АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

664025, г. Иркутск, бульвар Гагарина, д. 70, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, д. 36А, тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск                                                                                               Дело  № А19-9896/2020

« 05 » апреля 2023 года.

Резолютивная часть решения объявлена  в судебном заседании 29.03.2023 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Акопян Е.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Поповой М.К., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СИБИРСКАЯ ТЕПЛОЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ КОМПАНИЯ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664081, 

<

...>)

к ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ в лице МИНИСТЕРСТВА ФИНАНСОВ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664027, 

<

...>), 

МИНИСТЕРСТВУ ЖИЛИЩНОЙ ПОЛИТИКИ, ЭНЕРГЕТИКИ И ТРАНСПОРТА ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664011, 

<

...>)

о взыскании 3 858 810 руб.,

третьи лица: временный управляющий ООО «СТЭК» ФИО1; СЛУЖБА ПО ТАРИФАМ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664027, 

<

...>);

 

при участии в судебном заседании: 

от истца: ФИО2, доверенность от 21.12.2022 (паспорт); представитель конкурного управляющего ООО «СТЭК» ФИО1: ФИО3, доверенность от 15.07.2022 (паспорт); 

от ответчиков: от МИНИСТЕРСТВА ЖИЛИЩНОЙ ПОЛИТИКИ И ЭНЕРГЕТИКИ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ: ФИО4, доверенность № 5 от 25.04.2022 (служебное удостоверение); от МИНФИНа ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ: ФИО5, доверенность от 28.12.2022 (служебное удостоверение);

от третьих лиц: от СЛУЖБЫ ПО ТАРИФАМ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ: ФИО6, доверенность №02-79-2542/22-1 от 14.11.2022 (служебное удостоверение);

в судебном заседании 23.03.2023 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 15 час. 00 мин. 29.03.2023, после перерыва судебное заседание продолжено, 

установил:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СИБИРСКАЯ ТЕПЛОЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ КОМПАНИЯ»  (далее – истец, ООО «СТЭК») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области к ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ в лице МИНИСТЕРСТВА ФИНАНСОВ ИРКУТСКОЙ (далее – ответчик-1, МИНФИН ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ), МИНИСТЕРСТВУ ЖИЛИЩНОЙ ПОЛИТИКИ, ЭНЕРГЕТИКИ И ТРАНСПОРТА ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (далее – ответчик-2, МИНИСТЕРСТВО) с требованием, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании убытков от регулируемого вида деятельности по теплоснабжению в 2017 году в размере 3 858 810 руб.

Определением от 21.07.2020 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены временный управляющий ООО «СТЭК» ФИО1, СЛУЖБА ПО ТАРИФАМ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (далее – третьи лица, ФИО1; Служба).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 27.07.2021, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2021 исковые требования удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 19.01.2022 решение Арбитражного суда Иркутской области от 27.07.2021 по делу № А19-9896/2020 отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

Представители истца требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении, дополнениях к нему, а также в возражениях на отзывы.

Представитель МИНИСТЕРСТВА ЖИЛИЩНОЙ ПОЛИТИКИ И ЭНЕРГЕТИКИ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ против удовлетворения исковых требований возражала. В ранее представленном отзыве ответчик указывал, что истцом не предоставлено доказательств, подтверждающих состав убытков, причинно-следственную связь между действием (бездействием) Иркутской области и возникшими убытками со стороны ООО «СТЭК»; правовых оснований для взыскания убытков с МИНФИНа ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ не имеется; в материалы дела не представлены первичные учетные документы, не подтверждены факты осуществления хозяйственной деятельности (убытки).

Представитель Службы против удовлетворения исковых требований возражала. В ранее представленном отзыве Служба указывала на невозможность определить собственными экспертами стоимость фактических  расходов истца на производство тепловой энергии и теплоносителя в спорный период; на отсутствие в материалах дела платежных документов, позволяющих сделать вывод о том, в каких объемах и по какой цене ООО «СТЭК» поставлялись коммунальные услуги. 

Кроме того, Службой указано, что ООО «СТЭК», как осуществляющий регулируемую деятельность хозяйствующий субъект, несет обязанность по предоставлению в орган регулирования полной и достоверной информации, в том числе Формы №46-ТЭ (являющейся надлежащим документом статистической отчетности, содержащим сведения о полезном отпуске (продаже) тепловой энергии), а кроме того, не лишено правовой возможности по предоставлению дополнительных документов и материалов для подтверждения тарифа в заявленном размере, в связи с чем запрос Службой дополнительных сведений, в подтверждение которых заинтересован сам истец, обязательным не является, соответствующей правовой обязанности действующим законодательством в сфере теплоснабжения не предусмотрено.

По мнению Службы, прямая причинно-следственная связь между прекращением по вине и/или инициативе ООО «СТЭК» регулируемой деятельности и невозможностью получения выпадающих доходов, учтенных органом регулирования в тарифе на 2019 год, по мнению Службы, является риском предпринимательской деятельности и возмещения за счет средств бюджета Иркутской области не подлежит.

Представитель МИНФИНа ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ поддержала позицию ответчика.

В ранее представленном отзыве ответчик указывал, что возложение ответственности на Иркутскую область в лице МИНФИНа ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ недопустимо и несправедливо как на орган, представляющий интересы публично-правого образования в настоящем деле; доказательств возникновения убытков истцом представлено не было; представленные истцом документы не подтверждают количества поставленного им ресурса для населения.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, суд установил следующие обстоятельства.

ООО «СТЭК» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 28.06.2016, к основному виду деятельности Общества относится производство, распределение и передача тепловой энергии. Общество является ресурсоснабжающей организацией по теплоснабжению на территории Казачинско-Ленского района Иркутской области.

В период с 2016 по 2019 годы ООО «СТЭК» осуществляло отпуск тепловой энергии на территории Казачинско-Ленского района.

