ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-9112/2022

г. Челябинск

05 сентября 2022 года

Дело № А76-47184/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 сентября 2022 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хоронеко М.Н., 

судей Кожевниковой А.Г., Румянцева А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания  ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 17.06.2022 по делу № А76-47184/2020.

В судебном заседании приняли участие представители ФИО2 - ФИО3 (паспорт, доверенность от 09.10.2021),  общества с ограниченной ответственностью «Петросталь-Сервис» - ФИО4 (паспорт, доверенность от 26.12.2019);  общества с ограниченной ответственностью «ИНВЕСТ-лизинг» - ФИО5 (паспорт, доверенность от 10.01.2021); конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью КПК «НИСМА» - ФИО6 (паспорт, решение от 15.09.2021 по делу №А76-47184/2020)

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 29.12.2020 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью Копейский производственный комплекс «НИСМА» (далее – должник, ООО КПК «НИСМА»). 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.03.2021 в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО6, член Ассоциации «Урало-Сибирское объединение арбитражных управляющих.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в официальном издании газете «Коммерсант» № 48 от 20.03.2021. 

Решением арбитражного суда от 15.09.2021 должник признан банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6, член Ассоциации «Урало-Сибирское объединение арбитражных управляющих». 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в официальном издании газете «Коммерсант» № 174 от 25.09.2021. 

ФИО7 (далее – кредитор) 07.10.2021 обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 134 262 863 руб. 87 коп., как обеспеченного залогом имущества должника (вх.111012 от 13.10.2021, требование №12).

Определением арбитражного суда от 19.10.2021 требование кредитора принято к производству, назначено к рассмотрению в судебном заседании. 

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о процессуальном правопреемстве, в котором просил произвести замену кредитора с ФИО7 на ФИО2 (вх. 125779 от 16.11.2021).

Определением арбитражного суда от 16.11.2021 к участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2. 

Определением арбитражного суда от 18.11.2021 принято к производству заявление ФИО2 о процессуальном правопреемстве (т.1, л.д.130-137). 

Определением арбитражного суда от 21.12.2021 к участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество «Челябинвестбанк» (т.2, л.д.25-26). 

Определением суда от 31.01.2022 заявление ФИО2 о замене кредитора объединено с требованием ФИО7 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 134 262 863 руб. 87 коп. в одно производство. 

Определением суда от 31.01.2022 произведена процессуальная замена кредитора ФИО7 ее правопреемником ФИО2 по заявлению о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 134 262 863 руб. 87 коп., предъявленного в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью КПК «НИСМА» (т.2, л.д.80-82). 

В порядке ст. 49 АПК РФ кредитор просил уточнить просительную часть заявления, в части обеспечения требованием залогом имущества, возникшего на основании кредитных договоров (т.2, л.д.87).

Определением арбитражного суда от 10.03.2022 судом в порядке ст. 49 АПК РФ принято уточнение заявленных требований, а именно: включить в третью очередь реестра кредиторов должника требования ФИО2 в размере 134 262 863 руб. 87 коп., как обеспеченные залогом имущества должника, возникшее на основании:

1. Кредитного договора N 

<

***> от 31.08.2015 в размере 3 361 338 руб. 24 коп., из которых основной долг - 2 347 450 руб. 00 коп., задолженность по уплате процентов за пользование кредитом -419 992 руб. 17 коп., неустойка за нарушение сроков возврата кредита - 544 129 руб. 00 коп., неустойка за нарушение сроков уплаты процентов за пользование кредитом - 49 767 руб. 07 коп.

2. Кредитного договора N 

<

***> от 26.03.2019 в размере 85 174 528 руб. 94 коп., из которых основной долг - 64 500 000 руб. 00 коп., задолженность по уплате процентов за пользование кредитом - 7 029 000 руб. 84 коп., неустойка за нарушение сроков возврата кредита -12 786 000 руб. 00 коп., неустойка за нарушение сроков уплаты процентов за пользование кредитом - 859 528 руб. 10 коп.

3. Кредитного договора N 

<

***> от 24.09.2019 в размере 45 726 996 руб. 69 коп., из которых основной долг - 34 986 516 руб. 22 коп., задолженность по уплате процентов за пользование кредитом - 3 812 717 руб. 09 коп., неустойка за нарушение сроков возврата кредита - 6 461 532 руб. 47 коп., неустойка за нарушение сроков уплаты процентов за пользование кредитом -466 230 руб. 91 коп.

