АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

МОСКОВСКОГО ОКРУГА  

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 

04.09.2025 Дело № А40-284278/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 04.09.2025  

Полный текст постановления изготовлен 04.09.2025 Арбитражный суд Московского округа 

в составе: председательствующего – судьи Колмаковой Н.Н., судей Дацука С.Ю., Цыбиной А.В.,  

при участии в судебном заседании: от истцов: от ООО «Право и лизинг»: ФИО1, по доверенности от 07.11.2022 

от ИП ФИО2: не явился, извещен от ответчика: ФИО3, по доверенности от 02.03.2024  

от третьего лица: не явился, извещен 

рассмотрев 04.09.2025 в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Право и лизинг»  

на решение Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2025 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025  

по делу № А40-284278/2022 по иску 

общества с ограниченной ответственностью «Право и лизинг» и индивидуального предпринимателя ФИО2  

к акционерному обществу «ВТБ Лизинг», третье лицо: ООО «КОНСТАНТИНОВ», 

- о взыскании,  

и по встречному иску - о признании сделки недействительной, 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Право и лизинг" и индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее - ООО "Право и лизинг" и ИП ФИО2, истцы) обратились в Арбитражный суд города Москвы с иском к акционерному обществу АО ВТБ Лизинг (далее - ответчик, АО ВТБ Лизинг) о взыскании:  

- в пользу ИП ФИО2 неосновательное обогащение в размере 689601,03 руб., проценты, начисляемые по правилам статьи 395 ГК РФ с 06.11.2022 на сумму неосновательного обогащения 689 601,03 руб., до полного выполнения обязательства по уплате.  

- в пользу ООО "Право и лизинг" неосновательное обогащение в размере 459734,02 руб., проценты, начисляемые по правилам статьи 395 ГК РФ с 06.11.2022 на сумму неосновательного обогащения 459 734,02 руб., до полного выполнения обязательства по уплате; расходы по оплате услуг оценщика в размере 4000 руб.;  

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 03.05.2023 по делу N А40-284278/22 в удовлетворении иска отказано.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 решение от 03.05.2023 отменено, исковые требования удовлетворены частично.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 27.03.2024 решение Арбитражного суда города Москвы от 03.05.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.  

При повторном рассмотрении истец изменил размер исковых требований, представил расчет сальдо на 889 450,16 руб., с учетом полученных денежных средств просил взыскать 729 778, 57 руб. долга по сальдо, проценты по ст. 395 ГК РФ по день исполнения.  

Ответчик предъявил встречный иск о признании договоров цессии недействительными сделками.  

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 25.02.2025, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025, в удовлетворении первоначального иска отказано, встречный иск удовлетворен. Суд признал договоры уступки права требования (цессии) от 30.11.2022 N 1 (далее – Договор уступки № 1), от 30.11.2022 N 30/11/2022-ДУ (далее – Договор уступки № 2) недействительными сделками.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО "Право и лизинг" обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит данные решение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме или направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.  

Истец указывает, что правовые основания для признания недействительными договоров цессии отсутствовали, при заключении договора уступки права происходит лишь смена кредитора, но не смена стороны договора, уступка права не влияет на обязанность должника по договору лизинга исполнять установленные обязательства, для лизингодателя не имеет существенного значения, какое именно лицо выступает на стороне кредитора; согласно контррасчету ответчика на его стороне имеется неосновательное обогащение; при этом, суды не произвели расчет сальдо взаимных предоставлений, не проверили все доводы сторон, не выполнили указания суда кассационной инстанции, не учли выводы судов о действительности спорных договоров уступки права требования по делам № А40-15668/2023, А40-284353/22, А40-284348/22, А40-284320/22.  

Представленный ответчиком отзыв на кассационную жалобу, письменные пояснения судебной коллегией приобщены к материалам дела, как поданные с соблюдением требований статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В представленном отзыве и письменных пояснениях ответчик указывает на согласие с выводами судов, просит определить совокупный сальдированный результат по договорам лизинга при разрешении спора об имущественных последствиях исполнения и расторжения нескольких взаимосвязанных договоров выкупного лизинга в рамках настоящего дела и дела № А40-284320/22, учитывать сумму исполненного АО ВТБ Лизинг обязательства перед ИП ФИО2 на сумму 99 980, 22 руб., перед ООО «Право и лизинг» на сумму 72 919, 69 руб. по отмененному постановлению по настоящему делу.  

