ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

(11АП-16282/2024)

28 января 2025 года Дело № А55-9409/2022

Резолютивная часть постановления оглашена 20 января 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 28 января 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бондаревой Ю.А., судей Гольдштейна Д.К., Поповой Г.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ильясовой Э.М.,

с участием в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «ТК Поволжье» ФИО1- представитель ФИО2, по доверенности от 07.12.2023,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Самарской области от 23 сентября 2024 года по заявлению (вх. 292645 от 19.09.2022) конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника с ФИО3 в рамках дела А55-9409/2022 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Торговая Компания Поволжье»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 09.06.2022 Общество с ограниченной ответственностью «Торговая Компания Поволжье», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника и в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4, член СРО СОЮЗ "АУ "ПРАВОСОЗНАНИЕ".

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, в котором просит признать сделку - договор уступки (цессии) от 03.08.2021 года между ООО «ТК Поволжье» и ФИО3 недействительной и применить последствия недействительности сделки в форме возврата автомобиля Kia JF (Optima), год выпуска 2019, идентификационный номер 

<

***>, цвет черный, ПТС серия 39РВ 930774 от 07.05.2019 от ФИО3 в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 23 сентября 2024 года заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признана недействительной сделка - договор уступки (цессии) от 03.08.2021 года, заключенный между ООО «ТК Поволжье» и ФИО3.

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 денежных средств, равных стоимости автомобиля Kia JF (Optima), год выпуска 2019, идентификационный номер 

<

***>, цвет черный, ПТС серия 39РВ 930774 от 07.05.2019 в размере 1 747 908,00 руб.

Взыскана с ФИО3 в пользу ООО «ТК Поволжье» государственная пошлина в размере 6 000 руб.»

Заявитель обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 23 сентября 2024 года в рамках дела № А55-9409/2022.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2024 апелляционная жалоба оставлена без движения. Заявителю предложено устранить обстоятельства, послужившие основанием для оставления апелляционной жалобы без движения в срок до 02.12.2024.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2024 апелляционная жалоба принята к производству. Назначено судебное заседание. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От ФИО3 поступила телефонограмма о невозможности принять участие в судебном заседании. Суд, совещаясь на месте, приобщил к материалам дела телефонограмму ФИО3

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего возражала по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между должником ООО «ТК «Поволжье» ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***> и ООО «Каркаде» ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***> был заключен договор лизинга №9768/2019 от 15 августа 2019 г. посредством заключения договора купли-продажи (поставки) №9768/2019 от 15 августа 2019 года между ООО «Каркаде» и ООО «АВТОРАЙ-КИА» ИНН 

<

***>. Предметом договора является автомобиль марки Kia JF (Optima), год выпуска 2019, идентификационный номер 

<

***>, цвет черный, ПТС серия 39РВ 930774 от 07.05.2019.

03.08.2021 между должником ООО «ТК «Поволжье» и ФИО3 был заключен договор уступки (цессии).

05.08.2021 между ООО «Каркаде» ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***> п ФИО3 был заключен договор выкупа предмета лизинга №9768/2019/В. Предметом договора является автомобиль марки Kia JF (Optima), год выпуска 2019, идентификационный номер 

<

***>. цвет черный, ПТС серия 39РВ 930774 от 07.05.2019.

Конкурсный управляющий посчитав, что договор уступки (цессии) от 03.08.2021, по которому ответчик получил возможность выкупить за символическую стоимость предмет лизинга - автомобиль марки Kia JF (Optima), год выпуска 2019 идентификационный номер 

<

***>, цвет черный, ПТС серия 39РВ 930774, подлежит признанию недействительным по следующим основаниям, в связи с тем, что сделка заключена между аффилированными лицами, а именно уполномоченным на заключение договора лизинга №9768/2019 от 15 августа 2019 г. сотрудником ООО «ТК «Поволжье» ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***> является ФИО3, а также, отсутствие доказательств поступления денежных средств от ФИО3 (отсутствие равноценного встречного исполнения и причинении вреда должнику), обратился в суд с рассматриваемым заявлением о признании спорной сделки недействительной.

Рассмотрев заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении требований в силу следующего.

Закон о банкротстве выделает три основания для оспаривания сделок должника: сделки совершены при неравноценном встречном исполнении (пункт 1 статьи 61.2), сделки совершены в целях причинения имущественного вреда правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2), сделки совершены с оказанием предпочтения (статья 61.3).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать, как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Понятие вреда имущественным нравам кредиторов закреплено в абзаце 35 статьи 2 Закона о банкротстве, согласно которому под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, в материалы дела ФИО3 были представлены документы, которые, по его мнению, подтверждают, что в период с 14.08.2019г. по 27.01.2021г. ФИО3 должнику по актам приема-передачи были переданы наличные денежные средства на общую сумму 2 280 000 руб.

