ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-14417/2023, 11АП-16252/2023

Дело № А65-4569/2016

г. Самара

21 ноября 2023 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей  Бондаревой Ю.А., Поповой Г.О.,

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 14 ноября 2023 года в помещении суда, в зале № 2, 

апелляционные жалобы ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Монгол» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 августа 2023 года, вынесенное по требованию общества с ограниченной ответственностью «Монгол» (по итогам пересмотра по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ойлтэк», Зеленодольский район Республики Татарстан, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО3, о пересмотре определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 апреля 2023 года) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ойлтэк», ИНН 

<

***>,

с участием:

от АО АКБ «Энергобанк» - представитель ФИО4, по доверенности от 30.12.2022,

от конкурсного управляющего ООО «Ойлтэк» ФИО3 - представитель ФИО5, по доверенности от 09.01.2023,

установил:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.02.2017 общество с ограниченной ответственностью (ООО) «Ойлтэк» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должником утверждена кандидатура ФИО6, члена некоммерческого партнерства Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «ГАРАНТИЯ». 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.12.2018 конкурсным управляющим ООО «Ойлтэк» утверждена ФИО3, член некоммерческого партнерства Ассоциация «Межрегиональная Северо-Кавказская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Содружество». 

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ойлтэк», РТ, Зеленодольский район, пгт.Васильево, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО3, о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определений Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.05.2017 (вх. 36404).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2022 отменены по вновь открывшимся обстоятельствам определения Арбитражного суда Республики Татарстан по делу № А65-4569/2016:

от 24.05.2017 о включении в реестр требований общества с ограниченной ответственностью «Монгол» (требование ООО «Монгол» в размере 13 202 841,99 руб.),

от 24.05.2017 о включении в реестр требований общества с ограниченной ответственностью «Монгол» (требование ООО «Монгол» в размере 7 462 693,18 руб.),  

от 24.05.2017 о включении в реестр требований общества с ограниченной ответственностью «Монгол» (требование ООО «Монгол» в размере 3 862 586,85 руб.),   

от 24.05.2017 о включении в реестр требований общества с ограниченной ответственностью «Монгол» (требование ООО «Монгол» в размере 9 004 975,88 руб.).

Постановлением   Одиннадцатого   арбитражного  апелляционного  от  27.02.2023 решение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2022   отменено, в пересмотре  судебных актов  отказано.

Постановлением Арбитражного  суда Поволжского округа  от  12.05.2023 постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2023  по делу № А65-4569/2016 отменено, оставлено  в силе решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2022.

04.05.2023 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Ойлтэк» ФИО3 о пересмотре определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.04.2023 (вх. 24563).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан указанное заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.08.2023 обществу с ограниченной ответственностью   «Монгол» отказано во включении в реестр требований кредиторов.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «Монгол» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.08.2023 отменить.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2023 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание на 21.09.2023. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023 рассмотрение апелляционной жалобы ООО «Монгол» отложено на 19.10.2023. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.08.2023 отменить, одновременно заявив ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2023 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание на 19.10.2023. Вопрос о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу апелляционной жалобы назначен к рассмотрению в судебном заседании.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023 в связи с нахождением судьи Серовой Е.А. в очередном отпуске произведена замена судьи Серовой Е.А. на судью Попову Г.О.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО «Ойлтэк» ФИО3 и представитель АО АКБ «Энергобанк» возражали против удовлетворения ходатайства ФИО2 о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы, апелляционную жалобу ООО «Монгол» не поддержали, просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «Монгол» без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев ходатайство ФИО2 о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы, не находит оснований для его удовлетворения, исходя из следующего.

Согласно части 3 статьи 223 АПК РФ определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве)  и  обжалование  которых  предусмотрено  настоящим Кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу,  могут  быть  обжалованы в арбитражный  суд  апелляционной  инстанции  в течение десяти дней со дня их вынесения.

Согласно абзацам 1 и 2 пункта 35.1. Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» часть 3 статьи 223 АПК РФ предусматривает порядок, допускающий возможность обжалования судебных актов в суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения; в рамках этого порядка возможно также и дальнейшее обжалование судебных актов в кассационной и надзорной инстанциях. Данный порядок распространяется на определения, обжалование которых предусмотрено АПК РФ и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу (часть 3 статьи 223 АПК РФ).

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.08.2023, с учетом положения части 3 статьи 113 АПК РФ, могло быть обжаловано не позднее 15.08.2023.

Апелляционная жалоба поступила в суд первой инстанции посредством электронной системы «Мой Арбитр» 19.09.2023.

В качестве уважительности причин пропуска срока заявитель указывает на незначительность пропущенного срока на апелляционное обжалование, не указания в судебном акте срока на апелляционное обжалования, статус заявителя жалобы, который является физическим лицом, а также то, что пресекательный шестимесячный срок на апелляционное обжалование не истек. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, обратившегося с жалобой, пропущенный срок подачи апелляционной жалобы может быть восстановлен арбитражным судом апелляционной инстанции при условии, если ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня принятия решения и арбитражный суд признает причины пропуска срока уважительными.

На основании части 2 статьи 117 АПК РФ арбитражный  суд  восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными, и если не истек предусмотренный статьей 259  АПК  РФ  предельно  допустимый срок для восстановления.

АПК РФ не устанавливает каких-либо критериев для определения  уважительности причин  пропуска  процессуальных  сроков,  следовательно,  данный  вопрос  решается  с учетом  обстоятельств  дела  по  усмотрению  суда,  основанному  на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 32, 33 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках», при решении вопроса о восстановлении пропущенного срока подачи жалобы арбитражному суду следует оценивать обоснованность доводов лица, настаивающего на таком восстановлении, в целях предотвращения злоупотреблений при обжаловании судебных актов и учитывать, что необоснованное восстановление пропущенного процессуального срока может привести к нарушению принципа правовой определенности и соответствующих процессуальных гарантий, а также соблюдать баланс между принципом правовой определенности и правом на справедливое судебное разбирательство, предполагающим вынесение законного и обоснованного судебного решения, с тем, чтобы восстановление пропущенного срока могло иметь место лишь в течение ограниченного разумными пределами периода и при наличии существенных объективных обстоятельств, не позволивших заинтересованному лицу, добивающемуся его восстановления, защитить свои права. 

Целью разъяснений, сформулированных в Постановлении Конституционного Суда РФ от 16.11.2021 № 49-П «По делу о проверке конституционности статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 34 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданина ФИО7» является необходимость обеспечения привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц надлежащими средствами судебной защиты, но не установление для них необоснованных процессуальных преференций.

Установленный Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации срок для апелляционного обжалования является законной гарантией реализации права на судебную защиту не только лица, обращающегося в арбитражный суд с апелляционной жалобой, но и иных лиц, участвующих в деле.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, ФИО2 был извещен надлежащим образом о находящемся в производстве суда обособленном споре.

ФИО2 лично участвовал в судебном заседании первой инстанции 18-26.04.2022, что следует из протокола судебного заседания, решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2022, участвовал в судебном заседании суда кассационной инстанции, что следует из определения Арбитражного суда Поволжского округа от 12.05.2023, а также участвовал при новом рассмотрении в суде первой инстанции в заседании от 21.06.2023.

