Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А25-1475/2019

г. Черкесск

11 декабря 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 11 декабря 2019 года

                        Полный текст решения изготовлен 11 декабря 2019 года 

Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе судьи Дышековой А.С., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гербековой А.М., при участии от заявителя - ФИО1 (доверенность 17.05.2019), ФИО2 (доверенность от 05.07.2019), ФИО3 (доверенность от 05.07.2019), от заинтересованного лица - ФИО4 (доверенность от 23.10.2018), рассмотрев заявление общества с ограниченной ответственностью «Агропром» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №2 по Карачаево-Черкесской Республике (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительным решения от 14.02.2019 №1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,  установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «Агропром» (далее – заявитель, общество) обратилось в Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики с заявлением к Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы России № 2 по КЧР (далее – налоговый орган, налоговая инспекция) о признании недействительным решения от 14.02.2019 №1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым установлена неуплата налога на прибыль организаций в размере 90 724 114 руб., доначислены пени в размере 24 955 204 руб., общество привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде штрафа, предусмотренного пунктом 1 и пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса РФ в размере 10 120 619 руб. и 16 048 407 руб. соответственно.

По существу заявленных требований общество считает, что отсутствуют законные основания для доначислений налога на прибыль организаций за 2015, 2016 годы по выездной налоговой проверке, поскольку налоговым органом сделан необоснованный вывод о завышении косвенных расходов по налогу на прибыль организаций на сумму обоснованных и документально подтвержденных затрат общества на оплату маркетинговых услуг по договорам с ИП ФИО5,  ИП ФИО6, ИП ФИО7 и ООО «Маркетинг «Профи», и переквалификации данных расходов как нормируемых расходов на рекламу, вследствие чего они были приняты проверкой к учету в размере, не превышающем 1% от выручки от реализации. 

Заявитель считает неправомерными выводы налогового органа, отраженные в оспариваемом решении, и основанные на подмене понятий (неправильном понимании содержания услуг) и не соответствующими нормативному определению маркетинговых услуг. Иных обоснований своих претензий, в частности, нереальности оказания услуг, необоснованности расходов (не направлены на получение дохода) налоговый орган в решении не приводит, напротив, подтверждает реальность договорных отношений. 

В опровержение доводов, изложенных в оспариваемом решении, общество указывает на то, что из договоров, дополнительных соглашений, актов выполненных работ, отчетов и служебных записок не усматривается никаких признаков, позволяющих квалифицировать услуги, оказанные обществу как рекламные услуги. Документы, представленные обществом, отвечают требованиям полноты, достоверности и не противоречат разумным экономическим целям. Расходы на маркетинговые услуги отражены в регистрах налогового учета в составе косвенных расходов на производство и реализацию за 2015 год и 2016 год. Данные показатели включены в налоговые декларации общества по налогу на прибыль за 2015, 2016 годы. 

Налоговому органу представлены: договоры на оказание маркетинговых услуг с ИП ФИО5, ИП ФИО6, ИП ФИО7, ООО «Маркетинг Профи», дополнительные  соглашения к договорам, содержащие задания исполнителям услуг, акты выполненных работ, отчеты исполнителей, служебные записки с 2014 по 2017 годы коммерческого директора ФИО8 

Общество считает не соответствующим действительности утверждение налогового органа о том, что  «однотипность» оформления договоров с исполнителями и отсутствие более подробной формулировки исследуемой проблемы, описания рабочих гипотез и методов свидетельствует о «бумажном оформлении» данных договоров. 

По мнению заявителя, данный вывод противоречит установленному в ходе выездной проверки факту реальности оказания маркетинговых услуг указанными контрагентами. В ходе выездной проверки не опровергнута письменными доказательствами реальность сделок, напротив,  из содержания самого оспариваемого ненормативного правового акта (стр. 9, 11, 12 решения от 14.02.2019 №1) следует, что факт оказания ИП ФИО5, ИП ФИО6, ИП ФИО7, ООО «Маркетинг Профи» услуг проверкой не оспаривается и подтверждается свидетельскими показаниями.

Единственным доводом, на котором строится оспариваемое решение, является вывод о переквалификации услуг на маркетинговые исследования в услуги рекламного характера. Также заявитель ссылается на результаты встречных налоговых проверок контрагентов общества, представивших в ходе встречных проверок, документы по запросам налогового органа, подтверждающие взаимоотношения с ООО «Агропром» по оказанию услуг в области маркетинговых исследований. 

В качестве дополнительных доказательств и доводов общество ссылается на предоставленные им вместе с возражениями на акт налоговой проверки письмо Федеральной антимонопольной службы от 19.12.2018 №АК/104434/18, направленном в ответ на запрос ООО «Агропром» от 05.12.2018 №943 за подписью заместителя руководителя ФАС РФ, председателя Координационного совета по рекламе при Межгосударственном совете по антимонопольной политике (МСАП) ФИО9 

В указанном письме отмечено, «что само по себе маркетинговое исследование, в том числе мероприятие, связанное с выкладкой товара, не может расцениваться как реклама в случае, если в рамках его проведения не формируется интерес к конкретному товару или его производителю».

Общество ссылается также на заключение комиссии специалистов по результату бухгалтерского исследования от 24.12.2018 №876/18, проведенного ООО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований», в отношении договоров на оказание услуг, указанных в Акте налоговой проверки  от 28.08.2018 №3, первичной и отчетной документации, подтверждающих их исполнение. 

Комплексным заключением специалистов «Экспертное исследование проблем налогообложения сделок по оказанию маркетинговых услуг ООО «Агропром» контрагентами по заключенным между ними хозяйственным договорам, проведенным АНОВС «Институт экономики и антикризисного управления» от 21.12.2018 в отношении договоров на оказание услуг, указанных в Акте налоговой проверки  от 28.08.2018 №3, первичной и отчетной документации, подтверждено их исполнение. 