В дни получения денежных средств от ФИО3 14.08.2019; 28.10.2019; 31.03.2020; 25.01.2021; 27.01.2021, на расчетный счет должника в ПАО «Сбербанк» были внесены денежные суммы, соответствующие суммам, полученным от ФИО3 с назначением платежа - «заём от учредителя» на общую сумму 2 280 000 руб.

ФИО3 также предоставлено соглашение от 14.08.2019г. о взаимных обязательствах, заключенное между должником (подписант ФИО5) и ФИО3, которым предусмотрено, что ФИО3 обязался передать должнику наличные денежные средства в размере 2 280 000 руб., а должник обязался вносить денежные средства на свой счет производить оплату лизинговых платежей, после внесения лизинговых платежей должник обязался заключить договор об уступке ФИО3 прав и обязанностей по договору лизинга №9768/2019.

Согласно договора лизинга от 15.08.2019г. №9768/2019, заключенного между должником (подписант ФИО6) и ООО «Каркаде», стоимость предмета лизинга 1 456 590,00 руб. (п. 4.1.1.), сумма всех лизинговых платежей по договору 2 261 559,14 руб. (п. .3.2. график платежей), включающая дополнительные расходы (п. 3.1.2.).

Согласно акта приема-передачи от 21.08.2019г., заключенного между должником (подписант ФИО3.) и ООО «Каркаде», ООО «Каркаде» передал, а должник принял автомобиль во временное владение и пользование.

В день заключения договора лизинга, 15.08.2019г. должником (подписант ФИО6) и ООО «Каркаде Сервис» также заключен договор №19_6956 на оказание консультационных слуг. Стоимость услуг 79 800 руб.

16.07.2021г. между ООО «Каркаде» и должником (подписант ФИО5) заключено дополнительное соглашение к договору лизинга №9768/2019 от 15.08.2019г.

23.07.2021г. 1000 руб. была оплачена ФИО3 на счет должника в ПАО «Сбербанк» по платежному поручению № 338434 с назначением платежа «ПО ДОГОВОРУ ЛИЗИНГА 9768/2019 ОТ l5.08.2019, НДС НЕ ОБЛАГАЕТСЯ». Данный платеж был осуществлен ФИО3 путем перечисления денежных средств на счет должника, в отличии от предыдущих платежей, на которые ссылается ФИО3 на сумму 280 000 руб.

29.07.2021г. ФИО3 на счет ООО «Каркаде» осуществлен платеж на сумму 17 479,08 руб. с назначением платежа «Выкупной платёж по договору лизинга 9768/2019 от 15.08.2019, в том числе НДС.»

03.08.2021 г. между должником (подписант ФИО5) и ФИО3 заключен оспариваемый договор уступки прав требований от 03.08.2021 по условиям которого должник обязался передать права требования и обязанности должника ФИО3 по договору лизинга №9768/2019 от 15.08.2019г., заключенному между должником и ООО «Каркаде». В соответствии с п. 2.1. договора уступки у должника на момент заключения договора уступки отсутствовала задолженность перед ООО «Каркаде».

В счет уступаемых прав требований ФИО3 обязался оплатить 1 000 руб. (п. 4.1.).

Судом первой инстанции указано, что согласно проведенному конкурсным управляющим анализу выписок о движении денежных средств должника в рамках договоров лизинга от 15.08.2019г. и договору на оказание консультационных услуг от 15.08.2019г., должником за период с 16.08.2019г. по 13.07.2021г. было оплачено 2 313 320,04 руб. Также должником понесены расходы по платежу на полис КАСКО от 13.08.2020 на сумму 63 036,40 руб. Таким образом, общая сумма расходов должника на приобретение автомобиля по договору лизинга составляла 2 376 356,44 руб., что на 96 356,44 руб. больше той суммы, которая была якобы передана ФИО3

В соответствии с п.26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 (ред. От 21.12.2017) "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 закона о банкротстве).

Суд первой инстанции установил, что передача денежных средств якобы осуществлялась ФИО3 в наличной форме и этот факт подтверждается только актами приема передачи наличных денежных средств.

