборот по счетам должника составлял около 250 000 000 руб., доходы должника в 2017 году составили 260 855 000 руб. Снижение экономических показателей ООО «ЕГАМЕДИКА» в 2018 году обусловлено невозможностью реализации товара, имевшегося в наличии у должника, что привело к последующему банкротству.  Стоимость товара (медицинского оборудования) в 2018 году превышала 100 000 000 руб., согласно отчету об оценке № 115, по состоянию на 15.02.2022 стоимость медицинского оборудования составила 81 942 503 руб.00 коп., что превышает совокупный размер требований кредиторов более чем на 15%. 

 

Заявители основывают свои заявления на положениях ст. 61.12 Закона о банкротстве, согласно положениям которой, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. Поскольку субсидиарная ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда (вина), причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности. 

 

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Субъектами ответственности являются как лица, имеющие возможность определять поведение должника в силу своего формального статуса (руководители, учредители), так и лица, имеющие фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания (например, через сложную и непрозрачную структуру корпоративных связей). Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, в связи с чем в таких делах не применяется обычный стандарт доказывания, то есть заявитель должен ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтвердить факт возможности ответчика давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания. 

 

В соответствии с п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53) согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

 

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают. Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений "должник (его конкурсная масса) - кредиторы", то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения. 

 

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующие критерии: - наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям); - реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки); - ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53). 

 

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 N 307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий. 

 

Из содержания абзаца третьего пункта 16 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 следует, что к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.  По смыслу пунктов 4, 16 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

 

В данном случае судом первой инстанции установлены обстоятельства, которые явились основанием для возникновения и дальнейшего развития кризисной ситуации. В частности, из выписок по расчётным счетам ООО «ЕгаМедика» и ООО «Мед Экспресс» следует, что в период с 2018 по 2019 годы ФИО3 финансировала деятельность должника через предоставление займов как лично, так и с помощью ООО «Мед Экспресс», генеральным директором и единственным учредителем которого она является. При этом некоторые договоры займа не предусматривали начисления процентов за пользование заемными средствами.  Согласно истребованным из уполномоченного органа справкам о доходах ФИО3, в период с апреля 2016 по декабрь 2018 года ФИО3 получила от ООО «ЕгаМедика» денежные средства в размере 77 589 922,31 руб. Указанные обстоятельства подтверждаются определением Арбитражного суда города Москвы от 29.10.2020 о введении в отношении ООО «ЕгаМедика» процедуры наблюдения, которое оставлено без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2021 (№ 09АП-67245/2020). 

В соответствии с п.13 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, по смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий: это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.; оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности; данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения; оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения. 

 

Заявитель основывает свое заявление на положениях ст. 61.12 Закона о банкротстве, согласно положениям которой, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно. 

 

В соответствии со ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: - удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; - органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; - должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; - имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

 

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53). 

 

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. 

 

Обязанность по обращению с заявлением о банкротстве возникла у ФИО2 в январе 2018г., в то время как дело о банкротстве общества «ЕгаМедика» возбуждено 14.01.2020 на основании заявления ООО «Мед Экспресс», генеральным директором которого являлась ФИО3 С июня 2016 по февраль 2019 года учредитель и генеральный директор ООО «Мед Экспресс» (ФИО3) являлась главным бухгалтером ООО «ЕгаМедика». 

 

Следовательно, на момент возбуждения производства по делу о банкротстве ООО «ЕгаМедика» (14.01.2020) ФИО3 являлась заинтересованным лицом должника согласно абз. 2 п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве. В период с 2018 года по 2019 год ООО «Мед Экспресс» и лично ФИО3 финансировали ООО «ЕгаМедика» через предоставление займов. При этом, некоторые договоры займа не предусматривали начисления процентов за пользование заемными средствами (например, договоры беспроцентного займа № 5 от 13.01.2016, № 6 от 22.01.2016, № 7 от 20.02.2016, № 8 от 15.03.2016). Конкурсный управляющий, Компании Мерит Медикал Системз, Инк. также указали на то, что размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, составляет сумму 65 492 560 руб. 