Приказами Службы по тарифам Иркутской области от 20.12.2017 № 505-спр, от 29.11.2018 №323-спр в отношении ООО «СТЭК» были установлены тарифы на тепловую энергию на долгосрочный период с 2018 по 2020 годы.

Во втором полугодии 2019 года право владения и пользования источниками теплоснабжения было прекращено, в связи с расторжением:

- договора аренды муниципального имущества с Небельским муниципальным образованием с 31.07.2019;

- концессионного соглашения от 06.03.2017 с администрацией Казачинского Муниципального образования с 31.07.2019;

- концессионного соглашения от 06.03.2017 г. с администрацией Ключевского Муниципального образования с 31.07.2019;

- договора безвозмездного пользования муниципального имущества № 2 от 30.12.2016 с Новоселовским муниципальным образованием с 31.07.2019;

- концессионного соглашения от 27.04.2017 с администрацией Ульканского Муниципального образования с 08.08.2019.

Данные обстоятельства привели к прекращению деятельности ООО «СТЭК» по теплоснабжению на указанной территории.

По итогам 2017 года ООО «СТЭК» понесло убытки, возникшие, по мнению истца, вследствие государственного регулирования тарифов на отпуск тепловой энергии за 2017 год.

Истец считает, что полученные убытки должны быть возмещены из бюджета Иркутской области, поскольку экономически обоснованные расходы ООО «СТЭК», связанные с осуществлением регулируемого вида деятельности, не были компенсированы ни выручкой от реализации тепловой энергии, ни предоставленными субсидиями, что противоречит законодательству в сфере тарифного регулирования.

В отношении ООО «СТЭК» Службой в период с 20.10.2016 были установлены тарифы следующими приказами Службы:

1) приказ службы по тарифам Иркутской области от 20.10.2016 № 259-спр «Об установлении тарифов на тепловую энергию, поставляемую потребителям ООО «Сибирская теплоэнергетическая компания» на территории Казачинско-Ленского района» с периодом действия с 26.10.2016 по 31.12.2016;

2)    приказ службы по тарифам Иркутской области от 20.12.2016 № 413-спр «Об установлении тарифов на тепловую энергию, поставляемую потребителям ООО «Сибирская теплоэнергетическая компания» на территории Казачинско-Ленского района» с периодом действия с 01.01.2017 по 31.12.2017;

3)    приказ службы по тарифам Иркутской области от 20.12.2017 № 486-спр «Об установлении долгосрочных тарифов на тепловую энергию, поставляемую потребителям ООО «Сибирская теплоэнергетическая компания» (ИНН 

<

***>) на территории Казачинско-Ленского района» с периодом действия с 01.01.2018 по 31.12.2020;

4)    приказ службы по тарифам Иркутской области от 20.12.2017 № 505-спр «Об установлении долгосрочных тарифов на тепловую энергию в отношении единой теплоснабжающей организации на территориях Казачинского, Ключевского, Магистральнинского, Небельского, Новоселовского, Ульканского муниципальных образований (ООО «Сибирская теплоэнергетическая компания», ИНН 

<

***>)» с периодом действия с 01.01.2018 по 31.12.2020.

После закрытия отчетного периода 2017 года, ООО «СТЭК» обратилось в Службу по тарифам Иркутской области для корректировки долгосрочных тарифов на период 2019-2020 гг. Так как деятельность ООО «СТЭК» в 2017 году была убыточна, сумма убытка, то есть сумма экономически обоснованных расходов, не учтенных органом регулирования в тарифе 2017 года была заявлена ООО «СТЭК» для включения в тариф 2019 года.

По результатам заседания Правления Службы по тарифам Иркутской области от 19.11.2018 были внесены изменения в Приказ Службы по тарифам Иркутской области № 505-спр от 20.12.2017 «Об установлении долгосрочных тарифов на тепловую энергию в отношении единой теплоснабжающей организации на территориях Казачинского, Ключевского, Магистральнинского, Небельского, Новоселовского, Ульканского муниципальных образований для ООО «СТЭК».

В расчет тарифа 2019 года, а именно в расчет необходимой валовой выручки включены результаты деятельности до перехода к регулированию тарифов на основе долгосрочных параметров.

Таким образом, Служба по тарифам Иркутской области сочла экономически обоснованными расходы (затраты) и включила суммы убытков в тариф 2019 года  понесенные организацией в 2017 году. Данные обстоятельства отражены в Приложениях №1, №3, №6, №7 и №8 к Протоколу заседания правления службы по тарифам Иркутской области от 19.11.2018.

В случае эксплуатации котельных в период с 01.07.2019 по 30.06.2020, сумма убытка была бы возмещена ООО «СТЭК» в полном объеме. Но так как во втором полугодии 2019 года право владения и пользования источниками теплоснабжения в Казачинско-Ленском районе было прекращено, соответственно убытки были возмещены не в полном объеме.

То обстоятельство, что ООО «СТЭК» оказывало услуги по теплоснабжению населения на территории Казачинско-Ленского района в 2017 году, подтверждено материалами дела и участвующими в деле лицами не оспаривается.

На основании части 14 статьи 10 Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении (далее – Закон о теплоснабжении), пункта 52 раздела 6 Правил регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.10.2012 №1075 в целях возмещения недополученных доходов и (или) финансового обеспечения затрат предусматривается компенсация теплоснабжающим организациям выпадающих доходов, возникающих в результате предоставления услуг населению по установленным льготным тарифам.

Постановлением Правительства Иркутской области от 02.09.2015 № 439-пп утверждено Положение о предоставлении субсидий за счет средств областного бюджета в целях возмещения недополученных доходов в связи с оказанием услуг в сфере электро-, газо-, тепло- и водоснабжения, водоотведения и очистки сточных вод.

