Арбитражный суд Сахалинской области

Коммунистический проспект, 28, Южно-Сахалинск, 693000, 

www.sakhalin.arbitr.ru

 

Именем  Российской  Федерации

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

Дело  № А59-3490/2018

14 августа 2018 года

г. Южно-Сахалинск

 

 

Резолютивная часть решения вынесена 07.08.2018. Решение в полном объеме изготовлено 14.08.2018.

 

 

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Логиновой Е.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «РН-Сахалинморнефтегаз» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Сахалинскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору о признании незаконным и отмене постановления № 05-15-26/1 от 17.05.2018 о назначении административного наказания,

при участии:

от ООО «РН-Сахалинморнефтегаз» – ФИО2 по доверенности от 28.12.2017; ФИО3 по доверенности от 06.08.2018;

от Сахалинского управления Ростехнадзора – ФИО4 по доверенности от 03.04.2018, 

 

У С Т А Н О В И Л :

Общество с ограниченной ответственностью «РН-Сахалинморнефтегаз» (далее – заявитель, общество) обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением к Сахалинскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (далее – административный орган, управление) о признании незаконным и отмене постановления № 05-15-26/1 от 17.05.2018 о назначении административного наказания.

Оспариваемым постановлением заявитель был привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 6 статьи 19.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 100 000 рублей.

В обоснование заявленного требования общество указало, что в пункте 2 предписания № П-44 от 07.03.2017 зафиксировано, что проектной документацией резервное питание подстанции ПС 35/6 кВ «Монги» должно осуществляться от источника электроснабжения «Энергоцентр Даги», который фактически на сегодняшний день не существует. Вместе с тем, на момент проведения проверки и до настоящего времени объект находится в стадии строительства, на начальном этапе, проект в указанной части не выполнен. Сведений о том, что в ходе строительства были реализованы какие-то иные технические решения, чем предусмотрено в проектной документации, материалы проверки и выданное предписание не содержит, следовательно, у административного органа не было оснований выдавать в этой части предписание. Фактические отсутствие источника резервного энергоснабжения в текущем времени не является нарушением проектной документации. Более того, по мнению общества, срок давности привлечения к административной ответственности по части 6 статьи 19.5 КоАП РФ на момент вынесения оспариваемого постановления истек.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) определением от 01.06.2018 заявление общества было принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства по правилам главы 29 АПК РФ без вызова сторон на основании имеющихся в деле доказательств. 

На основании части 3 статьи 228 АПК РФ, лицам, участвующим в деле, предложено в установленный в определении срок, представить в арбитражный суд и направить друг другу доказательства, на которые они ссылаются как на основании своих требований и возражений. Также было предложено представить дополнительно документы, содержащие объяснения по существу заявленных требований и возражений в обоснование своей позиции.

О рассмотрении дела по упрощенной процедуре стороны извещены надлежащим образом. Заявление и приложенные к нему документы размещены на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

Административный орган согласно представленному отзыву с требованиями общества не согласился, указав, что в нарушение части 7 статьи 52 Градостроительного кодекса Российской Федерации обществом не были внесены в установленном порядке допущенные при строительстве объекта отклонения в проектную документацию. Также административный орган полагает, что невыполнение предписания представляет собой нарушение законодательства Российской Федерации о градостроительной деятельности, в связи с чем к такому правонарушению подлежит применению годичный срок давности.

В возражениях на отзыв общество указало, что поскольку присоединение построенного объекта к источникам электроснабжения осуществляется в самой последней стадии строительства, то отсутствие такого источника в период строительства не является нарушением градостроительного законодательства или отклонением от проекта. Также у заказчика есть право на осуществление корректировок проектных решений в течение всего периода до окончания строительства объекта.

В ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства суд пришел к выводу о том, что имеется необходимость выяснения дополнительных обстоятельств по делу, в связи с чем 24 июля 2018 года вынес определение о рассмотрении дела по общим правилам административного судопроизводства. 

