Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-4998/2023

09 октября 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 03 октября 2023 года. Полный текст  постановления изготовлен 09 октября 2023 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего          Самар Л.В.

судей                                       Воробьевой Ю.А, Ротаря С.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

конкурсного управляющего ФИО2 (лично);

представителя ФИО3 - ФИО4 по доверенности от 26.01.2023,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ресурснефть» ФИО2

на определение от 16.08.2023

по делу № А73-3108/2019

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ресурснефть» ФИО2 (вх. №125099 от 09.08.2022) 

к ФИО3 

о привлечении к субсидиарной ответственности 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ресурснефть»

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 04.03.2019 возбуждено производство по делу о признании ООО «Ресурснефть» несостоятельным (банкротом).

Определением от 11.09.2019 (резолютивная часть от 04.09.2019) в отношении ООО «Ресурснефть» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утверждена ФИО2, член Ассоциации «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 06.02.2020 (резолютивная часть от 30.01.2020) ООО «Ресурснефть» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполнение обязанности конкурсного управляющего возложено на ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3                                        к субсидиарной ответственности и взыскании с него (с учетом уточнения)                         383 589 551, 60  руб. 

Определением от 01.09.2022 указанное заявление принято к производству, 

До рассмотрения спора по существу конкурсный управляющий ходатайствовала  об уточнении заявленных требований в части размера субсидиарной ответственности. В порядке статьи 49 АПК РФ суд первой инстанции принял заявленные уточнения.

Определением от 16.08.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Ресурснефть» ФИО2 отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась в Шестой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, просит определение суда отменить, требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности удовлетворить, взыскать с ответчика 370 141 260,18 руб. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы, конкурсный управляющий сослалась на необоснованность выводов суда о недоказанности совершения ответчиком действий, которые привели к банкротству Общества. Заявитель жалобы указывает, что ФИО3, как участник ООО «Пионер» и как единственный участник и руководитель ООО «Ресурснефть», знал о неплатежеспособности основного должника ООО «Пионер» и осознавал невозможность ООО «Ресурснефть» погасить кредитную задолженность. Апеллянт обращает внимание, что судом не рассматривались действия ФИО3 об умышленной передаче прав и обязанностей руководителя должника на номинальное лицо – ФИО6, по мнению апеллянта номинальное лицо фактически не исполняло функции управления хозяйственной деятельностью общества, директор назначен в период прекращения деятельности должника (25.01.2019), при этом, судом отказано в выдаче исполнительного листа на истребование документации должника ввиду отсутствия персональных данных на нового директора. Заявитель апелляционной жалобы настаивает на том, что ФИО3 намеренно предпринял действия по возложению ответственности за доведение Общества до банкротства на номинального руководителя. Также, апеллянт указывает, что принудительное прекращение деятельности должника при осведомленности о невозможности рассчитаться с кредитором основного должника (заемщика ООО «Пионер») опосредовано активными действиями ФИО3, что в свою очередь свидетельствует о наличии оснований к привлечению ФИО3 к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Кроме того, апеллянт ссылается на вывод активов должника через аффилированное лицо - ООО «Темп» путем отгрузок товара (топлива) в отсутствие встречного исполнения. 

Определением Шестого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2023 апелляционная жалоба принята к производству, информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Шестого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.6aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 АПК РФ.

К дате судебного заседания в материалы дела от ФИО3 поступил отзыв, по доводам апелляционной жалобы возражает, указывает, что приведенные конкурсным управляющим доводы противоречат нормам действующего законодательства. Полагает, что конкурсным управляющим неправомерно приведен довод об автоматическом прекращении деятельности должника вследствие невозможности удовлетворения требований кредиторов основного заемщика – ООО «Пионер» по причине незначительных активов ООО «Ресурснефть», поскольку последний не являлся единственным гарантом исполнения обязательств ООО «Пионер».     

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО2 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, настаивала на наличии всей совокупности доказательств для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Представитель ответчика по доводам апелляционной жалобы возражал, просил обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены апелляционным судом в порядке главы 34 АПК РФ по имеющимся в деле доказательствам.