Так, по данным информационного ресурса Картотека арбитражных дел, расположенному на официальном сайте арбитражных судов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (https://kad.arbitr.ru) сведения о определении Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.08.2023 размещены  03.08.2023 г. 13:21:19 МСК, то есть своевременно.

Пропуск срока на апелляционное обжалование является значительным, учитывая, что ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции спустя месяц после установленного срока на обжалование.

При этом, ФИО2 является постоянным участником всех судебных споров как рамках данного дела, так и в других делах о банкротстве, а также является представителем иных лиц в таких спорах, имеет соответствующее образование и не мог не знать в какой срок может быть обжалован судебный акт.

Более того,  суд апелляционной инстанции отмечает, что 09.08.2023, то есть в течении срока на обжалование определения от 01.08.2023, ФИО2 обращается в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.06.2023 по делу А65-4569/2016.

Вместе с тем, в суд апелляционной инстанции ФИО2 дополнительных доказательств не представил.

В силу части 2 статьи 9 и абзаца второго части 6 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела, а также последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий

Необоснованное восстановление пропущенного процессуального срока может привести к нарушению принципа правовой определенности и соответствующих процессуальных гарантий.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не устанавливает каких-либо критериев для определения уважительности причин пропуска процессуальных сроков, следовательно, данный вопрос решается с учетом обстоятельств дела по усмотрению суда, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Объективные обстоятельства, не позволившие обратиться в суд в установленный законом срок, заявителем апелляционной жалобы не указаны.

Из принципа диспозитивности, присущего судопроизводству в арбитражных судах, заинтересованные лица по своему усмотрению решают, воспользоваться им правом на обжалование, либо нет. В пределах этого срока они должны определиться с волеизъявлением на обращение в суд.

Наличие законодательно установленных сроков не может рассматриваться как препятствие для реализации права на оспаривание судебных актов. Вводя сроки подачи жалоб, процессуальный закон тем самым устанавливает баланс между принципом правовой определенности, обеспечивающим стабильность правоотношений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, с одной стороны, и правом на справедливое судебное разбирательство, предполагающим возможность исправления судебных ошибок, с другой.

Ходатайство о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы должно быть мотивировано, то есть с указанием объективных причин невозможности подачи апелляционной жалобы в установленный законом срок.

В рассматриваемом случае заявитель не доказал, что, действуя разумно и добросовестно, он столкнулся с обстоятельствами, объективно воспрепятствовавшими своевременному направлению жалобы и действительно ограничивающими возможность совершения соответствующего процессуального действия в отведенный срок.

ФИО2 принимал личное участие в споре и был извещен надлежащим образом.

При указанных обстоятельствах, приведенные доводы не свидетельствуют об уважительности причин пропуска срока апелляционного обжалования, в связи с чем в удовлетворении ходатайства о его восстановлении следует отказать.

Согласно пункту 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», если факт пропуска срока на подачу апелляционной жалобы установлен после принятия апелляционной жалобы к производству, арбитражный суд апелляционной инстанции выясняет причины пропуска срока. Признав причины пропуска срока уважительными, суд продолжает рассмотрение жалобы, а в ином случае - прекращает производство по жалобе применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку апелляционным судом отказано в удовлетворении ходатайства ФИО2 о восстановлении пропущенного срока для подачи апелляционной жалобы, производство по апелляционной жалобе ФИО2, применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит прекращению.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы ООО «Монгол», проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения  Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.08.2023, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, кредитор  ООО  «Монгол»  обратился в суд с требованиями  о включении в  реестр  требований кредиторов  должника, которые ранее были установлены в  деле  о банкротстве, а именно:

- Определением Арбитражного суда РТ от 24.05.2017 требования ООО «Монгол», г.Зеленодольск, Республика Татарстан, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), в размере 9 590 717,65 руб. основного долга и 3 397 084,81 руб. процентов за пользование займом включены в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Ойлтэк», РТ, Зеленодольский район, пгт.Васильево, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), в составе третьей очереди.

- Определением Арбитражного суда РТ от 24.05.2017 требования ООО «Монгол», г.Зеленодольск, Республика Татарстан, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), в размере 4 960 351,16 руб. основного долга, 1 686 574,34 руб. процентов за пользование займом и 779 767,68 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами включены в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Ойлтэк», РТ, Зеленодольский район, пгт.Васильево, (ОГРН 

<

***>, ИНН 3 А65-4569/2016 

<

***>), в составе третьей очереди.

- Определением Арбитражного суда РТ от 24.05.2017 требования ООО «Монгол», г.Зеленодольск, Республика Татарстан, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), в размере 2 598 413,23 руб. основного долга, 855 702,83 руб. процентов за пользование займом и 408 470,79 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами включены в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Ойлтэк», РТ, Зеленодольский район, пгт.Васильево, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), в составе третьей очереди.

- Определением Арбитражного суда РТ от 24.05.2017 требования ООО «Монгол», г.Зеленодольск, Республика Татарстан, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), в размере 6 706 501 руб. основного долга и 2 298 474,88 руб. процентов за пользование займом включены в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Ойлтэк», РТ, Зеленодольский район, пгт.Васильево, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), в составе третьей очереди.

Отменяя названные судебные  акты по вновь открывшимся  обстоятельствам,  суд принял во внимание  доводы конкурсного управляющего  о том, что ООО  «Монгол» умышленно  скрыл факт  аффилированности  по отношению к  должнику, поскольку  переход прав требования к аффилированному лицу ООО «Монгол»  вследствие скупки  по сделке цессии от 03.10.2016, совершенной после возбуждения дела о банкротстве 18.04.2016, но до признания должника банкротом 15.02.2017, то есть в период кризиса должника с признаками компенсационного и корпоративного финансирования,   влечет  субординацию заявленных требований, то есть является существенным  и влечет иное решение по делу.

Согласно системных подходов Верховного суда РФ, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

При этом, как указано Верховным судом РФ, аффилированность лиц такими лицами обычно скрывается (Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 11 февраля 2019 года  № 305-ЭС18-17063, Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28 мая 2018 года  № 301-ЭС17-22652 ).  Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой доказательств. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать именно поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26 мая 2017 года  № 306-ЭС16-20056.   Как указано Верховным судом РФ в Определении СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28 марта 2019 года  № 305-ЭС18-17629 (2) о наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы.

В настоящее время в качестве вновь открывшихся обстоятельств заявлены указанные в судебных актах  следующие конкретные обстоятельства, подтверждающие судебное суждение о фактической аффилированности общества  с ограниченной ответственностью  «Монгол» и должника:  «ООО «Монгол» в настоящем деле №А65-4569/2016 заключил 16.11.2018 нестандартную сделку цессии по передаче прав на сумму 21 943 085 руб. и 7 577 283 руб. по цене всего 10% и без оплаты, признанную судом ничтожной (определение по  делу  № А65-4569/16 от 28.02.2019), в пользу ООО «Феникс», участником и директором которой является ФИО8, являющийся сыном участника должника ФИО2 Указанное свидетельствует о фактической аффилированности ООО «Монгол» с участником должника ФИО2 (определение  АС РТ от 16.03.2021 по делу №А65-4569/16), как установлено судом первой инстанции, аффилированность сторон, среди прочего, проявляется в заключении на нерыночных условиях сделки  (цессии №1/26052017 от 26.05.2017), в снижении цены на 36 000 000 рублей, в осведомленности о непубличной цессии уже через 14 дней после замены кредитора а также, в представительстве от всех лиц – ООО «Чулпан - Трейд», ООО «Хазар» и ООО «Монгол» – одного и того же представителя – ФИО9 (бывшего свояка контролирующих всех лиц бенефициара ФИО2). (Постановление 11 ААС   от 14.02.2022  по делу №А65-7729/2020)».

