﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-5734/2020-ГК

г. Пермь

03 июля 2020 года

Дело № А50-25323/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 июля 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Лесковец О.В., судей Муталлиевой И.О.,          Сусловой О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Моор О.А.,

при участии в заседании:

от истца: Артемьев Д.В., представитель по доверенности от 09.01.2020;

от ответчика: Казарина Д.Б., представитель по доверенности от 31.12.2019;

от третьего лица – представители не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Парма – Телеком», на решение Арбитражного суда Пермского края от 18.03.2020 по делу № А50-25323/2019

по иску акционерного общества «Бизнес компьютер СОФТ» (ОГРН 1067758893696, ИНН 7709708406)

к обществу с ограниченной ответственностью «Парма – Телеком» (ОГРН 1035900071987, ИНН 5902191377)

третье лицо: акционерное общество «Фармстандарт» (ОГРН 1060274031047, ИНН 0274110679),

о взыскании 6802960 руб. 19 коп.,

установил:

Акционерное общество «Бизнес компьютер софт» (далее – истец, АО «Бизнес компьютер софт») обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Парма – Телеком» (далее – ответчик, ООО «Парма – Телеком») 4502290 руб. задолженности по оплате услуг по договору от 16.09.2011 №ПТ/00224/11 и 2300670 руб. 19 коп. неустойки, начисленной за период с 18.10.2018 по 11.03.2020 на основании п. 11.2 договора, с последующим ее начислением в размере 0,1% от суммы долга по день фактического исполнения обязательств по оплате (с учетом уточнения требований, принятых в порядке ст. 49 АПК РФ).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета, в порядке ст. 51 АПК РФ спора привлечено акционерное общество «Фармстандарт».

Решением суда от 18.03.2020 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Ответчик с принятым решением не согласен, обжалует его в апелляционном порядке, просит отменить, в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, указывая, что отчет о затратах времени на оказание услуг использовался сторонами исключительно как инструмент определения стоимости услуг исполнителя, которая не могла быть определена при подписании заявки и не задумывалась сторонами как документ, подтверждающий исполнение по договору.

Считает, что договор и заявка предусматривают создание и передачу заказчику конкретного результата – разработанного программного обеспечения и сопроводительной документации к нему, что, по его мнению, предполагает применение норм права о подряде и сдаче результатов работ.

Утверждает, что сам по себе факт отсутствия в заявке наименования генерального заказчика не может являться основанием для исключения из договора условий, касающихся этого генерального заказчика, в случае, если он известен истцу.

В отношении требований об оплате услуг, оказанных после 30.04.2018, ответчик отмечает отсутствие доказательств заключения дополнительного соглашения №5 к договору.

Заявитель жалобы полагает, что судом не был решен вопрос об объеме и количестве отчетных документов, переданных в качестве результата услуг, не согласен с выводом о том, что результат фактически выполненных работ на сумму 4502290 руб. имеет для ответчика самостоятельную потребительскую ценность.

Не согласен ответчик и с расчетом неустойки, приводит контррасчет с учетом положений ст. 314 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому за период с 07.08.2019 по 11.03.2020 пени составляют 981499 руб. 22 коп.

Ответчик считает, что обращение истца в суд более чем через 10 месяцев после направления претензии подтверждает, что до этого момента для истца не было очевидно, что срок для оплаты наступил.

Истец против удовлетворения апелляционной жалобы возражает по мотивам, изложенным в письменном отзыве от 17.06.2020, просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между АО «Бизнес компьютер софт» (исполнителем) и ООО «Парма-Телеком» (заказчиком) заключен договор от 16.09.2011 №ПТ/00224/11 на оказание услуг по разработке программного обеспечения (далее – договор), в соответствии с условиями которого исполнитель принял на себя обязательство оказать заказчику информационно-технологические услуги по разработке дополнительного программного обеспечения (далее – услуги) (п. 1.1 договора), а заказчик - принять и оплатить эти услуги (п. 1.3 договора).

Пунктом 4.1 договора стороны определили, что услуги оказываются исполнителем на основании заявок, которые оформляются по согласованной сторонами форме и подписываются их уполномоченными представителями.

