АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А27-13789/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме 16 апреля 2024 года  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:  председательствующего Чинилова А.С.,  

судей Лукьяненко М.Ф.,   Ткаченко Э.В.,  

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1  на решение от 25.09.2023 Арбитражного суда Кемеровской области (судья  Душинский А.В.) и постановление от 21.12.2023 Седьмого арбитражного апелляционного  суда (судьи Подцепилова М.Ю., Ваганова Р.А., Сухотина В.М.) по делу   № А27-13789/2022 по иску ФИО2 к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества  с ограниченной ответственностью «НК-Комплект» (654034, Кемеровская обл. – Кузбасс,  

<

...> (Кузнецкий р-н), д. 66, кв. 38, ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>).  

Суд установил: 

ФИО2 (далее – ФИО2, истец) обратилась в суд с иском,  уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ), к ФИО1 (далее – ФИО1,  ответчик) о привлечении руководителя и единственного учредителя общества  с ограниченной ответственностью «НК-Комплект» (далее – ООО «НК-Комплект»,  общество) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества в размере  266 694 руб. убытков, понесенных истцом в результате устранения недостатков  выполненных работ по договору подряда от 24.04.2021 № 24/04/2021 на монтаж фасада  жилого дома, 250 967 руб. неустойки за период с 10.12.2021 по 10.01.2022 за нарушение  сроков удовлетворения требований потребителя о возврате уплаченной за работу  денежной суммы и возмещении убытков, 15 000 руб. расходов на проведение экспертизы.  

Решением от 25.09.2023 Арбитражного суда Кемеровской области, оставленным без  изменения постановлением от 21.12.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда,  исковые требования удовлетворены.  

ФИО1 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые  судебные акты отменить, считая их незаконными, необоснованными, принятыми  с неправильным применением норм материального и процессуального права, направить  дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области в ином судебном  составе.  

В обоснование жалобы приведены следующие доводы: наличие в действиях  ответчика исключительного намерения причинить истцу вред или иное его  недобросовестное поведение не усматривается, представленными доказательствами  не подтверждается; бремя доказывания правомерного поведения не может безусловно  и всеобъемлюще возлагаться на ответчика для такого распределения бремени  доказывания по данной категории дел, истец, в первую очередь, должен представить  доказательства, с разумной степенью достоверности порождающие у суда сомнения  в правомерности поведения контролирующего должника лица в отношении данного  кредитора; истец должен представить доказательства наличия добросовестности в своих  действиях, направленных на получение задолженности прежде всего с первоначального  должника, а не с его руководителя, что соответствует принципам субсидиарной  (дополнительной) ответственности; истцом был выбран неверный способ защиты  нарушенного права; сам факт того, что расчеты с кредиторами не были осуществлены  до прекращения деятельности общества не может являться основанием для вменения  субсидиарной ответственности участнику хозяйственного общества; судом первой  инстанции не было исследовано каким образом велась финансово-хозяйственная  деятельность ООО «НК-Комплект», исполнялись ли обязательства между  ООО «НК-Комплект» и его контрагентами, могло ли юридическое лицо в целом  оплачивать взятые на себя обязательства, не отслеживалось движение денежных средств  ООО «НК-Комплект», не была дана объективная оценка финансовому состоянию  юридического лица; задолженность ответчика перед истцом возникла позже, чем подано  заявление о ликвидации, следовательно, уходить от ответственности  ООО «НК-Комплект» не собиралось.  

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 просит обжалуемые судебные акты  оставить без изменения как соответствующие действующему законодательству.  

Изучив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 284, 286, 287,  288 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм  материального права и соблюдение норм процессуального права при принятии  обжалуемых судебных актов, а также соответствие выводов в указанных актах  установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле  доказательствам, суд кассационной инстанции полагает, что обжалованные решение  и постановление подлежат оставлению без изменения в связи со следующим.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ФИО2  (заказчик) и ООО «НК-Комплект» (подрядчик) 24.04.2021 заключен договор подряда  

на монтаж фасада жилого дома № 24/04/2021 (далее – договор), по условиям которого,  подрядчик обязуется своими силами и техническими средствами выполнить работы  по монтажу фасада жилого дома с утеплением в два слоя, расположенного по адресу:  

<

...> (пункт 1.1 договора).  