В судебном заседании представитель истца (ООО «Право и лизинг») поддержал доводы жалобы, представитель ответчика возражал против удовлетворения кассационной жалобы.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции стороны пояснили, что судебные акты по делам № А40-284353/22, А40-284348/22 исполнены.  

ИП ФИО2 и третье лицо явку представителей в судебное заседание не обеспечили, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, в связи с чем в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба рассмотрена в их отсутствие.  

Заслушав представителей истца и ответчика, обсудив доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального права и соблюдение норм процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции находит основания для отмены решения и постановления в связи со следующим.  

Отказывая в удовлетворении первоначального иска и удовлетворяя встречный иск о признании договоров уступки права требования (цессии) недействительными сделками, суды, руководствуясь положениями, указанными в п. 1 ст. 10, п. 2 ст. 168, п. 2 ст. 170, п. 1 ст. 382, п. 3 ст. 423 Гражданского  

кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), установив, что в качестве встречного предоставления по договору цессии от 30.11.2022 N 1 цессионарий ИП ФИО2 обязался оказывать цеденту ООО "Константинов" услуги по техническому обслуживанию и ремонту автомобилей на сумму вознаграждения 6.000.000 руб., при этом, доказательства наличия у цедента автомобилей не представлены, в 2023 г. ООО "Константинов" уплатил транспортный налог 0 руб., согласно финансовой отчетности за 2022 г. основные средства 0 руб., ООО "Константинов" является должником по платежам в бюджет, в отношении него возбуждено 340 исполнительных производств на общую сумму 12.200.000 млн. руб., имеются решения о приостановлении операций по счетам ввиду неисполнения требований об уплате задолженности, непредставления налогоплательщиком налоговой декларации в налоговый орган, пришли к выводам, что неэквивалентное встречное предоставление по Договору цессии является основанием для признания его сделкой, прикрывающей договор дарения; при наличии неисполненных обязательств, в том числе по платежам в бюджет, дарение в пользу истца нарушает права кредиторов лизингополучателя; так как права требования к ИП ФИО2 не перешли, Договор цессии от 30.11.2022 N 30/11/2022-ДУ также является недействительной сделкой.  

Суд апелляционной инстанции указал, что исходя из условий договора, стоимость уступленных прав до настоящего времени ИП ФИО2 не оплачена, Договор на техническое обслуживание и ремонт автомобилей N 1 от 30.11.2022, а также доказательства его реального исполнения в материалах дела отсутствуют, Договор уступки N 1 имеет признаки безвозмездности и притворности; средняя стоимость юридических услуг значительно ниже цены встречного предоставления по Договору уступки N 2, Договор цессии нарушил явно выраженный запрет, установленный пп. 4 п. 1 ст. 575 ГК РФ.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции учел позицию АО ВТБ Лизинг о том, что при определении совокупного сальдированного результата по спорному договору лизинга и по договору лизинга N АЛ 163480/16-21 НРС от 23.11.2021 (постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  

24.10.2023 по делу N А40-284320/22 судом установлен убыток на стороне АО ВТБ Лизинг в размере 217 738,78 руб.), при произведении зачета суммы исполненного АО ВТБ Лизинг обязательства по отмененному постановлению суда апелляционной инстанции по настоящему делу при вынесении итогового судебного акта: перед ИП ФИО2 на сумму 99980,22 руб., перед ООО "Право и лизинг" на сумму 72919,69 руб. сальдо складывается в пользу АО ВТБ Лизинг и является его убытком.  

Судебная коллегия считает, что выводы судов о недействительности договоров уступки (цессии) являются ошибочными, при этом, указания суда кассационной инстанции о необходимости произвести расчет сальдо встречных обязательств, проверив доводы сторон применительно к разъяснениям и правовым подходам Верховного Суда Российской Федерации, являются невыполненными.  

В силу пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.  

Согласно пункту 1 статьи 384 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.  

Взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются Гражданским кодексом и договором между ними, на основании которого производится уступка. Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное (статья 389.1 названного Кодекса).  