По результатам предварительного судебного заседания, в связи с отсутствием возражений от лиц, участвующих в деле, суд перешел к рассмотрению дела по существу, в связи с чем, открыл судебное заседание на стадии судебного разбирательства.

В судебном заседании представители общества поддержали доводы, изложенные в заявлении и возражениях на отзыв. Указали, что строительство объекта в настоящее время не завершено. На момент проведения проверки «Энергоцентр Даги» был ликвидирован, вместе с тем общество уведомило управление о намерении внести изменения в проектную документацию. В настоящее время общество намерено изменить проектную документацию, указав в ней, что резервное питание подстанции ПС 35/6 кВ «Монги» будет обеспечено за счет дизельных генераторов, которые установлены обществом.

Представитель управления в судебном заседании с заявленным требованием не согласился, полагая привлечение общества к административной ответственности законным и обоснованным, о чем свидетельствуют материалы административного дела.

Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

ООО «РН-Сахалинморнефтегаз» общество зарегистрировано в качестве юридического лица 9 ноября 2005 года Межрайонной ИФНС России № 1 по Сахалинской области за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. В связи с постановкой на учет налогоплательщику присвоен ИНН 

<

***>.

Как следует из материалов дела, 07 марта 2017 года должностным лицом управления выдано предписание № П-44 об устранении нарушений при строительстве объекта капитального строительства, в пункте 2 которого указано, что проектной документацией резервное питание подстанции ПС 35/6 кВ «Монги» должно осуществляться от источника электроснабжения «Энергоцентр Даги», который фактически на сегодняшний день не существует, что является нарушением подраздела 1 раздела 5 тома 5.1.1 листа 36 проектной документации «Системы электроснабжения». Пунктом 2 указанного предписания на общество возложена обязанность в срок до 10.04.2017 предоставить техническое решение в части обеспечения вновь построенной подстанции ПС 35/6 «Монги» резервным электроснабжением в рамках соблюдения градостроительного законодательства и требований норм и правил в области электроснабжения. 

10 апреля 2017 года общество направило в адрес управления извещение об устранении нарушений при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капитального строительства № 05-32-86, в котором просит срок устранения нарушения, указанного в пункте 2 предписания № П-44 от 07.03.2017, продлить до 30.09.2017 в связи с необходимостью дополнительных проектных работ.

Письмом от 17.04.2017 № 01-05/1176 управление согласовало перенос сроков устранения недостатков по пункту 2 предписания до 30.09.2017.

25 сентября 2017 года общество направило в адрес управления извещение об устранении нарушений при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капитального строительства № 05-32-86, в котором просит срок устранения нарушения, указанного в пункте 2 предписания № П-44 от 07.03.2017, продлить до 31.01.2018 в связи с необходимостью дополнительных проектных работ.

Письмом от 25.09.2017 № 01-05/3105 управление согласовало перенос сроков устранения недостатков по пункту 2 предписания до 31.01.2018.

12 октября 2017 года общество направило в управление письмо о снятии замечаний, согласно которому ООО «РН-Сахалинморнефтегаз» устранило выявленное нарушение по пункту 2 предписания № П-44 от 07.03.2017 и обеспечило потребителей I-й и II-й категории, присоединенных к ПС 35/6кВ «Монги», резервным питанием с установкой ДЭС непосредственно к РУ потребителей (АБК и общежития Монги; ГКС Монги; УПГ Монги: мобильные ДЭС и УСН Монги).

25 января 2018 года руководителем управления издано распоряжение № 15-р о проведении выездной проверки в отношении ООО «РН-Сахалинморнефтегаз» с целью контроля выполнения пунктов ранее выданного предписания № П-44 от 07.03.2017, срок исполнения которого истекает 31.01.2018.

В ходе проверки, результаты проведения которой отражены в акте от 07.02.2018 № А-15, установлено, что пункт 2 предписания № П-44 от 07.03.2017 обществом не выполнен.

