﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-1442/2020-ГК

г. Пермь

08 июля 2020 года

Дело № А50-8970/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июля 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 июля 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Лесковец О.В., судей Балдина Р.А., Дружининой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Моор О.А.,

при участии в заседании:

от процессуального истца: Кочева С.В., представитель по доверенности от 18.05.2018; 

от ответчика: Казакова А.Н., представитель по доверенности от 21.06.2019;

от третьего лица – представители не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы процессуального истца – Казакова Андрея Валентиновича, участника общества с ограниченной ответственностью «Бизнес-Лес» и ответчика, Гусельникова Алексея Александровича, на решение Арбитражного суда Пермского края от 23.12.2019 

по делу №А50-8970/2019

по иску участника общества с ограниченной ответственностью «Бизнес-Лес» (ОГРН 1065944000396, ИНН 5944203144) Казакова Андрея Валентиновича

к Гусельникову Алексею Александровичу 

третье лицо: Горностаев Валерий Николаевич, 

о признании сделки недействительной

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Бизнес-Лес» (далее – ООО «Бизнес лес» в лице участника Казакова Андрея Валентиновича (далее – процессуальный истец) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском о признании недействительной сделкой договора займа от 21.01.2013 (далее – договор займа от 21.01.2013), заключенного между Гусельниковым Алексеем Александровичем и ООО «Бизнес-Лес» (с учетом уточнения требований, принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке ст. 51 АПК РФ привлечен Горностаев Валерий Николаевич.

Решением суда от 23.12.2019 заявленные требования удовлетворены, договор займа от 21.01.2013 признан недействительным.

Ответчик, не согласившись с принятым решением, обжаловал его в апелляционном порядке, просит отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, указывая, что ответчиком был осуществлен возврат денежных средств на счет ООО «Бизнес-Лес» в размере 1450000 руб., что подтверждается банковской квитанцией №10 от 08.07.2019, соответственно, охраняемый законом интерес истца был удовлетворен.

Как указывает ответчик, в существующих обстоятельствах прекращения отношений, вытекающих из договора займа от 21.01.2013, отсутствия встречного предоставления по указанному договору со стороны ООО «Бизнес-Лес» в пользу Гусельникова А.А., признание этого договора недействительным не приведет к устранению какой-либо существующей неопределенности, не сможет повлиять на правовое положение ООО «Бизнес-Лес» или Казакова А.В. как участника общества.

Казаков А.В. против удовлетворения апелляционной жалобы ответчика возражает по мотивам, изложенным в письменном отзыве, указывает, что оформление договора займа от 21.01.2013 произведено его сторонами исключительно с целью введения процессуального истца как участника общества, а также арбитражного суда, в заблуждение относительно законности снятия директором наличных денежных средств со счета общества.

Процессуальный истец указывает на наличие охраняемого законом интереса в признании договора займа недействительной сделкой, отмечая, что именно суд при наличии к тому оснований констатирует ничтожность договора.

Помимо этого Казаков А.В., обжалуя решение суда по настоящему делу, просит изменить мотивировочную часть решения, исключив следующие выводы: «…для оценки доводов истца о фальсификации представленных в материалы дела договора займа и дополнительных соглашений к нему, а также приходных кассовых ордеров установление времени их изготовления не является самодостаточным для выводов о фальсификации доказательства в целом» (абз.8 стр.6), «…поскольку ответчиком полученные спорные денежные средства возвращены обществу, оснований для применения последствий недействительности сделки не имеется» (абз.2 стр.8).

Ответчик представил отзыв на апелляционную жалобу Казакова А.В., против ее удовлетворения возражает.

Возражения ответчика, в том числе, основаны на том, что документы, о фальсификации которых было заявлено, подписаны именно теми лицами, которые в них указаны, при наличии на то полномочий, что сторонами не оспаривается.

В связи со сложившейся эпидемиологической обстановкой производство по апелляционным жалобам приостанавливалось (определение от 19.03.2020), возобновлено в судебном заседании 06.07.2020.

С учетом произведенной замены судьи (определение от 03.07.2020) дело рассматривается в составе председательствующего Лесковец О.В., судей Балдина Р.А., Дружининой Л.В.

Арбитражный суд апелляционной инстанции считает возможным на основании статей 123, 156 (частей 1, 3), 266 (части 1) АПК РФ рассмотреть апелляционные жалобы в отсутствие представителей не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о судебном процессе.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, установлено судом первой инстанции, ООО «Бизнес-Лес» зарегистрировано в ЕГРЮЛ при создании 19.01.2006.