Как следует из материалов дела, 15.01.2016 общество «РесурсНефть» зарегистрировано в качестве юридического лица. С 15.01.2016 по 17.01.2019 руководителем должника и его единственным участником являлся ФИО3 (ИНН 

<

***>), с 15.01.2016 по 30.01.2020 генеральным директором должника являлся также ФИО3 Участниками должника являются: ФИО7 с 50% доли участия и ФИО3 с 50% доли участия.

Между ПАО «Дальневосточный Банк» и ООО «Пионер» был заключен кредитный договор № 

<

***> от 24.05.2017, в редакции дополнительных соглашений №1 от 14.11.2017, №2 от 15.03.2018 и №3 от 24.08.2018.

24.08.2018 был подписан кредитный договор 

<

***> на предоставление кредитной линии в размере единовременной задолженности не более 440 000 000 руб. 

ООО «Ресурснефть» является поручителем перед ПАО «Дальневосточный Банк» за полученный кредит ООО «Пионер» (ИНН 

<

***>).

Ссылаясь на то, что действия ФИО3 как руководителя и единственного участника общества привели к утрате обществом возможности полного погашения требований кредиторов, скрыты документы, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением. 

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что действия ответчика привели к банкротству ООО «Ресурснефть».  

Повторно исследовав материалы дела по правилам статьи 268 АПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для его отмены.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 конкурсный управляющий указала на положения подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве – совершение ответчиком действий существенно ухудшивших финансовое положение должника после наступления финансового кризиса, повлекших полную утрату возможности рассчитаться с кредиторами.

Предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в частности, следующего обстоятельства: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершении сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Следовательно, исходя из требований законодательства о банкротстве, сделки, ведущие к банкротству должны обладать таким признаком как существенная убыточность, вследствие которой предприятие-должник не смогло осуществлять свою уставную деятельность. Данные сделки, должны оказывать сильное отрицательное воздействие на финансовое состояние должника, совершение подобного вида сделок должно повлечь за собой наступление критического момента, после которого уже невозможно финансовое оздоровление должника.

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 16 постановления № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 17 Постановления № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве ФИО3 ввиду его участия в Обществе с долей 100% в уставном капитале и осуществления функций единоличного исполнительного органа Общества, правомерно признан судом контролирующим должника лицом.

В качестве действий, приведших Общество в состояние необратимого финансового кризиса конкурсным управляющим указано на договор поставки от 01.03.2018, заключенный с ООО «Темп», на выход ФИО3 из состава участников ООО «Ресурснефть» и определение на должность единоличного исполнительного органа номинального директора ФИО6, на принятие мер по прекращению деятельности должника.

В рамках дела № А73-5/2019 о банкротстве ООО «Пионер» (основной заемщик) оспаривался договор поставки от 01.01.2018 № 01/18, заключенный между ООО «Темп» (поставщик) и ООО «Пионер» (покупатель). Ссылаясь на книги покупок и продаж, конкурсный управляющий ФИО2 настаивала, что нефтепродукты, включая и тот объем, который получен ООО «Темп» от должника ООО «Ресурснефть», поставлены в пользу ООО «Пионер» на общую сумму 213 870 231,24 руб., ООО «Пионер» произвел лишь частичную оплату на сумму 164 823 501 руб., задолженность перед ООО «Темп» составила 49 046 730,24 руб., соответственно и перед ООО «Ресурснефть» задолженность ООО «Темп» осталась непогашенной, что не свидетельствует о недействительности сделки, равно как и о извлечении незаконной выгоды ответчиком ФИО3 от сложившейся ситуации, даже с учетом наличия аффилированных связей между ООО «Ресурснефть» и ООО «Темп», а указывает лишь на неоплату долга в полном объеме контрагентом должника.

