Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-188003/22-116-3258

31 марта  2023 г.

г. Москва

 

Резолютивная часть решения объявлена 21 марта 2023 г.                                                                                                                                   

Полный текст решения изготовлен  31 марта  2023 г.

 

Арбитражный суд в составе судьи А.П. Стародуб

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

Рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению (заявлению) ООО "СКВ ГРУПП" к ИФНС России № 23 по г. Москве о признании незаконным решения

при участии представителей:

от истца (заявителя)- согласно протоколу судебного заседания;

от ответчика (заинтересованного лица) ИФНС России № 23 по г. Москве– согласно протоколу судебного заседания 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «СКВ ГРУПП» (далее также- Заявитель, Налогоплательщик, Общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании недействительным решение № 13/11 от 10.02.2022г. об отказе в привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенное ИФНС России № 23 по г. Москве (далее также- Инспекция, налоговый орган, Ответчик).

Представитель Заявителя в судебном заседании требования поддержал по доводам заявления и возражений по позиции Ответчика.

Представители ИФНС России № 23 по г. Москве в удовлетворении требований возражали по доводам отзыва, пояснений.

Рассмотрев заявление, исследовав имеющиеся в деле доказательства и заслушав доводы сторон, суд находит заявленные требования по делу подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, по результатам проведения выездной налоговой проверки в отношении ООО «СКВ Групп» налоговым органом вынесено решение № 13/11 от 10.02.2022г.

Указанным решением отказано в привлечении к налоговой ответственности, начислена недоимка по налогам в размере 89 076 684 руб., пени в размере 38 800 165.66 руб.

Общество обжаловало данное решение в УФНС России по г. Москве, которое оставлено без изменения, а жалоба без удовлетворения (решение от 03.06.2022 № 21-10/06483967). 

Исчерпав досудебные способы урегулирования спора, Общество обратилось в суд с заявлением о признании решения налогового органа недействительным.

Налоговый орган в обжалуемом решении пришел к выводу о том, что Обществом не соблюдены условия применения вычетов по налогу на добавленную стоимость, определенные п.2 ст. 54.1 НК РФ. Как указывает налоговый орган, в ходе проверки установлен ряд обстоятельств, свидетельствующих о том, что контрагенты Общества- ООО «Экспресс Логистик» и ООО «Транспортная логистическая группа Дилижанс» не могли фактически оказать услуги по перевозке для ООО «СКВ групп». Инспекция, ссылаясь на то, что обязательство по сделке не исполнено лицом, являющимся стороной договора, пришла к выводу, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось получение налоговой выгоды. По мнению налогового органа, указанные спорные контрагенты не оказывали самостоятельно услуги по перевозке, а услуги фактически оказаны индивидуальными предпринимателями, не являющимися плательщиками НДС. 

Налоговый орган указывает на то, что при проведении проверки установлена схема с использованием спорных контрагентов, имеющая цель уклонения oт уплаты налогов и создания фиктивного документооборота. Кроме того, установлены пересечения IP-адресов, используемых для осуществления доступа к системе «Банк-клиент» между ООО «Гестия-транс» и ООО «СКВ групп», между ООО «ТЛГ Дилижанс» и ООО «Экспресс логист».

Кроме того, при анализе данных, содержащихся в книгах покупок ООО «ТЛГ Дилижанс», ООО «Экспресс логист» за период финансово-хозяйственных взаимоотношений с ООО «СКВ групп» налоговым органом установлены расхождения- «налоговые разрывы».

При анализе документов, полученных от оператора отчетности ООО «ТЛГ Дилижанс» ИНН 

<

***>. ООО «Звезда» ИНН 

<

***>, ООО «Меридиан» ИНН 

<

***>, ООО «Экспресс логист» ИНН 

<

***>. ООО «Автоцентр» ИНН 

<

***> 8268078 налоговым органом также установлено, что доверенным лицом от указанных лиц при осуществлении финансово-хозяйственных взаимоотношений с АО ПК «СКВ Контур» выступало одно и то же лицо- ФИО2, что свидетельствует о согласованности действий указанных лиц.

В обоснование своей позиции налоговый орган ссылается на анализ банковского досье клиента АО «Тинькофф Банк» ООО «Гестия Транс», а также информации об используемых телефонных номерах ООО «СКВ Групп» в ПАО «Мегафон». Согласно полученной информации установлено, что телефонный номер, зарегистрированный на юридическое лицо ООО «СКВ Групп», а именно 8(925)5890512 фигурирует в банковском досье ООО «Гестия Транс» и был использован указанным обществом при открытии счета в АО «Тинькофф Банк», а также для доступа в систему «Банк-Клиент». Вышеуказанное обстоятельство также, по мнению налогового органа, указывает на подконтрольность ООО «Гестия-Транс» и ООО «СКВ групп».

По данным проверки установлены и иные факты подконтрольности ООО «Гестия-Транс» и ООО «СКВ групп», в частности ввиду наличия родственных связей должностных лиц указанных организаций, а именно учредитель ООО «СКВ групп» и учредитель, генерального директора ООО «Гестия транс» являются родными сестрами.

Как указывает налоговый орган, проверкой установлен факт «обналичивания» денежных средств с расчетных счетов ООО «ТЛГ Дилижанс», ООО «Экспресс Логист» и всей цепочки контрагентов, поступивших от ООО «СКВ групп», путем перечисления денежных средств па счета физических лиц гр. ФИО3, ФИО4

Также налоговым органом в ходе проверки установлены реальные исполнители услуг по перевозке, а именно индивидуальные предприниматели (в частности, ИЛ ФИО5, согласно показаниям которого услуги по перевозке выполнены силами ИП ФИО5 II. по поручению ООО «СКВ групп»).

Суд приходит к выводу, что указанные выше доводы основаны на неполном изучении обстоятельств хозяйственной деятельности Общества, влияющих на его налогооблагаемую базу, сделаны на основании предположений, а не подтвержденных доказательствами фактах.

Так, налоговым органом в ходе проверки не установлено, что Общество осуществляло контроль за деятельностью спорных контрагентов, распоряжалось их денежными средствами, как лично, так и через иных лиц.

Также не установлено, что Общество составляло и представляло в налоговый орган налоговые декларации спорных контрагентов, определяло результаты их деятельности.

Суд принимает во внимание, что налоговым органом не оспаривается проявление Обществом должной осмотрительности по взаимоотношениям со спорными контрагентами, характер которых соответствует обычной деятельности не только Общества, но и иных участников рынка транспортных услуг.

Признавая доводы налогового органа необоснованными, суд отмечает, что в ходе проверки не установлено, что Общество знало или должно было знать о возможных нарушениях налогового законодательства РФ со стороны спорных контрагентов, равно как и не доказано наличие таких нарушений. Также в материалы дела не представлено доказательств обналичивания денежных средств Обществом или в его интересах иными лицами, а также возращение Обществу оплаченных им спорным контрагентам денежных средств.