Стоимость услуг исполнителя определяется в соответствующей заявке (п. 3.1 договора) и рассчитывается путем умножения дневной ставки специалиста исполнителя согласно категории в Приложении №3 к договору (в редакции Приложения №1 к дополнительному соглашению №4 от 09.10.2017 к договору), на количество дней оказания услуг специалистом Исполнителя по соответствующей заявке, подтвержденное отчетом о затратах времени на оказание услуг, с последующим суммированием по всем специалистам Исполнителя, оказывающим услуги по соответствующей заявке.

На основании заявки от 09.10.2017 (далее – заявка) стороны согласовали оказание услуг по разработке, адаптации, модификации, тестированию и сопровождению программного обеспечения на базе информационных систем SAP в срок с 09.10.2017 по 30.04.2018 в объеме, установленном заявкой.

По инициативе ответчика и в целях дальнейшего продолжения оказания услуг по данной заявке по окончании установленного в ней срока стороны договорились об увеличении объема и продлении сроков оказания услуг в порядке, установленном в п. 1.5 договора, - путем заключения дополнительного соглашения №5 от 20.04.2018 к договору.

Как верно отметил суд первой инстанции в этой части, волеизъявление ответчика на продолжение оказания услуг по заявке от 09.10.2017 и увеличение их объема подтверждается соответствующей электронной перепиской представителей сторон договора.

Сам проект дополнительного соглашения №5 от 20.04.2018 к договору был подписан со стороны истца и направлен 30.07.2018 сопроводительным письмом в адрес ответчика в 2 экземплярах Никаких замечаний к тексту указанного дополнительного соглашения или мотивированного отказа от его подписания от ответчика не поступило.

Таким образом, истец и после окончания срока, установленного заявкой, продолжал оказывать услуги.

Во исполнение принятых на себя обязательств по договору и заявке от 09.10.2017 истец оказал следующие услуги:

- по этапу №1 заявки за период с 09.10.2017 по 02.07.2018 на общую сумму 4390190 руб.;

- по этапу №2 заявки за период с 03.07.2018 по 05.07.2018 на общую сумму 112100 руб.

Пунктом 5.2 договора предусмотрено еженедельное оформление исполнителем и направление заказчику 2 экземпляров отчета о затратах времени на оказание услуг, в котором указывается количество времени оказания услуг каждым специалистом исполнителя по соответствующей заявке за отчетный период.

Заказчик в течение 3 календарных дней с момента получения от исполнителя соответствующего отчета обязан его подписать, подтвердив тем самым оказание услуг Исполнителем в заявленном объеме, либо предоставить исполнителю письменный мотивированный отказ от подписания отчета (п. 5.3 договора).

В подтверждение оказания услуг по заявке от 09.10.2017 истцом представлены следующие отчеты о трудозатратах - от 31.10.2017, 30.11.2017, 29.12.2017, 31.01.2018, 28.02.2018, 31.03.2018, 30.04.2018, 31.05.2018, 30.06.2018, утвержденные со стороны ответчика в порядке, установленном в п.п. 5.2-5.4 договора.

Последующие отчеты о трудозатратах специалистов истца за период с 01.07.2018 по 05.07.2018 направлены в адрес ответчика 30.07.2018, однако были оставлены им без ответа и утверждения.

Как предусмотрено п. 5.5 договора, по завершении оказания исполнителем услуг по соответствующей заявке он оформляет и направляет заказчику в 2 экземплярах соответствующий акт об оказании услуг по согласованной сторонами форме, сформированный на основании отчетов о затратах времени.

Заказчик в течение 10 календарных дней с момента получения от Исполнителя этого акта обязан его подписать либо предоставить письменный отказ от его подписания (п. 5.6 договора).

В целях надлежащей сдачи-приемки услуг по заявке от 09.10.2017 и во исполнение п.п. 5.2-5.6 договора истец 30.07.2018 направил ответчику отчетные документы на общую сумму 4502290 руб., в том числе:

- по этапу №1 заявки от 09.10.2017: акт об оказании услуг от 02.07.2018, отчет от 02.07.2018  об оказанных услугах за период с 09.10.2017 по 02.07.2018, счет-фактуру №12/2 от 02.07.2018; счет на оплату №10 от 02.07.2018;

- по этапу №2 заявки от 09.10.2017: акт об оказании услуг от 05.07.2018, отчет от 05.07.2018 об оказанных услугах за период с 03.07.2018 по 05.07.2018 , счет-фактуру №13/2 от 05.07.2018, счет на оплату № 11 от 05.07.2018.