Согласно п. 3.1 договоров уступки право требования в уступаемом размере переходит от цедента к цессионарию в момент заключения (подписания) настоящего договора.  

Таким образом, по смыслу закона последствием уступки права (требования) является замена кредитора в конкретном обязательственном правоотношении, в состав которого входит уступаемое право (требование), а не замена стороны в договоре. Уступлено может быть, в частности, обязательство по оплате, в котором цедент выступает в качестве кредитора, имеющего право требовать исполнения денежного обязательства от должника. Уступая такое право, лицо лишается возможности предъявить требование о его исполнении к должнику.  

После расторжения договора лизинга обязательства сторон переходят в ликвидационную стадию, в рамках которой необходимо соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении к другой (абзац второй пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса, абзац третий пункта 3.1 постановления Пленума ВАС РФ N 17). По результатам сальдирования должно быть устранено нарушение эквивалентности встречных предоставлений вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей одной из сторон и определена денежная сумма, которая подлежит взысканию в пользу одной из сторон договора лизинга.  

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" (далее - постановление Пленума ВС РФ N 54), возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником (пункт 1 статьи 384, статьи 386, 390 Гражданского кодекса).  

Согласно пункту 13 постановления Пленума ВС РФ N 54 допускается, в частности, уступка требований о возмещении убытков, вызванных нарушением обязательства, в том числе которое может случиться в будущем, о возврате  

полученного по недействительной сделке, о возврате неосновательно приобретенного или сбереженного имущества (пункты 2 и 3 статьи 307.1, пункт 1 статьи 388 Гражданского кодекса). При этом должник вправе выдвигать те же возражения, которые он имел против первоначального кредитора, в частности, относительно размера причиненных кредитору убытков, и представлять доказательства того, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статьи 386, 404 Гражданского кодекса).  

С учетом приведенных норм и их разъяснений при рассмотрении спора об определении суммы сальдо, в том числе, когда требование взыскания сальдо уступлено одной из сторон договора лизинга, учитываются доводы и возражения сторон, касающиеся сальдирования встречных предоставлений в соответствии с подходами, отраженными в постановлении Пленума ВАС РФ N 17.  

Таким образом, по общему правилу право требования взыскания сальдо встречных обязательств - суммы, установленной по результатам соотнесения взаимных предоставлений сторон, совершенных до расторжения договора, как любое денежное требование может быть уступлено сторонами договора лизинга третьим лицам.  

Согласно п. 3 постановления Пленума ВС РФ N 54 в силу п. 3 ст. 423 Гражданского кодекса договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (ст. 572 ГК РФ).  

В статьях 1, 4 договоров уступки стороны определили уступаемое право требования, его стоимость, встречное предоставление.  

Согласно п. 10 Информационного письма президиума ВАС РФ от 30.10.2007 N 120 несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для  

признания ничтожным соглашения об уступке права (требования), заключенного между коммерческими организациями.  

Исходя из этого, избранная форма сотрудничества по договорам уступки, учитывая их условия, в том числе ст. 1, п. 3.1, 4.1, 4.2 договоров, соответствует законодательству. С учетом принципа свободы договора стороны самостоятельны в определении условий сотрудничества. Стороны договора вправе предусматривать различные формы выплаты вознаграждения, если это не противоречит основополагающим принципам российского права (публичному правопорядку), в том числе путем заключения Договора уступки.  

Также является необоснованным вывод суда о недействительности Договора уступки № 1 по причине возможной задолженности у лизингополучателя в рамках исполнительного производства по иным обязательствам. То обстоятельство, что в случае взыскания с ответчика денежные средства от сальдо могли бы пойти на погашение задолженности перед иными кредиторами, не свидетельствует о нарушении их прав, как и прав ответчика именно данной сделкой.  

В Определении Верховного Суда Российской Федерации N 307-ЭС23-27538 от 13.05.2024 прямо сделаны выводы касательно запрета уступки денежного права требования: такой запрет незаконен и может быть применен только при наличии безусловных доказательств, подтверждающих существенное значение личности кредитора для должника (лизинговой компании) и причинения подобным обстоятельством вреда лизинговой компании.  

Для должника - профессионального участника рынка финансовых и лизинговых услуг не имеет значения личность кредитора, то есть, кому выплачивать денежные средства (на какой расчетный счет).  

