Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-25492/2018

22 ноября 2022 года

город Иркутск

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего  Первушиной М. А.,

судей:   Бронниковой И.А., Парской Н.Н.,

при участии в судебном заседании представителя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 15.06.2021, паспорт),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 31 марта 2022 года, дополнительное определение Арбитражного суда Иркутской области от 02 августа 2022 года  по делу № А19-25492/2018, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09 августа 2022 года по тому же делу, 

 

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Монополия Сервис» (далее - ООО «Монополия Сервис», должник), решением Арбитражного суда Иркутской области от 01 августа 2019 года признанного несостоятельным (банкротом), конкурсный управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными сделками перечисление денежных средств со счета должника в пользу ФИО1 (далее - ФИО1, ответчик) по платежным поручениям № 204 от 04.09.2017 на сумму 140 000 рублей, № 230 от 29.09.2017 на сумму 200 000 рублей, № 269 от 08.11.2017 на сумму 90 000 рублей, № 270 от 10.11.2017 на сумму 67 000 рублей и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 и ФИО3 (далее - ФИО3, ответчик) в пользу должника денежных средств в размере 497 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 31 марта 2022 года заявление конкурсного управляющего удовлетворено, оспариваемые платежи на общую сумму 497 000 рублей признаны недействительными сделками. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 в пользу должника денежных средств в сумме 497 000 рублей

Дополнительным определением от 02 августа 2022 года в удовлетворении требований конкурсного управляющего о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания денежных средств с ФИО1 отказано.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09 августа 2022 года определение Арбитражного суда Иркутской области от 31 марта 2022 года (в редакции дополнительного определения от 02 августа 2022 года) оставлено без изменения.

ФИО3, не согласившись с принятыми по делу судебными актами, обратилась в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 31 марта 2022 года, дополнительное определение от 02 августа 2022 года и постановление суда апелляционной инстанции от  09 августа 2022 года отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение судом норм материального и процессуального права, и принять по делу новый судебный об отказе в удовлетворении заявленных требований.

По мнению заявителя кассационной жалобы,  годичный срок исковой давности для оспаривания сделок истек 25.07.2020. ФИО3 не является, и никогда не являлась контролирующим должника лицом, никогда не получала денежных средств от ООО «Монополия Сервис» или ФИО1, доказательства передачи денежных средств отсутствуют. Денежные средства не передавались ФИО3, а были израсходованы на нужды юридического лица (выдача заработной платы, закуп продуктов). ФИО3 не является ни стороной, ни выгодоприобретателем по оспариваемой сделки. Суд   неверно определил период возникновения у должника признаков неплатежеспособности. Вывод суда о наличии (отсутствии) статуса контролирующего лица не имеет правового значения для рассмотрения иска о признании недействительной сделки. Суд не правильно распределил бремя доказывания; допустил нарушение норм процессуального права - судебный акт вынесен в отсутствие финансового управляющего ФИО3, не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

В отзывах на кассационную жалобу ФИО1, конкурсный управляющий ООО «Монополия Сервис» считают доводы, изложенные в ней несостоятельными, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных  актов.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов Арбитражного суда Иркутской области и Четвертого арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о необоснованности  доводов  кассационной жалобы и отсутствии оснований для ее удовлетворения.

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно выписке по расчетному счету должника № 40702810561190000464 в Новосибирском филиале № 2 ПАО банк «ФК Открытие» на счет ФИО1 № 40817810718357672761 в Байкальском банке ПАО «Сбербанк» были произведены следующие перечисления: 04.09.2017 в сумме 140 000 рублей - командировочные расходы по приказу № 1 от 04.09.2017; 29.09.2017 в сумме 200 000 рублей - командировочные расходы по приказу № 2 от 29.09.2017; 08.11.2017 в сумме 90 000 рублей - командировочные расходы по приказу № 3 от 08.11.2017; 10.11.2017 в сумме 67 000 рублей - командировочные расходы по приказу № 3 от 08.11.2017.

Итого в период с 04.09.2017 по 10.11.2017 перечислены денежные средства в общей сумме 497 000 рублей.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указывает на отсутствие доказательств расходования денежных средств по назначению, сделки по перечислению денежных средств совершенны в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на мнимость данных сделок и их совершение со злоупотреблением правом.

Арбитражный суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из доказанности совокупности обстоятельств позволяющих признать сделки недействительными как на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), так и на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Установив, что конечным бенефициаром от реализации незаконной бизнес схемы по обналичиванию денежных средств являлась ФИО3, как лицо, фактически осуществлявшее контроль за деятельностью должника, а ФИО1, находясь в служебной зависимости, являлась лишь инструментом в реализации указанной схемы, суд первой инстанции в качестве последствий недействительности сделок взыскал денежные средства в размере 497 000 рублей с ФИО3, как бенефициара должника и фактического выгодоприобретателя по сделкам. В применении последствий недействительности сделок в виде взыскания денежных средств с ФИО1 дополнительным определением от 02.08.2022 отказано.