Согласно пункту 4 Положения юридические лица, поставляющие коммунальные ресурсы, используемые для предоставления коммунальных услуг населению, проживающему в жилищном фонде через исполнителей либо непосредственно, отнесены к категории получателей субсидий из областного бюджета в целях возмещения недополученных доходов, возникших в результате обеспечения изменения размера вносимой гражданами платы за коммунальные услуги в соответствии с предельными (максимальными) индексами изменения размера вносимой гражданами платы за коммунальные услуги.

В соответствии с частью 1 статьи 8 Закона о теплоснабжении тарифы на тепловую энергию и горячую воду подлежат государственному регулированию. 

Статьей 7 Закона установлены принципы регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения и полномочия органов исполнительной власти, органов местного самоуправления поселений, городских округов в области регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения. В качестве таких принципов указаны обеспечение доступности тепловой энергии (мощности), теплоносителя для потребителей и обеспечение экономической обоснованности расходов теплоснабжающих организаций, теплосетевых организаций на производство, передачу и сбыт тепловой энергии (мощности), теплоносителя. 

Согласно части 3 названной статьи Закона, подлежащие регулированию цены (тарифы) на товары, услуги в сфере теплоснабжения устанавливаются в отношении каждой организации, осуществляющей регулируемые виды деятельности в сфере теплоснабжения, и в отношении каждого регулируемого вида деятельности.

В силу части 2 статьи 10 Закона о теплоснабжении, срок действия установленных тарифов в сфере теплоснабжения и (или) их предельных (минимального и максимального) уровней не может быть менее чем один финансовый год, если иное не установлено федеральными законами, решениями Правительства Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 13 Правил регулирования №1075 регулируемая организация представляет в орган регулирования предложение об установлении цен (тарифов) и заявление о выборе метода регулирования тарифов.

Предложение об установлении цен (тарифов) состоит из заявления регулируемой организации об установлении цен (тарифов) и необходимых материалов, указанных в пункте 16 Правил регулирования (пункт 5 Регламента).

В период с 2016 года по 2019 год истец осуществлял услуги в соответствии с предельными льготными тарифами на тепловую энергию.

Факт надлежащей поставки истцом потребителям указанных услуг за заявленный период ответчиком и третьими лицами не оспаривается. В подтверждение объема коммунальных ресурсов, поставленных населению Казачинско-Ленского района в спорный период и их стоимость, истец представил первичные документы. 

Истец указал, что такие убытки подлежат возмещению Иркутской областью, поскольку в обязанность уполномоченных органов государственной власти входит компенсация недополученных доходов бюджетным учреждениям. 

В силу положений, установленных Федеральным законом от 14.04.1995 № 41-ФЗ «О государственном регулировании тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации»; подпункта 55 части 2 статьи 26.3 Федерального закона от 06.10.1999 №184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации», пункта 26 Правил государственного регулирования и применения тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации (утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.02.2004 № 109) именно органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации устанавливают подлежащие применению тарифы на тепловую энергию, поставляемую теплоснабжающими организациями потребителям, в рамках предельных уровней тарифов, установленных федеральным органом исполнительной власти в области регулирования тарифов в сфере теплоснабжения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.2013 № 87 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных со взысканием потерь ресурсоснабжающих организаций, вызванных межтарифной разницей, согласно правовой позиции, высказанной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 29.03.2011 № 2-П, если применение мер тарифного регулирования предполагает возникновение разницы между утвержденным тарифом для определенной группы потребителей, например, населения, и утвержденным для другой группы потребителей экономически обоснованным тарифом, отражающим реальные затраты ресурсоснабжающей организации на производство соответствующего ресурса (далее - межтарифная разница), предполагается возмещение в таких случаях этой организации понесенных ею экономических потерь. Возникновение межтарифной разницы служит прямым следствием реализации полномочий по государственному регулированию цен (тарифов), поэтому субъектом, обязанным возместить ресурсоснабжающей организации расходы, обусловленные установлением тарифа в размере ниже экономически обоснованного, должно быть то публично-правовое образование, уполномоченным органом которого было принято соответствующее тарифное решение.

При этом данным публично-правовым образованием должна быть установлена компенсация потерь ресурсоснабжающей организации, вызванных межтарифной разницей.

Судам необходимо учитывать, что если такие потери не были полностью или в части компенсированы в том числе по причине того, что названная компенсация не предусмотрена или предусмотрена в недостаточном размере, для их взыскания в пользу ресурсоснабжающей организации за счет бюджета соответствующего публично-правового образования оспаривание акта об установлении тарифа не требуется.

В силу приведенных норм действующего публичного законодательства, регулирование тарифов на тепловую энергию относится к ведению субъекта Российской Федерации, и, следовательно, обязательства, возникающие вследствие такого регулирования, относятся к расходным обязательствам субъекта Российской Федерации - Иркутской области.

Введение предельных уровней тарифов, т.е. предельного размера цены на соответствующую продукцию, направлено на противодействие монополизации и недобросовестной конкуренции, выступает государственной гарантией доступности теплоэнергетических ресурсов для потребителей, прежде всего для населения, препятствует экономически не обоснованному росту тарифов на тепловую энергию, предполагает возможность установления льготных тарифов (части 13 - 15 статьи 10 Закона о теплоснабжении, часть 13 статьи 2 Федерального закона «О государственном регулировании тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации») и тем самым призвано не допустить резкого ухудшения социального положения граждан.

Вместе с тем применение указанных мер в рамках тарифного регулирования предполагает возникновение разницы между утвержденным тарифом для потребителей и экономически обоснованным тарифом, отражающим реальные затраты теплоснабжающей организации на производство тепловой энергии, и, соответственно, предопределяет необходимость возмещения в таких случаях теплоснабжающей организации понесенных ею  экономических  потерь. 

Поскольку возникновение межтарифной разницы служит прямым следствием реализации полномочий по государственному регулированию цен (тарифов) на тепловую энергию, субъект Российской Федерации обязан возместить теплоснабжающей организации расходы, обусловленные установлением тарифа на уровне ниже экономически обоснованного.