Усмотрев в действиях (бездействии) общества правонарушение, ответственность за которое предусмотрено частью 6 статьи 19.5 КоАП РФ, должностное лицо управления 28 марта 2018 года составило в отношении ООО «РН-Сахалинморнефтегаз» протокол по делу об административном правонарушении № 05-15-26/1.

По результатам рассмотрения материалов должностное лицо управления постановлением от 17.05.2018 № 05-15-26/1 признало общество виновным в совершении вмененного административного правонарушения по части 6 статьи 19.5 КоАП РФ, и назначило ему наказание в виде административного штрафа в размере 100 000 рублей.

Не согласившись с указанным постановлением, общество обратилось в суд с настоящим заявлением. 

Проверив представленные в обоснование заявленного требования и возражений доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 6 статьи 210 АПК РФ при рассмотрении дела об оспаривании решения о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность такого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

При  рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме (часть 7 статьи 210 АПК РФ).

В силу части 1 статьи 1.6 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

Исходя из положений статей 2.1, 2.2, 24.1, 26.1 КоАП РФ, в рамках административного судопроизводства подлежат выяснению наличие события административного правонарушения, лицо, совершившее противоправные действия, за которые нормами КоАП РФ или закона субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, виновность этого лица в совершении административного правонарушения.

Частью 6 статьи 19.5 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за невыполнение в установленный срок законного предписания уполномоченных на осуществление государственного строительного надзора федерального органа исполнительной власти, организации, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

Объектом указанного правонарушения являются общественные отношения, регулирующие ответственность граждан, должностных лиц и юридических лиц за невыполнение в срок законного предписания органа, осуществляющего государственный надзор или государственный контроль.

Субъектами данного правонарушения являются должностные и юридические лица.

С субъективной стороны правонарушения характеризуются как умыслом, так и неосторожностью.

Объективная сторона вменяемого правонарушения выражается в невыполнении в установленный срок законного предписания органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление контроля (надзора) в области государственного строительного надзора.

Состав вменяемого обществу правонарушения является формальным. Вместе с тем, согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 09.07.2013 № 2423/13, существенным обстоятельством, подлежащим выяснению при рассмотрении дела об оспаривании постановления об административном правонарушении, выразившемся в невыполнении в установленный срок предписания, является установление законности предписания, неисполнение которого вменялось организации. От установления данного обстоятельства зависит разрешение вопроса о наличии либо отсутствии события административного правонарушения.

Частью 1 статьи 17 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» закреплена обязанность должностных лиц органа государственного контроля (надзора), проводивших проверку, в случае выявления нарушений обязательных требований, выдать юридическому лицу предписание об устранении выявленных нарушений

Согласно пункту 1 Положения о Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.07.2004 № 401 (далее – Положение № 401) Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору является органом федерального государственного строительного надзора.

В соответствии с пунктом 4.4 Положения о Сахалинском управлении Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденного Приказом Ростехнадзора от 28.06.2016 № 258 (далее – Положение № 258), территориальный орган Ростехнадзора осуществляет федеральный государственный строительный надзор при строительстве, реконструкции объектов.

С целью реализации полномочий в установленной сфере деятельности управление имеет право давать предписания об устранении выявленных нарушений (пункт 5.7 Положения № 258).

Как видно из материалов дела, предписание № П-44 от 07.03.2017 выдано управлением как органом, уполномоченным в сфере строительного надзора, по результатам проверки общества в соответствии с программой проведения проверок по объекту капитального строительства «Перевод скважин месторождения Монги – Восточные Даги с газлифтного способа эксплуатации на УЭЦН».

В соответствии с пунктом 13 статьи 1 ГрК РФ строительство представляет собой создание зданий, строений, сооружений (в том числе на месте сносимых объектов капитального строительства).

