﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6158/19 

Екатеринбург

09 октября 2019 г.

Дело № А60-37440/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 октября 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 октября 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Сушковой С. А., Кудиновой Ю. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Технология строительства» (далее – общество «Технология строительства») на определение Арбитражного суда Свердловской области от 19.04.2019 по делу № А60-37440/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2019 по тому же делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Стройтехцентр» несостоятельным (банкротом).

В судебном заседании принял участие конкурсный управляющий общества «Технология строительства» Бажин Иван Борисович.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

От конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Стройтехцентр» (далее – общество «Стройтехцентр», должник) Шагарова Александра Владимировича поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы без его участия. Данное ходатайство рассмотрено и удовлетворено судом округа на основании нормы статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.07.2018 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Завод  металлических сеток «Корвет» (далее – общество «ЗМС «Корвет») о признании общества «Стройтехцентр» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением суда от 08.10.2018 в отношении общества «Стройтехцентр» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Фердман Елена Борисовна.

Решением суда от 28.05.2019 общество «Стройтехцентр» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Фердман Е.Б., определением суда от 12.09.2019 конкурсным управляющим утвержден Шагаров А.В.

В рамках дела о банкротстве общества «Стройтехцентр» 29.10.2018 общество «Технология строительства» (кредитор) обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 12 185 231 руб. 47 коп.

К участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Мальцев Владислав Анатольевич, общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Крутиха 2» (далее – общество «ТД «Крутиха 2»), Никонов Сергей Александрович и Октябрьский РОСП                    г. Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.04.2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2019 заявленные требования удовлетворены частично: в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника включено требование общества «Технология строительства» в размере                     7 148 руб. 82 коп. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Общество «Технология строительства», не согласившись с принятыми судебными актами, обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 19.04.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 08.07.2019 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме, ссылаясь на нарушение норм процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам. 

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что двумя решениями суда общей юрисдикции от 12.10.2015 были удовлетворены иски кассатора к Никонову С.А., обществу «ТД «Крутиха 2» и Мальцеву В.А., обществу «ТД «Крутиха 2»; в последующем 17.11.2015 право требования по указанным судебным актам было уступлено по договорам цессии от кассатора к должнику, суд общей юрисдикции произвел процессуальное правопреемство. Затем в деле о банкротстве кассатора оба договора уступки были признаны недействительными (определения от 01.08.2017 и от 10.06.2018 по делу                       № А60-49913/2016) и применены последствия недействительности сделки в виде восстановления кассатора в правах кредитора  (по обязательствам Никонова и Мальцева). После чего кассатор обратился в суд общей юрисдикции за исполнительными листами, но ему было отказано, так как исполнительные листы уже были исполнены в пользу должника: общества «Стройтехцентр» (постановления об окончании исполнительных производств от 25.07.2017), по утверждению директора общества «Стройтехцентр» Томашевича А.В. – исполнение произведено путем заключения договора уступки от 14.07.2017 между обществом «Стройтехцентр» и обществом «ТД «Крутиха 2». Как следует из выводов суда общей юрисдикции об отказе в выдаче исполнительных листов, актов службы судебных приставов об окончании исполнительного производства, обязательства сторон (за минусом перечислений денег на 7 148 руб. 82 коп.) были исполнены именно путем заключения соглашения от 14.07.2017. 

Кассатор полагает, что суды, не дав оценку представленным доказательствам и исключив копию соглашения от 14.07.2017 из числа доказательств, неправомерно возложили бремя доказывания   обстоятельств на кассатора, не дав оценки процессуальному поведению должника по исполнению судебного акта об обязании предоставить подлинник соглашения. Заявитель также обращает внимание, что о действительности соглашения                             от 14.07.2017 свидетельствуют не только акты службы судебных приставов, но и поведения самих участников спора, так как после 14.07.2017 какие-либо действия по получению долга обществом «Стройтехцентр» не предпринимались. 

Отзыв на кассационную жалобу, поступивший от конкурсного управляющего общества «Стройтехцентр» Шагарова А.В., судом округа к материалам дела не приобщается, поскольку в нарушение статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют доказательства направления его лицам, участвующим в деле, и подлежит возвращению. 

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.07.2018 по заявлению общества «ЗМС «Корвет» возбуждено дело о банкротстве общества «Стройтехцентр».