В данном заключении перед специалистами были поставлены вопросы:                                         - являются ли вышеуказанные услуги, предоставляемыми обществу контрагентами, указанными в Акте налоговой проверки  от 28.08.2018 №3 по заключенным хозяйственным договорам, услугами, связанными с рекламой продукции, реализуемой обществом;                                                                                                                                               - относятся ли расходы ООО «Агропром» на оплату данных услуг к расходам на рекламу по смыслу статьи 264 Налогового кодекса РФ.

В заключении, на поставленные перед специалистами вопросы - являются ли вышеуказанные услуги, предоставляемыми обществу ИП ФИО5 ИНН 

<

***>, ИП ФИО6, ИНН 

<

***>, ИП ФИО7, ИНН 

<

***> и ООО «Маркетинг «Профи», ИНН 

<

***> , по заключенным с ними договорам, услугами, связанными с рекламой продукции, реализуемой обществом, а также относятся ли расходы ООО «Агропром» на оплату данных услуг к расходам на рекламу, экспертами на оба вопроса по результатам исследования даны отрицательные ответы.  По заключению данных специалистов, расходы  ООО «Агропром» по оплате вышеуказанных услуг к расходам на рекламу не относятся.   

В подтверждение данных хозяйственных операций контрагентами ООО «Агропром» в ходе встречных проверок представлены: книги учета доходов и расходов за проверяемый период, договоры оказания услуг, акты выполненных работ, отчеты об оказанных услугах, штатное расписание на 2015-2016 годы, списки сотрудников для оказания услуг, пояснительная записка к отчетам сотрудников по исполненным заданиям.

 В ходе встречных проверок также было подтверждено, что данные контрагенты зарегистрированы и состоят на налоговом учете, в установленном порядке исчисляют и уплачивают налоги, представляют отчетность, в том числе справки по форме 2-НДФЛ в отношении своих работников, осуществляют виды деятельности в области маркетинговых исследований, обладают необходимой штатной численностью для оказания данных услуг. 

Кроме того, документально подтверждено, что услуги переданы исполнителем, приняты и оплачены Заказчиком. У Заказчика не возникло никаких претензий ни к качеству, ни к объему оказанных услуг. Целесообразность проведения мониторинга цен отражена в служебной записке коммерческого директора ФИО8 от 15.12.14. 

В судебном заседании представители заявителя поддержали требования по доводам, изложенным в заявлении, дополнениях, просили признать недействительным оспариваемый правовой акт в полном объеме.                                                                                                                                     

Налоговым органом представлен отзыв на заявление, в котором выражено несогласие с доводами заявителя, поскольку оспариваемое решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №2 по Карачаево-Черкесской Республике от 14.02.2019 №1 является законным и обоснованным, в  удовлетворении требований общества  надлежит отказать. 

При этом налоговый орган ссылается на то, что в ходе выездной налоговой проверки  выявлено, что обществом в 2015 и 2016 годах допущено завышение косвенных расходов для целей налогообложения за счет включения в них расходов на рекламу сверх установленной нормы в нарушение пункта 4 и подпункта 28 пункта 1 статьи 264 Налогового кодекса РФ. 

Так, согласно представленным обществом документам, регистрам налогового учета, показатели которых отражены в декларациях по налогу на прибыль за проверяемые периоды, в составе косвенных расходов на производство и реализацию учтены расходы по статье «маркетинговые услуги», сложившиеся из услуг контрагентов ИП ФИО7, ИП ФИО6, ИП ФИО5 и ООО «Маркетинг «Профи». 

По мнению налогового органа, изложенному в оспариваемом решении, а также в отзыве на заявление и дополнениях к нему, проверкой было установлено, что в дополнительных соглашениях к договорам оказания маркетинговых услуг (далее - задание исполнителю) поручается провести «мониторинг розничных цен на продукцию Заказчика в торговых сетях». Ни наименование товаров, ни перечень торговых сетей, рекомендованных для проведения мониторинга, в задании не оговорены. В выставленных исполнителями Актах выполненных работ, наименование работ и услуг указано как «мониторинг цен на продукцию Заказчика на основании данных о приобретении конечными покупателями в торговых точках».

 Исходя из содержания отчетов исполнителей об оказанных услугах, в рамках мониторинга цен был осуществлен:  сбор информации цен на продукцию ТМ «Главпродукт», «Семейный бюджет», «Балтийский невод» и «Мастер шеф»; расчет средних цен на продукцию Заказчика по субъектам федерации и федеральному округу в целом;  анализ динамики цен на продукцию Заказчика, расчет абсолютных отклонений темпов прироста, сравнение со средним уровнем; ранжирование субъектов федерации по уровню цен и определение максимальных и минимальных цен в них в рамках продуктовых групп.  Из чего налоговым органом сделан вывод о несоответствии первоначально поставленных целей итоговому результату этих исследований.

Налоговый орган указал на то, что мониторинг проводился в иных торговых сетях, нежели в сетях, рекомендованных в служебной записке коммерческого директора общества ФИО8. 

По мнению налогового органа, в отчетах об оказанных услугах нет ссылок на источники информации, на основании которых составлены расчеты и выведены результаты, ввиду чего данные отчеты не могут являться надлежащим подтверждением расходов на маркетинговые исследования.  

Налоговый орган в своих возражениях ссылается также на то, что к договорам не приложены программы исследования, содержащие формулировку и анализ исследуемой проблемы, определение основных целей исследования, а также описание рабочих гипотез, методов сбора информации, рабочего плана, этапов и сроков проведения мероприятий. 

В судебном заседании представитель налогового органа поддержал возражения против требований общества по доводам, изложенным в отзыве на заявление, дополнениях к отзыву. Просил суд отказать в удовлетворении требований в полном объеме.

Дело рассматривается судом в порядке главы 24 Арбитражного процессуального кодекса РФ, при этом суд установил следующие обстоятельства.                                                                                                                                                                                                                                                          Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы  России №2 по Карачаево-Черкесской Республике была проведена выездная налоговая проверка ООО «Агропром» по вопросу правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов, в том числе налога на прибыль организаций за 2015 и 2016 годы. 

