387/2017-8424(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-22533/2013

Дело № А65-18043/2014

г. Казань

10 марта 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2017 года. Полный текст постановления изготовлен 10 марта 2017 года. Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Петрушкина В.А., судей Карповой В.А., Ананьева Р.В.,  при участии представителей: истца – ФИО1 (доверенность от 20.10.2016) 

ответчика – ФИО2 (доверенность от 09.09.2014)  

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим  образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу  муниципального казенного учреждение «Комитет земельных и  имущественных отношений Исполкома г. Казани»  

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.09.2016 (судья  Кашапов А.Р.) и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного  суда от 24.11.2016 (председательствующий судья Романенко С.Ш., судьи  Николаева С.Ю., Терентьев Е.А.)  

по делу № А65-18043/2014  

по исковому заявлению муниципального казенного учреждение «Комитет  земельных и имущественных отношений Исполкома г. Казани» к обществу с  ограниченной ответственностью «ЭкоДом Сервис», с участием третьих лиц:  Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и  картографии по РТ, общества с ограниченной ответственностью «Волга»,  Управляющую компания Приволжского района г. Казани, ФИО3, г. Казань, о признании недействительным договора купли -  продажи от 28.01.2013 нежилых помещений № 1-21, площадью 420,06 кв. м,  по адресу: РТ, 

<

...>; о признании права  отсутствующим и истребовании указанных помещений из незаконного  владения,  

УСТАНОВИЛ:

муниципальное казенное учреждение «Комитет земельных и  имущественных отношений Исполкома г. Казани» (далее – Комитет, истец)  обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением  к ФИО3 (далее – ФИО3), обществу с  ограниченной ответственностью «ЭкоДом Сервис» (далее –  ООО «ЭкоДом Сервис», общество) о признании недействительным договора  купли - продажи от 28.01.2013 нежилых помещений № 1-21, площадью  420,06 кв. м, по адресу: РТ, 

<

...>; о признании  права отсутствующим и истребовании указанных помещений из незаконного  владения  

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке  статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ), привлечены Управление Федеральной службы  государственной регистрации, кадастра и картографии по РТ (далее –  Управление Росреестра по РТ), общество с ограниченной ответственностью  «Волга» (далее – ООО «Волга»), Управляющая компания Приволжского  района г. Казани.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.12.2014  прекращено производство по иску Комитета к ФИО3 о признании  недействительным договора купли-продажи от 28.01.2013 нежилых  

помещений № 1-21, площадью 420,06 кв. м, по адресу: РТ, г. Казань,  ул. Карбышева, д. 47/1 ввиду неподведомственности спора арбитражному  суду.  

В порядке части 1 статьи 51 АПК РФ суд привлек к участию в деле в  качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора, ФИО3, исключив его из числа  ответчика.  

До принятия оспариваемого решения ООО «ЭкоДом Сервис» заявило о  пропуске Комитетом срока исковой давности.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.09.2016 в  удовлетворении исковых требований отказано.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 24.11.2016 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.  

Судебные инстанции, разрешая спор, установили, что материалами дела  не подтверждается, что спорное помещение на дату приватизации первого  жилого помещения (23.12.1993) было учтено (сформировано) для  самостоятельного использования в целях, не связанных с обслуживанием  жилого дома, и фактически не использовалось как общее имущество  домовладельцами, кроме того, срок исковой давности не пропущен.  

В кассационной жалобе Комитета, поданной в Арбитражный суд  Поволжского округа, судебные акты предлагается отменить как принятые с  нарушением норм действующего законодательства.  

Заявитель кассационной жалобы считает, что письмом ООО «Единый  расчетный центр г. Казани» от 24.09.2014, техническим паспортом на жилой  дом по состоянию на 16.03.2004, а также выпиской из реестра собственности  г. Казани от 21.07.2014 подтверждается использование спорного помещения  под размещение склада и собственных нужд, кроме того, апелляционное  определение по делу № 33-3626/2016 имеет преюдициальное значение по  настоящему делу.  

В судебном заседании представитель Комитета поддержал доводы,  изложенные в кассационной жалобе, а представитель ООО «ЭкоДом Сервис»  возражал против ее удовлетворения.  