Определением от 17.06.2022 требование ФИО2 в размере 134 262 863 руб. 87 коп. признано обоснованным и подлежащим и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 (далее также – ФИО2, податель апелляционной жалобы) обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал, что судом неправильно применены разъяснения, содержащиеся в Обзоре судебной практики по разрешению споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном президиумом ВС РФ 29.01.2020. Существенным обстоятельством для применения пункта 6.2 Обзора является то, что в отношении заявленного к включению в реестр требования совершено две цессии: 20.04.2020 (до признания должника банкротом) ПАО «Челябинвестбанк» заключил договор уступки прав (требований) к должнику с ФИО7 Е (первый цессионарий), 13.10.2021 (после возбуждения дела о банкротстве) ФИО7 уступила свои права (требования) к должнику ФИО2 Суд первой инстанции не принял во внимание, что перечисленные в доверенности лица действовали от имени и в интересах ПАО «Челябинвестбанк», были уполномочены банком на совершение от его имени юридически значимых действий во исполнение заключенного договора цессии в отношении недвижимого имущества, принадлежащего должнику на праве собственности, что не может свидетельствовать о наличии возможной субординации и подконтрольности ФИО7 участнику должника, либо должника ФИО7 Само по себе участие одного представителя от нескольких лиц в разных государственных учреждения, в том числе, в разных судебных процессах, не запрещено законом, не создает конфликта интересов и не свидетельствует об аффилированности доверителей, не предусмотрено статьей 19 Закона о банкротстве. В материалы дела не представлены доказательства того, что ФИО7 имела возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, которые привели к банкротству должника. Либо что ФИО7 действовала под влиянием ФИО8 при совершении сделки. ФИО7, действуя добросовестно, непосредственно после совершения сделки, приступила к реализации своих прав как залогового кредитора: внесла сведения о смене залогодержателя в реестры как в отношении движимого, так и в отношении недвижимого имущества, направила претензии должнику о взыскании задолженности и 30.10.2020 подала исковое заявление в суд в целях взыскания задолженности и последующего обращения взыскания на заложенное имущество. К условиям, раскрывающим факт обременения имущества залогом перед всеми участниками гражданского оборота, то есть создающим презумпцию их осведомленности об обременении, относится, в частности, внесение записи об обременении в реестр уведомлений в отношении движимого имущества либо в ЕГРН в отношении недвижимого имущества. указанные обстоятельства суд не принял во внимание. При этом, суд не указал, какие обстоятельства подтверждают сокрытие в результате сделки с ФИО7 истинного финансового положения должника от его кредиторов в преддверии банкротства. Указание суда на то, что с 2018 года у должника шло динамичное накопление задолженности, не может само по себе свидетельствовать о реализации ФИО7 скрытого плана выхода из кризиса в отношении должника. ФИО7 не отказывалась от реализации права на досрочное истребование займа, не заключала с должником дополнительных соглашений о продлении срока возврата займа, не предоставляла рассрочку/отсрочку должнику по погашению задолженности и не предпринимала иных действий по компенсационному финансированию. При этом до совершения сделки с ФИО7 в отношении должника не было инициировано судебных споров. Не основан на материалах дела вывод суда об отсутствии у ФИО7 разумных экономических мотивов совершения сделки. В настоящее время имущество передано в аренду конкурсным управляющим в пользу ООО Торговый Дом «Старый Соболь», что подтверждает его ликвидность. При этом, ФИО7, являлась гражданкой Латвии, планировала развивать производство и реализовывать готовую продукцию в страны Евросоюза, поскольку в прошлом работала в крупном латвийском банке в инвестиционном департаменте. После возбуждения дела о банкротстве в отношении должника инвестиционный интерес был утрачен, ею было принято решение о продаже прав (требований) к должнику. Также суд необоснованно применил пункт 6.2 Обзора к договору цессии, заключенному с ФИО2 Суд не принял во внимание пояснения кредитора о том, что он никогда не являлся учредителем (участником), руководителем должника, не имел права распоряжаться объемом долей в уставном капитале или голосов в общем собрании участников либо назначать руководителей должника. Отсутствуют доказательства того, что у кредитора имелась возможность давать должнику обязательные для исполнения указания, которые привели бы к банкротству должника. А действия по приобретению прав к должнику были направлены исключительно на реализацию контролирующим должника лицом скрытого плана выход из кризиса. ФИО2 в судебном заседании лично пояснил, что занимается инвестиционной деятельностью, готов развивать производство, и заинтересован в залоговом имуществе, поскольку оценивает производство как перспективное. ФИО2 в качестве доказательств реальности сделки в материалы дела представлены справки из банков о снятии наличных денежных средств в период до совершения сделки: согласно справке Локо-Банк с 01.01.2019 по 13.10.2021 было снято наличными 248 300 евро и 1 570 250 долларов и 83 712 000 руб.; согласно справке Альфа-банк с 01.01.2019 по 23.12.2021 было снято наличными 700 фунтов и 6 018 долларов и 31 584 000 руб. Судом указанные обстоятельства проигнорированы и сделан вывод об отсутствии у ФИО2 собственного экономического интереса в выкупе права требования от банка. Инвестиционный интерес ФИО2 при приобретении прав составляет именно залоговое имущество. Само по себе нахождение в реестр аффилированного лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным. В результате приобретения права (требования) к должнику ФИО2 объем реально существующих обязательств должника не изменился, также как не изменилось соотношение его активов и пассивов. Доказательства злоупотребления правом с целью причинения вреда кредитора должника в дело не представлены, также как и то, что требование носит корпоративный характер и представляет собой компенсационное финансирование должника.