Данные документы поступили по адресу ответчика 01.08.2018, однако им получены не были, подписанные акты об оказании услуг либо мотивированный отказ от их подписания ответчик истцу не направил. С учетом условий договора срок приемки услуг со стороны заказчика истек 13.08.2018.

В соответствии с п. 6.1 договора оплата услуг - в течение 25 банковских дней с момента получения заказчиком от исполнителя надлежаще оформленного счета на оплату и счета-фактуры, выставленных на основании акта об оказании услуг.

Данный пункт договора содержит условие о том, что оплата производится при условии поступления денежных средств от генерального заказчика заказчику, однако заявка от 09.10.2017 к договору не содержит указания на какое-либо иное лицо, помимо сторон договора.

Согласно п. 11.2 договора в случае нарушения заказчиком сроков оплаты услуг исполнителя по соответствующей заявке исполнитель вправе взыскать с заказчика неустойку в размере 0,1% от подлежащей уплате суммы за каждый день просрочки.

С учетом того, что услуги по заявке от 09.10.2017 должны были быть оплачены в срок до 17.10.2018 включительно, истец указал, что имеет место просрочка ответчика в исполнении обязательств в 511 дней (с 18.10.2018 по 11.03.2020 включительно), размер неустойки составляет 2300670 руб.

Отсутствие оплаты оказанных услуг явилось основанием для обращения истца в арбитражный суд.

Возражая против заявленных требований, ответчик указывал на то, что работы по заявке от 09.10.2017 не выполнены исполнителем, результат, которым ответчик считает разработанное программное обеспечение и сопроводительную документацию к нему, не передан, следовательно, оплате не подлежит.

Отчеты о трудозатратах, по мнению ответчика, не подтверждают ни оказание услуг с надлежащим качеством, ни передачу разработанных результатов Заказчику, ни их приемку последним.

Также утверждал, что увеличение объема услуг не произошло, поскольку оферты уполномоченного лица Заказчика не имеется.

Помимо этого, ответчик, считая неустойку чрезмерной, заявил о применении ст. 333 ГК РФ – уменьшении договорной ответственности до 10% годовых.

Удовлетворяя требования истца, суд первой инстанции руководствовался ст. 1, 6, 309, 310, 329-331, 333, 434, 721-723, 753, 779-782, 783 ГК РФ, правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2019 №305-ЭС19-20600, и исходил из того, что квалифицирующим признаком оказания услуг по заявке в полном объеме является подписание и подтверждение всех отчетов о затратах времени на оказание услуг, выставленных исполнителем.

Проанализировав соответствующие отчеты, представленные истцом, суд пришел к выводу о том, что до момента подачи искового заявления ООО «Парма-Телеком» безусловно было осведомлено об объеме услуг, оказанных Исполнителем, а также не имело к ним претензий по качеству и количеству.

Довод ответчика о том, что отчет о затратах времени на оказание услуг не задумывался как документ, подтверждающий выполнение работ по договору, судом рассмотрен и отклонен, исходя из толкования как самих отчетов, так и п.п. 5.2-5.5 договора. Как заключил суд первой инстанции, отчеты о затратах времени является основанием для выставления акта об оказании услуг по соответствующей заявке (ее этапу).

Учел суд и особенности оказания услуг, связанные с предоставлением доступа Исполнителя к информационно-аналитической системе, в которой оказывались услуги и доступ к которой невозможен без волеизъявления Заказчика.

Условия пп. 5.6.1 договора признаны судом первой инстанции неприменимыми к отношениям сторон по спорной заявке, поскольку последней не предусмотрен перечень итоговых документов, необходимых для согласования генеральным заказчиком, который не определен ни договором, ни заявкой.

