СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                                   Дело № А03-2268/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 14 февраля 2024 года

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего

 

ФИО1,

судей

 

ФИО2,

 

ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО4, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу Федеральной налоговой службы России в лице УФНС России по Алтайскому краю (07АП-10010/2023) на решение от 02.10.2023 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-2268/2023 (судья Л.Ю. Ильичева) по иску Федеральной налоговой службы России в лице УФНС России по Алтайскому краю к Администрации Баевского района Алтайского края, индивидуальному предпринимателю ФИО5 о взыскании солидарно убытков в размере 1 365 718, 89 руб.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО6, Комитет по экономике, управлению муниципальным имуществом администрации Баевского района Алтайского края.

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба России в лице УФНС России по Алтайскому краю (далее – Управление, налоговой орган) обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением к Администрации Баевского района Алтайского края (далее - Администрация), индивидуальному предпринимателю ФИО5 (далее – ИП ФИО5, предприниматель) о взыскании солидарно убытков в размере 1 365 718, 89 руб.

К участию в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6, Комитет по экономике, управлению муниципальным имуществом администрации Баевского района Алтайского края.

Решением от 02.10.2023 Арбитражного суда Алтайского края в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить, принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить.

В обоснование жалобы указано, что суд неполно выяснил обстоятельства, имеющие существенное значение для дела; выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела; судом нарушены нормы материального и процессуального права. Апеллянт считает, что в связи с неисполнением обязанности по погашению задолженности по налогам и сборам в соответствии с требованиями статьи 9 Закона о банкротстве руководитель МУП «АТП Баевского района» был обязан не позднее чем через месяц с даты возникновения признаков банкротства, то есть не позднее 21.05.2016 направить в Арбитражный суд Алтайского края заявление о признании должника несостоятельным (банкротом); в преддверии процедуры банкротства, должник прекратил осуществлять основную деятельность по перевозке пассажиров, что подчеркивает бездействие руководителя и учредителя по принятию мер как по поиску мер восстановления платёжеспособности должника, так и к мерам ликвидации; суд не дал оценку длительному бездействию руководства должника, в том числе последствиям такого бездействия в виде затягивания процедуры банкротства и увеличении судебных расходов.

В отзывах на апелляционную жалобу ответчики просят решение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

На основании положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, проверив в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции, апелляционный суд не нашел оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, Федеральная налоговая служба в соответствии с постановлениями Правительства Российской Федерации от 29.05.2004 № 257 и от 30.09.2004 № 506 является уполномоченным органом по представлению в делах о банкротстве и в процедурах, применяемых в делах о банкротстве, требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам.

Федеральная налоговая служба России  обратилась в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании муниципального унитарного предприятия «Автотранспортное предприятие Баевского района муниципального образования «Баевский район» Алтайского края (далее - МУП «АТП Баевского района» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 31.07.2017 по делу № А03-12818/2017 принято к производству заявление ФНС России о признании МУП «АТП Баевского района» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Сумма задолженности МУП «АТП Баевского района» по обязательным платежам и денежным обязательствам перед Российской Федерацией, включенная в реестр требований кредиторов, составляла 1 862 298,22 рублей.

При обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом, налоговым органом установлено наличие у МУП «АТП Баевского района» следующего имущества:

- здание (контора), расположенное по адресу: 658510, 

<

...>, площадь 344 кв. м., кадастровый номер объекта недвижимости 22:03:010602:391, дата возникновения собственности - 25.07.2013;

- ГАЗ322132, 2005 года выпуска, гос. peг. знак 

<

***> дата возникновения собственности - 08.08.2007;

- ПАЗ332050R, 1999 года выпуска, гос. peг. знак 

<

***> дата возникновения собственности - 17.07.2014.

Иного имущества по данным регистрирующих органов не установлено.

При обращении в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) налоговый орган ссылался на бухгалтерскую отчетность за 2016 год с расшифровкой отдельных показателей, представленной в налоговый орган 31.01.2017, активы МУП «АТП Баевского района» составляли 3 700 тыс. руб., из них: основные средства 3 464 тыс. руб.; запасы 111 тыс. руб.; дебиторская задолженность 125 тыс. руб.