 

Также конкурсный управляющий должника указал, что общий размер выплат Ответчику ФИО3 за весь период деятельности с 01.04.2016 по 31.12.2018 составил сумму 77,5 млн. руб., при том, что зарплата согласно трудовому договору с ней за тот же период составляла сумму 7 161 401,65 руб.; ФИО2 за тот же период ей были выплачены денежные средства в общей сумме 81 288 800 руб., в то время как официальная заработная плата Ответчика за период с 01.04.2016 по 31.12.2018 составляет сумму 11 100 000 руб. Следовательно, ответчикам фактически были выплачены денежные средства в размере, превышающем суммарный размер заработной платы за указанный период.  Вывод денежных средств применительно к п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве является существенным, поскольку превышает общие кредиторские обязательства. 

 

Согласно абзацу 2 пункта 19 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).  Учитывая вышеизложенное, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 г. № 305- ЭС19-10079). 

 

Из возражений ответчиков следует, что на складе должника действительно имеется медицинский товар, объем которого, согласно независимой оценке, составляет сумму около 82 млн. руб. Однако, указанный товар на торгах был реализован на сумму 63 тыс. руб., что составляет 0,11 % от суммы реестровых требований кредиторов. 

 

Судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что невозможность реализации товара говорит, с одной стороны, о его неликвидности, а с другой стороны, о том, что еще до возбуждения дела о банкротстве (29.10.2020) ответчики не принимали надлежащих мер к его реализации, что привело к затовариванию склада на сумму порядка 100 млн. руб. Факт скопления такого количества товара свидетельствует о неразумности действий ответчиков, которые не занимались его реализацией контрагентам, в связи с чем еще до возбуждения дела о банкротстве сроки стерильности и годности на значительную часть медицинского товара истекли. При этом, из материалов дела усматривается и не опровергается надлежащими доказательствами, что ООО «ЕГАМЕДИКА» не располагало иным имуществом в объеме, достаточном для восстановления платежеспособности. 

 

Конкурсным управляющим указано, что в настоящее время ведется работа по утилизации медицинского товара с истекшими сроками стерильности и годности. При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что Ответчиками вместо совершения действий, направленных на погашение кредиторской задолженности, совершались операции по выплате денежных средств в свою пользу. 

 

Судом первой инстанции также обоснованно учтено, что при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801). 

 

Наличие антикризисной программы (плана) может подтверждаться не только документом, поименованным соответствующим образом, но и совокупностью иных доказательств (например, перепиской с контрагентами, протоколами совещаний и т.п.). При этом возложение субсидиарной ответственности допустимо, в частности, когда следование плану являлось явно неразумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах, либо когда план разрабатывался лишь для создания внешней иллюзии принятия антикризисных мер и получения отсрочки с тем, чтобы выиграть время для отчуждения активов во вред кредиторам. В итоге анализ материалов дела показал, что должник не располагал какими-либо ценными активами для погашения задолженности тем или иным способом, о чем руководители должника безусловно знали, но не предпринимали мер к минимизации растущих долгов. 

 

Согласно договору уступки права требования от 12.04.2016 б/н ООО «ЕГАМЕДИКА» произвело оплату за ООО «ЕгаМедикал» без встречного исполнения в пользу поставщика - Компания «Мерит Медикал Системз, Инк.» в размере 29 098 004,81 руб. за поставленную последним медицинскую продукцию При этом, ООО «ЕгаМедикал» и ООО «ЕгаМедика» на момент совершения указанной сделки являлись аффилированными лицами. Таким образом, полученная в декабре 2015 года медицинская продукция находилась у общества «ЕгаМедикал». Осуществление оплаты за аффилированное лицо - общество «ЕгаМедикал», без проверки приемо-сдаточных документов и без последующих мер по истребованию задолженности с 2016г. не может являться разумным предпринимательским риском, не свидетельствует об обычных условиях делового оборота. При указанных обстоятельствах, ООО «ЕгаМедика» лишилось единственного ликвидного актива, что повлекло наступление кризисной ситуации. 