Частью 1 статьи 52 ГрК РФ установлено, что строительство, реконструкция объектов капитального строительства, а также их капитальный ремонт регулируется настоящим Кодексом, другими федеральными законами и принятыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно части 3 статьи 52 ГрК РФ лицом, осуществляющим строительство, реконструкцию, капитальный ремонт объекта капитального строительства, может являться застройщик либо привлекаемое застройщиком или техническим заказчиком на основании договора физическое или юридическое лицо.

Лицо, осуществляющее строительство, организует и координирует работы по строительству, реконструкции, капитальному ремонту объекта капитального строительства, обеспечивает соблюдение требований проектной документации, технических регламентов, техники безопасности в процессе указанных работ и несет ответственность за качество выполненных работ и их соответствие требованиям проектной документации.

На основании части 6 статьи 52 ГрК РФ лицо, осуществляющее строительство, обязано осуществлять строительство, реконструкцию, капитальный ремонт объекта капитального строительства в соответствии с заданием застройщика, технического заказчика, лица, ответственного за эксплуатацию здания, сооружения, или регионального оператора (в случае осуществления строительства, реконструкции, капитального ремонта на основании договора строительного подряда), проектной документацией, требованиями к строительству, реконструкции объекта капитального строительства, установленными на дату выдачи представленного для получения разрешения на строительство градостроительного плана земельного участка, разрешенным использованием земельного участка, ограничениями, установленными в соответствии с земельным и иным законодательством Российской Федерации, требованиями технических регламентов и при этом обеспечивать безопасность работ для третьих лиц и окружающей среды, выполнение требований безопасности труда, сохранности объектов культурного наследия.

В силу части 7 статьи 52 ГрК РФ отклонение параметров объекта капитального строительства от проектной документации, необходимость которого выявилась в процессе строительства, реконструкции, капитального ремонта такого объекта, допускается только на основании вновь утвержденной застройщиком, техническим заказчиком, лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения, или региональным оператором проектной документации после внесения в нее соответствующих изменений в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 3.5 статьи 49 ГрК РФ (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) установлено, что подтверждением того, что изменения, внесенные в проектную документацию после получения положительного заключения экспертизы проектной документации, не затрагивают конструктивные и другие характеристики безопасности объекта капитального строительства, является заключение органа исполнительной власти или организации, проводивших экспертизу проектной документации, в которую внесены изменения.

Исходя из положений части 2 статьи 8 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» отклонения от проектной документации опасного производственного объекта в процессе его строительства, реконструкции, капитального ремонта, а также от документации на техническое перевооружение, капитальный ремонт, консервацию и ликвидацию опасного производственного объекта в процессе его технического перевооружения, консервации и ликвидации не допускаются. Изменения, вносимые в проектную документацию на строительство, реконструкцию опасного производственного объекта, подлежат экспертизе проектной документации в соответствии с законодательством Российской Федерации о градостроительной деятельности.

Из проектной документации «Перевод скважин месторождения Монги – Восточные Даги с газлифтного способа эксплуатации на УЭЦН» следует, что резервное питание проектируемой ПС 35/6 кВ «Монги» осуществляется по одноцепной ВЛ-35кВ отпайкой от существующей ВЛ-35кВ «Даги-Монги». Источник питания Энергоцентр Даги.

Между тем в ходе осуществления контрольных мероприятий, оформленных актом проверки № А-44 от 07.03.2017, управление установило, что Энергоцентр Даги на сегодняшний день отсутствует. Указанные обстоятельства послужили основанием для выдачи обществу предписания № П-44 от 07.03.2017, пунктом 2 которого на общество возложена обязанность в срок до 10.04.2017 предоставить техническое решение в части обеспечения вновь построенной подстанции ПС 35/6 «Монги» резервным электроснабжением в рамках соблюдения градостроительного законодательства и требований норм и правил в области электроснабжения. 