Определением суда от 08.10.2018 в отношении общества «Стройтехцентр» введено наблюдение, решением суда от 28.05.2019 должник признан банкротом с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена Фердман Е.Б., определением суда от 12.09.2019 конкурсным управляющим должника утвержден Шагаров А.В. 

В реестре требований кредиторов должника включены следующие кредиторы:

- общество «ЗМС «Корвет» (определение суда от 08.10.2018) в размере 825 663 руб. основного долга, 87 250 руб. неустойка, 20 310 руб. 98 коп. возмещения государственной пошлины;

- общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Инкор» (определение суда от 13.12.2018) в размере 1 992 644 руб. 40 коп. основного долга, 668 375 руб. 14 коп. пени (на основании судебного акта арбитражного суда);

- общество с ограниченной ответственностью «Рэил-Комплект» (определение суда от 16.12.2018) в размере 1 273 870 руб. 16 коп. (на основании судебного акта арбитражного суда);

- общество с ограниченной ответственностью «Компания «Экосистема» (определение суда от 19.12.2018) в размере 15 147 руб. 87 коп. (на основании судебного акта арбитражного суда);

- общество с ограниченной ответственностью «Строительный двор» (определение суда от 29.12.2018) в размере 291 119 руб. 92 коп. (на основании судебного акта суда общей юрисдикции);

- Федеральная налоговая служба России (определение суда от 04.03.2019) в составе второй очереди задолженность в размере 19 386 руб. 74 коп., в составе третьей очереди задолженность в размере 229 015 руб. 61 коп.;

- индивидуальный предприниматель Плаксин Дмитрий Павлович (определение суда от 22.04.2019) в размере 1 004 000 руб. (на основании судебного акта суда общей юрисдикции);

- Департамент государственного жилищного и строительного надзора Свердловской области (определение суда от 03.09.2019) в размере 440 000 руб. (на основании судебных актов арбитражного суда, административный штраф).

Во включении в реестр требований кредиторов должника отказано: обществу с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Строй-Проект» (определение суда от 17.01.2019), обществу с ограниченной ответственностью «Транспортная компания «Штерн66» (определение суда                           от 22.01.2019).

Заявивший в рамках настоящего обособленного спора требование о включении в реестр требований кредиторов кредитор также находится в процедуре банкротства (дело № А60-49913/2016): определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.10.2016 по делу №А60-49913/16 возбуждено дело о банкротстве общества «Технология строительства» (кредитора).

Решением суда от 27.06.2017 по делу № А60-49913/2016 общество «Технология строительства» (кредитор) признано банкротом с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Бажин И.Б.

Общество «Технология строительства» (кредитор) в лице конкурсного управляющего Бажина И.Б. в рамках настоящего дела о банкротстве общества «Стройтехцентр» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере                      12 185 231 руб. 47 коп.

В обоснование заявленных требований заявитель указывал на следующие обстоятельства.

Решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга                             от 12.10.2015 были удовлетворены частично исковые требования общества «Технология строительства» (кредитора) к Никонову С.А., обществу «ТД «Крутиха 2» о взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, о признании договора уступки права требования незаключенным. С Никонова С.А. в пользу общества «Технология строительства» взысканы денежные средства в размере 2 994 919 руб. на основании договора о переводе долга от 08.08.2014 № 2.17/3; денежные средства в размере 3 306 139 руб.   на основании договора о переводе долга от 08.08.2014 № 2.17/3; расходы по оплате государственной пошлины в размере 39 654 руб. 66 коп. Признан незаключенным договор уступки права требования от 18.05.2015, сторонами по которому являются общество «Технологии строительства» и общество «ТД «Крутиха 2». С общества «ТД «Крутиха 2» в пользу общества «Технология строительства» взысканы расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Дополнительным решением Октябрьского районного суда                                      г. Екатеринбурга от 17.12.2015 с Никонова С.А. в пользу общества «Технология строительства» также были взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 9 316 руб. 60 коп.

В последующем между кредитором (цедент) и должником по настоящему делу о банкротстве (цессионарий) 17.11.2015 был заключен договор цессии (уступки права денежного требования) № 07/15, по условиям которого цедент уступил цессионарию право требования (денежного требования) к физическому лицу Никонову С.А. на сумму 6 340 412 руб. 66 коп., состоящую из:                             2 994 919 руб. основного долга по договору о переводе долга от 08.08.2014                    № 3.1/5, заключенному между цедентом и Никоновым С.А.; 3 306 139 руб. основного долга по договору о переводе долга от 08.08.2014 № 2.17/3, заключенному между цедентом и Никоновым С.А.; 39 654 руб. 66 коп. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение гражданского дела № 2-4370/2015 по иску общества «Технология строительства» к               Никонову С.А.

