﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-6785/2020 (1)-АК

Дело № А60-55338/2019

04 августа 2020 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена  03 августа 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено   04 августа 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Герасименко Т.С., 

судей 			  Плаховой Т.Ю., Романова В.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Леконцевым Я.Ю., 

при участии:

от представителя учредителя должника Сведенцовой М.А.: Рыбакова М.В., доверенность от 06.07.2020, паспорт, диплом,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного кредитора ООО «КН «Энгельса»

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 29 мая 2020 года 

о результатах рассмотрения  заявления ООО «КН «Энгельса» о включении в реестр требований кредиторов должника, 

вынесенное в рамках дела № А60-55338/2019

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Диагностика - 2000» (ОГРН 1026605420380, ИНН 6658106335),

установил:

Определением суда от 29.10.2019 в отношении ООО «Диагностика-2000» (далее – должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Кузькин Денис Владимирович.

Соответствующее объявление опубликовано в газе «Коммерсантъ» 02.11.2019.

Решением суда от 18.03.2020 ООО «Диагностика-2000» признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Кузькин Д.В. 

17.02.2020 в арбитражный суд поступило заявление ООО «КН «Энгельса» (далее – кредитор) о включении требования в размере 3 458 410,26 руб. в реестр требований кредиторов должника как обеспеченное залогом имущества должника по договору аренды от 13.02.2017 г. № 6/Э15-172 и Соглашению о расторжении договора аренды №6/Э15-172 от 13.02.2017.

Определением суда от 25.02.2020 г. заявление ООО «КН «Энгельса» принято как предъявленное по истечении срока, установленного пунктом 1 статьи 71 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.05.2020 (резолютивная часть от 26.05.2020) в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника включены требования ООО «КН «Энгельса» в размере 1 480 323,95 руб. В остальной части в удовлетворении требований кредитора отказано.

Не согласившись с указанным определением суда, в том числе в части отказа во включении в реестр требований в размере 1 978 086,31 руб. и включении требований как обеспеченных залогом имущества должника, ООО «КН «Энгельса» обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение суда отменить, заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

Заявитель апелляционной жалобы не согласен с выводами суда о том, что у кредитора отсутствует статус залогового кредитора. Отмечает, что из п. 6 Соглашения о расторжении договора аренды следует, что после истечения срока, установленного п. 2 Соглашения кредитор вправе по своему усмотрению распорядиться оставленным в помещении имуществом должника. В связи с чем кредитор полагает, что поскольку у должника имеется задолженность по уплате арендных платежей и ущерба, что установлено Соглашением, то реализация оставленного в помещении имущества должна быть направлена на погашение имеющейся задолженности, что свидетельствует о возникновении между сторонами залоговых правоотношений. Указывает, что суд при вынесении обжалуемого определения не дал оценку доводам кредитора о применении положений о залоге при удержании, а также тому, что удержание имущества должника могло производиться на двух основаниях.

До судебного заседания от представителя учредителя должника Сведенцовой М.А. и конкурсного управляющего Кузькина Д.В. поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу. Указанные лица с жалобой не согласны, обжалуемый судебный акт считают законным, оснований для его отмены не усматривают, в удовлетворении жалобы просят отказать.

В судебном заседании представитель Сведенцовой М.А. возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом, явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений статьи 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела,  решением суда от 18.03.2020 ООО «Диагностика-2000» признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Кузькин Д.В. 

ООО «КН «Энгельса» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении требования в размере 3 458 410,26 руб. в реестр требований кредиторов должника как обеспеченное залогом имущества должника.

В обоснование заявленного требования ООО «КН «Энгельса»  ссылалось на то, что  13.02.2017 года между ООО «КН «Энгельса» (Арендодатель) и ООО «Диагностика-2000» (Арендатор) был заключен договор аренды № 6/Э15-172, согласно которому Арендодатель передает Арендатору во временное владение и пользование встроенные нежилые помещения № 8-22, общей площадью 172,5 кв.м., расположенные на 1 этаже жилого дома по адресу: г. Екатеринбург, ул.Энгельса, д. 15.