Определением от 07.07.2022 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание на 09.08.2022.

Определением  от 09.08.2022 судебное  заседание  отложено,   суд предложил подателю апелляционной  жалобы раскрыть цель  приобретения  прав требования  к должнику в процедуре  банкротства по  договору   уступки  права  требования (цессии) от 13.10.2021, обстоятельства   заключения  договора  уступки права  требования (цессии) от 13.10.2021 (из каких  источников  получена  информация о продаже   прав  требования), причины не представления в Савеловский районный суд г.Москвы  оригинала   договора поручительства, заключенного банком с ФИО8,  доказательства принятия мер по получению оригинала  данного  договора,  представить  банковские выписки, подтверждающие снятие  денежных средств    для передачи ФИО7 по  договору   цессии  от 13.10.2021.

 В судебном  заседании представитель подателя  апелляционной  жалобы  поддержал  доводы  и  требования  апелляционной жалобы, представив  во исполнение суда дополнительные доказательства и пояснения, которые  приобщены к материалам  дела.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «ИНВЕСТ-лизинг» возражал против  доводов жалобы  по основаниям, изложенным в  отзыв, который приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.

  Конкурсный  управляющий  возражал против  доводов апелляционной  жалобы, просил оставить  судебный акт  без изменения.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Петросталь-Сервис» просил оставить  судебный  акт  без изменения, возражал против  представленных суду  доказательств, поскольку  из официальных  источников ФОКУС-Групп следует, что  активы  обществ, справки которых  о доходах ФИО2 представлены в материалы  дела,  не позволяли    выплатить  соответствующие   суммы доходов, кроме  того,  ФИО2 и  ФИО8 связаны  гражданско-правовыми отношениями, что установлено при  анализе  дела о банкротстве» ООО «П-Инвест» ИНН 

<

***>, на сайте  ЕФРСБ  осуществлены  публикации об оспаривании  сделки  должника  с ФИО2, при  этом  руководителем и единственным учредителем  ООО «П-Инвест» являлся  ФИО8

В приобщении  распечатанных  текстов  сообщений  отказано, в связи с  тем, что  они  имеются в открытом  доступе.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьями 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Как следует из материалов требования и установлено судом первой инстанции, 31.08.2015 между ПАО «Челябинвестбанк» (далее – первоначальный кредитор, банк) и должником заключен кредитный договор № 

<

***>, согласно которому банк предоставил должнику кредит в виде кредитной линии в размере 15 000 000 руб., а должник обязуется возвратить полученные денежные средства и уплатить обусловленные проценты в срок не позднее 28.08.2020 (т.1, л.д.27-30).

 Согласно п.1.2, 1.3 договора кредит предоставляется на расчетный счет для оплаты расчетных документов, для учета ссудной задолженности должнику открыты счета № 452088100900000402473 и № 45207810890000050

<

***>. 

Из п. 2.1 договора следует, что кредит, предоставленный по настоящему договору, обеспечивается поручительством ФИО9, залогом недвижимости, залогом оборудования, приобретаемого за сет кредита по настоящему договору.

Согласно п.4.1 договора должник уплачивает кредитору проценты за пользование кредитом в размере 17,5% годовых. 

При несвоевременном погашении кредита и/или несвоевременной уплате процентов за пользование кредитом должник уплачивает кредитору неустойку в размере 0,1% от суммы просроченного платежа, начисляемую за каждый день просрочки (п.4.2 договора). 

Сумма начисленных процентов за кредит подлежит уплате не позднее 10 числа месяца, следующего за расчетным. При неуплате процентов в указанные сроки на сумму непогашенных процентов начисляется неустойка в размере 0,1% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки до даты фактического погашения (п.5.3 договора). 

Также сторонами подписано дополнительное соглашение № 1 от 30.04.2019 (т.1, л.д.36). 26.03.2019 между ПАО «Челябинвестбанк» (далее – первоначальный кредитор, банк) и должником заключен кредитный договор 

<

***>, согласно которому банк предоставил должнику кредит в виде кредитной линии в размере 75 000 000 руб., а должник обязуется возвратить полученные денежные средства и уплатить обусловленные проценты в срок не позднее 25.03.2021 (т.1, л.д.31-35). 

В соответствии с п.4 раздела 2 договора кредит предоставляется путем зачисления денежных средств на расчетный счет должника №40702810590260000449, открытый в банке. 

Пунктом 6 раздела 2 договора установлена процентная ставка за пользование кредитом в размере 11% годовых. В период предоставления банку по кредитному договору № 2 из федерального бюджета субсидий на возмещение недополученных доходов по кредитам, должник оплачивает льготную процентную ставку в размере 8,5% годовых. 