При этом, конкурсный управляющий настаивает на наличии оснований к привлечению ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам ОООО «Ресурснефть» по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве – совершение ответчиком действий существенно ухудшивших финансовое положение должника, изначально указывая, что объективно банкротство должника наступило не вследствие действий самого должника – лиц его контролировавших, а ввиду неплатежеспособности основного заемщика ООО «Пионер», за исполнение обязательств которого в солидарном порядке поручилось ООО «Ресурснефть» перед ПАО «Дальневосточный Банк» (далее - Банк).

Между тем, требование Банка к ООО «Ресурснефть» от 15.11.2018 об исполнении солидарного обязательства за ООО «Пионер» получено должником 05.12.2018, в связи с чем, дата объективного банкротства не может быть определена ранее 05.12.2018.  

Коллегия полагает, что отождествление конкурсным управляющим в апелляционной жалобе даты неплатежеспособности ООО «Пионер» при наличии неисполненных обязательств у последнего перед иными кредиторами, к которым ООО «Ресурснефть» не имеет отношения и каких либо обязательств, с датой объективного банкротства ООО «Ресурснефть» является ошибочным.

Так, в апелляционной жалобе конкурсный управляющий указывает, что признаки неплатежеспособности основного заемщика ООО «Пионер», а также ООО «Ресурс» как участника группы, возникли в мае 2018 года, ввиду неисполнения ООО «Пионер» своих обязательств перед кредитором ФИО9 (правопреемник ООО «ТК «Регион»), что следует из вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Хабаровского края от 29.11.2018 по делу № А73-17567/2018.

         При этом, как верно указывает ответчик, ООО «Ресурснефть» не являлось обязанным лицом по отношению к кредитору ООО «ТК «Регион» (ФИО9), соответственно, неисполнение обязательств ООО «Пионер» перед иными кредиторами, за исключением ПАО «Дальневосточный Банк», перед которым должник отвечает в солидарном порядке наряду с ООО «Пионер», не может предопределять дату объективного банкротства ООО «Ресурснефть». 

Дата объективного банкротства должника с учетом вменяемой ответчику нормы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве – совершение ответчиком действий существенно ухудшивших финансовое положение должника) имеет в рассматриваемом случае решающее значение в целях определения возможности контролирующего должника лица совершить какие либо действия по окончательной утрате  восстановления  платежеспособности должника. Другими словами, имелась ли у Общества реальная возможность вернуться к нормальной предпринимательской деятельности, рассчитаться с кредиторами и продолжить хозяйственную жизнь предприятия, либо такая возможность полностью утрачена ввиду совершения ответчиком определенных действий, принятия ключевых деловых решений, безвозвратно изменивших экономическую судьбу Общества.

Возвращаясь к моменту возникновения у должника необратимого финансового кризиса, повлекшего объективное банкротство и невозможность рассчитаться с кредиторами, коллегия учитывает следующие обстоятельства.

Требования к поручителю, связанные с нарушением должником основного обязательства, могут быть предъявлены кредитором лишь после неисполнения или ненадлежащего исполнения должником основного обязательства (пункт 1 статьи 363 ГК РФ).

Надлежащее исполнение ООО «Пионер» основного обязательства перед ПАО «Дальневосточный Банк» осуществлялось вплоть до 23.10.2018, что установлено вступившим в законную силу Определением от 08.06.2021 в деле №А73-14966/2019 (обособленный спор № 9681) в деле о банкротстве ФИО10, который наряду с ООО «Ресурснефть» являлся солидарным поручителем перед ПАО «Дальневосточный Банк» по кредитным обязательствам ООО «Пионер».

Коллегия отмечает, что во исполнение обеспечения обязательств за ООО «Пионер» перед ПАО «Дальневосточный Банк» договоры поручительства, наряду с ООО «Ресурснефть», заключены и с иными поручителями: ООО «АМУР», ООО «ЭнергоТрейд», ФИО3, ФИО11, ФИО12, ФИО10 

Кроме того, заемные обязательства ООО «Пионер» перед ПАО «Дальневосточный Банк» обеспечены залогом недвижимого имущества ООО «Пионер», ООО «Амур» и залогом транспортных средств ФИО3 и ФИО11

Таким образом, Должник не являлся единственным гарантом исполнения обязательств ООО «Пионер», соответственно, учитывать активы исключительно ООО «Ресурснефть» при определении рисков невозврата кредита ООО «Пионер», без учета совокупных активов и иных поручителей, залогодателей, неверно.

