Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-114013/20-93-842

г. Москва

13 ноября 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 21 октября 2020 года.

Решение в полном объеме изготовлено 13 ноября 2020 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе: 

Судьи Позднякова В.Д. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

с использованием средств аудиозаписи в ходе судебного заседания.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по заявлению ООО "Стройдвор" (107258 МОСКВА ГОРОД УЛИЦА ГРАЖДАНСКАЯ 4-Я ДОМ 25 , ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 24.07.2014, ИНН: 

<

***>)

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г. Москве (107078, 

<

...>, , ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 09.09.2003, ИНН: 

<

***>)

об оспаривании постановления от 09.06.2020 №077/04/14.32.-9128/2020 по делу об административном правонарушении 

при участии: 

от заявителя – не явился, извещен 

от ответчика – ФИО2 дов. от 14.07.2020 №03-32 (диплом)

УСТАНОВИЛ:

ООО "Стройдвор" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании постановления Московского УФАС России от 09.06.2020 №077/04/14.32-9128/2020  о привлечении ООО "Стройдвор" (ОГРН 

<

***>) к административной ответственности по ч.2 ст.14.32 КоАП РФ с назначением наказания в виде штрафа в размере 1 659 200 руб..

В обоснование заявленного требования заявитель указывает, что факт использования единой инфраструктуры и одного IP-адреса при участии в торгах не подтверждают заключение именно картельного соглашения, направленного на поддержание цен на проводимых аукционах, не запрещается законодательством, тем более, что общества, арендуют офисы по одному адресу, где имеется лишь один провайдер. Данный провайдер предоставляет канал интернет с присвоением IP-адреса. ООО «Стройдвор», ООО «ТСК Оптима», ООО «ТВОЙ ДОМ», ООО «УК ЮНИ-ДОМ» и АО «ЮНИ» для подготовки заявок обычно обращаются к одним и тем же специалистам, что объясняет совпадение учетных записей, а в торгах участвуют самостоятельно, каждый со своей ЭЦП, при этом сама по себе возможность быть осведомленным о содержании заявок друг друга не свидетельствует о том, что они действительно обменивались информацией и не имели самостоятельного интереса

Московским УФАС России представлен письменный отзыв на заявление, в котором просит суд в удовлетворении заявленных требований отказать, поскольку антимонопольный орган пришел к выводу о том, что участники аукциона действовали в интересах друг друга - обменивались информацией, используя одну инфраструктуру.

Представитель заинтересованного лица в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований по основаниям и доводам, изложенным в отзыве.  

ООО "Стройдвор", извещенное надлежащим образом в порядке ст. 123 АПК РФ о времени и месте проведения судебного заседания, в том числе, публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.kad.arbitr.ru, своих представителей в суд не направило. Дело рассмотрено в его отсутствие в порядке ч. 5  ст. 156 АПК РФ.

При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, в связи с чем, согласно ч.7 ст. 210 АПК РФ, оспариваемое постановление проверено судом в полном объеме.

Установленный ч.2 ст. 208 АПК РФ срок на обжалование оспариваемого постановления заявителем не пропущен.

Согласно ч.6 ст.210 АПК РФ при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Изучив материалы дела, выслушав мнение представителей лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив все доводы заявления и отзыва на него, суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «ТСК Оптима», АО «ЮНИ», ООО «Стройдвор», ООО «УК ЮНИ-ДОМ» и ООО «ТВОЙ ДОМ» в различных комбинациях подавали на рассматриваемых аукционах несколько ценовых предложений и отказывались от дальнейшей конкурентной борьбы друг с другом. В результате проведения торгов снижение составило от 1,0% до 5,0% от НМЦК.

НМЦК по 33 аукционам в электронной форме, в которых участвовало ООО «Стройдвор», составила 100 857 720,43 рублей. По результатам указанных аукционов с заявителем было заключено 7 контрактов на общую сумму 13 736 517,68 рублей.