По результатам выездной налоговой проверки составлен Акт выездной налоговой проверки от 27.08.2018 №3 (т.1 л.д.26-52). Рассмотрение материалов проверки назначено на 09.10.2018, о чем общество уведомлено надлежащим образом извещением от 29.08.2018 №61, врученным представителю общества по доверенности от 01.09.2017 ФИО10 (т.3 л.д.72). 

20.09.2018 обществом в налоговый орган направлены возражения от 20.09.2018 №б/н на акт проверки, зарегистрированные за вх.№17339 (т.3 л.д.73-85). 

По результатам рассмотрения возражений налогоплательщика налоговым органом было принято решение от 12.10.2018 №07-57/0508 «О проведении дополнительных мероприятий налогового контроля», направлены уведомления о вызове в налоговый орган налогоплательщика и сотрудников ООО «Агропром» (т.3 л.д.109-116), индивидуальных предпринимателей-контрагентов и иных лиц, а также затребованы дополнительные документы по требованию от 31.10.2018 №1 (т.3 л.д.117-118). 

Посредством почтовой связи в адрес общества было направлено уведомление №3 о вызове в налоговый орган налогоплательщика для ознакомления с материалами налоговой проверки и материалами дополнительных мероприятий налогового контроля, что подтверждается списком внутренних почтовых отправлений №2 от 06.11.2018 (т.3 л.д.119, 120-122).

Согласно протоколу от 13.11.2018 главный бухгалтер ООО «Агропром» ФИО11 ознакомлена с результатами дополнительных мероприятий налогового контроля (т.3 л.д.134-136).

Извещением от 06.11.2018 №66 рассмотрение материалов проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля назначено на 29.11.2018 (т.3 л.д.123). 

Решением от 29.11.2018 №1 срок рассмотрения материалов налоговой проверки продлен руководителем инспекции (т.3 л.д.142). 

На основании извещения от 10.12.2018 №77 рассмотрение материалов налоговой проверки назначено на 28.12.2018 (т.3 л.д.143). 

Извещением от 28.12.2018 №78 рассмотрение материалов налоговой проверки перенесено с 28.12.2018 на 09.01.2019 (т.3 л.д.144). 

28.12.2018 обществом были представлены возражения по результатам дополнительных мероприятий налогового контроля, зарегистрированные налоговым органом за вх.№00035 (т.4 л.д.2-11). 

На основании извещения от 10.01.2019 №07-57/00033 рассмотрение материалов налоговой проверки назначено на 25.01.2019 (т.4 л.д.12). 

Согласно протоколу от 25.01.2019 №49 в присутствии представителя общества по доверенности от 04.10.2018 б/н ФИО12 налоговым органом были рассмотрены материалы налоговой проверки (т.4 л.д.13).

 Руководителем налогового органа, с учетом возражений общества к Акту выездной налоговой проверки от 20.09.2018, дополнительных возражений от 28.12.2018, а также документов, полученных в результате проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, было принято решение от 14.02.2019 №1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (т.1 л.д.92-117).

Общество обратилось в Управление Федеральной налоговой службы по Карачаево-Черкесской Республике с апелляционной жалобой, в которой просило отменить полностью решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №2 по КЧР от 14.02.2019 №1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (т.4 л.д.41-56).

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы,  управлением принято решение от 23.05.2019 №74, которым апелляционная жалоба оставлена без удовлетворения (т.2 л.д.2-29). Указанное решение направлено в адрес общества посредством почтовой связи, что подтверждается списком почтовых отправлений от 26.08.2019,  кассовым чеком и квитанцией (т.4 л.д.85-87).

 Выслушав представителей сторон, изучив представленные документы и оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что требования заявителя подлежат удовлетворению по следующим основаниям.  В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи  200 Арбитражного процессуального кодекса РФ установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов государственных органов арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, а также устанавливает, нарушает ли оспариваемый акт права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

В соответствии со статьей 247 Налогового кодекса РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком, под которой для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов. Расходы на текущее изучение (исследование) конъюнктуры рынка, сбор информации, непосредственно связанной с производством и реализацией товаров (работ, услуг), учитываются при налогообложении прибыли в полном объеме, при условии, что эти затраты произведены для деятельности, направленной на получение организацией дохода, что они экономически обоснованы и документально подтверждены. 

Согласно пункту 1 статьи 252 Налогового кодекса РФ для признания в целях налогообложения прибыли, произведенные организацией расходы должны быть: экономически обоснованы; документально подтверждены; произведены для деятельности, направленной на получение дохода. 

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством РФ, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором).             Для подтверждения расходов, учитываемых для целей налогообложения прибыли, используются первичные документы, соответствующие требованиям Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Федеральный закон №402-ФЗ).                         При этом налоговые и иные органы не вправе устанавливать для налогоплательщиков обязательные формы документов налогового учета (письма Минфина России от 28.03.2016 №03-03-06/1/17097, от 17.02.2016 №03-03-06/1/8745, от 16.02.2016 №03-03-06/1/8312, от 19.01.2015 №03-03-06/1/879, от 05.12.2014 №03-3-06/1/62458, от 22.02.2013 №03-03-06/1/5002).  

Соответственно, в целях налогообложения учитываются только те расходы, которые отвечают требованиям норм Налогового кодекса РФ, то есть экономически обоснованные и документально подтвержденные затраты, произведенные для получения дохода.      На основании пункта 1 статьи 252, пункта 49 статьи 270 Налогового кодекса РФ, если расход не соответствует хотя бы одному из перечисленных требований, то он для целей налогообложения прибыли не учитывается. 