При изложенных обстоятельствах, апелляционный суд признает, что датой объективного банкротства должника является дата предъявления ему как одному из солидарных поручителей требования ПАО «Дальневосточный Банк» о возврате заемных денежных средств по обязательствам ООО «Пионер» - 05.12.2018.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 Постановления № 53, поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Все приведенные конкурсным управляющим действия, сделки и решения ответчика ФИО3, которые возможно оценить на предмет их убыточности, существенности в той степени, в которой они могли повлиять на финансовое положение должника с учетом  невозможности расчета с Банком основным заемщиком, датируются ранее установленной даты объективного банкротства ООО «Ресурс», что нивелирует какое либо значимое влияние действий контролирующего должника лица на возможность исправить финансовое положение подконтрольного Общества после необратимого финансового кризиса.

Соответственно, ни сделка с ООО «Темп» (договор поставки от 01.03.2018), ни выход ФИО3 из состава участников ООО «Ресурснефть», ни остановка работы предприятия, имеющие место до даты объективного банкротства должника, не могли повлиять на окончательную утрату способности Общества рассчитаться с кредиторами ввиду наступления у солидарного поручителя обязанности перед ПАО «Дальневосточный Банк» исполнить обязательства за ООО «Пионер» на сумму более 400 миллионов рублей, доказательств того, что должник был способен в полном объеме погасить задолженность перед Банком, но вменяемыми действиями такую возможность утратил, материалы дела не содержат.  

В пункте 18 Постановления № 53 разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При разрешении вопроса о реальной цели совершения тех или иных сделок должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота. В настоящее время на рынке кредитования сложилась устойчивая банковская практика, в соответствии с которой организации, входящие в одну группу, привлекаются банками в качестве поручителей по обязательствам друг друга. Сама по себе выдача такого рода поручительств в пользу кредитной организации, настаивающей на дополнительном обеспечении, не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении руководителя поручителя по отношению к его кредиторам даже в ситуации, когда поручитель с целью реализации общегрупповых интересов, а не для причинения вреда кредиторам, принимает на себя солидарные обязательства перед банком в объеме, превышающем его финансовые возможности, полагая при этом, что в перспективе результат деятельности группы позволит погасить обязательства ее членов перед кредиторами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.03.2021 N 310-ЭС20-18954).

Коллегия, изучив в совокупности обстоятельства настоящего спора, приходит к выводу о недоказанности конкурсным управляющим наличия оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве: выдача поручительства за лицо, входящее в одну группу компаний с должником, не противоречит закону и коррелирует сложившейся практике в гражданском обороте; последующих действий субсидиарного ответчика, после даты объективного банкротства ООО «Ресурснефть», связанной в свою очередь с невозможностью исполнения заемных обязательств ООО «Пионер», которые повлекли рост диспропорции возникших обязательств перед кредиторами и активами должника, при рассмотрении обсоленного спора не установлено. 

Коллегия также принимает во внимание, что субсидиарный иск к ответчику ФИО3 заявлен конкурсным управляющим и в деле о банкротстве основного заемщика ООО «Пионер», неисполнение обязательств которого перед ПАО «Дальневосточный Банк» повлекло за собой банкротство поручителей. 

Приведенные в апелляционной жалобе доводы оценены апелляционным судом и признаются несостоятельными, поскольку аргументы заявителя не опровергают выводы суда, не свидетельствуют о нарушении норм материального и/или процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или приведших к допущению судебной ошибке.    

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Хабаровского края от 16.08.2023 по делу № А73-3108/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

     Л.В. Самар

Судьи

     Ю.А. Воробьева

 

     С.Б. Ротарь