При этом, указанные в обжалуемом решении доказательства ни в отдельности, ни в совокупности не опровергают реальность операций Общества со спорными контрагентами.

Судом установлено, что вопреки выводам налогового органа, спорные контрагенты не оказывали и не должны были самостоятельно оказывать услуг и по перевозке, а оказывали транспортно-экспедиторские услуги по организации перевозок (фактически являлись лишь посредниками между Обществом и перевозчиками).

Суд приходит к выводу, что представленные в материалы дела доказательства и установленные в ходе налоговой проверки факты свидетельствует о легальности и реальности хозяйственных операций ООО «СКВ-Групп» со спорными контрактами.

Суд также принимает во внимание, что налоговым органом не исследовались фактические обстоятельства оказания транспортных услуг как спорными, так и иными исполнителями и для каких клиентов эти услуги оказывались Обществом (при этом Общество представляло в ходе проверки соответствующие сведения), не устанавливалась возможность привлечения перевозчиков Обществом самостоятельно без привлечения посредников. Доказательств того, что спорные контрагенты не осуществляли посредническую деятельность по организации перевозок, поиску и представлению исполнителей для перевозок грузов, в ходе налоговой проверки не были получены, а выводы основаны на формальных признаках нарушения налогового законодательства в цепочках операций третьими лицами, а не Обществом.

Из материалов дела следует, что Общество осуществляло реальные операции, связанные с организацией оказания транспортных услуг для своих клиентов, что не опровергнуто результатами налоговой проверки. При этом, особенность осуществляемого Обществом вида деятельное состоит в том, что для поиска перевозчиков грузов как правило необходимо участие ряда посредников, отсутствие транспортных средств в собственности которых не означает нереальность посреднических операций. Это обстоятельство обусловило деловую цель привлечения спорных контрагентов.

Также судом не установлено, что Общество создавало спорные организации, знало или должно было знать о возможных нарушениях налогового законодательства этими контрагентами. Материалы дела также не содержат достоверных доказательств, что бенефициаром и выгодоприобретателем от деятельности спорных контрагентов было Общество.

Установленное совпадение IР адресов не подтверждает вывод о подконтрольности спорных контрагентов Обществу.

Налоговым органом в обжалуемом решении делаются выводы о взаимосвязи Общества со спорными контрагентами в связи с установленными пересечении IP адресов.

Между тем, в нарушение требований ст. 100 и 101 НК РФ не приведены доказательства пересечения IP адресов, с которых производился доступ к расчетным счетам, между ООО «СКВ групп» и ООО «ТЛГ Дилижанс», ООО «Экспресс логист», что могло бы свидетельствовать о подконтрольности спорных контрагентов Обществу. Указано лишь на то, что такое пересечение адресов имеется между самими спорными контрагентами. Причем доказательств такого пересечения именно при использовании выхода в банк удаленным способом обжалуемое решение не содержит.

Налоговый орган указывает, что по сведениям АО ПК «ОКБ Контур», оказывающего услуги в качестве оператора по организации телекоммуникационной связи между налогоплательщиками и налоговым органами, совпадал адрес у спорных контрагентов между собой (но не с Обществом) при представлении налоговой отчетности.

Отклоняя указанные доводы, суд отмечает, что налоговый орган не учитывает, что с технической точки зрения IP адреса не подтверждают осуществление тех или иных действий с использованием одного и того же устройства для входа в систему Банк-клиент.

Выводы, основанные на допросе ФИО2, являются незаконными и необоснованным.

В качестве подтверждения согласованности действий Общества и спорных контрагентов налоговым органом приводятся доводы о том, что доверенным лицом при представлении отчетности выступало одно лицо- ФИО2

Между тем, материалы дела не содержат сведения о том, что ФИО2 имел отношение к Обществу (являлся его сотрудником или иным связанным с Обществом лицом).

Суд также учитывает, что протокол допроса ФИО2 является доказательством, полученным с нарушением закона, т.к. допрос был проведен после окончания проверки.

Вместе с тем, показания ФИО2 не подтверждают доводы о согласованности действий между Обществом и спорными контрагентами, а также недобросовестность действий самого Общества.

В оспариваемом решении налоговый орган указывает, что ФИО2 работ в ООО «Финанс-Консалтннг» в должности курьера и отвозил документы. Указанная организация оказывает услуги по ведению бухгалтерского учета и налоговому консультированию.

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что ФИО2 осуществлял какие- либо незаконные действия в связи с этим, налоговым органом не установлены.

Суд отмечает, что любой налогоплательщик вправе привлекать для оказания каких-либо услуг третьих лиц. Доказательства того, что услуги, связанные с представлением интересов спорных контрагентов, осуществлялись указанным лицом от имени Общества, в ходе налоговом проверки не были получены.

При таких обстоятельствах выводы о согласованности действий Общества и спорных контрагентов в связи с наличием у них одного и того же представителя при взаимоотношении с АО ПК «ОКБ Контур» являются необоснованными.

Также в ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения выводы налогового органа об установлении фактов «обналичивания» денежных средств в пользу Общества.

Налоговый орган, указывая на обналичивание денежных средств, делает вывод, что установлен факт «обналичивания» денежных средств с расчетных счетов ООО «ТЛГ Дилижанс», ООО «Экспресс Логист» и всей цепочки контрагентов и поступивших от ООО «СКВ групп», путем перечисления денежных средств на счета физических лиц гр. ФИО3 ФИО4, каким образом , данные  физические  лица  связаны  с Обществом.

Вместе с тем в ходе проверки не установлено, что Общество участвовало в «обналичивании» и получало впоследствии наличные денежные средства.

В решении отсутствуют ссылки на доказательства, подтверждающие выводы налоговой проверки о согласованности действий между Обществом и спорными контрагентами.

Суд приходит к выводу, что недостоверность сведений о ФИО6, как руководителе ООО «ТЛГ Дилижанс» не имеет правового значения в оценке добросовестности Общества.

Внесение записи в отношении ООО «ТЛГ Дилижанс» о недостоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ в отношении лица, числящегося руководителем, учредителем, не могут свидетельствовать о пороках операций Общества с данным контрагентом.

Судом установлено, что в период взаимоотношений Общества с ООО «ТЛГ Дилижанс» руководителем было иное лицо - ФИО7 Запись о недостоверности сведений именно в отношении нее (а не ФИО6, который стал руководителем лишь с 14.02.2018, то есть после осуществления операций данного контрагента и Общества) не вносилась.

Доказательств того, что в период осуществления операций с Обществом ФИО7 не являлась руководителем ООО «ТЛГ Дилижанс» материалы проверки и рассматриваемого судебного дела не содержат.

Более того, показания ФИО6 не опровергают реальность операции с Обществом, т.к. в период, когда ФИО6 стал руководителем ООО «ТЛГ Дилижанс», Общество операции с последним не осуществляло.