Эта  обязанность субъекта Российской Федерации вытекает также из пункта  26 Правил государственного регулирования и применения тарифов на электрическую и тепловую энергию в Российской Федерации (утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.02.2004 № 109).

Пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.2013 № 87 разъясняет, что если применение мер тарифного регулирования предполагает возникновение разницы между утвержденным тарифом для определенной группы потребителей, например, населения, и утвержденным для другой группы потребителей экономически обоснованным тарифом, отражающим реальные затраты ресурсоснабжающей организации на производство соответствующего ресурса (далее - межтарифная разница), предполагается возмещение в таких случаях этой организации понесенных ею экономических потерь. Возникновение межтарифной разницы служит прямым следствием реализации полномочий по государственному регулированию цен (тарифов), поэтому субъектом, обязанным возместить ресурсоснабжающей организации расходы, обусловленные установлением тарифа в размере ниже экономически обоснованного, должно быть то публично-правовое образование, уполномоченным органом которого было принято соответствующее тарифное решение. При этом данным публично-правовым образованием должна быть установлена компенсация потерь ресурсоснабжающей организации, вызванных межтарифной разницей.

Судам необходимо учитывать, что если такие потери не были полностью или в части компенсированы в том числе по причине того, что названная компенсация не предусмотрена или предусмотрена в недостаточном размере, для их взыскания в пользу ресурсоснабжающей организации за счет бюджета соответствующего публично-правового образования оспаривание акта об установлении тарифа не требуется.

Вышеназванными Постановлениями Правительства Иркутской области об утверждении положения о предоставлении субсидий за счет средств областного бюджета в целях возмещения недополученных доходов в связи с оказанием услуг в сфере электро-, газо-, тепло- и водоснабжения, водоотведения и очистки сточных вод определен порядок предоставления субсидии за счет средств областного бюджета.

С учетом положений статей 158, 242.1, 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации в качестве уполномоченных лиц, представлять в суде интересы Иркутской области, как публично-правового образования привлечено МИНИСТЕРСТВО ФИНАНСОВ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ для исполнения судебного акта, предполагающего взыскание задолженности за счет средств казны соответствующего публично-правового образования.

Иными словами, указание в резолютивной части судебного акта государственного органа, через который будет исполняться судебный акт, влияет лишь на порядок его исполнения, но не нарушает прав такого органа.

С учетом совокупности установленных по делу обстоятельств, материалов дела, вышеназванных норм закона, в том числе положений статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 1, 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2006 № 23 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации», в рассматриваемом случае следует взыскание денежных средств с Иркутской области в лице главного распорядителя бюджетных средств – МИНИСТЕРСТВА ЖИЛИЩНОЙ ПОЛИТИКИ, ЭНЕРГЕТИКИ И ТРАНСПОРТА ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ за счет казны Иркутской области.

Аналогичная правовая позиция содержится в Постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 16.04.2018 № Ф02-984/2018 по делу № А19-12404/2015. 

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу названных норм лицо, требующее возмещения убытков, причиненных в результате незаконных действий органов местного самоуправления, должно доказать противоправность действий (бездействия) органов местного самоуправления, наличие причинной связи между действиями (бездействием) органов местного самоуправления и понесенными убытками, а также размер убытков. 

Из  пояснений истца следует, что у него отсутствовала возможность отказаться от производства и поставки коммунальных ресурсов населению.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статей 16 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны субъекта Российской Федерации, от имени казны выступают  соответствующие финансовые органы, если эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии со статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 20.02.2002 № 22-О указано, что гражданским законодательством установлены дополнительные гарантии для защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти, направленные на реализацию положений статей 52 и 53 Конституции Российской Федерации, согласно которым каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, в том числе злоупотреблением властью.

Ответственность за вред, причиненный государственными и муниципальными органами или их должностными лицами, наступает при доказанности незаконности действий, причинной связи между этими действиями и возникшими убытками, а также их размера.

В статье 7 Закона о теплоснабжении предусмотрено, что государственное регулирование тарифов на услуги по передаче тепловой энергии осуществляется органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов.

Государственное регулирование цен (тарифов) на тепловую энергию (мощность) осуществляется на основе принципов, установленных настоящим Федеральным законом, в соответствии с основами ценообразования в сфере теплоснабжения, правилами регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденными Правительством Российской Федерации, иными нормативными правовыми актами и методическими указаниями, утвержденными федеральным органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов в сфере теплоснабжения, с учетом особенностей, указанных в частях 2.1 - 2.3 статьи 8 настоящего Федерального закона (статья 10 Закона о теплоснабжении).

В силу пункта 33 Правил организации теплоснабжения в Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 08.08.2012 № 808, потребители оплачивают тепловую энергию (мощность) и (или) теплоноситель теплоснабжающей организации по тарифу, установленному органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов для данной категории потребителей.

В соответствии с пунктом 36 Постановления Правительства Российской Федерации от 26.06.2015 № 640 «О порядке формирования государственного задания на оказание государственных услуг (выполнение работ) в отношении федеральных государственных учреждений и финансового обеспечения выполнения государственного задания», в случае если федеральное бюджетное или автономное учреждение осуществляет платную деятельность в рамках установленного государственного задания, по которому в соответствии с федеральными законами предусмотрено взимание платы, объем финансового обеспечения выполнения государственного задания, рассчитанный на основе нормативных затрат, подлежит уменьшению на объем доходов от платной деятельности исходя из объема государственной услуги (работы), за оказание (выполнение) которой предусмотрено взимание платы, и размера платы (цены, тарифа), установленного в государственном задании, органом, осуществляющим функции и полномочия учредителя в отношении федеральных бюджетных или автономных учреждений, учетом положений, установленных федеральными законами.