Вместе с тем, торговыми площадками представлены сведения, что подача заявок и ценовых предложений и подписание контрактов участниками рассматриваемых торгов осуществлялись в большинстве случаев с одних и тех же IP-адресов.

Более того, антимонопольным органом также установлено, что заявки перечисленных субъектов были поданы в большинстве случаев в один день (разница во времени подачи заявок достигала несколько минут, при том, что для подачи заявок на рассматриваемые торги заказчиками для участников было предоставлено значительное время). Также, согласно информации Торговых площадок, ООО «ТСК Оптима», АО «ЮНИ», ООО «Стройдвор» и ООО «ТВОЙ ДОМ» использовали один телефон в качестве контактного на Торговых площадках — 

<

***>.

Более того, согласно сведениям сайта ФНС России, информации Торговых площадок, местом нахождения Участников торгов на даты проведения рассматриваемых аукционов являлось соответственно:

-ООО «ТСК Оптима»: 111399, 

<

...> (юридический адрес); 107258, 

<

...> (почтовый адрес);

-АО «ЮНИ»: 105568, 

<

...>, пом. ХХ, комн. 1 (юридический адрес до 12.11.2017), 107258, 

<

...>, этаж 1, пом. №II, комн. 7 (юридический адрес с 13.11.2017);

-ООО «Стройдвор»: 107258, 

<

...> (юридический адрес);

-ООО «УК ЮНИ-ДОМ»: 105425, г. Москва, Сиреневый Бульвар ул.,15 (юридический адрес); 107258, 

<

...> (почтовый адрес);

- ООО «ТВОЙ ДОМ»: 105118, 

<

...> (юридический адрес); 107258, 

<

...> (почтовый адрес).

Соответственно, указанные юридические лица имели один почтовый адрес, что указывает на возможность реализации совместной договоренности об участии в торгах.

Согласно информации, представленной удостоверяющим центром НП «МосГорУслуга» (вх. № 31300/19 от 07.06.2019) от имени ООО «Стройдвор» и ООО «ТСК Оптима» для представления регистрационных документов в Удостоверяющий центр, получения ключевой информации, сертификата ключа подписи пользователя, было направлено одно лицо - ФИО3 (доверенности от 26.07.2016); от имени ООО «Стройдвор», ЗАО «ЮНИ» (в настоящее время АО «ЮНИ»), ООО «УК ЮНИ-ДОМ» и ООО «ТВОЙ ДОМ» для представления регистрационных документов в Удостоверяющий центр, получения ключевой информации, сертификата ключа подписи пользователя, было направлено одно лицо - ФИО4, что также указывает на скоординированность их действий в рамках участия в торгах.

Таким образом, установленные антимонопольным органом факты, свидетельствуют о наличии договоренностей между ООО «ТСК Оптима», АО «ЮНИ», ООО «Стройдвор», ООО «УК ЮНИ-ДОМ» и ООО «ТВОЙ ДОМ», которые могли привести к поддержанию цен на электронных аукционах.

Соответственно, электронные аукционы были проведены не в соответствии с принципами конкурентной борьбы между участниками торгов, а исключительно путём имитации подобной борьбы с целью поддержания на них цен.

На основании изложенных обстоятельств, а также факта снижения цены при проведении упомянутых процедур от 1 % до 5 % от НМЦК, антимонопольным органом принято решение по делу № 077/01/11-5197/2019, которым ООО «ТСК Оптима», АО «ЮНИ», ООО «Стройдвор» и ООО «ТВОЙ ДОМ» признаны нарушившими требования п. 2 ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) посредством заключения устного картельного соглашения, реализация которого могла привести к поддержанию цен в ходе 41 закупки в электронной форме с реестровыми № № 0373200006217001030 и 31806094192, № № 0373200006217000188, 0373200006217000323, 0373200006217000311, 0373200006217000217, 0373200006 217000258, 0373200006217000277, 03732000062170 00272, 0373200006217000480, 0373200006217000392, 0373200006217000398, 0373200006217000525, 0373200006 217000618, 0373200006217000658, 037320000621  7000624, 0373200006217000703, 0373200006217000851,    0373200006217000902,    0373200006217000949,    0373200006217000967, 0373200006217000464 и 037320000 6217000563, 0373200006217000626, 0373200006217000621, 0373200006217000625, 0373200006217000653, 0373200006 217000650, 0373200006217000654, 0373200006 217000652, 0373200006217000655, 0373200006217000651, 0373200006218000027.