Определением от 31.10.2017 Арбитражного суда Алтайского края в отношении МУП «АТП Баевского района» введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО6, являющийся членом Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига».

Решением от 30.05.2018 по делу № А03-12818/2017 МУП «АТП Баевского района» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

В ходе процедуры банкротства конкурсным управляющим проведена инвентаризация имущества должника (составлены инвентаризационные описи № 1-3 от 20.08.2018), выявлено наличие имущества: нежилое здание, площадь 343,6 кв. м.; одноэтажное здание (Гараж), площадь 1030,0 кв. м, передано на основании решения Баевского районного совета народных депутатов от 27.12.2006 №111, право собственности в ЕГРН не зарегистрировано; земельный участок (аренда); автобус TIA3332050R, 1999 год выпуска (в нерабочем состоянии); автобус ПАЗ 32054, 2009 год выпуска (в нерабочем состоянии), право собственности в ГИБДД не зарегистрировано; автомобиль ГАЗ 322132, 2005 год выпуска (в нерабочем состоянии); станок сверлильный 1985 года выпуска (металлолом); станок токарный (металлолом), 1 шт.; сиденья № 619, 21 штука.

Стоимость имущества, по мнению конкурсного управляющего, позволяло покрыть судебные расходы на процедуру конкурсного производства.

В соответствии с отчетами об оценке рыночная стоимость имущества составила 2 123 995,00 рублей.

В ходе конкурсного производства в период с 02.12.2019 по 24.02.2020 проведены первые и повторные торги в форме аукциона. Торги признаны не состоявшимися в виду отсутствия заявок.

По состоянию на 02.03.2020 в ходе торгов посредством публичного предложения реализована одна единица имущества - лот № 3 (Автобус ПАЗ - 68 010,00 руб.). Остальное имущество не реализовано в виду отсутствия заявок.

Арбитражным управляющим на 26.02.2020 назначено собрание кредиторов со следующей повесткой дня:

1. Отчет конкурсного управляющего.

2. Внесение изменений в положение о порядке, сроках и об условиях продажи имущества МУП «АТП Баевского района».

К собранию кредиторов конкурсным управляющим представлено очередное положение о порядке продажи имущества должника, в котором, начальная цена продажи устанавливается в размере цены, установленной на последнем периоде проведения торгов посредством публичного предложения (т.е. начальная сумма имущества устанавливается в размере 50 % от повторных торгов в виде аукциона - 950 тыс. руб.).

Минимальная цена повторного публичного предложения по лоту устанавливается в размере не ниже 10 % от начальной цены лота (по предположениям конкурсного управляющего 230 тыс. руб., уполномоченного органа 94 тыс. руб.).

На собрании кредиторов уполномоченный орган ходатайствовал об объявлении перерыва для представления арбитражным управляющим пояснения о целесообразности проведения торгов и продолжения дальнейшей процедуры банкротства, а также расчета за счет каких средств возможно покрытие расходов процедуры банкротства.

Конкурсным управляющим представлено пояснение, согласно которому в ходе проведения торгов возможно поступление денежных средств от реализации имуществом от 50 % до 10 % от оценочной стоимости имущества должника (т.е. примерно от 1 100 тыс. руб. до 230 тыс. руб.). Также возможно поступление денежных средств от реализации имущества Должника, рыночная стоимость которого определена в соответствии с отчетом оценщика № 17/12/18-02 и составляет менее 100 тыс. руб. (максимальная стоимость 33 тыс. руб. минимальная стоимость реализации имущества 3 тыс. руб.).

Учитывая, что согласно предложенному проекту изменений в положение о продаже имущества минимальная стоимость имущества (цена отсечения), повторного публичного предложения по лоту устанавливается в размере не ниже 10% от начальной цены лота (объекты недвижимости - 84 772 руб.), налоговый орган 23.03.2020 обратился с заявлением о прекращении дела о банкротстве в виду недостаточности денежных средств на осуществление расходов.

По состоянию на 23.03.2020 в конкурсной массе МУП «АТП Баевского района» отсутствовали средства, достаточные для осуществления расходов по делу о банкротстве.

