﻿ 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-7100/2019(3)-АК

Дело № А60-66071/2018

15 ноября 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 ноября 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 ноября 2021 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего судьи   Даниловой  И.П.,

судей                                             Зарифуллиной  Л.М., Макарова  Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания  секретарем  Паршиной  В.Г.,

при участии:

лица,  участвующие в деле, не явились,  извещены;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника  Осинского Александра Николаевича

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 28 июля 2021 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника  Осинского А.Н. о привлечении к субсидиарной ответственности Акуловой О.П., Семидоцкого А.В.,

вынесенное судьей  Морозовым  Д.Н.,

 в рамках дела № А60-66071/2018         

о привлечении несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Новопласт» (ИНН 6670366643, ОГРН 1126670002304), 

 

установил:

19.11.2018  в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление АКБ «Российский капитал» (далее – заявитель) о признании общества с ограниченной ответственностью «Новопласт» (далее – должник, ООО «Новопласт») несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.11.2018 заявление АКБ «Российский капитал» принято к производству, возбуждено дело о  несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.04.2019 требования АО «БанкДом.РФ» к ООО «Новопласт» о признании его несостоятельным (банкротом) признаны обоснованными; в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение; временным управляющим должника утвержден Лазаренко Леонид Евгеньевич.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2019 ООО «Новопласт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком до 21.01.2020, конкурсным управляющим должника утвержден Лазаренко Леонид Евгеньевич.

       Определением от 14.11.2019 суд освободил Лазаренко Леонида Евгеньевича от исполнения обязанностей конкурсного управляющего  ООО «Новопласт».

Определением от 06.02.2020 конкурсным управляющим ООО «Новопласт»  утвержден Осинский Александр Николаевич (ИНН 560700105988, адрес для направления корреспонденции: 620149, г. Екатеринбург, а/я 172), член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие».

В Арбитражный суд Свердловской области 09.03.2021 года поступило заявление конкурсного управляющего Осинского Александра Николаевича (далее  -  Осинский  А.Н., конкурсный  управляющий) о привлечении к субсидиарной ответственности Акуловой Ольги Петровны (Акулова  О.П., ответчик), Семидоцкого Александра Владимировича (далее – Семидоцкий А.В., ответчик).

Определением от 11.03.2021 заявление конкурсного управляющего ООО «Новопласт»  принято к производству, назначено в судебном  заседании.

Определением  Арбитражного суда Свердловской области от  28.07.2021 (резолютивная  часть  оглашена  22.07.2021)  в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Новопласт» Осинского  А.Н. о привлечении  к субсидиарной ответственности  Акуловой  О.П., Семидоцкого А.В.  отказано

Не  согласивших с вынесенным  судебным  актом с  апелляционной жалобой  обратился  конкурсный  управляющий  Осинский А.Н., в которой  просит   определение    от 28.07.2021 отменить,  привлечь  Акулову  О.П., Семидоцкого  А.В.  к субсидиарной  ответственности  по обязательствам  должника  на сумму  176 049 907, 61 руб.