Участниками общества являются: Казаков Андрей Валентинович (доля в размере 34% уставного капитала), Гусельников Алексей Александрович (доля в размере 34,94% уставного капитала) и Горностаев Валерий Николаевич (доля в размере 31,06% уставного капитала), который также является единоличным исполнительным органом общества.

Процессуальным истцом как участником общества выявлено, что 21.01.2013 между Гусельниковым Алексеем Александровичем (займодавец) и ООО «Бизнес-Лес» в лице директора Горностаева В.Н. (заемщик) заключен договор займа, по которому займодавец передает в собственность заемщика заемные денежные средства в сумме 210000 руб., а заемщик обязуется в установленный настоящим договором срок возвратить займодавцу такую же сумму денежных средств (п.1.1. договора).

В последующем в п.1.1 договора последовательно дополнительными соглашениями №1 от 25.02.2013, №2 от 15.04.2013, №3 от 17.05.2013, №4 от 19.07.2013, №5 от 13.08.2013, №6 от 17.09.2013, №7 от 14.10.2013, №8 от 06.11.2013, №9 от 30.04.2014, №10 от 29.08.2014, №11 от 31.10.2014, №12 от 31.12.2014 вносились изменения по увеличению суммы займа.

С учетом последнего из указанных выше дополнительных соглашений общая сумма займа составила 1820092 руб.

Возврат займа должен быть произведен в срок до 06.06.2015 (п.3.2 договора).

В подтверждения факта получения обществом займа от Гусельникова А.А. последним представлены квитанции к приходным кассовым ордерам №15 от 30.04.2014 на сумму 120852 руб., №19 от 29.08.2014 на сумму 120852 руб., №21 от 31.10.2014 на сумму 47010 руб. 83 коп., №23 от 31.12.2014 на сумму 116377 руб., №6 от 03.04.2014 на сумму 500000 руб., №7 от 07.04.2014 на сумму 200000 руб., №9 от 19.05.2014 на сумму 200000 руб., №24 от 08.08.2014 на сумму 250000 руб., № 1 от 29.08.2014 на сумму 500000 руб. 

Указывая на то, что договор займа в установленном Законом об ООО порядке как сделка с заинтересованностью не одобрялся, по требованиям о предоставлении документов не представлялся, в бухгалтерском балансе общества не отражался, экономическая целесообразность в займе отсутствовала, процессуальный истец счел, что имеются основания для признания договора займа недействительным, в связи с чем обратился в суд.

Казаков А.В. утверждает, что сделка совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Кроме того, указывает на согласованность действий сторон сделки, направленных на избежание взыскания с директора общества убытков.

Гусельников А.А. и Горностаев В.Н., возражая против заявленных требований, подтвердили факт заключения оспариваемого договора и предоставление обществу заемных денежных средств, отметив, что полученные в качестве займа от Гусельникова А.А. 1820092 руб. направлялись ООО «Бизнес-Лес» на выплату заработной платы, погашение задолженности по кредитным договорам, оплату налогов, сборов и страховых взносов, то есть в результате совершения оспариваемой сделки ООО «Бизнес-Лес» приобрело активы, необходимые для осуществления деятельности, исполнения своих обязательств перед третьими лицами, предоставленный займ являлся беспроцентным, от Гусельникова А.А. не поступило требований об уплате процентов; исполнение, предоставленное ООО «Бизнес-Лес» Гусельникову А.А., было равноценным полученному от Гусельникова А.А. займу, что не может свидетельствовать о причинении ущерба обществу.

Ответчик при рассмотрении дела судом первой инстанции требования не признавал, ссылаясь на реальное внесение денежных средств. 

Кроме того, учитывая отсутствие документов по предоставлению обществу денежных средств от своего имени, ответчик произвел их возврат, в связи с чем указывал, что у истца отсутствует охраняемый законом интерес, поэтому требования не подлежат удовлетворению в любом случае.

При рассмотрении дела судом первой инстанции Казаков А.В. заявил о фальсификации доказательств (договора займа, дополнительных соглашений к нему и приходных кассовых ордеров), указывая, что данные документы, по его мнению, в указанные в них даты не составлялись. 

Также ссылался на то, что директор общества длительное время скрывал информацию о наличии, содержании и исполнении договора займа с Гусельниковым А.А. О данном договоре процессуальному истцу стало известно в рамках рассмотрения дела №А50-24735/2018 о взыскании с Горностаева В.Н. 35253930 руб. убытков, причиненных ООО «Бизнес-Лес». 

В целях проверки заявления о фальсификации истцом также было заявлено ходатайство о назначении экспертизы (т.2 л.д.135-137).