Впоследствии все собранные в ходе рассмотрения дела № 077/01/11-5197/2019 материалы были переданы должностному лицу антимонопольного органа для решения вопроса о привлечении общества к административной ответственности за допущенное нарушение.

По итогам рассмотрения представленных материалов и сведений ООО «Стройдвор» признано виновным в совершении административного правонарушения по ч. 2 ст. 14.32 КоАП РФ и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 1 659 200, 00 рублей.

Проверив порядок привлечения заявителя к административной ответственности, суд считает, что положения ст. 28.2, 25.1, 29.7 КоАП РФ в части соблюдения процессуальных прав лица, привлекаемого к административной ответственности, антимонопольным органом не нарушены, что заявителем не оспаривается.

Срок привлечения к административной ответственности, установленный ч.1 ст. 4.5 КоАП РФ не пропущен.

Согласно части 2 статьи 14.32 КоАП РФ заключение хозяйствующим субъектом недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения, если такое соглашение приводит или может привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах, либо заключение недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации соглашения между организаторами торгов и (или) заказчиками с участниками этих торгов, если такое соглашение имеет своей целью либо приводит или может привести к ограничению конкуренции и (или) созданию преимущественных условий для каких-либо участников, либо участие в них, влечет наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей или дисквалификацию на срок до трех лет; на юридических лиц - от одной десятой до одной второй начальной стоимости предмета торгов, но не более одной двадцать пятой совокупного размера суммы выручки правонарушителя от реализации всех товаров (работ, услуг) и не менее ста тысяч рублей (в редакции Федерального закона от 17.04.2017 № 74-ФЗ).

Согласно части 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции соглашение – договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

При этом факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок, и может быть доказан в том числе с использованием совокупности иных доказательств, в частности фактического поведения хозяйствующих субъектов, что согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в «Обзоре по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере» от 16.03.2016.

Таким образом, совокупность фактов, установленных антимонопольным органом, а также сведения, представленные обществами, свидетельствуют о заключении между ними устного картельного соглашения, реализация которого могла привести к поддержанию цены на торгах.

Довод заявителя о том, что незначительное ценовое снижение участников на проведенных процедурах не доказывает заключение антиконкурентного соглашения подлежит отклонению, ввиду следующего.

В соответствии с ч. 7 ст. 4 Закона о защите конкуренции под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

В ч. 17 ст. 4 названного закона раскрыты признаки ограничения конкуренции -сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 18 ч. 1 ст. 4 Закона о защите конкуренции, под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами конкурентами, то есть хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах.

По смыслу приведенных норм квалификация действий хозяйствующих субъектов как противоправных применительно к п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции предполагает установление антимонопольным органом таких фактов, как намеренное поведение каждого хозяйствующего субъекта определенным образом для достижения заранее оговоренной участниками торгов (аукционов) цели, причинно-следственная связь между действиями участников аукциона и поддержанием цены на торгах, соответствие результата действий интересам каждого хозяйствующего субъекта и одновременно их заведомая осведомленность о будущих действиях друг друга, а также взаимная обусловленность действий участников аукциона при отсутствии внешних обстоятельств, спровоцировавших синхронное поведение участников рынка. Соглашение в устной или письменной форме предполагает наличие договоренности между участниками рынка, которая может переходить в конкретные согласованные действия.

