АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 26.08.2019 Дело № А40-260228/2018 

Резолютивная часть постановления объявлена 19.08.2019 Полный текст постановления изготовлен 26.08.2019 

 Арбитражный суд Московского округа  

в составе: председательствующего судьи – Кручининой Н.А., 

судей: Зеньковой Е.Л., Тарасова Н.Н.,  при участии в заседании:  

ФИО1 – лично по паспорту гражданина РФ; от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 14.11.2018; рассмотрев 19.08.2019 в судебном заседании кассационную жалобу 

ФИО1  на определение Арбитражного суда города Москвы от 12.04.2019,  

вынесенное судьей А.Г. Омельченко,  и на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2019,  

принятое судьями О.И. Шведко, А.С. Масловым, М.С. Сафроновой, 

о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов по делу  о признании ФИО1 несостоятельным  (банкротом),  

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 12.04.2019 заявление ООО  «Спинон» о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, включены в третью  очередь реестра требований кредиторов должника требования ООО «Спинон» в  размере 79 236 786,02 руб., финансовым управляющим утвержден ФИО3  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  19.06.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 12.04.2019  оставлено без изменения.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной  жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм материального и  процессуального права, несоответствие выводов фактическим обстоятельствам  дела, просит обжалуемые акты отменить и принять по делу новый судебный акт  о признании требований ООО «Спинон» необоснованными, прекратить  производство по делу о банкротстве.  

В обоснование кассационной жалобы указывается, что доводы кредитора  со ссылкой на приговор Солнечногорского городского суда Московской области  по уголовному делу № 1-223/2016 противоречат фактическому содержанию текса  самого приговора, сделанные при рассмотрении настоящего спора выводы  арбитражных судов о фактах, якобы установленных этим приговором,  противоречат изложенным в нем выводам суда общей юрисдикции.  

ФИО1, ссылаясь на неверное применение положений статьи 69  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указывает, что  арбитражным судам следовало руководствоваться выводами, изложенными в  апелляционном определении Московского областного суда от 17.05.2017, о  форме причиненных компании «Шелл Брэндс Интернэшнл» убытков, которые  выразились согласно заключению эксперта № 4451/16 от 04.05.2016 в виде  упущенной выгоды на сумму 79 236 786,02 руб., а значит требования кредитора в  

полном объеме состоят из денежного обязательства, образовавшегося в  результате причиненных компании убытков в виде упущенной выгоды.  

Вместе с тем, как полагает заявитель кассационной жалобы, кредитором  не представлены доказательства возникновения задолженности в заявленном  размере.  

ООО «Спинон» представлен отзыв на кассационную жалобу, в котором  общество, указывая на законность и обоснованность обжалуемых судебных  актов, просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы. В порядке  статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  отзыв приобщен судом к материалам дела.  

В судебном заседании ФИО1 и его представитель поддержали  изложенные в кассационной жалобе доводы.  

В соответствии с абзацем 2 частью 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте  судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.  

Иные лица, участвующие в деле, своих представителей в арбитражный суд  округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для  рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.  

Выслушав заявителя кассационной жалобы и его представителя, обсудив  доводы кассационной жалобы и возражения, проверив в порядке статей 284,  286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной  инстанции приходит к следующим выводам.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с  частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса  

Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения,  связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными  предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при  отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства  этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и  параграфом 2 главы XI Закона.  

Как следует из материалов дела, приговором Солнечногорского  городского суда Московской области от 27.07.2016 по делу № 1-223/16 ФИО1 признан виновным в совершении преступления,  предусмотренного частью 3 статьи 180 Уголовного Кодекса Российской  Федерации (далее – УК РФ).  

Компания «Шелл Брэндс Интернэшнл АГ» в лице ООО «Шелл Нефть»  31.08.2016 обратилась в Солнечногорский городской суд Московской области с  иском о взыскании материального ущерба, причиненного преступлением в  размере 79 236 786,02 руб.  

Решением Солнечногорского городского суда Московской области  от 21.02.2017 в удовлетворении исковых требований было отказано.  