В соответствии с п.6.1 раздела 2 договора должником оплачиваются проценты из размера полной процентной ставки в случае нарушения должником условий кредитного договора или неполучения кредитором по любой причине субсидий из федерального бюджета, которые являются основанием для применения льготной ставки. О применении полной процентной ставки кредитор уведомляет должника путем направления письменного уведомления. Начисление процентов, исходя из полной процентной ставки, производится с даты, указанной в уведомлении кредитора, независимо от даты получения уведомления заемщиком. 

Договор обеспечивается: 

- договором поручительства № 

<

***>/21 с ФИО9; 

- договором поручительства № 

<

***>/02 с ФИО10;

- договором поручительства № 

<

***>/03 с ФИО8; - договором поручительства № 

<

***>/04 с ООО «П-Инвест»; 

- договором о залоге имущества № 

<

***>/06; 

- договором о залоге товаров в обороте № 

<

***>/05; 

- договором залога недвижимости № 

<

***>/07 (п. 7 договора). 

24.09.2019 между банком и должником заключен кредитный договор № 

<

***>, согласно которому банк предоставил должнику денежный кредит в размере 35 000 000 рублей 00 коп., а должник обязался возвратить полученные денежные средства и причитающиеся проценты, а также уплатить банку иные платежи в соответствии с условиями кредитного договора № 3 в срок не позднее 23.09.2021 (т.1, л.д.37-41). 

В соответствии с п.4 раздела 2 договора кредит предоставляется путем зачисления денежных средств на расчетный счет должника № 40702810590260000449, открытый в банке. 

Согласно п.9 раздела 2 договора для учета операций по предоставлению и возврату кредита банк открывает ссудные счета № 45207810190000160449, № 45206810190000190449, № 45205810990000210449, № 45204810890000230449 и № 45203810790000250449. 

В соответствии с п.3.7 договора кредит считается выданным с момента возникновения задолженности по ссудному счету. 

Пунктом 6 раздела 2 установлена процентная ставка за пользование кредитом в размере 11% годовых. 

В период предоставления банку по договору из федерального бюджета субсидий на возмещение недополученных доходов по кредитам, третье лицо оплачивает льготную процентную ставку в размере 8,5% годовых. 

В соответствии с п.6.1 раздела 2 договора должником оплачиваются проценты из размера полной процентной ставки в случае нарушения должником условий кредитного договора № 3 или неполучения кредитором по любой причине субсидий из федерального бюджета, которые являются основанием для применения льготной ставки. О применении полной процентной ставки кредитор уведомляет должника путем направления письменного уведомления. Начисление процентов, исходя из полной процентной ставки, производится с даты, указанной в уведомлении кредитора, независимо от даты получения уведомления Заемщиком. 

Договор обеспечивается: 

- договором поручительства № 

<

***>/21 с ФИО9; 

- договором поручительства № 

<

***>/02 с ФИО10;

 - договором поручительства № 

<

***>/03 с ФИО8; 

- договором поручительства № 

<

***>/04 с ООО «П-Инвест»; 

- договором о залоге имущества № 

<

***>/06;

- договором о залоге товаров в обороте № 

<

***>/05; 

- договором залога недвижимости № 

<

***>/07 (п. 7 договора). 

В материалы требования представлены договор залога недвижимости № 

<

***>/2 от 31.08.2015 с дополнительным соглашением, договор залога имущества № 

<

***>/3 от 27.09.2017, договор о залоге товаров в обороте № 

<

***>/05 от 26.03.2019, договор залога недвижимости № 

<

***>/07 от 26.03.2019, договор о залоге имущества № 

<

***>/06 от 24.09.2019 (т.1, л.д.42-71). 

Далее 20.04.2020 между ПАО «Челябинвестбанк» и ФИО7 заключен договор об уступке права требования (цессии) № 23/14 от 20.04.2020 (далее – договор уступки, т.1, л.д.19-22). 

Согласно п.3.1 договора уступки определена стоимость права требования в размере 103 134 553 рубля 76 коп. 

В соответствии с п.4.1 договора уступки право требования переходит к кредитору от банка в день полной оплаты цены договора уступки.

21.04.2020 кредитор обязательства по оплате договора уступки исполнил, что подтверждается платежным поручением № 917 (т.1, л.д.23). 

Кредитор принял от банка документы по акту приема-передачи. 

Согласно п.4.3.4 договора уступки в течение 1 (Одного) рабочего дня с даты перехода права требования к кредитору по договору уступки банк обязан направить должнику уведомление о заключении договора уступки. 

22.04.2020 банк направил уведомление должнику, что подтверждается описью вложений. 

В соответствии с разделом 2 договора уступки к кредитору перешло в полном объеме право требования к должнику по: 

- кредитному договору № 

<

***> от 31.08.2015; 

- кредитному договору № 

<

***> от 26.03.2019 в редакции Дополнительного соглашения № 1 от 30.04.2019; 

- кредитному договору № 

<

***> от 24.09.2019. 

21.04.2020 в связи с нарушением должником условий кредитного договора № 3 и невозможностью получения кредитором субсидий, кредитор уведомил должника о применении по кредитному договору ставки в размере 11% годовых, что подтверждается подписью генерального директора и оттиском печати должника на уведомлении (приложение № 29 к настоящему заявлению). 