Суд отмечает, что в ходе проверки было установлено, что в период взаимоотношении с Обществом спорные контрагенты вели деятельность, сдавали отчетность, которая не являлась «нулевой», уплачивали налоги.

В обжалуемом решении указано, что спорные контрагенты в период осуществления операций с Обществом осуществляли хозяйственную деятельность, составляли бухгалтерскую и налоговую отчетность и представляли ее в налоговый орган. Налоговым органом также установлено наличие сведений в книгах покупок спорных контрагентов.

Расхождение в сведениях, представленными этими контрагентами по книгам продаж, и сведениями, которые представлены Обществом в части операций со спорными контрагентами в ходе проверки не было установлено.

Суд соглашается с Обществом в части того, что формальный подход инспекторов при проведении проверки приводит к тому, что фактически любая организация может избежать исполнения своих налоговых обязательств, если ее руководитель заявит в инспекцию о своей номинальности и недостоверности сведений о нем в качестве руководителя.

Подобная ситуация приводит к тому, что налогоплательщик, имеющий самостоятельные обязательства перед бюджетом, может избежать их исполнение, переложив их на иное добросовестное лицо, в частности на Общество. Подобный подход не соответствуем общим принципам налогового законодательства РФ. предполагающего, что налоговые обязательства должны исполняться каждым налогоплательщиком самостоятельно (ст. 3, 45 НК РФ).

Оценивая доводы оспариваемого Решения суд приходит к выводу, что оно содержит противоречивые данные об оказании услуг спорными контрагентами.

Налоговый орган указывает, что при анализе банковской выписки ООО «ТЛГ Дилижанс» не установлено юридических лиц либо индивидуальных предпринимателей, осуществляющих реальную финансово-хозяйственную деятельность, которые могли бы оказать для Общества транспортные услуги. Между тем, указанные выводы противоречат иным выводам, содержащимся в решении.

Так, в противоречие указанному выводу налоговый орган указывает в обоснование принятого решения на установление фактического оказания транспортных услуг индивидуальными предпринимателями по цепочке взаимоотношении спорных контрагентов. Таким образом, выводы в этой части являются противоречивыми, так как в решении указано, что услуги по перевозке фактически были оказаны.

Не установлено в ходе проверки обстоятельств оплаты Обществом лицам, осуществляющими перевозки (индивидуальным предпринимателям, которые налоговым органом указаны как фактические исполнители), в безналичной или наличной форме.

Факт оплаты услуг перевозки привлеченным перевозчикам со счета ООО «TЛГ Дилижанс» и ООО «Экспресс Логист» налоговым органом не опровергнут.

Суд приходит к выводу, что Налоговый орган неправомерно ссылается в качестве доказательства на показания свидетеля ФИО8

Протокол допроса ФИО8 не может быть принят судом во внимание, поскольку не был представлен Обществу до вынесения оспариваемого решения, Содержание показаний свидетеля в акте проверки и в обжалуемом решении не приводится.

Пункт 4 статьи 101 НК РФ, регулируя вопрос исследования доказательств при рассмотрении материалов налоговой проверки, предусматривает ряд гарантий прав налогоплательщика. Данная норма устанавливает, что при рассмотрении материалов налоговой проверки исследуются представленные до рассмотрения материалов налоговой проверки доказательства, с которыми лицу, в отношении которого проводилась проверка, была предоставлена возможность ознакомиться.

Указанные гарантии направлены на защиту прав налогоплательщика при рассмотрении материалов налоговой проверки. Их нарушение влечет существенные нарушения права налогоплательщика на защиту.

Суд отмечает, что о таких нарушениях налогоплательщик заявлял налоговому органу в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки и при обжаловании решения налогового органа в апелляционной порядке. Однако, эти нарушения не были устранены налоговым органом.

Суд также принимает во внимание, что выводы налогового органа основаны на предположениях и частичном исследовании обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела.

В решении указывается, что «индивидуальные предприниматели, являющиеся конечными получателями денежных средств с назначением платежа «за услуги перевозки», перечисленных по цепочке вышеуказанных транзитных «сомнительных контрагентов», частично пересекаются. Данный вывод невозможно проверить и оценить с точки зрения его обоснованности, т.к. решение не содержит указание на конкретных индивидуальных предпринимателей по таким пересечениям.

Обжалуемое решение содержит лишь 1-2 примера операций, связанных с таким возможным пересечением, тогда как полной анализ деятельности Общества и операций, которые по мнению налогового органа, являются спорными, в ходе проверки не проводился.

Таким образом, Налоговый орган делает общий вывод в отношении всех взаимоотношений Общества со спорными контрагентами на основании 1-2 операции. С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что в отношении иных операций доводы налогового органа основаны на предположениях, а не на подтвержденных доказательствами фактах.

Доводы налогового органа о порочности цепочки контрагентов сводятся лишь к части таких контрагентов.

Выводы о согласованности действий различных лиц, указанных в решении, делаются также на основании предположений и не соответствующих закону доказательств: анализ банковских выписок второго звена в цепочке контрагентов, а также последующих звеньев показал сходное структурное строение схемы перечисления денежных средств по дебету и кредиту счетов - при этом выписки по банковским счетам не представлены, а структура отражения информации по дебету и кредиту одинакова для всех организаций в принципе, т.к. установлена общими для всех организаций правилами ведения бухгалтерского учета и учета совершенных операций.

Ссылаясь на данные АО «СКБ Контур», налоговый орган приходит к выводу, что доверенным лицом от ООО «ТЛГ Дилижанс», ООО «Звезда», ООО «Меридиан», ООО «Экспресс Логист», ООО «Автоцентр» является ФИО2 Но при этом налоговым органом не установлено, при каких обстоятельствах имел место данный факт (оказывало ли данное лицо услуги указанным организациям или на основании иного законного обстоятельства представляло интересы указанных лиц, за какой период это имело место, насколько данное обстоятельство оказывало влияние на согласованность действий указанных организаций и т.п.).

В результате исследованных в ходе судебного разбирательства материалов проверки суд приходит к выводу, что реальность привлечения перевозчиков в объеме, указанном в представленных Обществом документах, подтверждена.

Так, материалами проверки подтверждается, что указанные в представленных Обществом документах услуги по перевозке были фактически оказаны.

Налоговым органом не были проверены все обстоятельства взаимоотношений участников операций по привлечению перевозчиков и по оказанию услуг перевозки, в том числе обстоятельства исполнения таких операций.

Вместе с тем, полученные в ходе проверки документы подтверждают, что условиями заключенных договоров со спорными контрагентами изначально предоставлялось им право привлекать для оказания услуг перевозки третьих лиц.

Оплата Обществом за услуги перевозки осуществлялась в адрес спорных контрагентов, которые, в свою очередь, производили оплату привлекаемым ими третьим лицам.

Ссылки на ответы индивидуальных предпринимателей (перевозчиков) не опровергают доводы общества.