Вступившим в законную силу Апелляционным определением судебной  коллегии Московского областного суда от 17.05.2017 удовлетворено исковое  требование «Шелл Брэндс Интернэшнл АГ» с ФИО1, ФИО4, ФИО5,  ФИО6, ФИО7 в  солидарном порядке в пользу «Шелл Брэндс Интернэшнл АГ» взыскано  79 236 786,02 руб.  

Исполнительное производство № 40671/17/77011-ИП возбуждено  29.06.2017.  

За период исполнительного производства Межрайонным отделом  судебных приставов по особым исполнительным производствам УФССП по  

Москве взыскано 13 008,83 руб., сумма непогашенной задолженности составила  79 223 777,19 руб.  

Судами установлено, что между компанией «Шелл Брэндс Интернэшнл  АГ» в лице ООО «Шелл Нефть» (Цедент) и ООО «Спинон» (Цессионарий)  13.06.2018 заключен договор № 11-24048 об уступке части требования (цессии),  в соответствии с которым Цедент уступил право требования задолженности  частично в размере 23 665 467 руб. с ФИО1 в  пользу Цессионария по Апелляционному определению Московского областного  суда от 17.05.2017 по делу № 33-13099/2017.  

Впоследствии 18.10.2018 стороны заключили дополнительное соглашение  к договору № 11-24048 об уступке части требования (цессии), в соответствии с  условиями которого указанный договор вступает в силу с 18.10.2018.  

Удовлетворяя требования ООО «Спинон», суд первой инстанции  руководствовался статьей 69 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации и установленными судом общей юрисдикции по  уголовному делу № 1-223/2016 обстоятельствами, в соответствии с которыми,  как указал суд первой инстанции, группа лиц под руководством ФИО1,  в период с июня 2013 года по 16.12.2015, осуществила неоднократное  незаконное использование товарных знаков, путем изготовления контрафактной  продукции, подготовки фиктивных документов о качестве продукции, поиска  клиентов на контрафактную продукцию, доставки готовой контрафактной  продукции клиентам, получения и учета денежных средств от клиентов за  контрафактную продукцию и дальнейшим распределением прибыли между  участниками организованной группы - причинив ущерб компании «Шелл Брэндс  Интернэшнл АГ» на сумму 79 236 786,02 руб.  

Также суд первой инстанции исходил из доказанности наличия  задолженности перед кредитором.  

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой  инстанции.  

Между тем, судами первой и апелляционной инстанций не учтено  следующее.  

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения,  связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой,  регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2  главы XI названного Федерального закона.  

В силу пункта 1 статьи 213.3 Закона о банкротстве правом на обращение в  арбитражный суд с заявлением о признании гражданина банкротом обладают  гражданин, конкурсный кредитор, уполномоченный орган.  

Пунктом 2 названной статьи Федерального закона установлено, что  заявление о признании гражданина банкротом принимается арбитражным судом  при условии, что требования к гражданину составляют не менее чем пятьсот  тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с  даты, когда они должны быть исполнены, если иное не предусмотрено  настоящим Федеральным законом.  

Нормы пункта 1 статьи 213.5 Закона о банкротстве определяют, что  заявление о признании гражданина банкротом может быть подано конкурсным  кредитором или уполномоченным органом при наличии решения суда,  вступившего в законную силу и подтверждающего требования кредиторов по  денежным обязательствам, за исключением случаев, указанных в пункте 2  названной статьи.  

Как следует из материалов дела ООО «Спинион» основывает свое право  на подачу заявления о признании должника банкротом договором уступки части  требования под отлагательным условием от 13.06.2018 № 11-24048 (далее –  договор уступки) предметом которого является переуступка компанией «Шелл  Брэндс Интернэшнл» (цедентом) ООО «Спинион» права требования к ФИО1 возникшие на основании апелляционного определения судебной коллегии  по гражданским делам Московского областного суда по делу № 33-13099/2017 от  17.05.2017 о взыскании с ФИО1 в солидарном порядке в пользу  компании «Шелл Брэндс Интернэшнл» 79 236 786, 02 руб.  

В пункте 1.2 договора стороны пришли к соглашению о том, что право  требования уступается частично в размере 23 665 467 руб., к цессионарию  переходят права обеспечивающие исполнение обязательства, а также все  

подлежащие вследствие просрочки исполнения должником своих обязательств,  начислению санкций, в том числе проценты за пользование чужими денежными  средствами, неустойки, а также иные требования, связанные с исполнением  должником своего обязательства по оплате вышеуказанной в этом пункте  договора суммы.  