График погашения кредита согласован сторонами в приложении № 1 к договору № 3. 

С момента заключения договора уступки кредитору каких-либо платежей от должника и его поручителей по кредитному договору № 3 не поступало. 

24.08.2020 кредитор, руководствуясь п.5.2.3 договора, направил должнику досудебную претензию, согласно которой требовал досрочно возвратить кредит, в связи с существенным нарушением условий договора, а также оплатить проценты за пользование денежными средствами и неустойку. (т.1, л.д.97-101). 

26.09.2020 кредитор повторно направил досудебную претензию должнику (т.1, л.д.102-105). 

Обе претензии кредитора оставлены должником без внимания, денежные средства по договорам должником кредитору не возвращены. 

13.10.2021 между ФИО7 (далее – цедент) и ФИО2 (далее – цессионарий) заключен договор уступки права требования (далее – договор), в соответствии с которым, кредитор уступил, а заявитель принял права требования к должнику в общей сумме 113 095 676 руб. 32 коп., в том числе:

1.1.1. по Кредитному договору № 

<

***> от 31.08.2015. заключенному между «Челябинвестбанк» (ОАО в настоящее время - ПАО) и Должником в размере 2 767 442 рубля 17 коп., в том числе: 2 347 450 рублей 00 коп. - основной долг (задолженность по кредиту). 419 992 рубля 17 коп. - проценты за пользование кредитом по состоянию на 09.03.2021.

1.1.2. по Кредитному договору № 

<

***> от 26.03.2019 в редакции Дополнительного соглашения № 1 от 30.04.2019. заключенному между ПАО «Челябинвестбанк» и Должником в размере 71 529 000 рублей 84 коп., в том числе: 64 500 000 рублей 00 коп. - основной долг (задолженность по кредиту), 7 029 000 рублей 84 коп. - проценты за пользование кредитом по состоянию на 09.03.2021. 

1.1.3 по Кредитному договору № 

<

***> от 24.09.2019, заключенному между ПАО «Челябинвестбанк» и Должником в размере 38 799 233 рубля 31 коп., в том числе: 34 986 516 рублей 22 коп. - основной долг (задолженность по кредиту), 3 812 717 рублей 09 коп. - проценты за пользование кредитом по состоянию на 09.03.2021. 

Кроме того, Цедент уступает Цессионарию право требования к Должнику исполнения обязательства по оплате процентов за пользование кредитом по Кредитному договору № 

<

***> от 31.08.2015, Кредитному договору № 

<

***> от 26.03.2019 в редакции Дополнительного соглашения № 1 от 30.04,2019 и Кредитному договору № 

<

***> от 24.09.2019 (рассчитываемых по указанным в них условиях) начисленных по день полной оплаты основного долга. 

К цессионарию также переходят все иные права связанные с кредитным договором № 

<

***> от 31.08.2015, кредитным договором № 

<

***> от 26.03.2019 в редакции Дополнительного соглашения № 1 от 30.04.2019 и кредитным договором № 

<

***> от 24.09.2019, в том числе, но не ограничиваясь права требования к Должнику по уплате процентов, неустоек, штрафов, а также иных финансовых санкций, любых убытков и расходов, которые начислены на дату заключения настоящего Договора и которые могут быть начислены в будущем. 

Право требования задолженности по Кредитному договору № 

<

***> от 31.08.2015, Кредитному договору № 

<

***> от 26.03.2019 в редакции Дополнительного соглашения № 1 от 30.04.2019 и Кредитному договору № 

<

***> от 24.09.2019 переходит от Цедента к Цессионарию вместе с обеспечивающими данное требование обязательствами, указанными в п.1.2. н.1.3 и п.1.4 настоящего Договора (п. 1.1 договора). 

В качестве доказательств оплаты по уступке представлена расписка (т.1, л.д.154). 

Согласно расчету кредитора задолженность должника составила 134 262 863 руб. 87 коп. 

Поскольку имеющаяся задолженность должником не была погашена, учитывая введение в отношении должника процедуры конкурсного производства, кредитор обратился в арбитражный суд с требованием о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Суд первой инстанции, признавая требование подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, принял во внимание доводы кредитора ООО «ИНВЕСТ-лизинг», пояснения и доказательства, представленные конкурсным управляющим, подтверждающие аффилированность ФИО7, ФИО2 и ФИО8, а именно доверенность 74 АА 4797878, выданную ПАО «Челябинвестбанк» представителям ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 для цели внесения изменений в регистрационные записи в отношении недвижимого имущества в соответствии с заключенным ПАО «Челябинвестбанк» с ФИО7 договором № 23/14 об уступке права требования (цессии) от 20.04.2020, судебные акты по делу №А40-234129/2020, решение Савеловского районного суда г. Москвы по делу № 2-1138/2021 от 11.11.2021. Судом также установлено, что интересы ООО «КПК «НИСМА» представляли ФИО13, ФИО12, в настоящее время ФИО12 является представителем ФИО8 С учетом названных обстоятельств, суд поставил под сомнение независимость ФИО2 Судом установлено отсутствие доказательств собственного экономического интереса в выкупе прав требования от банка, в последствии от ФИО7, ФИО2, принято во внимание, что в указанный момент в отношении должника было возбуждено производство по делу о банкротстве, введена процедура наблюдения, при этом из анализа судебных актов следует, что с 2018 года началось динамичное накопление задолженности. С учетом изложенного, последующее совершение ФИО2 действий по выкупу долга должника были связаны единой целью компенсационного финансирования должника в условиях имущественного кризиса. 