Если юридическая аффилированность возникает в последующем после  факта участия в капитале, то фактическая аффилированность как раз имеется до нестандартной сделки, как раз и возникающей  в силу исходного наличия такой аффилированности как причины отклоняющегося особого поведения по нестандартной сделке.

Вскрытое судом по делу №А65-7729/2020 заключение на нерыночных условиях сделки  (цессии №1/26052017 от 26.05.2017),  снижение цены на 36 000 000 рублей,  осведомленность  о непубличной цессии уже через 14 дней после замены кредитора,  а также,  представительство от всех лиц – ООО «Чулпан -  Трейд», ООО «Хазар» и ООО «Монгол» – одного и того же представителя – ФИО9 (бывшего свояка контролирующих всех лиц бенефициара ФИО2), повлекшее вывод о фактической аффилированности  является достаточным проявлением имеющейся фактической аффилированности кредитора ООО «Монгол», явившейся причиной  положенных  в основу включения требований в реестр многократных единообразных при схожих обстоятельствах  сделок цессии от 03.10.2016.

Как указал ранее  арбитражный суд, такие конкретные обстоятельства вскрытой фактической аффилированности, установленной судом, являются существенными для рассмотрения по делу и являются основанием для пересмотра.

При рассмотрении спора о включении требований в реестр в рамках дела о банкротстве  должника  полная информация о спорных правоотношениях между должником, его участником и ООО «Монгол»  суду не была раскрыта, установление значимой фактической аффилированности отсутствовало, факт аффилированности  участников правоотношений не  был установлен судами.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных кредиторов.   

Вместе с тем, вследствие общности экономических интересов должника и лица, входившего в группу, контролируемой бенефициаром, требование такого лица при установлении соответствующих обстоятельств, с которыми связывается удовлетворение требований в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, не может конкурировать с требованиями независимых кредиторов, не имеющих фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

В Определении СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 7 мая 2018 года  № 309-ЭС14-2050 подтвержден подход, что заявление о пересмотре определения суда по вновь открывшимся обстоятельствам подлежит удовлетворению, если факт аффилированности участников  правоотношений  не был при рассмотрении первого спора установлен судами, а второй судебный акт вскрыл и учел  обстоятельства, в том числе те, что ранее недобросовестно скрывались от арбитражного суда.

Обстоятельства, относящиеся к факту вхождения кредитора ООО «Монгол»  как фактически аффилированного лица  в группу лиц, подконтрольную участнику должника ФИО2 и соответственно обстоятельства, при которых кредитор ООО «Монгол»  скупались 03.10.2016 по договорам цессии права требования в период экономического кризиса должника, являются существенными для спора при принятии  определения о признании требования обоснованным и определения очередности погашения требований кредитора ООО «Монгол», тогда как при рассмотрении требования кредитора  ООО  «Монгол» в период процедуры заявитель требования не был заинтересован в раскрытии соответствующей информации и скрыл ее от суда и лиц, участвующих в деле.

В настоящем случае  заявлено не только наличие аффилированности между кредитором и должником, но и скупка  прав требований  аффилированным лицом в период экономического кризиса 03.10.2016, но до банкротства (15.02.2017) что свидетельствуют, о том что информация об аффилированности кредитора и должника в данном случае могла повлиять на результат рассмотрения спора, поскольку служит основанием субординации требований.  

Приобретая требование к должнику в ситуации кризиса, контролирующее (и аффилированное с ним) лицо тем самым создавало условия для отсрочки погашения долга, т.е. фактически профинансировало должника, предоставив ему возможность осуществлять предпринимательскую деятельность, не исполняя обязанность по подаче заявления о банкротстве (пункт  1 статьи  9 Закона о банкротстве).

На требование, полученное лицом, контролирующим должника, в условиях имущественного кризиса последнего, распространяется тот же режим удовлетворения, что и на требование о возврате компенсационного финансирования, - оно удовлетворяется в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Конкурсным управляющим также указано, что требование не подлежит удовлетворению в связи с отсутствием разумных экономических мотивов совершения сделок, в то время как нерыночное накопление прав требований к должнику аффилированным лицом свидетельствует о фактическом ее корпоративном характере. Кроме того, имеются основания полагать о мнимом характере уступок, совершенных с целью прикрытия внутригруппового перераспределения денежных средств, что свидетельствует о мнимости самих заявленных требований.

Оценка накопления требований со стороны аффилированного лица по имеющейся практике Верховного суда РФ может иметь основания для отказа во включении требований в реестр.

Если «дружественный»  кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), оформление цессии между аффилированными лицами может иметь цель  формирование подконтрольной кредиторской задолженности, т.к. должник и новый кредитор находились под контролем участника, при таких обстоятельствах требования нового кредитора  не подлежат удовлетворению (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 1 июля 2019 года  № Ф06-48233/19 по делу № А65-8663/2018).

В Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 06.02.2020 № Ф06-56796/19 по делу № А55-29916/2018 со ссылкой на Определение Верховного суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015 указано, что в случае, если степень аффилированности между кредитором, заявляющим требование, и должником является существенной, такой кредитор обязан опровергнуть обоснованные сомнения заинтересованных лиц о признаках недобросовестности в их действиях по отношению, в первую очередь, к независимым кредиторам должника.

Вместе с тем, вышеуказанные сомнения аффилированным кредитором ООО «Монгол» не опровергнуты, направленность неоднократной цессии 03.10.2016 не раскрыта.

Соответственно, данный факт аффилированности кредитора, скупавшего 03.10.2016 права требования к должнику может влечь иное решение  по делу и потому является существенным.    

Как верно отмечено судом первой инстанции, возражения  кредитора  ООО  «Монгол»  о том, что  отношения займа являются реальными,   не имеют в настоящее время  правового значения,   поскольку  подозрительной  сделкой кредитора   ООО «Монгол»  является цессия от 03.10.2016  и  обстоятельства   ее   совершения  за неделю до наблюдения, что  очевидно свидетельствует о кризисе должника, при этом возражения  ООО  «Монгол» о том, что по его мнению, отсутствуют признаки  аффилированности с контролирующим должника лицом является попыткой опровержения уже  вступивших в силу судебных актов.

Между тем, ООО  «Монгол», являясь лицом, аффилированным к участнику должника ФИО2, и соответственно ко всем иным контролирующим должника лицам, такой кредитор  ООО «Монгол» по существу имеет интерес противоположной стороны в отношениях и сделках, которые в настоящее время  противопоставляются должнику (и его управляющему и кредиторам) (определение 16.03.2021 по делу №А65-4569/16).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных кредиторов. Вместе с тем, вследствие общности экономических интересов должника и лица, входившего в группу, контролируемой бенефициаром, требование такого лица при установлении соответствующих обстоятельств, с наличием которых положения Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, связывают удовлетворение требований в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, не может конкурировать с требованиями независимых кредиторов, не имеющих фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Следовательно, обстоятельства, относящиеся к факту вхождения  ООО  «Монгол»  в группу лиц, подконтрольную участнику должника являются существенными для суда первой инстанции при принятии им определения о признании требования обоснованным и определения очередности погашения требований такого  кредитора, тогда как при рассмотрении требования заявитель требований не был заинтересован в раскрытии соответствующей информации.