Истец, являясь субъектом предпринимательской деятельности, не обязано отвечать по социальным обязательствам публично-правового образования и безвозмездно предоставлять льготы потребителям за счет собственных ресурсов. В то же время публично-правовое образование вправе установить для населения плату за коммунальные услуги ниже стоимости коммунального ресурса, поставляемого обществом, и обязано возместить ресурсоснабжающей организации выпадающие доходы.

Таким образом, исходя из системного толкования указанных норм права применительно к существу заявленных требований и обстоятельств данного конкретного дела, такой обязательный элемент состава правонарушения как вина ответчика заключается в неисполнении установленной законом обязанности по возмещению образовавшейся разницы между экономически обоснованной ценой на производство и поставку коммунальных ресурсов и ценой, по которой в силу мер государственного регулирования общество осуществляло их продажу

Возражая против удовлетворения исковых требований, МИНФИН ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ указывал на тот факт, что возникновение убытков у истца связано с недобросовестным исполнением истцом своих обязательств, что нашло отражение в Решении Арбитражного суда Иркутской области от 15.08.2019 по делу №А19-5448/2019.

Суд, проверив доводы ответчика в указанной части, отклоняет их по следующим основаниям. 

Истцом заявлено требование о взыскании убытков за 2017 год, решение Арбитражного суда Иркутской области от 15.08.2019 по делу №А19-5448/2019 вынесено относительно обстоятельств, возникших в 2018 году.

Кроме того, по требованию собственника теплоисточника расторгнут только один из договоров на эксплуатацию котельных в п. Улькан (концессионное соглашение от 27.04.2017). 

Остальные договоры: концессионное соглашение от 06.03.2017 с администрацией Казачинского Муниципального образования в отношении котельных «Центральная» и «ЦРБ», «Тополек» и «Школьная», концессионное соглашение от 06.03.2017 с администрацией Ключевского муниципального образования в отношении котельной в д. Ключи, договоры безвозмездного пользования муниципального имущества с Новоселовским и Небельским муниципальными образованиями в отношении котельных п. Окунайский и д. Небель, были расторгнуты по соглашению сторон, а не по причине виновных действий ООО «СТЭК».

В связи с оказанными услугами теплоснабжения, холодного и горячего водоснабжения и водоотведения населению Казачинско-Ленского района экономические потери истца за период – 2017 год, рассчитанные как разница между стоимостью поставленного коммунального ресурса, определенной на основании экономически обоснованного тарифа, и стоимостью поставленного коммунального ресурса, определенной по установленному уполномоченным органом тарифу, составили 1 322 000 руб. 08 коп.

Службой был произведен расчет суммы убытка по группе «население», понесенного ООО «СТЭК» в результате осуществления регулируемой деятельности в сфере теплоснабжения в 2017 году и учтенного в тарифе на 2019 год, но не возмещенного в связи с досрочным расторжением концессионных соглашений по теплоисточникам Казачинско-Ленского района (кроме теплоисточников п. Магистральный). По заключению Службы, размер убытков составил 1 314 600 руб., размер избыточных доходов 168 220 руб.

Расчет Службы произведен исходя из плановых значений полезного отпуска, учтенного в тарифе. Согласно отзыву, для проведения более точного расчета Службе необходимо наличие документов, подтверждающих факт оказания услуг регулируемой организацией по поставке тепловой энергии потребителям.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете», каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Между ООО «СТЭК» и ООО «ИРКУТСКЭНЕРГОСБЫТ» заключен агентский договор № 327-041/441-Д от 21.09.2016, в соответствии с которым ООО «ИРКУТСКЭНЕРГОСБЫТ» осуществляет начисление, расчет (перерасчет), прием (сбор) платежей за коммунальные услуги.

Согласно пункту 2.8. договора, агент ежемесячно до 10 числа месяца, следующего за расчетным, должен предоставлять принципалу акт оказанных услуг и отчеты агента на бумажном носителе по форме, утвержденной договором.

В соответствии с частями 2-3 статьи 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете», обязательными реквизитами первичного учетного документа являются:

1) наименование документа;

2) дата составления документа;

3) наименование экономического субъекта, составившего документ;

4) содержание факта хозяйственной жизни;

5) величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения;

6) наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события;

7) подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц.

Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных. Лицо, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, и лицо, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, не несут ответственность за соответствие составленных другими лицами первичных учетных документов свершившимся фактам хозяйственной жизни. Требования в письменной форме главного бухгалтера, иного должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо лица, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, в отношении соблюдения установленного порядка документального оформления фактов хозяйственной жизни, представления документов (сведений), необходимых для ведения бухгалтерского учета, должностному лицу, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, либо лицу, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, обязательны для всех работников экономического субъекта.

Таким образом, отчеты агента, представленные в материалы дела с целью подтверждения объемов полезного отпуска с 01.07.2019 по 31.12.2019, являются первичными бухгалтерскими документами. 

Это говорит о том, что документы, относящиеся в соответствии с требованиями Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете» к первичным бухгалтерским документам, в материалах дела имеются.

Согласно пункту 17 Постановления Правительства Иркутской области от 02.09.2015 № 439-пп «Об утверждении Положения о предоставлении субсидий за счет средств областного бюджета в целях возмещения недополученных доходов в связи с оказанием услуг в сфере электро-, газо-, тепло- и водоснабжения, водоотведения и очистки сточных вод», предоставление субсидий осуществляется ежеквартально на основании соглашения и договора банковского счета после представления Получателем ежеквартального отчета, предварительного годового отчета.

На основании отчетов агента заполняются отчеты о фактически недополученных доходах, на основании которых Общество получает субсидию за счет средств областного бюджета в целях возмещения недополученных доходов в связи с оказанием услуг в сфере электро-, газо-, тепло- и водоснабжения, водоотведения и очистки сточных вод.