В апелляционной  жалобе конкурсный  управляющий указывает, что  09.02.2020 года направил бывшему директору должника уведомление-запрос №13 от 09.02.2020 года с требованием о предоставлении документов. Вместе с тем, документы были переданы частично. Так в соответствии с полученной базой 1C конкурсным управляющим должника Осинским А.Н. был выявлен перечень дебиторов, общая сумма дебиторской задолженности составила 10 448 057,13 руб. Таким образом, документы бухгалтерского учета и (или) отчетности,  обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации. Следовательно,  Акуловой О.П. и Семидоцким А.В. причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, в результате удержания необходимых документов, отсутствует возможность взыскания дебиторской задолженности в размере 10 448 057,13 руб.  Кроме  того,  апеллянт не  соглашается  с выводами  суда  первой инстанции об отсутствии оснований  для привлечения  контролирующих должника  лиц по основаниям  статьи 61.12. Закона о  банкротстве – необращение в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).  Между кредитором (банком) и третьим лицом обществом с ограниченной ответственностью «Новопласт Групп» (заемщиком) заключены: 1. Кредитный договор (кредитная линия) с лимитом выдачи № 0726- 0007/НКЛ-17МБ от 28.09.2017; 2. Кредитный договор (кредитная линия) с лимитом задолженности №0726-0008/ВКЛ-17МБ от 28.09.2017. Окончательный срок возврата кредита № 0726- 0007/НКЛ-17МБ от 28.09.2017 - 27 сентября 2024 года. Окончательный срок возврата кредита №0726- 0008/ВКЛ-17МБ от 28.09.2017 - 27 сентября 2019 года. В соответствии с п. 1.2 кредитных договоров процентная ставка за пользование кредитом устанавливается в размере 16,5% годовых. При выполнении заемщиком обязательств, предусмотренных п. 3.1.22 договора процентная ставка за пользование кредитом устанавливается в размере 14,5% годовых и применяется с начала процентного периода, следующего за процентным периодом, в котором указанные обязательства были выполнены. Обязательства банка по кредитным договорам исполнены надлежащим образом путем перечисления денежных средств на расчетный счет заемщика, что подтверждается выписками по счетам и подробному расчету задолженности, приложенным к настоящему заявлению. По условиям кредитных договоров заемщик обязался, в том числе: - возвратить банку кредит в полной сумме в установленные кредитными договорами сроки и/или при наступлении случаев досрочного взыскания кредита (п. 3.1.3 кредитных договоров); - своевременно и полностью оплатить банку проценты за пользование кредитом, в том числе и при наступлении случаев досрочного взыскания кредита (п. 3.1.2 кредитных договоров); - своевременно и полностью оплатить банку суммы пени (в случае их возникновения) и иные платежи, причитающиеся ему в связи с исполнением Кредитных договоров (п. 3.1.2 кредитных договоров). В нарушение указанных условий заемщиком допущена просрочка оплаты очередных платежей по основному долгу и процентам. Банк направил в адрес заемщика требование о досрочном возврате задолженности № 0726-02/516 от 02.08.2018. В обеспечение обязательств третьего лица по кредитному договору № 0726-0007/НКЛ-17МБ от 28.09.2017, № 0726- 0008/ВКЛ-17МБ от 28.09.2017, между кредитором и должником (поручителем) заключен договор поручительства № 0726-0007/НКЛ-17МБ/ДП-001 от 28.09.2017, № 0726- 0008/ВКЛ-17МБ/ДП-001 от 28.09.2017, по условиям которых поручитель в полном объеме отвечает перед банком за исполнение обязательств заемщиком по кредитным договорам, заключенным между банком и заемщиком (п. 1.1 договоров). Согласно п. 3.1 договора поручительства поручитель обязуется отвечать в полном объеме перед банком солидарно с заемщиком за исполнение последним своих обязательств по кредитному договору (в том числе в случае досрочного истребования банком у заемщика кредита). В соответствии с п. 2.1 договоров поручительства поручитель обязуется по первому письменному требованию банка в течение 7 (семи) рабочих дней с даты получения указанного требования исполнить обязательства заемщика по кредитным договорам в объеме, указанном в направленном банком требовании согласно условиям договора поручительства. Требование банка № 010129/2398 от 21.08.2018 о досрочном погашении задолженности было направлено поручителю 22.08.2018. Согласно представленному расчету, по состоянию на 16.11.2018 задолженность перед кредитором составляет 227869555 руб. 47 коп. Таким образом, у контролирующих ООО «Новопласт» лиц с 22.08.2018 года возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, срок истек 22.09.2018. Вместе  с тем,  заявление было подано кредитором и поступило в Арбитражный суд Свердловской области  только 19.11.2018. Более того, в отношении расчета заявленных требований указывает, что сумма, подлежащая взысканию в качестве субсидиарной ответственности, составляет 176 049 907,61 руб., что является  совокупным размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

До судебного  заседания от  Акуловой  О.П., Семидоцкого  А.В. поступил отзыв, в котором  ответчики возражают против  доводов апелляционной  жалобы, считают определение  суда  законным и обоснованным.

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как  следует  из материалов  дела, ООО «Новопласт»  зарегистрировано в качестве  юридического  лица 06.02.2012 года, присвоен ОГРН 1126670002304. 

Согласно  сведениям  из ЕГРЮЛ основным  видом деятельности  должника  являлась  торговля оптовая, неспециализированная.

 На момент введения в отношении должника процедуры конкурсного производства руководителем должника являлась Акулова О.П., учредителем - Семидоцкий А.В. с долей  участия 100 процентов.

Конкурсный  управляющий,   обращаясь с заявлением  о привлечении  Акуловой  О.П. и  Семидоцкого  А.В. к субсидиарной ответственности  указывал, что последние  не обратились в суд  с заявлением  о признании  должника  несостоятельным  банкротом (обязанность не исполнена до 22.09.2018) и  в результате  действий  контролирующих  должника  лиц  невозможно погасить требования,  включенные  в реестр кредиторов ООО «Новопласт».

 Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из того, что наличие кредиторской задолженности не является основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, в условиях недоказанности совершения его учредителем либо руководителем конкретных неправомерных действий, повлекших невозможность погашения требований кредитора.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не находит оснований отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Как  было   указано  выше, конкурсный управляющий в качестве первого основания для привлечения Акуловой О.П. и Семидоцкого А.В. к субсидиарной ответственности указал на  неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 22.09.2018.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53) обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Невыполнение руководителем требований статьи 9 Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность и не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими установленный законом режим осуществления хозяйственной деятельности.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на руководителя субсидиарной ответственности по новым обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

В связи с этим в статье 61.12 Закона о банкротстве (в действующей редакции), законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу статьи 9 Закона о банкротстве, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в  заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, то есть явно неспособному передать встречное исполнение.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной 61.12 Закона о банкротстве (в действующей редакции), входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, а также недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех требований кредиторов.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Кроме того, ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, т.е. конкурсному управляющему необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу тридцать третьему статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В соответствии с абзацем тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Разрешая вопрос о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, следует учитывать, что его обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника и принимать во внимание, какие действия, как добросовестный менеджер, совершал руководитель должника, чтобы выйти из этой ситуации.

Как следует из материалов дела, конкурсным управляющим в качестве правового основания для привлечения Акуловой О.П. и Семидоцкого А.В. к ответственности указано обязательство ООО «Новопласт» (поручителя) перед Банком в связи с неисполнением ООО «Новопласт групп» (заемщиком) своих обязательств по следующим кредитным договорам: кредитный договор (кредитная линия) с лимитом выдачи № 0726- 0007/НКЛ-17МБ от 28.09.2017 (окончательный срок возврата кредита - 27 сентября 2024 года); кредитный договор (кредитная линия) с лимитом задолженности №0726-0008/ВКЛ-17МБ от 28.09.2017 (окончательный срок возврата кредита - 27 сентября 2019 года).

Между ООО «Новопласт групп» и ООО «Новопласт» (поручителем) заключены договоры поручительства № 0726-0007/НКЛ-17МБ/ДП-001 от 28.09.2017 и № 0726-0008/ВКЛ-17МБ/ДП-001 от 28.09.2017, по условиям которых поручитель в полном объеме отвечает перед банком за исполнение обязательств заемщиком по кредитным договорам, заключенным между банком и заемщиком.

Должник ООО «Новопласт» входили в группу компаний «Новопласт», в которую также входили АО «Уралпласт», ООО «НПП Валегс», ООО «Новопласт групп», ООО «Альфакап».

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2021 в рамках дела А60-36358/2018 установлено, что причиной банкротства АО «Уралпласт» явился пожар, произошедший на производственной площадке АО «Уралпласт» 08.01.2018, то есть спустя два месяца после получения кредита. До этого момента группа компаний «Новопласт» была платежеспособна. Так, группа компаний  «Новопласт групп»  получила кредитные средства в общей сумме 127 млн. руб. для целей, прямо указанных в кредитных договорах. Далее, путем организации встреч и переговоров, Семидоцкий А.В. и Макаров А.Ю.( как руководитель ООО Новопласт групп - основной заемщик) пытались получить отсрочку по исполнению кредитных обязательств перед банком.  Целью было восстановление производственной площадки, ремонт пострадавшего оборудования, гарантийные письма от покупателей продукции о размещении заказов, заключение контрактов с иностранными покупателями и переход на 100% оплату по договорам. Далее последовал этап согласования реструктуризации кредитной задолженности путем снижения процентной ставки и уменьшения суммы ежемесячного платежа. В банк были направлены планы продаж в разрезе покупателей, план продаж 2018-2019 выручка в разрезе производимой продукции, финансовая модель по всей ГК Новопласт - как предполагаемый выход из кризиса, проект мирового соглашения, варианты реализации недвижимого залогового имущества ( база на Ангарской 79) с согласия банка вне судебного порядка, что предусмотрено договором залога. В адрес кредитора банка были представлены гарантийные письма от покупателей, которые гарантировали размещение заказов в группе компаний, а так же заключен ряд договоров уже на 02.07.2018, что подтверждает электронная переписка с банком.

Требование банка № 01-0129/2398 от 21.08.2018 о досрочном погашении задолженности направлено поручителю ООО «Новопласт» 22.08.2018.

Согласно представленному расчету по состоянию на 16.11.2018 задолженность перед кредитором составила 227 869 555 руб. 47 коп.