Рассматривая  требование  кредитора  ООО  «Монгол»  по существу  при новом рассмотрении  суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 01 марта 2017 года поступило требование общества с ограниченной ответственностью «Монгол» о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Ойлтэк», РТ, Зеленодольский район, пгт.Васильево, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),    3 862 586,85 руб., из которых 2 598 413,23 руб. основного долга, 855 702,83 руб. договорные проценты и 408 470,79 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами.

10 сентября 2013 между ФИО10 (далее - заимодавец) и ООО «Ойлтэк» (далее – заемщик) заключен договор займа № 10/09РЗ. Предметом договора определено (п.1), что заимодавец передает заемщику заем на сумму 2 360 168,96 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа и выплатить проценты на сумму займа в размере и в сроки, определенные настоящим договором. Размер процентов по договору составляет - 11 (одиннадцать) % годовых от суммы займа. При этом проценты заемщику начисляются ежемесячно, не позднее 5 числа, следующего за отчетным месяцем. Возврат заемщиком указанной в настоящем договоре суммы займа осуществляется в полном объеме не позднее 31 декабря 2014 года.

10 сентября 2013 года между ФИО10 (далее – доверитель) и ООО «Чулпан» (далее – поверенный) заключен договор поручения № 10/09-13РЗ. По условиям договора  поверенный обязуется перечислить денежные средства от имени доверителя в размере 2 360 168,96 руб. путем перечисления на расчетный счет получателя ООО «Ойлтэк», назначение платежа: «Выдача основной суммы займа по договору займа № 10/09РЗ от 10.09.2013, заключенному между ООО «Ойлтэк» и гр. ФИО10 (п.1). Исполнение поручения осуществляется в счет погашения основного долга по договору займа от 12.04.2005  в размере 2 342 730,80  руб. и процентов в размере 17 438,16 руб. (п.5.2). По платежному поручению № 376 от 10.09.2013  ООО «Чулпан» перечислило на расчетный счет ООО «Ойлтэк» 2 360 168,96 руб., назначение платежа: «Выдача осн.суммы займа по дог.займа №10/09РЗ от 10.09.2013, заключенному между ООО «Ойлтэк» и гр.ФИО10, по договору поручения № 10/09-13РЗ от 10.09.2013». Перечисление обществом с ограниченной ответственностью «Чулпан» заемных средств в размере 2 360 168,96 руб. на расчетный счет должника подтверждается также выпиской по расчетному счету № 

<

***> ООО «Ойлтэк».

01 октября 2014 года между сторонами договора займа заключено дополнительное соглашение, согласно которому сумма основного долга по договору займа № 10/09РЗ от 10.09.2013  увеличена на сумму задолженности по выплате процентов на 01.10.2014  в размере 238 244,27  руб.  Доказательства возврата суммы долга по договору займа в материалах дела отсутствуют.

В связи с неисполнением должником обязательств по возврату денежных средств по договору займа №10/09РЗ от 10.09.2013  в размере 2 360 168,96 руб., кредитором на сумму долга начислены проценты за пользование чужими денежными средствами согласно статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

03 октября 2016 года между ФИО10 (далее – цедент) и ООО «Монгол» (далее – цессионарий) заключен договор уступки права (требования). Цедент передает цессионарию денежное требование к третьему лицу: ООО «Ойлтэк» (далее – должник), возникшее на основании договора займа № 10/09РЗ, заключенного 10.09.2013 между цедентом и должником.

Далее, в  Арбитражный суд Республики Татарстан 01 марта 2017 года поступило требование ООО «Монгол» о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Ойлтэк», РТ, Зеленодольский район, пгт.Васильево,   9 004 975,88 руб.

10 сентября 2013 между ФИО11 (далее - заимодавец) и ООО «Ойлтэк» (далее – заемщик) заключен договор займа № 10/09П. Предметом договора определено (п.1), что заимодавец передает заемщику заем на сумму  6 706 501 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа и выплатить проценты на сумму займа в размере и в сроки, определенные настоящим договором. Размер процентов по договору составляет 11 (одиннадцать) % годовых от суммы займа. При этом проценты заемщику начисляются ежемесячно, не позднее 5 числа, следующего за отчетным месяцем. Заимодавец обязан передать заемщику указанную сумму займа в срок до 10 сентября 2013 года. Возврат заемщиком указанной в настоящем договоре суммы займа осуществляется в полном объеме не позднее 31 декабря 2014 года.

31 декабря 2014 года между ФИО11 (далее - заимодавец) и ООО «Ойлтэк» (далее – заемщик) заключено дополнительное соглашение № 1 к договору займа № 10/09П от 10.09.2013 согласно которому абзац 3 п.2 договора займа изложен в следующей редакции: «Возврат заемщиком указанной в настоящем договоре суммы займа осуществляется в полном объеме не позднее 31 декабря 2015 года. Указанная сумма займа может быть возвращена заемщиком досрочно с согласия Заимодавца».

10 сентября 2013 года между ФИО11 (далее – доверитель) и ООО «Чулпан - Трейд» (далее – поверенный) заключен договор поручения № 10/09-13, согласно условиям которого поверенный обязуется перечислить денежные средства от имени доверителя в размере 6 706 501,41 руб. путем перечисления на расчетный счет получателя ООО «Ойлтэк», назначение платежа: Выдача основной суммы займа по договору займа № 10/0ПФ от 10.09.2013, заключенного между ООО «ОйлТэк» и гр. ФИО11 (п.1). Исполнение поручения осуществляется в счет погашения основного долга по договору займа № 020310/1 от 02.03.2010  в размере 6 656 027,75 руб. и процентов в размере 50 473,66 руб. (п.5.2). По платежному поручению № 1620 от 10.09.2013 года ООО «Чулпан-Трейд» перечислило на расчетный счет ООО «Ойлтэк» 6 706 501,41 руб., назначение платежа: «Выдача осн.суммы займа по дог.займа № 10/09П от 10.09.2013,  заключенному между ООО «Ойлтэк» и гр.ФИО11, по договору поручения № 10/09-13 от 10.09.2013». Перечисление ООО  «Чулпан - Трейд» заемных средств в размере 6 706 501,41 руб. на расчетный счет должника подтверждается также выпиской по расчетному счету № 

<

***> ООО «Ойлтэк». Доказательства возврата суммы долга по договору займа в материалах дела отсутствуют.

03 октября 2016 года между ФИО11 (далее – цедент) и ООО «Монгол» (далее – цессионарий) заключен договор уступки права (требования). Цедент передает цессионарию денежное требование к третьему лицу: ООО «Ойлтэк» (далее – должник) возникшее на основании договора займа № 10/09П, заключенного 10.09.2013, между цедентом и должником.

Далее,  в Арбитражный суд Республики Татарстан 01 марта 2017 года поступило требование ООО «Монгол» о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Ойлтэк», РТ, Зеленодольский район, пгт.Васильево, 13 202 841,99 руб., из которых    9 590 717,65 руб. основного долга и 3 612 124,34 руб. договорных процентов.

