Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А46-17391/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 19 декабря 2024 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Куклевой Е.А.,

судейКачур Ю.И.,

ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 20.05.2024 (судья Рашидов Е.Ф) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2024 (судьи Смольникова М.В., Аристова Е.В., Целых М.П.) по делу № А46-17391/2018 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>), принятые по заявлению должника о взыскании с арбитражного управляющего ФИО3 убытков.

Третьи лица: Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области, ассоциация арбитражных управляющих «Арсенал», общество с ограниченной ответственностью Страховая компания «ТИТ», общество с ограниченной ответственностью «Международная страховая группа», публичное акционерное общество «Банк «Санкт-Петербург» (далее – Банк «Санкт-Петербург»).

Суд установил:

в деле о собственном банкротстве Нацкевич Сергей Борисович (далее – Нацкевич С.Б., должник) обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением, уточнённымв порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании с арбитражного управляющего Кратько Олега Анатольевича (далее – Кратько О.А., управляющий) 275 897,11 руб. в возмещение убытков, 28 203,08 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 29.01.2020 по 14.01.2022.

Определением Арбитражного суда Омской области от 20.05.2024, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного от 29.07.2024, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

По мнению кассатора, судами необоснованно не учтено, что у должника имеются основания для взыскания убытков, управляющий, действуя разумно и добросовестно, при наличии на счёте денежных средств обязан был их направить на расчёты с кредиторами, тем самым минимизировать дополнительные расходы должника в виде мораторных процентов, которые погашены за счёт заёмных средств; установлены обстоятельства неоднократного перевода управляющим со счёта должника на свой счёт значительных сумм, при этом расчёты с кредиторами не производились, что привело к затягиванию процедуры банкротства; также не учтены установленные в рамках дела № А46-6462/2022 факты незаконного использования управляющим своего расчётного счёта, удержании денежных средств должника, непринятия им мер по расторжению договора об оказании юридических услуг от 10.10.2018 с обществом с ограниченной ответственностью «БиЛ» (далее – общество «БиЛ»), в связи с чем управляющий привлечён к административной ответственности; выводы судов об оплате должником юридических услуг за счёт личных средств ошибочен, поскольку все имущества должника составляет конкурсную массу и управляющий обязан был выявить данное имущество (денежные средства); поскольку в рамках настоящего дела ФИО4 представлял интересы управляющего, последний и должен нести расходы за счёт личных средств, а на счёт конкурсной массы, услуги обществом «БиЛ» оказаны именно управляющему, следовательно, должник оплатил вознаграждение управляющего и одновременно услуги указанного общества в сумме 236 000 руб., которые составляют для должника убытки; не учтено, что стороны настоящего спора пришли к соглашению о заключении мирового соглашения, однако впоследствии ФИО3 отказался от указанного ходатайства.

Управляющий в отзыве на кассационную жалобу возражает против её доводов, считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Из материалов дела следует, что решением суда от 04.02.2019 ФИО2 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО3, который определением суда от 23.03.2021 освобожден от возложенных на него обязанностей, финансовым управляющим утверждена ФИО5 (далее – ФИО5).

В дальнейшем после освобождения ФИО5 от исполнения обязанностей финансового управляющего определением суда от 14.09.2022 финансовым управляющим утверждён ФИО3

Реестр требований кредиторов должника закрыт 10.04.2019. Вместе с тем на дату закрытия реестра и далее в течение 2020 года имелись заявленные к включению в реестр требования кредиторов: ФИО6, ФИО7, ФИО8, у должника имелось имущество, подлежащее реализации, на рассмотрении суда находились обособленные споры о признании сделок должника недействительными.

В ходе исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО3 осуществил погашение из средств, вырученных от продажи предмета залога, требования Банка и мораторных процентов.

Как следует из выписок по расчётному счёту должника, открытому в публичном акционерном обществе «Сбербанк России», управляющим произведены переводы денежных средств со счета должника на свой расчетный счет: 28.01.2020 - 700 000 руб., 03.03.2020 - 502 949,46 руб., 10.07.2020 - 799 492,15 руб.

Платёжными поручениями от 14.01.2022 на сумму 264 941,92 руб. и 21.02.2022 на сумму 10 000 руб. управляющий возвратил на расчётный счёт должника данные денежные средства, которые распределены между кредиторами финансовым управляющим ФИО5

Согласно сведениям, указанным в заявлении финансового управляющего ФИО9 о прекращении производства по делу от 30.05.2023, по состоянию на апрель 2022 года реестр требований кредиторов погашен в полном объеме.

