ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-119403/2019

05 февраля 2023 года

г. Санкт-Петербург

/сд.3

Резолютивная часть постановления объявлена     23 января 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  05 февраля 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Серебровой А.Ю.

судей  Будариной Е.В., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

при участии:  

от конкурсного управляющего ООО «Русские цилиндры» ФИО2 – представитель ФИО3 (по доверенности от 29.11.2022, посредством онлайн-связи) 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-39222/2022)  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Русские цилиндры» ФИО2

на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.11.2022 по делу № А56-119403/2019/сд.3 (судья  Рычкова О.И.), принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Русские цилиндры» ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Русские цилиндры»

ответчик: ФИО4

об отказе в удовлетворении заявленных требований 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Графический Дизайн-Экспо» (далее - ООО «Графический Дизайн-Экспо») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Русские цилиндры», адрес: 191014, Санкт-Петербург, ул. Рылеева, д. 3, лит. А, пом. 2Н, оф. 3, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Русские цилиндры, Общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.11.2019 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.01.2020 ООО «Графический Дизайн-Экспо» в порядке процессуального правопреемства заменено на ФИО5.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.09.2016 в отношении ООО «Русские цилиндры, введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО6. 

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 28.03.2020 № 56. 

Решением от 26.03.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утверждена ФИО2. 

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 28.03.2020 №56. 

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ООО «Русские цилиндры» ФИО2 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительным соглашения от 10.01.2019 по договору займа от 23.08.2017 и лицензионному договору от 20.12.2018, заключенного ООО «Русские цилиндры» (далее – должник) и ФИО4 (далее – ответчик), и применении последствий недействительности сделки в виде восстановления задолженности ответчика перед должником в размере 581 369,86 руб., восстановления задолженности должника перед ответчиком в размере 581 369,86 руб.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.11.2022 конкурсному управляющему ООО «Русские цилиндры» ФИО2 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вышеуказанным судебным актом, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит 

По мнению конкурсного управляющего обжалуемое определение вынесено при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствии выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела. Конкурсный управляющий ссылается на наличие у должника в момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. По мнению конкурсного управляющего, бухгалтерский баланс должника не отражает и не может отражать действительную платежеспособность должника, а имеет значение факт оплаты Должника по своим обязательствам, устанавливать платежеспособность должника лишь на основе положительного баланса должника недопустимо. Также конкурсный управляющий ссылается на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.10.2022 по делу №А56-119403/19, которым заявление конкурсного управляющего о признании недействительными зачетов встречных однородных требований, произведенных ООО «Русские цилиндры» и ФИО7 в рамках соглашения от 01.02.2019 о переводе долга по лицензионному договору от 20.12.2018 и соглашения от 01.07.2019 о переводе долга по лицензионному договору от 20.12.2018, и применении последствий недействительности сделок, удовлетворено, при этом сделки, признанные недействительными вышеуказанным определением, заключены в значительной степени при схожих обстоятельствах, доказательства по ключевым критериям недействительности сделок одни и те же.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, пояснил, что должник фактически использует товарный знак №638672 в отношении своих товаров.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, однако не явились в судебное заседание и не направили в суд своих представителей, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие (статьи 156 и 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Основанием для обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением в суд послужило соглашение от 10.01.2019, заключенное должником и ответчиком, о зачете встречных однородных требований, которым прекращены обязательства ответчика перед должником на общую сумму 581 369,86 руб. При этом, по мнению конкурсного управляющего, указанная сделка совершена при наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а также с заинтересованным по отношению к должнику лицом, осведомленным о наличии таких признаков, в связи с чем, по мнению конкурсного управляющего, соглашение от 10.01.2019 о зачете встречных однородных требований является недействительной сделкой по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве), статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции указал на отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о наличии у должника в момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, а также о наличии иных обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при этом указав, что неоплата по конкретному долгу не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей). Также суд первой инстанции сослался на то, что отсутствие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества по итогам 2018 ранее установлено определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.04.2022 по делу А56-119403/2019/сд.1.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для его отмены.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться:

- действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.);

- банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента);

- выплата заработной платы, в том числе премии;

- брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов;

- уплата налогов, сборов и таможенных платежей как самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета плательщика по поручению соответствующего государственного органа;

- действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения;

- перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

Положениями пункта 1 статьи 61.9  и пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», датой принятия заявления о признании должника банкротом следует считать дату вынесения определения об этом.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце третьем пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», датой возбуждения дела о банкротстве является дата принятия судом первого заявления независимо от того, какое заявление впоследствии будет признано обоснованным.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.11.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Соответственно оспариваемая сделка совершена в пределах установленного Законом о банкротстве периода подозрительности.