 В соответствии с подпунктом 27 пункта 1 статьи 264 Налогового кодекса РФ к прочим расходам, связанным с производством и реализацией, относятся расходы на текущее изучение (исследование) конъюнктуры рынка, сбор информации, непосредственно связанной с производством и реализацией товаров (работ, услуг).                      Указанные в подпункте 27 пункта 1 статьи 264 Налогового кодекса РФ расходы принимаются в целях налогообложения прибыли при условии их соответствия требованиям, установленным нормами пункта 1 статьи 252 Налогового кодекса РФ. При этом каких-либо ограничений или условий о нормировании указанных расходов нормы Налоговый кодекс РФ не содержат.

 Из системного толкования приведенных норм следует, что для отнесения налогоплательщиком соответствующих затрат к расходам, уменьшающим налоговую базу по налогу на прибыль, необходимо, чтобы затраты налогоплательщика были документально подтверждены и направлены на осуществление производственной деятельности.                                                                                                                                          В соответствии с разъяснением, данным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики.                                                                                                                                             В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной, соответственно, в определении от 25.07.2001 №138-О и в постановлении Пленума от 12.10.2006 №53, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности налогоплательщиков. Это означает, что налогоплательщик признается добросовестным, пока не доказано обратное. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 04.06.2007 №320-О-П, налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. 

В силу принципа свободы экономической деятельности налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

            В постановлении от 24.02.2004 №3-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.                                                                                                                                     Расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы.     

            В соответствии с подпунктом 6 пункта 1 статьи 253 Налогового кодекса РФ расходы, связанные с производством и реализацией, включают в себя прочие расходы, связанные с производством и реализацией, к которым в свою очередь, согласно подпункту 28 пункта 1 статьи 264 Кодекса, относятся расходы на рекламу производимых (приобретенных) и (или) реализуемых товаров (работ, услуг), деятельности налогоплательщика, товарного знака и знака обслуживания, включая участие в выставках и ярмарках, с учетом положений пункта 4 данной статьи.  

В силу пункта 4 статьи 264 Налогового кодекса РФ к расходам организации на рекламу относятся: расходы на рекламные мероприятия через средства массовой информации (в том числе объявления в печати, передача по радио и телевидению) и телекоммуникационные сети; расходы на световую и иную наружную рекламу, включая изготовление рекламных стендов и рекламных щитов; расходы на участие в выставках, ярмарках, экспозициях, на оформление витрин, выставок-продаж, комнат образцов и демонстрационных залов, изготовление рекламных брошюр и каталогов, содержащих информацию о реализуемых товарах, выполняемых работах, оказываемых услугах, товарных знаках и знаках обслуживания, и (или) о самой организации, на уценку товаров, полностью или частично потерявших свои первоначальные качества при экспонировании. Расходы налогоплательщика на приобретение (изготовление) призов, вручаемых победителям розыгрышей таких призов во время проведения массовых рекламных кампаний, а также расходы на иные виды рекламы, не указанные в абзацах втором – четвертом пункта 4 статьи 264 Кодекса, осуществленные им в течение отчетного (налогового) периода, для целей налогообложения признаются в размере, не превышающем 1 процента выручки от реализации, определяемой в соответствии со статьи 249 Налогового кодекса РФ.

Суд приходит к выводу о том, что общество (заказчик) правомерно отнесло расходы по договорам и ИП ФИО5, ИП ФИО6, ИП ФИО7 и ООО «Маркетинг «Профи» (исполнители) для целей налогообложения прибыли в качестве маркетинговых услуг в полном объеме в соответствии с подпунктом 27 пункта 1 статьи 264 Налогового кодекса РФ. 

Суд установил, что в подтверждение оказания маркетинговых услуг обществом в ходе выездной налоговой проверки были представлены: договоры на оказание маркетинговых услуг (т.24 л.д.48-54, л.д.103-108, т.25 л.д.25-30), дополнительные соглашения к договорам,  акты выполненных работ, отчеты об оказанных услугах в разрезе по каждому контрагенту (тома 5 -10, тома 13- 25) регистры налогового учета (т.23 л.д.1-150), книги учета доходов и расходов (т.25 л.д.1-9, т.26 л.д.1-8), платежные поручения по оплате маркетинговых услуг, служебные записки (т.24 л.д.26-47). 

Из анализа указанных документов, а также протоколов допросов свидетелей, следует, что исполнители услуг, по заданию заказчика (ООО «Агропром») осуществляли сбор информации о расположении товаров общества на торговых полках (витринах) различных торговых сетей, а также изучали оформление этих витрин, производили мониторинг цен, расчет средних цен на продукцию, их динамику по субъектам Федерации с использованием фото-фиксации. 

На основании данной информации исполнители формировали отчеты и представляли их заказчику, а впоследствии на основании данных отчетов Заказчик вырабатывал ценовую и рекламную стратегию на будущие периоды. 

Суд считает, что услуги, оказанные обществу по договорам с ИП ФИО5, ИП ФИО6, ИП ФИО7 и ООО «Маркетинг «Профи» не соответствуют признакам рекламы в понимании Федерального закона от 13.03.2006 №38-ФЗ «О рекламе».

           Так, в соответствии со статьей  3 Федерального закона от 13.03.2006 №38-ФЗ  «О рекламе» под рекламой понимается информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке.                                                    Согласно статье 2 Федерального закона от 27.07.2006 №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» информация - это сведения (сообщения, данные) независимо от формы их представления. 

Соответственно, реклама должна содержать в себе какие-либо сведения о товаре. 

Суд приходит к выводу о том, что в ходе выездной проверки налоговый орган не установил и не подтвердил достаточными доказательствами оказание обществу в рамках договоров с вышеуказанными контрагентами услуг, подпадающих под понятие  рекламных услуг. 

Напротив, как следует из документов (договоры, дополнительные соглашения и акты выполненных работ), а также из письменных и устных пояснений представителей налогового органа, данных в судебном заседании, услуги исполнителей, в основном, заключались в анализе и сборе информации о ценах на продукцию Заказчика и других торговых марок путем фото-фиксации стеллажей и прилавков, ценников на товары торговой марки Заказчика и других торговых марок.  

