ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-21943/2022

г. Самара

22 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 22 мая 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Харламова А.Ю., 

судей Бажана П.В., Лихоманенко О.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании: 

от АО «НЕФТЬ» - ФИО2, доверенность от 16.01.2023,

от Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области – ФИО3, доверенность от 03.04.2023, ФИО4, доверенность от 01.08.2022, ФИО5, доверенность от 23.05.2023,

от УФНС России по Самарской области – ФИО5, доверенность от 09.01.2023,

от Межрайонной ИФНС России № 23 по Самарской области – не явился, извещена,

рассмотрев в открытом судебном заседании 15.05.2023 в помещении суда апелляционную жалобу Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области и УФНС России по Самарской области на решение Арбитражного суда Самарской области от 10.02.2023 по делу № А55-21943/2022 (судья Матюхина Т.М.), 

возбужденному по заявлению Акционерного общества «НЕФТЬ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Новокуйбышевск, Самарская область, 

к Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области, г. Новокуйбышевск, Самарская область, 

к УФНС России по Самарской области, г. Самара,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора:

-Межрайонная ИФНС России № 23 по Самарской области, г. Самара,

о признании недействительным решения,

УСТАНОВИЛ:

АО «НЕФТЬ» (далее в т.ч. – заявитель, налогоплательщик, общество) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором, с учетом принятого судом первой инстанции в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 49 АПК РФ, уточнения предмета заявленных требований, просило:

-признать недействительным Решение Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области от 18.03.2022 № 15-11/23 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения", в редакции Решения УФНС России по Самарской области от 07.07.2022 № 03-30/086.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 10.02.2023 по делу № А55-21943/2022 заявленные АО «НЕФТЬ» требования были удовлетворены - признано недействительным Решение Межрайонной ИФНС  России № 16 по Самарской области от 18.03.2022 № 15-11/23 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения", в редакции Решения УФНС России по Самарской области от 07.07.2022 № 03-30/086, как несоответствующее требованиям НК РФ, на Межрайонную ИФНС  России № 16 по Самарской области возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов АО «НЕФТЬ», с Межрайонной ИФНС  России № 16 по Самарской области в пользу АО «НЕФТЬ» взысканы судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. 00 коп.

Не согласившись с указанным решением суда первой инстанции Межрайонная ИФНС России № 16 по Самарской области (далее в т.ч. - инспекция, налоговый орган) и УФНС России по Самарской области (далее в т.ч. - управление, налоговый орган) обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят отменить данный судебный акт суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных АО «НЕФТЬ» требований.

В обоснование апелляционной жалобы апеллянты ссылаются на выявленные в ходе выездной налоговой проверки нарушения АО «НЕФТЬ» п. 1 ст. 54.1 НК РФ, в виде искажения сведений о фактах хозяйственной жизни, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете, либо налоговой отчетности налогоплательщика, а именно отсутствие реальности сделок по поставке нефтепродуктов в адрес АО «НЕФТЬ» со стороны контрагентов: ООО «Север-Юг», ООО «ТК», ООО «НК Баррель», ООО «Пензастройпроект», ООО «Ойл Ресурс», ООО «Нефтяной продукт», ООО «Ресатрейдойл» и ООО «Ойл-Стандарт» (далее в т.ч. – спорные контрагенты), указывают на фактическое осуществление АО «НЕФТЬ» деятельности по производству нефтепродуктов, ссылаются на противоречия выводов суда первой инстанции материалам дела, выход суда первой инстанции за пределы заявленных АО «НЕФТЬ» требований  в части рассмотрения вопроса об ответственности за непредставление документов, необходимых для осуществления налогового контроля, полагают, что выводы суда первой инстанции являются универсальными и судом первой инстанции не была дана оценка контрдоводам налогового органа в их совокупности, указывают на обстоятельства, которые, по мнению апеллянтов, свидетельствуют о фиктивности взаимоотношений АО «НЕФТЬ» и спорных контрагентов по поставке нефтепродуктов (отсутствие у спорных контрагентов налогоплательщика материально-технической базы, сырья, трудовых ресурсов, платежей на ведение реальной финансово-хозяйственной деятельности), не представление паспортов качества и разрешений на перевозку опасных грузов, не представление документов, подтверждающих перевозку нефтепродуктов, указывают на то, что обслуживание абонентов АО «НЕФТЬ», ООО «Север-Юг», ООО «Нефтяная компания «Баррель», ООО «Ойл-Ресурс», ООО «ТК», ООО «Нефтяной продукт», ООО «Ойл-Стандарт», ООО «РесаТрейдОйл» осуществляется партнером АО «ПФ «СКБ КОНТУР», на выдачу доверенности в проверяемый налоговый период налогоплательщиком ООО «ТК» и ООО «Север-Юг» на представление интересов одному и тому же физическому лицу - ФИО6, на выдачу доверенности ООО «ТК», ООО «Нефтяной продукт», ООО «Ойл Ресурс» и ООО «Ресатрейдойл» одному лицу – ФИО7, на отсутствие оплаты либо произведение частичной оплаты со стороны АО «НЕФТЬ» в пользу спорных контрагентов за поставку нефтепродуктов, на совпадение IP-адресов по управлению расчетным счетом (в один день, в одно время) между АО «НЕФТЬ» и ООО «НК «Баррель», ООО «Ойл-Стандарт», ООО «Ойл Ресурс», ООО «Ресатрейдойл», по отправке отчетности (ООО «ТК»), на прохождение денежных потоков налогоплательщика и спорных контрагентов по счетам, открытым в двух банках: ООО КБ «Столичный Кредит» и ПАО НКБ «Радиотехбанк», на выявление нарушения по цепочке контрагентов ООО «Ойл Ресурс», ООО «Ойл-Стандарт», ООО «НК Баррель», ООО «ТК», ООО «Ресатрейдойл» по виду «РАЗРЫВ» при использовании программного комплекса АИС НДС-3, в подтверждение фиктивности сделок указывают на то, что при сопоставлении представленных АО «НЕФТЬ» документов были выявлены несоответствия в представленных УПД подписи руководителя ООО "Север-Юг" - ФИО8 и ООО "Ойл-Стандарт" - ФИО9, а именно визуальное отличие от их подписей в договоре и в регистрационном деле указанных налогоплательщиков, в связи с чем данное обстоятельство, по мнению налогового органа, свидетельствует о подписании УПД разными лицами, считают, что суд первой инстанции не исследовал показания свидетелей перевозчиков: ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, из которых следует, что они не осуществляли перевозку нефтепродуктов, указывают на номинальность руководителя и учредителя АО «НЕФТЬ» - ФИО16

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии со ст. 121 АПК РФ.

В проводимом судом апелляционной инстанции судебном заседании представители Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области, УФНС России по Самарской области поддержали апелляционную жалобу.

В проводимом судом апелляционной инстанции судебном заседании представитель АО «НЕФТЬ» в судебном заседании возражал против удовлетворения судом апелляционной инстанции апелляционной жалобы Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области, УФНС России по Самарской области и просил в ее удовлетворении отказать по основаниям, изложенным в письменном мотивированном Отзыве на апелляционную жалобу и в Дополнениях к нему.

В проводимом судом апелляционной инстанции судебном заседании представитель Межрайонной ИФНС России № 23 по Самарской области поддержал позицию Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области, УФНС России по Самарской области по данному делу.

Проверив законность и обоснованность принятого по делу судебного акта в порядке гл. 34 АПК РФ, оценив доводы Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области, УФНС России по Самарской области, изложенные в апелляционной жалобе, контрдоводы АО «НЕФТЬ», изложенные в Отзыве на апелляционную жалобу и в Дополнениях к нему, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив и оценив материалы по делу, в т.ч. представленное АО «НЕФТЬ» в дело посредством Ходатайства от 12.05.2023 входящий номер 4681 Постановление старшего следователя Следственного отдела по Промышленному району г. Самара, прикомандированного ко 2му Отделу по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета РФ по Самарской области подполковника юстиции ФИО17 от 19.04.2023 "О прекращении уголовного преследования, уголовного дела" в отношении ФИО16 по признакам преступления, предусмотренного п. "б" ч. 2 ст. 199 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (в связи с отсутствием события преступления"), суд апелляционной инстанции не усматривает предусмотренных законом оснований для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта суда первой инстанции.

Как следует из материалов по настоящему делу и было установлено судом первой инстанции, Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области в период с 14.10.2020 по 15.06.2021 была проведена выездная налоговая проверка АО «НЕФТЬ». 

В ходе указанной выездной налоговой проверки, налоговым органом был сделан вывод о нарушении АО «НЕФТЬ» п. 1 ст. 54.1, п. 1 и п. 2 ст. 169, п. 1 ст. 172 НК РФ, а именно, по мнению налогового органа, налогоплательщик неправомерно завысил налоговые вычеты по НДС по счетам-фактурам, выставленным ООО «Север-Юг», ООО «ТК», ООО «НК Баррель», ООО «Пензастройпроект», ООО «Ойл Ресурс» и ООО «Ойл-Стандарт» по поставке нефтепродуктов, а также неправомерно завысил налоговые вычеты по НДС по счетам-фактурам, выставленным контрагентами ООО «Нефтяной продукт» и ООО «Ресатрейдойл». 

Инспекция пришла к выводу, что реальные финансово-хозяйственные отношения у АО «НЕФТЬ» со спорными контрагентами: ООО «Север-Юг», ООО «ТК», ООО «НК Баррель», ООО «Пензастройпроект», ООО «Ойл Ресурс», ООО «Нефтяной продукт», ООО «Ресатрейдойл» и ООО «Ойл-Стандарт» отсутствуют, взаимоотношения между налогоплательщиком, контрагентами и далее по цепочке - контрагентами 2го и последующих звеньев направлены на искусственное создание видимости осуществления поставки путем фиктивного документооборота, что свидетельствует о наличии обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 54.1 НК РФ, то есть АО «НЕФТЬ» намеренно создан фиктивный документооборот в целях неправомерного заявления налоговых вычетов по НДС по данным сделкам. 

18.03.2022 Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области по результатам данной выездной налоговой проверки, проведенной в отношении АО «НЕФТЬ» по НДС за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 и с 01.01.2019 по 31.12.2019, было вынесено Решение № 15-11/23 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения", согласно которого обществу был доначислен НДС в размере 165 840 653 руб. 00 коп., начислены пени в сумме 61 736 569 руб. 54 коп., заявитель был привлечен к ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 122 НК РФ, в виде штрафа в размере – 4 020 631 руб. 00 коп., п. 3 ст. 122 НК РФ, в виде штрафа в размере 52 763 867 руб. 00 коп., п. 1 ст. 126 НК РФ, в виде штрафа в размере 172 200 руб. 00 коп. Общая сумма доначислений по указанному Решению составила 284 533 920 руб. 54 коп.

Не согласившись с принятым инспекцией Решением заявитель обратился с Апелляционной жалобой в УФНС России по Самарской области, по результатам рассмотрения которой управление приняло Решение от 07.07.2022 № 03-30/086 об отмене Решения инспекции от 18.03.2022 № 15-11/23 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения", в части: 

-доначисления НДС в размере 20 103 155 руб. 00 коп.;

-привлечения к ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 122 НК РФ, в виде штрафа в размере 4 020 631 руб. 00 коп.;

-привлечения к ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 126 НК РФ, в виде штрафа в размере 37 600 руб. 00 коп.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения АО «НЕФТЬ» в суд первой инстанции с рассматриваемым заявлением.

Повторно рассмотрев настоящее дело по правилам, установленным гл. 34 АПК РФ, изучив и оценив имеющиеся в данном деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции считает, что при вынесении обжалуемого судебного акта суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В силу ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 ст. 200 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий:

-несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту; 

-нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

В силу требований ст.ст. 64 (ч. 1), 71 и 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В оспариваемом обществом Решении налоговым органом ставится под сомнение реальность хозяйственных отношений налогоплательщика с его контрагентами: ООО «Север-Юг», ООО «ТК», ООО «НК Баррель», ООО «Пензастройпроект», ООО «Ойл Ресурс», ООО «Нефтяной продукт», ООО «Ресатрейдойл» и ООО «Ойл-Стандарт».

Налоговый орган пришел к выводу о нереальности сделок с указанными контрагентами, о наличии формального документооборота и о наличии умышленного искажения именно самим заявителем сведений о действительных фактах своей финансово-хозяйственных отношений. 

В соответствии с ч. 5 ст. 268 АПК РФ, а также разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, данными в п. 27 Постановления от 30.06.2020 № 12 "О применении АПК РФ при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", суд апелляционной инстанции производит проверку решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы.

В рассматриваемой апелляционной жалобе апеллянты указывают на многочисленные пороки в финансово-хозяйственной деятельности спорных контрагентов и их взаимодействии с иными контрагентами по цепочке. 

При этом заявители апелляционной жалобы трактуют приведенные обстоятельства, в том числе, как доказательство связанности (взаимозависимости) с налогоплательщиком, согласованности действий и, как следствие, отсутствие реальности взаимоотношений по поставке нефтепродуктов и необоснованности получения обществом налоговой выгоды.