Текущие обязательства, в том числе расходы на конкурсное производство составили на дату рассмотрения ходатайства о прекращении 1 236 558,61 рублей.

Определением от 01.06.2020 судом отказано в прекращении производства по делу, в связи с ходатайством конкурсного управляющего о продлении процедуры конкурсного производства, поскольку у должника достаточно средств для погашения расходов в процедуре банкротства, а также не рассмотрено заявление о привлечении к субсидиарной ответственности.

В ходе процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим проведены торги по реализации имущества, по результатам мероприятий имущество реализовано на общую сумму 332 122 руб.

Определением от 09.08.2021 процедура конкурсного производства завершена; судом указано, что в соответствии с частью 9 статьи 142 Закона о банкротстве требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества должника, считаются погашенными.

В ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации юридического лица МУП «АТП Баевского района» от 11.11.2021.

Определением от 16.11.2021 к производству суда принято заявление ФИО6 о взыскании с МИФНС № 6 по Алтайскому краю за счет средств, выделенных на реализацию мероприятий, связанных с процедурой банкротства, в пользу арбитражного управляющего вознаграждения и понесенных расходов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) МУП «АТП Баевского района» в размере 1 361 884,40 рубля.

Согласно уточненному заявлению арбитражный управляющий просил взыскать с ФНС России в пользу ФИО7 вознаграждение и понесенные расходы в рамках дела о банкротстве в размере 1 395 484,40 рубля.

Определением от 02.08.2022 отказано во взыскании в пользу ФИО6 с Федеральной налоговой службы в лице УФНС России по Алтайскому краю за счет средств, выделенных на реализацию мероприятий, связанных с процедурами банкротства, сумму вознаграждения конкурсного управляющего и расходов на проведение процедуры конкурсного производства (почтовые расходы, расходы на публикации сообщений, командировочные расходы, канцелярские расходы) в размере 1 378 805,89 руб. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Определением от 19.08.2022 суд определил: исправить допущенные судом описки. Изложить абзац четырнадцатый листа девять мотивировочной части определения суда по делу № А03-12818/2017 от 02.08.2022 в следующей редакции: «Остаток вознаграждения и судебных расходов составляет 1 365 718, 89 руб.». Изложить абзац первый резолютивной части определения суда от 26.07.2022 и абзац первый резолютивной части полного текста определения суда по делу № А03-12818/2017 от 02.08.2022 в следующей редакции: «Взыскать в пользу арбитражного управляющего ФИО6 с Федеральной налоговой службы в лице УФНС России по Алтайскому краю за счет средств, выделенных на реализацию мероприятий, связанных с процедурами банкротства, сумму вознаграждения конкурсного управляющего и расходов на проведение процедуры конкурсного производства (почтовые расходы, расходы на публикации сообщений, командировочные расходы, канцелярские расходы) в размере 1 365 718, 89 руб.».

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2022, постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.01.2023 определение суда от 02.08.2022 оставлено без изменения, жалобы ФНС России – без удовлетворения.

Платежным поручением от 31.01.2023 № 124511 взысканная сумма в размере 1 365 718,89 руб. перечислена ФНС России на расчетный счет ФИО6

ФНС России обратилось в суд с заявлением о взыскании с ФИО5, осуществляющего полномочия директора (руководителя) МУП «АТП Баевского района» в период с 10.06.2005 по 12.06.2018, с Администрации Баевского района Алтайского края (далее - Администрация, учредитель, ответчик), осуществляющего полномочия единственного учредителя должника с 10.06.2005 убытков в размере 1 365 718,89 руб.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, принял по существу правильный судебный акт; выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм действующего законодательства.

В соответствии пунктом 1 статьи 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее - Закона о банкротстве), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В пункте 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» судам даны следующие разъяснения, по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае, иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 10.06.2021 года по делу № А56-69618/2019, действующее законодательство, в том числе Закон о банкротстве, не содержит положений о том, что материальное право кредитора на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом, перестает существовать (прекращается), если этот кредитор, располагающий информацией о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, не предъявил соответствующий иск к причинителю вреда до прекращения производства по делу о банкротстве.