Согласно пояснениям управляющего, за счёт указанных должником денежных средств ФИО3 возмещены расходы финансового управляющего, осуществлены возврат задатков лицам, участвующим в торгах и не выигравших их, выплата в пользу ФИО10, Омской областной коллегии адвокатов в лице филиала № 37.

При этом управляющий вернул соответствующие денежные средства на расчетный счет должника платежными поручениями от 14.01.2022 на сумму 264 941,92 руб., от 21.02.2022 на сумму 10 000 руб., одновременно платёжным поручением от 24.11.2023 № 908 оплатил проценты, начисленные по статье 395 ГК РФ, в сумме 264 942 руб.

До обращения в суд о собственном банкротстве ФИО2 (заказчик) заключил с обществом «БиЛ» в лице представителя ФИО4 (исполнитель) договор об оказании юридических услуг от 10.10.2018 (далее – договор от 10.10.2018), по условиям которого исполнитель обязался оказать заказчику юридические услуги, связанные с представлением интересов по вопросам об обеспечении имущественных интересов заказчика (должника), в том числе направленные на обеспечение сохранности его имущества и возврата имущества в конкурсную массу.

В рамках указанного договора сторонами подписаны акты о приемке оказанных услуг на сумму 230 000 руб., которые должником оплачены.

Определением суда от 14.06.2023 производство по делу прекращено на основании абзаца седьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве ввиду погашения требований кредиторов за счёт сформированной конкурсной массы.

Ссылаясь на ненадлежащее исполнение управляющим возложенных на него обязанностей в связи с выплатой Банку мораторных процентов, перечислением со счёта должника на свой счёт денежных средств, не принятием мер по расторжению договора от 10.10.2018, а также привлечении управляющего к административной ответственности (дело № А46-6462/2022), причинение управляющим конкурсной массе убытков, ФИО2 обратился с указанным заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из обстоятельств недоказанности факта причинения управляющим убытков, отметив, что недобросовестные действия должника привели к затягиванию процедуры банкротства (статья 10 ГК РФ).

Восьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд округа с учётом установленных обстоятельств считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статей 15, 1064 ГК РФ.

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

 Как разъяснено в абзаце третьем пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

В рассматриваемом случае отказывая в удовлетворении требования о взыскании убытков в части суды правомерно исходили из следующих установленных по спору обстоятельств.

Управляющий, действуя разумно и добросовестно, в интересах должника, кредиторов и общества приступает к погашению реестра требований кредиторов, когда: текущие платежи погашены в полном объёме; реестр требований кредиторов сформирован окончательно: нет заявленных и не рассмотренных требований кредиторов; отсутствуют требования кредиторов, включенные в реестр, но в отношении которых имеются поданные апелляционные жалобы; или имеются иные не рассмотренные споры, результат рассмотрения которых может привести к изменению суммы требования, очередности.

Отклоняя ссылки должника на выплату управляющим Банку мораторных процентов в сумме 154 962,64 руб. из стоимости залогового имущества до расчётов с кредиторами суд установил, что согласно отчётам финансовых управляющих на дату закрытия реестра и в дальнейшем в течении 2020 года в производстве суда имелись заявленные к включению в реестр требования кредиторов требования ФИО6, ФИО7, ФИО8, следовательно, приступить к расчётам с кредиторами у управляющего отсутствовали основания; сумма мораторных процентов является фиксированной, если бы управляющий не перечислил сумму мораторных процентов Банку в феврале 2020 года, эта сумма не была бы перечислена (другим) кредиторам, а находилась бы на счёте должника и была бы перечислена Банку одновременно с погашением всех требований кредиторов.

Судами обоснованно принято во внимание, что в период процедуры банкротства должник 22.04.2022 совершил сделку по продаже недвижимого имущества, а в дальнейшем, после его возврата в конкурсную массу в связи с признанием судом сделки недействительной, в нарушение положений Закона о банкротстве самостоятельно реализовал указанное имущество, вырученные денежные средства в сумме 3 900 000 руб. не передал в конкурсную массу (определения суда от 16.02.2023, 21.06.2023).

В условиях поступления указанного имущества конкурсная масса была бы сформирована значительно раньше, данного имущества было достаточно для расчётов с кредиторами, в том числе по ещё не рассмотренным требованиям.

В результате указанные неправомерные действия ФИО2 повлекли затягивание процедуры банкротство (увеличению срока её проведения, в течение которого начислялись мораторные проценты).

Следовательно, обращаясь в суд с требованием о взыскании с управляющего убытков, якобы причиненных в связи с необходимостью выплаты мораторных процентов по причине неправильного решения управляющим вопросов, связанных с погашением требований кредиторов, затянувшего процедуру, должник действует недобросовестно.