Таким образом, квалифицирующее значение для доказывания вмененного антимонопольным органом нарушения антимонопольного законодательства имеет совершение хозяйствующими субъектами отвечающих интересам каждого и заранее известных каждому противоправных согласованных действий на одном товарном рынке относительно синхронно и единообразно при отсутствии к тому объективных причин.

Как следует из фактических обстоятельств дела, вывод о наличии в действиях заявителя признаков нарушения антимонопольного законодательства сделан контрольным органом на основании совокупности доказательств, в частности:

подача заявок, ценовых предложений и подписание контрактов Участниками торгов с одних и тех же IP-адресов, часть которых была выделена лицу, непосредственно связанному с управлением ООО «УК ЮНИ-ДОМ» и АО «ЮНИ»;

-подача в большинстве случаев заявок участников торгов для участия в рассматриваемых аукционах в один день (разница во времени подачи заявок достигала несколько минут, при том, что для подачи заявок на рассматриваемые торги заказчиками для участников было предоставлено значительное время);

-идентичная модель поведения участников торгов в ходе торгов, которая характеризуется отказом от конкурентной борьбы друг с другом;

-совпадение наименований файлов заявок участников торгов, учетных записей создания/изменения таких файлов, дат создания и изменения файлов заявок, а также времени их создания. Кроме того, в большинстве случаев время изменения их файлов заявок отличается от часа до нескольких минут;

-использование ООО «ТСК Оптима», АО «ЮНИ», ООО «Стройдвор» и ООО «ТВОЙ ДОМ» одного телефона - 

<

***> в качестве контактного на торговых площадках;

-направление всеми участниками торгов для представления регистрационных документов в удостоверяющий центр, получения ключевой информации, а также сертификата ключа подписи пользователя, одних лиц.

Данные обстоятельства в своей совокупности и взаимной связи свидетельствуют об использовании конкурентами единой инфраструктуры и совместной подготовке к торгам. Использование самостоятельными субъектами гражданского оборота единой инфраструктуры и совместная подготовка к торгам возможны только в случае кооперации и консолидации, при этом такие действия осуществляются для достижения единой для всех цели, что не свойственно для коммерческих организаций, которые, конкурируя между собой, не действуют в интересах друг друга.

Никакую иную экономическую цель, кроме экономической выгоды, в случае заранее достигнутой договоренности хозяйствующие субъекты, участвующие в торгах, преследовать не могут, а обратное противоречило бы правовой природе предпринимательской деятельности и самому участию в торгах.

Более того, диспозиция ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции является альтернативной, поскольку в качестве квалифицирующего признака антиконкурентного соглашения названная норма предусматривает как реальную возможность, так и угрозу наступления последствий, предусмотренных в п.п. 1 - 5 данной нормы Закона.

Для квалификации действий участников торгов по п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции достаточно лишь реальной угрозы наступления негативных последствий, что в рассматриваемом случае имело место, поскольку подобные действия заявителей могли привести к поддержанию цен на торгах и обеспечили победу конкретному лицу.

При таких данных ссылки заявителя на процентное соотношение снижения начальной максимальной цены договора не имеют для рассматриваемого дела правового значения.

Кроме того, угроза поддержания цены на торгах представляет собой не отсутствие снижения начальной максимальной цены, а возможное отсутствие соревнования участников торгов — отсутствие конкуренции. Цена, сформированная рассматриваемым способом, в любом случае сформирована неправомерно, а потому следует верный вывод о том, что она фактически искусственно поддерживалась.

Учитывая то обстоятельств, что контрольным органом, вопреки позиции заявителей, установлен ряд консолидированных действий обществ, свидетельствующих о нацеленности поддержания цены на торгах, доводы заявителя об отсутствии состава антимонопольного правонарушения направлены исключительно на изыскание всевозможных способов отмены решения антимонопольного органа.