В судебном заседании представители заявителя указали, что у управления отсутствовали основания для выдачи обществу предписания, поскольку строительство объекта в настоящее время не завершено и объект к источникам электроснабжения не присоединен. Присоединение построенного объекта к источникам электроснабжения может осуществляться в самой последней стадии строительства, следовательно, по мнению общества, отсутствие такого источника в период строительства не является нарушением градостроительного законодательства или отклонением от проекта.

Вместе с тем, Энергоцентр Даги, согласно пояснениям представителей общества, был ликвидирован в 2015 году. Проектная документация была утверждена в 2013 году, срок действия разрешения на строительства установлен до 31.12.2016, срок начала строительства – 2014 год, период строительства данного этапа – 2016 год.

Из указанного следует, что Энергоцентр Даги, посредством которого в силу положений проектной документации должно было быть обеспечено резервное питание подстанции ПС 35/6 кВ «Монги», фактически был ликвидирован в период строительства указанной подстанции. 

Вместе с тем, как было указано ранее, частью 7 статьи 52 ГрК РФ установлено, что отклонение параметров объекта капитального строительства от проектной документации, необходимость которого выявилась в процессе строительства, реконструкции, капитального ремонта такого объекта, допускается только на основании вновь утвержденной застройщиком, техническим заказчиком, лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения, или региональным оператором проектной документации после внесения в нее соответствующих изменений в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Таким образом, общество, осуществляя строительство подстанции ПС 35/6 кВ «Монги», уже с 2015 года знало о том, что реализовать требования проектной документации в части обеспечения резервного источника питания не представляется возможным ввиду ликвидации такого источника. Однако каких-либо действий по внесению изменений в проектную документацию в указанной части общество с 2015 года до проведения в отношении него в 2017 году проверки не предпринимало.

Более того, из письма о снятии замечаний от 11.10.2017 следует, что ООО «РН-Сахалинморнефтегаз» обеспечило потребителей I-й и II-й категории, присоединенных к ПС 35/6кВ «Монги», резервным питанием с установкой ДЭС непосредственно к РУ потребителей (АБК и общежития Монги; ГКС Монги; УПГ Монги: мобильные ДЭС и УСН Монги). То есть общество обеспечило резервное питание подстанции ПС 35/6 кВ «Монги» за счет дизельных генераторов, в то время как в проектной документации указано, что резервное питание подстанции ПС 35/6 кВ «Монги» должно быть обеспечено за счет Энергоцентра Даги.

Вместе с тем, на момент проведения проверки и выдачи предписания об устранении нарушений соответствующие изменения, которые фактически были реализованы, в проектную документацию в установленном действующим законодательством порядке внесены не были. Согласно письму общества от 24.05.2018 № 45-01/06726 решение о корректировке проектной документации по причине ликвидации «Энергоцентра Даги» было принято лишь 23 апреля 2018 года. При этом срок корректировки проектной документации составит около года.

Указанные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что обществом в ходе строительства подстанции ПС 35/6 кВ «Монги» фактически реализованы изменения технических условий в части осуществления резервного источника питания посредством дизельных генераторов, в то время как в проектную документацию такие изменения внесены не были.

Соответственно у управления имелись основания для выдачи обществу предписания № П-44 от 07.03.2017, проверка исполнения которого показала, что пункт 2 предписания не исполнен.

Суд также полагает необходимым отметить, что общество неоднократно обращалось в управление с ходатайствами о продлении срока устранения нарушений, указанных в предписании, мотивированные тем, что обществом предпринимаются меры по их устранению, что в свою очередь свидетельствует о том, что общество с нарушения, отраженными в предписании, фактически согласилось. 

Учитывая изложенное заявленные обществом доводы суд не только не принимает по приведенным выше основаниям, но и расценивает как способ уйти от ответственности за допущенные нарушения. 

В этой связи суд соглашается с выводами управления о наличии в действиях общества признаков административного правонарушения, предусмотренного частью 6 статьи 19.5 КоАП РФ.