Однако, как установил суд первой инстанции, налоговым органом не было учтено следующее.

Согласно п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом. 

Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей. 

Как разъяснено Минфином России в Письме от 05.12.2012 № 03-01-18/9-187, критерии взаимозависимости лиц установлены ст. 105.1 НК РФ.

Пункт 1 данной статьи НК РФ устанавливает общее условие, при выполнении которого может ставиться вопрос о признании лиц взаимозависимыми для целей налогообложения: 

-особенности отношений между ними могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых ими, и (или) экономические результаты их деятельности.

В п. 2 ст. 105.1 НК РФ перечислены обстоятельства, предусматривающие непосредственное отнесение лиц к разряду взаимозависимых. 

Так, взаимозависимыми лицами признаются:

1)организации в случае, если одна организация прямо и (или) косвенно участвует в другой организации и доля такого участия составляет более 25 %;

2)физическое лицо и организация в случае, если такое физическое лицо прямо и (или) косвенно участвует в такой организации и доля такого участия составляет более 25 %;

3)организации в случае, если одно и то же лицо прямо и (или) косвенно участвует в этих организациях и доля такого участия в каждой организации составляет более 25 %;

4)организация и лицо (в том числе физическое лицо совместно с его взаимозависимыми лицами, указанными в подп. 11 настоящего пункта), имеющее полномочия по назначению (избранию) единоличного исполнительного органа этой организации или по назначению (избранию) не менее 50 % состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров (наблюдательного совета) этой организации;

5)организации, единоличные исполнительные органы которых либо не менее 50 % состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров (наблюдательного совета) которых назначены или избраны по решению одного и того же лица (физического лица совместно с его взаимозависимыми лицами, указанными в подп. 11 настоящего пункта);

6)организации, в которых более 50 % состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров (наблюдательного совета) составляют одни и те же физические лица совместно с взаимозависимыми лицами, указанными в подп. 11 настоящего пункта;

7)организация и лицо, осуществляющее полномочия ее единоличного исполнительного органа;

8)организации, в которых полномочия единоличного исполнительного органа осуществляет одно и то же лицо;

9)организации и (или) физические лица в случае, если доля прямого участия каждого предыдущего лица в каждой последующей организации составляет более 50 %;

10)физические лица в случае, если одно физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному положению;

11)физическое лицо, его супруг (супруга), родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры, опекун (попечитель) и подопечный.

В п. 4 "Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений разд. V.1 и ст. 269 НК РФ", утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017, разъяснено, что суд вправе признать лица взаимозависимыми для целей налогообложения в случаях, не указанных в п. 2 ст. 105.1 НК РФ, если у контрагента налогоплательщика (взаимозависимых лиц контрагента) имелась возможность оказывать влияние на принимаемые налогоплательщиком решения в сфере его финансово-хозяйственной деятельности.

Лица признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных п. 2 ст. 105.1 Кодекса, в частности, по основаниям, связанным с участием в капитале, осуществлением функций управления, служебной подчиненностью.

Помимо указанных формально-юридических признаков взаимозависимости п. 7 ст. 105.1 НК РФ суду предоставлено право признать лица взаимозависимыми по иным основаниям - если отношения между этими лицами содержательно (фактически) обладают признаками, указанными в п. 1 ст. 105.1 Кодекса, то есть имеется иная возможность другого лица определять решения, принимаемые налогоплательщиком.

Разрешая вопрос о применении данной нормы, необходимо учитывать, что признание участников сделки взаимозависимыми в силу п. 1 ст. 105.3, п. 1 ст. 105.14 Кодекса имеет своей основной целью определение круга таких операций налогоплательщика, в отношении которых существует риск их совершения на коммерческих или финансовых влияющих на цену условиях, отличных от тех, которые бы имели место в отношениях между независимыми друг от друга контрагентами, действующими самостоятельно и на строго предпринимательских началах, то есть в своих собственных экономических интересах.

Поэтому на налоговом органе лежит бремя доказывания обстоятельств, подтверждающих, что при отсутствии предусмотренных п. 2 данной статьи признаков контрагент налогоплательщика (взаимозависимые с ним лица) тем не менее имел возможность влиять на определение условий совершаемых налогоплательщиком сделок, а налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой он принадлежит (к выгоде третьих лиц), был связан в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок.

Кроме того, в силу п. 7 ст. 3 НК РФ, все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).

С учетом презумпции добросовестности налогоплательщика вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий (постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.04.2023 № Ф05-6669/2023 по делу № А40-140470/2022, постановление Арбитражного суда Центрального округа от 26.10.2022 № Ф10-3603/2022 по делу № А35-4185/2021, постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 19.03.2021 № Ф03-360/2021 по делу № А04-2806/2020 и др.). 

Из приведенных положений следует, что при признании лиц связанными (взаимозависимыми) надлежит учитывать взаимоотношения контрагентов именно с самим налогоплательщиком. 

Между тем, как было установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами по настоящему делу, контрдоводы налоговых органом, приведенные в апелляционной жалобе, относительно пороков внутренней финансово-хозяйственной деятельности спорных контрагентов и их взаимодействии с иными контрагентами по цепочке, с чем инспекция и управление связывают, в конечном итоге, необоснованность получения налоговой выгоды именно самим заявителем, не находятся в поле взаимоотношений с самим налогоплательщиком, который, пока не доказано обратное, не может иметь доступ к такой информации и, тем более, отвечать за последствия принимаемых его контрагентами решений. 

Кроме того, аргументы о взаимосвязанности спорных контрагентов с налогоплательщиком, равно как и иные контрдоводы налогового органа относительно необоснованности получения обществом налоговой выгоды, должны быть столь убедительными, чтобы исключить любые сомнения и возможность вольного и субъективного трактования юридически значимых для данного дела обстоятельств.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 16.10.2003 № 329-О, истолкование ст. 57 Конституции РФ в системной связи с другими положениями Конституции РФ не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. По смыслу положения, содержащегося в п. 7 ст. 3 НК РФ, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности.

В этой связи, по мнению суда апелляционной инстанции, является обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что спорные контрагенты являются самостоятельными юридическими лицами, за деятельность которых сам налогоплательщик не может и не должен нести ответственности.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что судом первой инстанции была дана надлежащая правовая оценка указанным контрдоводам налогового органа, аналогичным тем, что приводятся в апелляционной жалобе.

Так, суд первой инстанции верно указал, что отсутствие контрагента - ООО «Север-Юг» по адресу государственной регистрации само по себе не свидетельствует о необоснованности налоговой выгоды, заявленной самим налогоплательщиком (Постановление Президиума ВАС РФ от 30.06.2009 № 2635/09). 

Исключение из ЕГРЮЛ по цепочке после ООО «НК Барель» и ООО «Ойл Ресурс» контрагентов из ЕГРЮЛ, само по себе не может свидетельствовать об их неблагонадежности, а нарушение контрагентом заявителя своих налоговых обязанностей не может вменяться в вину именно самому заявителю и само по себе не может являться доказательством получения именно заявителем, как самостоятельным налогоплательщиком, необоснованной налоговой (правовая позиция Конституционного Суда РФ, изложенная в Определении от 16.10.2003 № 329-О). 

Суд первой инстанции верно отметил, что непредставление спорными контрагентами налогоплательщика документов (в том числе паспорта качества на заявленную поставку нефтепродуктов) само по себе не может свидетельствовать о наличии умысла именно у самого общества на искажение фактов своей хозяйственной деятельности.

Неявка руководителей контрагентов в налоговый орган на допрос не может являться безусловным основанием для вывода о нереальности сделок и как следствие поводом для отказа самому обществу в налоговом вычете по НДС, поскольку сам последнее никак не могло повлиять на это обстоятельство. 

Суд первой инстанции правильно указал, что свидетельские показания руководителей спорных контрагентов, отрицающих факт участия в финансово-хозяйственной деятельности рассматриваемых юридических лиц не могут опровергнуть факт осуществления реальных хозяйственных операций (поставку) между налогоплательщиком и контрагентами в силу того, что физические лица (должностные лица общества, учредители) могут отрицать причастность к принятию решений по ведению его хозяйственной жизни, чтобы избежать уголовной ответственности, предусмотренной ст. 173.1 УК РФ, а сами по себе свидетельские показания не могут являться достаточным основанием для установления отсутствия фактических финансово-хозяйственных отношений между налогоплательщиком и его контрагентом, т.к. данные физические лица безусловно являются заинтересованными лицами, отрицая свое отношение к соответствующему обществу, во избежание от уголовной ответственности, в том числе и за возможную неуплату налогов по указанным сделкам (Определение Верховного Суда РФ от 29.12.2015 № 307-КГ15-17058 по делу № А26-6639/2014, постановление Арбитражного суда Московского округа от 22.01.2016 № Ф05-19547/2015 по делу № А40-26068/15, постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 02.09.2015 № Ф07-6204/2015 по делу № А26-6639/2014, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 26.07.2016 № Ф06-10803/2016 по делу № А49-9189/2015).

Оценивая представленные сторонами в дело доказательства суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что факт приобретения товара в том объеме, который указан в представленных заявителем документах, материалами выездной налоговой проверки не опровергнут. 

Как верно указал суд первой инстанции, при отсутствии надлежащих доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику - обществу налоговым органам необходимо исследовать и доказывать недобросовестность действий именно самого налогоплательщика по выбору контрагента (контрагентов) и обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом налогоплательщика (по первому звену). 

Отсутствие работников у контрагента (контрагентов) само по себе не является признаком недобросовестности самого общества, поскольку закон не обязывает организацию иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. 

Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести финансово-хозяйственную деятельность (Определение Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399).  

Отсутствие у спорных контрагентов задекларированной материально-технической базы, персонала, минимизация им уплаты налогов, неисполнительность в своих налоговых обязанностях, сами по себе не порочат сделки с их участием по налоговым последствиям именно для самого общества, а касаются оценки деятельности только спорных контрагентов, за которую сам заявитель в силу положений закона ответственность нести не может (постановления Арбитражного суда Поволжского округа, соответственно: от 29.06.2018 № Ф06-34135/2018 по делу № А12-37867/2017, от 13.02.2018 по делу № А12-10631/201, от 13.09.2018 № Ф06-24135/2017 по делу № А55-2995/2016).

В обжалуемом судебном акте суд первой инстанции также обосновано указал, что осуществление спорными контрагентами платежей по минимальной оплате налогов и взносов, пеней и штрафов, платежей за банковское обслуживание и т.п. денежными средствами, поступившими от АО "НЕФТЬ", не свидетельствует об имитации финансовых операций, с целью подтверждения реальной деятельности «транзитной», по мнению налогового органа, фирмы, а также о согласованности действий именно самого проверяемого налогоплательщика и его поставщика, так как материалами данного дела в полной мере не подтверждаются факты участия АО «НЕФТЬ» в "схеме", направленной на противоправное "обналичивание" денежных средств, равно как и не было установлено налоговым органом в рамках проведенной выездной налоговой проверки, что денежные средства, перечисленные заявителем спорным контрагентам за поставку, в последующем были ими ему возвращены. 

Возложение ответственности на само АО «НЕФТЬ» по разрывам в цепочке в системе АИС НДС-3 за действия иных самостоятельных юридических лиц - контрагентов 2го и далее звена, которые в силу положений закона должны нести самостоятельную ответственность за свою предпринимательскую деятельность, противоречит позиции Верховного Суда РФ, указанной в Определении от 01.02.2016 № 308-КГ15-18629, из которого следует, что если компания и контрагенты 1го звена подтвердили реальность сделок, сделку нельзя признать фиктивной, если контрагенты 2го и далее звена оказались недобросовестными.

Оснований не согласиться с изложенными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции, с учетом всех юридически значимых обстоятельств по делу, в данном конкретном случае не усматривает.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции не принимает во внимание аналогичные контрдоводы налогового органа, приведенные в апелляционной жалобе, не относящиеся к взаимоотношениям между АО «НЕФТЬ» и спорными контрагентами, за деятельность которых данное общество не может нести ответственность.

Контрдовод налогового органа, изложенный в апелляционной жалобе, о прохождении денежных потоков налогоплательщика и спорных контрагентов по счетам, открытым в 2ух банках: ООО КБ «Столичный Кредит» и ПАО НКБ «Радиотехбанк», ранее был правомерно отклонен судом первой инстанции, так как осуществление расчетов с использованием одного банка само по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной (п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды").

По квалификации вменяемого АО «НЕФТЬ» нарушения, исходя из положений п. 1 ст. 54.1 НК РФ, согласно которому не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика, суд первой инстанции при рассмотрении данного дела пришел к следующим обоснованным выводам. 