Предполагается, что признаки неплатежеспособности возникли у должника с 22.08.2018, когда должник должен был исполнить обязательства по договору поручительства. Исходя из масштабов деятельности должника, суд первой инстанции пришел  к выводу, что именно данное обстоятельство стало причиной объективного банкротства должника.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Нарушение руководителем обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лишь по обязательствам должника, возникшим после истечения указанного месячного срока на подачу такого заявления.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности руководителя должника за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве равен размеру  обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Как  верно  указано  судом  первой инстанции, в нарушение положений пункта 1 статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о возникновении у ООО «Новопласт» в период с 22.09.2018 по 19.11.2018 (дата обращения АО АКБ «Российский капитал» с заявлением о признании ООО «Новопласт» банкротом) новых обязательств перед его кредиторами после неисполнения Акуловой О.П. и Семидоцким А.В. обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Также   конкурсным  управляющим  не доказано, что при выдаче поручительства лица, контролировавшие ООО «Новопласт», действовали злонамеренно и имели целью причинение вреда иным кредиторам должника, осуществляли действия, например, по выводу активов поручителя, что в свою очередь снизило эффективность обеспечения.

На рынке кредитования сложилась устойчивая банковская практика, в соответствии с которой организации, входящие в одну группу, привлекаются банками в качестве поручителей по обязательствам друг друга. Сама по себе выдача такого рода поручительств в пользу кредитной организации, настаивающей на дополнительном обеспечении, не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении руководителя поручителя по отношению к его кредиторам даже в ситуации, когда поручитель с целью реализации общегрупповых интересов, а не для причинения вреда кредиторам, принимает на себя солидарные обязательства перед банком в объеме, превышающем его финансовые возможности, полагая при этом, что в перспективе результат деятельности группы позволит погасить обязательства  ее членов перед кредиторами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2021 № 310-ЭС20-18954).

Наличие кредиторской задолженности в определенный момент само по себе не подтверждает наличие у руководителя обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53).

Таким образом, суд первой  инстанции  обоснованно пришел  к выводу об отсутствии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Конкурсный управляющий также вменяет Акуловой О.П. и Семидоцкому А.В. в качестве второго основания для привлечения к субсидиарной ответственности совершение действий, которые повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов в связи с  непередачей  документов по  дебиторской  задолженности.

Согласно статье 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве законодательно установлена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

В абзаце 3-5 пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 указано, что, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, инициатор спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке статьи 65 АПК РФ должен доказать обстоятельства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которые, в свою очередь, являются опровержимыми презумпциями признания должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующего лица и вины последнего в несостоятельности должника.

При этом смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника.

Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В предмет доказывания спора о непередаче документации должника конкурсному управляющему входит установление факта отсутствия либо искажения бухгалтерской документации должника, невозможность либо затруднительность формирования конкурсной массы и наличие правовой связи между названными фактами.

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности. Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401 пункта 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Конкурсный  управляющий  в заявлении и  апелляционной жалобе указывает, что  09.02.2020 бывшему директору должника конкурсным управляющим был направлен запрос №13 от 09.02.2020 года с требованием о предоставлении документов, печатей должника. Документы были переданы частично.

В соответствии с полученной базой 1С конкурсным управляющим Осинским А.И. выявлен перечень дебиторов, общая сумма дебиторской задолженности составила 10 448 057,13 руб. В  результате удержания необходимых документов отсутствует возможность взыскания дебиторской задолженности, в связи с чем имущественным правам кредиторов причинен существенный вред.

В своем отзыве ответчики указывают, что определениями Арбитражного суда Свердловской области от 12.09.2020 и от 30.12.2020 в рамках настоящего дела в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего об истребовании документов у Лазаренко Л.Е., Акуловой О.П. отказано в связи с тем, что истребуемые в том обособленном споре документы были переданы арбитражному управляющему. Вместе с тем документы должника были переданы конкурсным управляющим не в полном объеме, Акулова О.П. поясняла, что данные документы у нее отсутствуют, поскольку не передавались ей предшествующим руководителем должника. Мер по восстановлению данной документации ею не предпринималось.

Сама по себе непередача документации должника управляющему может быть положена в обоснование возложения на ответчиков имущественной ответственности в том случае, если бы данный факт бездействия повлек конкретные негативные последствия для процедуры банкротства и возможности удовлетворения требований кредиторов, однако таковых конкретных обстоятельств конкурсным управляющим не приведено.

Необходимо учитывать, что доказательств того, что непередача каких-либо документов относительно деятельности должника привела к невозможности формирования конкурсной массы, взыскания дебиторской задолженности и погашения требований кредиторов, а также осуществления иных мероприятий в рамках процедуры банкротства в отношении должника, также не представлено. Конкурсный управляющий не поясняет, как отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротства, не раскрыты обстоятельства невозможности формирования конкурсной массы должника в связи с неисполнением ответчиком названной обязанности.