Определением суда от 02.08.2019 назначена судебно-техническая экспертиза, производство которой поручено эксперту ФБУ «Пермская лаборатория судебной экспертизы» Полушину И.А.

Согласно выводам эксперта, изложенным в заключении №2800/07-3/19-05 от 11.11.2019, давность выполнения договора займа от 21.01.2013, дополнительного соглашения №12 от 31.12.2014, квитанций к приходным кассовым ордерам №15 от 30.04.2014, №19 от 29.08.2014, №21 от 31.10.2014, №23 от 31.12.2014 на момент начала исследования не превышает 18 месяцев. Указанные документы выполнены не ранее февраля 2018 года.

Определить, когда были выполнены дополнительные соглашения №9 от 30.04.2014, №10 от 29.08.2014 и №11 от 31.10.2014, не представилось возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения.

Признаков агрессивного (светового, термического, механического и химического) воздействия на договоре займа от 21.01.2013, дополнительных соглашениях №9 от 30.04.2014, №10 от 29.08.2014, №11 от 31.10.2014, №12 от 31.12.2014, квитанциях к приходным кассовым ордерам №15 от 30.04.2014, №19 от 29.08.2014, №21 от 31.10.2014, №23 от 31.12.2014 не обнаружено.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался ст.166, 170, 807, 808 ГК РФ, п.86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходил из того, что денежные средства в общество не поступали, ответчиком не доказана возможность предоставления денежных средств в размере более 1800000 руб. в соответствующий период времени обществу «Бизнес-Лес» (финансовая состоятельность), спорный договор займа был раскрыт перед истцом только в рамках рассмотрения требований истца о взыскании убытков с Горностаева В.Н. 

Установленные экспертом даты изготовления документов соответствуют доводам истца о том, что ранее спорные документы отсутствовали, договор не заинтересованными участниками общества не одобрялся.

Проанализировав документооборот общества с учетом доводов и возражений сторон спора, суд отметил, что ответчиком не представлены доказательства исполнения договора – перечисления денежных средств обществу, а представленные доказательства, в том числе квитанции к приходным кассовым ордерам, не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств заключения договора займа.

В отсутствие доказательств реальности договора займа от 21.01.2013 и факта передачи Гусельниковым А.А. обществу «Бизнес-Лес» спорной денежной суммы, суд признал договор ничтожной (мнимой) сделкой.

Изучив материалы дела, исследовав доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, заслушав явившихся в судебное заседание представителей сторон, суд апелляционной инстанции оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта не установил, исходя из следующего.

Согласно ст.807 ГК РФ, по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег. 

В силу п.1 ст.170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия; мнимая сделка ничтожна.

Согласно п.86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», на который правомерно сослался суд первой инстанции, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. 

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. 

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. 

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Таким образом, при наличии обстоятельств, указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, недостаточно.

Принимая во внимание, что фиктивность сделки заключается в том, что у сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон рассматриваемой сделки не совпадает с их внутренней волей, а установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной, суд первой инстанции верно учитывал то, что само по себе оформление сторонами договора займа не является достаточным доказательством реальности спорных заемных отношений.

Суд первой инстанции проанализировал доказательства, на которые ссылался ответчик в подтверждение реального характера заемных правоотношений, и пришел к верному выводу о мнимости сделки.

Так, установленным является то, что денежные средства на счет общества вносились не Гусельниковым А.А., а иными лицами – Горностаевым В.Н. и Петуховой Л.В., ранее рассмотрения в отношении исполнительного органа общества дела о возмещении убытков, ни договор займа, ни дополнительные соглашения к нему, ни факт перечисления денежных средств перед заинтересованными участниками общества не раскрыт, равно как и надлежащим образом не зафиксирован в бухгалтерских документах общества.

Действительный экономических смысл операций по предоставлению займа, а также сама возможность финансирования общества ответчиком, по сути, не раскрыты.

Вопреки доводам ответчика, как процессуальный истец, так и само общество, несмотря на возврат денежных средств, имеют защищаемый законом интерес в оспаривании сделки и предъявлении иска по настоящему делу.

Очевидным представляется то, что создание формального документооборота без цели достижения заявленных результатов (фиктивность мнимой сделки) не отвечает самой цели функционирования общества с ограниченной ответственностью как коммерческого юридического лица (п. 2 ст.50 ГК РФ).

Казаков А.В. как участник общества несет риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащей ему доли (п.2 ст.87 ГК РФ), соответственно, имеет законный интерес в исключении (минимизации) данного риска посредствам получения достоверной информации о характере сделок юридического лица.