Суд также отмечает, что ответы получены лишь от части перевозчиков- индивидуальных предпринимателей. Однако, налоговый орган делает выводы в отношении всех операций со спорными контрагентами, а не только в отношении тех, по которым налоговым органом получены сведения, опровергающие реальность оказания услуг непосредственно спорными контрагентами.

Налоговой проверкой не установлено, что основной целью операций Общества было получение налоговой выгоды.

Налоговый орган применяя положения статьи 54.1 НК РФ, при этом не  учитывает   разъяснения  ФНС РФ, в частности Письмо ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3 060(a) «О практике применения статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации».

Исходя из положений подпункта I пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, основным мотивом операции должна являться деловая цель.

Установление должной правовой квалификации операции, исходя из ее действительного экономического смысла, и оценка основного мотива совершения операции представляют собой самостоятельные критерии оценки.

При разрешении вопроса о том, что именно являлось основной целью операции (достижение деловой пели. получение экономическою эффекта или уменьшение налоговой обязанности), необходимо оценивать, совершил бы налогоплательщик эту операцию исключительно по мотивам делового характера и отсутствие налоговых преимуществ.

Таким образом, в рамках применения положения подпункта 1 пункта 2 статьи 54.1 ПК РФ налоговому органу следует доказать, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получени результата предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии.

Суд приходит к выводу, что представленные налоговому органу доказательства и установленные в ходе судебного разбирательства факты свидетельствует о легальном ведении деятельности и реальности хозяйственных операций ООО «СКВ-Групп» со спорными контрагентами. Финансово-экономические взаимоотношения Заявителя и спорных контрагентов документально подтверждены, документы содержат необходимые сведения, их полнота налоговым органом не оспорена, что соответствует требованиям статей 167, 170, 172, 252 НК РФ.

Кроме того, документально подтверждено, что услуги реально оказаны Заявителю спорными контрагентами с привлечением в соответствии с порядком, установленным договором, третьих лиц, оплачены, отражены в учете, использованы в хозяйственной деятельности (все услуги оказывались в соответствии с заказами клиентов, самостоятельно транспортными средствами для оказания услуг перевозки Общество не располагало, лишь организовывало перевозки).

Также доказательствами, представленными в материалы дела, подтверждается наличие лиц и ресурсов для выполнения услуг перевозки.

Таким образом, заключение договоров со спорными контрагентом направлено на достижение деловой цели и конкретного экономического результата - получение Заявителем экономической выгоды. При этом, деловая цель привлечения спорных контрагентов обусловлена экономической составляющей самой деятельности Общества и спорных контрагентов, осуществляющими организацию перевозок различных грузов.

Налоговым органом в ходе проверки не установлено отклонение условий взаимоотношений Общества и спорных контрагентов от рыночных условий, не установлено завышение цены, аккумулирование Обществом прибыли на контрагентах, не осуществляющих реальной деятельности.

Кроме того, в проверяемом периоде налоговая нагрузка Общества соответствовала среднеотраслевым показателям как по налогу на добавленную стоимость, так и по налогу на прибыль. При этом, Общество являлось добросовестным налогоплательщиком.

Суд приходит к выводу, что доводы налогового органа сводятся к применению формального подхода, а именно к выявлению налоговых правонарушений, совершенных контрагентами всех последующих за спорными контрагентами звеньев.

При этом пункт 3 статьи 54.1 НК РФ предусматривает несколько критериев, которые самостоятельно не могут служить основанием для предъявления налоговых претензий: подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом; нарушение контрагентом налогового законодательства; наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций).

Суд отмечает, что несмотря на длительный срок проведения выездной проверки, налоговым opганом не исследовались фактические обстоятельства оказания транспортных услуг как спорными, так и иными исполнителями и для каких клиентов эти услуги оказывались Обществом (при этом Общество представляло в ходе проверки соответствующие сведения), не устанавливалась возможность привлечения перевозчиков Обществом самостоятельно без привлечения посредников, тогда как в результате данных действий Инспекцией могли быть добыты необходимые и достаточные доказательства, свидетельствующие о реальности совершенных Обществом операций и наличии деловой цели при их совершении.

Налоговым органом не учтено, что согласно неоднократно высказанной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позиции (пункт 2.2 Постановления № 41-П, Определения от 10.11.2016 № 2561- О. от 26.11.2018 N" 3054-0 и др.), право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц. Иное, вопреки конституционному принципу равенства, предусмотренного стацией 19 Конституции Российской Федерации, и связанному с ним принципу поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, могло бы лишить налогоплательщиков предсказуемости последствий исполнения ими закона.

Суд принимает во внимание, что спорные контрагенты являются самостоятельными субъектами налоговых отношений, за деятельность которых Общество не несет и не должно нести ответственность.

В пункте 3 статьи 54.1 НК РФ закреплены положения, исключающие из практики налоговых органов формальный подход при выявлении обстоятельств занижения налоговой базы или уклонения от уплаты налогов.

В частности, предусмотрено, что такие обстоятельства, как подписание первичных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций), не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Формальные претензии к контрагентам (нарушение законодательства о налогах и сборах, отсутствие платежей за аренду, отсутствие выплат сотрудникам, операции по переводу денежных средств и снятию их со счета, минимальная налоговая нагрузка и т.п.) при отсутствии фактов, опровергающих реальность совершения заявленным налогоплательщиком контрагентом сделок и операций, не являются самостоятельным основанием для отказа в учете расходов и в налоговых вычетах по сделкам (операциям).

Положения пункта 2 статьи 54.1 НК РФ не предусматривают для налогоплательщиков негативных последствий за неправомерные действия контрагентов второго, третьего и последующих звеньев.

Следовательно, налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ условий.

В связи с этим деятельность организаций не может ставиться в зависимость от наличия или отсутствия достаточного количества сотрудников, техническою персонала, имущества, от расходов на оплату коммунальных услуг, заработной платы, услуг связи, поскольку действующее законодательство не обязываем организацию иметь собственные основные средства и соответствующий штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности.

Таким образом, изложенные в решении обстоятельства не могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующим о нереальности хозяйственных операций в рамках заключенного договора.

Суд полагает, что в оспариваемом акте не приведены доказательства того, что движение денежных средств по расчетным счетам спорных контрагентов, контрагентов второго и последующего уровней контролировалось Обществом либо проводилось по его поручению.

Не приведено и доказательств того, что Общество знало либо имело возможность проконтролировать дальнейшую судьбу денежных средств, перечисленных на счета контрагента.

Все дальнейшие действия контрагентов с полученными от Общества денежными средствами, в том числе исчисление налогов в бюджет, не могут контролироваться налогоплательщиком и не могут вменяться ему в вину, равно как и выступать в качестве основания для привлечения последнего к налоговой ответственности.

Взаимосвязь или аффилированность между Обществом и его контрагентами не установлены.