Заслушав  лиц, участвующих в деле, исследовав  представленные в материалы  дела  доказательства, суд апелляционной  инстанции  не находит оснований  для  отмены  судебного акта в силу следующего.

Общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (денежных средств), иные участники процесса при   наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления от должника).

При этом в ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (лицом, заявившем о включении требований в реестр, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений о наличии и размере долга должника перед аффилированным кредитором на последнего переходит бремя опровержения соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308- ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16- 17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым, заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Так, в пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Схожий правовой подход изложен в пункте 6.1 Обзора судебной практики от 29.01.2020, согласно которому заключение договора поручительства в условиях имущественного кризиса подконтрольного должника представляет собой, по сути, компенсационное финансирование, в связи с чем, суброгационные требования поручителя не могут конкурировать с требованиями иных кредиторов.

В последней ситуации компенсационное финансирование может предоставляться подконтрольному обществу путем заключения с независимым кредитором договора о предоставлении поручительства по обязательствам должника, и тогда нахождение должника в состоянии имущественного кризиса следует устанавливать на момент заключения обеспечительных сделок, а не на момент оплаты поручителем задолженности перед независимым кредитором (определение Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2020 № 306- эс20-224)

В обоснование фактической аффилированности ФИО2, ФИО7 и ООО КПК «НИСМА» в материалы дела представлена нотариальная доверенность от 14.07.2020, выданная ПАО «ЧЕЛЯБИНВЕСТБАНК»  на ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, данная доверенность была выдана указанным лицам для цели внесения изменений в регистрационные записи в отношении недвижимого имущества (предметы залога), в соответствии с заключенным ПАО «ЧЕЛЯБИНВЕСТБАНК» с ФИО7 договором № 23/14 об уступке права требования (цессии) от 20.04.2020; наличие указанной доверенности на лиц, которые представляли интересы ООО «КПК «НИСМА» (ФИО13. ФИО12) и в настоящее время продолжают представлять интересы контролирующего должника лица ФИО8. (ФИО12), и действовали в интересах ФИО7, свидетельствует о наличии фактической аффилированности ФИО7, должника и, в частности, ФИО8.

Сам по себе факт  представление  интересов   разных лиц  одним  представителем  не свидетельствует  о явной  заинтересованности,  но совокупность  фактических обстоятельств настоящего дела, а  именно,  передача ФИО15 прав  требований  без договора  поручительства, заключенного  банком  с ФИО8, а  также  последующее  процессуальное поведение ФИО2 в рамках дела № 2-1138/21, который  не  возражал  против  отсутствия  данного  договора у  него, а суде апелляционной  инстанции пояснил, что видимо  договор  был утерян, очевидно свидетельствует  о том, в чьих  интересах действовали ФИО7  и ФИО2  при совершении  договоров цессии.

Общность экономических интересов может быть доказана не только через формальную (юридическую аффилированное), но и через фактическую в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Так, решением Савеловского районного суда г. Москвы от 11.11.2021 по делу № 2-1138  задолженность взыскана только с поручителей  за исключением контролирующего должника лица ФИО8., в удовлетворении требований отказано по формальному основанию - не представлено оригиналов договоров поручительства.

Вместе с тем, в соответствии с приложением № 1 к договору цессии, заключенному между ФИО7 и ПАО «ЧЕЛЯБИНВЕСТБАНК», оригиналы всех договоров поручительства, в том числе и в отношении ФИО8., передавались в адрес цессионария, что также нашло свое отражение в определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.12.2021 по делу №А40-234129/20-88-419-«Б». Кроме того, в соответствии с указанным выше определением претензии по передаваемым документам в исполнение договора цессии от 13.10.2021 отсутствовали и у ФИО2 

Пример данного поведения, характеризующий аффилированность, отражен в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020)(далее - Обзор от 29.01.2020) - финансирование, осуществляемое путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности (п. 3.2).

ФИО2, действуя в интересах ФИО8., своим процессуальным поведением отказался от иска к указанному лицу, при этом активно поддерживая требования в отношении иных поручителей и поддерживая заявление о включении в реестр требований кредиторов ООО «КПК «НИСМА».