Статьи 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве содержат специальные основания оспаривания сделок должника. В данном случае к сделкам, подлежащим признанию недействительными относятся сделки, совершенные должником при неравноценном встречном исполнении обязательств, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка), и сделки, которые влекут или могут повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Как следует из пункта 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2  Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2  Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, на что указано в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъясняется, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка совершена с целью причинить вред имущественным правамкредиторов (применительно к этому обстоятельству законодательство о банкротствевводит ряд презумпций, в силу которых наличие указанной цели предполагается,если на момент совершения сделки должник отвечал признакунеплатежеспособности или недостаточности имущества и имеется хотя бы одно издругих обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Законао банкротстве, в частности совершение сделки в отношении заинтересованноголица. При этом установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются,если иное не доказано другой стороной сделки);

- в результате совершения сделки причинен вред имущественным правамкредиторов (при определении вреда имущественным правам кредиторов следуетиметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под нимпонимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иныепоследствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий,приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможностикредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствамдолжника за счет его имущества);

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной целидолжника к моменту совершения сделки (при этом абзацем первым пункта 2 статьи61.2 Закона о банкротстве презюмируется осведомленность другой стороны обэтом, в том числе если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона обанкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересовкредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточностиимущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - ониприменяются, если иное не доказано другой стороной сделки).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между должником и ответчиком были заключены следующие договоры:

1. Договор займа от 23.08.2017, в соответствии с которым должник предоставил ответчику заем в размере 500 000 руб.

2. Лицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака от 20.12.2018, в соответствии с которым ответчик предоставил должнику право пользования товарным знаком за вознаграждение, равное 600 000 руб. в год.

В результате заключения и исполнения указанных выше договоров у ответчика перед должником образовалась задолженность на общую сумму 581 369,86 руб., а у должника перед ответчиком задолженность в размере 600 000 руб.

В целях погашения встречных, взаимных и однородных обязательств должником и ответчиком заключено соглашение от 10.01.2019 о прекращении зачетом денежных обязательств (погашении задолженностей) в размере 581 369,86 руб.

Конкурсный управляющий, полагая, что указанная сделка причинила вред имущественным правам и интересам должника, поскольку в результате ее заключения и исполнения было оказано предпочтение заинтересованному с должником лицу, обратился с настоящим заявлением в суд.

При этом, конкурсный управляющий, доказывая совокупность признаков, указанных в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, необходимых для признания сделки недействительной, указал следующее:

1. На момент совершения сделки (10.01.2019) должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, поскольку имел значительную задолженность перед своими контрагентами, в частности перед АО «Арконик СМЗ», ООО «Виртус Контролс», группой компаний Solibay.

2. Ответчик является заинтересованным с должником лицом, что установлено постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 по делу А56-119403/2019.

3. Сделка привела к преимущественному удовлетворению требований ответчика перед требованиями иных независимых кредиторов.

Как следует из абзаца 3 пункта 9.1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за три года, но не позднее чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при доказанности всех предусмотренных им обстоятельств (с учетом пунктов 5 - 7 настоящего постановления).

Так как соглашение от 10.01.2019 о прекращении зачетом денежных обязательств (погашении задолженностей) было заключено ранее чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании должника банкротом, то такая сделка может быть оспорена исключительно по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В этой связи, и согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, к подлежащим доказыванию обстоятельствам относятся: цель причинения вреда, причиненный вред, осведомленность контрагента о цели сделки.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности конкурсным управляющим всей совокупности условий для признания оспариваемой сделки не действительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Факт предоставления должником займа ответчику по договору от 23.08.2017 на сумму 500 000,00 руб. конкурсным управляющим не оспаривается, равно как и не отрицается использование должником в отношении своей продукции товарного знака № 638672, предоставленного ИП ФИО4 по лицензионному договору о предоставлении права использования  товарного знака от 20.12.2018.