Согласно позиции высших судебных инстанций, сформулированных в постановлении Высшего Арбитражного Суда Российском Федерации, постановлении Президиума от 03.07.2012 N 2341/12, а также в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 N 305-КГ16-10399. установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных  признаков , характеризующих  его как  номинальную  структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции.

Согласно пунктам 4.1, 7.12 - 7.13.4 Инструкции ЦБ РФ oт 14.09.2006 № 28-11 «Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам)», для открытия расчетного счета юридическому лицу, созданному в соответствии с законодательством Российской Федерации, в банк представляется, в том числе, карточка с образцами подписи и печати, лиц, уполномоченных распоряжаться денежными средствами. Подлинность собственноручных подписей лиц, наделенных правом первой или второй подписи, может быть засвидетельствована нотариально. Карточка может быть оформлена без нотариального свидетельствования подлинности подписей в присутствии уполномоченного лица в случае, когда уполномоченное лицо устанавливает личности указанных в карточке лиц на основании представленных документов, удостоверяющих личность. Уполномоченное лицо устанавливает полномочия указанных в карточке лиц на основе изучения учредительных документов клиента, а также документов о наделении лица соответствующими полномочиями. Лица, указанные в карточке, в присутствии уполномоченного лица проставляют собственноручные подписи в соответствующем поле карточки. В незаполненных строках проставляются прочерки.

Доказательств незаконности государственной регистрации указанных физических лиц в качестве учредителей и руководителей организации, доказательств открытия счетов в банках с нарушением установленного порядка, в ходе налоговой проверки, как это следует из обжалуемого решения, не представлено.

Таким образом, иные лица, получающие сведения из ЕГРЮЛ, вправе предполагать, что эти сведения являются достоверными. Кроме того, налоговые органы наделены властными полномочиями, в том числе правом проведения различных мероприятий налогового контроля.

В решении не содержится сведений и доказательств того, что в отношении спорных контрагентов были установлены в определенном налоговым законодательством РФ порядке факты нарушения ими налогового законодательства.

Суд также принимает во внимание, что ООО «ТЛГ Дилижанс» состоял на учете также в ИФНC №23 по г. Москвы. Доказательств того, что налоговый орган не имел возможности провести достаточные и эффективные мероприятия налогового контроля в отношении указанного налогоплательщика, материалы проверки не содержат.

Действующее законодательство РФ не позволяет налогового органу произвольно отказываться от реализации предоставленных ему полномочий. Налоговый орган обязан реализовывать свои полномочия таким образом, чтобы были установлены все обстоятельства выявленных налоговых правонарушений, не допускалось нарушение прав и законных интересов налогоплательщиков. Неиспользование своих полномочий в полном объеме, в результате чего налоговый орган не смог реализовать необходимые мероприятия, не может быть использовано против иного лица (в т.ч. Общества в рассматриваемом случае).

Признавая оспариваемого решение недействительным суд также установил, что в ходе проверки налоговым органом не определен действительный размер налоговых обязательств Общества.

Налоговый орган указывает, что Общество не раскрыло сведения и не представило подтверждающие документы о действительном поставщике (подрядчике, исполнителе) и параметрах совершенных им операций, в связи с чем не применил налоговую реконструкцию.

Исходя из положений пунктов 1 и 3 статьи 3 Налогового кодекса, противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения выступает одной из целей правовою регулирования в данной сфере, реализация которой является необходимой для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения, взимания налогов в соответствии с их экономическим основанием, исключения произвольного налогообложения.

Как указано в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - постановление Пленума N 53), при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды (пуша 2). Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера) (пункт 3).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункт 4).

Данные подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ, которым часть первая Налогового кодекса дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика в зависимости oт наличия искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (пункт 1); основной пели совершения сделки (операции) (подпункт 1 пункта 2); исполнения обязательства по сделке надлежащим лицом (подпункт 2 пункта 2).

Таким образом, по общему правилу не допускается извлечение налоговой выгоды из потерь казны налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием организаций, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени ("технические" компании), при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

В то же время, как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 28.03.2000 N 5-П, от 17.03.2009 N 5-П, от 22.06.2009 N 10-П, определение от 27.02.2018 N 526-0 и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможное п, вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом.

Контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляемся налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодательством. В частности, признание налоговой выгоды необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), предполагаем доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений Налогового кодекса, регулирующих порядок исчисления и уплат конкретного налога и сбора (определения от 26.03.2020 N 544-0. or 04.07.2017 N 1440-0).

На необходимость определения объема прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции, также указано в пункте 7 постановления Пленума N 53.

Применительно к операциям налогоплательщика, совершенным с использованием '’технических" компаний это означает, что возможность применения "налоговой реконструкции", в том числе в условиях действия статьи 54.1 Налоговою кодекса, определяется не формальными, а материальными условиями - установлением по результатам налоговой проверки, в том числе при содействии самого налогоплательщика, лица, которое фактически производило исполнение по сделке, таким образом, чтобы вывести реально совершенные хозяйственные операции из "теневого" (не облагаемого налогами) оборота и осуществит), их полное налогообложение (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021 N 309-ЭС20-23981).

Принимая во внимание изложенное, противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения не должно приводить к определению налоговой обязанное) и в относительно более высоком размере - превышающем потери казны oт неуплаты налогов, возникшие на той или иной стадии обращения товаров (работ, услуг), приобретенных налогоплательщиком. Иное означало бы применение санкции, что выходит за пределы мер, необходимых для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения.

Суд принимает во внимание, что если в цепочку поставки товаров включены "технические" компании, и в распоряжении налогового органа имеются сведения и доказательства, в том числе раскрытые налогоплательщиком - покупателем, позволяющие установить лицо, которое действовало в рамках легального хозяйственного оборота (осуществило фактическое исполнение по сделке с товаром и уплатило причитавшиеся при се исполнении суммы налогов), то необоснованной налоговой выгодой покупателя может быть признана та часть расходов, учтенных при исчислении налога па прибыль организаций, и примененных им налоговых вычетов по НДС, которая приходится на наценку, добавленную "техническими" компаниями.

Налоговым органом с учетом представленных Обществом и иными лицами документов установлено, что имелись иные лица, которые по мнению налогового органа, фактически оказали услуги по перевозке.

В распоряжении налогового органа имеются сведения, необходимые для определения расходов, связанных с осуществление перевозок указанными лицами, а также для определения налоговых вычетов по НДС.

Таким образом, налоговый орган располагал сведениями и документами, которые позволяли установить лицо, осуществившее фактическое исполнение по сделкам в рамках легального хозяйственного оборота.

Однако при определении размера недоимки по налогу на прибыль организаций и налогу на добавленную стоимость эти сведения налоговым органом фактически во внимание не приняты, что привело к произвольному завышению сумм налогов, пени, начисленных по результатам проверки.

На основании вышеизложенного, с учетом положений ст.ст. 199-201 АПК РФ, решение Инспекции ФНС № 23 по г. Москве № 13/11 от 10.02.2022г. об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения вынесено с нарушением норм налогового законодательства и подлежит признанию незаконным.