Искажение сведений об операциях может быть произведено путем отражения в учете фактов, не имевших место в действительности, а также путем ложного отражения отдельных показателей операций, ведущих к уменьшению налоговой обязанности, или, напротив, посредством сокрытия (не отражения) фактов и (или) занижения показателей операций, в силу которых налоговая обязанность возникает, увеличивается или наступает ранее.

Как отмечено ФНС России в Письме от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ положения указанного пункта применяются в случае доказывания умышленных действий самого налогоплательщика, выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога. 

При отсутствии доказательств такого умысла у налогоплательщика методологическая (правовая) ошибка сама по себе не может признаваться искажением в целях применения п. 1 ст. 54.1 НК РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 110 НК РФ налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало, либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия). 

Согласно разъяснений ФНС России, данным в Письме от 18.08.2017 № СА-4-7/16152@, налоговым органам при доказывании обстоятельств по п. 1 ст. 54.1 НК РФ необходимо обеспечить получение доказательств, свидетельствующих об умышленном участии проверяемого налогоплательщика, обеспеченного в том числе действиями его должностных лиц и участников (учредителей) в целенаправленном создании условий, направленных исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды.

Вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения (п. 4 ст. 110 НК РФ).

В этой связи, суд апелляционной инстанции при повторном рассмотрении настоящего дела по правилам гл. 34 АПК РФ установил, что - 19.01.2023 2ым Отделом по расследованию особо важных дел Следственного управления по Самарской области было возбуждено уголовное дело по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ по факту уклонения от уплаты налогов в особо крупном размере АО «НЕФТЬ». 

Постановлением старшего следователя Следственного отдела по Промышленному району г. Самара, прикомандированного ко 2му Отделу по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета РФ по Самарской области подполковника юстиции ФИО17 от 19.04.2023 "О прекращении уголовного преследования, уголовного дела" было прекращено уголовное преследование и уголовное дело № 12302360026000011 в отношении ФИО16 по признакам преступления, предусмотренного п. "б" ч. 2 ст. 199 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (в связи с отсутствием события преступления"), и за ФИО16 было признано право на реабилитацию.

Судом апелляционной инстанции установлено, что поводом для возбуждения в отношении руководителя АО "НЕФТЬ" - ФИО16 уголовного дела № 12302360026000011 явились именно материалы, направленные налоговым органом, включая оспариваемое в рамках настоящего дела обществом Решение от 18.03.2022 № 15-11/23 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения", принятое по результатам выездной налоговой проверки, проведенной в отношении АО «НЕФТЬ» по НДС за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 и с 01.01.2019 по 31.12.2019.

Из указанного Постановления от 19.04.2023 "О прекращении уголовного преследования, уголовного дела" следует, что в ходе предварительного следствия было установлено наличие реальных взаимоотношений между АО «НЕФТЬ» и спорными контрагентами, в связи с чем, доначисление НДС по ООО «Север-Юг», ООО «ТК», ООО «Нефтяной продукт», ООО НК «Баррель», ООО «Пензастройпроект», ООО «Ойл Ресурс», ООО «Ойл-Стандарт», ООО «РесаТрейдОйл» признано неправомерным.

Допрошенные Следственным отделом по Промышленному району г. Самара (2ой Отдел по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета РФ по Самарской области) в ходе следствия в качестве свидетелей руководители указанных спорных контрагентов АО «НЕФТЬ», а именно директор ООО «Ойл-Стандарт» - ФИО9, директор ООО «Север-Юг» - ФИО8, директор ООО «ТК» - ФИО18, директор ООО «Нефтяной продукт» - ФИО19, директор ООО «Ойл Ресурс» - ФИО20, ООО «РесаТрейдОйл» - ФИО21 также прямо подтвердили фактическое ведение финансово-хозяйственной деятельности организаций, подтвердили взаимоотношений с АО «НЕФТЬ» и оказания услуг своими организациями для АО «НЕФТЬ», а также предоставили документы в подтверждение своих показаний о выполнении обязательств по договорам поставки, заключенным с АО «НЕФТЬ».

Также в ходе предварительного следствия было установлено, что в проверяемый налоговый период (4ый квартал 2017 года, 1ый, 2ой, 3ий, 4ый квартал 2019 года) АО «НЕФТЬ» выполняло работы по поставкам нефтепродуктов по договорам с большим количеством организаций, что соответствует основному уставному виду деятельности АО «НЕФТЬ».

Все договоры АО «НЕФТЬ» заключало с организациями, в том числе со спорными контрагентами, после соответствующей их надлежащей предварительной проверки, проявляя при этом зависящую от него должную осторожность и осмотрительность в отношении контрагентов для проверки их добросовестности и благонадежности, а именно при выборе организаций-контрагентов обществом была использована общедоступная информация, в том числе из сети Интернет (в частности, сервис на официальном Internet сайте ФНС России, сервис в системе «Контур-Экстерн»), также обществом были запрошены и получены от организаций-контрагентов все необходимые, в т.ч. учредительные документы, документы по государственной регистрации контрагентов в качестве юридических лиц и их постановке на учет в соответствующей налоговой инспекции.

При этом из материалов по данному делу следует, что в проверяемом налоговом периоде все организации-контрагенты АО «НЕФТЬ» числились в ЕГРЮЛ в качестве действующих юридических лиц, были в установленном Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" зарегистрированы в качестве юридических лиц, поставлены после предварительной проверки соответствующими налоговыми инспекциями на налоговый учет, фактически осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность, что не может свидетельствовать об их неблагонадежности.

Выводы, сделанные Следственным отделом по Промышленному району г. Самара (2ой Отдел по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета РФ по Самарской области) в ходе предварительного следствия, также подтверждаются материалами по настоящему делу и установленными судом первой инстанции при его рассмотрении юридически значимыми обстоятельствами.

Реальность совершенных между обществом и его контрагентами хозяйственных операций также подтверждена представленными обществом договорами, счетами-фактурами, товарными накладными и документами, которые также были представлены налогоплательщиком по запросу налогового органа.

 С учетом установленного факта реальности взаимоотношений по поставке нефтепродуктов между АО «НЕФТЬ» и спорными контрагентами, суд первой инстанции правомерно не усмотрел в данном конкретном случае предусмотренного законом основания для вывода об умышленном участии проверяемого налогоплательщика в целенаправленном создании условий, направленных исключительно на получение им необоснованной налоговой выгоды, что является необходимым условием для применения положений п. 1 ст. 54.1 НК РФ.

В апелляционной жалобе инспекция и управление в обоснование своей позиции указывают на такое обстоятельством как "рейдерский захват" производства и хищение всех активов у ООО «Нефтяной Альянс» учредителями ООО «НПК ЛИДЕР» и последующую передачу данных активов в аренду АО «НЕФТЬ», которое, по мнению апеллянтов, осуществляло деятельность по производству нефтепродуктов.  

Между тем, в обжалуемом судебном акте относительно указанного контрдовода налогового органа суд первой инстанции пришел к следующим обоснованным должным образом выводам.

Аргументация налогового органа основывается на показаниях свидетеля - ФИО22, который считает, что учредителями ООО НПК «Лидер» был осуществлен рейдерский захват производства и хищение всех активов у ООО «Нефтяной Альянс», которые впоследствии были переданы в аренду АО «НЕФТЬ». 

Отклоняя в качестве несостоятельной ссылку налогового органа в обоснование контрдовода о наличии указанного "рейдерского захвата" на показания свидетеля - ФИО22, как на недопустимое доказательство по данному делу, суд первой инстанции в полной мере установил, что допрос гр. ФИО22 был проведен налоговым органом только уже после окончания проведения рассматриваемой выездной налоговой проверки, оформления Акта "Выездной налоговой проверки" и вынесения оспариваемого Решения, истребование документов по Поручениям, соответственно: от 20.01.2022 № 1108, от 10.01.2022 № 75, от 12.01.2022 №  411, от 12.01.2022 № 329, также было произведено налоговым органом вне рамок осуществленных мероприятий налогового контроля по указанной выше выездной налоговой проверки.

Руководствуясь положениями ст. 89, подп. 11 п. 3 ст. 100, п. 4, 6 ст. 101 НК РФ, ч. 3 ст. 64, ст. 68 АПК РФ, разъяснениями Пленума ВАС РФ, данными в п. 27 Постановления от 30.07.2013 № 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части 1ой НК РФ", правовой позицией ВАС РФ, изложенной в Определении от 06.03.2008 № 2291/08, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о получении перечисленных выше доказательств с нарушением налоговым органом установленного законом порядка сбора доказательств.

Также, по мнению суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции правильно критически оценил показания свидетеля - ФИО22, основанных на его субъективном мнении об осуществлении "рейдерского захвата" производства и хищении активов ООО «Нефтяной Альянс» учредителями ООО «НПК Лидер». 

Судом первой инстанции был верно отмечен факт привлечения ФИО22 к уголовной ответственности, предусмотренной п. "б" ч. 2 ст. 171 УК РФ "Незаконное предпринимательством", за осуществление предпринимательской деятельности без лицензии в случаях, когда такая лицензия обязательна по эпизоду строительства нефтеперерабатывающего завода, что подтверждается вступившим в законную силу приговором Пугачевского районного суда Саратовской области от 19.04.2017 по уголовному делу № 1-14(2)/2017.

При повторном рассмотрении настоящего дела суд апелляционной инстанции не усматривает предусмотренных законом оснований для переоценки указанного правомерного вывода суда первой инстанции, в связи с чем, соглашается с указанной должным образом обоснованной позицией суда первой инстанции. 

Суд первой инстанции верно отметил, что ссылка инспекции и управления в обоснование своей позиции по делу, в том числе на правовую позицию Пленума ВАС РФ, изложенную в п. 78 Постановления от 30.07.2013 № 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами ч. 1ой НК РФ" не исключает того обстоятельства, что доказательства совершенного налогоплательщиком нарушения только тогда могут считаться таковыми, когда они собраны в строгом соответствии с требованиями НК РФ.  

Документы, полученные за рамками налоговой проверки, в нарушение установленной НК РФ процедуры сбора доказательств, совершенного налогоплательщиком правонарушения, не могут быть признаны допустимыми доказательствами в силу ст. 68 АПК РФ. 

Аналогичный вывод изложен ФАС Московского округа в постановлении от 05.06.2009 № КА-А40/3497-09 по делу № А40-31759/08-126-78.

Кроме того, как обосновано указал суд первой инстанции, показания свидетеля - ФИО22 в любом случае не могут быть приняты во внимание, поскольку они противоречат установленным в ходе судебного разбирательства юридически значимым обстоятельствам.

Так, в соответствии с подп. 1.1 п. 1 Договора аренды от 30.08.2018 № Н-1/8, заключенного между ООО «НПК Лидер» (арендодатель) и АО «НЕФТЬ» (арендатор), арендодатель передает за плату арендатору во временное пользование следующие объекты, находящиеся по адресу: Саратовская области, Ивантеевский район, Раевское муниципальное образование, участок, прилегающий к северной стороне территории ЗАО «Кэпитал Ойл»: 

-подп. 1.1.1 подп. 1.1 п. 1 Договора - нежилое здание «Административно-бытовой корпус», кадастровый номер: 64:14:000000:3106; 

-подп. 1.1.2 подп. 1.1 п. 1 Договора - емкостной парк в количестве 7ми емкостей, общей суммарной емкостью 1 000 м3, входящий в Производственную площадку подготовки и переработки нефти, кадастровый номер: 64:14:020301:261; 

-подп. 1.1.3 подп. 1.1 п. 1 Договора - оборудованная наливная эстакада для слива-налива нефти; 

-подп. 1.1.4 подп. 1.1 п. 1 Договора - насосная группа; 

-подп. 1.1.5 подп. 1.1 п. 1 Договора - трансформаторная подстанция.

Вопреки доводу налогового органа, изложенной в апелляционной жалобе, о "рейдерском захвате", право собственности на имущество ООО «Нефтяной Альянс» прекратилось на основании вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Саратовской области от 02.12.2016 по делу № А57-6044/2016, оставленного без изменения  постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2017 по делу № А57-6044/2016, в соответствии с которым было обращено взыскание в пользу ООО «Новаторов» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на имущество, принадлежащее ООО «Нефтяной Альянс», включая нежилое здание «Административно-бытовой корпус», назначение: нежилое, 2ух-этажный (подземных этажей - 0), общая площадь 272,3 м2, инв. № 63:219:002:000047740, Лит. А, адрес (местонахождение) объекта: Саратовская область, Ивантеевский район, Раевское муниципальное образование, участок, прилегающий к северной стороне ЗАО «Кэпитал Ойл», кадастровый (или условный) номер: 64:14:000000:3106 и сооружение «Производственная площадка подготовки и переработки нефти», назначение: сооружения нефтеперерабатывающей промышленности, 1но-этажный, инв. № 63:219:002:000047980, Лит. IY, II, III, Y, H, площадь застройки 1 413,7 м2 по адресу: Саратовская область, Ивантеевский район, Раевское муниципальное образование, участок, прилегающий к северной стороне ЗАО «Кэпитал Ойл», кадастровый (или условный) номер: 64:14:020301:261.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Саратовской области от 23.06.2017 по делу № А57-6044/2016 была произведена замена взыскателя по первоначальному иску ООО «Новаторов» на его правопреемника - ООО «НПК Лидер», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>.