Проверив обоснованность доводов, содержащихся в кассационной  жалобе, в выступлениях представителей лиц, участвующих в деле,  

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что оспариваемые судебные  акты в части подлежат отмене по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела и установлено судебными инстанциями,  в соответствии с Постановлением Верховного Совета Республики Татарстан  от 04.03.1993 № 1764-XII «О пообъектном составе коммунальной  собственности в Республике Татарстан», утвержденным Госкомитетом  Республики Татарстан по управлению госимуществом, на основании  государственного акта Госкомимущество РТ от 29.07.1993 № 7  «О пообъектной передаче государственной собственностью объектов  жилищно-коммунального хозяйства и народного образования в  коммунальную собственность г. Казани» жилой дом, расположенный по  ул. Карбышева, д. 47/1 был передан от предприятия ПО «Казгоржилхоз» в  Комитет по управлению коммунальным имуществом г. Казани.  

Факт безвозмездной передачи имущества в состав коммунальной  собственности г. Казани подтверждается актом приема-передачи  от 08.12.1993.  

Согласно выписке из реестра собственности города Казани здание,  находящееся по адресу: г. Казань, Приволжский район, ул. Карбышева, д. 47/1,  в том числе нежилое помещение подвала общей площадью 400 кв. м, с  01.08.1993 включено в состав муниципальной собственности г. Казани.  

Между Комитетом по управлению коммунальным имуществом  администрации г. Казани (продавец) и ООО «Волга» (покупатель) заключен  договор купли-продажи от 20.02.1997 № 11, по условиям которого покупатель  приобрел в собственность помещения подвала № 1-21 общей площадью  420,06 кв. м, находящиеся по адресу: 

<

...>,  профиль использования – административно-складские помещения.  

На основании договора купли-продажи от 04.01.1998, заключенного  между ООО «Волга» (продавец) и гражданином ФИО3  (покупатель), последний приобрел в собственность указанные помещения   № 1-21. Указанный договор зарегистрирован в реестре за № 1-132.  

Впоследствии ООО «ЭкоДом Сервис» (покупатель) приобрело в  собственность по договору купли-продажи от 28.01.2013, заключенному с  гражданином ФИО3 (продавец), данные подвальные помещения   № 1-21, который зарегистрирован 28.02.2013 в Едином государственном  

реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним была за   № 16-16-01/017/2013-370.  

Постановлением следователя Следственного управления Следственного  комитета РФ по РТ от 10.07.2014 возбуждено уголовное дело в отношении  ФИО4, который 26.12.2012, работая главным  специалистом-экспертом в Управление Росреестра по РТ, внес недостоверные  сведения о государственной регистрации права собственности на нежилые  помещения подвала № 1-21 на основании подложного договора купли- продажи от 04.01.1998.  

Вступившим в законную силу апелляционным определением  Верховного суда Республики Татарстан от 21.03.2016 по делу № 33-3626/2016  признаны недействительными договор купли-продажи от 20.02.1997 № 11  нежилых помещений № 1-21 общей площадью 420,06 кв. м, расположенных  по адресу: 

<

...>, заключенный между Комитетом  по управлению коммунальным имуществом г. Казани и ООО «Волга»,  договор купли-продажи от 04.01.1998, заключенный между ООО «Волга» и  ФИО3, договор купли-продажи тех же нежилых помещений  от 28.01.2013, заключенный между ФИО3 и  ООО «ЭкоДом Сервис».  

Комитет, полагая, что изначально нежилые помещения № 1-21  реализовались лицом, не имеющим право его отчуждать, обратился в  арбитражный суд с настоящими исковыми требованиями.  

Анализ имеющихся в деле доказательств свидетельствует, что  судебными инстанциями ошибочно определены юридически значимые, для  правильного разрешения спора, обстоятельства, неправильно распределено  бремя доказывания, а также нарушены нормы материального и  процессуального законодательства.  

Согласно статье 301 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее – ГК РФ) собственник вправе истребовать свое имущество из чужого  незаконного владения.  

Таким образом, если спор о возврате имущества не вытекает из  договорных отношений или отношений, связанных с применением  последствий недействительности сделки, он подлежит рассмотрению по  правилам статей 301, 302 ГК РФ.  