В то же время недобросовестное поведение судебной защите не подлежит (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Судами верно отмечено, что факт признания противоправности действий управляющего по использованию своего личного расчетного счёта, установленный в рамках административного производства по делу № А46-6462/2022, не может означать, что данным действием причинены убытки, поскольку для привлечения к административной ответственности установление факта наступления каких-либо последствий, в том числе убытков.

Поскольку управляющий израсходовал размещенные им на собственном счёте денежные средства должника на проводившуюся в отношении последнего процедуру банкротства (возмещены расходы управляющего, осуществлены возврат задатков лицам, участвующим в торгах и не выигравших их, а также выплаты в пользу ФИО10, обратного не доказано), одновременно на расчётный счёт должника управляющим платежными поручениями возвращены денежные средства: 14.01.2022 - 264 941,92 руб.,21.02.2022 - 10 000 руб., а также 24.11.2023 уплачены должнику 264 942 руб. процентов по статье 395 ГК РФ, оснований считать управляющего причинившим должнику убытки не имеется.

Отклоняя заявленные ФИО2 доводы относительно не принятия управляющим мер по расторжению договора от 10.10.2018, причинение убытков, суды установили, что указанный договор заключён должником до возбуждения в отношении него процедуры банкротства; не представлено доказательств того, что именно ФИО3 заключил договор с обществом «БиЛ» для обеспечения осуществления им своих полномочий, стороной договора является общество «БиЛ» в лице представителя ФИО4, представители указанного общества представляли интересы должника в рамках дела о банкротства (при оспаривании сделок); ФИО2 неоднократно подписывал акты о приемке оказанных услуг, чем признавал и подтверждал наличие для него потребительской ценности в услугах, уплачивал обществу «БиЛ» по чекам-ордерам и квитанциям к приходным кассовым ордерам денежные средства за оказанные ему услуги.

Как верно отмечено судами, договор от 10.10.2018 заключён с обществом «БиЛ», в связи с этим при наличии у ФИО2 претензий к факту и качеству оказания услуг они должны предъявляется к указанному общества, как к юридическому лицу, являющемуся стороной соответствующего договора, а не к ФИО3

Кроме того, ФИО3, являясь директором и участником общества «БиЛ», с 01.03.2016 находится в неоплачиваемом отпуске, в подтверждение отсутствия в обществе «БиЛ» дохода представил распечатку личного кабинета с сайта Федеральной налоговой службы России за 2019-2020 годы.

Исследовав отчёты финансовых управляющих, а также иные документы, представленные в материалы дела, суды установил, что управляющий не производил расчёты с обществом «БиЛ», используя денежные средства должника (за счет конкурсной массы или из каких-либо иных принадлежащих должнику источников), доказательств обратного ФИО2 не представлено.

Одновременно из материалов дела следует, что требования кредиторов полностью погашены за счёт конкурсной массы должника. 

Доводы ФИО2 о привлечении управляющего к административной ответственности в рамках дела № А46-6462/2022 судами правильно отклонены.

Установление события административного правонарушения в действиях управляющего само по себе не может означать, что данным действием причинены убытки, поскольку для привлечения к административной ответственности установление факта наступления каких-либо последствий, в том числе убытков, не требуется, такая ответственность может наступить без причинения убытков.

Одновременно факт причинения убытков определенным действием финансового управляющего подлежит отдельному и самостоятельному доказыванию в деле о банкротстве, даже если за совершение такого действия управляющий привлечён к административной ответственности.

В рассматриваемом случае ФИО2 факт причинения убытков действиями управляющего не доказан.

Участие финансового управляющего совместно с должником в мероприятиях по подготовке к заключению мирового соглашения и его последующий отказ в заключении такового, в связи с которым примирение не состоялось, вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы, сами по себе не свидетельствуют ни об обоснованности доводов ФИО2 о причинении ему управляющим убытков в заявленных должником к взысканию в настоящем споре суммах, ни о признании управляющим соответствующих требований должника.

С учётом установленной совокупности обстоятельств суды пришли к справедливому выводу об отсутствии условий, необходимых для привлечения управляющего к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

Вопреки утверждениям кассатора, из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что суды дали оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в настоящем деле, надлежащим образом исследовали все имеющиеся в материалах дела доказательства, установили обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения спора. 

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, судом округа отклонены, поскольку не содержат обстоятельств, которые не проверены и учтены судами двух инстанций при рассмотрении спора и могли повлиять на законность судебных актов либо опровергнуть выводы судов, являлись предметом надлежащий правовой оценки судов обеих инстанций и правомерно отклонены. Оснований для отмены обжалуемых судебных актов по приведённым в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Омской области от 20.05.2024 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2024 по делу № А46-17391/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

Председательствующий Е.А. Куклева

СудьиЮ.И. Качур

ФИО1