ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Москва

23.06.2020                                                                   Дело № А40-160299/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 27.05.2020

Постановление в полном объеме изготовлено 23.06.2020

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Зеньковой Е.Л. И Мысака Н.Я.

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по дов. от 17.01.2020;

от ФИО3 – лично, паспорт,

рассмотрев в судебном заседании  27.05.2020 кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО ТД «Русские продукты торг»

на постановление от 06.02.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО1, ФИО5, ФИО3 к субсидиарной ответственности на сумму 7 158 670 439,16 руб.

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО ТД «Русские продукты торг»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.10.2015 общество с ограниченной ответственностью торговый дом «Русские продукты торг» (далее – ООО ТД «Русские продукты торг», должник) было признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника было открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО1 (далее - ФИО1, ликвидатор), ФИО5 (далее - ФИО5, последний руководитель), ФИО3 (далее - ФИО3, генеральный директор до 21.07.2015) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 7 158 670 439,16 руб.

Заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3, ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности было основано на положениях статьи 10 Закон о банкротстве и мотивировано не исполнением указанными лицами обязанности по передаче конкурсному управляющему всей бухгалтерской и иной документации, а также ненадлежащее ведение ответчиками бухгалтерской документации и совершение действий, повлекших существенный вред имущественным правам кредиторов.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.11.2019 заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО1, ФИО5, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ТД «Русские продукты торг» в размере 7 158 670 439,16 руб. было удовлетворено в полном объеме.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции исходил из представления достаточных доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение ФИО3, ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по всем заявленным основаниям.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2020 определение суда первой инстанции от 19.11.2019 было отменено в части привлечения ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в удовлетворении заявления в указанной части было отказано.

При рассмотрении настоящего обособленного спора в деле о банкротстве должника судами первой и апелляционной инстанций было отмечено, что, поскольку конкурсный управляющий должника связывает возникновение оснований для привлечения ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности с действиями и бездействием, имевшими место до 01.07.2017, то при рассмотрении заявления подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, действующей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Суд апелляционной инстанции установил, что ФИО3 исполнял обязанности генерального директора должника до 21.07.2015, а ФИО1 являлась ликвидатором должника в период с 13.08.2015 по 03.10 2015, а также установил, что ФИО3 передал документы должника в пользу ФИО5, назначенного генеральным директором ООО ТД «Русские продукты торг», который передал документы ликвидатору - ФИО1, которая, в свою очередь, передала данные документы конкурсному управляющему должника, что подтверждается соответствующими актами приема-передачи документов.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО3 и/или ФИО1 иной документации, в частности в отношении дебиторской задолженности должника, конкурсным управляющим не представлено, в связи с чем суд апелляционной инстанции признал ошибочным вывод суда первой инстанции о передаче бухгалтерской и иной документации должника не в полном объеме.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего должника, суд апелляционной инстанции отметил, что ссылки на некорректное отражение сведений о дебиторской задолженности должника в бухгалтерских документах не свидетельствуют о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поскольку не доказано, что это существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы.

Относительно доводов о причинении вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения ФИО3 и ФИО1 действий, суд апелляционной инстанции отметил следующее.

Суд апелляционной инстанции установил, что ФИО1 являлась ликвидатором должника не полных два месяца, в течение которых она не заключала каких-либо договоров и сделок, в связи с чем пришел к выводу, что ее действия не могли причинить существенный вред имущественным правам кредиторов. 

В отношении ФИО3 суд апелляционной инстанции отметил, что конкурсным управляющим заявлялось о том, что им были заключены договоры купли-продажи транспортных средств (29 договоров) и оборудования (1 договор), однако суд апелляционной инстанции установил, что сделки по купле-продаже транспортных средств не были признаны недействительными, каких-либо доказательств порочности данных сделок суду не представлено, а договор купли-продажи оборудования, который признан недействительным, был заключен в период нахождения в должности генерального директора должника ФИО5, а не ФИО3

Относительно списания продукции в течение мая - июня 2015 года в связи с истечением сроков ее давности и потерей товарного вида на сумму 701 782 452,39 руб. суд апелляционной инстанции отметил, что конкурсным управляющим должника не было представлено доказательств того, что списание продукции на сумму 701 782 452,39 руб. было вызвано именно неразумными действиями ФИО3, которые выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Также судом апелляционной инстанции были отклонены доводы управляющего о заключении ФИО3 договоров поставки с обществами «однодневками», которые впоследствии были реорганизованы в форме присоединения на общую сумму 2 938 886,32 руб. как не подтвержденные никакими доказательствами. 

Суд апелляционной инстанции установил, что не подтверждены надлежащими доказательствами и доводы конкурсного управляющего о не принятии ФИО3 мер по взысканию дебиторской задолженности, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства того, что срок исполнения по дебиторской задолженности на сумму 141 890 548,96 руб., на которую ссылается конкурсный управляющий, на момент замещения ФИО3 должности генерального директора уже наступил.

