АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А45-8934/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 19 декабря 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 22 декабря 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоФИО6 а Н.Б.,

судейФИО7 а В.А.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение от 22.08.2022 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Лихачёв М.В.) и постановление от 14.10.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Иванов О.А., Дубовик В.С., Иващенко А.П.) по делу№ А45-8934/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, принятые по заявлению финансового управляющего об оспаривании договора купли-продажи транспортного средства.

Третье лицо, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО2.

Суд установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – ФИО3, должник) финансовый управляющий его имуществом ФИО4 (далее – финансовый управляющий) обратилась 30.03.2021в арбитражный суд с заявлением об оспаривании договора купли-продажи транспортного средства, заключённого 09.10.2015 между должником и ФИО5 (далее – ответчик), применении последствий недействительности сделки.

Определением от 22.08.2022 Арбитражного суда Новосибирской области, оставленным без изменения постановлением от 14.10.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда, заявление удовлетворено.

Не согласившись с принятыми определением и постановлением судов, ФИО2 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменитьи направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы ФИО2 ссылается на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела в вопросе реальности правоотношений, а также указывает на нарушение норм материального и процессуального права.  

По утверждению кассатора, на дату совершения спорной сделки должник, несмотря на то, что являлся поручителем по обязательствам Группы компаний БФК, не отвечал признакам неплатёжеспособности и недостаточности имущества, поскольку у него отсутствовали личные неисполненные обязательства, соответственно, он мог беспрепятственно распоряжаться принадлежащим имуществом, в том числе передать спорный автомобиль в дар своей дочери – ФИО5

По мнению кассатора, суды, квалифицировав оспариваемую сделку по пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), не указали,чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельствао выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»(далее – Закон о банкротстве); не указали пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Кассатор приводит довод о том, что законом не запрещено владение транспортным средством, которое сам собственник не использует в момент передачи, а доверяет управление третьим лицам. 

От финансового управляющего в суд округа поступил отзыв с возражениямина кассационную жалобу.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых актов, суд округа не находит оснований для её удовлетворения.  

Как следует из материалов дела, ФИО3 на основании договора купли-продажи от 09.10.2015 передал своей дочери ФИО5 автомобиль Ниссан Патрол 48 Элеганс (2005 года выпуска), государственный номер 

<

***> (далее – автомобиль).

Полагая, что договор купли-продажи от 09.10.2015 является недействительнымна основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, поскольку заключён с целью вывода активов должника из его имущественной сферы, в целях недопущения обращения на них взыскания, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Установив, что указанный договор купли-продажи совершён между аффилированными лицами (должник и его дочь) без предоставления встречного исполнения; после отчуждения имущества должник сохранил над ним полный контроль, продолжал пользоваться и извлекать полезные свойства; указанный договор является сделкой за счёт имущества, направленной на вывод имущества с противоправными мотивами, суд первой инстанции, чьи выводы поддержал апелляционный суд, удовлетворил заявленное требование.

Суд округа считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты. 

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявлениеоб оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьёй 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющимпо своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов,а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размерего кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора,в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника банкротом принято к производству - 20.05.2020, следовательно, оспариваемая сделка, заключённая 09.10.2015, не подпадает под условия оспаривания подозрительных сделок, предусмотренные Законом о банкротстве.

Вместе с тем наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ.

В рассматриваемом случае финансовый управляющий просил признать договор недействительным как мнимую сделку, поскольку её стороны с самого начала не имели намерения создать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаныв составленных ими документах, фактически правоотношения по купле-продаже автомобиля между ними не возникли.

В свою очередь, в силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть, сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны такой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение.

Таким образом, при рассмотрении вопроса о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке.

Согласно правовой позиции, приведённой в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделкине совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих её сторон.

В то же время для признания сделки мнимой необходимо установить, что сторона сделки действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить сделку в действительности (пункт 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021).

Тем самым, согласованные действия участников мнимой сделки, выражающиесяв изготовлении формально безупречных документов без цели создания реальных правовых последствий, являются заведомо недобросовестными.

