ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-3444/2021

Дело № А41-99458/18

25 мая 2021 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  18 мая 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 мая 2021 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Шальневой Н.В.

судей  ЕпифанцевойС.Ю., Муриной В.А.

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании: 

ФИО2 (паспорт, лично);

от конкурсного управляющего ООО “Русская Горно-металлургическая Компания - Центральный регион” - ФИО3 (доверенность от 05 октября 2020г.);

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 21.12.2020 по делу №А41-99458/18,  

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 13.02.2019. ООО «Русская горно-металлургическая компания - Центральный регион» (ИНН 

<

***>) введена процедура банкротства наблюдение.

06.08.2019 суд признал ООО «Русская горно-металлургическая компания - Центральный регион» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 144000, 

<

...>) несостоятельным (банкротом) и открыл в отношении него конкурсное производство.

Конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада»).

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением к ответчику ФИО2, просит признать недействительными сделками денежные перечисления в пользу ответчика на сумму 6 999 548 рублей, возвратить денежные средства в конкурсную массу.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.12.2020  заявление удовлетворено в части, признаны недействительными сделками платежи, совершенные должником в пользу ФИО2 на общую сумму 6 788 728 рублей, применены последствия недействительности сделок. С ФИО2 взыскано в конкурсную массу должника ООО «РГМК-Центральный регион» 6 788 728 рублей , 6000 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины. В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение в части удовлетворения требований конкурсного управляющего.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть определения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Возражений против проверки арбитражным апелляционным судом законности и обоснованности определения суда первой инстанции только в обжалуемой части, от лиц, участвующих в деле не поступило.

В судебном заседании ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить обжалуемое определение в части удовлетворения требований конкурсного управляющего.

Представитель конкурсного управляющего ООО “Русская Горно-металлургическая Компания - Центральный регион” возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие остальных лиц, участвующих в обособленном споре, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Из материалов дела следует, что ответчик являлся генеральным директором должника по дату введения конкурсного производства.

В процессе исполнения обязанностей конкурсного управляющего было установлено, что ФИО2 были выплачены премии в размере 6 999 548 руб.:

январь 2018 г. - 16 051 руб.,

февраль 2018 г. - 11 864 руб.,

март 2018 г. - 11 864 руб.,

апрель 2018 г. - 11 299 руб.,

май 2018 г. - 8 305 руб.,

июнь 2018 г. - 11 864 руб.,

июль 2018г.-11 864 руб.,

август 2018г.-6 705руб.,

сентябрь2018г.-11 864руб.,

октябрь 2018 г. - 6 511 864 руб.,

ноябрь 2018 г. - 11 864 руб.,

декабрь 2018 г. - 11 864 руб.,

январь 2019 г. - 13 260 руб.,

февраль 2019 г. - 12 164 руб.,

март 2019 г. - 276 864 руб.,

апрель 2019 г. - 14 033 руб.,

май 2019 г. - 17 174 руб.,

июнь 2019 г. - 16 892 руб.,

июль 2019 г. - 11 348 руб.,

август 2019 г. - 540 руб.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции руководствовался пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)".

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" закреплено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ООО «Русская горно-металлургическая компания - Центральный регион» указал, что перечисление генеральному директору дополнительных выплат является недействительной сделкой, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из указанных в статье условий.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О 10 несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 9 названного Постановления при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Производство по настоящему делу было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 12.12.2018, оспариваемые платежи совершены в период с января 2018г. по август 2018г., то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Под трудовой функцией понимается любая работа по определенной должности в соответствии со штатным расписанием профессии, специальности, с указанием квалификации, а также конкретный вид поручаемой работы.

Заработной платой является вознаграждение за труд, зависящее от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и стимулирующие выплаты; оклад - фиксированный размер оплаты труда работник за выполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц компенсационных, стимулирующих и социальных выплат. Заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, количества и качества затраченного труда в соответствии с системой оплаты труда, действующей у работодателя (ст. ст. 129, 132, 135 ТК РФ).

Действующее трудовое законодательство предусматривает премирование работников, однако апелляционный суд не установил в материалах дела доказательства обоснованности начисления генеральному директору премий в преддверии банкротства.

Тем не менее, выплаты, совершенные с января 2018 по август 2019 года носили регулярный характер, а их размер варьировался в пределах 17 000 рублей ежемесячно, за исключением выплат в октябрь 2018 г. на сумму 6 511 864 руб.и марте 2019 г. на сумму 276 864 руб.