Стоимость работ составляет 208 000 руб. (пункт 2.1 договора). Работы выполняются  иждивением подрядчика (пункт 1.3 договора). В ходе выполнения работ стоимость работ  и материалов уточнялась, всего заказчиком было оплачено подрядчику 731 802 руб., что  не оспаривалось ответчиком.  

Акта о передаче результата работ заказчику в материалы дела не представлено. 

В ходе выполнения договора заказчиком обнаружены недостатки работ,  о необходимости которых 18.08.2021 направлена претензия в адрес подрядчика.  Подрядчик 30.08.2021 направил заказчику ответ на претензию, в котором указал, что  работы по договору не закончены, просил предоставить доступ к объекту работ в течение  2-х суток с момента получения ответа.  

Заказчик 02.09.2021 направил в адрес подрядчика письмо, в котором предлагал  приступить к выполнению работ 4 и 5 сентября 2021 года, повторно просил предоставить  документацию, связанную с изменением цены договора, предоставить платежные  документы для проведения сверки расчетов.  

Письмо получено 02.09.2021, однако, работы по устранению недостатков  и окончанию работ по объекту не проведены.  

В связи с тем, что обществом работы недоделаны, а также имеются недостатки  в выполненных работах, заказчиком заключен договор оказания услуг с обществом  с ограниченной ответственностью «Инвест» (далее – ООО «Инвест») на проведение  экспертного исследования по установлению недостатков работ и стоимости  их устранения.  

Согласно заключению специалиста № 21-468, выполненного ООО «Инвест»  стоимость устранения недостатков работ по договору составляет 261 423,96 руб., а также  имеется перерасход материалов на 50 655,10 руб.  

С учетом выводов специалиста, заказчик направил в адрес подрядчика претензию  с просьбой устранить выявленные экспертизой недостатки и возместить стоимость  экспертизы в размере 15 000 руб.  

Претензия оставлена подрядчиком без ответа и исполнения, что побудило заказчика  27.01.2022 обратиться в Куйбышевский районный суд города Новокузнецка с иском  о защите прав потребителя.  

Учитывая, что единственный участник и руководитель ООО «НК-Комплект»  ФИО1 приняла решение о ликвидации общества и ликвидировала его  в максимально короткие сроки с целью избежания ответственности перед ФИО2  за выполнение работ ненадлежащего качества, ФИО2 обратилась в арбитражный  суд с иском по настоящему делу.  

Определением от 16.01.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу  назначена судебная строительно-техническая экспертиза, проведение которой поручено  обществу с ограниченной ответственностью «АльтингСиб» эксперту ФИО3.  

По результатам экспертизы, в том числе выявлена стоимость устранения  недостатков производственного характера, которая составляет округленно до целых чисел  178 889 руб.  

Определением от 15.06.2023 Арбитражного суда Кемеровской области назначена  дополнительная судебная строительно-техническая экспертиза.  

Согласно выводу эксперта, установлены недостатки работ по установке отливов  и водосточной системы, стоимость устранения которых составит 87 805 руб.  

Суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворяя требования истца, исходили  из того, что факт нарушения обязательства ООО «НК-Комплект» и возникновения  убытков у истца, а также причинно-следственная связь между нарушением и возникшими  убытками подтверждается заключениями эксперта; ФИО1, являясь  единственным участником и директором общества, действовала недобросовестно,  неразумно, с нарушением требований законодательства, что выразилось в ликвидации  организации-должника при наличии у директора (учредителя) достоверных сведений  об имеющемся споре о наличии недостатков на сумму более 250 000 руб. по договору  подряда, заключенному с ФИО2; ликвидация ООО «НК-Комплект» без  включения в ликвидационный баланс задолженности перед ФИО2, без  урегулирования вопроса об устранении недостатков работ, после получения досудебной  претензии от 26.11.2021 повлекло нарушение прав и законных интересов истца как  кредитора, тем самым причинив ему убытки; поскольку ООО «НК-Комплект» исключено  из Единого государственного реестра юридических лиц, именно контролирующее его  лицо является ответственным перед внешними кредиторами за невозможность  исполнения обязательств общества.  