Таким образом, как установил суд первой инстанции, контрдовод налогового органа, также повторно воспроизведенный в апелляционной жалобе, о "рейдерском захвате" опровергается вступившими в законную силу судебными актами Арбитражного суда Саратовской области по делу № А57-6044/2016. 

Суд первой инстанции верно указал на то, что ссылка инспекции и управления на умышленное не указание в Договоре аренды реальных производственных мощностей и не включение в состав арендуемого имущества «пункта подготовки и переработки нефти» не может быть принята во внимание, так как является только субъективным мнением налогового органа (в данном случае - апеллянтов).

При повторном рассмотрении настоящего дела суд апелляционной инстанции разделает вывод суда первой инстанции о том, что нельзя признать состоятельными и контрдоводы налогового органа, которыми обосновывается ведение налогоплательщиком деятельности по производству нефтепродуктов. 

Как правомерно отмечено судом первой инстанции, сервисное обслуживание жидко-топливной горелки, приобретение воздушных отопителей «Планар», предпусковых жидкостных подогревателей не могут бесспорно свидетельствовать о какой-либо производственной деятельности, поскольку не являются специфическим оборудованием ограниченного предназначения. 

Из данных суду первой инстанции обществом пояснений следует, что нефтеперерабатывающая промышленность требует использования специальных аппаратов, позволяющих наладить бесперебойную работу технологически сложного производственного цикла. Каких-либо подтверждений наличия и использования такого оборудования в деятельности АО «НЕФТЬ» материалы данного дела не содержат.

Причины повышенного расхода электроэнергии (в июле выше, чем в феврале) не могут быть поставлены в зависимость исключительно от производственной деятельности, так как основной вид деятельности АО «НЕФТЬ» не исключает различного потребления электроэнергии вне зависимости от времени года. Кроме того, дополнительный расход электроэнергии не исключает бытовой составляющей, с учетом нахождения на арендуемой территории сотрудников АО «НЕФТЬ», в том числе для факультативных нужд (в том числе, для обогрева помещений).

Судом первой инстанции было установлено и подтверждается как содержанием самого оспариваемого Решения, так и материалами по данному делу, что указанный контрдовод налогового органа основан лишь исключительно на предположениях последнего, при не установлении в полной мере в рамках выездной налоговой проверки действительной причины дополнительного расхода электроэнергии на указанном объекте общества.

В свою очередь, в силу АПК РФ судебный акт арбитражного суда не может быть основан только на предположениях налогового органа, поскольку согласно ч. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Относительно указания налогового органа на установление фактов, свидетельствующих об осуществлении деятельности АО «НЕФТЬ» по производству нефтепродуктов на производственной площадке по адресу: Саратовская область, Ивантеевский район, Раевское муниципальное образование, участок, прилегающий к северной стороне территории ЗАО «Кэпитал-ойл». 

Как уже было установлено судом первой инстанции и отражено в обжалуемом судебном акте, данное обстоятельство, по мнению налогового органа, подтверждается проведенными контрольными мероприятиями, а именно допросом свидетеля - ФИО22, являющегося генеральным директором ООО «Нефтяной Альянс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и полученными документами по Поручению от 20.01.2022 № 1108 от ГАУ Саратовский РЦЭС (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), по Поручению о предоставлении документов ООО «Теплостарсервис» от 10.01.2022 № 75, по Поручению об истребовании документов у ФИО23 от 12.01.2022 № 411, по Поручению в адрес ПАО «Саратовэнерго» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на представление документов по взаимоотношениям с ООО НПК «Лидер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), по Поручению от 12.01.2022 № 329 об истребовании документов у ООО «СНКОйл».

При рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции было установлено, что дата начала рассматриваемой выездной налоговой проверки – 14.10.2020, дата окончания выездной налоговой проверки – 15.06.2021. 

В оспариваемом Решении налоговым органом в п. 15 указаны сведения о рассмотренных материалах выездной налоговой проверки: 

-Акт от 16.08.2021 № 16-11/18 "Выездной налоговой проверки";

-Возражения налогоплательщика от 23.09.2021 б/н на Акт от 16.08.2021 № 16-11/18 "Выездной налоговой проверки";

-Дополнение от 23.11.2021 к Акту от 16.08.2021 № 16-11/18 "Выездной налоговой проверки";

-Возражения налогоплательщика от 21.12.2021 № 53082 на Дополнения к Акту от 16.08.2021 № 16-11/18 "Выездной налоговой проверки". 

В соответствии с п. 6 ст. 101 НК РФ в случае необходимости получения дополнительных доказательств для подтверждения факта совершения нарушений законодательства о налогах и сборах или отсутствия таковых руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе вынести решение о проведении в срок, не превышающий один месяц (два месяца - при проверке консолидированной группы налогоплательщиков, иностранной организации, состоящей на учете в налоговом органе в соответствии с п. 4.6 ст. 83 настоящего Кодекса), дополнительных мероприятий налогового контроля. 

В решении о назначении дополнительных мероприятий налогового контроля излагаются обстоятельства, вызвавшие необходимость проведения таких дополнительных мероприятий, указываются срок и конкретная форма их проведения. 

В качестве дополнительных мероприятий налогового контроля может проводиться истребование документов в соответствии со ст.ст. 93 и 93.1 настоящего Кодекса, допрос свидетеля, проведение экспертизы. 

В соответствии с п. 6.1 ст. 101 НК РФ начало и окончание дополнительных мероприятий налогового контроля, сведения о мероприятиях налогового контроля, проведенных при осуществлении дополнительных мероприятий налогового контроля, а также полученные дополнительные доказательства для подтверждения факта совершения нарушений законодательства о налогах и сборах или отсутствия таковых, выводы и предложения проверяющих по устранению выявленных нарушений и ссылки на статьи настоящего Кодекса в случае, если настоящим Кодексом предусмотрена ответственность за эти нарушения законодательства о налогах и сборах, фиксируются в дополнении к акту налоговой проверки. 

Дополнение к акту налоговой проверки должно быть составлено и подписано должностными лицами налогового органа, проводящими дополнительные мероприятия налогового контроля, в течение пятнадцати дней со дня окончания таких мероприятий. 

Из имеющихся в данном деле документов следует и было установлено судом первой инстанции, что рассматриваемая выездная налоговая проверка была проведена инспекцией на основании Решения от 14.10.2020 № 16-11/7, проверка начата - 14.10.2020, окончена - 15.06.2021. 

Сведения о внесении изменений в Решение о проведении выездной налоговой проверки, о продлении срока проведения выездной налоговой проверки, приостановлении и возобновлении проведения выездной налоговой проверки приведены в Справке о проведении выездной налоговой проверки от 15.06.2021 № 16-11/8. 

Как уже было установлено судом первой инстанции, допрос свидетеля - ФИО22 был проведен налоговым органом уже после окончания выездной налоговой проверки и вынесения оспариваемого Решения, истребование документов по Поручениям, соответственно: от 20.01.2022 № 1108, от 10.01.2022 № 75, от 12.01.2022 № 411, от 12.01.2022 № 329, также было произведено налоговым органом вне рамок мероприятий налогового контроля. 

В соответствии со ст. 89 НК РФ срок проведения выездной налоговой проверки исчисляется со дня вынесения решения о назначении проверки и до дня составления справки о проведенной проверке. 

Согласно подп. 11 п. 3 ст. 100 НК РФ в акте проверки указываются сведения о мероприятиях налогового контроля, проведенных при осуществлении налоговой проверки. 

В случае необходимости получения дополнительных доказательств для подтверждения факта нарушений законодательства о налогах и сборах или отсутствии таковых руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе вынести решение о проведении в срок, не превышающий один месяц, дополнительных мероприятий налогового контроля (п. 6 ст. 101 НК РФ). 

В данном решении излагаются обстоятельства, вызвавшие необходимость проведения таких мероприятий, а также указывается срок и конкретная форма их проведения. 

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, налоговый орган устанавливает четкую и последовательную процедуру формирования доказательств, свидетельствующих о совершении налогоплательщиком нарушений законодательства о налогах и сборах, их систематизации и соответствующего оформления, которые впоследствии являются основой для принимаемого налоговым органом решения.

Доказательства совершенного налогоплательщиком нарушения только тогда могут считаться таковыми, когда они собраны в строгом соответствии с требованиями НК РФ. 

Как уже правомерно отметил суд первой инстанции, в п. 27 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами ч. 1ой НК РФ" разъяснено, что истребование у налогоплательщика, его контрагентов или иных лиц (в том числе государственных органов) документов, касающихся деятельности налогоплательщика, допускается лишь в период проведения в отношении этого налогоплательщика налоговой проверки либо дополнительных мероприятий налогового контроля. 

В связи с этим судам следует исходить из того, что требование о представлении необходимых документов может быть направлено налоговым органом указанным лицам только в пределах сроков, предусмотренных соответственно п. 2 ст. 88, п. 6 ст. 89 и п. 6 ст. 101 Кодекса. 

Поэтому, принимая во внимание положения п. 4 ст. 101 НК РФ, согласно которым при рассмотрении материалов налоговой проверки не допускается использование доказательств, полученных с нарушением Кодекса, доказательства, истребованные налоговым органом после истечения указанных сроков, не могут быть учтены налоговым органом при рассмотрении материалов налоговой проверки. 

В соответствии с позицией ВАС РФ, изложенной в Определении от 06.03.2008 № 2291/08, НК РФ устанавливает четкую и последовательную процедуру формирования доказательств, свидетельствующих о совершении налогоплательщиком нарушений законодательства о налогах и сборах, их систематизации и соответствующего оформления, которые впоследствии являются основой для принимаемого налоговым органом решения. 

Доказательства совершенного налогоплательщиком нарушения только тогда могут считаться таковыми, когда они собраны в строгом соответствии с требованиями НК РФ. 

На применение иного порядка п. 4 ст. 82 НК РФ установлен прямой запрет.

Аналогичный подход реализован и в АПК РФ, в частности ч. 3 ст. 64 АПК РФ, предусматривает прямой запрет на использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона, ст. 68 АПК РФ установлен критерий допустимости доказательств, в соответствии с которым обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. 

Исходя из изложенного, суд первой инстанции руководствуясь положениями ст.ст. 89, 100, 101 НК РФ пришел к правомерному выводу о том, что проведение налоговым органом допроса свидетеля и сбор документов (по Поручению от 20.01.2022 № 1108 от ГАУ Саратовский РЦЭС, по Поручению о предоставлении документов ООО «Теплостарсервис» от 10.01.2022 № 75, по Поручению об истребовании документов у ФИО23 от 12.01.2022 № 411, по Поручению, направленному в адрес ПАО «Саратовэнерго» на представление документов по взаимоотношениям с ООО НПК «Лидер», по Поручению от 12.01.2022 № 329 об истребовании документов у ООО «СНКОйл») после окончания выездной налоговой проверки является нарушением установленного законом порядка сбора доказательств, в связи с чем, указанные документы в соответствии с ч. 3 ст. 64, ст. 68 АПК РФ не могут рассматриваться как допустимое доказательство по делу. 

Кроме того, как уже было отражено в обжалуемом судебном акте, суд первой инстанции правомерно оценил критически показания свидетеля - ФИО22, который при его допросе налоговым органом высказал свое субъективное мнение о том, что учредителями ООО НПК «Лидер» был осуществлен рейдерский захват производства и хищение всех активов у ООО «Нефтяной Альянс», которые (по его мнению) впоследствии были переданы в аренду АО «НЕФТЬ», поскольку показания данного свидетеля прямо опровергаются имеющимися доказательствами по данному делу, а сам указанный свидетель вступившим в законную силу приговором суда общей юрисдикции был привлечен к уголовной ответственности за осуществление предпринимательской деятельности без лицензии в случаях, когда такая лицензия обязательна по эпизоду строительства нефтеперерабатывающего завода.

В отношении приобретения АО «НЕФТЬ» компонента дизельного топлива высоковязкого (ДткВ) 2ой сорт суд первой инстанции правильно отметил, что основным видом деятельности налогоплательщика является торговля оптовая твердым, жидким и газообразным топливом и подобными продуктами (код ОКВЭД 46.71). 

Следовательно, приобретение обществом оговоренной продукции не исключает ее дальнейшую реализацию. 

В рассматриваемом случае не может иметь решающего значения то обстоятельство, что налоговым органом не установлена дальнейшая реализация продукции, поскольку продукция (товар) может приобретаться налогоплательщиком не под какой-то конкретный заказ соответствующего потенциального покупателя, а храниться на складе общества до его востребования либо для дальнейшего последующего использования в предпринимательской деятельности в соответствии с уставными видами деятельности налогоплательщика. 