10 сентября 2013 между ФИО12 (далее - заимодавец) и ООО «Ойлтэк» (далее – заемщик) заключен договор займа № 10/09Г. Предметом договора определено (п.1), что заимодавец передает заемщику заем на сумму 10 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа и выплатить проценты на сумму займа в размере и в сроки, определенные настоящим договором. Размер процентов по договору составляет 11 (одиннадцать) % годовых от суммы займа. При этом проценты заемщику начисляются ежемесячно, не позднее 5 числа, следующего за отчетным месяцем. Возврат заемщиком указанной в настоящем договоре суммы займа осуществляется в полном объеме не позднее 31 декабря 2014 года.

10 ноября 2014 года между ФИО12 (далее - заимодавец) и ООО «Ойлтэк» (далее – заемщик) заключено дополнительное соглашение к договору займа № 10/09Г от 10.09.2013, согласно которому абзац 1 п.1 договора займа изложен в следующей редакции: «слова 10 000 000 руб.» заменить на слова   «11 090 717,65 руб.». Соглашение является неотъемлемой частью договора займа № 10/09Г от    10.09.2014  и вступает в силу с 10.11.2014.

01 сентября 2016 года между ФИО12 (далее - заимодавец) и ООО «Ойлтэк» (далее – заемщик) заключено дополнительное соглашение к договору займа № 10/09Г от 10.09.2013 согласно которому абзац 1 п.1 договора «11 090 717,65 руб.» заменить на слова «9 590 717,65руб.», в абзаце 3 п.2 договора займа слова «31 декабря 2014 года» заменить на слова «31 декабря 2016 года», дополнить п.2 договора абз.5 в следующей редакции: «При отсутствии возражений сторон о пролонгации настоящего договора, направленных другой стороне, настоящий договор пролонгируется на следующий год. При любых обстоятельствах договор действует до полного погашения заемщиком полученного займа». Соглашение является неотъемлемой частью договора займа №10/09Г от 10.09.2014 и вступает в силу с 02.09.2016.

10 сентября 2013 года между ФИО12 (далее – доверитель) и ООО «Чулпан -Трейд» (далее – поверенный) заключен договор поручения № 10/09-13Г.  По условиям договора  поверенный обязуется перечислить денежные средства от имени доверителя в размере 10 000 000 руб. путем перечисления на расчетный счет получателя ООО «Ойлтэк», назначение платежа: «Выдача основной суммы займа по договору займа № 10/09Г от 10.09.2013, заключенному между ООО «Ойлтэк» и гр. ФИО12, оплатить денежные средства в размере  10 034 910,42 руб. ООО «Дизель-Маркет», назначение платежа: «Выдача основной суммы займа по договору займа №10/09 от 10.09.2013 г., заключенному между ООО «Дизель-Маркет» и гр. ФИО12» (п.1). Исполнение поручения осуществляется в счет погашения основного долга по договору займа № 18/04- 12 от 18.04.2012  19 350 000 руб. и процентов по нему в размере 684 910,42 руб. (п.5.2). По платежному поручению № 1619 от 10.09.2013 ООО «Чулпан-Трейд» перечислило на расчетный счет ООО «Ойлтэк» 10 000 000 руб., назначение платежа: «Выдача осн.суммы займа по дог.займа № 10/09Г от 10.09.2013, заключенного между ООО «Ойлтэк» и гр. ФИО12, по договору поручения № 10/09-13Г от 10.09.2013». Перечисление ООО  «Чулпан - Трейд» заемных средств в размере 10 000 000 руб. на расчетный счет должника подтверждается также выпиской по расчетному счету № 

<

***> ООО «Ойлтэк». Доказательства возврата суммы долга по договору займа в материалах дела отсутствуют.

03 октября 2016 года между ФИО12 (далее – цедент) и ООО «Монгол» (далее – цессионарий) заключен договор уступки права (требования). Цедент передает цессионарию денежное требование к третьему лицу: ООО «Ойлтэк» (далее – должник), возникшее на основании договора займа № 10/09Г, заключенного 10.09.2013, между цедентом и должником.

Далее, в Арбитражный суд Республики Татарстан 01 марта 2017 года поступило требование общества с ограниченной ответственностью «Монгол» о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ОЙЛТЭК», РТ, Зеленодольский район, пгт.Васильево, 7 462 693,18 руб., из которых 4 960 351,16 руб. основного долга, 1 686 574,34 руб. договорных процентов, 779 767,68 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

10 сентября 2013 между ФИО13 (далее - заимодавец) и ООО «Ойлтэк» (далее – заемщик) заключен договор займа № 10/09Ф. Предметом договора определено, что заимодавец передает заемщику заем на сумму 4 960 351,16  руб., а  заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа и выплатить проценты на сумму займа в размере и в сроки, определенные настоящим договором (п.1). Размер процентов по договору составляет 11 (одиннадцать) % годовых от суммы займа. При этом проценты заемщику начисляются ежемесячно, не позднее 5 числа, следующего за отчетным месяцем. Возврат заемщиком указанной в настоящем договоре суммы займа осуществляется в полном объеме не позднее  31.12.2014.

10 сентября 2013 года между ФИО13 (далее – доверитель) и ООО «Чулпан  - Трейд» (далее – поверенный) заключен договор поручения № 10/09-13Ф. По условиям договора поверенный обязуется перечислить денежные средства от имени доверителя в размере 4 960 351, 16 руб. путем перечисления на расчетный счет получателя ООО «Ойлтэк»,  назначение платежа: Выдача основной суммы займа по договору займа № 10/09Ф от 10.09.2013, заключенного между ООО «Ойлтэк» и гр. ФИО13 (п.1). Согласно п.2 договора поручения поверенный обязан исполнить данное ему поручение лично. Передоверие исполнения поручения другому лицу (заместителю) не допускается. Исполнение поручения осуществляется в счет погашения основного долга по договору займа от 10.10.2008  в размере 4 923 022,70  руб.  и процентов в размере 37 328 руб.46 коп. (п.5.2). По платежному поручению № 1621 от 10.09.2013 года ООО «Чулпан-Трейд» перечислило на расчетный счет ООО «Ойлтэк»                    4 960 351,16 руб. Назначение платежа: «Выдача осн.суммы займа по дог.займа № 10/09Ф от 10.09.2013, заключенному между ООО «Ойлтэк» и гр.ФИО13, по договору поручения № 10/09-13Ф от 10.09.2013». Перечисление обществом с ограниченной ответственностью «Чулпан- Трейд» заемных средств в размере 4 960 351,16 руб. на расчетный счет должника подтверждается также выпиской по расчетному счету № 

<

***> ООО «Ойлтэк». Доказательства возврата должником суммы займа в материалах дела отсутствуют.

03 октября 2016 года между ФИО13 (далее – цедент) и ООО «Монгол» (далее – цессионарий) заключен договор уступки права (требования). Цедент передает цессионарию денежное требование к третьему лицу: ООО «Ойлтэк» (далее – должник), возникшее на основании договора займа № 10/09Ф, заключенного 10.09.2013 между цедентом и должником.