Кроме того, в своем отзыве Служба ссылается на форму статистической отчётности 46-ТЭ (полезный отпуск). Форма 46-ТЭ является формой федерального статистического наблюдения за сведениями о полезном отпуске (продаже) тепловой энергии отдельным категориям потребителей, с указанием по ее заполнению, сбору и обработке данных в системе ФАС России (ФГИС ЕИАС). Предоставление данных по указанной форме федерального статистического наблюдения осуществляется юридическими лицами - теплоснабжающими и теплосетевыми организациями, осуществляющими регулируемые виды деятельности.

Так как общество осуществляло регулируемый вид деятельности, соответственно на него была возложена обязанность по предоставлению формы статистической отчетности 46-ТЭ в орган регулирования.

Согласно Постановлению Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 19.01.2022, которым решение Арбитражного суда Иркутской области от 27.07.2021 по делу № А19-9896/2020 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2021 по тому же делу отменены, дело направлено на новое рассмотрение, поскольку доводы ответчиков о том, что возникновение убытков является следствием недобросовестных действий самого истца, прекратившего хозяйственную деятельность; прекращение коммерческой организацией регулируемой деятельности не по вине публично-правового образования и не связанное с незаконными действиями/бездействием уполномоченного органа не влечет возмещения заявленных убытков; причинно-следственная связь между действиями ответчика и убытками истца отсутствует, поскольку регулирующий орган в соответствии с нормативными предписаниями и в установленные законодательством в области тарифного регулирования сроки утвердил соответствующий тариф на 2019 год, учитывающий выпадающие доходы предыдущего периода регулирования (2017 года) не были оценены. 

При новом рассмотрении дела суду следует разрешить спор по указанным истцом основаниям и в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Суд, исполняя указание кассационного суда, проверив доводы и возражения сторон, пришел к следующим выводам.

Как установлено и подтверждается материалами дела ООО «СТЭК» в период с 2016 по 2019 год осуществляло регулируемую деятельность по отпуску тепловой энергии на территории Казачинско-Ленского района на основании концессионных соглашений, договора аренды и договора пользования муниципальным имуществом, предоставляющих право эксплуатации котельных.

Согласно пункту 13 Основ ценообразования в сфере теплоснабжения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 22.10.2012 №1075 (далее - Основы ценообразования) экономически обоснованные расходы, не учтенные органом регулирования при установлении для нее регулируемых цен (тарифов) учитываются органом регулирования при установлении регулируемых цен (тарифов) для такой регулируемой организации начиная с периода, следующего за периодом, в котором указанные расходы были документально подтверждены на основании годовой бухгалтерской и статистической отчетности, но не позднее чем на 3-й расчетный период регулирования, в полном объеме. Указанные экономически обоснованные расходы регулируемой организации включаются органом регулирования в необходимую валовую выручку независимо от достигнутого ею финансового результата. То есть, в соответствии с тарифным законодательством, убытки, полученные регулируемой организацией по результатам деятельности, подлежат включению в состав необходимой валовой выручки в последующие периоды регулирования.

Так, по результатам деятельности в 2016 году ООО «СТЭК» получило убытки, вызванные наличием экономически обоснованных расходов, не включенных в тариф. 

Данные убытки в размере 10 775,70 тыс. руб. были включены в тариф для ООО «СТЭК» на период с 01.01.2018, что подтверждается Приказом Службы по тарифам Иркутской области №505-спр от 20.12.2017, Протоколом Службы по тарифам Иркутской области от 20.12.2017.

По результатам деятельности в 2017 году Общество понесло убытки, вызванные наличием экономически обоснованных расходов, не включенных в тариф в размере 14 420 817 руб. 47 коп. В том числе, по котельным, расположенным в п. Магистральный, размер расходов составил 11 058 817 руб. 47 коп., по остальным котельным, размер расходов составил 3 362 000 руб.

Размер убытков за 2017 год по котельным в п. Улькан, п. Окунайский, п. Ключи, п. Небель, п. Казачинское в размере 3 362 000 руб. был включен в тариф с 01.07.2019 по 30.06.2020.

Размер убытков по теплоснабжению, понесенных предприятием в 2017 году по ЦК и МК-131 в п. Магистральный, должны были быть аналогичным образом включены в тариф 2019 года, но этого не было произведено в связи с расторжением договора пользования муниципальным имуществом в п. Магистральный.

Указанное подтверждается Приказом Службы по тарифам Иркутской области №323-спр от 29.11.2018, Протоколом Службы по тарифам Иркутской области от 19.11.2018.

Таким образом, решениями Службы по тарифам Иркутской области было подтверждено, что ООО «СТЭК» получению в 2016-2017 годах экономически обоснованные убытки в размере 14 137,7 млн. руб., которые были включены в тариф ООО «СТЭК» и должны были быть получены организацией в течение периода с января 2018 года по июнь 2020 года. 

Кроме того, ООО «СТЭК» обратилось с исковым заявлением в Арбитражный суд Иркутской области о взыскании убытков по котельным расположенным в п. Магистральный на сумму 11 058 817 руб. 48 коп. (дело №А19-5289/2020)

По результатам деятельности в 2018 году ООО «СТЭК» получило убыток, вызванный наличием экономически обоснованных расходов, не включенных в тариф, в размере 18 177 028 руб. 92 коп., подлежащий включению в размер необходимой валовой выручки регулируемой организации в 2020 году. 

Действительно организация имела возможность восполнить убытки посредством их включения в состав необходимой валовой выручки при расчете тарифа на 2020 год, однако дефицит денежных средств вызванных отсутствием валовой выручки затруднял исполнение обязанностей принятых ООО «СТЭК» в рамках концессионных соглашений, в том числе по обеспечению нормативного запаса угля на котельных.

При этом общество принимало меры, направленные на преодоление имущественного кризиса вызванного образовавшимися от регулируемой деятельностью убытками, что подтверждено вступившими в законную силу судебными актами: определение Арбитражного суда Иркутской области по делу №А19-25844/2019 от 16.03.2021, от 29.11.2021.