При этом налоговый орган в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не указал и не представил в дело надлежащих, относимых и допустимых в силу ст.ст. 64, 67 и 68 АПК РФ доказательств использования обществом данной продукции в своей производственной деятельности.

Вопреки контрдоводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку тому обстоятельству, что АО «НЕФТЬ» не были поданы в налоговый орган сведения о регистрации обособленного подразделения по адресу аренды помещений.

Так, судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте верно было отмечено, что отсутствие регистрации обособленных подразделений по адресам аренды может лишь свидетельствовать о нарушении налогоплательщиком норм налогового законодательства РФ, но не может служить безусловным доказательством того, что арендуемые помещения фактически не использовались налогоплательщиком в его финансово-хозяйственной деятельности.

Суд апелляционной инстанции не признает обоснованным контрдовод апеллянтов, приведенный в апелляционной жалобе, об умышленных (намеренных) действиях со стороны АО «НЕФТЬ» о не представлении документов по Требованию налогового органа, так как заявитель в исполнение требований ч. 1 ст. 65 АПК РФ, как при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции, так и при рассмотрении данного дела по правилам гл. 34 АПК РФ подтвердил, что не отказывался представить запрошенные налоговым органом документы, поскольку их отсутствие у налогоплательщика было связано с пожаром, произошедшим в помещении, где они хранились. 

Данное юридически значимое обстоятельство прямо подтверждается имеющейся в настоящем деле Справкой уполномоченного органа - органа пожарного надзора от 10.02.2021 № 31-4-23-39. 

Как было установлено судом первой инстанции и следует из материалов по настоящему делу, из ответа ФИО16 (вопрос № 33 Протокола допроса от 05.02.2021), равно как из самого вопроса, не следует о каких именно документах идет речь. 

Поскольку налоговый орган указывает на ограниченное количество не представленных обществом в срок документов (861 документ) и не отрицает частичное предоставление документов со стороны налогоплательщика, то подтверждение отсутствия не представленных документов на территории помещения общества, в котором в действительно произошел пожар, не должно со стороны налогового органа носить вероятностный характер. 

В рамках проведенного налоговым органом допроса, при ответе на вопрос ФИО16 дал пояснения относительно сохранности «документов общества» и «документов, касающихся его производственной деятельности». 

Из данного ответа не представляется возможным сделать однозначный вывод о том, что речь идет именно о тех документах, которые были запрошены налоговым органом и не представлены обществом.

В силу того, что в соответствии со ст. 3 НК РФ неустранимые сомнения трактуются в пользу налогоплательщика, добросовестность которого презюмируется, у суда первой инстанции действительно не имелось предусмотренных законом оснований для принятия ссылки налогового органа на проведенный налоговым органом допрос ФИО16, как на надлежащее доказательство умышленного "сокрытия" обществом спорных документов.

Контрдовод налогового органа о выходе суда первой инстанции за пределы заявленных обществом требований, судом апелляционной инстанции отклоняется в качестве несостоятельного. 

Так, в рассматриваемом случае, резолютивная часть решения суда первой инстанции соответствует заявленному обществом требованию о признании недействительным Решения Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области от 18.03.2022 № 15-11/23 "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения" в редакции Решения УФНС России по Самарской области от 07.07.2022 № 03-30/086.

В отношении контрдовода апеллянтов, приведенного в апелляционной жалобы о том, что в представленных обществом в ходе выездной налоговой проверки договорах поставки нефтепродуктов отсутствует информация, позволяющая идентифицировать проблемные операция (не указан способ, срок поставки, отсутствует маршрут, не представлены дополнительные соглашения/спецификации и т.д.) суд апелляционной инстанции отмечает, что непредставление указанных документов, при условии реальности взаимоотношений по поставке нефтепродуктов обществу со стороны его контрагентов, само по себе не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, на что также было правомерно указано судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте. 

Рамочный характер имеющихся в материалах данного дела договоров поставки, по сути, не исключает, кроме прочего, возможность их исполнения путем совершения конклюдентных действий, то есть, их исполнение может быть выражено в поведении сторон гражданско-правового договора, а не в документе. 

Кроме того, как было установлено судом первой инстанции в ходе судебного разбирательства, заявитель дал пояснения налоговому органу об утрате ряда документов в результате произошедшего пожара, факт которого сторонами не опровергается и подтвержден имеющимся в деле доказательством - Справкой уполномоченного органа - органа пожарного надзора от 10.02.2021 № 31-4-23-39.

Суд первой инстанции правомерно указал, что в силу положений НК РФ за не представление документов со стороны спорных контрагентов сам заявитель ответственности нести не может.

Налоговый орган в силу п. 2 ст. 32 НК РФ обязан осуществлять контроль за соблюдением законодательства РФ о налогах и сборах всеми налогоплательщиками.

Именно налоговый орган обязан своевременно выявлять допущенные налогоплательщиками нарушения налогового законодательства, запрашивать у налогоплательщиков причины низкой налоговой нагрузки, пресекать участие в схемах уклонения от налогообложения и предпринимать меры к легализации плательщиками объектов налогообложения.

Действующим налоговым законодательством РФ не предусмотрено наступление для самого налогоплательщика негативных налоговых последствий в случае неправомерных действий/бездействия его контрагентов, тем более контрагентов 2го, 3го, 4го звена (уровня), в том числе связанных с исполнением ими налоговых обязательств перед бюджетом, если сам налогоплательщик в рамках гражданско-правовых отношений действует добросовестно. При этом добросовестность самого общества налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ посредством представления суду первой инстанции именно надлежащих, относимых и допустимых в силу ст.ст. 64, 67 и 68 АПК РФ доказательств не опровергнута. 

По аналогичным правовым основаниям отклоняется контрдовод налогового органа, изложенный в апелляционной жалобе, об отсутствии паспортов качества на продукцию и разрешений на перевозку опасных грузов. 

Как верно отмечено судом первой инстанции, само по себе не представление документов не может свидетельствовать о наличии именно у общества умысла на искажение фактов хозяйственной деятельности и, как следствие, на именно на него не может быть возложена ответственность за неправомерные действия/бездействие всех участников сделки - контрагентов различных звеньев. 

Кроме того, суд первой инстанции правильно отметил, что такой документ, как паспорт качества продукции не является первичным документом для применения налогового вычета НДС.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на обобщенность контрдовода налогового органа, приведенного в апелляционной жалобе, относительно отсутствия разрешения на перевозку опасных грузов, а именно - налоговым органом не расшифровывается по какому конкретно из эпизодов поставки не оформлялись соответствующие разрешения, не приводится данных об отнесении перевозимого именно конкретного груза к категории грузов повышенной опасности в соответствии с п. 1.10.3.1 Приложения А к Европейскому соглашению о международной дорожной перевозке опасных грузов (ДОПОГ).

Между тем, в ходе судебного разбирательства судом первой инстанции было установлено, что налогоплательщиком были представлены необходимые первичные документы, оформленные в соответствии с требованиями законодательства РФ - в соответствии со ст. 169 НК РФ и ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете". 

Таким образом, надлежащие и неопровержимые доказательства наличия в действиях именно самого общества признаков недобросовестности, злоупотребления правом на налоговый вычет по НДС и необоснованности получения именно самим налогоплательщиком налоговой выгоды налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ в материалы дела не были представлены, а выводы инспекции, изложенные как в Акте "Выездной налоговой проверки", так и в оспариваемом Решении в указанной части носят предположительный характер, что является нарушением требований подп. 12 п. 3 ст. 100 НК РФ, п. 3.2 Требований к составлению акта налоговой проверки, приведенных в Приложении № 28 к Приказу ФНС России от 07.11.2018 № ММВ-7-2/628@. 

Право налогоплательщика на налоговые вычеты НДС не поставлено действующим законодательством РФ в зависимость от действий (бездействия) поставщиков.

В этой связи, судом первой инстанции правомерно был отклонен в качестве несостоятельного контрдовод налогового органа о том, что единственным покупателем спорных контрагентов в рассматриваемом случае является АО «НЕФТЬ». 

В силу положений действующего законодательства РФ общество не может и не могло влиять на формирование взаимоотношений своих поставщиков с прочими покупателями и не может и не могло располагать такой информацией. При этом сам налоговый орган, утверждая, что общество является единственным покупателем спорной продукции (товара), приводит в оспариваемом Решении диапазон стоимости продаж от 33,2 % до 100 % по отношению только к периоду выездной налоговой проверки, тем самым опровергая свое же утверждение, поскольку даже получение контрагентом 100 % выручки от общества означает только то, что в определенный период контрагент работал с одним (крупным) покупателем, то есть не свидетельствует о каком-либо допущенном именно обществом нарушении.

Относительно контрдовода налогового органа, также воспроизведенного в апелляционной жалобе, о номинальности руководителя - генерального директора АО «НЕФТЬ» суд первой инстанции пришел к следующему правомерному выводу.

Как было установлено судом первой инстанции, информация о том, что руководитель АО «НЕФТЬ» - ФИО16 принимает участие в органах управления и является учредителем в перечисленных в оспариваемом решении (а также в апелляционной жалобе) организациях, не соответствует действительности. 

Так, согласно сведениям ЕГРЮЛ, ООО «В-ГРУППА» прекратило деятельность свою деятельность в качестве юридического лица -  12.12.2013, ООО «ПИК-ФИНАНС» прекратило свою деятельность в качестве юридического лица - 24.05.2013, ООО «СИНЕГРИЯ» прекратило свою деятельность в качестве юридического лица - 11.04.2019, ООО "СТАРТАКС-САМАРА" прекратило свою деятельность в качестве юридического лица - 30.09.2010. 

ООО «ГОЛДЕН ГРУПП», в котором ФИО16 является директором и единственным участником, было создано - 22.03.2021, то есть уже после периода рассматриваемой выездной налоговой проверки.

Суд первой инстанции верно указал, что то обстоятельство, что ФИО16 при его допросе затруднился ответить на ряд вопросов налогового органа не свидетельствует о его номинальности, как руководителя общества, так как см допрос был проведен инспекцией намного позднее проверяемого налогового периода, в связи с чем налоговым органом не было учтено, любое физическое лицо, в силу его физиологических особенностей занимающее руководящую должность, любой среднестатистический человек без заранее представленных инспекцией вопросов не сможет без затруднений, без подготовки и изучения документации дать подробные показания в рамках его допроса налоговым органом относительно событий, которые имели место много лет назад. 

Тактический прием внезапности задаваемых на допросе вопросов, примененный инспекцией, не привел и не мог привести к установлению ею обстоятельств, подлежащих установлению при проведенной выездной налоговой проверки налогоплательщика. 

Суд первой инстанции обосновано указал на то, что протоколы допросов, собранные инспекцией в рамках выездной налоговой проверки, сами по себе не являются самостоятельными и достаточными доказательствами отсутствия факта взаимоотношений по поставке нефтепродуктов между обществом и его контрагентами. 

По сути, налоговый орган не принял во внимание, что дать подробные показания при проведении инспекцией допроса физического лица по событиям, которые происходили много лет назад, для соответствующего физического лица - невозможно. 

Поэтому, как не безосновательно отметил суд первой инстанции, допрашиваемое физическое лицом (допрашиваемые физические лица) могут дать запутанные или противоречивые показания, которые толкуются налоговым органом выборочно исключительно в пользу оспариваемого Решения. 

Суд первой инстанции по результатам изучения и оценки показаний граждан - ФИО24, ФИО25, ФИО26, пришел к выводу о том, что они не могут подтверждать номинальность генерального директора АО "НЕФТЬ" - ФИО16, поскольку основаны на полном отрицании осведомленности о данном акционерном обществе, его контрагентах и иных сотрудниках, включая ФИО27, с которым налоговый орган связывает фактический контроль над обществом. 

По мнению суда апелляционной инстанции суд первой инстанции верно указал, что такое полное отрицание "осведомленности" АО "НЕФТЬ" невозможно при наличии фактических трудовых отношений или выполнении иной аналогичной функции в интересах одного лица.

Суд первой инстанции также обосновано отметил, что такое обстоятельство, как установление заработной платы генеральному директору АО "НЕФТЬ" - ФИО16 и его подчиненному – ФИО27 в разных размерах, не может рассматриваться как свидетельство того, что последний является бенефициаром общества. 

Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда; системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. 

Таким образом, система оплаты труда устанавливается работодателем самостоятельно, но с соблюдением норм трудового законодательства РФ.

В соответствии со ст. 144 ТК РФ Правительство РФ может устанавливать базовые оклады (базовые должностные оклады), базовые ставки заработной платы по профессиональным квалификационным группам. Для работников коммерческих организаций трудовое законодательство такого не предусматривает, при установлении заработной платы все без исключения работодатели должны соблюдать только установленный минимальный размер оплаты труда (ст. 133 ТК РФ).

Также ст. 145 ТК РФ установлено, что условия оплаты труда руководителей иных организаций, не относящихся к организациям государственного сектора, их заместителей, главных бухгалтеров и заключающих трудовой договор членов коллегиальных исполнительных органов иных организаций устанавливаются по соглашению сторон трудового договора. 

