АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

11 марта 2019 года

Дело №

А26-8956/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Тарасюка И.М., судей Мирошниченко В.В., Яковца А.В., 

рассмотрев 07.03.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 12.09.2018 (судья Пасаманик Н.М.) и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2018 (судьи Тойвонен И.Ю., Казарян К.Г., Медведева И.Г.) по делу № А26-8956/2017,

у с т а н о в и л:

ФИО1 15.03.2018 обратился в Арбитражный суд Республики Карелия в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ГАЗЕТА «ВСЕ», место нахождения: 185035, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 629 000 руб.

Определением от 12.09.2018, оставленным без изменении постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2018, в удовлетворении заявления ФИО1 отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение и постановление, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Податель жалобы оспаривает выводы судов о недобросовестности действий и о злоупотреблении правом ФИО1; ссылается на фактическое перечисление должнику денежных средств по договору займа, что подтверждается соответствующим платежными документами; предоставление спорных сумм осуществлялось в период, когда Общество не обладало признаками неплатежеспособности.

Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания, однако представители в суд не явились, в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, определением от 02.10.2017 к производству суда первой инстанции принято заявление кредитора о признании Общества несостоятельным (банкротом).

Определением от 06.02.2018 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением от 31.01.2019 в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 

Между ФИО1 (займодавец) и Обществом (заемщик) 15.10.2015 был заключен договор займа, согласно которому займодавец обязался предоставить заемщику денежные средства в размере 450 000 руб. сроком до 31.12.2017. 

Факт предоставления должнику ФИО1 денежных средств подтверждается платежными поручениями на сумму  237 000 руб., а также квитанциями к приходным кассовым ордерам на сумму 392 000 руб..

Ссылаясь на то, что должник на возвратил сумму займа, ФИО1 обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, поскольку исходил того, что договор займа носит корпоративный характер, действия ФИО1, являющегося директором должника и супругом единственного учредителя должника, имеют признаки злоупотребления правом, выразившихся в недобросовестном поведении, направленном на предъявление имущественных требований к должнику с целью включения в реестр в качестве контролирующего должника лица и оказания последующего влияния на процедуру банкротства, нарушения прав и законных интересов иных кредиторов Общества.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Кассационная инстанция не находит оснований для удовлетворения жалобы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В данном случае заявленное ФИО1 требование основано на обязательствах должника, вытекающих из договора займа.

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (пункт 1 статьи 810 ГК РФ).

В абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В рамках настоящего обособленного спора судами первой и апелляционной инстанций установлено, что на момент предоставления займов ФИО1 являлся директором и супругом единственного участника должника, следовательно, должник находился под контролем ФИО1 Полученные денежные средства были израсходованы на выкуп нежилых помещений, доход от продажи которых в результате был получен лично ФИО1

Установив указанные обстоятельства суды первой и апелляционной инстанций, сделали вывод о корпоративном характере заемных обязательств в целях пополнения оборотных средств должника и его капиталозамещающем финансировании.

Факт аффилированности сторон договоров займа, на основании которых заявлено требование о включении в реестр, не свидетельствует о заключении договоров со злоупотреблением правом или без намерения создать соответствующие правовые последствия. Однако, в этом случае аффилированным лицам следует доказать реальность заемных отношений и отсутствие злоупотребления правом при заключении заемного обязательства.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2), при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

С учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ, признавая за прикрываемым требованием статус корпоративного.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Обстоятельства, указывающие на корпоративный характер договора займа от 15.10.2015 следуют из его условий: спорный договор займа является беспроцентным, сумма займа предоставлена на длительный срок (более двух лет), в договоре отсутствуют санкции за просрочку исполнения обязательства. При этом разумные экономические мотивы выбора конструкции займа на нерыночных условиях заявителем не раскрыты.

Возникновение заемных отношений на указанных условиях было бы невозможно, если бы заявитель не являлся контролирующим должника лицом. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что договор займа был заключен формально для создания видимости наличия гражданско-правовых отношений, для прикрытия корпоративных отношений.

В соответствии с правовой позицией, содержащуюся в пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника требование участника должника, основанное на притворной сделке, прикрывающей обязательства, вытекающие из факта участия заявителя в хозяйственном обществе, признанном банкротом, так как в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

В рассматриваем случае суды установив, что ФИО1 являлся директором Общества и супругом единственного участника должника, при этом ФИО1 не представил доказательств экономической целесообразности предоставления займа, пришли к верному выводу о корпоративном характере заемных обязательств.

Вопреки доводам подателя жалобы тот факт, что денежные средства были фактически перечислены должнику, не опровергает выводов судов о корпоративном характере договора займа.

Кроме того, судами установлено, что ФИО1 лично и как руководителем и единственным учредителем закрытого акционерного общества «МаксиМедиа» к должнику в процедуре наблюдения предъявлены требования на сумму, превышающую 20 000 000 руб.

Установленные обстоятельства, поскольку они не опровергнуты, могут свидетельствовать о подаче ФИО1 заявления о включении требования в реестр исключительно с целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов, имеющих обоснованные требования к должнику.

Таким образом, вывод судов обеих инстанций о наличии в действиях аффилированного кредитора признаков злоупотребления правом и отсутствии оснований для включения требования ФИО1 в реестр требований кредиторов должника является правильным.

Доводы подателя жалобы направлены по своей сути на иную оценку имеющихся в деле доказательств и установленных судами первой и апелляционной инстанций фактических обстоятельств.

Весте с тем, основания для иной имеющихся в деле доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Республики Карелия от 12.09.2018 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2018 по делу № А26-8956/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

И.М. Тарасюк

Судьи

В.В. Мирошниченко

 А.В. Яковец