Данное обстоятельство не может быть расценено как поведение независимого кредитора должника, а напротив, свидетельствует о фактической аффилированности ФИО2, ФИО8.  и ООО КПК «НИСМА».

Сведений о том, что представитель ФИО2 заявлял ходатайство об отложении судебного заседания/объявлении перерыва для представления соответствующего документа, в решении Савеловского районного суда г. Москвы от 11.11.2021 по делу №2-1138/21 не имеется. Со стороны ФИО2 решение Савеловского районного суда г. Москвы от 11.11.2021 по делу № 2-1138/21 не обжаловалось, апелляционная жалоба на указанное решение была подана только ФИО10

Более того, обращаясь с исковым заявлением ФИО7 заявила о принятии обеспечительных мер только в отношении ФИО10 и ФИО9, к ООО КПК «НИСМА» и ФИО8. обеспечительные меры не предъявлялись, что следует из апелляционного определения апелляционной инстанции Московского городского суда от 02.09.2021 по делу № 33-36110/21 (№ дела в первой инстанции - 2-1138/21). ФИО2 также не заявлялось о принятии обеспечительных мер в отношении ООО КПК «НИСМА» и ФИО8.

Как указано п. 4 Обзора от 29.01.2020, правовые подходы, касающиеся очередности удовлетворения требования контролирующего лица применимы и в ситуации, когда финансирование предоставляется несколькими аффилированными по отношению друг к другу лицами, в отдельности не контролирующими должника, но в совокупности имеющими возможность влиять на должника так же, как контролирующее лицо, если только они не докажут, что у каждого из них были собственные разумные экономические причины предоставления финансирования, отличные от мотивов предоставления компенсационного финансирования, т.е. они действовали самостоятельно в отсутствие соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

Заявителем не представлено разумных объяснений относительно обстоятельств заключения между сторонами договора уступки права требования (цессии) от 13.10.2021, разумных экономических причин  выкупа   залогового  требования уже в процедуре  банкротства при  многомиллионных долгах, что не предполагает погашение всех  требований кредиторов,  недоказанности  того, что  рыночная  стоимость   залогового имущества  превышает  размер выкупленного долга, при том, что  кредитор  не принял мер по истребованию задолженности с контролирующего должника лица.

Только  в  день публикации ООО «Петросталь-Сервис» сообщения №05516293 от 30.10.2020  о намерениях кредитора обратиться с заявлением о признании должника банкротом  ФИО7 обратилась в Савеловский районный суд г. Москвы с заявлением о взыскании задолженности,  не заявив при этом требование об обращении взыскания на предмет залога, указанного требования не было заявлено и ФИО2 после произведенного процессуального правопреемства. Такое поведение явно не согласуется с «инвестиционным интересом» ФИО7 и ФИО2 в залоговом имуществе. Довод о необходимости обращения взыскания на залоговое имущество заявлялся только ответчиком ФИО10, но был отклонен судами и первой, и апелляционной инстанций, поскольку истцом - ФИО7 (впоследствии ФИО2) такой способ защиты права не избирался

В обоснование экономической целесообразности совершения договоров цессии как у ФИО2, так и ФИО7, ФИО2 ссылается на то, что приобретение права требования к должнику обеспечено залогом движимого и недвижимого имущества, представляющих собой действующее производство, что и составляет экономический интерес в совершении сделки.

Вместе с тем, в соответствии с п. 2 ст. 138 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в случае, если залогом имущества должника обеспечиваются требования конкурсного кредитора по кредитному договору, из средств, вырученных от реализации предмета залога, восемьдесят процентов направляется на погашение требований конкурсного кредитора но кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника, но не более чем основная сумма задолженности по обеспеченному залогом обязательству и причитающихся процентов. Оставшиеся средства от суммы, вырученной от реализации предмета залога, вносятся на специальный банковский счет должника в следующем порядке: пятнадцать процентов от суммы, вырученной от реализации предмета залога, - для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества должника в целях погашения указанных требований; оставшиеся денежные средства - для погашения судебных расходов, расходов по выплате вознаграждения арбитражным управляющим и оплаты услуг лиц, привлеченных арбитражным управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей.

Конкурсный кредитор по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, при оставлении предмета залога за собой обязан перечислить денежные средства в размере, определяемом в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи, на специальный банковский счет в порядке, установленном пунктом 3 статьи 138, в течение десяти дней с даты направления конкурсному управляющему заявления об оставлении предмета залога за собой.

Таким образом, в силу норм Закона о банкротстве залоговое имущество будет в первую очередь реализовано, а не передано залоговому кредитору.

Сведений  о рыночной  стоимости  залогового  имущества  не представлено.

В данном случае целью заключения договоров цессии являлось создание задолженности у внешне «независимого» кредитора, однако, действующего в интересах контролирующего должника лица для создания подконтрольной задолженности с целью последующего контроля в процедуре банкротства должника и участия в распределении конкурсной массы должника.