Следовательно, такие работодатели самостоятельно определяют систему оплаты труда всех своих работников, в том числе размер оклада. 

Кроме того, трудовое законодательство РФ не устанавливает, что заработная плата и оклад, в частности, у руководящих должностей должны быть выше, чем у должностей, находящихся под их руководством.

Статьи 21, 129, 132 ТК РФ устанавливают, что заработная плата зависит от квалификации, сложности труда, количества и качества выполненной работы, условий выполняемой работы и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных ТК РФ. 

При этом в силу ст. 2 ТК РФ одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений признается принцип равенства прав и возможностей работников.

В п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами РФ ТК РФ» отмечено, что под деловыми качествами работника следует, в частности, понимать способности физического лица выполнять определенную трудовую функцию с учетом имеющихся у него профессионально-квалификационных качеств (например, наличие определенной профессии, специальности, квалификации), личностных качеств работника (например, состояние здоровья, наличие определенного уровня образования, опыт работы по данной специальности, в данной отрасли).

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Таким образом, работники, занимающие различные должности, очевидно, обладают и различным набором деловых качеств, необходимых для выполнения конкретной трудовой функции. 

Следовательно, при разработке системы оплаты труда и определении размера оклада соответствующий работодатель должен руководствоваться условиями выполняемой работы, сложностью труда и квалификацией, необходимой лицу для занятия определенной вакансии. 

Очевидно, что по должностям, по которым на рынке труда спрос превышает предложение, оклад и заработная плата в целом могут быть значительно выше, чем по иным должностям, в том числе и руководящим. Индивидуальный подход к оплате труда каждого работника соответствует действующему трудовому законодательству РФ.

Суд апелляционной инстанции наряду с судом первой инстанции также отмечает, что указанный вывод налогового органа основан на исследовании Справок 2-НДФЛ в 2019-2020 годах, а также анализе Выписок по расчетному счету. 

Однако, налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ в материалы данного дела не представлено документов, которые позволяли бы оценить выполняемые функции, а также квалификацию сотрудника АО «НЕФТЬ» - ФИО27, как более низкую, что очевидным образом ставило бы под сомнение получение им необоснованно завышенной заработной платы. 

Кроме того, из оспариваемого Решения следует, что налоговым органом не раскрыт состав перечислений ФИО27, что не исключает возможное получение им обоснованных стимулирующих выплат, премий по итогу выполнения определенных работ, покрытие командировочных расходов и т.д. 

Суд первой инстанции верно указал, что такое обстоятельство, как отсутствие перечислений (выплаты) заработной платы через расчетный счет общества не свидетельствует о ее не получении, так как выдача средств может происходить через кассу организации. 

Кроме того, Справки 2-НДФЛ за 2019-2020 годы лишь частично относятся к периоду рассматриваемой выездной налоговой проверки. 

Решение о распределении чистой прибыли между участниками является правом, а не обязанностью общества (ст. 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью").

Контрдовод налогового органа о фактическом контроле ФИО27 над АО «НЕФТЬ» по признаку наличия у него Доверенности от 27.08.2018  б/н на передачу документов в АО «Райффайзенбанк», связанных с расчетно-кассовым обслуживанием счетов и получение документов по счетам, судом апелляционной инстанции, как и судом первой инстанции отклоняется в качестве несостоятельного, ввиду отсутствия подтверждения совершения ФИО27 каких-либо распорядительных от имени общества действий по указанной Доверенности, способных оказать влияние на деятельность общества.

Таким образом, контрдовод налогового органа о номинальности генерального директора АО «НЕФТЬ» - ФИО16 не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции.

Материалами настоящего дела подтверждено, что в проверяемый налоговый период АО «НЕФТЬ» выполняло работы по поставкам нефтепродуктов по договорам с большим количеством организаций, что соответствует основному виду уставной деятельности данного акционерного общества.

Как уже было установлено судом первой инстанции, при выборе контрагентов обществом в силу предоставленных ей законодателем возможностей использовалась общедоступная информация, в том числе из сети Иinternet (просматривались имеющиеся страницы (сайты)), в частности, сервис на официальном Internet сайте ФНС России, сервис в системе «Контур-Экстерн», от контрагентов были запрошены и получены все документы по должной осмотрительности. 

В проверяемом налоговом периоде все организации-контрагенты заявителя числились в ЕГРЮЛ, были зарегистрированы в установленном законом порядке в качестве юридических лиц, поставлены на налоговый учет, осуществляли реальную хозяйственную деятельность, что не может свидетельствовать об их неблагонадежности. 

В рамках данного дела налоговый орган в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не представил суду первой инстанции для изучения и оценки по правилам, установленным ст.ст. 71 и 162 АПК РФ, надлежащие доказательства наличия у налогового органа обоснованных и веских претензий к деятельности спорных контрагентов заявителя в рассматриваемый налоговый период и принятия налоговым органом в отношении спорных контрагентов предусмотренных законом мер воздействия. 

Как было установлено судом первой инстанции, а также подтверждается результатами проведенного Следственным отделом по Промышленному району г. Самара (2ой Отдел по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета РФ по Самарской области) допроса в качестве свидетелей руководителей спорных контрагентов АО «НЕФТЬ», спорные контрагенты указали на фактическое ведение в проверяемый налоговый период финансово-хозяйственной деятельности своих организаций, на наличие финансово-хозяйственных взаимоотношений с АО «НЕФТЬ» и выполнение договорных обязательств для данного акционерного общества.

Из материалов по данному делу также следует, что о самостоятельности и осуществлении спорными контрагентами в проверяемый налоговый период реальной хозяйственной деятельности свидетельствует наличие взаимоотношений с иными контрагентами, представление налоговой отчетности, уплата налогов, что подтверждается Выписками с расчетных счетов контрагентов. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о несостоятельности контрдовода налогового органа о том, что спорные контрагенты в проверяемый налоговый период не имели возможности осуществлять реальную хозяйственную деятельность, ввиду отсутствия складских помещений, материалов, необходимых для выполнения работ, имущества, транспортных средств, поскольку налоговым органом не было учтено, что отсутствие у данных контрагентов материальных и трудовых ресурсов не исключает реального осуществления ими хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды именно самим обществом, ввиду возможности привлечения контрагентами необходимого трудового потенциала - физических лиц к осуществлению какой-либо деятельности по договорам гражданско-правового характера, привлечения материально-технических ресурсов на условиях договоров аренды. 

Указанные обстоятельства нельзя рассматривать, как признак недобросовестности контрагентов и отсутствие у них возможности вести реальную хозяйственную деятельность (Определение Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399).

Вопреки контрдоводам налогового органа, изложенным в апелляционной жалобе, указанные обстоятельства были исследованы судом первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку в обжалуемом судебном акте.

Кроме того, как верно отметил суд первой инстанции по результатам изучения и оценки имеющих в деле доказательств, вступая в гражданские правоотношения с поставщиками продукции (товаров), общество исходило из необходимости привлечения контрагентов, цены товаров, других условий договоров, которые устраивают общество в определенный период времени. 

В силу положений ГК РФ, условия договора определяются по усмотрению сторон (ст. 421 ГК РФ). 

Исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон (ст. 424 ГК РФ).

Суд первой инстанции верно отметил, что то обстоятельство, что отдельные спорные контрагенты в платежных поручениях в графе «назначение платежа» не указали на такие платежи как - платеж за поставку дизельного топлива, конденсата газового смесевого, смеси нефтегазоконденсатной и др., может быть только предположением инспекции о нарушениях, возможно допущенных самими некоторыми контрагентами при оформлении данных платежных документов, но не являться надлежащим доказательством, свидетельствующим о допущенном именно со стороны самого заявителя нарушения налогового законодательства РФ.

Кроме того, как обосновано указал суд первой инстанции, контрагенты 3го и последующих звеньев могут приобретать товар для его перепродажи у иных поставщиков, вследствие чего то обстоятельство, что поставщики спорных контрагентов сами не осуществляют деятельность, связанную с реализацией, закупкой, хранением, производством нефтепродуктов, в данном конкретном случае не может быть принят во внимание, поскольку отсутствие продукции (товара) и невозможность ее (его) поставки материалами дела не подтверждается.

При рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции было установлено, что контрдовод налогового органа о невозможности хранения АО «НЕФТЬ» продукции (товара), приобретенного в проверяемый налоговый период у контрагентов, по причине наличия в распоряжении данного акционерного общества 7и цистерн общим объемом 1 000 м3, расположенных на арендуемой производственной площадке, опровергается материалами дела.

Так, помимо Договора аренды от 30.08.2018 № Н-1/8, заключенного между АО «НЕФТЬ» и ООО "НПК ЛИДЕР", в материалах дела имеются, соответственно:

-Договор аренды от 01.09.2017 № 1-ЗУ, согласно которого АО «НЕФТЬ- арендует земельный участок у ООО «СибирьАвтоСервис» по адресу: 628310, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, 

<

...>, под размещение передвижных емкостей для хранения ГСМ;

-Договор от 03.07.2017 "Хранения нефтепродуктов", заключенный с ООО «Славтранс»;

-Договор от 30.05.2018 № 8 "Оказания услуг по сливу и наливу углеводородного сырья", заключенный с ООО «Топливно-Транспортная Компания»;

-Договор субаренды от 24.07.2017 № 13/03-20, заключенный с ООО «СТО Авторассвет», нежилого помещения, емкостной парк в количестве 18ти шт. емкостей, общей суммарной емкостью 900 м3;

-Договор от 30.05.2018 "Оказания услуг по приему, хранению и погрузке груза", заключенный с ООО «Бяркат».

-Договор аренды от 01.10.2020 № 1А/10/2020, согласно которого АО «НЕФТЬ» арендует земельный участок и недвижимое имущество («Центральный пункт сбора нефти и налива в ЖД цистерны») у ЗАО «Кэпитал Ойл».

Проанализировав имеющиеся в настоящем деле документы (доказательства), суд апелляционной инстанции наряду с судом первой инстанции находит надлежащим образом обоснованным довод заявителя о возможности осуществления им в проверяемый налоговый период хранения приобретаемых нефтепродуктов. 

Кроме того, наличие указанных выше гражданско-правовых договоров также свидетельствует об осуществлении АО «НЕФТЬ» в проверяемый налоговый период основного вида деятельности по коду ОКВЭД 46.71.

Контрдовод налогового органа относительно отсутствия оплаты и частичную оплату за поставку нефтепродуктов по мнению суда апелляционной инстанции был правомерно отклонен судом первой инстанции.

Выводы инспекции, изложенные в оспариваемом Решении, основаны на анализе движения денежных средств по расчетным счетам. 

Вместе с тем, в соответствии с п. 1 ст. 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями. 

Таким образом, законодатель не ограничивает стороны договора поставки использованием только безналичной формы расчетов. Иная форма может быть предусмотрена соглашением сторон.

Подпунктом 4.3 п. 4 Договора поставки от 05.10.2018 № БПе-0000518, заключенного между ООО «Пензастройпроект» (поставщик) и АО «НЕФТЬ» (покупатель) предусмотрено, что по соглашению стороны вправе изменить форму оплаты и порядок расчетов, предусмотренный настоящим разделом на иной, не запрещенный действующим законодательством РФ. 

Материалами по настоящему делу подтверждено, что аналогичные по содержанию условия предусмотрены Договором поставки от 16.04.2018 № 1.04-2018, заключенного между «Ойл-Стандарт» (поставщик) и АО «НЕФТЬ» (покупатель), Договором поставки от 01.07.2017 № ГСМ-07/1-П, заключенного между ООО «НК «Баррель» (поставщик) и АО «НЕФТЬ», Договором поставки от 08.10.2018 № 08/10-1, заключенного между АО «НЕФТЬ» (поставщик) и ООО «Ресатрейдойл» (покупатель), Договором поставки нефтепродуктов от 26.03.2018 № 2018.03/02, заключенного между ООО «Нефтяной Продукт» (поставщик) и АО «НЕФТЬ» (покупатель), Договором поставки  от 31.09.2019 № 19ТК310901, заключенного между ООО «ТК» (поставщик) и АО «НЕФТЬ» (покупатель). 

Все гражданско-правовые договоры АО «НЕФТЬ» со спорными контрагентами содержат условия о возможности изменения их условий путем подписания дополнительных соглашений.

Из изложенного следует, что отсутствие на момент проведения выездной налоговой проверки сведений о безналичном расчете за поставку нефтепродуктов не является прямым и неопровержимым свидетельством отсутствия расчетов (оплаты) между сторонами указанных гражданско-правовых договоров. 

Данные обстоятельства не исключают проведение расчетов (оплаты) между сторонами соответствующего договора иным не запрещенным законом и согласованным ими способом.

В рамках проведенной инспекцией выездной налоговой проверки общество неоднократно поясняло инспекции о том, что невозможность предоставления им документов связана с их утратой в результате произошедшего пожара в помещении, где они хранились. 

