АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А75-891/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 февраля 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоЗабоева К.И.,

судейАникиной Н.А.,

ФИО1

при протоколировании судебного заседания с использованием системы веб-конференции помощником судьи Кимом А.О. рассмотрел кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Буровая компания «Евразия» на решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 08.08.2022 (судья Бухарова С.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2022 (судьи Веревкин А.В., Бодункова С.А., Еникеева Л.И.), принятые по делу № А75-891/2022 по иску акционерного общества «РН-Нягяньнефтегаз» (628183, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Буровая компания «Евразия» (123298, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании убытков.

Посредством системы веб-конференции в судебном заседании приняли участие представители: акционерного общества «РН-Нягяньнефтегаз» - ФИО2, действующий на основании доверенности от 01.01.2023 № 011-с; общества с ограниченной ответственностью «Буровая компания «Евразия» - ФИО3, действующий на основании доверенности от 01.01.2023 № 23-25/НФ.

Суд установил:

акционерное общество «РН-Нягяньнефтегаз» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Буровая компания «Евразия» (далее – буровая компания) о взыскании 294 697 руб. 78 коп. убытков.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 08.08.2022, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2022, иск удовлетворен.

Буровая компания обратилась с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в иске.

По мнению буровой компании, суды не учли, что несмотря на допущенную просрочку при бурении трех скважин, работы по договору в остальной части (бурениееще двадцати скважин) выполнены на 53,52 суток быстрее, чем предусмотрено договором, кроме того, непроизводительное время (далее – НПВ) сервисных компаний, возникшее из-за буровой компании, имело место в период нормативного срока бурения скважин, в то время как период просрочки и сумму убытков заказчика следует определять только по окончании такого срока.

Общество представило отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, находя их законными и обоснованными.

В судебном заседании представители сторон изложенные в кассационной жалобе и отзыве доводы поддержали.

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Как установлено судами, между обществом (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «СГК-Бурение» (впоследствии реорганизованным в форме присоединения к буровой компании) заключен договор от 09.11.2016 № 7410416/0869Д (далее – договор), согласно пункту 2.1 раздела 1 которого подрядчик обязался выполнить работы по бурению скважин в объеме и в сроки, определенные в нарядах-заказах и заявках, а заказчик обязался принять и оплатить результат выполненных работы.

В соответствии с пунктом 3.1.4 раздела 2 договора подрядчик исполняет обязательства с той должной мерой заботы, осмотрительности и компетентности, каких следует ожидать от пользующегося хорошей репутацией подрядчика, имеющего опыт выполнения предусмотренных договором работ.

Согласно пункту 3.1.6 раздела 2 договора заказчик сохраняет за собой право заключать с любой сервисной компанией договоры на выполнение работ или оказание услуг одновременно с работами на площадке. Подрядчик предоставляет заказчику и сервисной компании доступ и возможность выполнять работу и обязуется сотрудничать с названными компаниями.

Как согласовано в пункте 8.5 раздела 2 договора, в случае простоя сервисных компаний по вине подрядчика последний выплачивает заказчику полную стоимость такого простоя.

В подпункте «b» пункта 20.1 раздела 2 договора содержится заверение подрядчика о том, что при выполнении работ он будет применять все необходимые навыки, проявлять осторожность и усердие во время производства работ в соответствии с требованиями договора и надлежащими стандартами деятельности нефтепромыслов, а также методами выполнения работ.

Из представленных в материалы дела актов на непроизводительное время следует, что в период с 15.05.2019 по 13.05.2020 при выполнении работ по бурению скважин № 2176, 4509, 4810 куста № 154 лицензионного участка «Ем-Еговский» буровая компания допустила просрочку в исполнении обязательств, повлекшую за собой простой привлеченных обществом к работе сервисных компаний, то есть имело место НПВ, не относящееся к технологически необходимому для процедуры бурения.