Порядок приемки результатов услуг признан судом первой инстанции не противоречащим п. 4 ст. 753 ГК РФ, в том числе с учетом соответствующей обязанности ответчика по их приемке, закрепленной в договоре (п.п. 5.2, 5.6 договора).

Суд счел, что окончательный расчет между сторонами не может быть поставлен в зависимость от действий третьих лиц, не являющихся участниками договора.

Дополнительный объем услуг суд счел согласованным сторонами. При этом, помимо электронной переписки с участием представителей заказчика, подтверждающей волеизъявление ООО «Парма-Телеком» на оказание услуг по спорной заявке со стороны АО «БК Софт» после 30.04.2018, представителями истца 26.04.2018 (то есть до окончания срока оказания услуг, установленного заявкой) было получено электронное письмо представителя Заказчика - Руководителя направления Департамента систем бизнес-анализа и разработки ПО ООО «Парма-Телеком» В. Перескокова, содержащее запрос на оказание дополнительных услуг и Реестр форм с плановыми сроками окончания выполнения дополнительных разработок, истекающими 29.06.2018. Данное письмо ответчика явилось основанием для направления ему истцом проекта дополнительного соглашения № 5 к договору, предварительно согласованному с представителями Заказчика. Поведение ответчика в этой части оценено с учетом принципа добросовестности участников гражданского оборота.

Расчет неустойки судом первой инстанции проверен, признан верным. Оснований для уменьшения неустойки не установлено.

Изучив материалы дела, исследовав доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции оснований для отмены или изменения обжалуемого решения не установил с учетом следующего.

В соответствии с п. 2 ст. 1 и ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (ст. 422 ГК РФ). 

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней.

При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Как разъяснил Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума от 14.03.2014 №16 «О свободе договора и ее пределах» (далее – Постановление № 16) применяя названные положения, судам следует учитывать, что норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило.

Тот же пленум ВАС РФ в п. 5 Постановления №16 разъяснил то, что нормы об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, могут быть применены к непоименованному договору по аналогии закона в случае сходства отношений и отсутствия их прямого урегулирования соглашением сторон (п. 1 ст. 6 ГК РФ).

Предмет заключенного между истцом и ответчиком договора определен в его п. 1.1 (т. 1 л.д. 13) – оказание заказчику информационно-технологических услуг по разработке дополнительного программного обеспечения.

Как следует из содержания спорной заявки от 09.10.2017 (т. 1 л.д. 47-49), стороны договора согласовали оказание услуг по разработке, адаптации, модификации, тестированию и сопровождению программного обеспечения на базе информационных систем SAP.

По результатам анализа перечня услуг, согласованных спорной заявкой, апелляционная коллегия приходит к выводу, что они в основном заключались в разработке и доработке отчетных форм, а также их тестировании в информационной системе.

Плановый объем услуг согласован в человеко-днях, потребительская ценность деятельности Исполнителя заключалась в самой этой деятельности, направленной на совершенствование информационных систем, посредствам создания в них новых нематериальных объектов.

Особенности предмета договора исключают возможность толкования его содержания и последующей квалификации как договора подряда.

По смыслу положений ст. 702 и ст. 779 ГК РФ договор подряда отличается от договора на возмездное оказание услуг тем, что результат деятельности подрядчика имеет овеществленный характер и выражается в создании вещи по заданию заказчика или ее трансформации (реконструкции, ремонте) в отличие от деятельности услугодателя, не приводящей к созданию вещественного результата.

Отличие данных видов договоров состоит в том, что по договору подряда ценность для заказчика представляет только результат работ, в то время как в договоре об оказании услуг ценностью являются и сами действия исполнителя, даже если они направлены на достижение определенного результата.

Именно поэтому в договоре возмездного оказания услуг на исполнителе не лежит риск недостижения результата, в отличие от договора подряда, в котором основным критерием завершения работ выступает передача их результата заказчику.

Наличие или отсутствие результата не может служить квалифицирующим признаком договора об оказании услуг, но данный результат неотделим от совершаемых действий. 

Тем самым в отличие от договора подряда (и иных договоров, относимых к группе договоров на достижение результата) заказчик должен доказать, что исполнитель не совершил необходимых действий.