Судом апелляционной инстанции было учтено, что согласно пояснениям конкурсного управляющего должника и ФИО3 должник являлся крупной организацией, осуществляющей оптовую торговлю кондитерскими изделиями и шоколадом, численность сотрудников превышала 3 000 человек, в структуру общества входил, в том числе, отдел бухгалтерии, который занимался ведением бухгалтерского учета, в связи с чем признал недоказанным конкурсным управляющим должника наличие вины ФИО3 и причинно-следственной связи между его действиями и некорректным отражением в бухгалтерской документации части сведений.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы Закона о банкротстве, а также  разъяснения высшей судебной инстанции по их применению, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с принятыми по его заявлению судебными актами в части отказа в привлечении ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление суда апелляционной инстанции в данной части и оставить в силе определение суда первой инстанции. 

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, так как, по его мнению, документы не передавались, а в приговоре Лефортовского районного суда города Москвы от 25.07.2019 о взыскании с ФИО6 убытков в пользу АО НБ «Траст» установлено ненадлежащее ведение ФИО6 бухгалтерской отчетности и совершение им сделок, причинивших ущерб должнику.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы была размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

Определением Арбитражного суда Московского округа от 20.04.2020 рассмотрение кассационной жалобы конкурсного управляющего должника было отложено на 27.05.2020.

В заседании суда кассационной инстанции ФИО3 и представитель ФИО1 возражали против удовлетворения кассационной жалобы, полагали обжалуемое постановление законным и обоснованным, при этом представитель ФИО3 пояснил на вопросы суда кассационной инстанции относительно обстоятельств, установленных приговором суда, что приговор ФИО3 исполняется, однако в нём не содержится никаких указаний на заключение договоров с фирмами-однодневками.

Заявитель кассационной жалобы, заявивший ходатайство о рассмотрении его жалобы в его отсутствие, и иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав ФИО3 и представителя ФИО1, обсудив доводы кассационной жалобы и устных возражений на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к выводу об отсутствии у нее достаточных полномочий по отмене постановления суда апелляционной инстанции по заявленным в жалобе доводам, направленным на установление судом кассационной инстанции иных обстоятельств, на иную оценку исследованных судом апелляционной инстанции доказательств, что исключено из полномочий суда кассационной инстанции согласно положениям статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На недопустимость отмен судебных актов судов первой и апелляционной инстанций судом кассационной инстанции в подобных ситуациях неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, в том числе по делам Арбитражного суда Московского округа №№ А40-161453/2012, А40-68167/2016, А40-184890/2015, А40-111492/2013 (по обособленному спору о признании недействительным договора поручительства от 15.08.2012) и судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что обязана действовать в строгом соответствии со своими полномочиями, предусмотренными статьей 286, частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом того толкования норм процессуального права о полномочиях суда кассационной инстанции, которое дано высшей судебной инстанцией.

В отношении применения судом норм материального права суд кассационной инстанции отмечает следующее.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

В настоящем деле конкурсный управляющий должника связывал возникновение оснований для привлечения ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности с действиями и бездействием, имевшими место до 01.07.2017, следовательно, при рассмотрении заявления суд апелляционной инстанции правильно применил положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, действующей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В силу абзаца четыре пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете)) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Поскольку ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя.

Суд апелляционной инстанции, установив, что ФИО3 и ФИО1 исполнили обязанность по передаче новому руководителю должника, конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации, применив положения статьи 10 Закона о банкротстве, пришел к выводу о не привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Доводы конкурсного управляющего об обратном направлены на установление судом кассационной инстанции иных обстоятельств, что недопустимо исходя из ограниченных полномочий суда кассационной инстанции.

Также судом апелляционной инстанции были проверены и отклонены доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за ненадлежащее ведение ими бухгалтерской документации и совершение действий, повлекших существенный вред имущественным правам кредиторов как не подтвержденные имеющимися в материалах дела доказательствами.

Проверяя аналогичные доводы кассационной жалобы конкурсного управляющего и ознакомившись в этих целях с содержанием приговора суда от 25.07.2019, представленного в материалы настоящего обособленного спора (том 20 л.д.100-119), судебная коллегия отмечает, что в приговоре не имеется никаких выводов суда о совершении сделок с фирмами-однодневками, а отмеченное в приговоре обстоятельство искажения бухгалтерской отчетности также было установлено и судом апелляционной инстанции, указавшим в своем постановлении мотивы, по которым данное обстоятельство не признано им достаточным основанием для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности. 

Судебная коллегия суда кассационной инстанции, отклоняя указанные доводы жалобы управляющего, принимает во внимание правовую позицию высшей судебной инстанции относительно полномочий суда кассационной инстанции, выраженную в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.02.2017 № 305-КГ16-10901, согласно которой суд кассационной инстанции не вправе переоценивать выводы суда апелляционной инстанции, сформированные по результатам исследования и оценки доказательств.

Кроме того, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе, в Определении от 17.02.2015 №274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Учитывая вышеизложенное и поскольку судом апелляционной инстанции не было допущено таких нарушений норм материального и процессуального права  при рассмотрении обособленного спора, которые могут быть положены в основание отмены судебного акта при проверке его законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия суда кассационной инстанции, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежит.

Полный текст постановления суда кассационной инстанции был изготовлен с превышением предусмотренного Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации пятидневного срока в связи с болезнью председательствующего судьи Петровой Е.А.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2020 по делу № А40-160299/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий – судья                                               Е.А. Петрова 

Судьи:   Е.Л. Зенькова

   Н.Я. Мысак