Кроме того, внесение денежных средств на счет должника с назначением вклад от учредителя, было не только в тех случаях, на которые указывает ФИО3, как подтверждение факта получения денежных средств от ФИО3 Конкурсным управляющим прилагаются сведения о всех внесенных на счет денежных средствах с назначением платежа «внесение денежных средств от учредителя».

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что наличие актов приема-передачи наличных денежных средств и квитанций о внесении средств на счета должника как денежные средства от учредителя, не подтверждает факт передачи ФИО3 должнику денежных средств на сумму 2 280 000 руб.

Кроме того, денежные средства, внесенные на счет должника как заём от учредителя, возвращались обратно учредителю - ФИО7 (сделки были признаны недействительными определением Арбитражного суда Самарской области от 05.06.2023г.), позже снова были внесены на счет должника для погашения задолженности должника перед ПАО «Сбербанк» по договору N 054/6991/20799-15145 от 17 декабря 2020 г. (платеж должника на сумму 1 363 333,15 руб. от 24.02.2022).

В материалы дела со стороны ФИО3 предоставлены выписки по расчетным счетам последнего, из которых усматривается следующее:

- по выписке по счету Почта Банка за период с 01.05.2019 по 31.01.2020 сумма поступлений отображена в размере 819 730,28 руб., сумма расходов в размере 829 476,43 руб. Исходя из назначений платежей по расходным операциям, денежные средства были потрачены в основном на оплату товаров и услуг.

- по выписке по счету банка ВТБ за период с 18.04.2020 по 29,01.2021 сумма поступления отображена в размере 1 613 780,79 руб., сумма расходов в размере 1 605 68-0,49 руб. Исходя назначений платежей по расходным операциям, денежные средства были потрачены в основном на оплату товаров и услуг.

Также, со стороны ФИО3 предоставлена справка с банка ВТБ, согласно которой за период с 01.01.2021 по 31.12.2021 зачислено на счет 3 048 670,21 руб., списания составляют 2 992 691,73 руб.

Данные документы со стороны ответчика предоставлены в подтверждении финансовой возможности последнего оплатить стоимость имущества в размере более 2 млн. руб.

Однако, суд первой инстанции пришел к выводу, что указанные документы не могут подтверждать финансовую возможность ФИО3 оплатить оспариваемую сделку, так как денежные средства по счетам были потрачены в основном на товары и услуги, денежные средства не аккумулировались и не снимались одной суммой.

Справку по счету, открытому в банке ВТБ за период с 01.01.2021 по 31.12.2021, суд первой инстанции признал не относимым доказательством, так как крайние акты приема-передачи денежных средств датированы январем 2021 года.

Судом первой инстанции установлено, что финансовое состояние ФИО3 не позволяло ему оплатить имущество, иного источника, предоставляющего возможность аккумулирования денежных средств в сумме более двух миллионов рублей в материалы дела не представлено.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемая сделка привела к тому, что при наличии значительных неисполненных денежных обязательств перед независимыми кредиторами, должник намеренно заключил оспариваемый договор. В результате данной сделки произошел вывод активов, в связи с чем, произошло уменьшение конкурсной массы, от реализации которой кредиторы могли получить удовлетворение своих требований. При этом, оспариваемая сделка в смысле п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве по мнению суда первой инстанции, не относится к совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности должника.

В пункте 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац 2 пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 денежных средств, равных стоимости автомобиля Kia JF (Optima), год выпуска 2019, идентификационный номер 

<

***>, цвет черный, ПТС серия 39РВ 930774 от 07.05.2019 в размере 1 747 908,00 руб.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта норм ст.270 АПК РФ.  

По мнению апеллянта, материалами дела подтверждено наличие у ФИО3 денежных средств, для приобретения автомобиля. ФИО3 указал, что автомобиль изначально приобретен для него и никогда в пользовании должника не находился.

Судебная коллегия, повторно исследовав доказательства и выслушав участников процесса, приходит к следующим выводам.  

Из материалов дела следует, что ответчик фактически состоял с руководством должника в дружественных, доверительных отношениях. Из материалов дела следует, что автомобиль был передан ФИО3 сразу после заключения договора лизинга.

Фактически, в судебных заседаниях было установлено, что должник пользование автомобилем не осуществлял. При этом, из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что должником оплачены лизинговые платежи и обязательные сопутствующие доплаты в размере 2 376 356,44 руб.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся притворная сделка (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Из материалов дела следует, что должник фактически безвозмездно передал транспортное средство в пользование ответчика. 