Дополнительным соглашением к договору уступки части требования от  18.10.2018 № 11-24048 стороны внесли изменения согласно пункту 1.4 которого  дополнили статью 3 договора пунктом 3.2.3, изложив его в следующей редакции:  «3.2.3. Учитывая частичную уступку права требования к должнику, цессионарий  при реализации своего права требования обязуется не принимать от должника  приоритетное исполнение требования по сравнению с другими кредиторами, ни  каким иным способом не действовать во вред другим кредиторам должника о  которых ему известно.».  

Также стороны пунктом 1.5 дополнительного соглашения дополнили  статью 3 договора пунктом 3.2.4, изложив его в следующей редакции» В случае  обращения цессионария в государственные органы и иные органы Российской  Федерации, организации и учреждения, включая, но не ограничиваясь, в суд,  подразделения МВД, органы прокуратуры, при реализации своего права  требования к должнику, указать в обращении всех известных кредиторов  должника и Федеральную службу судебных приставов (соответствующий отдел),  а также письменной уведомить об обращении всех известных кредиторов  должника в течение трех рабочих дней с момента направления обращения.  

И в суде первой инстанции, и в суде апелляционной инстанции должник  указывал на отсутствие у ООО «Спинион» права на предъявление заявления о  признании должника банкротом.  

 Однако судами не дана соответствующая правовая оценка таким  возражениям.  

 Следует отметить, что суд не зависимо от доводов сторон обязан  проверить имеется ли право у кредитора на обращение в суд с заявлением о  признании должника банкротом.  

Как следует из апелляционного определения судебной коллегии по  гражданским делам Московского областного суда по делу № 33-13099/2017 от  17.05.2017 основанием для взыскания с Лютикова К.Д. в солидарном порядке  ущерба явилось нарушением им в группе лиц исключительных прав компании  «Шелл Брэндс Интернэшнл» на товарные знаки, а размер ущерба, как указал суд  в этом судебном акте, установлен заключением эксперта АНО «Центр  независимой экспертизы и оценки бизнеса» № 4451/16 о 04.05.2015 и составил  для компании «Шелл Брэндс Интернэшнл» 79 236 786, 02 руб.  

Статья 4 Закона о банкротстве предполагает возможность возбуждения  дела о банкротстве на основании любых денежных обязательств или  обязательных платежей. Так, применительно к денежным обязательствам в  абзаце первой пункта 2 указанной статьи законодателем употреблено  словосочетание «в том числе», что свидетельствует об открытости перечня таких  обязательств в целях принятия их во внимание для учета формальных признаков  банкротства.  

При этом из открытого перечня денежных обязательств и обязательных  платежей законодателем предусмотрены исключения. Обязательства, на которые  распространяются названные исключения, не предоставляют права на  инициирование процедуры банкротства. Названный список исключений  является закрытым.  

Если обязательство не относится к этому списку, оно учитывается при  определении наличия признаков банкротства должника.  

Между тем в абзаце 3 пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве приведен  перечень обязательств, которые не учитываются при определении признаков  банкротства должника и в который включены убытки в виде упущенной  выгоды, подлежащие возмещению за неисполнение или ненадлежащее  исполнение обязательства.  

В апелляционном определении судебной коллегии по гражданским делам  Московского областного суда по делу № 33-13099/2017 от 17.05.2017 отсутствует  квалификация ущерба взысканного с должника.  

В суде первой и апелляционной инстанций должник указывал на то, что  согласно заключению эксперта АНО «Центр независимой экспертизы и оценки  бизнеса» № 4451/16 о 04.05.2015 ущерб, определенный экспертом, для компании  «Шелл Брэндс Интернэшнл» в размере 79 236 786, 02 руб. квалифицирован как  упущенная выгода.  

Названное заключение в материалах дела отсутствует. 

Невзирая на это, а также на отсутствие квалификации ущерба как  реального или упущенной выгоды в апелляционном определении судебной  коллегии по гражданским делам Московского областного суда по делу № 33- 13099/2017 от 17.05.2017 суд первой инстанции квалифицировал сумму  причиненного ущерба как реальные убытки правообладателя товарного знака.  