 

Учитывая наличие кредиторской задолженности, руководитель должника должен был оценивать возникшее в период его руководства длительное неисполнение договоров займа, а также неуплату налогов. В этой связи указанный руководитель  должен был в 2018 году обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), однако в указанный период руководитель должника указанных действий не совершил, а, напротив, продолжил начислять заработную плату, а также премии, производить оплату командировок специалистов, которые не были устроены в штат общества «ЕгаМедика». 

 

В соответствии с разъяснениями Пленума ВС РФ, изложенных в пункте 23 Постановления от 21.12.2017 N 53, для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи (ст. 61.11 Закона о банкротстве), наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке".  Из абзаца третьего пункта 6 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 обстоятельство последующего включения имеющегося на дату совершения сделки неисполненного требования кредитора в реестр подтверждает факт неплатежеспособности должника в период ее заключения. 

 

В соответствии с правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС17- 11710(3) по делу N А40-177466/2013, при установлении признаков неплатежеспособности имеет значение наличие доказательств, что в спорный период у должника имеются обязательства перед иными кредиторами с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемых соглашений, неисполненных и включенных в реестр требований кредиторов должника. 

 

В данном случае общий размер выплат ФИО3 за весь период деятельности с 01.04.2016 по 31.12.2018 составил сумму 77, 5 млн. руб., при том, что зарплата согласно трудовому договору с ней за тот же период составляла сумму 7 161 401,65 руб.; ФИО2 за тот же период ей были выплачены денежные средства в общей сумме 81 288 800 руб., в то время как официальная заработная плата Ответчика за период с 01.04.2016 по 31.12.2018 составляет сумму 11 100 000 руб.  Судом также принято во внимание, что совокупный размер денежных средств, которые ФИО3, ФИО2 получили под видом заработной платы превышает 20% балансовой стоимости активов Должника. 

 

В соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты). 

 

Тарифная ставка - фиксированный размер оплаты труда работника за выполнение нормы труда определенной сложности (квалификации) за единицу времени без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат. Оклад (должностной оклад) - фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат. Базовый оклад (базовый должностной оклад), базовая ставка заработной платы - минимальные оклад (должностной оклад), ставка заработной платы работника государственного или муниципального учреждения, осуществляющего профессиональную деятельность по профессии рабочего или должности служащего, входящим в соответствующую профессиональную квалификационную группу, без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат. 

 

Согласно статье 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.  Согласно п. 1 статьи 132 ТК РФ, заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается.  На основании п. 2 статьи 135 ТК РФ системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.  Из содержания статьи 191 ТК РФ следует, что работодатель вправе поощрять работников за выполнение трудовой функции. 

 

Таким образом, действия по установлению вознаграждения в рамках трудовых правоотношений являются возмездными, что подразумевает наличие встречного предоставления в виде выполнения соответствующей трудовой функции, и, с учетом положений пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, представляют собой сделку, которая может быть оспорена в рамках дела о несостоятельности. 

 

Судом первой инстанрции принято во внимание, что в материалы дела не представлено доказательств того, что ФИО2, ФИО3 выполнялись трудовые обязанности. Следовательно, ответчикам фактически были выплачены денежные средства в размере, превышающем суммарный размер заработной платы за указанный период. При этом, следует учитывать, что факт вывода указанных денежных средств в свою пользу не мог не сказаться на финансовом положении должника.  Вместе с тем, суды не исследовали фактическое выполнение ФИО3 должностных обязанностей, наличие в штате должника врачей и др. В материалы дела не представлено доказательств реальности командировочных расходов врачей, поскольку какие-либо первичные документы (приказы о направлении в командировки, командировочных удостоверений, авансовых отчетов и т.д.) в деле не содержатся. 