Предмет и цель маркетинговых исследований достаточно четко сформулирована в пункте 1 дополнительных соглашений, например: «провести мониторинг розничных цен на продукцию заказчика в торговых сетях Приволжского федерального округа», «определить среднюю цену на продукцию заказчика по группам товаров», «определить динамику изменения цен на продукцию заказчика», «провести мониторинг вторичных продаж по рыбной консервации», «провести исследование взаимосвязи дифференцированных дисконтных программ у локального сетевого ритейла по группам мясо, молоко, рыба, овощи по указанным округам…» и другие задачи. 

В  пункте 2 Соглашений определены периоды оказания услуг по договору.  

В актах об оказанных услугах наименования работ совпадают с работами, обозначенными в договорах и дополнительных соглашениях к ним, а также с итоговыми Отчетами, предоставленными исполнителями работ. 

Указанные документы содержат необходимые обязательные реквизиты, установленные Федеральным законом от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и подтверждают фактическое оказание спорных услуг обществу.  

При этом суд принимает во внимание, что нормативно обоснованное понятие маркетинговых услуг в российском законодательстве отсутствует.

Однако понятие маркетинговых услуг определено в пункте 2 Протокола к Договору о Евразийском экономическом союзе от 29.05.2014 (Приложение №18).

Согласно определению маркетинговых услуг, данному в пункте 2 указанного Протокола, услуги, связанные с исследованием, анализом и прогнозированием в сфере производства и обращения товаров, в частности, в целях выработки ценовой стратегии и стратегии рекламы признаются маркетинговыми услугами. 

Суд считает, что исходя из установленных фактических хозяйственных операций, совершенных между обществом и его контрагентами, услуги исполнителя соответствуют понятию маркетинговых услуг, определенных в пункте 2 Протокола к Договору о Евразийском экономическом союзе от 29.05.2014. 

Суд отклоняет доводы налогового органа в обоснование услуг исполнителей в качестве рекламных услуг, поскольку содержание услуг исполнителей не соответствует целям, указанным в служебных записках коммерческого директора Общества ФИО8; в штатном расписании исполнителей имеются должности мерчандайзеров; у заказчика в штатном расписании имеются должности маркетолога, ввиду их недостаточности для признания услуг исполнителей рекламными услугами. 

Так, бывший коммерческий директор ООО «Агропром» ФИО8 в служебных записках и объяснениях, представленных в ходе проверки подтвердил, что в период его работы в ООО «Агропром» с мая 2014 года по ноябрь 2018 года, коммерческая служба ООО «Агропром» активно использовала в своей деятельности результаты различных обработанных маркетологами исследований. 

Данные результаты базировались на основе маркетинговых исследований, в том числе, полученных от ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6, ООО «Маркетинг Профи» (далее – исполнители).  

Данные маркетинговые исследования производились в различных формах, в том числе: мониторинг розничных цен - сбор информации о ценах на консервную пищевую продукцию, ранее реализованную ООО «Агропром», и непосредственно реализующуюся через цепочку перепродаж конечным потребителям в магазинах и торговых сетях (товаропроводящие каналы); анализ вышеуказанной ценовой информации в разрезе регионов продаж на территории РФ; аудит наличия продукции на полке, ее выкладки и расположения вышеуказанного товара в вышеуказанных торговых точках и пр.

      Результаты вышеуказанных маркетинговых исследований, включая результаты мониторинга цен, получались коммерческой службой ООО «Агропром» на системной основе. 

По итогам анализа полученных результатов исследований коммерческой службой ООО «Агропром» принимались следующие решения:                                                                  - изменение цены на продукт (ценовое позиционирование) для оптовых покупателей, включая региональное;                                                                                                                  -  - увеличение или уменьшение планов поставок определенных продуктов в тот или иной регион либо сохранение данных объемов или цен на прежнем уровне;    

 - ввод на рынок новых видов продукции, либо об изменении характеристик продукции, которая уже поставляется в конкретный регион, с изменением упаковки, либо с измененным весом содержимого продукта в упаковке, иных характеристик продукта;                                                                                                                                          - расширение или сокращение количества партнеров компании в данном регионе либо их замены, как недостаточно эффективных, то есть не обеспечивающих должную представленность продукции компании (в том числе относительно представленности в торговых точках региона конкурентов ООО «Агропром»), либо отдельных товарных групп продукции в разных каналах сбыта; 

- о заблаговременном изменении объемов продаж в разрезе конкретного региона, группы товаров и конкретного ассортимента товара, что в свою очередь оказывает прямое влияние на замораживание денежных средств в неэффективных запасах готовой продукции у ООО «Агропром», и, как следствие, влияет на заказы на новый выпуск продукции.

 Таким образом, использование в работе коммерческой службы результатов представленной в указанных маркетинговых исследованиях, проводимых на системной основе, информации, включая соответствующую аналитическую документацию (таблицы мониторинга цен, графики изменения и сравнения цен, отчеты и пр.), являлось, по мнению ФИО8, обоснованным, и правомерно использовалось коммерческой службой ООО «Агропром» при принятии коммерческих решений. 

Налоговый орган не обосновал, что данные документы не являются относимыми и допустимыми доказательствами реальности именно маркетинговых услуг, оказанных ООО «Агропром» контрагентами - ИП ФИО5, ИП ФИО7, ИП ФИО6, ООО «Маркетинг Профи».   

Оценив довод налогового органа о том, что в отчетах об оказанных услугах нет ссылок на источники информации, на основании которых составлены расчеты и выведены результаты, ввиду чего данные отчеты не могут являться надлежащим подтверждением расходов на маркетинговые исследования, а также к договорам не приложены программы исследования, содержащие формулировку и анализ исследуемой проблемы, определение основных целей исследования, а также описание рабочих гипотез, методов сбора информации, рабочего плана, этапов и сроков проведения мероприятий, суд принимает во внимание следующее. 