В пункте 36 совместного постановления Пленумов Верховного Суда  Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в  судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права  собственности и других вещных прав» (далее – постановление № 10/22)  разъяснено, что лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего  имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право  собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.  

Суды двух инстанций при принятии решений не учли положений  действующего законодательства, что привело к неверному установлению  обстоятельств.  

Системные положения пункта 1 статьи 290, пунктом 1 части 1 статьи 36  Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ) и части 2 статьи 3  Закона РФ от 04.07.1991 № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в  Российской Федерации» (в редакции до 01.03.2005) предусматривают, что  собственники приватизированных жилых помещений в доме государственного  или муниципального жилищного фонда являются совладельцами  внеквартирного инженерного оборудования и мест общего пользования дома.  

По смыслу указанных норм с момента начала реализации гражданами  права на приватизацию жилья, предусмотренного законом о приватизации  жилищного фонда, жилой дом, в котором была приватизирована хотя бы одна  квартира, утрачивает статус объекта, находящегося исключительно в  муниципальной собственности. Поэтому правовой режим подвальных  помещений, как относящихся или не относящихся к общей долевой  собственности нескольких собственников помещений в таких жилых домах,  должен определяться на дату приватизации первой квартиры в доме.  

В то же время, если по состоянию на указанный момент подвальные  помещения жилого дома были предназначены (учтены, сформированы) для  самостоятельного использования в целях, не связанных с обслуживанием  жилого дома, то право общей долевой собственности домовладельцев на эти  помещения не возникает. При этом остальные подвальные помещения, не  выделенные для целей самостоятельного использования, переходят в общую  долевую собственность домовладельцев как общее имущество дома.  

Таким образом, для правильного разрешения спора судам необходимо  установить, вправе ли публичное образование истребовать спорное  имущество, когда была приватизирована первая квартира в многоквартирном  жилом доме, предназначены ли спорные подвальные помещения для  обслуживания всего дома, а также, были ли на указанный момент спорные  помещения предназначены (учтены, сформированы) для самостоятельного  использования.  

При этом судами не учтено, что обязанность доказывания того, что  подвальные помещения сформированы для самостоятельного пользования,  лежит на истце.  

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.07.2009 № 64 «О некоторых вопросах практики  рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество  здания» разъяснено, что в судебном порядке рассматриваются споры о  признании права общей долевой собственности на общее имущество здания, в  том числе в случаях, когда в реестр внесена запись о праве индивидуальной  собственности на указанное имущество, в частности, если лицо, на имя  которого в реестр внесена запись о праве индивидуальной собственности на  помещение, относящееся к общему имуществу, владеет таким помещением,  лишая других собственников доступа в это помещение, собственники иных  помещений в данном здании вправе обратиться в суд с иском об истребовании  имущества из чужого незаконного владения (статья 301 ГК РФ), соединив его  с требованием о признании права общей долевой собственности.  

Из анализа материалов дела следует, что в соответствии с  постановлением Верховного Совета Республики Татарстан от 04.03.1993   № 1764-XII «О пообъектном составе коммунальной собственности в  Республике Татарстан», на основании государственного акта  Госкомимущество РТ от 29.07.1993 № 7 по акту приема - передачи  от 08.12.1993 в муниципальную собственность были переданы, в том числе  спорный жилой дом общей полезной площадью 10 937,4 кв. м, жилой  площадью 6214,4 кв. м. с арендуемыми помещениями площадью 2569,4 кв. м.  

В связи с чем, учитывая, что приватизация первой квартиры  состоялась 23.12.1993, с указанной даты жилой дом утрачивает статус объекта,  находящегося исключительно в муниципальной собственности; отношения  

собственников помещений, расположенных в таком объекте, регулируются с  определением правового режима общего имущества здания, помещения в  котором принадлежат на праве собственности нескольким лицам.  

Согласно части 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые  ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений,  считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены  или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств,  обосновывающих представленные возражения относительно существа  заявленных требований.  

В материалах дела имеются письменные доказательства (выписка из  реестра муниципальной собственности по состоянию на 21.07.2014,  поквартирный список), подтверждающие, что в муниципальной собственности  находится 26 квартир, расположенных в жилом доме.  