Судом также установлено, что при проведении налоговой проверки Инспекцией были допущены существенные процедурные нарушения.

Так, оспариваемое Решение содержит ссылки на доказательства, с которыми Общество не было ознакомлено. Таким образом, были допущены нарушения прав Общества при ознакомлении с материалами проверки.

Суд отмечает, что при рассмотрении материалов налоговой проверки Общество неоднократно обращало внимание налогового органа на то обстоятельство, что в установленном порядке Общество ознакомлено с материалами налоговой проверки не в полном объеме.

В обжалуемом решении указано, что довод налогоплательщика о том, что Общество не ознакомлено с материалами налоговой проверки, является необоснованным.

В качестве обоснования такого вывода на с. 61 решения указано, что кроме случаев, указанных в п. 3.1. ст. 100 и п. 6.2. ст. 101 НК РФ необходимость в ознакомлении лица, в отношении которого проведена налоговая проверка, с документами возникает, когда документы подучены налоговым органом после составления акта налоговой проверки/дополнения к акту налоговой.

В решении отмечено, что порядок ознакомления предусмотрен п. 2 ст. 101 НК РФ без заявления лица, в отношении которого проведена налоговая проверка. Отмечается, что Общества ознакомлено с материалами выездной налоговой проверки, о чем были составлены перечисленные на с. 61 обжалуемого решения протоколы.

Суд полагает, что позиция налогового органа основана на неверном применении норм налогового законодательства РФ, нарушает его права и свидетельствует о существенных нарушениях, допущенных при вынесении обжалуемого решения.

Право налогоплательщика знакомиться с материалами налоговой проверки предусмотрено абз. 3 п. 2 ст. 101 НК РФ. Этому праву корреспондирует обязанность налогового органа обеспечить лицу, в отношении которого проводилась налоговая проверка (его представителю), возможность ознакомиться с материалами налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля на территории налогового органа не позднее двух дней со дня подачи таким лицом соответствующего заявления.

Судом установлено, что Общество обратилось с соответствующим заявлением в установленный срок. Однако Общество не было ознакомлено с материалами проверки в полном объеме.

В соответствии с пп. 12. п. 3 ст. 100 НК РФ акт налоговой проверки должен содержать документально подтвержденные факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе проверки, или запись об отсутствии таковых.

В соответствии с п. 3.1. ст. 100 НК РФ к акту налоговой проверки прилагаются документы, подтверждающие факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе проверки. При этом данная норма разрешает не прикладывать документы, полученные от самого налогоплательщика.

Указанное означает, что налоговой орган даже при отсутствии заявления от налогоплательщика, обязан приложить к акту проверки все документы (доказательства), которые получены им         в ходе проверки в подтверждение выявленных нарушений.

При этом указанное также означает, что налогоплательщик не обязан указывать налоговому органу, какие документы приложены к акту не были. Более того, поскольку полный и достоверный перечень полученных в ходе налоговой проверки налоговым органом не представлен, в акте проверки не указан, то налогоплательщик не имеет возможности указать все документы, которые им не были получены от налогового органа.

В этой связи суд приходит к выводу, что налоговый орган злоупотребляет своими полномочиями. Подобное поведение налогового органа является недобросовестным, нацеленным на сокрытие от налогоплательщика обстоятельств, влияющих на его защиту.

Также судом установлено, что рассмотрение материалов налоговой проверки 07 июля 2021 года состоялось после проведения дополнительных мероприятий налогового контроля и получения Обществом дополнений к акту проверки.

Вместе с тем, после рассмотрения материалов налоговой проверки 07.07.2021г. от налогового органа Обществу стали поступать периодически дополнительные документы, ссылки на которые отсутствовали как в акте проверки, так и в дополнении к нему.

Даже при получении таких дополнительных документов Общество не было в полном объеме ознакомлено со всеми материалами налоговой проверки, что лишило налогоплательщика возможности проверить обоснованность и доказанность выводов, указанных первоначально в акте проверки, а затем и в обжалуемом решении.

Суд полагает, что такое поведение налогового органа является прямым нарушением налогового законодательства и препятствует эффективной защите налогоплательщиком своих прав и интересов.

Налоговый орган не учитывает, что нормы абз. 2 п. 4 ст. 101 НК РФ прямо предусматривают, что при рассмотрении материалов налоговой проверки исследуются представленные до рассмотрения материалов налоговой проверки доказательства, с которыми лицу, в отношении которою проводилась проверка, была предоставлена возможность ознакомиться.

Указанное означает, что при рассмотрении материалов проверки могут исследоваться только те документы и доказательства, которые были представлены самим налогоплательщиком и которые были приложены к акту налоговой проверки, а также с которым налогоплательщик был ознакомлен.

Иные документы и доказательства, изложенные в акте и не представленные Обществу, не могут быть исследованы при рассмотрении материалов проверка, а значит и не могут быть положены в основу обжалуемого решения.

Письмом от 10 января 2019 г. № ЕД-4-2/55 обращается внимание, что Федеральным законом от 03.08.2018 N 302-ФЗ "О внесении изменений в часть первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации" внесены изменения в статью 101 Кодекса. Абзацем вторым пункта 4 статьи 101 Кодекса предусмотрено, что при рассмотрении материалов налоговой проверки исследуются доказательства, с которыми лицу, в отношении которого проводилась проверка, была предоставлена возможность ознакомиться.

При этом обжалуемое решение содержит также указание на иные документы, которые не приложены к акту и которые не были представлены на ознакомление Обществу.

Решение налогового органа содержит указание на банковские выписки по расчетным счетам, которые не прилагались к акту проверки, дополнением к нему и не представлялись при ознакомлении.

В обжалуемом решении имеется ссылка на с. 3 на выписку из банковского счета в отношении ООО «ТЛГ Дилижанс», на с. 4 книгу покупок ООО «ТЛГ Дилижанс» за период 1-4 кв. 2016, 1-2 кв. 2017г., на с. 5 и с. 20 - выписку из банковского счета ООО «Транстэк», на с. бис. 19 - книгу покупок ООО «Транстэк», выписку из банковского счета и книгу покупок ОО «Вектор», на с. 7 и с. 18- банковскую выписку и книгу покупок ООО «Экспресс Логист», на с. 21 - банковскую выписку и книгу покупок ООО «Автостар», на с. 22 - банковскую выписку и книгу покупок ООО «КД Дело».

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2006 № 267-0, право каждого на защиту своих прав и свобод всеми не запрещенными законом способами, закрепленное ст. 45 Конституции Российской Федерации, предполагает наличие гарантий, которые позволяли бы реализовать его в полном объеме и обеспечить эффективное восстановление в правах не только в рамках судопроизводства, но и во всех иных случаях привлечения к юридической ответственности. Применительно к налоговой ответственности одной из таких гарантий является вытекающее из ч. 2 ст.24 Конституции Российской Федерации право налогоплательщика знать, в чем его обвиняют, и представлять возражения на обвинения.