Указанными судебными актами установлено, что ООО «Комплексные энергетические поставки» осуществляло компенсационное финансирование ООО «СТЭК» в виде поставок угля в ситуации имущественного кризиса последнего, при этом задолженность перед ООО «КЭП» за отгруженный с 2018 по 2019 год уголь составила 28 755 627 руб.: по договорам на поставку угля № 65/1, № 65/2 - 21 756 460 руб. 34 коп., по договорам на поставку угля № 1/2019/223ФЗ от 17.01.2019 и № 4/2019/223ФЗ от 15.02.2019-6 – 999 166 руб. 84 коп.

Кроме того, необходимо отметить, что одной из причин прекращения деятельности ООО «СТЭК» в Казачинско-Ленском районе, и как следствие, невозможности взыскать убытки, подтвержденные Службой по тарифам Иркутской Области и включенные в тариф 2018-2020 годов, явилось расторжение концессионного соглашения, заключенного между Обществом и Администрацией Ульканского городского поселения Казачинско-Ленского района Иркутской области с 15.08.2019 на основании решения Арбитражного суда Иркутской области по делу № А19-5448/2019. 

В обосновании указанного решения, было указано, что имел место факт отсутствия запаса угля в течение периода 2017-2019 годы.

Согласно решению Арбитражного суда Иркутской области по делу № А19-5448/2019, довод ООО «СТЭК» о том, что актом проверки Енисейского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзор) №28/63/650/2019 от 19.03.2019 подтверждается исполнение ранее выданного предписания в части обеспечения нормативного запаса топлива на складах хранения твердого топлива, не может быть судом принят во внимание, так как факт отсутствия запаса угля имел место в 2017-2019 годах. 

Доводы ООО «СТЭК» о том, что причины несоблюдения условий соглашения в части выполнения заданий, основных мероприятий и плановых значений концессии обусловлены отсутствием нормативного уровня прибыли в необходимой валовой выручке, вследствие чего Общество полностью лишилось этой инвестиционной составляющей необходимой валовой выручки, за счет которой и должны выполняться мероприятия по реконструкции объекта концессии, что явно противоречит ранее согласованным условиям соглашения, при установленных выше фактах нарушения Концессионером своих обязательств, не имеют правового значения для вывода суда о необходимости расторжения концессионного соглашения.

Из содержания указанного судебного акта следует, что ООО «СТЭК» возражало против расторжения концессионного соглашения, было намерено сохранить хозяйственную деятельность, с целью минимизации негативных последствий от возникших убытков вынуждено было привлекать стороннее финансирование, предпринимало иные меры, направленные на исполнение принятых обязательств в рамках концессионного соглашения.

Иными словами основанием для расторжения в судебном порядке концессионного соглашения послужило установление формальных фактов отсутствия нормативного запаса угля на котельных, при этом как указал суд первой инстанции причины, по которым общество не смогло обеспечить нормативный запас не имеют правового значения.

Однако, необходимо отметить, что факт отсутствия у ООО «СТЭК» нормативного запаса топлива, одновременно с наличием в аналогичный период времени экономически обоснованных убытков, подтвержденных протоколами Службы по тарифам Иркутской области, говорит о том, что именно наличие убытков, то есть превышение фактически понесенных Обществом расходов, над величиной фактически располагаемых доходов, ограниченных размером установленного тарифа, и послужило причиной того, что Общество не смогло сформировать нормативный запас топлива на теплоисточниках.

Таким образом, в период с 2016 года по 2019 год у общества возникли убытки в результате осуществления регулируемой деятельности механизм включения экономически обоснованных расходов, не учтенных органом регулирования при установлении тарифа теплоснабжающей организации в последующих периодах регулирования, предусмотренный 13 Основ ценообразования, позволил бы ООО «СТЭК» компенсировать возникшие убытки в последующих периодах, однако, отсутствие валовой выручки в обозначенном размере в текущем периоде вызвало неспособность ООО «СТЭК» обеспечить нормативный запас топлива на котельных, и как следствие расторжение в судебном порядке концессионного соглашения являющегося правовым основанием для осуществления регулируемого вида деятельности.

Относительно доводов ответчиков о неисполнении истца обязанности по созданию нормативного запаса топлива.

В деле содержится заключение специалиста от 26.06.2022, выполненное специалистом ООО «АУДИТ-КЛАСС и К» ФИО7, согласно которому неспособность ООО «СТЭК» обеспечить нормативный запас угля на котельных в поселке Улькан 2018-2019 годах, является прямым следствием убытков, полученных обществом в 2016-2018 году в результате регулируемой деятельность по теплоснабжению. 

Оценив доводы ответчиков о том, что данное заключение специалиста не является надлежащим доказательством по делу, поскольку в нем нет информации о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, также критически оценив выводы специалиста, судом отмечается следующее. 

Судом установлено, что представленное заключение специалиста от 26.06.2022 имеет иную правовую природу и не являются экспертным заключением в смысле, признаваемом статьями 82, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Вместе с тем, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Согласно части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы. 

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с частью 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Заключение специалиста от 26.06.2022 исследовано и оценено судом наряду с иными доказательствами, представленными в материалы дела, при этом в результате оценки доказательств установлено, что иным представленным в дело доказательствам заключение специалиста не противоречит, выполнено последовательно, не содержит противоречивых выводов, достаточно ясное и полное, документы и материалы, фиксирующие ход экспертизы, указаны в заключении, методики и доводы подробно описаны, недостатков в заключении и сомнений в правильности и объективности содержащихся в нем выводов не установлено. 

Таким образом, несмотря на то, что заключение специалиста от 26.06.2022 имеет иную правовую природу и не является экспертным заключением, суд приходит к выводу, о том, что данное заключение может быть принято в качестве допустимого письменного доказательства по делу, свидетельствующего о том, что неспособность ООО «СТЭК» обеспечить нормативный запас угля на котельных в поселке Улькан 2018-2019 годах, является прямым следствием убытков, полученных обществом в 2016-2018 году в результате регулируемой деятельность по теплоснабжению. Изложенные в нем выводы ответчиком и третьими лицами не опровергнуты.