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что арендатор уплачивает арендодателю обеспечительный платеж в размере 207 000 руб. единоразово, который удерживается в течении всего срока действия договора, а также вносит арендную плату, состоящую из постоянной и переменной частей.

31.10.2018 между сторонами подписано Соглашение о расторжении договора аренды, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению о том, что арендатор в срок до 15.12.2018 производит возмещение арендодателю нанесенного арендатором ущерба помещению в процессе его эксплуатации в размере 200 000 руб., а также производит полное погашение задолженности по арендной плате в размере 1 001 818,43 руб. (пункты 3, 4).

Пунктом 2 Соглашения предусмотрена обязанность по возврату помещения по акту приема-передачи 04.12.2018. После истечения данного срока, арендодатель вправе по своему усмотрению распорядиться оставленным в помещении имуществом арендатора (пункт 6).

В установленный Соглашением срок задолженность по арендным платежам и сумма убытков погашена не была.

Пунктом 6.1.1 договора за нарушение сроков внесения арендных платежей предусмотрена ответственность в виде пени в размере 0,1% от суммы задолженности за каждый день просрочки.

Кредитор производит расчет пени за период с 16.12.2018 по 19.09.2019, размер пени составил 278 505,52 руб.

На сумму убытков кредитор производит начисление процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 16.12.2018 по 19.09.2019 в размере 11 586,31 руб.

Кроме того, кредитор полагает, что должник должен возместить ему убытки за невозможность использования кредитором помещения для сдачи его в аренду, поскольку в установленный в Соглашении срок должник помещение по акту приема-передачи не возвратил, оставленное в помещение имущество не вывез, что привело к невозможности использовать помещение для сдачи его в аренду.

По расчету кредитора размер таких убытков за период с 04.12.2018 по 19.09.2019 составил 1 966 500 руб. (9,5 мес. х 207 000 руб.).

Арбитражный суд первой инстанции, удовлетворяя требования ООО «КН «Энгельса» частично, исходил из того, что требование о взыскании задолженности по арендным платежам в размере 1 001 818,43 руб. и пени за период с 16.12.2018 по 19.092019, а также требование о возмещение ущерба в размере 200 000 руб. являются обоснованными и подлежащими включению в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника. В отношении суммы процентов  в размере 11 586, 31 руб., начисленных за неуплаченную сумму убытков, суд указал, что данная сумма включению в реестр не подлежит, поскольку нормами главы 25 ГК РФ не предусмотрена возможность применения к должнику двух мер ответственности за одно правонарушение и не допускается начисление процентов за пользование чужими денежными средства на сумму убытков. Также суд первой инстанции отказал во включении в реестр суммы упущенной выгоды исходя из отсутствия состава, необходимого для взыскания с должника убытков. Удержание имущества должника судом признано неправомерным. Оснований для установления за кредитором статуса залогового кредитора суд не установил. Злоупотребление правом со стороны должника судом не установлено.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на апелляционную жалобу, заслушав лицо, участвующее в деле, апелляционный суд не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 100 названного Закона.

Согласно положениям статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе конкурсного производства. Указанные требования направляются в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов.

Указанные требования включаются конкурсным управляющим в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве при рассмотрении требования кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) арбитражный суд проверяет его обоснованность и наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов должника.

Пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 ст.71 и пунктов 3 - 5 ст.100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Таким образом, при рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований ст.ст.71, 100, 142, 201.1 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их характер, размер и обязательства, не исполненные должником.

Обращаясь с рассматриваемым требованием в арбитражный суд, заявитель указывал на неисполнение должником обязательств по договору аренды от 13.02.2017 г. № 6/Э15-172 и Соглашению о расторжении договора аренды №6/Э15-172 от 13.02.2017.

В соответствии со ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями договора и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

В силу ст. 606 ГК РФ по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату) (п. 1 ст. 614 ГК РФ).