 

Вывод денежных средств применительно к п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве является существенным, поскольку превышает общие кредиторские обязательства. При этом, в 2016-2017 годах оборот по счетам должника составлял около 250 000 000 руб., доходы должника в 2017 году составили 260 855 000 руб. Снижение экономических показателей ООО «ЕГАМЕДИКА» в 2018 году обусловлено невозможностью реализации товара, имевшегося в наличии у должника, что привело к последующему банкротству. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ООО «ЕГАМЕДИКА» не вело хозяйственную деятельность в период начисления заработной платы и премий в пользу, а также ФИО2, ФИО3, что свидетельствует о намеренном выводе ликвидных активов. При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления о привлечении контролирующих ООО «ЕгаМедика» лиц к субсидиарной ответственности. 

 

В соответствии с п. 11 ст.61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.  В соответствии с п.7 ст.61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.  В настоящее время конкурсным управляющим проводится работа по формированию конкурсной массы. Таким образом, рассмотрение вопроса об установлении размера субсидиарной ответственности подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами. 

 

Исходя из изложенного, суд первой инстанции правомерно привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЕгаМедика» ФИО2, ФИО3. Приостановил рассмотрение вопроса об установлении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. 

 

Рассмотрев доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

 

При определении признаков банкротства используется как критерий достаточности имущества, так и критерий платежеспособности.  Для определения того, являлся ли должник неплатежеспособным, необходимо установить его фактическое финансовое состояние, а именно отсутствие доходности, неспособность исполнять свои обязательства перед кредиторами и обязанности по уплате обязательных платежей, анализ наличия денежных средств на счетах должника и ведение им финансовых операций. 

 

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 05.03.2019 N 14- П, по своему конституционно-правовому смыслу, в том числе, ст. 9 Закона о банкротстве, не предполагает взыскания с руководителя организации-должника, не обратившегося своевременно в арбитражный суд с заявлением должника о признании банкротом возглавляемой им организации, без установления всех элементов состава соответствующего гражданского правонарушения, совершенного руководителем должника, а также без оценки разумности и осмотрительности действий (бездействия) всех лиц, которые повлияли на возникновение и размер расходов по делу о банкротстве (самого руководителя должника, иных контролирующих должника лиц, уполномоченного органа, арбитражного управляющего и других). 

 

Согласно п.п. 2 и 3 Постановления от 30.07.2013 № 62 Пленума ВАС РФ "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", действия (бездействие) директора признаются недобросовестными, если он: - действовал при наличии конфликта интересов; - скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; - совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица - после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; - знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом; действия (бездействие) директора признаются неразумными, если он: - принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; - до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах; - совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок; - своевременно не предпринял необходимые действия по получению от контрагента денежных средств или имущества.

 

По мнению Апеллянтов ФИО2 и ФИО3, Должник располагал реальными ликвидационными активами, которые позволяли ему восстановить свою платежеспособность. Для восстановления платежеспособности должник должен иметь реальные активы. Действительно у Должника на складе имелся товар на сумму порядка 100 млн. руб. Проанализировав данный факт, суд установил, что почти на весь товар по вине Апеллянтов истекли сроки стерильности, за исключением четырех единиц оборудования, на которые эти сроки не установлены. В настоящее время данное оборудование реализовано и в конкурсную массу поступили денежные средства в размере 19 млн. руб. Что касается остального товара, то он подлежит утилизации, поскольку еще до возбуждения о банкротстве (29.10.2020) Апеллянты не принимали надлежащих мер к его реализации и допустили затоваривание склада, что отмечено в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 16.01.2023 по делу № А40-979/20-90-2Б. 

 

Также апеллянты указывают на то, что истечение срока стерильности произошло по вине конкурсного управляющего, который не реализовал на торгах товар. Данное утверждение является необоснованным, поскольку поданные апеллянтами жалобы на бездействие конкурсного управляющего, не реализовавшего товар, не были удовлетворены Арбитражными судом г. Москвы на заседании от 06.09.2023 г. Факт выполнения ФИО2 и ФИО3 своих трудовых обязанностей не подтвержден документально. 