То, что истец не совершил необходимых действий, согласованных в спорной заявке и договоре (с учетом дополнительных соглашений к нему), из материалов дела не следует, ответчиком не доказано (ст. 9, 65 АПК РФ).

К взысканию предъявлена стоимость фактически оказанных услуг, наличие оснований для удовлетворения требований истца подтверждено совокупностью доказательств (ст. 71 АПК РФ).

То, что услуги фактически оказывались, подтверждено истцом отчетами о трудозатратах, актами и отчетами об оказании услуг. 

Пользование ответчиком услугами без предоставления встречного эквивалентного исполнения по возмездному договору недопустимо. Стоимость услуг, отличная от заявленной истцом, ответчиком не доказана, расчет исполнителя не опровергнут.

То, что качество услуг не соответствовало договору или обычно предъявляемым к такому виду услуг требованиям, из материалов дела не следует. Иные даты фактического оказания услуг, отличные от указанных истцом, также по материалам дела не установлены.

Доказательственное значение отчетов о трудозатратах ответчиком, по сути, не опровергнуто, в том числе посредствам представления иных доказательств, которые могли бы быть оценены судом в совокупности (ст. 71 АПК РФ). Недопустимым данные доказательства не признаны, об их фальсификации не заявлено.

Отчеты подписаны со стороны заказчика, принадлежность подписи работнику ответчика не оспаривается.

Несмотря на то, что отчеты о трудозатратах содержат оговорку о том, что они не являются основанием для выставления счетов, данные доказательства позволяют установить фактическое оказание услуг и их объем. Последующее выставление истцом счетов на оплату и оформление актов об оказанных услугах обусловлено фактом их оказания, что и подтверждают отчеты о трудозатратах.

Из положений главы 39 ГК РФ следует, что условие о сроках оказания услуг не является существенным для данного вида договора.

Вместе с тем, коль скоро стороны согласовали соответствующее условие в договоре – по этапам оказания услуг, суд первой инстанции при наличии доводов и возражений сторон в этом отношении правомерно проверил порядок оказания услуг Исполнителем.

Приемка услуг предусмотрена разделом 5 договора. Истец представил ответчику все необходимые документы для этого, однако со стороны Заказчика не поступило отказа от приемки, равно как и направленные ему акты он не подписал.

При этом на Заказчике в силу ст. 165.1 ГК РФ лежит риск неполучения корреспонденции, поступившей по его адресу.

То, что имели место причины, препятствующие этому, что ответчик был лишен возможности получать корреспонденцию, направляемую в его адрес, по причинам, от него не зависящим, им не доказано, также как и то, что содержание направляемой корреспонденции было иное.

В отношении дополнительно оказанных истцом услуг, сверх определенных спорной заявкой и поименованных в дополнительном соглашении №5 к договору, суд апелляционной инстанции исходит из того, что эти услуги фактически оказаны, потребность в них у Заказчика имелась, что надлежаще подтверждено истцом.

С учетом предшествующих отношений сторон, действия исполнителя по подготовке и направлению дополнительного соглашения №5 и выполнении объема услуг, в нем поименованных, правомерно.

Переписка сторон посредствам электронной почты оценена судом первой инстанции верно (ст. 71, 75 АПК РФ, ст. 6, 434 ГК РФ). При этом, заказчик имел возможность представить свои возражения, отказаться от подписания актов со ссылкой на то, что услуги не согласовывал, но этого не сделал.

Имел ответчик такую возможность и в процессе исполнения договора истцом, работники которого осуществляли действия в информационной системе, имеющей ограниченный доступ. Очевидным является то, что такие действия в системе за пределами согласованного срока, при должной степени осмотрительности должны были вызвать у заказчика вопросы. Однако какой-либо переписки по вопросам ограничения доступа истца к системе материалы дела не содержат.

Возражения апеллянта о неразрешении судом первой инстанции вопроса об объеме и качестве услуг, об их потребительской ценности для заказчика, судом апелляционной инстанции рассмотрены и отклонены, поскольку ссылаясь на указанные обстоятельства, ответчик должен представить доказательства в их подтверждение, в том числе путем инициирования проведения экспертизы в порядке, аналогичном ст. 720 ГК РФ.