Кроме того, ООО «СТЭК» не могло получить компенсацию убытков, возникших в ходе теплоснабжающей деятельности по котельным в п. Улькан в период с 2016-2018 годы включительно в ходе теплоснабжающей деятельности по котельным в иных муниципальных образованиях (не в п. Улькан) после 08.08.2019,  так как это противоречит статье 17 Федерального закона от 06.10.2003 №131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации».

Относительно предоставления топлива из аварийно-технического запаса Иркутской области, установлено, что при расчете сумм убытков уже было исключено топливо, выделенное из аварийно-технического запаса Иркутской области, поскольку предметом исковых требований являются убытки 2017 года, включенные в тариф и признанные экономически обоснованными при осуществлении корректировки на 2019 год.

Доводы Службы по тарифам о том, что при выделении средств из аварийно-технического запаса Иркутской области на приобретение угля в 2018 году у истца сформировались избыточные доходы, не обоснованы, поскольку, как отмечалось самой Службой, анализ фактической деятельности истца за 2018 год не производился. 

Наличие или отсутствие избыточных доходов в 2018 году необходимо исследовать в целом по деятельности Общества, а не только исходя из факта поставки угля из аварийно-технического запаса Иркутской области, однако указанные обстоятельства не являются предметом разбирательства в настоящем деле.

Предметом исковых требований являются убытки, возникшие у истца вследствие невозможности получения возмещения от потребителей поставляемого ресурса выпадающих доходов за 2017 год, ввиду прекращения истцом деятельности во втором полугодии 2019 года. 

Возникновение убытков за 2017 год связано с неверно определенной величиной полезного отпуска при установке тарифов на тепловую энергию для ООО «СТЭК». 

Невозможность компенсации убытков, полученных в 2017 году, связана с прекращением деятельности истца на территориях соответствующих муниципальных образований. С учетом того, что при установке тарифов для Общества на 2017 год Службой по тарифам использована неверная величина полезного отпуска, между возникновением убытков и действиями ответчика существует прямая причинно-следственная связь (аналогичная позиция изложена в решении Арбитражного суда Иркутской области по делу №А19-2068/2020 от 17.12.2021).

Продолжение регулируемой деятельности в 2019 году и соответственно компенсация убытков невозможны по причине расторжения концессионного соглашения по п. Улькан и прочих договоров на обслуживание котельных. Прекращение деятельности явилось следствием полученных убытков, которые, в свою очередь, явились следствием неверно определенной величины полезного отпуска тепловой энергии при тарифном регулировании 2016-2017 гг.

Поскольку, существует прямая причинно-следственная связь между действиями ответчиков и возникновением у истца убытков, полученных в 2017 году, взысканию подлежит полный размер понесённых не компенсированных истцу убытков 2017 года посредством тарифа.

Во втором полугодии 2019 года право владения и пользования источниками теплоснабжения было прекращено, в связи с расторжением: договора аренды муниципального имущества с Небельским муниципальным образованием с 31.07.2019;  концессионного соглашения от 06.03.2017 с администрацией Казачинского Муниципального образования с 31.07.2019; концессионного соглашения от 06.03.2017 с администрацией Ключевского Муниципального образования с 31.07.2019; договора безвозмездного пользования муниципального имущества № 2 от 30.12.2016 с Новоселовским муниципальным образованием с 31.07.2019; концессионного соглашения от 27.04.2017 с администрацией Ульканского Муниципального образования с 08.08.2019.

Данные обстоятельства привели к прекращению деятельности ООО «СТЭК» по регулируемому виду деятельности - теплоснабжению.

Таким образом, форма статистической отчетности 46-ТЭ предоставлена в орган регулирования только за июль 2019 года, далее предоставление формы не осуществлялось.

Суд соглашается с доводами истца о том, что производить расчет, опираясь на данные статистической отчетности 46-ТЭ только за июль 2019 года некорректно, поскольку тогда не будет учтен отпуск тепловой энергии за август 2019 год, то есть полезный отпуск будет искусственно занижен, и размер невозмещенных убытков будет больше.

С целью подтверждения фактического полезного отпуска истец представил отчеты о фактически недополученных доходах за период 01.01.2019 - 06.08.2019, на основании которых ООО «СТЭК» была получена субсидия, и частично возмещены убытки 2017 года, включенные в тариф 2019 года.

Представленный истцом уточненный расчет судом проверен, признан верным.  

Учитывая изложенное, исходя из предмета и основания заявленных требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, руководствуясь действующим законодательством, суд находит исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

Всем существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана оценка, что нашло отражение в данном решении. Иные доводы и пояснения сторон несущественны и на выводы суда повлиять не могут.

Разрешая вопрос о распределении расходов по оплате государственной пошлины, суд приходит к следующему.

Истцом при обращении в суд была оплачена государственная пошлина в размере 2 000 руб., что подтверждается платежным поручением №310 от 26.05.2020

Согласно расчету суда, произведенному в соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, при цене иска 3 858 810 руб. уплате подлежит государственная пошлина в размере 42 294 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Таким образом, расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и взыскиваются в пользу истца в пределах суммы, уплаченной им при подаче иска.

Иркутская область от уплаты государственной пошлины освобождена в силу положений статьи 333.37 Налогового Кодекса Российской Федерации, в связи с чем, государственная пошлина в доход федерального бюджета с ответчика не взыскивается.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ в лице МИНИСТЕРСТВА ЖИЛИЩНОЙ ПОЛИТИКИ, ЭНЕРГЕТИКИ И ТРАНСПОРТА ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ за счет казны ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СИБИРСКАЯ ТЕПЛОЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ КОМПАНИЯ» убытки в размере 3 858 810 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд             в течение месяца со дня его принятия.

 

Судья:                                                                                                                      Е.Г. Акопян