Как было указано выше, 31.10.2018 между кредитором и должником подписано Соглашение о расторжении договора аренда, в соответствии с которым должник принял на себя обязательство в срок до 15.12.2018 произвести возмещение арендодателю нанесенного арендатором ущерба помещению в процессе его эксплуатации в размере 200 000 руб., а также произвести  полное погашение задолженности по арендной плате в размере 1 001 818,43 руб. (пункты 3, 4).

Поскольку суду не было представлено доказательств, подтверждающих погашение задолженности по арендной плате и возмещению убытков в размерах и в сроки, предусмотренных пунктами 3, 4 Соглашения, суд первой инстанции правомерно включил данные требования в реестр требований кредиторов должника в состав третьей очереди. 

Согласно статье 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. 

Пунктом 6.1.1 договора предусмотрена ответственность арендатора в случае нарушения сроков внесения арендной платы в виде пени в размере 0,1 % от суммы образовавшейся задолженности за каждый день просрочки.

Сумма неустойки – 278 505,52 руб. определена кредитором из расчета 0,1% от сумм неоплаченной задолженности за период с 16.12.2018 по 19.09.2019.

Расчет неустойки судом проверен, признан верным, должником не оспорен.

Таким образом, требования кредитора о включение в реестр требований кредиторов должника договорной неустойки в указанном размере удовлетворено судом первой инстанции правомерно.

Требование кредитора о включении в реестр суммы процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму убытков за период с 16.12.2018 по 19.09.2019 в размере 11 586,31 руб., судом первой инстанции обоснованно оставлено без удовлетворения, исходя из недопустимости применения к должнику двух мер ответственности за одно правонарушение и зачетного характера процентов за пользование чужими денежными средствами по отношению к убыткам (пункт 2 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2007 №420/07).

Кроме того, кредитором было заявлено требование о включении в реестр убытков (упущенной выгоды), возникшей в связи невозможностью использовать помещение для сдачи его в аренду, поскольку в установленный в Соглашении срок должник помещение по акту приема-передачи не возвратил, оставленное в помещение имущество не вывез.

По расчету кредитора размер таких убытков за период с 04.12.2018 по 19.09.2019 составил 1 966 500 руб. (9,5 мес. х 207 000 руб.).

По общему правилу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) - пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При обращении в арбитражный суд с иском о взыскании упущенной выгоды истцу необходимо доказать, какие доходы он реально (достоверно) получил бы, если бы не утратил возможность использовать спорное имущество при обычных условиях гражданского оборота.

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств, и т.п.

Как было указано выше, договор аренды №6/Э15-172 от 13.02.2017 расторгнут досрочно по соглашению сторон 31.10.2018.

Пунктом 2 Соглашения арендатор принял на себя обязательство вернуть арендодателю помещение по акту приема-передачи 04.12.2018.

Кредитор ссылается на то, что имущество ему возвращено не было и оборудование не вывезено, что помешало ему сдать вновь имущество в аренду.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что 04.12.2018 арендатором помещение было передано арендодателю, в том числе были переданы ключи, что подтверждается актом освидетельствования факта освобождения помещения арендатором по договору аренды № 6/Э15-172.

Должник пояснял, что в течение 4 дней с момента расторжения договора аренды у него не было возможности вывезти часть принадлежащего ему имущества, поскольку в помещении находилось медицинское оборудование, для транспортировки которого требуются определенные условия, в том числе принятие мер для консервации оборудования.

06.12.2018 Должник вручил  Кредитору письмо № 103/18 с просьбой предоставить доступ в помещение, расположенное по адресу: г.Екатеринбург, ул. Энгельса, д. 15, для того, чтобы вывезти оставшееся медицинское оборудование и документацию.

ООО «КН «Энгельса» не предоставило доступ в указанное помещение.

13.12.2018 ООО «Диагностика-2000» повторно просило предоставить доступ в ранее арендуемое помещение, для освобождения помещения от имущества Арендатора.

14.12.2018 в адрес ООО «Диагностика-2000» ООО «КН «Энгельса» был направлен ответ о том, что в предоставлении доступа в ранее арендуемое помещение для вывоза имущества Арендатору отказано, поскольку Арендодатель удерживает имущество на законных основаниях и уже приступил к процедуре распоряжения указанным имуществом.