Таким образом, с учетом вышеизложенного, права ответчика никак не нарушаются уступкой, а вывод судов нарушает основополагающее право на судебную защиту истцов.  

При этом ссылка суда апелляционной инстанции при постановке вывода о несоразмерности стоимости оказанных услуг в сравнении со стоимостью юридических услуг, оказываемых в регионе, на разъяснения Постановления  

Пленума ВС РФ от 21.01.2026 N 1, не могут быть признаны обоснованными, поскольку в рассматриваемом случае не разрешается вопрос о взыскании стоимости юридических услуг, понесенных стороной дела, с другой стороны дела.  

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что доводы истцов сводятся к несогласию с разумным сроком реализации предмета лизинга и стоимостью предмета лизинга.  

Истец, заявляя, что 9 месячный срок реализации не является разумным, ссылался на то, что по договору лизинга предмет лизинга изъят лизингодателем 05.08.2022, реализован 17.05.2023, при этом, объявление о продаже ответчиком было размещено на торговых специализированных площадках только 08.11.2022, то есть спустя 3 месяца с даты изъятия, в связи с чем возложение на лизингополучателя негативных последствий бездействия лизингодателя по скорейшей реализации предмета лизинга нарушает права лизингополучателя при расчете сальдо взаимных предоставлений. Отсутствие у лизингополучателя волеизъявления по выкупу предмета лизинга также не является основанием для возложения на него негативных последствий бездействия лизингодателя.  

Кроме того, истец также ссылался на то, что в зоне ответственности лизингодателя, как собственника предмета лизинга, находилось снятие ограничений в отношении предмета лизинга с момента его возврата (с 05.08.2022), в том числе органах ГИБДД, ФССП, в связи с чем возложение на истца неблагоприятных последствий данного бездействия ответчика также нарушает права лизингополучателя. При этом, сама реализация предмета лизинга подтверждает отсутствие к тому препятствий заявленными ограничениями.  

Суды не установили, какие именно ограничения имелись в отношении спорного транспортного средства, в чьей зоне ответственности находилось снятие данных ограничений, каким образом ограничения мешали скорейшей реализации предмета лизинга по рыночной цене, какие меры и в какие сроки предпринял лизингодатель для снятия ограничений.  

Также истцы заявляли о несогласии с тем, что факт участия в ДТП повлиял на срок и цену реализации предмета лизинга, так как после ДТП автомобиль был полностью восстановлен по направлению страховщика в аккредитованном сервисном центре, нормально эксплуатировался, из акта изъятия от 05.08.2022 следует, что автомобиль в исправном состоянии, имеются незначительные сколы на бампере и стекле.  

Истцами в материалы дела представлен отчет о рыночной стоимости предмета лизинга на дату изъятия в размере 3 130 000 руб., предмет лизинга был выставлен на продажу по цене 3 110 000 руб., что, по мнению истцов, подтверждает обоснованность позиции истца о рыночной стоимости предмета лизинга, при этом, постепенное снижение стоимости предмета лизинга в объявлении на сайте в сети интернет не является доказательством добросовестности и разумности действий по реализации предмета лизинга.  

В случае непринятия лизингодателем мер для реализации предмета лизинга, в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 406 ГК РФ лизингодатель утрачивает право требовать от лизингополучателя оплаты пользования финансированием, возмещения расходов на хранение изъятого предмета лизинга за период после истечения разумного срока, необходимого для реализации имущества.  

Непринятие разумных мер для скорейшей реализации предмета лизинга в ситуации наличия спроса на вторичном рынке также может свидетельствовать о бездействии лизингодателя и выступать основанием для определения стоимости возвращенного предмета лизинга исходя из рыночного уровня цен по состоянию на момент изъятия предмета вместо фактической цены продажи (статья 6 и абзац третий пункта 1 статьи 349, пункты 1 и 2 статьи 406 ГК РФ).  

Соответствующие правовые позиции изложены в пунктах 17 и 18 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021.  

Отклоняя доводы истцов, как недоказанные и необоснованные, судами не указано, какие доказательства, представленные ответчиком, свидетельствуют о  

принятии мер по скорейшей реализации имущества либо о наличии объективных препятствий в организации своевременной продажи предметов лизинга. Кроме того, разумный период реализации предмета лизинга влияет на размер платы за финансирование, убытков, неустойки.  

