Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-2070/2017

18 апреля 2017 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2017 года.Полный текст  постановления изготовлен 18 апреля 2017 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего Жолондзь Ж.В.

судей Козловой Т.Д., Ротарь С.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

от акционерного общества «Бамтрансвзрывпром» ФИО2 представитель по доверенности от 30 декабря 2016 года №30; 

от ФИО3 ФИО4 представитель по доверенности от 22 августа 2016 года № 38 АА 1696781;

от общества с ограниченной ответственностью «Авента» не явились;

 от акционерного общества «Разрез Харанорский» не явились;

от общества с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «КАСКАД-Л» не явились;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на решение от 07 февраля 2017 года,

принятое судьей Фадеевым С.М.,

по делу Арбитражного суда Амурской области №А04-7802/2016, рассмотренному по иску акционерного общества «Бамтрансвзрывпром» к ФИО3 о взыскании 12 036 483, 80 рублей, третьи лица - общество с ограниченной ответственностью «Авента», акционерное общество «Разрез Харанорский», общество с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «КАСКАД-Л», 

установил:

акционерное общество «Бамтрансвзрывпром» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО3, в котором просит взыскать убытки в размере 10 200 410 рублей (с учетом уточнения требований), возникшие в результате деятельности последнего в качестве генерального директора указанного общества.

Определениями от 18 августа 2016 года, 05 октября 2016 года, от 27 октября 2016 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Авента», акционерное общество «Разрез Харанорский», общество с ограниченной ответственностью частное охранное предприятие «КАСКАД-Л».

Решением Арбитражного суда Амурской области от 07 февраля 2017 года исковое требование удовлетворено в полном объеме; с ответчика в пользу истца также взыскана государственная пошлина 74 002 рублей; истцу из федерального бюджета возвращена государственная пошлина 9 180 рублей.

ФИО3, не согласившись с принятым по делу судебным актом, в апелляционной жалобе просит решение суда от 07 февраля 2017 года отменить, в удовлетворении иска отказать. В обоснование указал, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку в материалах дела имеются доказательства, которых достаточно для установления факта выполнения работ обществом с ограниченной ответственностью «Авента» (далее ООО «Авента») по договору от 02 апреля 2012 года, принятые от ООО «Авента» работы на сумму равную предъявленной к взысканию истцом сумме, отражены в бухгалтерской отчетности истца за 2012 год, утвержденной общим собранием акционеров истца, что подтверждается протоколом годового общего собрания №1; суд первой инстанции необоснованно принял во внимание объяснения третьих лиц, документального подтверждения которым в деле не имеется; в нарушение процессуальных норм суд принял в качестве надлежащего доказательства письменные объяснения от 11 ноября 2016 года гражданина ФИО5, отобранные участковым уполномоченным полиции, кроме того, в данных объяснениях отсутствуют сведения, позволяющие идентифицировать опрошенное лицо, например паспортные данные, ИНН и т.п.); показания свидетеля ФИО6 также не могут быть приняты во внимание, поскольку последний является сотрудником истца, находится в отношениях подчинения; Заявитель жалобы настаивает на том, что по требованию истца истек срок исковой давности. Считает, что судом неправильно применены нормы материального права, поэтому вывод суда о начале течения срока исковой давности с момента, когда о нарушении узнал новый директор, является ошибочным.  Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года №62, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда о спорной сделке и ее негативных последствиях для общества узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, применительно к данному делу – с 21 июня 2013 года, когда общим собранием акционеров утверждена годовая бухгалтерская отчетность общества за 2012 год.

Представитель заявителя жалобы в судебном заседании доводы жалобы поддержал.

Представитель истца согласно отзыву и объяснениям представителя считает принятое по делу решение законным и обоснованным, просит оставить его без изменения. О совершенной спорной сделке и о ее негативных последствиях для общества, что подтверждается материалами дела, общество узнало, когда ответчик был отстранен от должности генерального директора и назначен новы директор.

Третьи лица извещены, не явились.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы,  проверив правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции усмотрел основания для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В период с 01 июля 2009 года по 27 июня 2016 года ответчик являлся генеральным директором истца, что подтверждается трудовым договором от 01 июля 2009 года №42 а, выпиской из протокола №1 годового общего собрания акционеров от 23 июня 2014 года, протоколом заседания Совета директоров от 08 апреля 2016 года, решением от 27 июня 2016 года.