То обстоятельство, что документы в отношении дебиторской задолженности конкурсному управляющему не переданы, само по себе о невозможности формирования им конкурсной массы не свидетельствует.

Таким образом, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой  инстанции  верно пришел к выводу о недоказанности наличия оснований для привлечения Акуловой О.П. и Семидоцкого А.В. к субсидиарной ответственности и по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, нодоказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ (пунктом 3 статьи 53 Кодекса (в ранее действовавшей редакции)), суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53).

Согласно расшифровке дебиторской задолженности в её структуру входят денежные суммы следующих крупных дебиторов:  3 423 450,00 руб. задолженность Семидоцкого А.В.;  4 400 000,00 руб. задолженность АО «Уралпласт»;  1 318 274,73 руб. задолженность ООО «Новопласт групп».

Всего совокупный размер внутригрупповой задолженности составляет 9 141 724,73 руб., что является большей частью от объема дебиторской задолженности, выявленной конкурсным управляющим (10 448 057,13 руб.).

В настоящее время Семидоцкий А.В. признан банкротом и в отношении него введена процедура реализации имущества решением суда от 07.07.2020 по делу № А60-20276/2020. АО «Уралпласт» (решение суда от 20.11.2018 по делу № А60-36358/2018) и ООО «Новопласт групп» (решение суда от 26.09.2019 по делу № А60-66068/2018) находятся в процедуре конкурсного производства. Следовательно, вероятность пополнения конкурсной массы за счет указанных дебиторов с учетом размера требований независимых кредиторов, в первую очередь, АО «Банк Дом.РФ», незначительна.

Таким образом, за вычетом сумм задолженностей указанных дебиторов остаток дебиторской задолженности иных составляет 1 306 332,40 руб. При этом конкурсным управляющим расшифровка дебиторской задолженности по периодам наступления просрочки в исполнении обязательств не произведена; вывод о том, что это задолженность за период 2016-2018 гг. следует только из материалов иного обособленного спора (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.05.2021 № 17АП-7100/2019(2)-АК).

Конкурсное производство в отношении должника, как указывалось ранее, открыто 21.08.2019, на данную дату сроки исковой давности по части требований, очевидно, истекли, однако доказательств реальности ко взысканию оставшейся дебиторской задолженности хотя бы по данным базы 1С в материалы настоящего спора конкурсным управляющим не представлено.

При таких обстоятельствах арбитражный суд также не  нашел оснований для взыскания убытков с Акуловой О.П. и Семидоцкого А.В. С указанным выводом суда первой инстанции  соглашается  суд апелляционной инстанции.

Аргументы, опровергающие выводы суда первой инстанции, в апелляционной жалобе апеллянтом не приведены. Доводы жалобы направлены на переоценку обстоятельств, установленных судом и подтвержденных документально, при отсутствии оснований к этому.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации, его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в рассматриваемой ситуации, наступившие для общества негативные последствия в виде непогашенных обязательств перед кредитором не свидетельствуют о недобросовестности или неразумности действий контролирующих должника лиц по исполнению своих непосредственных обязанностей.

Из материалов дела не следует злонамеренности действий контролирующих должника лиц, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов. По существу истец просит привлечь ответчиков к ответственности за возникновение обязательства на стороне должника, тогда как сущность субсидиарной ответственности заключается в переложении на контролирующих должника лиц ответственности за невозможность исполнения такого обязательства, вызванную виновными противоправными действиями.

Учитывая общий подход, закрепленный в главах 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве, в пункте 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимыми условиями возложения субсидиарной ответственности участника юридического лица являются наличие вины субъекта ответственности, а также причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Необходимо учитывать, что по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

В предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба. Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий и кредитор должны обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных ответчиком возражений и представленных в их обоснование доказательств.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

При таких обстоятельствах, принимая их в совокупности, суд апелляционной инстанции не установил неправомерности в действиях (бездействии) ответчиков и, как следствие, совокупности оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности и удовлетворения требований истца.

Обжалуемый судебный акт принят при правильном применении норм материального и процессуального права, содержащиеся в нем выводы, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, является законным и обоснованным.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения определения суда первой инстанции.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 28 июля 2021 года по делу № А60-66071/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий                                                    И.П. Данилова 

 

Судьи                                                                       Л.М. Зарифуллина 

 

                                                                                  Т.В. Макаров