Представленные в качестве приложения к акту проверки таблицы в отношении ООО «ТЛГ Дилижанс» и ООО «Экспресс-логист», которые, как можно предположить, содержат сведения о движении денежных средств в отношении спорных контрагентов, не соответствуют требованиям действующего законодательства РФ, банковскими выписками не являются. Документы, которые подтверждают сведения, изложенные в таких таблицах, налоговым органом представлены не были, в связи с чем такие таблицы не могут рассматриваться как доказательства.

В п. 6.6 рекомендаций по проведению выездных налоговых проверок, доведённых письмом ФНС России от 25.07.2013 № АС-4-2/13622 указано, что налоговым органам при применении пункта 3.1 статьи 100 Кодекса необходимо учитывать, что конкретный документ наряду со сведениями о нарушениях (сведениями, подтверждающими факты нарушений) законодательства о налогах и сборах, выявленными  в ходе  проверки , может  содержать  информацию,  содержание  которой не имеет доказательственного значения, и при этом одновременно составляет банковскую, налоговую или иную охраняемую законом тайну третьих лиц, либо относится к персональным данным физических лиц. Именно такие документы прилагаются к акту налоговой проверки в виде заверенных итоговым органом выписок.

ФНС России в письме от 22.05.2012 №АС-4-2/8356 @ "О формировании приложений к акту налоговой проверки" указывает, что в том случае, если имеющий отношение к делу о налоговом правонарушении факт может быть подтвержден только полной выпиской по операциям на счете (например, факт осуществления транзитных платежей только либо преимущественно между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций), документ должен быть приложен к акту налоговой проверки в полном объеме.

Таким образом, исходя из положений НК и разъяснений ФНС России, налоговый орган обязан вручать полные банковские выписки контрагентов налогоплательщика.

В соответствии с приказом Федеральной налоговой службы от 25 июля 2012 г. М ММВ-7-2/519@ "Об утверждении Порядка представления банками (операторами по переводу денежных средств) информации о наличии счетов (специальных банковских счетов) в банке и (или) об остатках денежных средств на счетах (специальных банковских счетах), об операциях на счетах (специальных банковских счетах), об остатках электронных денежных средств и переводах электронных денежных средств по запросам налоговых органов на бумажном носителе, а также соответствующих форм справок и выписки" утверждена форма выписки по операциям на счете (приложение № 4 к приказу).

В соответствии с данной формой выписка содержит информацию о банке, в котором открыт счет, по которому представлена выписку, номере такого счета, период, за который предоставлена выписка, иные сведения, а также сведения о представителе банка, составившем выписку.

В нарушение установленного порядка налоговый орган не ознакомил Общество с протоколом допроса № 13ск от 10.11.2020г. свидетеля ФИО8.

Вопреки доводам налогового органа, изложенным в оспариваемом решении о том, что Общество не представляло перечень документов, с которыми оно не ознакомлено, суд принимает во внимание следующее.

Об отсутствии ознакомления с протоколом допроса ФИО8 Общество указывало в своих первоначальных возражениях на акт проверки, а также в заявлении об ознакомлении с материалами налоговой проверки.

Более того, в заявлениях об ознакомлении с материалами проверки Общество прямо указывало, какие документы не были представлены в качестве приложений к акту. Такое заявление было направлено налоговому органу в марте 2021 года.

При ознакомлении с материалами проверки 01.03.2021г. в материалах было обнаружено упоминание о документах, не представленных Обществу для ознакомления, например: копии допросов из ОБЭП в отношении выемки у Общества в 2019 году, ответ ОБЭП, письмо Управления о необходимости установления целесообразности проведения налоговой проверки и др. документы, реквизиты которых установить не удалось из-за того, что ознакомиться с данными документами в полном объеме инспектор не предоставил возможность.

Из содержания представленных налоговым органом ответов третьих лиц на требования следует, что Обществу предоставлены для ознакомления документы не в полном объеме.

При ознакомлении с документами 01.03.2021г. были представлены протоколы допросов № 481 от 23.10.2020г., № 220 от 10.11.2020г., которые на соответствуют требованиям, установленным ст. 90, 99 НК РФ, т.к. не содержат доказательств соблюдения установленных норм в части разъяснения свидетелям их прав, обязанностей и ответственность, отсутствуют какие-либо подписи на документах, что не позволяет сделать вывод о соответствии протоколов и проведенных допросов необходимым требованиям закона.

Обществу представлены таблицы с информацией, поименованной как банковская выписка ООО «ТЛГ Дилижанс» и ООО «Экспресс Логист». Между тем, указанные «документы» не позволяют определить их относимость к указанным организациям, в отношении каких счетов они сделаны, за какой период времени, полные выписки или часть информации. Также выписки не соответствуют установленным требованиям к такого рода документам.

Судом установлено, что Общество просило налоговый орган обеспечить соблюдение прав и законных интересов Общества при проведении мероприятий налогового контроля; предоставить для ознакомления все материалы налоговой проверки, не представленные ранее; предоставить копии всех документов, на которые делается ссылка в акте налоговой проверке (в надлежащем виде, соответствующем установленным требования); предоставить возможность снятия копий представляемых для ознакомления документов путем их фотокопирования или выдать их копии; при невозможности выполнить какое-либо из указанных пунктов, просим сообщить об этом в установленный для представления для ознакомления с материалами проверки срок.

В последующих заявлениях об ознакомлении (в связи с получением информации о том, что налоговый орган недобросовестно знакомил Общество лишь с частью документов) Общество также предлагало предоставить те документы, с которыми оно не было ознакомлено, а также просило сообщить, все ли документы, полученные в ходе налоговой проверки, были предоставлены Обществу.

Требования Общества налоговым органом не были удовлетворены, документы представлены не были. Указанное является существенным нарушением прав и законных интересов Общества, влияющих на возможность полноценной реализации им своего права на защиту.

Налоговый орган отказал Обществу в ознакомлении со всеми материалами налоговой проверки в нарушение положений абз. 3 п. 2 ст. 100 НК РФ, не ограничивающей ознакомление лишь с теми материалами, которые приложены к акту проверки. Возможность ознакомления с материалами налоговой проверки до их рассмотрения является гарантией защиты прав налогоплательщика. Непредставление такой возможности, а равно ограничение ее произвольно определенным налоговым органом объемом документов является нарушением такой гарантией, влияющей на реализацию права па защиту налогоплательщика.

При этом, отказ в представлении для ознакомления материалов проверки подтверждается письмом от 18.09.2021 № 13-13/63475.

Суд также приходит к выводу, что при вынесении решения использованы доказательства, полученные с нарушением закона.

В соответствии с пп. 8, 15 ст. 89 НК РФ днем окончания выездной налоговой проверки является день составления справки о проведении проверки.