Однако при наличии представленных истцом доказательств суд первой  инстанции сделал вывод, что сторонами не оспаривается, что в доме № 47/1 не  имеется жилых помещений, находящихся в муниципальной собственности.  

Данные выводы судебной инстанции фактически исполнившего  обязанность ответчика по опровержению доказательств, представленных  другой стороной, не согласуются с фундаментальными принципами  арбитражного процесса, как состязательность и равноправие сторон, что, по  сути, привело к принятию неправильного решения.  

Осуществляя правовую квалификацию спорных помещений с целью  относимости их к общедомовому имуществу, суды также не обеспечили  правильную оценку всех доказательств.  

Из содержания технического паспорта, составленного по состоянию  на 16.03.2004, следует, что спорное здание 1974 года постройки имеет общую  площадь 12 224,5 кв. м, из них жилые помещения площадью 9465,6 кв. м,  тогда как в состав муниципальной собственности по акту приема – передачи  от 08.12.1993 передавалось 10 937,4 кв. м. общей площади (6214,4 кв. м. жилой  площади), 2569,4 кв. м. арендуемой, кроме того, подвальное помещение имеет  несколько самостоятельных помещений.  

Этим обстоятельствам судебные инстанции оценки не дали.  

Кроме того, не исследовались судами вопросы, каким образом  использовалось истребуемое помещение на 23.12.1993 - дату возникновения у  

домовладельцев права на общедомовое имущество, в том числе, было ли  спорное помещение на момент приватизации первой квартиры учтено  (сформировано) для самостоятельного использования, также не оценивалась и  проектно – строительная, техническая документация дома на дату ввода дома  в эксплуатацию, в которой могли отражаться сведения о статусе подвального  помещения и наличия в нем самостоятельных помещений.  

При этом, установив наличие в указанном доме жилых квартир,  находящихся в муниципальной собственности и отнесение спорного  имущества к составу общедомового имущества, не исключало основания для  истребования нежилых помещений и признания на них права общей долевой  собственности.  

При изложенных условиях у судов отсутствовали основания и  соответствующих доказательств для признания спорных помещений в  качестве общего имущества домовладельцев, при этом, неверно распределено  между сторонами бремя доказывания спорных обстоятельств.  

Разрешая спор, суд первой инстанции не учел разъяснений, изложенных  в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ  от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству», и не  обеспечил выявления материальной цели заявленных требований, а также,  обстоятельств, на которых истец основывал свое требование к ответчику.  

Требование истца направлено на истребование нежилых помещений и  признание права муниципальной собственности.  

Постановлением следователя Следственного управления Следственного  комитета РФ по РТ от 10.07.2014 возбуждено уголовное дело, в рамках  которого было установлено, что на основании договора купли-продажи  от 20.02.1997, заключенного между Комитетом и ООО «Волга», последним  были приобретены в собственность нежилые помещения общей площадью  420,06 кв. м., расположенные по адресу: 

<

...>,  впоследствии на основании договора купли-продажи от 04.01.1998,  заключенного между ООО «Волга» и гражданином ФИО3, право  собственности приобретено последним, который впоследствии передал его  ООО «ЭкоДом Сервис» по договору от 28.01.2013, однако, работником  Управления Росреестра по РТ вносились недостоверные сведения о  государственной регистрации права собственности за ФИО3, при  

этом договор нотариально не удостоверялся, также отмечено, что  соответствующий договор Комитетом не заключался, в связи с чем ущерб  нанесен муниципальному образованию - действительному собственнику.  

Согласно части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу  решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому  делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по  вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей  юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.  

Вступившим в законную силу определением Верховного Суда  Российской Федерации от 21.03.2016 по делу № 33-3626/2016 признаны  недействительными договор купли-продажи от 20.02.1997 № 11 нежилых  помещений № 1-21 общей площадью 420,06 кв. м, расположенных по адресу:  

<

...>, заключенный между Комитетом по  управлению коммунальным имуществом г. Казани и ООО «Волга», договор  купли-продажи от 04.01.1998, заключенный между ООО «Волга» и  ФИО3, договор купли-продажи тех же нежилых помещений  от 28.01.2013, заключенный между ФИО3 и ООО «ЭкоДом Сервис».  