17.12.2018 ООО «Диагностика-2000» в очередной раз обратилось с письмом о предоставлении доступа в ранее арендуемое помещение, но доступ также не был предоставлен.

Из чего следует, что должник предпринимал действия к возврату имущества, оставшегося в арендованном им ранее помещении, вместе с тем, кредитор своими действиями препятствовал должнику в этом.

Кроме того, кредитором не представлено доказательств того, что спорное помещение не могло быть сдано в аренду с оставшимся имуществом, как и не представлено доказательств того, что на  данное помещение  имелся спрос и заключению договора аренды с новым арендодателем мешало оставшееся в этом помещение имущество должника (ст. 65 АПК РФ).

Таким образом, суд пришел к правильному выводу о том, что кредитор вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказал совокупность элементов, необходимую для удовлетворения требований о взыскании убытков.

Оснований оспаривания данных выводов суда первой инстанции в апелляционной жалобе не содержится.

Также суд первой инстанции обоснованно отказал в установлении требований кредитора как обеспеченных залогом имущества должника.

Так, по мнению кредитора, право залога у него возникло исходя из содержания пункта 6 Соглашения, из которого следует,  что после истечения срока, установленного п. 2 Соглашения кредитор вправе по своему усмотрения распорядиться оставленным в помещении имуществом должника. 

В силу статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации удержание вещи является одним из способов обеспечения исполнения обязательств.

В соответствии со статьей 360 Гражданского кодекса Российской Федерации требования кредитора, удерживающего вещь, удовлетворяются из ее стоимости в объеме и порядке, предусмотренном для удовлетворения требований, обеспеченных залогом. Порядок обращения взыскания на заложенное имущество регламентирован ст. 349 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании пункта 1 статьи 359 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено.

Вместе с тем в силу абзаца второго пункта 1 статьи 359 Гражданского кодекса Российской Федерации удержанием вещи могут обеспечиваться также требования хотя и не связанные с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков, но возникшие из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели.

По смыслу указанных норм условиями реализации права удержания являются: владение кредитором вещью, принадлежащей должнику; поступление вещи к кредитору на законных основаниях; поступление вещи к лицу, владеющему чужой вещью, с согласия должника, то есть при отсутствии противоправных действий со стороны кредитора, направленных на захват удерживаемой вещи. Право удержания распространяется на имущество, находящееся у кредитора, при этом кредитор должен быть законным владельцем. В содержание права удержания не входят полномочия по изъятию вещи у должника с целью обеспечения исполнения обязательства.

В соответствии с правовой позицией пункта 14 информационного письма ВАС РФ от 11.01.2002 N 66 "Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой", право на удержание вещи должника возникает у кредитора лишь в том случае, когда спорная вещь оказалась в его владении на законном основании. Возможность удержания вещи не может быть следствием захвата вещи должника помимо его воли.

Между тем, при рассмотрении настоящего спора судом установлено, что у должника отсутствовала воля на оставление своего оборудования в помещении кредитора, должник неоднократно обращался к кредитору с требованием предоставить доступ в помещение, расположенное по адресу: г.Екатеринбург, ул. Энгельса, д. 15, для того, чтобы вывезти оставшееся медицинское оборудование и документацию.

Кредитором не представлено доказательств поступления вещи к кредитору на законных основаниях, каких-либо доказательств направления в адрес истца уведомлений об удержании спорного имущества также не представлено.

Поскольку, ООО «КН «Энгельс»  удерживал имущество должника неправомерно, оснований для установления у него статуса залогового кредитора у суда первой инстанции не имелось.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им была дана надлежащая правовая оценка, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, судом апелляционной инстанции не усматривается.

При отмеченных обстоятельствах, обжалуемое определение отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению не подлежит, поскольку оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, с учетом обозначенных в жалобе доводов, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение уплата государственной пошлины налоговым законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями  176,  258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 29 мая 2020 года по делу № А60-55338/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Т.С. Герасименко 

 

Судьи

Т.Ю. Плахова

 

В.А. Романов