При этом доказательства, свидетельствующие о неравноценности встречно предоставления по Лицензионному договору в материалах дела отсутствуют, такими доказательствами, в частности, могли быть сведения об отсутствии необходимости использования товарного знака, принадлежащего Лицензиару, на товарах должника, сведения о возможности реализации продукции должника без нанесения на нее товарного знака, доказательства несоразмерности выручки, полученной от продажи продукции с  использованием товарного знака, его стоимости, указанной в Лицензионном договоре. 

Напротив, представитель конкурсного управляющего в судебном заседании пояснил, что Товарный знак должником используется, т.е. встречное предоставление носит реальный характер.

В отсутствие соответствующих доказательств, даже при наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника по состоянию на 31.12.2018 и аффилированности ответчика по отношению к должнику, факт причинения вреда кредиторам должника оспариваемым зачетом конкурсным управляющим не доказан, в связи с чем оснований для признания оспариваемого зачета недействительной сделкой по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не имеется, равно как и отсутствуют соответствующие основания по части 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку не доказана неравноценность встречного предоставления по сделке.

Суд апелляционной инстанции также находит обоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительными по нормам статей 10, 168 ГК РФ в связи со следующим. 

В пункте 4 Постановления N 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Пунктом 1 статьи 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). 

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемого договора, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора. 

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (абзац 3 пункта 1 Постановления N 25). 

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

В силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов (о намерении причинения которого необходимо доказать в соответствии со статьей 10 ГК РФ), понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы. 

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. Под неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве). 

В то же время следует учесть, что законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления N 63). 

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. 

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя. 

В силу изложенного заявление конкурсного управляющего по данному обособленному спору может быть удовлетворено только в том случае, если бы он доказал наличие в оспариваемых перечислениях пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886). 

Исследовав собранные по обособленному спору доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ такие доказательства конкурсным управляющим не представлены. 

Вопреки доводам конкурсного управляющего, направленность спорных сделок на уменьшение конкурсной массы, свидетельствующая о злоупотреблении правом со стороны должника и ответчика, в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора не доказана. 

Ссылка подателя апелляционной жалобы на определение, вынесенное по обособленному спору №А56-119403/2019/сд.4 судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку судебный акт принят в рамках обособленного спора с иными фактическими обстоятельствами. Нормы права применяются судами непосредственно с учетом фактических обстоятельств, установленных в каждом конкретном деле. В рамках указанного обособленного спора судом рассматривался вопрос законности соглашений ООО «Русские цилиндры» и ответчика по зачету встречных однородных требований на общую сумму в размере 318 630,14 руб.  - соглашение от 01.02.2019 о переводе долга по лицензионному договору от 20.12.2018, в соответствии с которым ООО «Русские цилиндры» перевело задолженность перед ИП ФИО4 по лицензионному договору от 20.12.2018 в размере 18 630,14 руб. на ФИО7, а ФИО7 приобрел право требования по лицензионному договору к ООО «Русские цилиндры» в размере 18 630,14 руб., и соглашение от 01.07.2019 о переводе долга по лицензионному договору от 20.12.2018, в соответствии с которым ООО «Русские цилиндры» перевело задолженность перед ИП ФИО4 по лицензионному договору от 20.12.2018 в размере 300 000 руб. на ФИО7, а ФИО7 приобрел право требования по лицензионному договору к ООО «Русские цилиндры» в размере 300 000 руб. 

Установив, что в данном случае материалами обособленного спора не подтверждается факт заключения соглашений во исполнение существующих правоотношений при наличии взаимных задолженностей должника и ответчика, суд первой инстанции признал недействительными произведенные ООО «Русские цилиндры» и ФИО7 зачеты встречных однородных требований в рамках соглашения от 01.02.2019 о переводе долга по лицензионному договору от 20.12.2018 и соглашения от 01.07.2019 о переводе долга по лицензированному договору от 20.12.2018, восстановив задолженность ФИО7 перед ООО «Русские цилиндры» в размере 318 630,14 руб., а также задолженность ООО «Русские цилиндры» перед ФИО7 в размере 318 630,14 руб.

С учетом изложенного, основания для удовлетворения заявления конкурсного управляющего отсутствуют, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено, оснований для отмены обжалуемого определения не имеется.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.11.2022 по делу №А56-119403/2019/сд.3 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Русские цилиндры» ФИО2 - без удовлетворения. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

А.Ю. Сереброва

 

Судьи

Е.В. Бударина

 

Н.А. Морозова