Определением Арбитражного  суда   Республики Татарстан  по настоящему делу  от 16 марта 2021 года установлено, что  ООО «Монгол» в настоящем деле №А65-4569/2016 заключил 16.11.2018 нестандартную сделку цессии по передаче прав на сумму 21 943 085 руб. и 7577283 руб. по цене всего 10% и без оплаты, признанную судом ничтожной (определение А65-4569/16 от 28.02.2019), в пользу ООО «Феникс», участником и директором которой является ФИО8, являющийся сыном участника должника ФИО2 Указанное свидетельствует о фактической аффилированности ООО «Монгол» с участником должника ФИО2 Постановлением  Одиннадцатого   арбитражного  апелляционного арбитражного суда  от 14.02.2022  по делу №А65-7729/2020 указано, что «как установлено судом первой инстанции, аффилированность сторон, среди прочего, проявляется в заключении на нерыночных условиях сделки  (цессии №1/26052017 от 26.05.2017), в снижении цены на 36 000 000 рублей, в осведомленности о непубличной цессии уже через 14 дней после замены кредитора а также, в представительстве от всех лиц – ООО «Чулпан - Трейд», ООО «Хазар» и ООО «Монгол» – одного и того же представителя – ФИО9 (бывшего свояка контролирующих всех лиц бенефициара ФИО2)».

В судебном акте  Арбитражного  суда Поволжского округа  от 12.05.2023 по настоящему делу указано  о том,  что требования  ООО   «Монгол» были основаны на заемных отношениях должника с ФИО14, ФИО10, ФИО11, ФИО13, по которым общество «Монгол» право требования к должнику получило по договорам цессии от 03.10.2016.  По мнению конкурсного управляющего, обстоятельства, относящиеся к факту вхождения общества «Монгол» в группу лиц, подконтрольную участнику должника ФИО2 и обстоятельства, при которых производилось финансирование должника со стороны общества «Монгол», являются существенными для суда при принятии им определений о признании требований обоснованными и установления очередности их погашения. Конкурсным управляющим также указано, что требование не подлежит удовлетворению в связи с отсутствием разумных экономических мотивов совершения сделок, в то время как нерыночное накопление прав требований к должнику аффилированным лицом свидетельствует о фактическом ее корпоративном характере; кроме того, имеются основания полагать о мнимом характере уступок, совершенных с целью прикрытия внутригруппового перераспределения денежных средств, что свидетельствует о мнимости самих заявленных требований.

Суд указал о том, что в настоящем случае заявлено не только о наличии аффилированности между кредитором и должником, но и о скупке прав требований аффилированным лицом в период экономического кризиса 03.10.2016, но до банкротства (15.02.2017), что могло повлиять на результат рассмотрения спора и повлечь иное решение по делу, и потому является существенным.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, предусмотренным статьями 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012  № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны.

Сама по себе аффилированность лица, приобретающего право требования к должнику у независимого кредитора, не является безусловным основанием для отказа в удовлетворении требования о проведении процессуального правопреемства и замене независимого кредитора на аффилированного.

Вместе с тем, если при рассмотрении заявления о процессуальном правопреемстве суд установит обстоятельства, свидетельствующие о допущении злоупотребления правом, требование о процессуальном правопреемстве подлежит отклонению. В качестве действий, свидетельствующих о злоупотреблении правом, могут быть расценены действия по выкупу отдельных долгов банкрота с целью влияния на ход процедуры банкротства. Наличие в действиях сторон злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) уже само по себе достаточно для отказа в удовлетворении требований (правовая позиция содержится в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2018 № 301-ЭС17-22652 (1) по делу № А43-10686/2016 и приведенной в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018.

По данной категории споров согласно правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства, ясно и убедительно подтверждающие наличие и размер задолженности и опровергающие возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных кредиторов. Вместе с тем, вследствие общности экономических интересов должника и лица, входившего в группу, контролируемой бенефициаром, требование такого лица при установлении соответствующих обстоятельств, с которыми связывается удовлетворение требований в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, не может конкурировать с требованиями независимых кредиторов, не имеющих фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

В настоящем случае, как видно из обстоятельств дела, все  договоры займа от 10.09.2013 заключены со всеми займодавцами в один день на одних условиях путем поручения на перевод средств в адрес нового заемщика, займы выданы путем внутригруппового перевода долгов  на длительный срок до 31.12.2014 и без соответствующего обеспечения, в установленный срок 31.12.2014 займы не возращены и продлены до 31.12.2015, в срок 31.12.2015 займы также не возвращены и не востребованы от должника.   18.04.2016 года возбуждено дело о банкротстве должника.

Аффилированным кредитором, скрывавшим свою фактическую аффилированность,   произведено единообразное оформление скупки требований в период экономического кризиса в дату 03.10.2016, но до наблюдения (12.10.2016) и до банкротства (15.02.2017), где на одних условиях права требования передаются  без оплаты и без указания срока оплаты, фактически  на условиях до востребования.

Согласно сложившемуся в судебной практике подходу, нашедшему отражение, в частности, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014, понятие юридической аффилированности не требует доказывания того, что участники одной группы формализовали свою деятельность как осуществляемую от имени «единого хозяйствующего субъекта» (создание холдинга, подписание соглашения о сотрудничестве, ведение консолидированной финансовой отчетности, использование всеми членами группы одного товарного знака и т.д.); аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. При этом, как обоснованно указано Верховным судом РФ, аффилированность лиц такими лицами обычно скрывается (Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 11 февраля 2019 года  № 305-ЭС18-17063, Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28 мая 2018 года  № 301-ЭС17-22652).  Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой доказательств. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать именно поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26 мая 2017 года  № 306-ЭС16-20056).  

Аффилированность всех участников настоящих сделок вытекает из подконтрольности указанных лиц ФИО2, который,  в свою очередь,  контролирует должника -  ООО «Ойлтэк»  (участник 90%)  и ООО «Чулпан Трейд» (участник 100% и директор) и является родственником ФИО13 (отец), ФИО10 (мать), и находится в особых доверительных отношениях с ФИО11 и  ФИО12, что подтверждено явно отклоняющимися от стандартов недоступных обычным (независимым) участникам рынка единообразными условиями займа 10.09.2013   и цессии 03.10.2016. 

ООО «Монгол», основывая  свои требования на переходе к нему прав прежних лиц  по договорам займа 10.09.2013, перешедших по договорам уступки 03.10.2016,  учитывая, что к правопреемнику могут перейти права только в обьеме, не превышающем права первоначальных кредиторов, с переходом бремени доказывания наличия и обстоятельств появления таких  прав на правопреемника,  необходимые разумные причины совершения заявленных сделок займа от 10.09.2013 и уступки от 03.10.2016 не обосновал, нерыночное накопление прав   не опроверг.

По смыслу определений Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) и от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(1, 2) нерыночное накопление прав требований к должнику аффилированным лицом и последующее предъявление этих требований в деле о банкротстве в целях конкуренции с требованиями конкурсных кредиторов не является поведением добросовестным, прикрывает корпоративные интересы, которые не подлежат защите в рамках споров о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

Как подтверждается в настоящем случае  аффилированным кредитором  произведена скупка требований  в период экономического кризиса 03.10.2016, но до наблюдения (12.10.2016)  и банкротства (15.02.2017), что исключает требование в одной очереди с независимыми кредиторами.

По настоящему делу финансирование было осуществлено путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности, первоначальный срок возврата займа – 31.12.2014, продлен соглашением от 31.12.2014 до 31.12.2015, после 31.12.2015 также долг вплоть до 2017 года не заявлен и не востребован, что соответствует  невостребованию контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся. 