В силу ч. 7 ст. 11 Закона о защите конкуренции положения названной статьи не распространяются на соглашения между хозяйствующими субъектами, входящими в одну группу лиц, если одним из таких хозяйствующих субъектов в отношении другого хозяйствующего субъекта установлен контроль либо если такие хозяйствующие субъекты находятся под контролем одного лица, за исключением соглашений между хозяйствующими субъектами, осуществляющими виды деятельности, одновременное выполнение которых одним хозяйствующим субъектом не допускается в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Заявитель настаивает, что он входит в одну группу лиц с другими названными субъектами в понимании указанного Закона. Между тем, данный довод не подтверждается доказательствами и не соответствует действительности, поскольку антимонопольным органом установлено, что согласно сведениям сайта ФНС России, а также информации имеющейся в материалах дела ООО «ТСК Оптима», АО «ЮНИ», ООО «Стройдвор», ООО «УК ЮНИ-ДОМ» и ООО «ТВОЙ ДОМ» не входили в одну группу лиц.

Следовательно, условия о допустимости антиконкурентных соглашений, установленных в частях 7, 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции, на ООО «Стройдвор» с иными перечисленными субъектамине распространяются, и при осуществлении своей деятельности они должны были соблюдать требования пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

На основании изложенных фактических обстоятельств антимонопольный орган обосновано пришел к обоснованному выводу о том, что участники аукциона действовали в интересах друг друга - обменивались информацией, используя одну инфраструктуру.

Объектом правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 14.32 КоАП РФ, являются общественные отношения, складывающиеся в связи с обеспечением свободы экономической деятельности, необходимым условием которой является развитие конкуренции между хозяйствующими субъектами.

Объективную сторону правонарушения образуют действия хозяйствующего субъекта, признанные недопустимыми антимонопольным законодательством Российской Федерации: заключение соглашения, ограничивающего конкуренцию.

Поскольку субъективная сторона правонарушения характеризуется формой вины, а Кодекс об административных правонарушениях (ч. 2 ст. 2.1 КоАП РФ) формы вины юридических лиц не выделяет, административный орган учитывал, что у заявителя имелась возможность соблюдения требований закона, но им не были предприняты все зависящие от него меры по соблюдению таких требований.

Виновные действия заявителей состоят в нарушении требования п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции в части заключения устного картельного соглашения, реализация которого привела к поддержанию цен на торгах.

В соответствии с КоАП РФ размер административного штрафа за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 14.32 КоАП РФ, исчисляется согласно примечанию к ст. 14.31 КоАП РФ.

В соответствии с п. 4 прим. к ст. 14.31 КоАП РФ за совершение административного правонарушения, предусмотренного, в числе прочего, ст. 14.32 КоАП РФ, при отсутствии обстоятельств, смягчающих и отягчающих административную ответственность, административный штраф налагается на юридическое лицо в размере суммы минимального размера административного штрафа, предусмотренного за совершение данного административного правонарушения, и половины разности максимального размера административного штрафа, предусмотренного за совершение данного административного  правонарушения,  и  минимального  размера  административного штрафа, предусмотренного за совершение данного административного правонарушения. При наличии обстоятельств, смягчающих административную ответственность, за исключением обстоятельств, предусмотренных п. 5 и 6 ч. 1 ст. 4.2 КоАП РФ, размер административного штрафа, налагаемого на юридическое лицо, подлежит уменьшению за каждое такое обстоятельство на одну восьмую разности максимального размера административного штрафа, предусмотренного за совершение данного административного правонарушения, и минимального размера административного штрафа, предусмотренного за совершение данного административного правонарушения.

В соответствии с санкцией ч. 1 ст. 14.32 КоАП РФ в рассматриваемом случае подлежал наложению штраф в размере от одной десятой до одной второй начальной стоимости предмета торгов, но не менее ста тысяч рублей.

Как следует из буквального толкования вышеизложенных норм, минимального размера санкции в рассматриваемом случае не предусмотрено в связи с тем, что законодателем прямо установлена формула для расчета конкретной меры ответственности.