Рассмотрев кассационную жалобу в пределах ее доводов, которыми ограничивается  рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, пункт  28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13  «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при  рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» (далее – Постановление   № 13)), суд округа не находит оснований для отмены принятых по делу судебных актов  по следующим основаниям.  

Особенностью настоящего дела является то обстоятельство, что ответчик, будучи  единственным участником ООО «НК-Комплект», исполнял функции директора, а также  ликвидатора общества. Поэтому согласно сложившейся судебной практике действиях  контролирующего общество лица подлежат оценке не только с точки зрения формального  соблюдения порядка ликвидации юридического лица, но и с позиции наличия в действия  

ответчика злоупотребления при использовании института ликвидации.  

Гражданское законодательство о юридических лицах построено на основе  принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности,  ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности (пункт 1 статьи 48,  пункты 1 и 2 статьи 56, пункт 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации,  далее – ГК РФ).  

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав  органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании)  деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения  упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица  перед иными участниками оборота.  

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает  запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда  независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что  обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее –  постановление № 53).  

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные  контролирующие лица (пункты 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены  к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при  предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность  удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих  лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности,  и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском,  присущим ведению предпринимательской деятельности.  

Требуется, чтобы именно неразумные и (или) недобросовестные действия  (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что  общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (пункт 1 статьи  1064 ГК РФ, пункт 2 постановления № 53).  

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить  доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него  убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица,  а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой  и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.  

В случае предоставления таких доказательства, в том числе убедительной  совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца  переходит на контролирующее лицо – ответчика, который должен, раскрыв свои  документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле  

осуществлялась хозяйственная деятельность (статья 9 и часть 1 статьи 65 АПК РФ, пункт  56 постановления № 53).  

Изложенное соответствует правовым позициям Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, сформулированным  в определениях от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180,  от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865, от 23.01.2023   № 305-ЭС21-18249(2,3).  

Также в силу пункта 2 статьи 64.1 ГК РФ изложенное распространяется  на ликвидатора общества.  

Ликвидатор письменно уведомляет кредиторов о предстоящей ликвидации  юридического лица.  

При этом установленный статьями 61 – 64 ГК РФ порядок ликвидации  юридического лица не может считаться соблюденным в ситуации, когда ликвидатору  было доподлинно известно о наличии не исполненных обязательств перед кредитором,  потребовавшим оплаты долга, в том числе путем инициирования судебного процесса  о взыскании задолженности, при этом ликвидатор внес в ликвидационные балансы  заведомо недостоверные сведения – составил балансы без учета указанных обязательств  ликвидируемого лица и не произвел по ним расчета (постановления Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12101/10, от 13.10.2011   № 7075/11, от 15.01.2013 № 11925/12, от 05.03.2013 № 14449/12, от 18.06.2013   № 17044/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.05.2015 № 310- ЭС14-8980, от 29.07.2015 № 306-КГ15-537).  

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы, отсутствие действий,  направленных на получение задолженности прежде всего с первоначального должника,  а не с его руководителя, не влияет на возможность его привлечения к субсидиарной  ответственности (постановление Президиума Высшего арбитражного Суда Российской  Федерации от 13.05.2014 № 127/14).  

Суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что в данном случае  факт наличия и размер убытков подтверждается материалами судебной экспертизы;  причинение ущерба (устранение недостатков в работах и их завершение) произошло  в процессе исполнения ООО «НК-Комплект» обязательств по договору подряда  (24.04.2021), обратного в ходе рассмотрения настоящего дела ответчиком не доказано  (статьи 9, 65 АПК РФ).  