Судом кассационной инстанции обращено внимание на размер неустойки (0,5% от суммы подлежащей оплате за каждый день просрочки) применительно к правовым позициям, указанным в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.10.2023 N 305-ЭС23-8962, от 13.04.2023 N 307-ЭС22-18849.  

Судами не дана надлежащая правовая оценка доводам истцов о том, что разумным и объективно необходимым для продажи предмета лизинга является срок 6 месяцев с даты получения (возврата/изъятия) предмета лизинга лизингодателем, и что со стороны истца имеются признаки злоупотребления правом.  

Судами также не дана надлежащая правовая оценка доводам ответчика со ссылкой на отчеты об определении рыночной стоимости транспортных средств, что в данном случае отчуждение имущества произведено по цене, заниженной на 600 000 руб. относительно рыночного уровня, при этом продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов.  

Данным доводам и указаниям суда кассационной инстанции при новом рассмотрении дела не дана надлежащая оценка.  

Кроме того, заслуживают внимания доводы ответчика о том, что при разрешении спора об имущественных последствиях исполнения и расторжения нескольких взаимосвязанных договоров выкупного лизинга подлежит определению совокупный сальдированный результат, учитывая условия договоров лизинга (п. 1.1), Правил лизинга (пп. 24 п. 14.4). Данная позиция закреплена в пункте 15 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2024 N 305-ЭС24-9766, но не учтена судами.  

Квалификация нескольких договоров в качестве взаимосвязанных и констатация необходимости осуществления совокупного сальдирования в рамках единого правоотношения сторон, разделенного на несколько договоров, в соответствии с частью 2 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации влечет необходимость процессуального объединения дел для совместного рассмотрения.  

В целях обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела данный вопрос может быть решен, в том числе при подготовке дела к судебному разбирательству, о чем указано в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2024 N 12 "О подготовке дела к судебному разбирательству в арбитражном суде".  

Помимо настоящего дела имеется также дело № А40-15668/23 между теми же сторонами, в которых рассматриваются требования из иных договоров лизинга, производство по которому приостановлено до рассмотрения настоящего дела.  

Суд кассационной инстанции также считает необходимым указать, что при проверке расчета неустойки по договору лизинга судам следует учитывать правовой подход о применении моратория, установленного постановлением Правительства N 497, указанный в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2025 N 305-ЭС25-1202, от 30.09.2024 N 307-ЭС24-1458.  

Поскольку суды при повторном рассмотрении дела не выполнили указания арбитражного суда кассационной инстанции, изложенные в постановлении от 27.03.2024, судебные акты в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении дела судам следует учесть вышеизложенное, исполнить указания суда кассационной инстанции, изложенные в постановлении от 27.03.2024 и настоящем постановлении, рассмотреть вопрос о необходимости процессуального объединения дел № А40-284278/2022 и № А40-15668/23 для совместного рассмотрения, полно и всесторонне исследовать и оценить  

имеющиеся в деле доказательства, проверить расчет сальдо взаимных обязательств (в случае объединения дел № А40-284278/2022 и № А40-15668/23 – расчет сальдо по совокупности договоров лизинга), учитывая выводы суда апелляционной инстанции по делу № А40-284320/22 о наличии убытка на стороне АО ВТБ Лизинг в размере 217 738. 78 руб., платежи, произведенные АО ВТБ Лизинг по отмененному постановлению суда апелляционной инстанции по настоящему делу (в пользу ИП ФИО2 на сумму 99 980, 22 руб., в пользу ООО «Право и лизинг» на сумму 72 919, 69 руб.), оценить все представленные в материалы дела доказательства и проверить заявленные лицами, участвующими в деле, доводы, приняв судебный акт при правильном применении норм материального и процессуального права, в котором указать мотивы, по которым суд согласился с доводами и возражениями участвующих в деле лиц или отклонил их, обосновывая причины.  

руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2025 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2025 по делу № А40-284278/2022 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.  

Председательствующий-судья Н.Н. Колмакова  

Судьи: С.Ю. Дацук  

 А.В. Цыбина