Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, https://fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ф02-161/2025

Дело № А33-12732/2017

04 марта 2025 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 4 марта 2025 года

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Бронниковой И.А.,

судей:   Загвоздина В.Д., Николиной О.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием систем вебконференции помощником судьи Крупской М.С.,

при участии в судебном заседании с использованием систем вебконференции представителей Федеральной налоговой службы России ФИО1 (доверенность от 13.08.2024, паспорт), общества с ограниченной ответственностью «Ресурс» - ФИО2 (доверенность от 02.05.2023, паспорт), ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 03.05.2024, паспорт),

при участии в судебном заседании в помещении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа представителя ФИО5, ФИО6, ФИО7 – ФИО8 (по доверенностям, соответственно, от 06.07.2022, от 08.07.2022, от 08.07.2022, паспорт),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы на определение Арбитражного суда Красноярского края от 2 августа 2024 года по делу № А33-12732/2017 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 23 октября 2024 года по тому же делу,

установил:

решением Арбитражного суда Красноярского края от 12 июля 2017 года заявление общества с ограниченной ответственностью «НИКС» (далее – ООО «НИКС») о признании должника - открытого акционерного общества «Завод полупроводникового кремния» (далее – должник, ОАО «ЗПК») банкротом признано обоснованным, ликвидируемый должник ОАО «ЗПК» признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре.

25.10.2017 в Арбитражный суд Красноярского края нарочно поступило заявление федерального государственного унитарного предприятия «Горно-химический комбинат» (далее - ФГУП «ГХК»), в котором заявитель просит привлечь к субсидиарной ответственности по долгам ОАО «ЗПК» бывших руководителей должника  ФИО7 (далее - ФИО7), ФИО5 (далее - ФИО5), ФИО6 (далее - ФИО6), ФИО3 (далее - ФИО3).

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 3 ноября 2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Энергия» ФИО9

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 26 сентября 2018 года судом принято и объединено в одно производство дело №А33-12732-7/2017 с заявлением ФИО5 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 22 июля 2021 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 31 января 2022 года, постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 16 мая 2022 года, в удовлетворении заявления ФИО5 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности отказано, заявление ФГУП «ГХК» удовлетворено, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО7, ФИО5, ФИО6, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по заявлению ФГУП «ГХК» о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 2 августа 2024 года с ФИО5 в сумме 3 086 817 рублей 27 копеек, ФИО6 в сумме 7 496 851 рубль 91 копейка, ФИО3 в сумме 4 098 626 рублей 46 копеек; ФИО7 в сумме 7 496 851 рубль 91 копейка взысканы в порядке субсидиарной ответственности убытки в пользу ОАО «ЗПК».

Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 23 октября 2024 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, Федеральная налоговая служба (далее – уполномоченный орган) обратилась в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, ссылаясь на неправильное применение норм материального права, и принять по обособленному спору новый судебный акт.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды неправомерно переквалифицировали требования о привлечении к субсидиарной ответственности на требования о возмещении убытков на стадии определения ее размера, что противоречит правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре судебной практики за 2022 год.

Поскольку вступившим в законную силу определением от 22 июля 2021 года были установлены все элементы состава привлечения к субсидиарной ответственности, за исключением ее размера, то пересмотр обжалуемыми судебными актами ранее принятого и вступившего в законную силу определения в части периодов ответственности является нарушением статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В нарушение существующего иммунитета с учетом положений пункта 3 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), судами неправомерно уменьшен размер субсидиарной ответственности на основании абзаца 2 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Кроме того, отсутствуют правовые основания изменения судами порядка исчисления налога на имущество, предусмотренного статье 375 Налогового кодекса Российской Федерации, исходя не из показателей среднегодовой стоимости имущества, а рыночной стоимости, определенной ретроспективно при проведении судебной экспертизы, равно как и размер ответственности, приходящейся на каждого из ответчиков, так как неправомерно применена статья 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации.

В отзывах на кассационную жалобу ФИО7, ФИО5, ФИО6, конкурсный управляющий ФИО10 просят оставить судебные акты без изменения

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru).

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали  доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзывах на нее.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судами норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Красноярского края от 22 июля 2021 года, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО7, ФИО5, ФИО6, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по делу приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Из отчета конкурсного управляющего следует, что реестр требований кредиторов и конкурсная масса должника сформированы, имущество должника реализовано, вырученные средства направлены на частичное погашение текущих обязательств должника.