В результате заключения указанных выше договоров уступки права требования (цессии) через аффилированных лиц контролирующее должника лицо получило возможность наряду с независимыми кредиторами компенсировать свои затраты и убытки, понесенные в результате банкротства должника, при этом преимущественно перед другими кредиторами - за счет средств от реализации залога.

Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что все действия носили согласованный характер.

Данные сделки для ФИО7 и ФИО2 не имеют экономической выгоды, однако имеют большое значение для ФИО8.

Также  не  доказано, что выкуп прав  требования производился  за счет  личных средств ФИО2

Из представленных в материалы дела  справок  о доходах,  без отметки налогового органа, справок  банка (т.2, л.д.35-36) (без приложения  выписок, из которых можно установить  источник поступления  денежных средств),  не установлено что источником денежных средств для выкупа прав  требования у  банка  являлись  доходы ФИО2

Снятые ФИО2  с расчетных счетов (вкладов) денежные средства  могли быть  направлены  на иные  цели,  учитывая  виды  деятельности  обществ, в которых ФИО2 получал  доход (деятельность по управлению  ценными бумагами).

При том, что убедительные доказательства наличия у ФИО2 . собственного экономического интереса как в выкупе прав требования от банка,  с обеспечением в виде  залога имущества, которое подлежит  реализации   в конкурном производстве, при недоказанности, что его рыночная стоимость окупит   вложенные средства, представлены не были, принимая   во внимание, что  выкуп  был после возбуждения  дела  о банкротстве,  при этом из анализа судебных актов о включении требований кредиторов в реестр следует, что  с 2018 года началось динамичное накопление задолженности. 

В данном случае из материалов дела следует, что обеспечением исполнения кредитного договора, заключённого с Банком, являлось, в том числе, поручительство  с ФИО8, заключенным в   апреле и сентябре 2019 года  - в период нахождение должника в состоянии имущественного кризиса, однако договор  поручительство был утрачен  кредитором.

При  этом  кредитор  имел  деловые   с   ФИО8, что следует  из оспоренных конкурсным управляющим сделок с ФИО2 в рамках дела о банкротстве ООО «П -Инвест». В  этой связи  приобретая у  ФИО7 по договору цессии  задолженность общества ООО «НИСМА»,  ФИО2  фактически выступает ее   в интересах   ФИО8, являющегося поручителем, при этом источник денежных средств для приобретения данных прав требования не  раскрывает.   ФИО2  представил   справку  КБ «ЛОКО-Банк»  о том, что  было снятие  валюты  в период с 01.01.2019 по  13.10.2021- 248 300 Евро, 1 556 250 Долларов США, 14 000 руб. Евро, 83 712 000 руб. (т.2, л.д.35), справку  АО «Альфа-Банк» от 23.12.2021 о снятии с  расчетных счетов  в период с 01.01.2019 по 23.12.2021  -  26  034 000 руб. рублей, 350 000 руб., 6 018 долларов США, 8 200 000 руб., 700 фунтов стерлингов,  однако  из каких источников  были получены  денежные средства, и почему   непосредственно  перед  совершением сделки и  передачей их по расписке ФИО7 не было  снятий  денежных средств  с расчетного  счета, либо  перечислений их на счет ФИО7, не поясняет.

Задекларированные суммы  дохода  ФИО2 в АО «Инвестиционная  компания «Финам» (ИНН 

<

***>) (деятельность брокерская по сделкам с ценными бумагами и товарами),  АО ИК «ЛОКО-Инвест» (ИНН7722691889)  (деятельность по управлению ценными бумагами), АО «Локо-Инвест УА»(7722691889)  (деятельность по управлению ценными бумагами)  не подтверждены  общими доходами  этих компаний  в сопоставимых размерах, на что обратил внимание  представитель  кредитора общества с ограниченной ответственностью «Петросталь-Сервис».

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно признал  требование ФИО2 в размере 134 262 863 руб. 87 коп.  обоснованным и подлежащим и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. 

       В   рассматриваемом случае действия кредитора следует расценивать не как приобретение требования к должнику, а как фактическое совершение обеспечительных сделок. При этом, совершая такие сделки, стороны, по сути, осуществили компенсационное финансирование с использованием денежных средств контролирующих должника лиц, т.е. исполнили именно ту цель, которая и подразумевалась при заключении таких обеспечительных сделок.

При изложенных обстоятельствах  оснований  для отмены  или изменения  судебного акта, с учетом  доводов  апелляционной  жалобы,  суд апелляционной  инстанции  не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено. 

В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины по настоящей жалобе не предусмотрена.

В связи с этим государственная пошлина в размере 3 000 руб., ошибочно уплаченная подателем жалобы по чеку-ордеру от 29.06.2022, подлежит возврату из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 17.06.2022 по делу № А76-47184/2020  оставить  без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 –  без удовлетворения.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета ошибочно уплаченную по чеку-ордеру от 29.06.2022 государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяМ.Н. Хоронеко 

Судьи:          А.Г. Кожевникова

 

                                                                                          А.А. Румянцев