Определением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга                                     от 05.05.2016 произведена процессуальная замена взыскателя с общества «Технология строительства» (кредитора) на правопреемника общество «Стройтехцентр» (должника).

Также решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 12.10.2015 удовлетворены частично исковые требования общества «Технология строительства» (кредитора) к Мальцеву В.А., обществу «ТД «Крутиха 2» о взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами, о признании договора уступки права требования незаключенным.                                    С Мальцева В.А. в пользу  общества «Технология строительства» (кредитора) взысканы денежные средства в размере 2 501 544 руб.  на основании договора о переводе долга от 08.08.2014 № 2.17/1; денежные средства в размере 3 306 139 руб. на основании договора о переводе долга от 08.08.2014 № 2.17/2; расходы по оплате государственной пошлины в размере 37 135 руб. 81 коп. Признан незаключенным договор уступки права требования от 18.05.2015, сторонами по которому являются общество «Технологии строительства» и общество «ТД «Крутиха 2». С общества «ТД «Крутиха 2» в пользу общества «Технология строительства» взысканы расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

В последующем между кредитором (цедент) и должником по настоящему делу о банкротстве (цессионарий) 17.11.2015 был заключен договор цессии (уступки права денежного требования) № 08/15, по условиям которого цедент уступил цессионарию право требования (денежного требования) к физическому лицу Мальцеву В.А. на сумму 5 844 818 руб. 81 коп.

Определением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга                              от 05.05.2016 произведена процессуальная замена взыскателя с общества «Технология строительства» (кредитора) на правопреемника общество «Стройтехцентр» (должника).

В последующем оба договора уступки права требования в рамках дела                № А60-49913/2016 о банкротстве общества «Технология строительства» (кредитора) признаны недействительными:

определением Арбитражного суда Свердловской области                                от 01.08.2017 по делу № А60-49913/2016 признан недействительным договор цессии (уступки права денежного требования) от 17.11.2015 № 07/15, заключенный между обществом «Технология строительства» и обществом «Стройтехцентр»; применены последствия недействительности сделки: общество «Технология строительства» (кредитор) восстановлено в правах кредитора по обязательствам Никонова С.А. на сумму 6 340 412 руб. 66 коп.; 

определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.06.2018 по делу № А60-49913/2016 признан недействительным договор цессии (уступки права денежного требования) от 17.11.2015 № 08/15, заключенный между обществом «Технология строительства» и обществом  «Стройтехцентр»; применены последствия недействительности сделки: общество «Технология строительства» (кредитор) восстановлено  в правах кредитора по обязательствам Мальцева В.А. на сумму 5 844 818 руб. 81 коп.

Учитывая признание недействительными судом договоров уступки и примененные судом последствия недействительности (восстановление в правах кредитора) общество «Технология строительства» обратилось в Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга с заявлением о выдаче исполнительных листов по обоим делам в целях принудительного получения задолженности с Никонова А.С. и Мальцева В.А., однако в удовлетворении заявления было отказано, поскольку исполнительные листы уже были исполнены в пользу общества «Стройтехцентр» (должника), в материалах дела имелись постановления об окончании исполнительного производства от 25.07.2017.

Полагая, что на стороне общества «Стройтехцентр» (должника) возникло неосновательное обогащение в размере 12 185 231 руб. 47 коп., заявитель просил включить в реестр требований кредиторов должника задолженность в указанной сумме.

Разрешая настоящий спор, суды первой и апелляционной инстанции исходили из того, что согласно постановлению от 25.07.2017 № 66005/17/155190 исполнительное производство было окончено, всего с должника Никонова С.А. в пользу общества «Стройтехцентр» было взыскано 5 630 руб. 46 коп., что подтверждено платежными поручениями, приложенными к постановлению.

Основанием к окончанию исполнения исполнительного производства явилось заявление директора общества «Стройтехцентр» Томашевича А.В. об окончании исполнительного производства от 14.07.2017 в связи с фактическим исполнением Никоновым С.А. требований исполнительного документа. Однако, первичные платежные документы (платежные поручения, информация о поступлении денежных средств на счет и т.д.) не представлены.