Советом директоров истца в соответствии с Уставом общества  принято решение от 08 апреля 2016 года о приостановлении полномочий ФИО3 в качестве генерального директора, отстранении его от должности и проведении внеочередного общего собрания акционеров по вопросу досрочного прекращения полномочий действующего и избрании нового генерального директора.

27 июня 2016 года общим собранием акционеров общества принято решение о досрочном прекращении полномочий ФИО3 и избрании генеральным директором ФИО7

02 апреля 2012 года между акционерным обществом «Бамтрансвзрывпром» (далее заказчик, истец) в лице генерального директора ФИО3 и обществом с ограниченной ответственностью «Авента» (далее ООО «Авента», исполнитель, третье лицо) в форме единого документа заключен договор на производство буровых работ, по условиям которого исполнитель обязался по заданию заказчика выполнить буровые работы на объекте: разрез «Апсатский» участок «Угольный» Апсатского каменноугольного месторождения, расположенном в Каларском районе Забайкальского края, в объеме 40 000 погонных метров, с учетом возможного изменения объемов работ. 

Заказчик обязался принять и оплатить результат работ по согласованной цене.  

В соответствии с пунктами 2.1 и 2.4 договора стоимость буровых работ за 1 погонный метр согласована в размере 110, 92 рублей, в том числе НДС.

Оплата за выполненные работы производится заказчиком ежемесячно на основании актов сдачи-приемки выполненных работ, счета-фактуры и счета.

Платежными поручениями от 16 мая 2012 года №683 на сумму 1 505 184, 40 рублей, от 21 июня 2012 года №976 на сумму 2 560 033, 60 рублей, от 19 июля 2012 года №1171 на сумму 877 931, 80 рублей, от 29 октября 2012 года №1894 на сумму 1 964 393, 20 рублей, от 22 ноября 2012 года №2091 на сумму 2 009 315, 80 рублей, от 27 декабря 2012 года №2392 на сумму 1 888 967, 60 рублей, от 29 января 2013 года №177 на сумму 1 230 657, 40 рублей заказчик произвел оплату работ, перечислив на счет исполнителю 12 036 483, 80 рублей.

Основанием для оплаты явились подписанные между сторонами договора акты сдачи-приемки выполненных работ от 02 мая 2012 года, от 01 июня 2012 года, от 29 июня 2012 года,  от 29 октября 2012 года, от 31 октября 2012 года, от 30 ноября 2012 года, от 31 декабря 2012 года.

В обоснование иска истец указал, что фактически указанные в данных актах  работы выполнены самим истцом на основании договоров субподряда от 25 апреля 2012 года №68, от 01 августа 2012 года №РХ-12/299, от 31 декабря 2012 года №РХ-12/402, от 31 января 2012 года №З-СП, заключенных с открытым акционерным обществом  «Разрез Харанорский» (далее  АО «Разрез Харанорский», который являлся генподрядчиком. Истец не поручал ООО «Авента» выполнение работ. При таких обстоятельствах ответчиком, исполнявшим обязанности генерального директора общества, необоснованно приняты невыполненные работы и произведена их оплата в сумме 12 036 483, 80 рублей.

В результате указанных действий ответчика, которые должны быть признаны недобросовестными, общество понесло убытки в указанном размере.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены способы защиты гражданских прав. Одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации  лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с указанными правовыми нормами для наступления гражданско-правовой ответственности в форме  убытков необходимо наличие пяти обязательных условий: наличие убытков, противоправное поведение лица, действие (бездействие) которого повлекло причинение убытков, причинная связь между противоправностью и убытками; вина должника (в необходимых случаях); доказанность существования всех этих условий.  

Отсутствие или недоказанность одного из них является основанием для отказа в удовлетворении иска о возмещении убытков.

Убытки должны быть прямыми и реальными.

Согласно статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномоченного выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно, и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7, по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 названного Кодекса).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 года №208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее Закон об акционерных обществах) единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно; несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

Привлечение единоличного исполнительного органа к ответственности по правилам статьи 71 Закона об акционерных обществах зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявлял ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий директора считается доказанной, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления).

Кроме того, негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, (в случае, когда они доказаны истцом), сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года №62). 

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Дав оценку собранным по делу доказательствам, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ответчик не доказал фактическое выполнение работ по спорному договору и, соответственно, основания для перечисления ООО «Авента» денежных средств  в размере 12 036 483, 80 рублей. Вывод суда основан на том обстоятельстве, что в материалах дела отсутствуют первичные документы, подтверждающие выполнение ООО «Авента» работ по спорному договору, а также на объяснениях третьих лиц АО «Разрез Харанорский», ООО ЧОП «Каскад-Л».