Арбитражный суд первой инстанции,  частично удовлетворяя требования, исходил из того, что возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности за несовершение действий по обращению в суд с заявлением о банкротстве, является мерой, направленной на предотвращение наращивания новой задолженности в условиях невозможности обеспечения исполнения имеющихся обязательств. Учитывая период возникновения обязательств, включенных в реестр требований кредиторов должника, учтенных за реестром требований кредиторов должника, с учетом ограничения, установленного пунктом 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве, в размере ответственности каждого последовательно сменяющегося руководителя подлежат отражению соответствующие суммы по периоду образования по обязательным платежам в бюджет и внебюджетные фонды, по оплате арендных платежей за землю, поставке электроэнергии (только в отношении ПАО «Красноярскэнергосбыт»). Иные обязательства, включенные в реестр, не отвечают установленному критерию и периоду образования.

Вместе с тем, для цели определения объективного и разумного размера субсидиарного долга ответчиков применительно к особенностям настоящего дела, суд признал возможным снизить итоговую сумму по обязательным платежам в 10 раз, с учетом того, что публичное раскрытие наличия признаков неплатежеспособности должника, имело место в силу обращения в арбитражный суд с заявлением уполномоченного органа в рамках дела А33-3833/2014 и налоговый орган самостоятельно, своим действиями определил невозможность проведения процедуры банкротства ввиду отсутствия финансирования, а величина задолженности перед уполномоченным органом, которая определена в качестве возникшей в период возникновения обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным банкротом, подлежит корректировке по налогу на имущество с учетом действительной рыночной стоимости имущества должника.

Третий арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Поскольку доводы жалобы сводятся к оспариванию определения суда в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, возражений относительно проверки судебного акта в обжалуемой части не поступило, суд кассационной инстанции в силу положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверяет законность и обоснованность судебных актов в обжалуемой части (в части отказа в удовлетворении требований).

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд при наличии одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 названной статьи, а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

По общему правилу основанием для привлечения контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности является причинно-следственная связь между их действиями и последующим банкротством должника.

В соответствии с абзацем 1 пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 53), если обязанность по подаче в суд заявления  должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно.

Дело о банкротстве ОАО «ЗПК» возбуждено определением от 15.06.2017.

Суды, установив в определенный применительно к настоящему делу момент объективного банкротства ОАО «Завод полупроводникового кремния» (до момента вынесения постановления Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа), то есть до 27.05.2015, что обязанность по подаче заявления выпадает на следующих ответчиков - ФИО5, ФИО6; ФИО3, и, в силу разъяснений, содержащихся в пункте абзаце 1 пункта 15 Постановления № 53, обоснованно определили период ответственности во временном интервале следующим образом: для ФИО5 с 28.06.2015 по 14.06.2017; для ФИО6 с 21.09.2015 по 14.06.2017; для ФИО3 с 04.09.2016 по 14.06.2017.

В рассматриваемый период, у должника была сформирована задолженность как по обязательным платежам в бюджет, так и внебюджетные фонды, а также по иным обязательствам, по уплате банковской комиссии, уплате государственной пошлины, аренды земельного участка, поставке электроэнергии и т.д.

Данное обстоятельство, подтверждает наличие обязательств, которые каждому из ответчиков могут быть вменены в порядке субсидиарной ответственности после наступления момента объективного банкротства.

При этом действующее правовое регулирование, предусматривает возможность отступления от установленной обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

По смыслу абзаца 2 пункта 15 Постановления Пленума ВС РФ № 53, бывший руководитель должника, публично сообщивший неограниченному кругу лиц о сроке возникновения обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац первый пункта 1 статьи 30 Закона о банкротстве) и неисполнении им соответствующей обязанности, не отвечает по обязательствам должника, возникшим со дня, следующего за днем такого публичного сообщения. При этом бывший руководитель, публично распространивший недостоверные сведения о финансовом состоянии возглавляемой им ранее организации, обязан возместить такой организации по ее требованию убытки, причиненные распространением недостоверной информации (статьи 152, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судами было установлено, что публичное раскрытие наличия признаков неплатежеспособности должника, имело место в силу обращения в арбитражный суд с заявлением уполномоченного органа в рамках дела А33-3833/2014, когда Федеральная налоговая служба обратилась в Арбитражный суд Красноярского края 03.03.2014 с заявлением о признании должника – ОАО «ЗПК» банкротом как отсутствующего должника.