Помимо этого, имеются и последствия признания сделки мнимой, в частности в отношении добросовестности лица, действовавшего от имени общества, мнимая сделка может повлечь налоговые и иные негативные публично-правовые последствия для общества.

Ссылки в апелляционной жалобе ответчика на заключение в период рассмотрения дела дополнительного соглашения от 24.07.2019, которым заемные отношения по договору прекращены, правового значения не имеют, поскольку если сделка признана мнимой, то никакие права и обязанности у ее сторон не возникают.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п.1 ст.167 ГК РФ).

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. 

В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, от 13.07.2018 №308-ЭС18-2197 по делу №А32-43610/2015)

В силу закрепленного в ст.9 АПК РФ принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, - собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции и при рассмотрении вопроса о мнимости документов, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. 

При разрешении подобного рода дел, с одной стороны, необходимо учитывать, что участники гражданского оборота в рамках своей деятельности ежедневно совершают юридически значимые операции (сделки), и потому те операции, которые по своим условиям или характеристикам являются обычными, должны оставаться действительными. 

С другой стороны, не может быть сохранена юридическая сила за сделками, которые совершены явно во вред должнику, в том числе при наличии недобросовестности выгодоприобретателя по сделке. 

Таким образом, необходимо соблюдать баланс между принципом правовой определенности, стабильностью гражданского оборота и обеспечением разумных имущественных интересов участников данного оборота, с одной стороны, и недопустимостью злоупотребления правом, незаконного вывода активов должника, с другой.

С учетом этого, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. 

Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства. 

Проверяя действительность сделки, исходя из доводов о наличии признаков ее мнимости, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по займу.

Поскольку проведенной по делу экспертизой доводы об изготовлении документов в период рассмотрения спора о взыскании убытков с Горностаева В.Н. подтвердились, истец полностью поддержал заявленные исковые требования.

Вместе с тем, суд первой инстанции основывал принятие решения не только, и не столько на результатах проведенной экспертизы, сколько на анализе доказательств в их совокупности и взаимной связи (ст.65, 66, 71 АПК РФ), поскольку в делах об оспаривании мнимых сделок заявление о фальсификации применительно к действительности совершенных на документах подписей не достигает цели, так как, совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. 

Заявление о фальсификации направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу; сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности (определение Конституционного Суда РФ от 22.03.2012 №560-О-О).

Суд первой инстанции рассмотрел доводы о мнимости договора займа, который, по мнению истца, был совершен для вида и без намерения создать правовые последствия, свойственные правоотношениям по договорам данного вида, исследовал первичную документацию.

Соответственно, указание в обжалуемом решении на то, что «по мнению суда, для оценки доводов истца о фальсификации представленных в материалы дела договора займа и дополнительных соглашений к нему, а также приходных кассовых ордеров установление времени их изготовления не является самодостаточным для выводов о фальсификации доказательства в целом», не влечет признание судебного акта незаконным, оснований для исключения соответствующего абзаца из мотивировочной части решения не имеется.

В отношении доводов апелляционной жалобы процессуального истца об исключении из мотивировочной части решения абзаца следующего содержания: «…поскольку ответчиком полученные спорные денежные средства возвращены обществу, оснований для применения последствий недействительности сделки не имеется» (абз.2 стр.8) апелляционная коллегия исходит из следующего.

Действительно в процессе рассмотрения дела истец уточнил заявленные им требования (т.3 л.д.74-81) исключив требование о применении последствий недействительности договора.

Соответствующее уточнение принято судом (т.3 л.д.86-87).

Вместе с тем, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Возвращение полученного по недействительной сделке носит двусторонний характер. 

Это означает, что решение суда по требованию, заявленному в соответствии с п.2 ст.167 ГК РФ, должно разрешать вопрос об обязанности каждой из сторон вернуть все полученное по сделке.

Тапкой правовой подход изложен в п.80 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которому при удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

В данном случае суд первой инстанции дал оценку правоотношениям сторон на предмет наличия обязанности по возврату денежных средств.

В то же время он признал обоснованными доводы истца о том, что возврат денежных средств не свидетельствует об отсутствии оснований для признания сделки недействительной судом.

Нарушений норм ст. 270 АПК РФ не установлено. При таких обстоятельствах, обжалуемое решение суда от 23.12.2019 отмене или изменению не подлежит.

Государственная пошлина по апелляционным жалобам относится на их заявителей (ч.1 ст.110 АПК РФ). 

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 23.12.2019 по делу №А50-8970/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

О.В. Лесковец 

 

Судьи

 

Р.А. Балдин 

 

Л.В. Дружинина