 

Суд первой инстанции обоснованно указал на то, что выплаты денежных средств сверх окладов производились без встречного предоставления. Арбитражный суд Московского округа в постановлении от 16.01.2023 сделал вывод о том, что факт отвлечения указанных денежных средств в свою пользу не мог не сказаться на финансовом положении Должника. Вывод денежных средств применительно к и. 2 ст. 61.1 1 закона о банкротстве является существенным, поскольку превышает общие кредиторские обязательства».

 

Утверждение апеллянтов о том, что факт выполнения ФИО2 и ФИО3 трудовых обязанностей подтверждается преюдициальными судебными актами, противоречит фактическим обстоятельствам, поскольку данные акты касаются иных периодов деятельности апеллянтов.

 

По мнению ФИО2 и ФИО3 суд первой инстанции не исследовал ни одного обстоятельства, на которые указала кассационная коллегия, направляя дело на новое рассмотрение. Апеллянты указали, что суд не установил основания для выплат; действительно ли выплаты были получены Апеллянтами; куда направлялись полученные выплаты сверх реального заработка; был ли причинен вред кредиторам в результате таких выплат.

 

Данный довод также отклоняется, поскольку суд первой инстанции установил причины доведения апеллянтами должника до банкротства, в частности нереализация ФИО2 и ФИО3 товара на складе, что привело к истечению сроков его стерильности и годности. Таким образом, реальные активы для восстановления платежеспособности Должника отсутствовали. Также одной из причин признан вывод денежных средств под видом зарплаты в свою пользу. 

 

Суды установили, что данные денежные средства были получены апеллянтами сверх окладов по штатному расписанию и не направлялись на нужды Должника.  Так, судами было установлено, что, если оклады ФИО3 и ФИО2 по трудовому договору составляли от 250 до 700 тыс. руб. в месяц, то фактически они получали денежные средства в размере до 6,5 млн. в месяц. Также было установлено, что согласно судебному акту, вступившему в законную силу, и реестру требований кредиторов Должник не погасил задолженность перед кредитором Компания Мерит Медикал Системз, Инк. в размере 35 млн. руб. с 2016 г. В то же самое время в 2017 г. Апеллянты получили денежные средства под видом премии в размере более 26 млн. руб. Арбитражный суд г. Москвы дал правильную оценку тому факту, что Должник в 2016 г. вывел в пользу аффилированного общества ООО «Егамедикал» 29 098 004, 81 руб., при этом равноценное имущество или равноценные денежные средства у данного Общества не истребовались.

 

Довод апеллянтов о том, что ключевым фактором в наступлении имущественного кризиса для Должника являются действия кредитора Компания Мерит Медикал Системз, Инк., отклоняется. По мнению апеллянтов, данный кредитор в 2016 г. поставил некомплектный товар, а в последующем отказался дополнительно поставить товар или принять товар обратно. Сама по себе постановка вопроса о поставке некомплектного товара через шести лет после его приемки Должником без замечаний к товару свидетельствует о недобросовестном поведении апеллянтов. Кроме того, требования Компании Мерит Медикал Системз, Инк. были включены судом в реестр требований кредиторов и подтверждены всеми судебными инстанциями вплоть до Верховного суда РФ.

 

Таким образом, доводы апелляционных жалобы не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку обусловлены несогласием заявителей с выводами суда первой инстанции, при отсутствии в материалах апелляционных жалоб доказательств, которые могли бы поставить под сомнение правильность вывода суд первой инстанции.

 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционных жалобах. 

 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 102, 110, 269-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Девятый Арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 03.07.2023 по делу №А40-979/20 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ООО «Ангиосистемы», ФИО2, ФИО3 - без удовлетворения. 

 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

 

Председательствующий судья:                                                                 Р.Г. Нагаев 

Судьи:                                                                                                          О.В. Гажур 

                                                                                                         А.Н. Григорьев