АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-8780/2017

г. Краснодар

18 января 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 января 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 января 2018 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Трифоновой Л.А., судей Айбатулина К.К. и Рыжкова Ю.В., при участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «Тепличный комбинат "Мостовский"» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 01.09.2016), от ответчика – главы крестьянского фермерского хозяйства ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО3 (доверенность от 07.06.2016), третьего лица – ФИО4 – ФИО3 (доверенность от 15.07.2015),  рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Тепличный комбинат "Мостовский"» на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2017 (судьи Еремина О.А., Величко М.Г., Пономарева И.В.) по делу № А32-8780/2017, установил следующее.

ООО «Тепличный комбинат "Мостовский"» (далее – комбинат, истец) обратилось  в арбитражный суд с иском к главе КФХ ФИО2 (далее – глава КФХ, ответчик)              о взыскании 2 млн рублей упущенной выгоды.

Определением от 10.04.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно  предмета спора, привлечена                        ФИО4.

Решением  суда  от 07.06.2017 с учетом определения от 25.07.2017 (судья Гордюк А.В.) иск удовлетворен частично, с ответчика  в пользу истца взыскано 300 тыс. рублей. В удовлетворении остальной части требований  отказано.

Судебный акт  мотивирован тем, что решением Арбитражного суда Краснодарского края  от 02.12.2016 по делу № А32-29400/2016 главе КФХ отказано в удовлетворении иска об обязании комбината заключить договор аренды на новый срок; удовлетворено встречное требование комбината о возврате комбинату полученного в аренду недвижимого имущества,  с главы КФХ в пользу комбината взыскано                   120 тыс. рублей задолженности по арендной плате за период с 01.07.2016 по 31.08.2016. Фактически имущество возвращено арендодателю по актам от 09.02.2017 и  18.04.2017. За  просрочку возврата имущества требования комбината  обоснованы  в части 240 тыс. рублей (4 месяца по 60 тыс. рублей). Заявление главы КФХ  о зачете  от 13.10.2016 не принято судом, поскольку заявлено о зачете требований по не возникшим к моменту зачета обязательствам.

Постановлением апелляционной инстанции от 16.10.2017 решение суда                  от 07.06.2017 отменено, в иске отказано ввиду недоказанности истцом наличия и размера убытков, причинной связи между нарушением обязательств и наступившими негативными последствиями. Суд также указал на недоказанность истцом наличия реальной возможности сдачи имущества в аренду; на рассмотрение судом первой инстанции требования о взыскании арендной платы вместо заявленных истцом убытков в отсутствие соответствующего волеизъявления истца.

В кассационной жалобе комбинат просит отменить судебные акты полностью и удовлетворить иск. По мнению заявителя, суды неверно установили имеющие значение для дела обстоятельства, неправильно истолковали и применили положения статей 15, 393, 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), чем  нарушили права истца на компенсацию причиненных ему убытков. Суд апелляционной инстанции  не учел просрочку возврата имущества,  лишение комбината  возможности получать прибыль в течение периода удержания ответчиком имущества, доказанность  комбинатом наличия всех предусмотренных законом условий для взыскания убытков.

Третье лицо (ФИО4), считая обжалуемое постановление апелляционной инстанции законным и обоснованным, просит оставить его без изменения.

Отзыв от главы КФХ в суд не поступил.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, заслушав пояснения представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Суды     установили,     что     01.08.2015   стороны заключили договор аренды (т. 1, л. д. 6 – 8), согласно которому комбинат (арендодатель) обязался передать главе КФХ (арендатор) во временное владение и пользование недвижимое имущество по списку. Указанные  объекты недвижимого имущества расположены на территории отделения № 2 по адресу: Краснодарский край, Мостовский район, п. Мостовской, Промзона на земельном    участке     с     кадастровым номером 23:20:0116001:0055, общей площадью 105 697 кв. м, находящемся у арендодателя в аренде (пункт 1.1).

В соответствии с пунктом 3.1 договора срок аренды – 11 месяцев с 01.08.2015                по 01.07.2016.

В пункте 4.1 договора предусмотрен размер арендной платы – 30 тыс. рублей в месяц, который может быть пересмотрен арендодателем в одностороннем порядке с предупреждением  арендатора за 1 месяц (пункт 4.3).

Во исполнение названного договора арендодатель передал арендатору обусловленное договором имущество по акту от 01.08.2015 (т. 1, л. д. 9).

Участником комбината ФИО4 05.10.2016 направлено истцу предложение о заключении договора аренды этого имущества с 01.11.2016 по 01.07.2018.

В соответствии с уведомлением от 13.11.2015 размер арендной платы увеличен                до 60 тыс. рублей.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.12.2016                              по делу № А32-29400/2016 с главы КФХ в пользу комбината взыскана арендная плата за период с 01.07.2016 по 31.08.2016 в размере 120 тыс. рублей. Суд обязал главу КФХ возвратить комбинату полученное по договору аренды от 01.08.2015 имущество.

По актам от 09.02.2017 и 18.04.2017 (т. 2, л. д. 19 – 21) глава КФХ возвратил имущество комбинату. Взысканная задолженность уплачена  платежным поручением                      от 14.12.2016 № 150.

Ссылаясь на возникновение убытков в результате несвоевременного возврата арендованного имущества и, как следствие, лишение его возможности получать прибыль от сдачи имущества в аренду, комбинат обратился в арбитражный суд с иском о взыскании убытков в виде упущенной выгоды.