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы,  которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для  восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества  (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы  при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было  нарушено (упущенная выгода).  

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо,  право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими  убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.  

Квалифицируя ущерб, причиненный компании «Шелл Брэндс  Интернэшнл» должником, как реальный ущерб правообладателя суд первой  инстанции указал, а суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда  первой инстанции, на то, что реальный ущерб правообладателя, вызванный  нарушением прав на товарные знаки, включает в себя: снижение стоимости прав  на товарный знак из-за правонарушения; расходы правообладателя товарного  знака, связанные с восстановлением нарушенного права (расходы на проведение  различных видов экспертиз, судебные и административные издержки, включая  издержки поиска информации и доказывания юридических фактов).  Правообладатели, несут повышенные издержки, связанные с защитой своих прав  

и интересов, со сбором доказательств по фактам нарушений, с расследованием  самих нарушений, а также с возмещением убытков от правонарушения.  

Между тем таких выводов не содержится в апелляционном определении  судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда по делу   № 33-13099/2017 от 17.05.2017.  

Действительно, расходы правообладателя товарного знака, связанные с  восстановлением нарушенного права (расходы на проведение различных видов  экспертиз, судебные и административные издержки, включая издержки поиска  информации и доказывания юридических фактов) являются его реальным  ущербом, исходя из смысла пункта 2 статьи 15 ГК РФ, но из содержания  апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам  Московского областного суда по делу № 33-13099/2017 от 17.05.2017 и договора  уступки не следует, что в сумму ущерба переданного по этому договору преданы  права требования правообладателя на возмещение расходов по восстановлению  его нарушенного права.  

Также суд первой инстанции указал на то, что нарушение прав на  товарные знаки приводит к возникновению убытков не  только у правообладателей, но и у потребителей контрафактной продукции, у  общества и экономики в целом. Государственный бюджет теряет значительную  часть доходов от сокрытия преступниками получаемой прибыли, в результате  чего формируется теневой сектор экономики, дискредитируется авторитет  правообладателей, потребителям наносится материальный и моральный вред.  

 Но из апелляционного определения судебной коллегии по гражданским  делам Московского областного суда по делу № 33-13099/2017 от 17.05.2017 и  договора уступки не следует, что в сумму ущерба взысканного в пользу  правообладателя взысканы убытки, возникшие у потребителей.  

Фактически суды вместо квалификации ущерба, исходя из  апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам  Московского областного суда по делу № 33-13099/2017 от 17.05.2017, дали свою  собственную правовую квалификацию ущерба взысканного судебным актов суда  

общей юрисдикции, без применения норм статьи 15 ГК РФ, определяющих  понятие реального ущерба и упущенной выгоды.  

Давая такую трактовку понятию ущерба правообладателя товарного знака  (реальный ущерб) суды не учли нормы пункта 2 статьи 1484 ГК РФ, согласно  которым исключительное право на товарный знак может быть осуществлено  для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный  знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:  

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые  производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на  выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на  территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой  целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;  

2) при выполнении работ, оказании услуг; 

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский  оборот;  

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании  услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;  

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других  способах адресации.  

Нарушитель исключительного права на товарный знак не может  допустить нарушение такого права способами, которыми не представлено  использование исключительного права законному правообладателю такого  знака.  

Давая квалификацию взысканного ущерба правообладателем с ФИО1, как реального ущерба (убытков), суды не учли, что реальные убытки это  расходы лица, которое оно произвело или должно будет произвести для  восстановления нарушенного права, утраты или повреждение своего имущества  (реальный ущерб), следовательно, толкование и определение реального ущерба  правообладателя товарного знака неразрывно связано с понятием  исключительного права на товарный знак и способов его использования, а также  

понятия и видов ответственности за нарушение исключительных прав на  товарный знак, данных в статье 1515 ГК РФ.  

Кроме того, из буквального содержания следует, что ущерб возник в связи  с нарушением ФИО1 исключительного права на товарные знаки  компании «Шелл Брэндс Интернэшнл».  