Справка о проведенной налоговой проверки составлена 16.11.2020г.. т.е. проверка проводилась в период с 26.12.2019г. по 16.11.2020г., дополнительные мероприятия налогового контроля проводились в период с 15.04.2021 г. по 15.05.2021г.

Налоговый кодекс РФ не содержит запрета на проведение допросов свидетелей вне рамок налоговых проверок, однако использование их в качестве доказательств совершенного налогоплательщиком правонарушения по уже завершенной налоговой проверке признается судами неправомерным, доказательства признаются недопустимыми в силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд приходит к выводу, что проведение допроса свидетеля после окончания выездной налоговой проверки является нарушением установленного порядка сбора доказательств.

Обжалуемое решение содержит ссылки на доказательства, которые были получены вне сроков проведения проверки. Так, Налоговым органом в адрес ИФНС по Ленинскому району г. Екатеринбурга направлено поручение № 13-12/19053 от 18.11.2020г. об истребовании документов у АО «Производственная Фирма «СКБ Контур» (стр 8 обжалуемого решения, дата поручения - после окончания налоговой проверки и вне пределов сроков проведения дополнительных мероприятий налогового контроля). Ответ № 18-09-82269 от 19.11.2020г. с приложением документов является доказательством, полученным в нарушение требований налогового законодательства РФ, а поэтому не может быть использован при вынесении обжалуемого решения.

В адрес ФИО2 направлена повестка о вызове но допрос в качестве свидетеля № 1647 от 12.01.2021г. (стр. 8 обжалуемого решения, после окончания проверки и вне пределов сроков проведения дополнительных мероприятий налогового контроля).

Протокол допроса свидетеля ФИО3 от 19 января 7021 года является недопустимым доказательством, как полученный после окончания налоговой проверки.

Суд отмечает, что на указанные обстоятельства Общество обращало внимание в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки, а также в своей досудебной апелляционной жалобе. Однако налоговый орган необоснованно не принял их во внимание.

Также протокол допроса свидетеля ФИО3 от 19 января 2021 года представлен Обществу не в полном объеме, а лишь в части (отсутствует как минимум вторая страница протокола, а поскольку вопросы и страницы не пронумерованы, количество страниц протокола не указано, то установить, сколько всего отсутствует страниц в протоколе не представляется возможным), не позволяющей в полной мере оценить данные свидетелем ответы.

Суд также принимает во внимание, что в последующем при ознакомлении с материалами налоговой проверки данный протокол в полном объеме также представлен не был.

Судом установлено, что в ходе налоговой проверки были произведены выемки.

В соответствии со ст. 92 НК РФ должностное лицо налогового органа, производящее выездную налоговую проверку, в целях выяснения обстоятельств, имеющих значение для полноты проверки, вправе производить осмотр территорий, помещений лица, в отношении которого производится налоговая проверка, документов и предметов. Осмотр территорий, помещений, документов и предметов производится на основании мотивированного постановления должностного липа налогового органа, производящего осмотр.

В соответствии с п. 3 ст. 92 НК РФ осмотр производится в присутствии понятых. При проведении осмотра вправе участвовать лицо территории, помещения, документы и предметы которого подлежат осмотру должностным лицом налогового органа, или его представитель, а также специалисты. В соответствии с и. 5 ст. 92 НК РФ о производстве осмотра составляется протокол.

В соответствии с п. 4 ст. 99 НК РФ протокол подписывается составившим ею должностным лицом налогового органа, а также всеми лицами, участвовавшими в производстве действия или присутствовавшими при его проведении.

Протокол осмотра № 13/45/0 от 19.11.2020 составлен с нарушением действующего законодательства РФ и не может быть принят как доказательство при рассмотрении материалов налоговой проверки и при вынесении обжалуемого решения по следующим основаниям.

Протокол № 13/45/о от 19.11.2020 осмотра территорий, помещений, документов, предметов, не содержит подпись представителя ООО «СКВ групп» или отметку о его отказе подписать протокол.

Кроме того, указанный протокол содержит информацию о том, что в ходе осмотра черных тканевых мешков установлено, что мешки не имеют следы вскрытия, во вскрытых мешках были обнаружены документы (в протоколе перечислены папки), жесткий диск, что документы выборочно скопированы, сшиты и пронумерованы в присутствии понятых, заверены подписями, жесткий диск упакован.

Между тем, Обществу не были представлены какие-либо иные протоколы осмотра, то есть в установленном порядке осмотр содержимого тканевых мешков не производился, соответствующий протокол не составлялся.

Таким образом, ссылка налогового органа на то, что при анализе изъятых в ходе выемки документов и предметов обнаружены следующие документы в электронном виде- акт оказанных транспортных услуг между ООО «Гестия транс» и ИП ФИО9, скан образ оттиска печати ООО «Суиза» является неправомерной.

Осмотр жесткого диска и компьютера в установленном законом порядке не производился, что подтверждается отсутствием отметки об этом в протоколе. Отдельный протокол также не составлялся. Доказательств обратного суду не представлено.

Протоколы выемки также не содержат указание на изъятие указанного выше акта оказанных транспортных услуг, осмотр документов и изъятых жестких дисков в установленном порядке не производился, соответствующий протокол не представлен. В частности, протокол № 13/45/о от 19.11.2021 г. не содержит сведений о том, что налоговым органом произведен осмотр документов, материальных носителей, и что в результате такого осмотра выявлены акт между ООО «Гестия трапом» и ФИО9, а также сканобраз оттиска печати ООО «Суиза». Указанный протокол составлен в связи с возвратом изъятых предметов Обществу.

О совершении каких-либо действий с осматриваемыми предметами в протоколе от 19.11.2021г. никаких записей не имеется.

Таким образом, в установленном законом порядке факты выявления каких-либо посторонних документов налоговым органом не зафиксированы. Ни одни из документов налоговой проверки не содержит указание на выявление указанного акта и скана печати.

Соответственно довод налогового органа о том, что в ходе выемки обнаружены указанные документы является необоснованным, т.к. отсутствуют доказательства такого выявления. Более того, сомнения в этой части в силу п. 6. Ст. 108 НК РФ как неустранимые толкуются в пользу налогоплательщика.

Таким образом, решение налогового органа не соответствует требованиям статьи 54.1, п. 8 ст. 101, ст. 108 НК РФ. На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что оспариваемое решение является незаконным и подлежит признанию недействительным.

Расходы по госпошлине подлежат возмещению сторонами в порядке ст.110 АПК РФ пропорционально удовлетворенным требованиям. 

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 102, 110, 167-171, 176, 199, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

РЕШИЛ:

Признать незаконным решение ИФНС России № 23 по г. Москве № 13/11 от 10.02.2022г. об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Взыскать с ИФНС России № 23 по г. Москве в пользу ООО «СКВ ГРУПП» расходы по госпошлине 3.000 рублей.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья                                                                                                             А.П. Стародуб