Поскольку премиальные выплаты в рамках трудовых отношений начали выплачиваться до возникновения неплатежеспособности, носили регулярный характер и разумный размер, суд приходит к выводу, что указанные выплаты за исключением выплат в октябре 2018 г. на сумму 6 511 864 руб. и марте 2019 г. на сумму 276 864 руб. не носили цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов, выплачивались в рамках обычной хозяйственной деятельности в целях исполнения своих обязательств должником по оплате труда ответчика.

Относительно выплат в октябре 2018 г. на сумму 6 511 864 руб. и марте 2019 г. на сумму 276 864 руб., (всего 6 788 728 рублей), то суд первой инстанции установил, что их размер ответчиком никак не обоснован, выплаты носили разовый характер, совершены в условиях неплатежеспособности должника.

По сведениям управляющего, признаки неплатежеспособности должника возникли не позднее 4 квартала 2018 года, что подтверждается следующими доказательствами.

В результате анализа значений и динамики коэффициентов, характеризующих платежеспособность должника, временным управляющим установлено следующее:

- существенное ухудшение коэффициента текущей ликвидности произошло в 1 полугодии 2018 года; существенного ухудшения коэффициента абсолютной ликвидности в анализируемом периоде произошло во 2 и 3 кварталах 2016 году, 1 квартале 2017 года и 1 полугодии 2018 года;

- существенное ухудшения показателя обеспеченности обязательств должника произошло в 1 полугодии 2018 года;

- существенное ухудшения показателя степени платежеспособности должника произошло в последние 9 месяцев 2018 года.

В 2016 и 2017 годах основная деятельность является прибыльной, по итогам 2018 года (спад основной деятельности), должник получил убыток от продаж.

На конец 2018 года вероятность погашения должником текущей задолженности перед кредиторами в краткосрочный период времени за счет наиболее ликвидных активов составляет менее 1 %;

Анализ коэффициентов, характеризующих деловую активность должника, показал, что в 2018 году произошло снижение всех показателей деловой активности и получение предприятием убытка по итогам работы за 2018 год. Данное снижение обусловлено снижением объемов продаж и предъявлением требований о погашении обязательств третьих лиц, предъявленных должнику на основании выданных поручительств, и созданием резерва под указанные расходы.

На 31.12.2018 обязательства предприятия обеспечены его совокупными активами только на 4%, т.е. низкая вероятность погашения должником задолженности перед кредиторами в полном объеме в долгосрочный период времени;

Так, 11.09.2018 конкурсным кредитором ООО «Луксар» в адрес должника были отправлены уведомления № 0293/1, № 0293/2, №0292- 18-6У-0/1 и №0292-18-6У-0/3 от 7.09.2018 об уступке прав (требований) по кредитным договорам.

21.09.2018 ООО «Луксар» в адрес должника были отправлены требования об исполнении обязательств (повторные) не позднее 5 дней по получении настоящего требования исполнить обязательства по кредитным договорам.

Требования кредитора не были исполнены. 

Помимо прочего (как установлено в аудиторском заключении, на которое приведена ссылка в заключении о признаках преднамеренного банкротства) должником по итогам 2018 были допущены существенные нарушения, повлекшие искажение показателей бухгалтерской отчетности, составленной по состоянию на 31.12.2018.

 

Суд первой инстанции пришел к выводу, что не позднее 4 квартала 2018 года должник обладал признаками неплатежеспособности.

Апелляционный суд отклонил доводы заявителя жалобы о том, что на момент перечисления спорных платежей должник не обладал признаками неплатежеспособности, поскольку, опровергая выводы суда первой инстанции, ответчиком не представлены надлежащие доказательства.

Доводы заявителя жалобы, что требования мажоритарного кредитора ООО «Луксар» были предъявлены к должнику с целью доведения его до банкротства основаны на предположениях о наличии сговора группы лиц с противоправными целями и намерениями причинить имущественный ущерб должнику. Данный довод не подтвержден документально.

Апелляционный суд отмечает, что необоснованность требований кредитора подлежит установлению в ином обособленном споре, но не в рамках признания сделки недействительной.

Также апелляционному суду не были представлены доказательства того, что на момент совершения платежей в октябре 2018г. и марте 2019г. фактически задолженность, определяющая неплатежеспособность общества, не существовала, и о ее наличии ответчику не было известно. 

Довод заявителя жалобы, что премирование генерального директора в результате стабильных удовлетворительных финансовых показателей общества, несостоятелен, поскольку фактические обстоятельства дела свидетельствуют о неэффективности хозяйственного управления, приведшего к возбуждению дела о банкротстве. 

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве закреплено, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. 

Доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

При таких обстоятельствах апелляционный суд не находит оснований для отмены судебного акта в обжалуе6мой части, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 223, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 21.12.2020 по делу №А41-99458/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.В. Шальнева

Судьи

 

ФИО5

 В.А. Мурина