Определением от 27.03.2014 заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления о признании должника банкротом. В рамках данного дела в период рассмотрения обоснованности требования 09.02.2015 поступило также заявление ФГУП «ГХК» о банкротстве должника. Определением Арбитражного суда Красноярского края от 05.06.2015 производство по делу прекращено. Основанием прекращения производства по делу послужил вывод суда о том, что заявителем не доказаны и не приведены достаточные доказательства возможности пополнения конкурсной массы в размере, необходимом для выполнения даже первоначальных мероприятий в отношении должника – консервации опасных объектов, их ликвидации, рекультивации почвы, а также покрытия текущих расходов (дело № А33- 3833/2014).

Обязательным условием для привлечения к ответственности руководителя должника, не подавшего заявление о собственном банкротстве, как отмечается в судебной практике, является злонамеренное умалчивание с его стороны о фактическом неудовлетворительном финансово-имущественном состоянии компании и, как следствие, неосведомленность кредиторов о существенном риске неисполнения организацией своих денежных обязательств.

Возникновение задолженности перед отдельными кредиторами и (или) убыточность деятельности управляющей компании само по себе не свидетельствует безусловно о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения его контролирующих лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся не исполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ и статьей 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ предусмотрена возможность привлечения лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, вышеприведенные нормы направлены на защиту имущественных интересов кредиторов должника, которые не осведомлены о существенной и явной диспропорции между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника. В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

При этом в абзаце 2 пункта 15 Постановления № 53 разъяснено, что бывший руководитель должника, публично сообщивший неограниченному кругу лиц о сроке возникновения обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац первый пункта 1 статьи 30 Закона о банкротстве) и неисполнении им соответствующей обязанности, не отвечает по обязательствам должника, возникшим со дня, следующего за днем такого публичного сообщения.

Таким образом, возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, за несовершение действий по обращению в суд с заявлением о самобанкротстве, является мерой, направленной на предотвращение наращивания новой задолженности в условиях невозможности обеспечения исполнения имеющихся обязательств.

По своей правовой природе требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П, субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

Генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам.

Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 постановления Пленума ВС РФ № 53.

В силу положений статьи 61.12 Закона о банкротстве, установлен следующий порядок определения размера ответственности: - согласно пункту 2 названной статьи размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом); - согласно пункту 3 названной статьи, в размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 настоящего Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника.

К таким обязательствам отнесены обязательные платежи в бюджет и внебюджетные фонды, коммунальные, эксплуатационные платежи и т.д.

Основная часть задолженности, как установлено судами, принадлежит уполномоченному органу, то есть лицу, которое достоверно знало о состоянии неплатежеспособности юридического лица, инициировало процесс несостоятельности в отношении ОАО «Завод полупроводникового кремния».

Суды, обозначив специфику, присущую данной организации, руководствуясь выводом, заложенным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.07.2020 №305-ЭС19-13378(3), о публичном раскрытии сведений о финансовом состоянии должника, и исключении ответственности по вновь возникшим обязательствам с контрагентами, знающими о финансовом положении и соглашающимися на возникновение/продолжение правоотношений,  а также абзацем 2 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, снизили размер ответственности, исходя из объема имущественных потерь потерпевшего.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.08.2023 № 301-ЭС22-27936(1,2).

Учитывая периоды возникновения обязательств, включенных в реестр требований кредиторов должника, учтенных за реестром требований кредиторов должника, с учетом ограничения, установленного пунктом 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве, в размере ответственности каждого последовательно сменяющегося руководителя суды обоснованно отразили соответствующие суммы по периоду образования по обязательным платежам в бюджет и внебюджетные фонды, по оплате арендных платежей за землю, поставке электроэнергии (только в отношении ПАО «Красноярскэнергосбыт»).

Иные обязательства, включенные в реестр, не отвечали установленному критерию и периоду образования.

При этом дополнительным основанием для исключения ряда требований из состава задолженности являлась аффилированность кредиторов.