 Согласно разъяснениям, данным в пункте 70 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении  части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» право  требования возмещения убытков или выплаты компенсации может быть  передано по соглашению об уступке права, которое подлежит регистрации в  соответствующем порядке (пункт 2 статьи 389 ГК РФ).  

На имеющейся копии договора уступки отсутствуют какие-либо отметки о  регистрации этого договора в Федеральной службе по интеллектуальной  собственности.  

Следует отметить, что в материалах дела имеется исполнительный лист на  принудительное исполнение апелляционного определения судебной коллегии по  гражданским делам Московского областного суда по делу № 33-13099/2017 от  17.05.2017, выданный 21.02.2017, а также постановление о возбуждении  исполнительного производства от 29.06.2017 № 77011/17/61121, однако в  качестве взыскателя в указанных документах указана компания «Шелл Брэндс  Интернэшнл».  

 Доказательств того, что исполнительное производство было окончено в  связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть  обращено взыскание, в материалах дела не имеется.  

Суды исходя из буквального толкования условий договора уступки и  дополнительного соглашения к нему, а именно: пункта 3.2.3 в редакции  дополнительного соглашения не установили, возникло ли у ООО «Спинион»  право на обращение с заявлением о признании должника банкротом, учитывая  согласованные сторонами ограничения прав ООО «Спинион», поскольку  включение в реестр требований кредиторов должника требования ООО  «Спинион» фактически является взысканием этой суммы в исковом порядке, то  

есть суды не установили, не имеет ли место со стороны ООО «Спинион»  приоритетного получения от должника исполнения по сравнению с другими  кредиторами.  

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции полагает, что  суды не установили обстоятельства того, обладает ли ООО «Спинион» правом  быть заявителем по делу о банкротстве.  

Доводы суда первой инстанции об обоснованности требований ООО  «Спинион» со ссылками на определение Арбитражного суда города Москвы от  21.09.2017 по делу А40-128586/17, которым в отношении иного должника –  ФИО8, признанного апелляционным определением судебной  коллегии по гражданским делам Московского областного суда по делу № 33- 13099/2017 от 17.05.2017 солидарным должником по отношении к компании  «Шелл Брэндс Интернэшнл», введена процедура банкротства реструктуризация  долгов должника, нельзя признать обоснованными.  

 Так указанным определением суда по делу по делу А40-128586/17  признано обоснованным заявление гражданина-должника ФИО8 о признании его несостоятельным (банкротом). В отношении  гражданина-должника ФИО8 введена процедура  реструктуризации долгов гражданина, а определением Арбитражного суда  города Москвы от 02.09.2018 по делу А40-128586/17 признаны обоснованными и  включены в реестр требований кредиторов требования компании «Шелл Брэндс  Интернэшнл» (правообладателя товарных знаков).  

На основании изложенного, арбитражный суд округа полагает, что  выводы судов первой и апелляционной инстанций не соответствуют  фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела  доказательствам, а также сделаны при неправильном применении норм права,  что в соответствии с частями 1-3 статьи 288 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации является основанием для отмены судебных  актов.  

Поскольку судами первой и апелляционной инстанции установлены не все  имеющие значение для разрешения спора фактические обстоятельства дела, не  

дана надлежащая правовая оценка представленным доказательствам и доводам  лиц, участвующих в деле, суд кассационной инстанции лишен возможности  принять новый судебный акт.  

В связи с тем, что для принятия обоснованного и законного судебного  акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение  процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой  инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его  полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит  направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.  

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, установить все  обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу, дать оценку всем  имеющимся в деле доказательствам и доводам лиц, участвующих в споре,  определить имеется ли право у ООО «Спинион» быть заявителем по делу о  банкротстве, установить объем прав перешедших ООО «Спинион» от компании  «Шелл Брэндс Интернэшнл» по договору уступки, с соблюдением требований  норм арбитражного процессуального закона принять законный, обоснованный и  мотивированный судебный акт.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 12.04.2019 и постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2019 по делу   № А40-260228/2018 отменить, направить дело на новое рассмотрение в  Арбитражный суд города Москвы.  

Председательствующий – судья Н.А. Кручинина  

Судьи: Е.Л. Зенькова  

 Н.Н. Тарасов