Таким образом штраф, подлежащий применению, рассчитывался по формуле, предусмотренной п. 4 прим. к ст. 14.31 КоАП РФ от совокупной начальной (максимальной) цены аукционов, в которых участвовало общество, что составило 15 128 658,06 рублей.

В соответствии с приведенной формулой Московским УФАС России был рассчитан размер административного штрафа, подлежащего применению к заявителю, и подробно изложен, обоснован и разъяснен на стр. 37-38 оспариваемого постановления в отношении юридического лица с учетом отсутствия обстоятельств, отягчающих административную ответственность, и наличием четырех обстоятельств, смягчающих ответственность, а именно:

добровольное прекращение лицом, совершившим административное правонарушение, противоправного поведения;

добровольное сообщение лицом, совершившим административное правонарушение, в антимонопольный орган о совершенном административном правонарушении;

доказание лицом, совершившим административное правонарушение, содействия антимонопольному органу в установлении обстоятельств, подлежащих установлению по делу об административном правонарушении.

Согласно п. 1 ст. 14.32 КоАП РФ размер административного штрафа, подлежащего наложению, не может превышать одну двадцать пятую (4%) совокупного размера суммы выручки от реализации всех товаров (работ, услуг) за год, предшествующий году, в котором было выявлено административное правонарушение.

Московским УФАС России, определено, что согласно бухгалтерскому балансу и финансовому отчету заявителя выручка за 2018 год составила 1 659 200 руб. Вместе с тем, 4 % от выручки за 2018 год составляет 1 659 200 руб.

В связи с чем административным органом на основании ч. 2 ст. 14.32 КоАП РФ назначен административный штраф в размере 1 659 200 рублей.

Таким образом, Московским УФАС России был назначены минимальные размеры штрафа, предусмотренные санкцией ст. 14.32 КоАП РФ.

Каких-либо сведений, документов или иных доказательств, свидетельствующих о том, что обществом были приняты все зависящие от него меры для соблюдения антимонопольного законодательства, либо невозможность принятия этих мер вызвана чрезвычайными или иными непреодолимыми обстоятельствами, кроме тех, что уже были учтены в качестве обстоятельств, смягчающих административную ответственность, представлено не было.

Частью 2 статьи 14.32 КоАП РФ предусмотрена ответственность только в виде административного штрафа.

Согласно части 2 статьи 4.1.1 КоАП РФ административное наказание в виде административного штрафа не подлежит замене на предупреждение в случае совершения административного правонарушения, предусмотренного статьёй 14.32 КоАП РФ.

Состав вменяемого Заявителю правонарушения по способу конструирования объективной стороны является формальным, то есть для квалификации правонарушения не требуется наступления общественно опасных последствий.

Соответственно, отсутствие реального ущерба охраняемым законам общественным   интересам   не   может   свидетельствовать   о   малозначительности совершенного правонарушения.

С учетом изложенного, Заявитель обоснованно привлечен к административной ответственности в виде административного штрафа.

Согласно ч.3 ст.211 АПК РФ в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что решение административного органа о привлечении к административной ответственности является законным и обоснованным, суд принимает решение об отказе в удовлетворении требования заявителя. 

На основании ст. 2.1, 2.10, 4.1, 4.5, 14.32, 25.1, 25.4, 26.1-26.3, 28.2, 29.10, 30.1 КоАП РФ, руководствуясь ст. 71, 75, 167-170, 176, 210-211 АПК РФ, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления о признании незаконным и отмене постановления   Московского УФАС России от 09.06.2020 №077/04/14.32-9128/2020  о привлечении ООО "Стройдвор" (ОГРН 

<

***>) к административной ответственности по ч.2 ст.14.32 КоАП РФ с назначением наказания в виде штрафа в размере 1 659 200 руб. – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в десятидневный срок с даты его принятия (изготовления в полном объеме).

Судья:

В.Д. Поздняков