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с данным выводом в связи со следующим.

В силу пункта 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Постановлением Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 11 ноября 1999 года №100 (далее постановление №100) утверждены унифицированные формы первичной учетной документации по учету работ.

В соответствии с указанным постановлением к таким документам относится акт формы №КС-2, который составляется на основании данных журнала учета выполненных работ №КС-6а. На основании данных акта о приемке выполненных работ №КС-2 заполняется справка о стоимости выполненных работ и затрат №КС-3.

Учитывая положения статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации и указанного постановления №100, основные первичные документы, подтверждающие выполнение работ, в материалах дела имеются.

Кроме того, вывод суда о том, что ответчик не представил первичную документацию, подтверждающую выполнение работ, указанных в подписанных им актах формы №КС-2, основан на неправильном распределении обязанностей по доказыванию.

Делая такой вывод, суд не учел, что ответчик на момент предъявления к нему иска и рассмотрения настоящего дела, будучи отстранённым от исполнения обязанностей директора общества и уволенным из общества, не имел доступа к документации общества.

В качестве надлежащих доказательств, опровергающих доводы ответчика, во внимание приняты доказательства, представленные АО «Разрез Харанорский», который являлся генподрядчиком. 

Вместе с тем, вся представленная в дело документация, а именно акты замеров, акты по форме №КС-2 и справки по форме №КС-3, подписаны представителями генподрядчика и представителями субподрядчика – истца, поскольку иные лица не являлись участниками заключенных между ними договоров и могли не участвовать в сдаче-приемке работ генподрядчику.

Кроме того, по договору с ООО «Авента» поручалось выполнение только части из объемов работ, порученных генподрядчиком истцу.

Согласно пунктам 2.4.2 договоров субподряда субподрядчик вправе был привлекать к выполнению работ третьих лиц с письменного согласия генподрядчика.

По утверждению генподрядчика субподрядчик не обращался за таким согласованием для привлечения ООО «Авента».

Вместе с тем, отсутствие такого обращения свидетельствует лишь о нарушении субподрядчиком условий договоров и о наличии оснований для ответственности за убытки, причиненные участием несогласованного субподрядчика в исполнении договора (пункт 2 статьи 706 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вывод суда о том, что факт выполнения ООО «Авента» работ опровергается объяснениями и третьего лица ООО ЧОП «Каскад-Л» об отсутствии работников ООО «Авента» на территории  разреза «Апсатский» участка «Угольный», не может быть признан обоснованным.

ООО ЧОП «Каскад-Л» на основании договоров от 01 сентября 2008 года №18, от 01 января 2012 года №72, заключенных с АО «Разрез Харанорский», осуществляло охрану объектов на территории Разреза «Апсатский», в том числе участка «Угольный».

Вместе с тем, согласно представленным в дело письменным объяснениям ООО ЧОП «Каскад-Л» от 23 декабря 2016 года №18 (л. д. 52 том 8) общество не может подтвердить либо опровергнуть факт пропуска работников ООО «Авента» на территорию  разреза по причине отсутствия документации, которая после расторжения договоров была уничтожена.

Суд апелляционной инстанции учитывает и то обстоятельство, что в материалах дела отсутствуют доказательства признания договора от 02 апреля 2012 года в судебном порядке недействительным по причине его мнимости или притворности, либо по иным основаниям.

Ссылка истца на объяснения гражданина ФИО5, отобранные участковым уполномоченным полиции, не может быть принята, поскольку  в данных объяснениях отсутствуют сведения, позволяющие определить относимость к обстоятельствам дела.

В объяснениях указана только дата рождения опрошенного, другие доказательства, позволяющие установить, то ли лицо, которое указано в Выписках из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Авента» в качестве участника и директора данного общества, было опрошено участковым уполномоченным полиции, в деле отсутствуют.

Кроме того, объяснения гражданина ФИО5, отобранные участковым уполномоченным полиции, не могут быть признаны допустимым доказательством в рамках арбитражного дела в силу статьи 67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая совокупность изложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что в материалах дела недостаточно доказательств для безусловного вывода о невыполнении ООО «Авента» порученных ему работ в рамках договора от 02 апреля 2012 года.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Действующим законодательством не установлены какие-либо нормы, регулирующие действия лица при осуществлении проверки контрагента перед заключением сделки.