Согласно постановлению от 25.07.2017 № 66005/17/155229 исполнительное производство было окончено, всего с должника Мальцева В.А. в пользу общества «Стройтехцентр» было взыскано 1 518 руб. 36 коп., что подтверждено платежными поручениями, приложенными к постановлению.

Основанием к окончанию исполнения исполнительного производства явилось заявление директора общества «Стройтехцентр» Томашевича А.В. об окончании исполнительного производства от 14.07.2017 в связи с фактическим исполнением Мальцева В.А. требований исполнительного документа без представления первичных платежных документов, что исключает возможность установления реальности перечисления денежных средств в добровольном порядке.

С учетом данных обстоятельств, установив, что стороне должника возникло неосновательное обогащение в размере 7 148 руб. 82 коп., суды признали заявленное обществом «Технология строительства» требование обоснованным на сумму 7 148 руб. 82 коп., и включили указанную сумму задолженности в реестр требований кредиторов должника, отказав в удовлетворении оставшейся части требований.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции в материалы обособленного спора был представлен договор уступки права требования от 14.07.2017 между обществом «ТД «Крутиха 2» и должником (копия), согласно тексту которого должник по настоящему делу о банкротстве (цессионарий) в счет оплаты переданного ему права требования производит расчеты с обществом «ТД «Крутиха 2» путем передачи указанному обществу спорных прав требования (к Мальцеву В.А. и Никонову С.А.).

Конкурсный управляющий кредитора ссылался на представленный в материалы дела указанный договор уступки прав требования от 14.07.2017 - как на доказательство того, что должник недобросовестно произвел распоряжение спорным правом требования (договор датирован в период рассмотрения судом заявления конкурсного управляющего общества-кредитора о признании недействительным договора уступки права (с требованием о восстановлении общества «Стройтехцентр» (кредитора) в правах кредитора по спорным правам требования). Судами первой и апелляционной инстанции данные доводы кредитора по существу не рассматривались. 

Как указано судом первой инстанции, договору от 14.07.2017 оценка не может быть дана, поскольку оригинал договора не представлен на обозрение суда, в то время как он неоднократно запрашивался у сторон. 

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции об отсутствии у суда обязанности производить оценку доказательств в связи с непредставлением оригинала договора. 

Апелляционный суд также сослался на аффилированность кредитора и должника и на повышенный стандарт доказывания по спорам с аффилированными лицами.

Констатировав отсутствие убедительных и достоверных доказательств, подтверждающих реальность исполнения обязательств на сумму, превышающую 7 148, 82 руб., суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в полном объеме.

Между тем, судами первой и апелляционной инстанции не учтено следующее.

Как следует из доводов, предмета и основания заявленного требования кредитора к должнику, основанием для требования являлись следующие обстоятельства.

Кредитор обладал ликвидным имуществом: правом требования к Никонову и Мальцеву, подтвержденному судебными актами суда общей юрисдикции о взыскании задолженности на общую сумму 12 185 231, 47 руб. 

В преддверии банкротства кредитора указанное ликвидное имущество было неправомерно отчуждено руководством кредитора в пользу общества должника, при этом какого-либо встречного предоставления за уступленное ликвидное имущество – кредитор не получил.

По инициативе конкурсного управляющего, действующего в интересах конкурсной массы общества -кредитора, отчуждение спорных прав требования признано недействительным в судебном порядке. Суд фактически обязал общество – должника вернуть полученное безвозмездно ликвидное имущество обратно в конкурсную массу общества кредитора (восстановил общество-кредитора в правах кредитора).

По результатам действий, предпринятых в целях реализации восстановленных судом прав кредитора (обращение в суд с заявлением о выдаче дубликата исполнительных листов на принудительное взыскание спорной задолженности с Никонова и Мальцева на общую сумму более 12 миллионов), конкурсный управляющий кредитора заключил о невозможности получить присужденное судом, при этом невозможность получения возникла, по мнению конкурсного управляющего кредитора,  в результате недобросовестных действий должника. 

В частности, конкурсный управляющий кредитора приводил в обосновании своего утверждения следующие доводы.

Получив 17.11.2015 по договорам уступки спорные права требования (взыскания задолженности с Мальцева и Никонова на сумму более 12 миллионов) и произведя процессуальное правопреемство в исковом производстве в суде общей юрисдикции, общество-должник инициировало замену взыскателя в ранее возбужденном исполнительном производстве в отношении Мальцева и Никонова.