Требования аффилированных по отношению к должнику лиц не учитывались судами в размере субсидиарной задолженности, к таким требованиям относятся требования кредиторов: общества с ограниченной ответственностью «НИКС»; ФГУП «ГХК»; акционерного общества «Атомный энергопромышленный комплекс»; общества с ограниченной ответственностью «Ресурс».

Данные выводы судов соответствуют обстоятельствам дела и не были опровергнуты уполномоченным органом.

Таким образом,  суды обоснованно установили размер ответственности каждого из ответчиков следующим образом:

- для ФИО5 с 28.06.2015 по 14.06.2017 по требованию ФНС А33-12732- 20/2017, по требованию Администрации ЗАТО г. Железногорска А33-12732-14/2017, по требованию 9 А33-12732/2017 Банка ВТБ А33-12732-4/2017, по требованию ФНС А33- 12732-3/2017, по требованию ПАО «Красноярскэнергосбыт» А33-12732-24/2017, по требованию ФНС №А33-12732-23/2017, по требованию ФНС №А33-12732-23/2017;

- для ФИО6 с 21.09.2015 по 14.06.2017 по требованию ФНС А33-12732-20/2017, по требованию Администрации ЗАТО г. Железногорска А33-12732-14/2017, по требованию Банка ВТБ А33-12732-4/2017, по требованию ФНС А33-12732-3/2017, по 13 А33-12732/2017к7 требованию ПАО «Красноярскэнергосбыт» А33-12732-24/2017, по требованию ФНС №А33-12732-23/2017;

- для ФИО3 с 04.09.2016 по 14.06.2017 по требованию ФНС А33-12732- 20/2017, по требованию Администрации ЗАТО г. Железногорска А33-12732-14/2017, по требованию Банка ВТБ А33-12732-4/2017, по требованию ФНС А33-12732-3/2017, по требованию ПАО «Красноярскэнергосбыт» А33-12732-24/2017, по требованию ФНС А33- 2732-23/2017.

Как указано судами, основным критерием при трансформации обязательства в деликтную ответственность контролирующего должника лица является определение размера действительного вреда причиненного контрагенту должника в связи неисполнением обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом. При этом основная сумма задолженности по обязательным платежам исчислена по налогу на имущество, что не оспаривалось уполномоченным органом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 38 и пунктом 1 статьи 374 Налогового кодекса (в редакции, действовавшей в 2014-2016 годы) возникновение обязанности по уплате налога на имущество организаций связывается с наличием у налогоплательщика движимого и недвижимого имущества, учитываемого на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета.

На основании подпункта 8 пункта 4 статьи 374 Налогового кодекса, действовавшего до 01.01.2015 (введен Федеральным законом от 29.11.2012 N 202-ФЗ), не признавалось объектом налогообложения движимое имущество, принятое на учет с 01.01.2013 в качестве основных средств.

Налоговая база по налогу на недвижимое имущество исчисляется исходя из их кадастровой стоимости (статья 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации). При этом налогоплательщик вправе представлять доказательства изменения рыночной (кадастровой) стоимости объектов для цели расчета налога на имущество.

Как установлено судами и следует из материалов дела, большая часть имущества (более 90%), принадлежащего должнику представлена недвижимым имуществом: производственными зданиями (корпуса очистки хлоридов, газодымовая камера, газоотчистка склада, корпуса водородного восстановления, насосная перекачка, насосная склада хлорсиланов, склад хлористого кальция, водопроводкабельные сети, внутренние автодороги, паропровод, резервуары, железнодорожный тупик, объекты незавершенного строительства и т.д.). Недвижимое имущество расположено как под землей, так и на поверхности земли.

Все имущество должника находится на территории Промзоны ФГУП «ГХК» ЗАТО г. Железногорска, допуск на которую строго ограничен.

Более того, закрытое административной образование город Железногорск относится к категории закрытых объектов, проезд на которую осуществляется через пропускной пункт, то есть также имеет ограниченный доступ.

Специфика деятельности и местонахождение имущества существенно ограничивают спрос на имущество.