В частности, на скважине № 2176 НПВ, связанное с превышением нормы времени на монтаж противовыбросового оборудования (ПВО), составило 13 часов (акт от 16.05.2019 № 1) вместо допустимых пунктом 2.1 приложения № 4.3 к договору 10 часов, на скважине № 4509 общее НПВ, затраченное на ремонт оборудования, составило 81 час, из которых 45 обусловлены действиями буровой компании (акты от 02.02.2020 № 1, от 12.02.2020 № 4, 5, 6, 7, 8, 10, 11, 12, 13, 14), на скважине № 4810 НПВ, затраченное на ремонт оборудования и иные внеплановые работы, составило 28 часов, из которых 16,5 часов обусловлены действиями буровой компании (акт от 13.05.2020 № 1), поскольку допустимое количество времени для ремонта оборудования составляет 2 % от общего времени бурения скважины (пункт 8(а) приложения № 4.2 к договору).

В связи с допущенными буровой компанией нарушениями принятых на себя обязательств, общество направило ей претензию от 02.03.2021 с требованием о погашении задолженности в размере 294 697 руб. 78 коп., складывающейся из стоимости простоя (НПВ) сервисных компаний, в том числе по скважине № 2176 в сумме 70 353 руб. 96 коп., по скважине № 4509 – 76 862 руб. 18 коп., по скважине № 4810 – 147 481 руб. 64 коп.

В ответном письме от 31.03.2021 буровая компания с предъявленными требованиями не согласилась, полагая, что убытки на стороне общества отсутствуют.

Общество вновь направило буровой компании претензию от 12.05.2021, повторно потребовав перечислить 294 697 руб. 78 коп. в счет возмещения убытков.

Претензии буровой компанией не удовлетворены.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения общества в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался статьями 12, 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), пунктами 1, 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) и исходил из доказанности возникновения на стороне общества убытков, обусловленных поведением буровой компании, в отсутствие их добровольной компенсации со стороны последней.

Восьмой арбитражный апелляционный суд с выводами суда первой инстанции согласился.

Суд округа не находит оснований для отмены или изменения судебных актов.

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о возмещении убытков разъяснены в пункте 12 Постановления № 25 и пункте 5 Постановления № 7.

Из указанных разъяснений следует, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Другими словами, при предсказуемости негативных последствий в виде возникновения убытков, которые нарушитель обязательства как профессиональный участник оборота мог и должен был предвидеть, причинная связь не подлежит доказыванию лицом, потерпевшим от нарушения, а презюмируется. Однако в иных ситуациях причинная связь доказывается кредитором на общих основаниях (статьи 9, 65 АПК РФ).

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав с достаточной полнотой и оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения и установили имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

Аргументированная оценка судами относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, позволила судам прийти к выводу об обоснованности заявленных исковых требований.

Подобная оценка доказательств находится в пределах установленной законом судейской дискреции, принадлежащей исключительно судам факта, к каковым относятся суды первой и апелляционной инстанций.

Как указано в Определении от 17.02.2015 № 274-О Конституционного Суда Российской Федерации, положения статей 286 - 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Буровая компания полагает, что суды ошибочно не учли выполнение ею работ по бурению для заказчика иных двадцати скважин быстрее на 53,52 суток, что нивелирует негативные последствия просрочки, допущенной при бурении спорных трех скважин.

Однако, вопреки позиции буровой компании, она не заявляла об этом в суде первой инстанции, где не оспаривала собственную неисправность и не заявляла о том, что исполнила какие-либо иные обязательства по договору досрочно (отзыв на исковое заявление от 14.02.2022).

В этой связи суд первой инстанции правомерно руководствовался частью 2 статьи 9, частью 3.1 статьи 70 АПК РФ и разъяснениями, содержащимися в абзаце четвертом пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» (далее – Постановление № 46), по смыслу которых нежелание второй стороны представить доказательства, опровергающие доказательственно подтвержденные доводы первой стороны, должно быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12, от 13.05.2014 № 1446/14, определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805, от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978). 

В таком случае попытка буровой компании убедить кассационный суд в необходимости отмены обжалуемых судебных актов на основании аргумента, оценку которому суд первой инстанции дать не мог ввиду его отсутствия в составе представленной процессуальной позиции ответчика, противоречит принципу добросовестности, предполагающему прозрачное, последовательное поведение участвующего в деле лица, как по отношению к суду, так и по отношению к другим участникам арбитражного процесса (часть 2 статьи 41 АПК РФ, пункт 2 Постановления № 46).