В рамках возбужденного исполнительного производства судебным приставом исполнителем осуществлены мероприятия по розыску имущества Мальцева и Никонова, наложению ареста на имущество, наложению запрета регистрационных действий в отношении имущественных прав и имущества; вынесены постановления о временном ограничении на выезд из Российской Федерации; в мае 2017 арестованное имущество передано на торги. 

В указанный период времени в отношении общества-кредитора была введена процедура наблюдения: дело о банкротстве №А60-49913/2016, в рамках которого в мае 2017 арбитражный управляющий кредитора обратился с заявлением об оспаривании договора уступки от 17.11.2015.

За несколько дней до оглашения резолютивной части судебного акта о признании недействительным договора уступки от 17.11.2015 и восстановления общества-кредитора в правах кредитора к Никонову (резолютивная часть оглашена 18.07.17, в полном объеме изготовлено 01.08.17), общество-должник в лице директора Томашевича А.В. 14.07.2017 обращается в службу судебных приставов с заявлением об окончании исполнительного производства в связи с фактическим исполнением требований, одновременно ходатайствуя  о снятии всех арестов и временных ограничений на выезд.

По результатам заявленных обществом-должником в лице директора Томашевича А.В. ходатайств, служба судебных приставов 25.07.2017 выносит постановления об отмене запрета на регистрационные действия в отношении транспортных средств; постановление об отмене временного ограничения на выезд из РФ; постановление об отмене мер по обращению взыскания на денежные средства, находящиеся на счете должника, а также выносит постановление от 25.07.2017 об окончании исполнительного производства, в тексте которого судебным приставом-исполнителем указывается, что «требования исполнительного документа выполнены в полном объеме. Взыскание денег подтверждается следующими документами: …».

Также конкурсным управляющим общества-кредитора указано, что в последующем после вступления в законную силу судебных актов о признании недействительными сделками договоров от 17.11.2015 и применении судом в качестве последствий недействительности сделок восстановления в правах кредитора общества-кредитора по обязательствам Никонова и Мальцева (в общей сумме более 12 миллионов), он вынужден был обратиться в суд общей юрисдикции с заявлением о выдаче дубликата исполнительного листа, так как несмотря на вступившие в законную силу судебные акты о восстановлении в правах кредитора, общество – должник подлинники исполнительных листов кредитору не вернуло.

Определением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 13.09.2018 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества кредитора о выдаче дубликата исполнительного листа, в том числе в связи с указанием на окончание исполнительного производства 25.07.2017 в связи с фактическим исполнением. 

При этом конкурсный управляющий общества-кредитора указывает, что в материалах исполнительного производства, представленных в материалы настоящего обособленного спора по запросу суда, содержится копия договора от 14.07.2017 между прежним взыскателем по исполнительному производству (обществом-должником) и обществом «ТД «Крутиха 2», условия которого подтверждают, что общество - должник  распорядилось спорными правами требования (взыскания задолженности с Никонова и Мальцева на общую сумму более 12 миллионов), передав их обществу «ТД «Крутиха 2» в качестве оплаты за полученное право требования.

На основании изложенных обстоятельств и с учетом состоявшихся судебных актов об отказе в выдаче дубликата исполнительного листа, конкурсный управляющий общества - кредитора утверждал о недобросовестных действиях обществ-должника, результатом которых явилось невозможность фактического получения кредитором ликвидного актива: права требования к Никонову и Мальцеву на сумму более чем 12 миллионов рублей.

Сославшись на частичное получение обществом должником денежных средств в ходе исполнительных производств в сумме 7 148, 82 руб. и недобросовестные действия, повлекшие невозможность реального взыскания задолженности с Никонова и Мальцева на оставшуюся сумму более 12 миллионов в пользу кредитора, общество-кредитор обратилось в рамках настоящего дела о банкротстве с требованием о включении в реестр суммы, эквивалентной по размеру общей стоимости спорных прав требования.