С учетом изложенного, как верно указал суд первой инстанции, пункт 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве не может быть истолкован судами как исключающий в материальном смысле право на иск о привлечении к субсидиарной ответственности кредитора, осведомленного о наличии оснований для привлечения к такой ответственности на момент прекращения производства по делу о банкротстве, вне рамок дела о несостоятельности.

Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ), внесший существенные изменения в Закон о банкротстве в части привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, вступил в силу 30.07.2017.

В силу пункта 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о субсидиарной ответственности, поданных с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона).

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», следует учитывать следующее.

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ (в частности, нормы материального права - статьи 61.11, 61.12) применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к такой ответственности (например, неисполнение обязанности по подаче заявления о собственном банкротстве, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника одной или нескольких сделок), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то есть после 30.07.2017. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по заявлению.

При этом действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм, поскольку в силу части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Как следует из материалов дела, с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд (дело №А03-12818/2017) ФНС России обратилось 26.07.2017. Указанные в заявлении нарушения имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, следовательно, к данным нарушениям в силу пункта 1 статьи 4 ГК РФ применяются материальные нормы статей 9, 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент их совершения.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления. При этом субсидиарная ответственность в таких случаях наступает лишь по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Закона.

Применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что презумпция, установленная подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является материально-правовой, что предопределяется природой отношений возникающих в рамках привлечения к субсидиарной ответственности, имеющих в своей основе доказывание наличия гражданско-правового деликта. Закрепление в законе презумпций, которые, пока не доказано обратное, предполагают наличие в действиях контролирующего лица таких элементов состава как противоправность и вина, в каждом случае является реакцией законодателя на выявленные практикой типичные способы причинения вреда кредиторам.

При этом необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность как исключительный механизм восстановления нарушенных прав кредиторов, направлена на обеспечение интересов кредиторов и в этом смысле вводимые законодателем презумпции участвующие в доказывании наличия оснований для привлечения субсидиарной ответственности могут противопоставляться другому участнику оборота (должнику) с учетом правового регулирования, действующего в момент совершения вменяемого действия (бездействия).

Действие норм материального права во времени, подчиняется и правилам пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Данный подход обусловлен необходимостью достижения соразмерности при соблюдении интересов общества и условий защиты основных прав личности, то есть баланса конституционно защищаемых ценностей, а потому вопрос придания обратной силы закону, изменяющему обязательства юридически равных участников гражданского правоотношения, требует дифференцированного подхода, обеспечивающего сбалансированность и справедливость соответствующего правового регулирования, не допускающего ущемления уже гарантированных прав и законных интересов одной стороны и умаления возможностей их защиты в пользу другой (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 02.07.2015 N 1539-О).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), после возвращения заявления о признании должника банкротом уполномоченному органу он вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если возврат заявления мотивирован отсутствием надлежащих свидетельств, подтверждающих вероятность обнаружения в достаточном объеме имущества должника, за счет которого могут быть покрыты расходы по делу о банкротстве. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Как верно указал суд первой инстанции законодательство о несостоятельности как в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ и Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), так и Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, предусматривало возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства (создание ситуации невозможности погашения требований кредиторов).

Следовательно, несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие рассматриваемые отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась.

Принимая во внимание то, что обстоятельства, послужившие основанием, для предъявления уполномоченным органом требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, совершены до 01.07.2017, суд первой инстанции обоснованно заключил, что при рассмотрении настоящего спора в части материального права подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакциях, действовавших в указанный период, а также существует возможность применения при разрешении спора разъяснений Постановления № 53 в части, не противоречащей применимой норме, с учетом схожести составов ответственности.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан банкротом вследствие действий и (или) бездействия контролирующих лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Ответственность контролирующих должника лиц, установленная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ. Лицо, требующее привлечения к субсидиарной ответственности, должно доказать состав гражданско-правового нарушения в действиях (бездействии) контролирующего должника лица, в том числе противоправность поведения привлекаемого лица, его вину, а также причинно-следственную связь между противоправным поведением и наступлением банкротства.

Применительно к абзацу первому статьи 1080 Гражданского кодекса лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных судебная практика учитывает согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53)).

