ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-5059/2021

31 июля 2024 года

г. Санкт-Петербург

/уб.1/н.р.

Резолютивная часть постановления объявлена     25 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  31 июля 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Будариной Е.В.

судей  Герасимовой Е.А., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания Воробьевой А.С.;

при участии:  

ФИО1 – представитель по доверенности от 22.06.2023 ФИО2;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-18082/2024)  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Прайм Ресурс» ФИО3   на определение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.04.2024 по делу № А56-5059/2021/ уб.1/н.р., принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Прайм Ресурс» ФИО3  о взыскании убытков в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Прайм Ресурс»

ответчик: ФИО1; 

 

установил:

26.01.2021 общество с ограниченной ответственностью «Компостфрост» (далее – заявитель, кредитор, ООО «Компостфрост») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением от 19.02.2021 № б/н о признании общества с ограниченной ответственностью «Прайм Ресурс» (далее - должник, ООО «Прайм Ресурс») несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 02.02.2021 указанное заявление принято к производству.

Решением арбитражного суда от 19.04.2021 (резолютивная часть которого объявлена 16.04.2021) в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО3, член саморегулируемой организации «Союз менеджеров и арбитражных управляющих». Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №73(7035) от 24.04.2021 (6960).

04.11.2021 В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Прайм Ресурс» конкурсный управляющий ФИО3 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о взыскании с ФИО4, ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 убытков в порядке субсидиарной ответственности. 

Определением от 30.03.2022 арбитражный суд выделил в отдельное производство требование конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО16 и ФИО18 (ранее - ФИО15) Е.Е., присвоив новому обособленному спору номер А56-5059/2021/уб.3, а также взыскал с ФИО1 в пользу Общества убытки в размере 1 013 058, руб. (обособленный спор А56-5059/2021/уб.1)

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2023 определение от 30.03.2022 оставлено без изменения.

Распоряжением заместителя председателя Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.04.2023 в связи с назначением судьи Пономаревой О.С. на должность судьи Тринадцатого арбитражного апелляционного суда, в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дело № А56-5059/2021 передано в производство судье Нетрусовой Е.А.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.12.2023 определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.03.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2023 отменены в части взыскания с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Прайм Ресурс» 1 013 058 руб. убытков. Дело в отмененной части направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области. 

С учетом указаний данных судом кассационной инстанции в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.12.2023 по делу № А56-5059/2021/уб.1 (ссылка кассационной инстанции на то, что судами не проверены наличие у ООО «Альфамет» иных расчетных счетов помимо счет в АО «Райффайзенбанк», на который должник осуществил перевод средств, и движение денежных средств по ним), арбитражный суд при принятии заявления к производству определением от 23.02.2024 запросил у кредитных организаций выписки по счетам ООО Альфамет в ПАО РОСБАНК, ПАО "Сбербанк России", Коммерческий Банк "ЛОКО-Банк" (АО) и ПАО Банк "Финансовая Корпорация Открытие".

Определением суда первой инстанции от 27.04.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции 27.04.2024 конкурсный управляющий ФИО3 (далее – заявитель) обратилась в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, заявление удовлетворить.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела, указывая при этом на то, что материалами дела не подтвержден факт номинального участия Ответчика в деятельности ООО «Альфамет», отсутствуют доказательства передачи банковской карты в пользовании третьих лиц, кроме самого утверждения об этом Ответчиком. При таких обстоятельствах считаю доказанным факт незаконного поведения Ответчика по необоснованному получению денежных средств Должника в отсутствии каких-либо намерений на встречное исполнение, с дальнейшим выводом спорных средств со счета ООО «АльфаМет» из безналичной формы со счета компании в личную собственность в наличной форме. 

В настоящем судебном заседании представитель ФИО1 выразил возражения против удовлетворения апелляционной жалобы.

Поскольку иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Исследовав и оценив материалы обособленного спора в порядке статьи 71 АПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 – 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит правовых оснований для отмены судебного акта в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

Из разъяснений, изложенных в пункте 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", следует, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные ему их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (часть 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62).

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62).

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, для привлечения виновного лица к ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать совокупность следующих условий: наличие и размер убытков, противоправность поведения лица, причинную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками, вину причинителя вреда.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абзац 3 пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, должник 07.02.2019 и 08.02.2019 перечислил в пользу ООО "Альфамет" 1 013 058,00 руб.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) ФИО1 являлся генеральным директором и единственным участником ООО "Альфамет".