Таким образом, исходя из предмета и основания заявленных кредитором требований, в предмет судебного исследования по настоящему обособленному спору входило не только установление судом факта и размера фактически полученных обществом должника в ходе исполнительного производства денежных средств от Никонова и Мальцева по платежным поручениям (перечисленным в постановление судебного пристава исполнителя от 25.07.17 об окончании исполнительного производства в связи с фактическим исполнением), но и обстоятельства наличия либо отсутствия фактической возможности реализации обществом кредитором восстановленных судебными актами прав кредитора по обязательствам Никонова и Мальцева (в общей сумме более 12 миллиогнов за вычетом перечисленных денежных средств в сумме 7 148, 82 руб.), обстоятельства наличия либо отсутствия в действиях должника противоправного или иного недобросовестного поведения, повлекшего для общества-кредитора невозможность принудительного исполнения восстановленных судебными актами прав, наличие причинно-следственной связи между действиями общества должника и наступившими для кредитора последствиями в виде невозможности принудительного исполнения восстановленных судебными актами прав. 

При этом суд округа полагает необходимым отметить, что к исключительной компетенции заявившего требование лица относится определение предмета (взыскание денежных средств) и основания заявленных требований (фактические обстоятельства, на которые кредитор ссылается в обосновании необходимости удовлетворения своего денежного требования), правовая же квалификация заявленных требований относится к компетенции суда, рассматривающего конкретный спор.

Однако суды, ограничившись исследованием лишь факта и размера поступивших в пользу общества-должника в ходе исполнительного производства денежных средств, - указанные обстоятельства в предмет судебного исследования не включили, доводы кредитора по существу не рассмотрели.

Кроме того, обосновывая размер заявленных требований, кредитор ссылался на вынесенные службой судебных приставов – исполнителей постановления об окончании исполнительного производства, в тексте которых содержится указание на выполнение требований исполнительного документа в полном объеме, и на признание вступившим в законную силу судебным актом суда общей юрисдикции факта исполнения спорных обязательств в адрес общества должника (на основании постановлений об окончании исполнительного производства от 25.07.2017).

В соответствии с частью 2 статьи 5 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон об исполнительном производстве) непосредственное осуществление функций по принудительному исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц возлагается на судебных приставов-исполнителей структурных подразделений территориальных органов Федеральной службы судебных приставов. 

Согласно пункта 1 части 1 статьи 47 Закона об исполнительном производстве в случае фактического исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, исполнительное производство оканчивается судебным приставом-исполнителем. 

Пунктом 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 N 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» предусмотрено, что окончание исполнительного производства (в том числе сводного) в связи с фактическим исполнением должником или одним из солидарных должников требований, содержащихся в исполнительном документе, производится при наличии у судебного пристава-исполнителя данных, подтверждающих факт исполнения. 

Фактическим исполнением может признаваться исполнение обязанности по передаче непосредственно взыскателю денежных средств в конкретном размере или иного определенного имущества либо совершение в пользу взыскателя конкретных действий или воздержание от совершения этих действий.

Согласно тексту представленных в материалы настоящего обособленного спора постановлений службы судебных приставов-исполнителей от 25.07.2017, пристав окончил исполнительное производство на основании пункта 1 части 1 статьи 47 Закона об исполнительном производстве (фактическое исполнение требований, содержащихся в исполнительном документе), также на факт полного исполнения как на основание для окончания исполнительного производства указывается непосредственно в тексте самого постановления.

Таким образом, выводы судов о наличии у кредитора права требовать от должника возмещения лишь в размере 7 148, 82 руб. противоречат установленному приставом основанию окончания исполнительного производства, при этом не приведено какого-либо мотивированного обоснования - в связи с чем суды при рассмотрении настоящего обособленного спора не приняли во внимание указания службы судебных приставов и судебного акта суда общей юрисдикции на факт полного исполнения в пользу общества- должника.   

Кроме того, суд округа полагает необходимым отметить, что отказ судов давать оценку доказательству, на которое ссылался кредитор при обосновании заявленных требований: договор от 14.07.2017 (утверждая, что данный документ подтверждает факт отчуждения обществом должником спорных прав требования иному лицу в качестве платы по договору купли-продажи) только в связи с тем, что в материалы дела представлена копия договора от 14.07.2017 и не представлен подлинник – не соответствует нормам статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Установленное положением части 8 статьи 75 АПК РФ право представления в арбитражный суд письменных доказательств в форме надлежащим образом заверенной копии не препятствует суду произвести оценку таких письменных доказательств в соответствии с предписаниями статьи 71 данного Кодекса, согласно которым арбитражному суду надлежит оценивать доказательства, в том числе с точки зрения их достоверности, при этом доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности (части 2 и 3); арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств (часть 6).

Таким образом, часть 6 статьи 71 АПК РФ применяется, когда суду представлены несовпадающие копии документа и по копиям невозможно установить подлинное содержание первоисточника. 