Как ранее, так и в настоящее время к такой ответственности подлежит привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству.

Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений.

При этом в ситуации, когда инициирование вопроса о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности исходит от уполномоченного органа по итогам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля, то судам необходимо руководствоваться, в том числе, правовой позицией, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, согласно которой материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве.

При этом в ситуации, когда инициирование вопроса о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности исходит от уполномоченного органа по итогам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля, то судам необходимо руководствоваться, в том числе, правовой позицией, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, согласно которой материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

На основании пунктов 1, 2 статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином – должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Ответственность, предусмотренная пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 ГК РФ гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке.

Убыточная деятельность, а равно деятельность, в результате которой предприятие не способно выполнять свои обязательства перед третьими лицами, а также налоговые обязанности и реально нести имущественную ответственность в случае их невыполнения, не соответствует его предназначению как коммерческой организации, преследующей в качестве основной цели извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для него финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

В соответствии с частями 1 - 4, 7 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их взаимной связи, арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что действующее законодательство не предполагает обязанности руководителя (учредитель) должника обратиться (принять решение об обращении) в арбитражный суд с заявлением о признании последнего банкротом, как только его активы стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Кроме того, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены в статье 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Из материалов дела следует, что вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков, по основаниям, изложенным в иске налогового органа, уже рассматривался Арбитражным судом Алтайского края в рамках дела о банкротстве № А03-12818/2017 МУП «АТП Баевского района» по заявлению конкурсного управляющего.

Определением арбитражного суда от 29.08.2020, оставленным без изменения постановлениями Седьмого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2020 и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 05.02.2021, конкурсному управляющему должника отказано в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности Администрации Баевского района и ФИО5 В качестве основания для привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на нарушение ответчиками ст. 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в частности, на несоблюдение руководителем должника, его учредителем обязанности обратиться с заявлением о признании должника банкротом в арбитражный суд при наличии признаков банкротства, а также, в связи с не передачей бухгалтерских документов.

При рассмотрение данного обособленного спора арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель (учредитель) должника обязан обратиться (принять решение об обращении) в арбитражный суд с заявлением о признании последнего банкротом, как только его активы стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Согласно инвентаризационной описи от 22.08.2018 № 1 в собственности должника находится нежилое здание (кадастровый номер 22:03:010602:391, адрес: 

<

...>; площадь 343,6 кв.м, (сообщение от 19.11.2018 № 3195956, размещенное на ЕФРСБ).

Согласно отчетам об оценке рыночной стоимости имущества должника от 17.12.2018 № 17/12/18-02, от 17.12.2018 № 17/12/18-01 стоимость движимого имущества составила 298 315 руб., недвижимого имущества - 1 703 940 руб. (сообщение от 29.12.2018 № 3362545, размещенное на ЕФРСБ).

В заявлении ФНС России о признании должника несостоятельным (банкротом) размер налоговой задолженности МУП «АТП Баевского района» по состоянию на 17.07.2017 составлял 1 928 129,75 руб., то есть денежную сумму, сопоставимую со стоимостью имущества должника, что не исключало возможности его реализации в целях погашения налоговой недоимки.

В свою очередь конкурсный управляющий должника не представил доказательств того, что в случае своевременного принятия директором и учредителем (собственником имущества) должника решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника задолженность перед кредиторами была бы погашена, то есть доказательств наличия прямой причинно-следственной связи между бездействием учредителя и наступившими последствиями в виде возникновения задолженности перед кредиторами, включенной впоследствии в реестр требований кредиторов.

Таких доказательств не представляет и налоговый орган.

Арбитражный суд также указал, что в рамках исполнительных производств составлен акт о совершении исполнительных действий от 27.08.2018, согласно которому по выходу на территорию МУП «АТП Баевского района» (по адресу: 

<

...>) были установлены истребованные судом документы в помещениях предприятия, после чего названные документы переданы конкурсному управляющему должника ФИО6

Акт совершения исполнительных действий от 27.08.2018 подписан судебным приставом-исполнителем, понятыми и самим конкурсным управляющим ФИО6 Постановлениями ОСП Баевского района Управления ФССП по Алтайскому краю от 27.08.2018 № 22026/18/17528 и от 27.08.2018 № 22026/18/17529 исполнительные производства от 01.06.2018 № 4127/18/22026 и от 07.08.2018 № 5273/18/22026 окончены в связи с полным исполнением требований по исполнительным документам.