В силу статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Особенности определения вины юридического лица как субъекта административного правонарушения состоит в том, что такое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению (часть 2 статьи 2.1 КоАП РФ).

Согласно данной формулировке вины субъекты административного производства не лишены возможности доказывать, что нарушение обязательных правил и норм вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми для соответствующих отношений препятствиями, находящимися вне их контроля, при том, что они действовали с той степенью заботливости и осмотрительности, какая требовалась в целях надлежащего исполнения законодательно установленных правил (норм), и что с их стороны к этому были приняты все меры.

Следовательно, сделать выводы о невиновности лица возможно только при наличии объективно непредотвратимых обстоятельств либо непредвиденных препятствий, находящихся вне контроля данного лица.

Исследовав и оценив материалы дела с учетом положений статьи 71 АПК РФ, суд не установил объективных причин, препятствовавших соблюдению обществом законодательно установленных норм, за нарушение которых оно было привлечено к административной ответственности.

Вступая в правоотношения, регулируемые законодательством о градостроительстве, общество должно было в силу публичной известности и доступности не только знать о существовании обязанностей, вытекающих из градостроительного законодательства, но и обеспечить их выполнение, то есть использовать все необходимые меры для недопущения события противоправного деяния при той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него в целях надлежащего исполнения своих обязанностей и требований закона. 

Однако установленный факт правонарушения свидетельствует о том, что обществом не были приняты все зависящие от него меры по соблюдению норм и правил, регулирующих данные правоотношения, а, следовательно, о наличии вины в противоправных действиях заявителя.

Имеющиеся в материалах дела доказательства суд в соответствии со статьей 26.2 КоАП РФ находит допустимыми, относимыми, достоверными и достаточными в своей совокупности для признания общества виновным в совершении предусмотренного частью 6 статьи 19.5 КоАП РФ административного правонарушения.

В ходе проверки соблюдения процессуальных требований при проведении административного производства, сроков давности привлечения к административной ответственности, существенных нарушений не выявлено. Составление протокола об административном правонарушении и вынесение в отношении общества постановления о назначении административного наказания осуществлено уполномоченным органом в установленные законодательством сроки с соблюдением предоставляемых привлекаемому к ответственности лицу административным законодательством прав.

При осуществлении процессуальных мероприятий в рамках дела об административном правонарушении – составление протокола, рассмотрение дела – общество не лишено было возможности ознакомиться с материалами административного дела, квалифицированно возражать по существу вмененного нарушения, предоставлять объяснения и доказательства в обоснование и подтверждение своих доводов. Обо всех процессуальных действиях общество извещалось надлежащим образом.

Срок давности привлечения к административной ответственности, предусмотренный частью 1 статьи 4.5 Кодекса, на момент рассмотрения дела об административном правонарушении и назначения административного наказания не истек.

По правилам части 1 статьи 4.5 Кодекса постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении двух месяцев (по делу об административном правонарушении, рассматриваемому судьей, - по истечении трех месяцев) со дня совершения административного правонарушения, а за нарушение законодательства Российской Федерации о градостроительной деятельности - по истечении одного года со дня совершения административного правонарушения.

Принимая во внимание, что неисполнение обществом предписания органа строительного надзора об устранении нарушений при строительстве объекта капитального строительства фактически представляет собой нарушение законодательства Российской Федерации о градостроительной деятельности, к такому правонарушению в силу буквального указания приведенной выше нормы права подлежит применению годичный срок давности привлечения к административной ответственности.

В спорной ситуации срок исполнения предписания № П-44 от 07.03.2017 был установлен с учетом продления до 31.01.2018, в связи с чем годичный срок давности привлечения к административной ответственности подлежит исчислению со следующего дня после указанной даты.

Оспариваемое постановление содержит все необходимые сведения, предусмотренные статьей 29.10 КоАП РФ, в том числе установленные в ходе административного производства обстоятельства и мотивированное решение управления со ссылкой на статью вмененного административного правонарушения, что позволяет объективно оценить событие противоправных действий общества.