Согласно представленному в материалы дела постановлению судебного пристава - исполнителя Межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств от 31.05.2017, исполнительное производство возбуждено в 2014 году, мероприятия исполнительного производства, проводимые в порядке, установленном Федеральным законом «Об исполнительном производстве» не дали возможность обеспечить погашение задолженности по исполнительному производству за счет значительного количества объектов имущества должника, что по существу говорит о низкой ликвидности такого имущества и низкой степени оборачиваемости активов, не позволяющих обеспечить покрытие задолженности от сумм реализации от такого имущества.

На основании вышеизложенного суды сделали обоснованные выводы о  неликвидности имущества ОАО «Завод полупроводникового кремния».

С учетом проведения судебной экспертизы, которой были установлены итоговые результаты рыночной стоимости имущества должника, и не оспорены уполномоченным органом, с учетом природы налога на имущество, основанной на материальной ценности объекта налогообложения, суды верно определили, что расчет налога на имущества из расчета величины переоцененных объектов привел к его снижению в среднем в 8 раз, обоснованно снизили размер налога на имущество пропорционально в 8 раз для определения величины действительного причинения вреда, что составило: для ФИО3 - 3 270 580 рублей 19 копеек, для ФИО6 - 8 326 177 рублей 81 копейка, для ФИО5 - 9 759 918 рублей 22 копейки.

Таким образом, величина задолженности перед уполномоченным органом, которая определена в качестве возникшей в период возникновения обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным банкротом, подлежит корректировке по налогу на имущество с учетом действительной рыночной стоимости имущества должника.

С учетом изложенного, суммарный размер налоговых обязательств с учетом корректировки по ответчикам судами обоснованно определен: для ФИО3 - 11 672 805 рублей 03 копейки, для ФИО6 - 19 481 192 рубля 01 копейка, для ФИО5 - 21 974 139 рублей 49 копеек.

При рассмотрении дела судами установлено, что публичное раскрытие наличия признаков неплатежеспособности должника, имело место в силу обращения в арбитражный суд с заявлением уполномоченного органа в рамках дела А33-3833/2014.

Федеральная налоговая служба обратилась в Арбитражный суд Красноярского края 03.03.2014 с заявлением о признании должника – открытого акционерного общества «Завод полупроводникового кремния» - банкротом как отсутствующего должника. Определением от 27.03.2014 заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления о признании должника банкротом.

В рамках данного дела в период рассмотрения обоснованности требования 09.02.2015 поступило также заявление ФГУП «Горно-химический комбинат» конкурсного кредитора о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 05.06.2015 производство по делу прекращено. Основанием прекращения производства по делу послужил вывод суда о том, что заявителем не доказаны и не приведены достаточные доказательства возможности пополнения конкурсной массы в размере, необходимом для выполнения даже первоначальных мероприятий в отношении должника – консервации опасных объектов, их ликвидации, рекультивации почвы, а также покрытия текущих расходов (дело №А33-3833/2014).

При этом готовность финансирования процедуры несостоятельности уполномоченным органом не рассматривалась, по данному вопросу с учетом итога рассмотрения обоснованности была сформирована позиция об отсутствии намерения и возможности финансирования процедуры банкротства.

В такой ситуации, что дало бы введение процедуры в более ранний период в целом для кредиторов, ответчиков и для уполномоченного органа: во-первых, исключило бы вывод суда о неисполнении ответчиками обязанности по обращению в суд, поскольку дело уже возбуждено; во-вторых, размер обязательств, рассчитанный для определения размера ответственности, был бы исключен из размера субсидиарного долга; в-третьих, обязательства бы все равно начислялись, но изменился бы порядок их удовлетворения, то есть у таких платежей была бы повышенная очередность в составе текущих обязательств.

Между тем, налоговый орган самостоятельно, своим действиями определил невозможность проведения процедуры банкротства ввиду отсутствия финансирования.

То обстоятельство, что налоговый орган действовал в рамках представленных ему процессуальных прав, не отменяет того момента, что данные действия влекли за собой определённые процессуальные и материально-правовые последствия.

Публичное раскрытие признаков неплатежеспособности при рассмотрении спора в рамках дела о банкротстве ОАО «ЗПК» № А33-3833/2014 не исключает обязанность руководителя должника по обращению с заявлением о банкротстве и несение соответствующей ответственности, обусловленной неисполнением такой обязанности, тем не менее, не повлияло на выводы судов об объеме ответственности контролирующих должника лиц с точки зрения указанного виде её деликного характера, а также добровольности вступления в отношения с несостоятельным должником его новых кредиторов.