При оценке указания налогового органа об отсутствии перевозок продукции (товара), суд первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта правомерно исходил из следующего.

Как было установлено и указано самим налоговым органом продукция (товар) закупалась (закупался) «проблемными контрагентами» у реальных поставщиков, а также то, что на складе общества числился товар для перепродажи третьим лицам. 

Кроме того, согласно анализу движения денежных средств по расчетному счету налоговым органом были установлены расчеты с логистическими компаниями и индивидуальными предпринимателями, осуществляющими перевозки специализированным автомобильным транспортом, что согласуется с показаниями свидетеля - ФИО27 (Протокол допроса от 03.02.2021), который показал, что поставка продукции (товара) осуществлялась путем заключения договоров с перевозчиками: ИП ФИО19, ИП ФИО28, ООО «Транском», ИП ФИО29, допросы которых, как следует из материалов по настоящему делу, налоговым органом не  были проведены, а, следовательно, как верно указал суд первой инстанции реальность закупки и поставки товара у спорных контрагентов налоговым органом не опровергнута.

Относительно ссылки налогового органа на показания, из которых следует, что индивидуальные предприниматели, оказывающие транспортные услуги по перевозке грузов для ООО «Север-Юг», не осуществляли транспортировку нефти, нефтепродуктов, нефтесодержащей жидкости, газового конденсата, суд первой инстанции верно отметил, что допросы индивидуальных предпринимателей - перевозчиков налоговым органом были проведены лишь частично. При этом, вопреки контрдоводам налогового органа, из показателей некоторых свидетелей (ИП-перевозчиков) не следует, что они не осуществляли транспортировку нефти, нефтепродуктов, нефтесодержащей жидкости, газового конденсата. 

Так, согласно Протоколу допроса от 12.04.2021 ИП Берет А.О. показал, что в собственности имеет транспортные средства (далее в т.ч. – ТС): Скания (г/н 

<

***> О216АУ44), ДАВ В461ВК164, Рено В138ВМ164 и др., дизельные тягачи, изометрические полуприцепы. Перевозку нефти, нефтепродуктов, нефтесодержащей жидкости, газового конденсата не отрицал, однако на поставленные вопросы данный свидетель, что не помнит и не знает спорного контрагента (в том числе других контрагентов), не может сказать от каких организаций в принципе осуществлял перевозки и какие. 

Аналогичные показания (не помню, не знаю) были даны налоговому органу свидетелем - ИП ФИО30 (Протокол допроса 08.04.2021).

Также, суд первой инстанции обосновано указал, что критически относится к показаниям свидетеля - ИП ФИО31, ФИО32, поскольку их показания являются сбивчивыми, данные свидетели в них путаются, на большинство вопросов налогового органа ответили "не помню или не знаю".

Так, из допроса ИП ФИО31 (Протокол допроса от 12.04.2021, ответы на вопросы № 6, № 8 и № 9) следует, что в собственности имеет 8мь единиц ТС и прицепов, данный индивидуальный предприниматель не помнит всех спорных контрагентов, с которыми взаимодействовал несколько лет назад. 

На вопрос налогового органа: «С каким организациями заключены договоры не перевозку нефти, нефтепродуктов … за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 и с 01.01.2019 по 31.12.2019?» указанный индивидуальный предприниматель ответил, что не помнит и, что ему необходимо поднять соответствующие документы. 

При этом на вопрос налогового органа: «Для кого осуществлялась перевозка сырой нефти и прочих нефтепродуктов …?» данный индивидуальный предприниматель ответил, что транспортные средства не предназначены для таких перевозок. На вопрос налогового органа: «… кто являлся грузоотправителем нефтепродуктов? … грузополучателем? Где заказчиком выступал ООО «Север-Юг» ИП ФИО31, категорически не отрицая, всего лишь ответил, что не помнит. 

ФИО32 при ее допросе налоговым органом показала, что с 2017 по 2020 года являлась начальником Отдела логистики ООО «Самарская Топливная компания», при этом из некоторых вопросов следует, что ее допрос проводился как ИП (Протокол допроса от 13.04.2021).

Так, ФИО32 показала, что в аренде находились грузовые ТС арендованные у ФИО33, тягач-одиночка Валдай (ответ на вопрос № 3). Организация ООО «Север-Юг» ей знакома, как грузоотправитель (ответ на вопрос № 5), на вопрос № 8 «По каким маршрутам производилась перевозка сырой нефти, конденсата газового, смеси газоконденсатной, мазута, дизельного топлива, бензина и других нефтепродуктов в 2017 году, в 2019 году, где заказчиком выступало ООО «Север-Юг», свидетель показала, что грузоперевозка осуществлялась в 2017-2018 годы, при этом на вопрос № 28 ответила, что "... характер груза не помню ...", также на вопрос № 9 показала, что перевозка горюче-смазочных материалов не осуществлялась.

При повторном рассмотрении данного дела по апелляционной жалобе налоговых органов суд апелляционной инстанции считает необходимым дополнительно отметить обоснованность непринятия судом первой инстанции во внимание показаний иных свидетелей (ИП-перевозчиков), которым, по мнению налогового органа, не была дана  оценка судом первой инстанции.

Так, из Протокола допроса ФИО14 (Протокол допроса от 14.04.2021) следует, что она является индивидуальным предпринимателем (ответ на вопрос налогового органа № 1), указывает, что в собственности транспортных средств не было, только по договорам аренды, характеристики ТС не раскрывает, указывает, что договоры не сохранились (ответы на вопросы налогового органа № 2, № 3), не отрицает взаимоотношений с ООО «Север-Юг», в которых последний выступал заказчиком (ответ на вопрос налогового органа № 5). 

При этом на вопрос налогового органа № 8: «По каким маршрутам производилась перевозка сырой нефти, конденсата газового, смеси газоконденсатной, мазута, дизельного топлива и других нефтепродуктов в 2017 году, в 2019 году, где заказчиком выступал ООО «Север-Юг», ответила, что была одна поездка, в качестве заказчика указала ООО «Резерв» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (дата прекращения деятельности - 13.11.2020).

Из Протокола допроса ФИО12 (Протокол допроса от 19.04.2021) следует, что он является индивидуальным предпринимателем более 10ти лет (ответ на вопрос налогового органа № 1), имеет в собственности транспортные средства марки МАН, Вольво, Скания, ДАФ и Камаз (ответ на вопрос налогового органа № 2), при ответе на вопрос налогового органа № 5: «Знакомы ли вам организации ООО «Юкола-Нефть», ООО «Химпром-Органик», ООО «НоваТрейд», АО «НЕФТЬ», ООО «Ресатрейдойл», ООО «Санеко», ООО «Север-Юг», ООО «Юг-Нефтепродукт», ООО «ТК», ООО «Нефтяной продукт», ООО «НК Баррель», ООО «Пензастройпроект», ООО «ТК Югнефтепродукт», ООО «Эвиком», ООО «Ойл Стандарт», ООО «Ойл-Ресурс», ООО «Группа компаний МЛН», ООО «Спецэнергоснаб» лишь пояснил, что затрудняется ответить, являлись ли перечисленные организации грузоотправителями, грузополучателями, заказчиками. 

При этом указанный свидетель на многие вопросы налогового органа отвечал - «не перевозил нефть сырую или другие нефтепродукты» даже в тех случаях, когда вопросы не имели отношения к перевозке нефтепродуктов (например, вопрос налогового органа № 25 «Как и где водители получают путевые листы? Каким образом и кем проверяются спидометры ТС?», вопрос налогового органа № 26 «Кто страховал транспортные средства, собственником/водителем которых Вы являлись?» и др.).

Свидетель ФИО15 (Протокол допроса от 07.04.2021) отвечая на вопрос налогового органа № 5 (аналогичный по содержанию вопросу налогового органа № 5 из Протокола допроса ФИО12) показала, что: «перечисленные организации мне не знакомы и взаимоотношений с ними никогда не имела». В то же время отвечая на вопрос налогового органа № 28: «имеете/имели ли финансово-хозяйственные взаимоотношения с ООО «Север-Юг»? Был ли заключен договор с ООО «Север-Юг»? ... Какие еще работы, услуги оказывались для ООО «Север-Юг»?, данный свидетель дала показания о том, что была произведена оплата за перевозку удобрений для другой фирмы, то есть, ООО «Север-Юг» была третьим лицом, осуществляющим оплату за другую фирму.

Из Протокола допроса свидетеля ФИО13 (Протокол допроса от 30.03.2021) следует, что она является индивидуальным предпринимателем (ответ на вопрос налогового органа № 1), при ответе на вопрос налогового органа № 5 (аналогичный по содержанию вопросу налогового органа № 5 из Протокола допроса ФИО12) показала, что все организации запомнить не может, так как большой поток заказчиков, необходимо смотреть документы, кто был заказчиком или грузополучателем.

При этом, отвечая на часть вопросов налогового органа относительно перевозки нефтепродуктов, такую деятельность отрицает (например, ответы на вопросы налогового органа № 6, № 8, № 9, № 12, № 14), на часть вопросов налогового органа также касающихся перевозки нефтепродуктов отвечает «не помню» или «не знаю» (например, ответы на вопросы налогового органа № 10, № 11, № 18). 

Свидетель ФИО11 (Протокол допроса от 07.04.2021) показал, что отрицает перевозку опасных грузов, является экспедитором. В то же время, на вопрос налогового органа № 12: «Из каких скважин производился налив сырой нефти в нефтевозы? Кому принадлежат данные скважины?» данный свидетель ответил - «не знаю». На вопрос налогового органа № 23: «Имеют ли водители специальное разрешение на перевозку особо опасных грузов? Перечислите какие разрешения должны быть у водителя с собой? Назовите категорию водительских прав?» ответил - «не знаю».   

Из Протокола свидетеля ФИО10 (Протокол допроса от 06.04.2021) следует, что он является индивидуальным предпринимателем (ответ на вопрос налогового органа № 1), отрицает перевозку нефтепродуктов. Однако, на вопрос налогового органа № 9: «Для кого еще осуществлялась перевозка сырой нефти и прочих нефтепродуктов … за период с 01.10.2017 по 31.12.2017 и с 01.01.2019 по 31.12.2019?» ответил - «не знаю».

Таким образом показания указанных свидетелей являются неуверенными, противоречивыми, по сути, состоящих их типовых ответов, на многие вопросы налогового органа данные свидетели ответили только - «не помню» или «не знаю».

Суд апелляционной инстанции при повторном рассмотрении настоящего дела тщательно изучив и оценив указанные Протоколы допросов свидетелей установил, что в любом случае никто из допрошенных налоговым органом указанных свидетелей категорически не отрицает реальной деятельности в проверяемый налоговый период в сфере перевозок. Большинство из данных свидетелей только не помнит своих контрагентов, что, с учетом давности проверяемого налогового периода (периода деятельности свидетелей по отношению к дате проведенного налоговым органом допроса), не исключает факта работы с конкретными оговоренными заказчиками и поставщиками, упомянутыми в Протоколах допроса свидетелей. 

Кроме того, не каждый перевозимый вид товаров, включая определенные виды нефтепродуктов (например, определенные классы дизельного топлива), относятся к категории грузов повышенной опасности в соответствии с п. 1.10.3.1 Приложения А к Европейскому соглашению о международной дорожной перевозке опасных грузов (ДОПОГ). 

Следовательно, построение налоговым органом вопросов при проведении допроса указанных свидетелей таким образом, чтобы любая перевозка нефтепродуктов отождествлялась с получением соответствующего разрешения, не способствует установлению реальности взаимоотношений по перевозке соответствующих грузов.

Контрдовод налогового органа, изложенный в рассматриваемой апелляционной жалобе о том, что транспортировка продукции (товара) не производилась, на что, по мнению апеллянтов, указывает отсутствие документального подтверждения (ТТН, ж/д накладных, путевых листов и т.д.) отклоняется судом апелляционной инстанции, по следующим основаниям.

 В соответствии с нормами налогового законодательства РФ, требованиями Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", а также Постановлением Президиума ВАС РФ от 09.12.2010 № 8835/10, для факта приобретения товаров и принятия на учет (оприходования), соответственно, для принятия к вычету НДС и расходов по налогу на прибыль организаций, наличие товарно-транспортной накладной не требуется, а подтверждающим документом может быть товарная накладная, универсальный передаточный документ, либо любой первичный учетный документ, содержащий обязательные реквизиты, а, следовательно, необходимость в получении от контрагентов - поставщиков товарно-транспортных накладных (как и путевых листов, ж/д накладных и т.д.) у общества в рассматриваемом случае отсутствовала.

Суд апелляционной инстанции находит обоснованным отклонение судом первой инстанции контрдовода налогового органа о том, что подписи руководителя ООО "СеверЮг" - ФИО8 и ООО "Ойл-Стандарт" - ФИО9 в представленных УПД визуально отличаются от его подписи на Договоре от 28.07.2017 № 28/07-1 и в регистрационном деле указанного налогоплательщика, так как в рамках проведенной выездной налоговой проверки инспекция не воспользовалась своим правом, предусмотренным ст. 95 НК РФ, и не провела почерковедческую экспертизу в рамках.