Нарушения, которые не позволили управлению всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело об административном правонарушении, судом не установлены.

Оснований для квалификации выявленного правонарушения малозначительным и применения положений статьи 2.9 КоАП РФ суд не усматривает.

Так, в соответствии с диспозицией названной статьи при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Из разъяснений пунктов 18, 18.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» следует, что при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 настоящего постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

Учитывая, что доказательств исключительности обстоятельств совершения административного правонарушения обществом не представлено, вмененное правонарушение посягает на общественные отношения в области градостроительной деятельности, а выполненные с нарушением требований проектной документации работы влечет угрозу причинения вреда жизни и здоровью людей, суд считает, что основания для признания совершенного заявителем административного правонарушения малозначительным отсутствуют.

По аналогичным основаниям не подлежат применению положения статьи 4.1.1 КоАП РФ. Более того, в реестре субъектов малого и среднего предпринимательства сведения об обществе отсутствуют. 

Проверив порядок определения размера наказания при вынесении оспариваемого постановления, судом установлено следующее.

Санкция части 6 статьи 19.5 КоАП РФ для юридических лиц определена в размере от пятидесяти тысяч до ста тысяч рублей или административное приостановление их деятельности на срок до девяноста суток.

Управлением назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере санкции, предусмотренной частью 6 статьи 19.5 КоАП РФ – 100 000 рублей.

В судебном заседании представитель управления указал, что обществу назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 100 000 рублей, поскольку общество неоднократно привлекалось к административной ответственности. Вместе с тем, доказательств указанным обстоятельствам управление представить не может. Отсутствуют доказательства повторного совершения обществом однородного административного правонарушения и в материалах дела, а также в оспариваемом постановлении. Каких-либо иных обстоятельств, отягчающих ответственность, оспариваемое постановление также не содержит.

Учитывая изложенное, характер допущенного нарушения, руководствуясь принципами справедливости и соразмерности назначения наказания, суд  полагает возможным снизить размер наложенного штрафа до 50 000 рублей, то есть до минимального размера санкции, предусмотренной частью 6 статьи 19.5 КоАП РФ. Соответствующее снижение обеспечит реализацию конституционного принципа дифференцированности наказания, а также не повлечет избыточное ограничение имущественных прав и интересов юридического лица.

Наказание в указанном размере с учетом обстоятельств по настоящему делу отвечает принципам юридической ответственности, соответствует характеру правонарушения, его опасности для защищаемых законом ценностей и сможет обеспечить достижение цели административного наказания, гарантируя адекватность порождаемых последствий для заявителя.

Определенный судом размер административного штрафа обладает разумным сдерживающим эффектом, необходимым для соблюдения находящихся под защитой административно-деликтного законодательства запретов, и отвечает предназначению государственного принуждения, которое заключается в превентивном использовании соответствующих юридических средств.

Согласно части 2 статьи 211 АПК РФ, а также в соответствии с частью 4 статьи 211 АПК РФ и пунктом 19 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» оспариваемое обществом постановление от 17.05.2018 № 05-15-26/1 по делу об административном правонарушении подлежит признанию незаконным и отмене в части назначения наказания в виде административного штрафа, превышающего 50 000 рублей.

Нарушение срока обжалования постановления в суд со стороны общества не выявлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167-170, 176 и 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Постановление Сахалинского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 17.05.2018 № 05-15-26/1 о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена частью 6 статьи 19.5 КоАП РФ, вынесенное в отношении общества с ограниченной ответственностью «РН-Сахалинморнефтегаз», признать незаконным и отменить в части назначения административного наказания в виде административного штрафа в размере, превышающем 50 000 рублей.  

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный  суд  через Арбитражный суд Сахалинской области в течение десяти дней со дня его принятия.

 

Судья                                                                                        Е.С. Логинова