Судом общей юрисдикции установлено, что спорные нежилые  помещения в составе жилого дома передавались в собственность г. Казани на  основании государственного акта от 29.07.1993, при этом ООО «ЭкоДом  Сервис» не может признаваться добросовестным приобретателем, поскольку  гражданин ФИО3, являясь работником ООО «ЭкоДом Сервис»,  участвовал в цепочке заключенных сделок с целью создания формальных  признаков добросовестности приобретения объектов обществом, в ситуации,  когда такое имущество выбывало помимо воли собственника.  

В связи с чем истребование имущества могло быть направлено как на  защиту прав муниципальной собственности, так и на защиту прав  собственников помещений жилого дома в целом.  

Отказывая в удовлетворении иска, суды двух инстанций, установив факт  незаконного владения чужим имуществом ООО «ЭкоДом Сервис», действия  которого не могут признаваться добросовестными, по сути, легализовали  такое владение, однако в целях эффективности судебной защиты при  отнесении спорных помещений к общедомовому имуществу иск,  

предъявленный одним из собственников жилых помещений, также подлежал  удовлетворению.  

Срок исковой давности в силу статей 301, 302 ГК РФ по  виндикационному иску начинает течь с момента, когда лицо узнало или  должно было узнать о том, что недвижимое имущество выбыло из его  владения и его право на названное недвижимое имущество нарушено.  

Суд первой инстанции без указания на правовые обстоятельства  ограничился лишь указанием в решении, что Комитету стало известно о  выбытии имущества в 2014 году, однако данные выводы сделаны без оценки  имеющихся в деле доказательств.  

Следует отметить, что специальные положения статьи 181 ГК РФ,  применяемых к требованиям о применении последствий недействительности  ничтожной сделки, не могут применяться к искам об истребовании имущества  из чужого незаконного владения, на которое распространяется общее  положение статьи 200 ГК РФ.  

В связи с чем установленный судом общей юрисдикции факт того, что  срок исковой давности по требованию Комитета о признании сделок  недействительными исчисляется с 2014 года, после возбуждении уголовного  дела, не может, безусловно, определять момент, когда собственник должен  был узнать или узнал о том, что его имущество находится в чужом незаконном  владении.  

Таким образов, формально определив дату, каких - либо  аргументированных выводов суд первой инстанции не сделал.  

При таких обстоятельствах судебные акты в части отказа в  удовлетворении требований об истребовании нежилых помещений приняты с  нарушением норм материального и процессуального права.  

Вместе с тем следует отметить, что по анализу пункта 52 постановления   № 10/22 иск о признании зарегистрированного права отсутствующим является  исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь  тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством  предъявления специальных исков, предусмотренных действующим  законодательством.  

Однако истцом не представлено аргументированных доказательств,  иным способов защита его прав невозможна.  

Поскольку в данном конкретном случае оспаривание  зарегистрированного права на недвижимое имущество должно  осуществляться в рамках рассмотрения виндикационного иска, решение по  которому является основанием для внесения записи в ЕГРП (абзац 2  постановления № 10/22), требование Комитета о признании права  отсутствующим следует рассматривать в качестве ненадлежащего способа  защиты, в связи с чем в иске в указанной части отказано правомерно.  

Таким образом, судебные акты в указанной части подлежат отмене как  принятые с нарушением норм действующего законодательства и по неполно  исследованным обстоятельствам дела.  

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1  статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.09.2016 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 24.11.2016 по делу № А65-18043/2014 в части отказа в удовлетворении иска  об истребовании из чужого незаконного владения нежилых помещений   № 1-21, площадью 420,06 кв. м., по адресу: РТ, 

<

...>, отменить.  

Дело в отмененной части направить на новое рассмотрение в  Арбитражный суд Республики Татарстан.  

В остальной части судебные акты оставить без изменения. 

Судебные расходы по кассационной жалобе распределить  арбитражному суду, вновь рассматривающему дело.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные  законом.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий судья В.А. Петрушкин  

Судьи В.А. Карпова   Р.В. Ананьев