Как следует из результатов встречных проверок и показаний ФИО6, ФИО13, ФИО14 - работников   контрагентов, опрошенных в качестве свидетелей в рамках налоговой проверки, налоговым органом сделан вывод о том, что указанными контрагентами для ООО «Агропром» фактически оказывались услуги, направленные на продвижение товаров, в частности услуги мерчандайзинга – контроль наличия всего ассортимента компании на полках магазинов и расположение его в наиболее благоприятных для покупки местах, иные мероприятия, осуществляемые с целью привлечения внимания покупателей к товарам, реализуемым в организациях розничной торговли, розничных торговых сетях, и, как следствие, способствующие увеличению объемов продаж таких товаров, оформление торговых площадей и мест продаж (витрин, прилавков, стеллажей, приоритетное размещение (выкладка) товаров, размещение по ассортиментной линейке товара, поддержание необходимого запаса товара в зале. 

По мнению налогового органа, эти цели отвечают признакам рекламы, согласно ее определению, содержащемуся в пункте 1 статьи 3 Федерального закона от 13.03.2006 №38-ФЗ «О рекламе». 

Между тем, согласно пункту 1 статьи  3 Федерального закона от 13.03.2006 №38-ФЗ «О рекламе», информация, распространенная любым способом, в любой форме, с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц, направленная на привлечение внимание к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке признается рекламой.

 При этом расходы на мерчандайзинг не упомянуты в пункте 4 статьи 264 Налогового кодекса РФ, как не нормируемые расходы и, следовательно, как указывает налоговый орган в оспариваемом решении, признаются для целей налогообложения в качестве нормируемых расходов на рекламу в сумме не превышающей 1процент выручки от реализации товаров, полученной в денежной или в натуральной форме (пункт 1 статьи 249 Налогового кодекса РФ).    

При этом суд, оценив в совокупности с представленными доказательствами доводы налогового органа о том, что оказанные услуги мерчандайзинга приравниваются к рекламным услугам, исходит из следующего.

Под услугами мерчандайзинга понимаются контроль наличия всего ассортимента компании на полках магазина и расположение его в наиболее благоприятных для покупки местах, иные мероприятия, осуществляемые с целью привлечения внимания покупателей к товарам, реализуемым в организациях розничной торговли, розничных торговых сетях, и, как следствие, способствующие увеличению объемов продаж таких товаров, оформление торговых площадей и мест продаж (витрин, прилавков), приоритетное размещение (выкладку) товаров, поддержание необходимого запаса товара в зале. Данное утверждение суд оценивает критически, поскольку ни одна из указанных услуг (мерчандайзинг) не могла быть оказана исполнителями в пользу заказчика, поскольку право на осуществление указанных действий на территории торговых площадей принадлежит лицу, осуществляющему реализацию товаров (магазину). 

Согласно пункту 11 статьи 9 Федерального закона от 28.12.2009 №381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» услуги, направленные на продвижение продовольственных товаров, могут оказываться хозяйствующим субъектом, осуществляющим торговую деятельность, на основании договоров возмездного оказания соответствующих услуг. 

В любом случае, оказание услуг мерчандайзинга не может осуществляться без участия магазина, однако налоговым органом в ходе проверки не исследовался вопрос о взаимоотношениях Заказчика, как потребителя услуги мерчандайзинга, магазина и исполнителей; не выяснили, в частности, на каком основании исполнители могли бы осуществлять приоритетную выкладку товара, оформление витрин и т.п.                                                       При этом принятие выводов налогового органа об оказании исполнителями рекламных услуг означало бы то, что исполнители должны осуществлять нелегальную деятельность на территории торговых площадей торговых организаций. 

Напротив, из приведенных налоговым органом свидетельских показаний следует, что фактически представители исполнителей фиксировали посредством фотосъемки цены, ассортимент и выкладку товаров как произведенных обществом, так и конкурирующими организациями. Единственным получателем этой информации являлось общество. 

Суд считает, что налоговым органом также не доказана связь между оказываемой исполнителями услугой и распространением информации неопределенному кругу лиц и продвижением на рынке товаров, произведенных обществом, в частности, в ходе проверки налоговый орган не установил, какую информацию о товаре общества и каким способом исполнители распространили, является ли эта информация рекламной.

 В силу пункта 1 статьи 3 Федерального закона от 13.03.2006 №38-ФЗ  «О рекламе» информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке признается рекламой.

Министерство финансов Российской Федерации разъяснило в письмах от 18.03.2014 №03-03-06/1/11641, от 22.04.2015 №03-03-06/22913, что услуги мерчандайзинга могут быть признаны рекламными услугами, только если действия исполнителя (покупателя - организации розничной торговли) по договору об оказании услуг мерчандайзинга направлены на привлечение внимания потенциальных покупателей к товарам заказчика (поставщика-продавца) путем применения специальных технологий выкладки товара.

В рассматриваемой ситуации исполнители не являются организациями розничной торговли (магазин).

Вместе с этим, согласно сложившейся судебной практике при рассмотрении схожих вопросов, даже если организация розничной торговли (магазин - ООО «Ашан») оказывает услуги по приоритетной выкладке товара, то такие услуги не признаются рекламой применительно к положениям статьи 3 Федерального закона от 13.03.2006 №38-ФЗ «О рекламе». В связи с этим, по мнению арбитражных судов, расходы заказчика на указанные услуги учитываются для целей налогообложения прибыли в полном размере, без применения нормирования (постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 18.02.2013 по делу №А40-83540/12-116-180). 

Кроме того, на запрос общества от 19.12.2019 в Федеральную антимонопольную службу России, получен ответ о том, что мероприятие, связанное с выкладкой товара, не может расцениваться как реклама в случае, если в рамках его проведения не формируется интерес к конкретному товару или его производителю. 