ФИО3 не представлена вся необходимая совокупность доказательств того, что денежные средства в размере произведенных должником лизинговых платежей были им возмещены Обществу.

Таким образом, сделка по заключению договора уступки прав требований от 03.08.2021 по условиям которого должник обязался передать права требования и обязанности должника ФИО3 по договору лизинга №9768/2019 от 15.08.2019г., заключенному между должником и ООО «Каркаде» и предшествовавшая ей не оформленная документами сделка по безвозмездной передаче транспортного средства в пользование ФИО3 фактически прикрывала сделку по безвозмездной передаче права пользования имуществом и права на выкуп транспортного средства путем внесения минимального выкупного платежа заинтересованному к должнику лицу.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом (дарителем) последнему покупателю. Кроме того, данный факт также является косвенным доказательством аффилированности первоначального, нового приобретателя имущества и его продавца (дарителя).

Совокупный экономический эффект, полученный в результате заключения и последующего исполнения таких сделок, заключается, в конечном счете, в выводе активов должника с целью воспрепятствования обращения на него взыскания по обязательствам перед кредиторами, что позволяет сделать вывод о взаимосвязанности последовательно совершенных сделок, объединенных общей целью юридических отношений. Данный механизм вывода активов в преддверии банкротства с использованием юридически несвязанного с должником лица является распространенным явлением, реализуемым посредством совершения цепочки хозяйственных операций по выводу активов на аффилированное с должником лицо по взаимосвязанным сделкам.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 87 и в абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок.

Прикрывающими являются сделка по заключению договора уступки прав требований от 03.08.2021, по условиям которого должник обязался передать права требования и обязанности должника ФИО3 по договору лизинга №9768/2019 от 15.08.2019г., заключенному между должником и ООО «Каркаде», и сделка по фактической передаче автомобиля в безвозмездное пользование ответчику.

Прикрываемой сделкой (сделкой, которую стороны действительно имели в виду) является сделка по безвозмездному отчуждению прав ООО «ТК «Поволжье», как лизингополучателя по договору лизинга №9768/2019 от 15.08.2019г в пользу конечного бенефициара ФИО3 Прикрываемая сделка является недействительной, как совершенная в период подозрительности и в отсутствие равноценного встречного исполнения (пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве), с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника (пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

При оспаривании сделки по уступке права требования (цессии) необходимо учитывать, что стоимость прав требования зависит не только от номинальных характеристик данных прав, но и от платежеспособности должника по основному обязательству (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.08.2018 N 305-ЭС18-5672 по делу N А40-29583/2016).

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что уступка прав требований по спорному договору являлась для должника экономически нецелесообразной сделкой, поскольку должником - первоначальным лизингополучателем выплачена основная часть лизинговых платежей.

В результате совершения указанной сделки должник не получил равноценного встречного предоставления, что соответственно причинило вред имущественным правам кредиторов должника.

Иная квалификация сделки, приведенная судом первой инстанции, не привела к принятию незаконного судебного акта.

Довод заявителя апелляционной жалобы, что он произвел оплаты должнику, отклоняются судебной коллегией, так как ни в суде первой инстанции, ни при рассмотрении апелляционной жалобы доказательства такой оплаты не предоставлены.

Надлежащая оценка представленным ФИО3 доказательствам передачи денежных средств наличными должнику дана судом первой инстанции, указанные оплаты суд первой инстанции посчитал недоказанными.

Установив обстоятельства, свидетельствующие о притворности сделок, заключенных между аффилированными лицами, прикрывающих единую сделку по безвозмездному выводу активов, без предоставления встречного исполнения, судебная коллегия, руководствуясь пунктом 2 статьи 170, пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, считает правомерным удовлетворение требований конкурсного управляющего должником в части взыскания с ответчика ФИО3 в пользу должника в качестве неосновательного обогащения стоимости всех платежей, осуществленных должником, применительно к положениям пункта 2 статьи 1102 ГК РФ и пункта 12 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 N 49 "Обзора практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении".

При этом, возражения по установленному судом первой инстанции размеру последствий признания сделки недействительной никем не заявлены.

Оценив в порядке ст. 71 АПК РФ доводы заявителя апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что данные доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судебной коллегией при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой, установленных по делу обстоятельств, не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, определение Арбитражного суда Самарской области от 23 сентября 2024 года по делу А55-9409/2022, следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 23 сентября 2024 года об оспаривании сделки должника по делу А55-9409/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Ю.А. Бондарева  

Судьи Д.К. Гольдштейн

 Г.О. Попова