Между тем, из принятых по делу судебных актов не следует, что кем-либо из участников процесса представлялись иные копии, не тождественные представленным, ходатайство о фальсификации доказательств участниками спора заявлено не было.

Отказывая в оценке представленной копии договора от 14.07.2017 только на основании непредставления оригинала документа, суд первой инстанции не указал, в связи с чем отклоняет доводы кредитора о том, что данная копия договора уступки от 14.07.2017 с отметкой «копия верна, директор ООО Стройтехцентр Томашевич» представлена службой судебных приставов по запросу суда с материалами исполнительного производства; у кредитора объективно отсутствует подлинник договора, стороной которого он не является; недобросовестно действующие иные участники процесса не заинтересованы в представлении оригинала данного документа, однако нельзя возлагать на кредитора негативные последствия недобросовестных действий иных лиц; ни должником, ни иными участниками процесса не исполнена процессуальная обязанность по опровержению обстоятельств, на которых основывает свои требования кредитор со ссылкой на копию спорного договора от 14.07.2017. Суд не исследовал и не дал оценку основаниям заявления директором общества -должника Томашевичем А.В. об окончании исполнительного производства, не соотнес их с договором цессии от 14.07.2017.

Суд апелляционной инстанции указанные процессуальные нарушения не устранил. Выводы апелляционного суда о недоказанности заявленных требований в связи с аффилированностью кредитора и должника и несоблюдением кредитором в рассматриваемом обособленном споре повышенных стандартов доказывания – не могут быть признаны достаточно обоснованными в рамках настоящего обособленного спора.

Сложившийся в правоприменительной практике повышенный стандарт доказывания по требованиям аффилированных лиц призван исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Само по себе последующее банкротство кредитора не исключает необходимости придерживаться указанного стандарта при рассмотрении требований такого кредитора-банкрота, обращенных к иному банкроту, аффинированному с ним. 

При этом доводы арбитражного управляющего кредитора-банкрота о непередаче ему документации от бывших руководителей не являются основанием для применения иного стандарта доказывания. 

Однако в рассматриваемом обособленном споре требования кредитора обосновываются его конкурсным управляющим не сделкой, совершенной двумя аффилированными лицами (обладающими на момент совершения сделки общностью экономических интересов и согласованностью действий), а действиями общества-должника, носящими (по утверждению кредитора) недобросовестный характер по отношению к обществу-кредитору, уже находящемуся в процедуре конкурсного производства, то есть к обществу, уже не находящемуся на тот момент под контролем бенефициара, не обладающему на тот момент какой-либо общностью экономических интересов, и не действующему согласованно с должником. 

Таким образом, вывод апелляционного суда о недоказанности заявленных кредитором требований является преждевременным, сделанным без установления всех обстоятельств, должных входить в предмет доказывания по настоящему обособленному спору и без надлежащей оценки всех представленных в материалы дела документов и доводов участников спора. 

На основании изложенного суд округа считает, что в рассматриваемом обособленном споре с учетом приведенных кассатором обстоятельств и возражений - без надлежащей проверки требования по заявленные основаниям и указанным обстоятельствам, выводы суда первой инстанции и суда апелляционной инстанции в части отказа в удовлетворении требования общества с ограниченной ответственностью «Технология строительства» о включении в реестр требований кредиторов должника общества с ограниченной ответственностью «СтройТехЦентр» -  являются преждевременными.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, рассмотрение по существу всех заявленных кредитором доводов, а также иные процессуальные действия, которые невозможны в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

При новом рассмотрении обособленного спора арбитражному суду первой инстанции следует учесть изложенное, проверить по существу заявленные кредитором доводы, проверить по документам, представленным в материалы дела обоснованность предъявленного к должнику требования,  установить юридически значимые для рассмотрения данного спора обстоятельства, с изложением их результатов в судебном акте, и мотивировать наличие (отсутствие) оснований для включения в реестр требований кредиторов указанного требования.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение  Арбитражного суда Свердловской области от 19.04.2019 по делу № А60-37440/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2019 по тому же делу в части отказа в удовлетворении требования общества с ограниченной ответственностью «Технология строительства» о включении в реестр требований кредиторов должника общества с ограниченной ответственностью «СтройТехЦентр» -  отменить.

Дело в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий					           О.Н. Новикова 

Судьи					           С.А. Сушкова 

                                                                                             Ю.В. Кудинова