Четвертый арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

В силу части 5 статьи 178 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительное решение может быть обжаловано.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

На основании правовой позиции, указанной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона

«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63)  пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; если сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Статьей 2 Закона о банкротстве установлено, что неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области от 09.07.2017 по делу № А19-6232/2018, установив, что оспариваемые платежи попадают под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; по состоянию на 04.09.2017 (дата совершения первого оспариваемого платежа) должник отвечал признакам неплатежеспособности (частично прекратил исполнение денежных обязательств) и недостаточности имущества (не располагал активами); оспариваемые сделки являются безвозмездными, под руководством ФИО3 (аффилированного с должником лица) была реализована схема вывода денежных средств со счета должника; оспариваемые сделки по перечислению денежных средств повлекли за собой уменьшение стоимости и размера имущества должника и утрату возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что сделка  совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

При этом суды учли, что безвозмездность сделки относится к бесспорным факторам причинения вреда имущественным правам кредиторов. С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, установление факта осведомленности контрагента о неплатежеспособности должника не требуется. О наличии такой осведомленности свидетельствует безвозмездность сделки.

При таких обстоятельствах, суды правомерно признали спорные сделки недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя кассационной жалобы о пропуске конкурсным управляющим годичного срока исковой давности для оспаривания сделок по специальным основаниям являлись предметом рассмотрения арбитражных судов и обоснованно отклонены поскольку, как правильно указали суды, годичный срок исковой давности для подачи заявления о признании оспариваемых сделок недействительными, исчисляемый с момента введения конкурсного производства и утверждения конкурсного управляющего (25.07.2019), на дату подачи конкурсным управляющим заявления о признании сделок недействительными (11.10.2019) не истек.

Для признания оспариваемых конкурсным управляющим перечислений недействительными по мотивам их ничтожности и совершения со злоупотреблением правом в счет исполнения несуществующих обязательств (статья 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) также отсутствует необходимость установления обстоятельств осведомленности контрагента по сделке о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Судами установлено, что ФИО3 являлась контролировавшим должника лицом, возглавлявшим группу компаний СПАР, давала указания о распоряжении расчетным счетом должника, именно ФИО3 велись переговоры по заключению договоров купли-продажи оборудования, который в дальнейшем, не был исполнен, что привело к возникновению задолженности перед заявителем по делу о банкротстве (ООО «Байкал»). Поскольку на период совершения оспариваемых сделок существовал риск обращения взыскания на денежные средства должника, ФИО3 действовала с целью избежать последствий в виде обращения взыскания на них со стороны кредитора. Под руководством ответчика ФИО3 была реализована схема вывода денежных средств с расчетного счета должника. Фактически использование денежных запасов должника и перевод полученной должником выручки на счета физических лиц, подконтрольных и заинтересованных по отношению к ответчику ФИО3, явились причиной причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора, судами двух инстанций сделан обоснованный вывод о совершении оспариваемых сделок с противоправной целью при искусственном создании формального основания для фактического вывода активов должника в результате неправомерных действий заинтересованного по отношению к должнику лица, в нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Оспариваемые сделки совершены без намерения создать соответствующие правовые последствия для сторон спорных правоотношений, для вывода активов должника с целью причинения вреда, как должнику, так и его кредиторам, в связи с чем обоснованно признаны недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ни ФИО1, ни ФИО3, в материалы дела не представлено доказательств возврата денежных средств в кассу должника, либо использования их по целевому назначению (командировочные расходы). При этом совокупность собранных по делу доказательств указывает на то, что конечным бенефициаром от реализации незаконной бизнес схемы по обналичиванию денежных средств являлась непосредственно ФИО3, как лицо, фактически осуществляющее контроль за деятельностью должника. ФИО1, находясь в служебной зависимости, являлась лишь инструментом в реализации указанной схемы.

Использование схемы обналичивания необоснованно выведенных денежных средств, с использованием фактически подчиненных физических лиц, изначально преследует цель сокрытия их конечного получателя и очевидно не предполагает документального оформления передачи этих денежных средств лицам, по чьему заказу соответствующие операции по обналичиванию денежных средств совершаются.

С учетом изложенного в рассматриваемом случае в качестве последствий недействительности сделок арбитражные суды правомерно взыскали денежные средства в размере 497 000 рублей с ФИО3, как бенефициара должника и фактического выгодоприобретателя по сделке, при этом в применении последствий недействительности сделки в виде взыскания денежных средств с ФИО1 обоснованно отказали.

Доводы заявителя кассационной жалобы о рассмотрении судом обособленного спора без привлечения финансового управляющего ФИО3, без его извещения о времени и месте судебного заседания, не нашли своего подтверждения, опровергаются материалами дела (т. 2, л.д. 155-157,167-170).

Доводы кассационной жалобы фактически направлены на переоценку установленных при рассмотрении дела судом первой и  апелляционной инстанций обстоятельств, что в силу требований статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации недопустимо в суде кассационной инстанции, поэтому Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа указанные доводы не могут быть приняты во внимание.

Нарушение норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Иркутской области от 31 марта 2022 года в редакции дополнительного определения Арбитражного суда Иркутской области от 02 августа 2022 года по делу № А19-25492/2018  и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09 августа 2022 года по тому же делу основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  подлежат оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 31 марта 2022 года, дополнительное определение Арбитражного суда Иркутской области от 02 августа 2022 года по делу № А19-25492/2018, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09 августа 2022 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

 

М.А. Первушина

И.А. Бронникова

Н.Н. Парская