Решение о ликвидации было принято единственным участником 22.09.2021,  ООО «НК-Комплект» исключено из ЕГРЮЛ 24.01.2022, то есть в довольно короткий срок  после направления (02.09.2021) претензии о необходимости устранения недостатков  в работах.  

Более того, ООО «НК-Комплект» в письме от 30.08.2021 просило истца  предоставить доступ на объект для завершения работ по договору, но получив оплату  

за выполненные работы уже менее чем через месяц приняло решение о ликвидации, что  очевидно порождает для заказчика ряд негативных последствий такого прекращения  деятельности юридического лица и делает выгодным для ООО «НК-Комплект»  ликвидацию в целях уклонения от исполнения обусловленных договором обязательств.  

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела  доказательства, проанализировав хронологию событий, предшествовавших ликвидации  ООО «НК-Комплект», принимая во внимание, что единоличный исполнительный орган  общества знал о наличии обязательств по договору подряда, однако в ликвидационный  баланс соответствующие убытки не включил, не предпринял мер по извещению кредитора  – ФИО2 несмотря на существование между ними договорных отношений,  учитывая, что именно ненадлежащим исполнением обязательств по договору были  причинены убытки, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения  ФИО1 к субсидиарной ответственности.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной  в определении от 30.05.2022 № 305-ЭС22-2095, руководитель юридического лица,  в частности, несет ответственность за нарушение обязанностей по организации системы  управления юридическим лицом, по выбору и контролю за действиями (бездействием)  работников юридического лица (абзац первый пункта 5 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах  возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», далее –  постановление № 62). Руководитель отвечает за свои действия (бездействие),  а не за действия (бездействие) работников, поскольку упомянутые обязанности  по организации, выбору и контролю являются собственными обязанностями  руководителя.  

Суды учли, что порожденные истцом разумные сомнения в намерении  ФИО1 путем добровольной ликвидации ООО «НК-Комплект» избежать  ответственности в связи с ненадлежащим исполнением договора (статья 393 ГК РФ)  последней не были развеяны контролирующим общество лицом, убедительных  объяснений того, почему именно так разворачивались указанные события,  им не приведено (статьи 9, 65 АПК РФ).  

Кассационный суд отмечает, что позиция ответчика по кассационной жалобе  сводится к его добросовестности исключительно при исполнении функций ликвидатора;  каких-либо аргументов и доказательств, подтверждающих добросовестность  контролирующего общество лицо при принятии решения о ликвидации, добросовестном  использовании данного института, заявитель жалобы не приводит.  

Таким образом, поскольку судами установлена противоправность действий  контролирующего общество лица, которое использовало прекращение деятельности  юридического лица в целях причинения вреда ФИО2, наличие убытков  и причинно-следственной связи между его действиями и наступившими последствиями  

в виде утраты возможности получения положительных результатов по устранению  недостатков от ликвидированного юридического лица, их вывод о наличии оснований для  субсидиарной ответственности соответствует материалам дела.  

Доводы жалобы направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств,  что не входит в компетенцию суда округа.  

Оснований для иных выводов у суда округа не имеется. 

Переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные  по сравнению со сделанными судами выводы относительно того, какие обстоятельства  по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств,  не допущена (пункт 32 Постановления № 13).  

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие  существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы  и оценены в соответствии с требованиями части 7 статьи 71 АПК РФ. Нормы  материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права,  которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов,  кассационной инстанцией не установлено.  

Несогласие заявителя с выводами судов не свидетельствует о неправильном  применении ими норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход  дела, а потому не может служить основанием для отмены судебных актов в кассационном  порядке (статьи 286, 287 АПК РФ).  

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной  жалобы относятся на заявителя в соответствии со статьей 110 АПК РФ.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный  суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

решение от 25.09.2023 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление  от 21.12.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-13789/2022  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий А.С. Чинилов  

Судьи М.Ф. Лукьяненко 

 Э.В. Ткаченко