Суд считает, что доводы налогового органа о том, что цели, указанные в служебных записках коммерческого директора ФИО8 от 15.12.2014, 24.12.2014, 14.01.2016, 17.01.2017, адресованные как предложение для принятия управленческого решения генеральному директору общества, не соответствуют итоговым результатам исследований исполнителей, которые свелись к мониторингу цен на продукцию самого заказчика, являются некорректными и недостаточными для переквалификации маркетинговых услуг в рекламные. 

Суд приходит к выводу о том, что данный факт, напротив, свидетельствует о том, что исполнители не оказывали в пользу заказчика услуг мерчандайзинга (т.24 л.д.26-47).

Судом не принимаются также доводы налогового органа об отсутствии в подписанных сторонами актах выполненных работ сведений об источнике информации данных, равно как и отсутствие в обществе маркетинговой политики, что не свидетельствует об оказании исполнителями рекламных услуг (мерчандайзинга) в пользу заказчика. Данные обстоятельства не являются квалифицирующими признаками рекламы, которые определены в Федеральном законе от 13.03.2006 №38-ФЗ «О рекламе». 

При этом налоговый орган не вправе оценивать предпринимательские риски налогоплательщика, связанные с оценкой качества (эффективности, целесообразности и т.п.) приобретаемых обществом маркетинговых услуг (определения Конституционного Суда РФ от 16.12.2008 №1072-О-О, от 04.06.2007 №320-О-П, от 04.06.2007 №366-О-П). 

Не может быть принят во внимание судом довод налогового органа о том, что в штате у исполнителей числятся работники в должности мерчандайзеров, и, соответственно, этот факт имеет влияние на характер услуг, оказанных заказчику.

Данное обстоятельство не является безусловным подтверждением указанного вывода налогового органа, поскольку для квалификации услуг необходимо исходить из существа взаимоотношений по принципу приоритета существа над формой. 

Более того, ранее при проведении налоговой проверки в отношении общества за предыдущие налоговые периоды (2013 - 2014 годы) в Акте налоговой проверки от 17.11.2016 №15 налоговый орган подтвердил, что услуги, оказываемые ООО «Маркетинг «Профи», ИП ФИО5, являются маркетинговыми услугами и могут признаваться прочими услугами в соответствии с подпунктом 27 пункта 1 статьи 264 Налогового кодекса РФ, при условии выполнения требований статьи 252 Налогового кодекса РФ (документальное подтверждение расходов). 

В силу подпункта 27 пункта 1 статьи  264 Налогового кодекса РФ к прочим расходам, связанным с производством и реализацией, относятся, в том числе, расходы на текущее изучение (исследование) конъюнктуры рынка, сбор информации, непосредственно связанной с производством и реализацией товаров (работ, услуг).

Согласно пункту 2 Протокола (Приложение №18) к Договору о Евразийском экономическом союзе от 29.05.2014 под маркетинговыми услугами понимаются услуги, связанные с исследованием, анализом, планированием и прогнозированием в сфере производства и обращения товаров (работ, услуг) в целях определения мер по созданию необходимых экономических условий производства и обращения товаров (работ, услуг), включая характеристику товаров (работ, услуг), выработку ценовой стратегии и стратегии рекламы. 

 При этом суд принимает во внимание, что нормативное определение маркетинговых услуг в других нормативных актах отсутствует, а согласно статье 15 Конституции РФ международные договоры имеют приоритетную юридическую силу над законами Российской Федерации, и необходимо учитывать определение маркетинговых услуг, предусмотренное указанным международным договором.

Суд считает, что из анализа содержания услуг, в том числе на основании свидетельских показаний, полученных налоговым органом (исполнители по договорам осуществляли фотографирование цен на продукцию), можно сделать однозначный вывод о том, что исполнители оказывали маркетинговые услуги, в частности, услуги, связанные с выработкой обществом ценовой стратегии и стратегии рекламы.

В дополнении к отзыву от 12.11.2019 (т.26 л.д.23-31) налоговым органом приведены письменные доводы, которые не были указаны в оспариваемом заявителем решении от 14.02.2019 №1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и не являлись основанием для принятия оспариваемого ненормативного правового акта. 

В частности, о наличии в деятельности налогоплательщика признаков несамостоятельности, признаков необоснованности налоговой выгоды в свете  положений постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.10.2006  №53,  а также нереальности и неподтвержденности маркетинговых услуг. 

В ходе судебного разбирательства ни один из дополнительно заявленных налоговым органом доводов не нашел своего подтверждения, исходя из имеющихся в материалах дела доказательств. 

Суд считает их недостаточными и логически не взаимосвязанными с позицией налогового органа, признавшей реальность сделок, наличие деловой цели и соответствие хозяйственных операций статье 252 Налогового кодекса РФ. 

В частности, в самом оспариваемом решении данные утверждения налогового органа не отражены и противоречат как самому решению, так и иным доказательствам, представленным сторонами в материалы дела.

   В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

           Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.  Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.      

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что общество правомерно квалифицировало оказываемые исполнителями услуги как маркетинговые и учло для целей налогообложения прибыли расходы в полном размере, а не в пределах норматива (1 процент от выручки от реализации продукции), как для рекламных расходов. 

Суд также считает, что налоговым органом неправомерно увеличен штраф на 100 процентов в соответствии с пунктом 4 статьи 114 Налогового кодекса РФ. 

Так, согласно пункту 4 статьи 114 Налогового кодекса РФ при наличии обстоятельства, предусмотренного пунктом 2 статьи 112 Налогового кодекса РФ, размер штрафа увеличивается на 100 процентов. 

Пунктом 2 статьи 112 Налогового кодекса РФ предусмотрено, что обстоятельством, отягчающим ответственность, признается совершение налогового правонарушения лицом, ранее привлекаемым к ответственности за аналогичное правонарушение, то есть на момент совершения второго нарушения лицо уже должно быть привлечено к ответственности за первое правонарушение.

В оспариваемом решении от 14.02.2019 №1 указано, что общество ранее привлекалось к ответственности за аналогичное правонарушение по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса РФ, решением от 30.06.2015 №26, которое вступило в силу 23.01.2017. 