В рассматриваемом случае судами установлено, что ФИО5 на дату регистрации за ней спорного транспортного средства не имела права управления автомобилем на территории Российской Федерации, к управлению автомобилем были допущены должник с супругой, в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих реальность заключения оспариваемой сделки купли-продажи автомобиля, на основании которой осуществлена его перерегистрация с должникана ФИО5; оплаты по договору не произведено; ответчик не нёс расходына содержание транспортного средства.

Оценивая критически суждения должника об отсутствии у него признаков недостаточности имущества в момент заключения оспариваемой сделки, суды исходили из того, что ФИО3 являлся одним из лиц, контролирующих группу компаний БФК, общества входящие в которую с 2015 года имели существенные затрудненияв исполнении принятых на себя кредитных обязательств перед публичным акционерным обществом «Сбербанк России», акционерным обществом «Банк Москвы», публичным акционерным обществом «Банк ВТБ»  (далее – банк), проводились мероприятияпо реструктуризации задолженности для пополнения недостающих оборотных денежных средств.

В связи с неисполнением ФИО3 принятых на себя обеспечительных обязательств за общество с ограниченной ответственностью «Конструкторское бюро»по трём кредитным обязательствам требования банка определением суда от 06.10.2020 включены в реестр требований кредиторов должника в размере 627 521 532,16 руб. (требования основаны на решении Октябрьского районного суда города Новосибирскаот 12.11.2019 по делу № 2-015/19).

Юридические лица, в которых имеется доля участия ФИО3, признаны банкротами, сведений о достаточности имущества для проведения расчётовсо всеми кредиторами, не приведено.

ФИО3, являясь собственником бизнеса, осуществляя текущее руководство рядом компаний, входящих в группу, при принятии решений относительно собственного имущества не мог исходить только из данных бухгалтерской отчётности обществ,ему было достоверно известно их действительное имущественное положение и риски, связанные с невыполнением плана по выходу из финансового кризиса в условиях принятия на себя ряда акцессорных обязательств.

В отношении суждения кассатора о том, что обязательства должника перед банками возникли только в 2018 году, то есть позднее даты совершения договора купли-продажи, суд округа отмечает, что при формировании условий сделок по распоряжению своими активами, а тем более не предполагающих получение встречного исполнения, должник, являющийся поручителем по обязательству, обязан учитывать интересы своих кредиторов, как имеющихся в момент отчуждения имущества, так и необходимость погашения задолженности, срок погашения которой наступит непосредственно послеих совершения. Сделками по отчуждению имущества должник не вправе искусственно создавать невозможность исполнения уже принятых на себя обязательств в будущем, умышленно уменьшать объём активов.

Необходимо также учитывать, что кредитные организации при выдаче заёмных средств, оценивая свои риски, обоснованно рассчитывали на возможность обращения взыскания, в том числе и на имущество должника-поручителя.

Однако обстоятельства настоящего дела свидетельствует об одномоментном отчуждении ФИО3 в пользу своей дочери дорогостоящего движимогои недвижимого имущества, которая, принимая в настоящем случае под видом заключённого договора купли-продажи в дар автомобиль (без намеренияего использования), в силу родственных отношений не могла не знать о текущем состоянии дел своего отца и высокую вероятность негативного развития событий.

Совокупность изложенных обстоятельств свидетельствует о том, что оспариваемый договор заключён за пределами обычной внутрисемейной сделки на внешне безупречных условиях с фиктивной целью оградить имущество должника от посягательств кредитных организаций, которую обе стороны заранее осознавали.

Таким образом, вывод судов о наличии оснований для примененияк спорному договору пункта 1 статьи 170 ГК РФ соответствует установленным обстоятельствам обособленного спора, является верным.

Иных доводов, способных существенно повлиять на результат рассмотрения спора,в кассационной жалобе не приведено.

Учитывая изложенное, по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела суд округа считает, что судами верно и в полной мере установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора по существу, им дана надлежащая правовая оценка, приведённые сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объёмес указанием в обжалуемых судебных актах мотивов, по которым они были принятыили отклонены, выводы соответствуют установленным фактическим обстоятельствами имеющимся в деле доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно.

В связи с вышеизложенным кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ,  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 22.08.2022 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 14.10.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-8934/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

ПредседательствующийН.Б. ФИО6

СудьиВ.А. ФИО7

ФИО1