Кроме того, при рассмотрении данного дела по существу налоговый орган также по своему волеизъявлению не заявлял ходатайство о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы. 

Визуальное сличение налоговым органом, не обладающим специальными познаниями в области экспертной деятельности, подписей на соответствующих документах не является надлежащим доказательством, подтверждающим их отличие, поскольку это является лишь субъективным мнением налогового органа, которое в силу АПК РФ не может быть положено в основу судебного акта.

Более того, как следует из материалов по настоящему делу, указанные лица были допрошены в установленном УПК РФ порядке в качестве свидетелей по уголовному делу № 12302360026000011. 

Допрошенные Следственным отделом по Промышленному району г. Самара (2ой Отдел по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета РФ по Самарской области) в ходе следствия в качестве свидетелей руководители указанных спорных контрагентов АО «НЕФТЬ», а именно директор ООО «Ойл-Стандарт» - ФИО9, директор ООО «Север-Юг» - ФИО8 (как и остальные руководители спорных контрагентов) прямо подтвердили фактическое ведение финансово-хозяйственной деятельности организаций, подтвердили взаимоотношений с АО «НЕФТЬ» и оказания услуг своими организациями для АО «НЕФТЬ», а также предоставили документы в подтверждение своих показаний о выполнении обязательств по договорам поставки, заключенным с АО «НЕФТЬ».

Оценивая контрдовод налогового органа о совпадении IP-адресов по управлению расчетным счетом (в один день, в одно время), суд первой инстанции правомерно отметил, что данный контрдовод заявлен налоговым органом в отношении лишь некоторых спорных контрагентов (между АО «НЕФТЬ» и ООО «НК «Баррель», ООО «Ойл-Стандарт», ООО «Ойл Ресурс», ООО «Ресатрейдойл»), а также по отправке отчетности (ООО «ТК»). 

Суд апелляционной инстанции разделает вывод суда первой инстанции о том, что данное обстоятельство не может безусловно свидетельствовать о согласованности (подконтрольности) действий между АО "НЕФТЬ" и указанными контрагентами. 

Налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не было представлено надлежащих доказательств совершения между обществом и его спорным контрагентом согласованных и/или совместных действий, при которых осуществлялся вход в онлайн банк, и в рамках проведенной выездной налоговой проверки не были установлены фактические исполнители (физические лица), которые этот вход осуществляли. Само по себе совпадение IP-адресов при представлении налогвоой отчетности не свидетельствует, что расчетными счетами АО «НЕФТЬ» и ООО «ТК» распоряжалось одно лицо. 

В большинстве случаев для подключения к сети применяются динамические IP-адреса, что дает провайдеру возможность обслуживать больше клиентов, чем реальное количество свободных адресов, находящихся во владении провайдера. В результате динамические IP-адреса соединения с интернетом могут совпадать у весьма значительного числа устройств, в том числе и при отправлении отчетности бухгалтерами различных организаций. 

Следовательно, вывод налогового органа об использовании одного IP-адреса, как признака подконтрольности указанного спорного контрагента АО "НЕФТЬ" основан лишь на его предположениях.

Кроме того, следует отметить, что IP-адрес - это сетевой адрес узла в компьютерной сети, а не адрес конкретного компьютера. 

В свою очередь, налоговым органом при проведении выездной налоговой проверки не было установлено совпадение MAC-адреса: в отличии от адресов IP, MAC-адрес дает четкое понимание о взаимосвязи выхода в сеть с того или иного устройства.

Совпадение IP-адреса не может являться обстоятельством, которое указывает на связанность и подконтрольность организаций без установления совпадения с MAC-адресом. 

Аналогичные выводы изложены в постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 № 11АП-20524/2022 по делу № А55-18834/2022, в постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2023 № 07АП-11092/22 по делу № А03-5539/2022 и др.

Более того, как верно было отмечено судом первой инстанции, авторизация клиентов в банке производится не по IP/MAC-адресам, а по логинам, паролям и ЭЦП.

Налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не были представлены надлежащие доказательства того, что необходимые для управления расчетными счетами посредством интернет-систем типа "банк-клиент" ключи электронно-цифровых подписей, предоставленных банковскими учреждениями названным организациям-клиентам, находились в распоряжении сотрудников самого заявителя или связанных с ним лиц.

Выводы налогового органа о том, что совместное использование АО «НЕФТЬ» и спорными контрагентами одного партнера - АО «ПФ «СКБ Контур» и выдача доверенности в проверяемый налоговый период налогоплательщиком и контрагентам - ООО «Север-Юг», ООО «НК «Баррель», ООО «Ойл-Ресурс», ООО «Ойл-Стандарт» на представление интересов одному и тому же физическому лицу - ФИО6, свидетельствуют о нарушении обществом ст. 54.1 НК РФ и указывают на согласованность действий всех участников рассматриваемых спорных хозяйственных операций, правомерно были признаны судом первой инстанции ошибочными, поскольку представление отчетности всех организаций и АО «НЕФТЬ» в налоговый орган по системе одного партнера - АО «ПФ «СКБ Контур» в режиме "обслуживающая бухгалтерия", с учетом реального осуществления хозяйственной деятельности всеми хозяйствующими субъектами не свидетельствует, вопреки контрдоводам налогового органа, о едином ведении налогового учета последними.

Как верно указал суд первой инстанции, само по себе подписание бухгалтерской и налоговой отчетности заявителя и ООО «Север-Юг», ООО «НК «Баррель», ООО «Ойл-Ресурс», ООО «Ойл-Стандарт» одним лицом – ФИО6 по Доверенности, на что ссылается налоговый орган, не опровергает факта, что у каждой организации и заявителя имелись лица, ответственные за составление и проверку бухгалтерской и налоговой отчетности. 

В нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ надлежащих доказательств влияния ФИО6 на результаты совершенных между обществом и его контрагентами сделок налоговым органом в материалы дела не было представлено. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что аналогичная позиция применима в отношении ФИО7 по представлению интересов контрагентов: ООО «ТК», ООО «Нефтяной продукт» и ООО «Ресатрейдойл».

Суд апелляционной инстанции дополнительно отмечает, что выездная налоговая проверка проводилась налоговым органом в отношении периода деятельности общества с 01.01.2017 по 31.12.2017 и с 01.01.2019 по 31.12.2019. 

При этом датой оформления - Доверенностей на ФИО6 является 19.12.2019 (то есть за 13ть дней до окончания проверяемого налогового периода).

Датами оформления Доверенностей на ФИО7 являются, соответственно: 10.04.2019 и 27.05.2019. 

Учитывая значительно небольшой период полномочий ФИО6 по выданным Доверенностям относительно к проверяемому налоговому периоду, не указание со стороны налогового органа на совершение конкретных действий доверенными лицами, отсутствие аналогичной доверенности АО «НЕФТЬ» на ФИО7, вывод налогового органа о согласованности в действиях налогоплательщика и его контрагентов нельзя признать надлежащим образом обоснованным.

Согласно п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). 

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ, после их принятия на учет. 

Таким образом, при расчете НДС налогоплательщики основываются на первичных бухгалтерских документах, в частности, счетах-фактурах.

В обоснование произведенных расходов АО «НЕФТЬ» были представлены первичные документы, подтверждающие реальность хозяйственных операций с контрагентами: ООО «Север-Юг», ООО «ТК», ООО «НК Баррель», ООО «Пензастройпроект», ООО «Ойл Ресурс», ООО «Нефтяной продукт», ООО «Ресатрейдойл» и ООО «Ойл-Стандарт», в том числе гражданско-правовые договоры, счета-фактуры, универсальные передаточные документы. 

Как было установлено судом первой инстанции, все первичные документы оформлены в соответствии с требованиями законодательства РФ (в соответствии со ст. 169 НК РФ и ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете"). 

В п. 2.2.2. оспариваемого Решения инспекции отмечено, что согласно п. 3 ст. 169 НК РФ в проверяемом налоговом периоде АО «НЕФТЬ» оформляло счета-фактуры, вело книги покупок и книги продаж в соответствии с «Правилами ведения журналов учета полученных и выставленных  счетов-фактур, применяемых при расчетах по НДС», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26.12.2011 № 1137.

В ходе выездной налоговой проверки налоговым органом была проведена проверка соблюдения действовавших в проверяемый налоговый период порядков оформления первичных учетных документов (формальная, арифметическая и правовая), по результатам которой нарушений не было установлено.

Таким образом, надлежащие и неопровержимые доказательства наличия в действиях именно АО «НЕФТЬ» признаков получения необоснованной налоговой выгоды в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ налоговым органом не представлены, а выводы последнего в указанной части носят предположительный характер. 

В соответствии со ст. 123 Конституции РФ, ст.ст. 7, 8, 9 АПК РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с ч. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия, оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Для оценки наличия или отсутствия разумной деловой цели совершения сделок со спорными контрагентами, налоговому органу необходимо было всесторонне проанализировать условия совершенных сделок, а также специфику деятельности налогоплательщика.

Пунктом 6 ст. 108 НК РФ установлено, что лицо считается невиновным в совершении налогового правонарушения, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральном законом порядке. Лицо, привлекаемое к ответственности, не обязано доказывать свою невиновность в совершении налогового правонарушения. Обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы.

При этом неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Как было установлено судом первой инстанции, реальность осуществленных обществом в проверяемый налоговый период финансово-хозяйственных операций, достоверность и полнота сведений, содержащихся в представленных им документах фактически налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ в полной мере при отсутствии у суда первой инстанции каких-либо сомнений в правоте налогового органа не опровергнуты. 

Согласно п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). 

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции надлежащим образом оценивая именно в совокупности и взаимосвязи имеющиеся в данном деле доказательства с учетом доводов и контрдоводов лиц, участвующих в деле, пришел к правомерному выводу о том, что оспариваемый заявителем ненормативный правовой акт налогового органа (в оспариваемой части), не соответствует требованиям НК РФ и нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, что в силу положений ст.ст. 198, 201 АПК РФ является основанием для признания его недействительным, и, возложения на налоговый орган обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Приведенные налоговым органом в апелляционной жалобе контрдоводы (которые фактически повторяют позицию налогового органа, изложенную при рассмотрении настоящего дела в суде первой инстанции), выводы суда первой инстанции однозначно не опровергают, а по существу сводятся к несогласию апеллянтов с оценкой судом первой инстанции установленных юридически значимых обстоятельств по данному делу.

Между тем, иная оценка подателями апелляционной жалобы установленных судом первой инстанции обстоятельств по данному делу, а также иное толкование норм права не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права и не может служить предусмотренным законом основанием для отмены обжалуемого судебного акта. 

Контрдоводы налогового органа об универсальном характере выводов суда первой инстанции является субъективным мнением апеллянтов.

Контрдовод налогового органа о неполной оценке судом первой инстанции доказательств по настоящему делу является, по мнению суда апелляционной инстанции, неосновательным, поскольку все необходимые и юридически значимые для правильного разрешения спора обстоятельства были в полной мере установлены судом первой инстанции и отражены в обжалуемом судебном акте.

При этом согласно неоднократно высказываемой позиции Верховного Суда РФ, сама по себе ссылка заявителей на то, что суды не дали оценки всем их доводам и представленным в материалы дела доказательствам, не может быть признана состоятельной, поскольку отсутствие в мотивировочной части судебных актов выводов, касающихся оценки каждого представленного в материалы дела доказательства или заявленного довода, не свидетельствует о том, что они не были исследованы и оценены судами (Определение Верховного Суда РФ, соответственно: от 26.11.2021 № 302-ЭС21-21538 по делу № А33-31047/2019, от 08.11.2021 № 305-ЭС21-20363 по делу № А40-239483/2020 и др.).

Проведенный судом апелляционной инстанции повторный анализ материалов настоящего дела и содержания обжалуемого судебного акта свидетельствует о том, что выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной именно системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (ч. 1 ст. 65, ч.ч. 1 - 5 ст. 71 АПК РФ).

У суда апелляционной инстанции отсутствуют предусмотренные законом основания для переоценки выводов суда первой инстанции, признавшего наличие оснований для удовлетворения заявления общества. 

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что обжалуемый судебный акт был принят судом первой инстанции правомерно и обоснованно, при отсутствии нарушений судом первой инстанции процессуального закона, влекущих безусловную отмену обжалуемого судебного акта.

Судебные расходы общества по уплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ распределены судом первой инстанции правильно.

Таким образом, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, в связи с чем, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

В соответствии с подп. 1.1 п. 1 ст. 333.37 НК РФ податели апелляционной жалобы освобождены от уплаты государственной пошлины, в связи с чем вопрос о распределении судебных расходов согласно ст. 110 АПК РФ судом апелляционной инстанции не рассматривался.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 10.02.2023 по делу № А55-21943/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

Председательствующий    

А.Ю. Харламов

Судьи  

П.В. Бажан 

О.А. Лихоманенко