Между тем в решении Управления Федеральной налоговой службы по Карачаево-Черкесской Республике по апелляционной жалобе от 23.05.2019 №74 указано, что общество ранее привлекалось к ответственности за аналогичное правонарушение по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса РФ, решением от 22.12.2018 №19, которое вступило в силу 23.01.2017. В связи с чем, размер штрафа по налогу на прибыль организаций за 2016 год по сроку уплаты 28.03.2017 подлежит увеличению на 100 процентов.

Управление пришло к выводу о том, что общество правомерно привлечено к ответственности за аналогичное правонарушение по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса РФ (в тексте решения от 14.02.2019 №1 допущена опечатка: вместо решения от 30.06.2015 №26 следовало указать решение от 22.12.2016 №19 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения).

Указанное решение от 22.12.2016 №19 представлено в материалы дела (т.4 л.д.106-110), является решением по итогам проведения выездной налоговой проверки за период с 13.06.2013 по 31.12.2014, проводившейся Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №4 по Карачаево-Черкесской Республике (начало проверки – 30.09.2015, окончание проверки – 21.09.2016).

Для правомерного увеличения штрафа на 100 процентов на основании пункта 4 статьи  114 Налогового кодекса РФ важно, чтобы второе нарушение было совершено после привлечения к ответственности за первое. Данный подход изложен в письме Федеральной налоговой службы России от 12.08.2011 №СА-4-7/13193@ (пункт 52), постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25.05.2010 №1400/10.

В силу пункта 3 статьи 112 Налогового кодекса РФ лицо, с которого взыскана налоговая санкция, считается подвергнутым этой санкции в течение 12 месяцев с момента вступления в законную силу решения суда или налогового органа.

Так, если решение от 22.12.2016 №19 вступило в законную силу 23.01.2017, что не оспаривается сторонами, то налогоплательщик считается привлеченным к ответственности в течение двенадцати месяцев с указанной даты, то есть до 23.01.2018.

Оспариваемое решение, которым увеличен штраф на 100 процентов на основании пункта 4 статьи  114 Налогового кодекса РФ, принято налоговым органом 14.02.2019, то есть за пределами двенадцатимесячного срока, в течение которого налогоплательщик считается привлеченным к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Более того, оспариваемое решение вступило в законную силу с 23.05.2019 (дата принятия решения по апелляционной жалобе).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что налоговый орган неправомерно увеличил штраф на 100 процентов на основании пункта 4 статьи  114 Налогового кодекса РФ.

Судом также принимается довод заявителя о том, что налоговый орган при определении размера штрафа и пени неправомерно не учел переплату обществом налога, отраженного в карточке расчетов с бюджетом (КРСБ), в то время как необходимость учета указанной переплаты налога при определении размера штрафа и пени подтверждается постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 №57 (пункт 20), письмом Министерства финансов России от 15.03.2018 №03-02-07/1/16043.

Согласно позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, в силу статьи 122 Налогового кодекса РФ занижение налоговой базы, иное неправильное исчисление налога или другие неправомерные действия (бездействия) налогоплательщика образуют состав предусмотренного данной нормой правонарушения лишь в том случае, если такие действия (бездействия) привели к неуплате или неполной уплате сумм налога, то есть к возникновению задолженности по этому налогу. 

При применении приведенной нормы необходимо принимать во внимание соответствующие положения статей 78 и 79 Налогового кодекса РФ, согласно которым задолженность налогоплательщика по уплате налога подлежит погашению посредством ее зачета, в счет подлежащих возврату налогоплательщику излишне уплаченных или взысканных сумм налога, пеней, штрафа. Если при указанных условиях размер переплаты был менее суммы заниженного налога, налогоплательщик подлежит освобождению от ответственности в соответствующей части.

Налоговый орган в рамках выездной проверки должен был установить действительную налоговую обязанность налогоплательщика, в том числе наличие переплаты по этому налогу в проверяемый период. 

Из оспариваемого решения видно, что налоговый орган не установил переплату по налогу на прибыль организаций при вынесении обжалуемого решения, и не учел ее при привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Между тем, материалами дела подтверждается наличие переплаты по КРСБ на момент вынесения оспариваемого решения.

Так, согласно справке о состоянии расчетов по налогам, сборам, страховым взносам, пеням, штрафам, процентам по состоянию на 31.12.2018 (т.4 л.д.111-115), у общества имеется переплата по налогу на добавленную стоимость в размере 491 290 руб. 97 коп., по налогу на прибыль организаций, зачисляемому в федеральный бюджет – 2 520 002 руб., по налогу на прибыль организаций, зачисляемому в бюджет субъекта РФ – 16 086 370 руб.

 Согласно положениям статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса РФ при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

 В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

 Поскольку главой 24 Арбитражного процессуального кодекса РФ не установлено каких-либо особенностей в отношении судебных расходов по делам об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, вопрос о судебных расходах, понесенных заявителями и заинтересованными лицами, разрешается судом по правилам главы 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ в отношении сторон по делам искового производства.

С учетом изложенного, судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на заявителя. 

При обращении в суд заявителем была уплачена госпошлина в размере 6 000 руб. за рассмотрение заявления и введение обеспечительной меры, ввиду чего, судебные расходы по уплате госпошлины подлежат отнесению на налоговый орган.

Руководствуясь статьями 29, 110, 167 - 170, 201 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

Признать недействительным, не соответствующим Налоговому кодексу РФ решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №2 по Карачаево-Черкесской Республике от 14.2.2019 №1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №2 по Карачаево-Черкесской Республике в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Агропром» судебные расходы по уплате госпошлины в размере 6 000 (Шесть тысяч) руб.

  Решение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

 Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд (Вокзальная ул., 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357600) в течение месяца после принятия решения через Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики (Ленина проспект, 9, г. Черкесск, Карачаево-Черкесская Республика, 369000).

                          Судья                                               А. С. Дышекова