Спор в отношении объектов недвижимости, их количества и предметов, вида, наименования, периода (срока) аренды и арифметического расчета между сторонами отсутствует. 

Рассматривая заявленное требование, суд апелляционной инстанции руководствовался  следующим.

В силу статьи 393 Кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать                        от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными                     статьей 15 Кодекса (пункт 2 названной статьи). Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации                 от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Кодекса в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2               статьи 401 Кодекса). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Кодекса). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Кодекса).

Обратившись с требованием о возмещении убытков, истец должен доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба, а также причинную связь между виновными действиями ответчика и убытками. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса                    Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»                               (далее – постановление № 7) разъяснено, что упущенной выгодой являются неполученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (пункт 2 постановления № 7).

Пунктом 3 постановления № 7 предусмотрено, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Кодекса). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором.

Согласно пункту 5 постановления № 7 по смыслу статей 15 и 393 Кодекса, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Кодекса). При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Истцом в рассматриваемом случае заявлено требование о взыскании упущенной выгоды, возникшей в период с сентября 2016 года по январь 2017 года (включительно). Основанием взыскания упущенной выгоды является неисполнение арендатором обязательств по возврату имущества из пользования.

Срок аренды имущества по договору с ответчиком – с 01.08.2015 по 01.07.2016     (пункт 3.1 договора).

По окончании срока действия договора имущество не было возвращено. Кроме того между сторонами имелся спор в отношении продления действия договора аренды и исполнения арендатором обязанности по возврату имущества (дело № А32-29400/2016).

Суд апелляционной инстанции установил, что  предложение о заключении договора аренды имущества поступило комбинату 05.10.2016 с ценой 800 тыс. рублей               в месяц в отношении имущества как переданного в аренду ответчику, так и переданного ранее в аренду по договору от 01.08.2015 ФИО5 (т. 1, л. д. 92 – 94).

Имущество, ранее находящиеся в аренде у ответчика  и ФИО5, комбинат передал по    договорам аренды, заключенным в декабре 2016 года – мае   2017 года (т. 1, л. д. 142 – 154) ФИО5 и ФИО6

Совокупная арендная плата по договорам аренды составила 229 тыс. рублей                 в месяц.

Суд апелляционной инстанции учел непредставление комбинатом доказательств соответствия  предложенной арендной платы– 800 тыс. рублей в месяц – размеру арендной платы за аналогичное имущество при сравнимых обстоятельствах.

Оценивая заявленный истцом размер упущенной выгоды, суд сделал правильный вывод о недоказанности  комбинатом наличия у него реальной возможности передать имущество  в аренду по цене 800 тыс. рублей в месяц. 

Кроме того,  суд учел, что размер неполученной арендной платы истец предъявил к ответчику без учета того обстоятельства, что часть имущества, предполагаемого к сдаче в аренду, находилась не у ответчика (а у ФИО5) и он не имел  возможности его возвратить.

Апелляционный суд установил, что взысканные судом первой инстанции                      300 тыс. рублей являются задолженностью по арендной плате за период фактического пользования объектом аренды (5 месяцев, сентябрь 2016 года – январь 2017 года).

Отменяя решение суда, апелляционная инстанция правильно сослалась на следующее

Предметом спора по иску является материально-правовое требование истца к ответчику –  взыскание убытков в виде упущенной выгоды.

Основание исковых требований –  нарушение ответчиком обязательств по возврату арендованных объектов по окончании срока действия договора и  возникновение в связи с этим убытков.

Требование о взыскании арендной платы  возникает  из обязательственных отношений по договору аренды.

Требование о взыскании убытков (как реального ущерба, так и упущенной выгоды), причиненных стороной обязательства, представляет собой самостоятельный способ защиты права, условия применения которого определяются статьями 393 и 15 Кодекса.

Выбор способа защиты  является правом истца, который в соответствии                   с пунктами 4, 5 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса                   Российской Федерации формулирует в исковом заявлении  требование  (предмет иска), и его  обоснование (основание иска).

В силу пунктов 4 и 5 части 2 статьи 125 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение дела в арбитражном суде происходит исходя из предмета и основания, заявленных в иске. Часть 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предоставляет право изменить предмет или основание иска только истцу, суд не наделен таким правом (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.07.2012  № 5761/12).

Из материалов дела следует, что при рассмотрении спора истец настаивал на взыскании убытков и не менял предмет требования.

Ссылка комбината на то, что задолженность по договору аренды за период фактического удержания объекта аренды может быть рассмотрена как упущенная выгода, обоснованно отклонена судом апелляционной инстанции, поскольку требования                        о взыскании задолженности и убытков являются различными способами защиты права и имеют различные основания.

По существу доводы жалобы направлены на переоценку доказательств по делу и установленных фактических обстоятельств, что не входит в полномочия суда  кассационной инстанции.

Поскольку суд апелляционной инстанции полно и всесторонне исследовал все обстоятельства дела, оценил по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  представленные в дело доказательства, правильно применил нормы права, основания для изменения или отмены судебного акта суда апелляционной инстанции не установлены.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2017                        по делу № А32-8780/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий         Л.А. Трифонова

Судьи                                                                                                                      К.К. Айбатулин

                                                                                                                                 Ю.В. Рыжков