В соответствии с обычаями делового оборота проверка контрагента может включать в себя следующие действия: проверка контрагента на предмет фактического существования юридического лица, наличия права единоличного исполнительного органа заключать сделки от имени юридического лица; проверка контрагента на предмет осуществления деятельности юридическим лицом и отсутствие признаков банкротства.

Подтверждением факта регистрации юридического лица и правомочности единоличного исполнительного органа заключать сделки, наличия либо отсутствия у контрагента признаков несостоятельности банкротства является выписка из единого государственного реестра юридических лиц. Данная информация является общедоступной.

Доказательств, подтверждающих, что ответчик недобросовестно и неразумно действовал, выбирая ООО «Авента» в качестве контрагента, и при этом вышел за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, истец в соответствии с вышеназванными нормами и разъяснениями суду не представил.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы в этой части, суд пришел к следующим выводам.

Применяемый к рассматриваемому требованию истца срок исковой давности составляет три года.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 85 Закона об акционерных обществах для осуществления контроля за финансово-хозяйственной деятельностью общества общим собранием акционеров в соответствии с уставом общества избирается ревизионная комиссия (ревизор) общества. Проверка (ревизия) финансово-хозяйственной деятельности общества осуществляется по итогам деятельности общества за год, а также во всякое время по инициативе ревизионной комиссии (ревизора) общества, решению общего собрания акционеров, совета директоров (наблюдательного совета) общества или по требованию акционера (акционеров) общества, владеющего в совокупности не менее чем 10 процентами голосующих акций общества.

Согласно положению о ревизионной комиссии истца, утвержденному решением Общего собрания акционеров от 20 июня 2003 года, ревизионная комиссия общества проводит ежегодные проверки финансово-хозяйственной деятельности общества по итогам соответствующего финансового года, по итогам которых составляется заключение с подтверждением достоверности данных, содержащихся в отчетах, и иных финансовых документах общества.

Ревизионная комиссии подтверждает достоверность данных, содержащихся в годовом отчете общества Общему собранию акционеров (пункт 2.5 Положения).

Согласно пункту 2.6 Положения в случае выявления расхождений в отчетах и других финансовых документах ревизионная комиссия дает предписание соответствующим органам управления общества об устранении нарушений.

Поскольку в ходе ревизии проводится комплекс действий по документальной и фактической проверке законности и обоснованности совершенных в ревизуемом периоде хозяйственных и финансовых операций ревизуемой организацией, правильности их отражения в бухгалтерском учете и отчетности, а также законности действий руководителя и главного бухгалтера (бухгалтера) и иных лиц, на которых в соответствии с законодательством Российской Федерации и нормативными актами установлена ответственность за их осуществление, ревизионная комиссия истца при проведении проверки деятельности общества за 2012 год не могла не установить отсутствие оснований для перечисления средств ООО «Авента».

Судом установлено, что годовой отчет по результатам деятельности общества и годовая бухгалтерская отчетность за 2012 года утверждены Советом директоров 28 мая 2013 года и Общим собранием акционеров 21 июня 2013 года. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», арбитражным судам следует учитывать, что в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Применительно к истцу ФИО8, занимающий должность председателя Совета директоров общества, с долей участия более 80%, является контролирующим участником.

Годовой отчет по результатам деятельности общества и годовая бухгалтерская отчетность за 2012 года утверждены Советом директоров 28 мая 2013 года и Общим собранием акционеров 21 июня 2013 года. 

Учитывая данные обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, должен был узнать о спорной сделке и о ее последствиях не позднее 21 июня 2013 года.

Следовательно, срок исковой давности по требованию о возмещении убытков истек 21 июня 2016 года.

С настоящим иском истец обратился 15 августа 2016 года, то есть за пределами срока исковой давности.

Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В силу части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Дав оценку собранным по делу доказательствам по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая установленные обстоятельства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии фактических и правовых оснований для удовлетворения искового требования к ответчику.

Следовательно, обжалуемое решение подлежит отмене.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе распределяются в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Амурской области от  07 февраля 2017 года по делу № А04-7802/2016 отменить.

В иске отказать.

Взыскать с акционерного общества «Бамтрансвзрывпром» в пользу ФИО3 расходы на государственную пошлину по апелляционной жалобе 3 000 рублей.

Возвратить акционерному обществу «Бамтрансвзрывпром» из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину по иску 9 180 рублей, уплаченную платежным поручением от 04 августа 2016 года №644.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение двух месяцев со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Ж.В. Жолондзь

Судьи

Т.Д. Козлова

                  С.Б. Ротарь