Согласно материалам дела размер задолженности по текущим платежам составляет 57 697 991 рубль 10 копеек.

В такой ситуации возбуждение дела о банкротстве в более ранний период для уполномоченного органа означало бы - увеличение текущих непогашенных обязательств.

С учетом изложенного для цели определения объективного и разумного размера субсидиарного долга ответчиков применительно к особенностям настоящего дела, суды обоснованно снизили итоговую сумму по обязательным платежам в 10 раз, что составило для ФИО3 - 1 167 280 рублей 50 копеек, для ФИО6 - 1 948 119 рублей 20 копеек, для ФИО5 - 2 197 413 рублей 95 копеек.

Итого с учетом иных недобровольных кредиторов с учетом периода трудовой деятельности, итоговый размер ответственности составил:

- ФИО3 - 4 098 626 рублей 46 копеек (1 167 280,5 (ФНС) + 63 095,97 (Администрация)+2563197,21 (Красноярскэнергосбыт)+282 552,78 (работники));

- ФИО6 - 7 496 851 рубль 91 копейка (1 948 119,20 (ФНС) + 68 638,53 (Администрация) +39 607,14 (ВТБ) + 4852649,49 (Красноярскэнергосбыт)+587 837,55 (работники));

- ФИО5, - 3 086 817 рублей 27 копеек, применительно к данному ответчику, для которого размер обязательств возникших до момента прекращения полномочий определяется 1,5 месяцами, - период начисления обязательств, который возможно определить в качестве субсидиарной ответственности – суды определили исходя из периода трудовой деятельности ФИО5 и заканчивается датой прекращения его полномочий, 19.08.2015.

Также суд указали, что данная величина является разумной и соразмерной. - для ФИО7, который согласно вступившему в законную силу судебном акту от 22.07.2021 является конечным бенефициаром с 2010 года, знание неплатежеспособности и момента невозможности запуска и реализации проекта достоверно презюмируется с 2012 года, размер субсидиарной ответственности для него был определен равным максимальной ответственности указанных лиц, исходя из периода, который приходится на ФИО5, несмотря на официальное прекращение его полномочий в качестве руководителя должника.

Поскольку размер ответственности ФИО5 скорректирован, то величина размера ответственности ФИО7 суды определили, исходя из максимальной ответственности определенной по итогу рассмотрения дела, а именно ФИО6 и составит 7 496 851 рубль 91 копейка.

Суд округа признает указанные выводы судов обоснованными, доводами кассационной жалобы они не опровергнуты.

Кроме того, суд округа соглашается с выводами судом о том, что реальное исполнение судебного акта в виде перечисления в конкурсную массу денежных средств предпочтительнее для кредиторов чем формальное взыскание большей суммы, без её поступления в конкурсную массу.

Доводы кассационной жалобы о том, что в связи уменьшением размера субсидиарной ответственности суды фактически пересмотрели вступившие в законную силу определение от 22.07.2021 (наличие оснований привлечения к субсидиарной ответственности), суд округа отклоняет , так как указанным определением установлено только наличие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, размер субсидиарной ответственности данным судебным актом не определялся.

Период ответственности ФИО5 судом первой инстанции изменён не был, обратные доводы уполномоченного органа основаны на неверном понимании норм права.

В свою очередь установление размера требования кредиторов судебными актами не препятствует определению судом размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, поскольку в противном случае в системе действующего регулирования отношений несостоятельности, предполагающего установление требований кредиторов в судебном порядке (статьи 16, 71 и 100 Закона о банкротстве), снижение размера ответственности было бы невозможным, поскольку являлось бы всегда направленным на пересмотр определения о включении в реестр.

Такой подход делал бы неприменимыми положения абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, что явно не соответствует целям законодательного регулирования (данная правовая позиция изложена определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.08.2023 № 301-ЭС22-27936(1,2)), о чем указал суд апелляционной инстанции.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о том, что судебные акты основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем, на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат оставлению без изменения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Красноярского края от 2 августа 2024 года по делу № А33-12732/2017 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 23 октября 2024 года по тому же делу  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

И.А. Бронникова

В.Д. Загвоздин

О.А. Николина