В ЕГРЮЛ 03.10.2019 внесена запись о недостоверности сведений об адресе места нахождения ООО "Альфамет", а 07.08.2020 - о прекращении деятельности ООО "Альфамет" по решению налогового органа в связи с недостоверностью имеющихся в реестре сведений о данном юридическом лице.

Полагая, что поименованные выше платежи осуществлены в отсутствие встречного предоставления с целью вывода денежных средств должника из имущественной массы, учитывая прекращение контрагентом деятельности, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании 1 013 058,00 руб. убытков с бывшего руководителя ООО «Альфамет».  

В своем заявлении конкурсный управляющий указал, что ответчик допустил причинение убытков ООО «Прайм Ресурс» путём создания фиктивной финансово-хозяйственной деятельности, общество получало денежные средства без предоставления встречного исполнения должнику, а впоследствии допустил принудительное исключение компании из ЕГРЮЛ, чем воспрепятствовал оспариванию сделок с должником. 

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, материалы дела не содержат доказательств наличия совокупности обстоятельств, свидетельствующих о причинении ООО «Прайм Ресурс» убытков ввиду неправомерных действий ответчика. 

Сам факт снятия наличных в ряде случаев по карте, которая была открыта на имя ответчика – ФИО1 в данном случае не свидетельствует о том, что его действиями был причинен значительный ущерб должнику ввиду следующего. В указанной части суд кассационной инстанции отметил, направляя дело на новое рассмотрение, что лицом, получившим от должника спорные денежные средства, является ООО "Альфамет". При указанных обстоятельствах даже опровержение доводов ответчика о его номинальном руководстве ООО "Альфамет" и неполучении рассматриваемых денежных средств не влечет за собой вывод о причинении им ущерба должнику, поскольку им осуществлялось распоряжение денежными средствами ООО "Альфамет", а не непосредственно должника.

Отсутствие у конкурсного управляющего документов, подтверждающих договорные отношения между должником и его контрагентом, не свидетельствует о виновных действиях ответчика и причинения убытков должнику. 

Из материалов дела также не следует, что конкурсный управляющий запрашивал у бывшего руководителя должника либо у налогового органа, на налоговом учёте которого состоял контрагент, сведения и документы с целью выявления оснований для перечисления должником спорной денежной суммы. 

В данном случае согласно данным бухгалтерского баланса должника на конец 2018 года, то есть на дату, предшествующую совершению перевода средств в пользу ООО Альфамет, стоимость активов должника составляла (строка 1600) 23 334 000 руб., в то же время при оценке существенности актива, который был выведен, суд полагает возможным принять во внимание также и данные, отраженные на конец 2019 года, то есть на 31.12.2019, поскольку по мнению суда оценка существенности выведенного актива не может производиться в отрыве от того финансового положения, в котором находился должник после совершения сделки, в частности на 31.12.2019 балансовая стоимость активов должника увеличилась и составляла 24 858 000 руб. Размер перечисленных в пользу ООО Альфамет средств при таком положении составил около 4% от размера балансовой стоимости активов должника. 

Оснований считать отраженные сведения в бухгалтерском балансе недостоверными у суда не имеется. Так, в указанной части суд не соглашается с выводами управляющего, поскольку действующее законодательство при оценке существенности вреда в качестве критерия существенности исходит из сопоставлении суммы выведенного актива именно с размером активов должника, их балансовой стоимостью, а не из выручки, как ошибочно полагает управляющий. Более того, после даты списания средств в пользу Альфамет исходя из поданных управляющим заявлений следует, что со счета должника было списано свыше 5,7 млн. руб., что очевидно указывает на то, что после совершения спорной сделки у должника оставалось достаточно средств для продолжения осуществления своей деятельности.

При таком положении основания полагать, что в сложившейся ситуации третье лицо – в виде ответчика по данному спору опосредственно через ООО «Альфамет» получило существенный актив должника с учетом балансовой стоимости его активов на конец 2018-2019 года, отсутствуют, поскольку существенным вредом признаются обычно сделки с активами на сумму, эквивалентную 20 - 25% общей балансовой стоимости имущества должника. 