На указанную дату  должник уже явно находился в тяжелом экономическом положении, что осознавали сами аффилированные  займодавцы.

Предоставление  денежных средств аффилированным лицом, в условиях компенсирующих неэффективное управление  и ставшим возможным исключительно в виду аффилированности сторон, несмотря на формальную гражданско-правовую природу договоров, позволяет  судам квалифицировать спорные правоотношения, как имеющие корпоративный характер (Определение Верховного Суда РФ от 20 апреля 2020 года № 306-ЭС19-22673(2) по делу № А57-969/2018).    

Таким образом, самого факта передачи имущества недостаточно, для возникновения  возвратных обязательств должника,   должна иметься разумность и добросовестность в совершении такой сделки, в связи с чем довод ООО  «Монгол» о том,  что отношения займа реальные, является не имеющим значения для данного вопроса, поскольку  предоставление  денежных средств в таких обстоятельствах стало возможным исключительно в виду аффилированности сторон и произведено очевидно в условиях компенсирующих неэффективное управление должником. 

Как указано конкурсным управляющим, заявленные средства указанными аффилированными лицами были задолго переданы в группу ООО  «Чулпан -  Трейд», который без их погашения  и за счет средств самого ООО «Ойлтэк», фактически перевел долг на себя  внутри капиталов группы ФИО15.

Такое невостребование долга, переоформление  долга на другое аффилированное лицо свидетельствует о том что фактически средства были вложены на явно доверительных нерыночных и  безвозвратных  условиях  в капитал компаний ФИО15, что свойственно именно вложениям в уставный капитал. 

Сам факт выдачи займодавцами 10.09.2013 поручений на перевод займа от одной к другой компании ФИО15 вместо его целесообразного погашения свидетельствует о фактическом выражении воли на сохранение вложений именно в качестве вклада в капитал данной группы, подтвержденным  последующим невостребованием долга несмотря  на существенное нарушение сроков 31.12.14 и 31.12.15 с переоформлением прав также аффилированному лицу внутри группы,  подтверждающим изначальное вложение, ставшим возможным исключительно в виду аффилированности сторон, компенсирующих неэффективное управление без цели гражданско-правовой возвратности.

Оспаривая наличие заемных правоотношений и оценивая эти обязательства как корпоративные, конкурсный управляющий указывает на  особые  обстоятельства  предоставления средств аффилированными лицами, свойственными именно вкладу в капитал. Если кредитор независим от группы заемщика, предоставленные в виде займа денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора, в то время как по настоящему делу имеются очевидные отклонения, которые свидетельствуют о наличии нерыночного контроля одного лица со стороны кредитора и должника и корпоративном характере отношений. 

ФИО2, являясь 100% и 90% участником  компаний,  прямо влиял на хозяйственную деятельность как ООО «Ойлтэк» так и ООО «Чулпан - Трейд», определял и контролировал финансовые потоки и организовал нестандартные схематичные в один день и по одной схеме переоформления  прежних давностных займов от ООО  «Чулпан – Трейд»  на должника,  с использованием круговорота средств внутри группы,  без фактического возврата средств займодавцам от ООО  «Чулпан – Трейд», за счет средств, полученных от самого должника, путем транзитного перераспределения  одних и тех средств, то есть без пополнения средств группы, с последующей скоординированной передачей прав ООО «Монгол» без оплаты и самой возможности оплаты с разрешением перевода долга  на любое иное лицо, свойственное вложениям в уставный капитал. 

Внутригрупповое получение и перераспределение таких средств производилось в условиях особого доверия  к участнику ФИО2, на нерыночных условиях отсутствия  обеспечения, очевидного безразличия  к конкретному должнику с заменой его с ООО «Чулпан  - Трейд» на ООО «Ойлтэк» и затем на ООО «Монгол», и на условиях прямой зависимости от интересов такой корпоративной группы в виде нестандартного невостребования долга в существенно длительный период, включая период имущественного кризиса, когда при неуплате процентов  с момента заключения договора займа 10.09.2013, он не взыскивался ни 31.12.2014, ни 31.12.2015  и схематично в один день 03 октября 2016 года массово  без оплаты   единообразно переведен заранее установленному лицу. Указанное, с  учетом вскрытой  аффилированности кредитора с должником, при  фактическом  отсутствии  хозяйственной цели извлечения прибыли  и при  отклонении  от стандартной хозяйственной практики  размещения заемных средств,  оценивается  как  механизм инвестирования, как  докапитализация должника, обусловленное  необходимостью компенсирования неэффективного управления. 

Более того,  в данном  случае  имеет место свободное обладающее признаками транзитного перемещение активов по счету должника  и незамедлительное перераспределение - изъятие из числа активов должника за его же счет, в целях  возникновения требования  аффилированного лица к должнику по займу, так же исключающее  удовлетворение требования.

Какая  - либо экономическая разумность в переводе займа внутри одной и той же группы лиц не доказана и отсутствует. Такой массовый и схематичный перевод долга с его переоформлением и перемещением в качестве новых займов на иное лицо внутри той же группы лиц,    произведенный   без получения фактического и реального его  возврата, без  собственных средств внутри группы  (за счет привлеченных кредитных средств)  и без обеспечения, может быть проявлением уже имеющегося, но скрываемого кризиса  и стал возможным исключительно в виду аффилированности сторон и свидетельствует об отклонении поведения от обычных  рыночных возвратных заемных отношений и о  создании задолженности согласованными действиями аффилированных лиц.

Так, исходя из выписок по счетам должника, 10.09.2013 в адрес должника поступили денежные средства  от АКБ «Энергобанк» по кредитному договору № 

<

***> от 28.03.2013, в этот же день полученные денежные средства в том же объеме  были направлены должником в адрес  ООО «Чулпан -  Трейд» с назначением платежа: оплата за нефтепродукты по договору поставки бн от 01.04.2013. В этот же день 10.09.2013 ООО «Чулпан  - Трейд», не покупая на эти средства топливо, и не имея иных средств на счете,  вместо погашения долга таким займодавцам,  получив единообразные поручения вышеуказанных физических  лиц,  возвратило денежные средства должнику как новые займы,  с назначением платежа: по займу с ФИО10 на сумму 2 360 168,96 руб.; по займу с ФИО13 на сумму 4 960 351, 16 руб.; по займу с ФИО11 на сумму 6 706 501, 41 руб. и по займу с ФИО12 на сумму 10 000 000 руб.  Итого, на сумму 24 027 021, 53 руб.

Должник, получив вышеуказанные займы, а также денежные средства от ООО «Дизель – Маркет»  как оплату по договору (которые последний в свою очередь получил  от ООО «Чулпан  - Трейд» по аналогичной схеме оплаты за счет поступлений от должника поручения за ФИО12 по договору поручения № 10/09Г-13Г т 10.09.2013 на сумму 10 034 910, 42 руб.), возвратил  кредитный транш   в адрес АКБ «Энергобанк». Далее,  получив от АКБ «Энергобанк» новый транш, примерно равный сумме вышеуказанных займов, должник заново перечисляет в ООО «Чулпан -  Трейд» сумму в размере 23 000 000 руб.  с назначением платежа: Оплата за нефтепродукты по договору поставки №БН от 01.04.2013.  