Ответчик не воспользовался своим процессуальным правом на заявление ходатайства о проведении экспертизы для подтверждения объема и качества оказанных услуг.

Более того, судебная коллегия считает необходимым отметить, что заявляя о некачественности оказанных истцом услуг и несоответствии их объемов, при этом потребив данные услуги, в том числе передав доработанные истцом формы третьему лицу и надлежащим образом урегулировав спор с ген.заказчиком (производство по делу №А40-256257/18 прекращено в связи с утверждением определением от 22.05.2020 мирового соглашения), избранная ответчиком при рассмотрении настоящего дела правовая позиция фактически свидетельствует о нежелании исполнения договорных обязательств и намерении избежать уплаты задолженности за оказанные услуги.

В отношении доводов апеллянта о неверном расчете неустойки суд апелляционной инстанции полностью поддерживает позицию суда первой инстанции, основанную на расчетах истца. В данном случае расчет неустойки соответствует условиям договора с учетом обстоятельств доставки в адрес ответчика юридически значимых сообщений.

В силу ст. 327.1 ГК РФ исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2(2017), утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017, само по себе не противоречит указанным нормам (ст. ст. 314, 327.1 ГК РФ) условие договора субподряда о том, что срок оплаты выполненных субподрядчиком строительных работ исчисляется с момента сдачи генеральным подрядчиком результата этих работ заказчику по договору или с момента получения генеральным подрядчиком оплаты от заказчика.

Вместе с тем, согласно п. 1 ст. 314 ГК РФ исчисление срока исполнения обязательства допускается в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Подобным же образом, в силу ст. 327.1 ГК РФ, исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

При этом следует учитывать разъяснения, содержащиеся в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 №54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" о защите прав стороны обязательства, начало течения срока исполнения которого обусловлено наступлением определенных обстоятельств, предусмотренных договором.

По смыслу п. 1 ст. 314, ст. 327.1 ГК РФ срок исполнения обязательства может исчисляться в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Если действия кредитора, совершением которых обусловлено исполнение обязательства должником, не будут выполнены в установленный законом, иными правовыми актами или договором срок, а при отсутствии такого срока - в разумный срок, кредитор считается просрочившим (ст. 328 или 406 ГК РФ).

Например, начальный и конечный сроки выполнения работ по договору подряда (ст. 708 ГК РФ) могут определяться указанием на уплату заказчиком аванса, невнесение которого влечет последствия, предусмотренные ст. 719 ГК РФ.

Если наступлению обстоятельства, с которым связано начало течения срока исполнения обязательства, недобросовестно воспрепятствовала или содействовала сторона, которой наступление или ненаступление этого обстоятельства невыгодно, то по требованию добросовестной стороны это обстоятельство может быть признано соответственно наступившим или ненаступившим (п. 1 ст. 6, ст. 157 ГК РФ).

Вместе с тем, в рассматриваемом случае условие договора об окончательном расчете за услуги при условии поступления денежных средств от генерального заказчика (в договоре не указан), поставлено в зависимость от действий лица, не являющегося участником договора, заключенного между истцом и ответчиком, и обусловлено обстоятельством, момент наступления которого не известен и наступление которого не зависит от воли ни одной из сторон.

В связи с тем, что окончательный расчет за оказанные услуги не может быть поставлен в зависимость от действий третьих лиц, ни одно из которых не является участником рассматриваемых правоотношений, а также обуславливаться обстоятельством, момент наступления которого неизвестен и наступление которого не зависит от воли ни одной из сторон договора, данный довод ответчика не принимается судом апелляционной инстанции.

Подобный подход поддержан Верховным Судом Российской Федерации в деле №А40-217682/2018 (определение от 08.11.2019 № 305-ЭС19-20600).

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм права, а по существу сводятся к несогласию заявителя с оценкой судом обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств.

Нарушений норм ст. 270 АПК РФ не установлено.

При таких обстоятельствах в удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать. Обжалуемое решение суда от 18.03.2020 отмене или изменению не подлежит.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на самого заявителя (ст. 110 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 18.03.2020 по делу №А50-25323/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

О.В. Лесковец 

 

Судьи

 

И.О. Муталлиева 

 

О.В. Суслова