Суд также принял во внимание и то, что размер существенности может быть объективно и меньше, однако в данном случае управляющим не доказано, что было выведено имущество, отсутствие которого осложнило или сделало невозможной хозяйственную деятельность должника с учетом выше приведенных обстоятельств о переводе должником средств на сумму в пять раз превышающую отчужденный актив после совершения указанной сделки.

При этом оснований полагать, что ответчик являлся аффилированным (в особенности с учетом его пояснений о номинальном характере руководства ООО «Альфамет») с прочими ответчиками по иным обособленным спорам по данному делу лицом, что могло бы свидетельствовать о существенности совокупного вреда должнику, у суда не имеется, обратного управляющим не доказано, в частности связей между ответчиками (директорами и участниками) по спорам о взыскании с них убытков.

Также, по мнению суда, инициирование в данном случае управляющим спора о взыскании убытков с очевидно номинальных руководителей (без одновременного или последовательного предъявления требований к реальным бенефициарам по нераскрытым управляющим причинам) свидетельствует о ненадлежащем использовании института привлечения к ответственности в виде убытков в условиях обоснования своего заявления управляющим лишь ссылкой на то, что впоследствии ООО Альфамет было исключено из ЕГРЮЛ, то есть представлением в суд минимальной совокупности (набора) доказательств, что буквально требует соответствующего реагирования суда в условиях массовости предъявленных к ответчикам заявлений о взыскании убытков при одновременном неистребовании управляющим в судебном порядке документации у бывшего руководителя и непредъявления требований о привлечении его к субсидиарной ответственности при том, что перевод средств является двусторонней сделкой, а значит, объективно требовал участия и руководителя должника. Причин, по которым управляющий не обращалась к руководителю должника, управляющий не привела, ограничившись подачей заявлений о взыскании убытков с так называемых контролирующих должника лиц и не доказав по мнению суда сам факт контроля ответчиков над контрагентами должника в условиях ссылок большинства из них на формальный характер участия в руководстве, который ограничился лишь отражением сведений о них в публичном реестре (ЕГРЮЛ). В условиях недоказанности реального контроля над ООО Альфамет со стороны ФИО1 распространение статуса контролирующего лица на должника объективно осложнено, а значит возможность применения последствий такого статуса фактически управляющим не доказана через избранную ею конструкцию выгодоприобретателя по сделке. 

В настоящем случае лицом, получившим от должника спорные денежные средства, являлось ООО «Альфамет», на что было прямо указано судом кассационной инстанции. 

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности. В соответствии с пунктом 2 статьи 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом или другим законом. 

Согласно пункту 2 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) общество не отвечает по обязательствам своих участников. Сам по себе факт осуществления контроля участником (учредителем) за деятельностью юридического лица и его финансовым положением в рамках корпоративных отношений не нарушает прав и законных интересов кредиторов такого лица. 

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление № 53). 

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 531 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности. 

На основании изложенного, обстоятельств, подтверждающих (косвенно или прямо) наличие связи ФИО1 с должником или с контролирующими его лицами и возможности определять действия должника конкурсным управляющим не доказано, ссылок на такие обстоятельства не приведено. 

Само по себе наличие у управляющего сомнений в указанного рода перечислениях с последующим обналичиванием средств (в ряде случаев) еще не свидетельствует об однозначном наличии оснований для привлечения руководителей таких контрагентов должника к ответственности в виде убытков.

Более того, исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), хоть и не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам, но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671). 

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

Стороны в соответствии со статьями 8, 9 АПК РФ пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Учитывая изложенное, оснований полагать, что должнику причинены убытки именно ответчиком в результате названных перечислений, у суда первой инстанции не имеется. Принудительное исключение общества из ЕГРЮЛ не может однозначно свидетельствовать о противоправных действиях ответчика как руководителя общества. 

При таких обстоятельствах, приведенные в апелляционной жалобе доводы не нашли правового и документального обоснования, не могут являться основанием для отмены судебного акта.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области полно, всесторонне и объективно установил и рассмотрел обстоятельства дела, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка с позиции их относительности, допустимости и достоверности, правильно применил нормы материального и процессуального права.

Доказательств того, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей ФИО1 действовал недобросовестно или неразумно, своими виновными действиями, выходящими за пределы обычного делового риска, причинил юридическому лицу заявленные убытки, заявителем не представлено.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 27.04.20224 по обособленному спору №  А56-5059/2021/уб.1/н.р. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Е.В. Бударина

 

Судьи

 

Е.А. Герасимова

 

 Н.А. Морозова