10.09.2013 все займодавцы, не получив фактического возврата займа  и уплаты процентов  от прежнего заемщика аффилированной организации ООО  «Чулпан – Трейд», вопреки возможностям  аффилированного заемщика внутри той же группы лиц, массово и синхронно по одной схеме переоформляют займ  с ООО «Ойлтэк»  на длительный срок 31.12.14 и без обеспечения  и без возможности реального исполнения, с невозможностью уплаты процентов со дня выдачи займа и с невозможностью возврата займа в первоначальную дату  31.12.2014 и продленную дату 31.12.2015,  то есть  оформляют займ явно невозвратного характера, что противоречит разумным хозяйственным целям займа и свидетельствует о явно нерыночном накоплении прав требования к должнику и корпоративном характере отношений.

Далее, совершена уступка   прав требований  - переход права  требования  к  ООО  «Монгол», лицу, которое  является   также  аффилированным  по отношению к должнику. То есть, фактически  сохранен  внутригрупповой  контроль  задолженности и с завуалированием  кризисной ситуации, сложившейся у должника. 

Такое  поведение свидетельствуют о нерыночном обязательстве, изначально не планирующемся к возврату.

При предоставлении доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017) утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017). В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

В Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 06.02.2020 № Ф06-56796/19 по делу № А55-29916/2018 со ссылкой на Определение Верховного суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015 указано, что в случае, если степень аффилированности между кредитором, заявляющим требование, и должником является существенной, такой кредитор обязан опровергнуть обоснованные сомнения заинтересованных лиц о признаках недобросовестности в их действиях по отношению, в первую очередь, к независимым кредиторам должника.

Вместе с тем, вышеуказанные сомнения аффилированным лицом ООО «Монгол» не опровергнуты, направленность и реальность  займов не раскрыта и не доказана, доказательства рыночного и разумного поведения  не представлены, наличие источников  средств, за счет которых осуществлялось выдача займа в виде средств самого должника, не  доказаны.

Заявителем не раскрыты разумные экономические мотивы выбора конструкции займов,  кредитор не привел каких-либо объективных причин заключения договоров займа на указанных условиях именно с должником, не представил доказательств заключения договоров займа с иными, не аффилированными с должником лицами, на тех же условиях и возможности получения должником займов на аналогичных условиях от иных лиц, совершение сделок осуществлено в нестандартных, отклоняющихся от разумного и от рыночного по заемным отношениям поведения, выдача  займодавцами поручений к аффилированному ООО «Чулпан – Трейд» без возврата прежнего долга с его переводом на должника снова внутри той же группы лиц и последующее поведение сторон с  безразличием к такому долгу  (отсутствие использования обычных гражданских механизмов возвратности займа, заключения всех сделок массово по одним схемам, переоформление долга без обеспечения, изначальная осведомленность о невозможности возврата в виду невозврата заемщиками группы в срок и неуплаты процентов со дня займа, длительное не отвечающее разумности непредъявление финансовых претензий, формальная передача требований под контроль участника должника без оплаты  и без сроков  и возможности оплаты с безразличием к личности обязанного лица),  свидетельствовали об отсутствии  разумной экономической  целесообразности и хозяйственных целей сделок займа 10.09.2013 и уступок 03.10.2016, свидетельствовали о том, что займодавцы изначально осуществляли вложения средств в группу ФИО2  во исполнение корпоративной сделки,  преследуя цель вложения в капитал и нерыночного накопления прав требования к должнику, а впоследствии воспользовались платежными документами исключительно с противоправной целью уменьшения конкурсной массы, приходящейся на долю независимых кредиторов.

Существование заявленной кредиторской задолженности было бы невозможно с точки зрения обычного хозяйственного оборота, если бы ФИО2 не участвовал в капитале и ООО «Ойлтэк» и ООО «Чулпан -Трейд» и не контролировал ООО «Монгол».

Более того, транзитное перечисление денежных средств между расчетными счетами аффилированных юридических лиц  судебная практика  расценивает по своей сути злоупотреблением правом с целью искусственного создания у должника кредиторской задолженности, что является ничтожной сделкой и такую сделку не требуется оспаривать в самостоятельном судебном процессе (в исковом производстве или в обособленном споре в рамках дела о банкротстве  (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 28.06.2021 № Ф06-5669/2021 по делу № А55-38415/2018).

Кроме того, документально не опровергнут транзитный характер сделок (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.08.2020 № 308-ЭС19-9133(15) по делу № А25-2825/2017).

В подобной ситуации действия, связанные с временным зачислением аффилированным лицом средств на счет должника как согласованное перераспределение активов внутри группы, не были направлены на создание реальных правоотношений, подлежат квалификации по правилам, установленным статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебной защите не подлежат.

Кроме того,  в качестве действий, свидетельствующих о злоупотреблении правом, могут быть расценены действия по выкупу отдельных долгов банкрота с целью влияния на ход процедуры банкротства. Наличие в действиях сторон злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) уже само по себе достаточно для отказа в удовлетворении требований (правовая позиция содержится в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2018 № 301-ЭС17-22652(1) по делу № А43-10686/2016 и приведенной в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3(2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018.

Если «дружественный» кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), оформление цессии между аффилированными лицами может иметь цель  формирование подконтрольной кредиторской задолженности, т.к. должник и новый кредитор находились под контролем участника (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 1 июля 2019 года  № Ф06-48233/19 по делу № А65-8663/2018).

Согласно заключенных 03.10.2016 договоров  уступки  передаваемое право оценено сторонами в сумму, равную размеру долга с процентами по договору займа.

При уступке прав после возбуждения дела о банкротстве и приобретения задолженности без дисконта и без оплаты,  отсутствовала разумная экономическая целесообразность заключения договоров цессии с обеих сторон.

Заявителем не представлены надлежащие доказательства экономического обоснования необходимости приобретения требования к лицу,  в отношении которого уже возбуждено дело  о банкротстве.

Покупка прав  без дисконта к банкроту не согласуется с требованиями разумности и целью  юридического лица, состоящей в извлечении прибыли  (Определение Верховного Суда РФ от 31.03.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015.

Фактически возмездность цессии носит не безусловный характер, а поставлена в зависимость от требования самого цедента, права переданы без оплаты, что прямо свидетельствует о наличии у сделки по уступке права иной прикрываемой цели и признаков дарения.

С учетом аффилированности  ООО «Монгол»  с займодавцами- группой      ФИО2 отсутствует хозяйственная цель  перевода прав внутри одной группы лиц.

На основании изложенного, суд  первой инстанции пришел  к правильному выводу   об отказе в  требованиях  ООО  «Монгол».

Имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда, основанных в том числе на обстоятельствах, установленных иными судебными актами, имеющими преюдициальное значение для разрешения данного спора.

Всем доводам заявителя, изложенным в апелляционной жалобе, дана исчерпывающая оценка в обжалуемом определении. Оснований для отмены судебного акта по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционную жалобу ООО «Монгол» необходимо оставить без удовлетворения, а определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Производство по апелляционной жалобе ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 августа 2023 года по делу А65-4569/2016 подлежит прекращению.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

В удовлетворении ходатайства ФИО2 о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы отказать.

Производство по апелляционной жалобе ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 августа 2023 года по делу А65-4569/2016, прекратить.

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 августа 2023 года по делу А65-4569/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Монгол» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                 Н.А. Мальцев

Судьи                 Ю.А. Бондарева

                                                                                                                Г.О. Попова