Кроме того, суд округа отмечает, что условия заключенного сторонами договора свидетельствуют о его рамочном характере (статья 429.1 ГК РФ), поскольку конкретизация предмета работ фактически отнесена к содержанию нарядов-заказов и заявок, исчерпывающее количество и характеристики которых договор не содержит, вводя лишь верхний предел цены договора (пункты 2, 5 договора, статья 431 ГК РФ, пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», абзац третий пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). 

Доказательств иного материалы дела не содержат.

При таких условиях ссылка буровой компании на досрочное исполнение обязательств в иных отношениях сторон (по сути, иных договорах), регулирование которых подчинено условиям рамочного (организационного) договора, не может санировать его просрочку при исполнении обязанностей по бурению спорных трех скважин.

Довод буровой компании о том, что убытки у общества могут возникнуть только в связи с нарушением нормативного срока бурения скважин, несостоятелен.

Вступая в правоотношения с обществом, буровой компании было известно, что в технологическом процессе по бурению скважин помимо нее задействована целая совокупность иных подрядчиков – сервисных компаний, осуществляющих работу по очереди, а именно, вслед за ответчиком. Это, в частности, следует из пунктов 3.1.6, 3.1.8, 8.5, 16.1 раздела 2, пунктов 7.11, 17.5 раздела 3, пунктов 4.1, 8.3.5 раздела 4 договора.

Поэтому согласование буровой компанией условия, содержащегося в пункте 8.5 договора, не только соответствует принципу свободы договора в части определения сторонами его условий (пункт 4 статьи 421 ГК РФ), влекущему ответственность за нарушение добровольно принятых стороной договора на себя обязательств сообразно общеправовому принципу pacta sunt servanda (статья 309 ГК РФ), но и имеет рациональное экономическое объяснение, заключающееся в специально оговоренном принятии буровой компанией на себя негативных имущественных последствий собственной просрочки вне зависимости от нормативного срока бурения, поскольку превышение последнего составляет другое нарушение (пункты 8.2.1, 8.2.2 договора).

Принимая во внимание, что буровая компания знала о сложном процессе по бурению скважин силами нескольких подрядчиков, предоставила обществу заверение об осмотрительном выполнении работ с должной мерой заботы (подпункт «b» пункта 20.1 раздела 2 договора), а также взяла на себя ответственность за образование НПВ у сервисных компаний, выводы судов о наличии оснований для удовлетворения иска являются верными.

Кроме того, буровая компания не оспаривает полное выполнение сервисными компаниями порученных им работ, то есть обществом оплачены сервисным компаниям как собственно работы, так и простой (НПВ), обусловленный неисправностью буровой компании, что не могло охватываться правомерными разумными ожиданиями заказчика при заключении договора и презюмируемо привело к уменьшению его имущественной массы (статьи 15, 393 ГК РФ). 

Иного буровой компанией не доказано (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Суд округа констатирует, что стандарт, согласно которому размер убытков доказывается истцом с разумной степенью достоверности, а их завышение должно быть доказано ответчиком, судами соблюден (пункт 5 статьи 393 ГК РФ, Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П, пункт 5 Постановления № 7, ответ на вопрос № 1 раздела «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021, статья 7.4.3 Принципов международных коммерческих договоров (Принципы УНИДРУА). 

Поскольку в сложносочлененной цепочке технологического процесса бурения скважин ненадлежащее исполнение обязательств одним из ее участников влечет негативные последствия для всей группы подрядчиков, привлеченных заказчиком для достижения определенного общего желаемого для него результата, что, в конечном итоге, приводит к убыткам заказчика, возникновение таких убытков является обычным последствием неисправности должника-подрядчика. Презюмируемая причинно-следственная связь между поведением буровой компании и имущественными потерями общества ответчиком не опровергнута (пункт 5 Постановления № 7). Доказательств, свидетельствующих об иных причинах возникновения убытков, не предоставлено.

Таким образом, поскольку суд округа не усмотрел нарушения судами норм материального и (или) процессуального права, а также несоответствия выводов, изложенных в судебных актах, фактическим обстоятельствам дела, кассационная жалоба признается полностью необоснованной, а решение и постановление по настоящему делу подлежат оставлению без изменения (пункт 1 части 1 статьи 287 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 08.08.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2022 по делу № А75-891/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий К.И. Забоев

СудьиН.А. ФИО4

ФИО1