На основании изложенного, суд пришел к выводу, что на момент рассмотрения обособленного спора конкурсному управляющему передана документация должника. В абзаце 10 пункта 24 Постановления от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Конкурсный управляющий, во-первых, не конкретизировал объем недостающей документации, не указал, за какой период и какие именно документы ему необходимы для ведения процедуры, а, во-вторых, не мотивировал надлежащим и достаточным образом, каким образом не передача иной документации должника, точный состав которой он даже не представил, затруднила исполнение обязанностей конкурсного управляющего в ходе процедуры конкурсного производства.

Заявителем не представлено доказательств, что в распоряжении руководителя (учредителя) должника находятся или должны находиться иные документы, переданные конкурсному управляющему, не представлено доказательств затруднения проведения процедуры банкротства, а равно формирования и реализации конкурсной массы должника.

Распоряжением Администрации Баевского района от 11.08.2017 № 120р определено место хранения документов МУП «АТП Баевского района» - здание конторы МУП «АТП Баевского района» по адресу: 

<

...>.

По запросу временного управляющего ФИО6 от 01.11.2017 Администрация Баевского района представила всю имеющуюся у неё информацию об имуществе МУП «АТП Баевского района» и соответствующие документы.

На основании изложенного, суд не усмотрел правовых оснований привлечения ФИО5, Администрации Баевского района Алтайского края, Комитета по экономике, управлению муниципальным имуществом Администрации Баевского района Алтайского края к субсидиарной ответственности по обязательствам МУП «АТП Баевского района».

Оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание обстоятельства, установленные в рамках дела № А03-12818/2017 (статья 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности истцом состава правонарушения для взыскания с ответчиков убытков, а именно: наличие причинно-следственной связи между неподачей ответчиками заявления и возникновением у ФНС убытков в виде возмещения расходов по делу о банкротстве.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции правомерно установил отсутствие оснований для применения статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на момент совершения правонарушения – обязанности руководителя обратиться с заявлением о признании должника банкротом), поскольку уполномоченным органом не представлено доказательств наличия у должника каких-либо обязательств, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Закона о банкротстве. Такие доказательства отсутствуют также в материалах дела № А03-12818/2017 о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что, обращаясь с заявлением о банкротстве, налоговый орган должен был осознавать последствия своих действий, связанных не только с реализацией прав на возможное получение задолженности, предоставленных кредитору Законом о банкротстве, но и с принятием на себя соответствующих обязанностей, возложенных названных законом на заявителя, который в случае отсутствия у должника достаточных для погашения расходов по делу о банкротстве средств будет обязан погасить указанные расходы в порядке пункта 3 статьи 59 Закона о банкротстве.

Какие-либо доказательства того, что уполномоченный орган, обращаясь в суд с заявлением о банкротстве, разумно полагал (спрогнозировал) с учетом наличия административного ресурса (доступ к сведениям об имуществе организаций, доходам, финансовым потокам) получить какой-либо положительный экономический эффект от инициирования процедуры несостоятельности в материалы дела не предоставлены, соответствующие обстоятельства судом не установлены.

Таким образом, повторно проанализировав материалы дела в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что, отказав в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции принял обоснованный и законный судебный акт.

Доводы истца о том, что судом первой инстанции не дана оценка всем доводам и доказательствам, представленным сторонами, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку суд, рассматривая дело, дает оценку всем доказательствам в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Отсутствие в мотивировочной части судебного акта выводов, касающихся оценки каждого представленного в материалы дела доказательства, не свидетельствует о том, что оно не оценивалось судом.

Принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Руководствуясь статьей 110, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации, апелляционный суд 

 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 02.10.2023 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-2268/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу Федеральной налоговой службы России в лице УФНС России по Алтайскому краю – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

 

Председательствующий

 

ФИО1

Судьи

 

ФИО2

 

ФИО3