АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-422/24 

Екатеринбург

15 марта 2024 г.

 

Дело № А47-7240/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 марта 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Морозова Д.Н.,

судей Артемьевой Н.А., Кочетовой О.Г.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Оренбургской областиот 26.04.2023 по делу № А47-7240/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2023 по тому же делу.

Определением суда от 07.03.2024 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена председательствующего судьи Оденцовой Ю.А., находящейся на больничном, на судью Морозова Д.Н.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «СарматАвто» - ФИО2 (доверенность от 03.01.2024).

 

Индивидуальный предприниматель ФИО3 (истец) обратился в арбитражный суд с иском о солидарном взыскании с обществ с ограниченной ответственностью «СЭБ» и «СарматАвто» (далее – общества «СЭБ» и «СарматАвто»), ФИО1 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 692 000 руб. задолженности (с учетом уточнений, привлечения ФИО1 к участию в деле в качестве соответчика).

Определением суда от 22.11.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен временный управляющий обществом «СЭБ» ФИО4.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 26.04.2023 иск удовлетворен, с обществ «СЭБ» и «СарматАвто», ФИО1 взыскано солидарно в пользу предпринимателя ФИО3 692 000 руб. задолженности и 53 394 руб. 32 коп. судебных расходов.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного судаот 07.11.2023 решение суда первой инстанции от 26.04.2023 отменено в части привлечения к ответственности общества «СарматАвто», в удовлетворении исковых требований к обществу «СарматАвто» отказано, в остальной части решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит решение от 26.04.2023 и постановление от 07.11.2023 отменить в части привлечения себя к ответственности, в удовлетворении требований в названной части отказать, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Как указывает заявитель, выводы судов о том, что ФИО1 являлся руководителем общества с ограниченной ответственностью «Орский прицеп» (далее – общество «Орский прицеп», ИНН 

<

***>, наименование до 15.06.2016 – общество «Восток») в период с 25.03.2016 по 04.02.2019, не соответствуют материалам дела, а именно представленному в подтверждение увольнения ФИО1 с должности директора приказу об увольнении от 06.10.2017 № 13-К и заявлениям с отметками о получении, подтверждающими заблаговременное, в сентябре 2017 г., оповещение о предстоящем увольнении участников общества и информирование 20.10.2017 и 01.03.2018 о состоявшемся прекращении полномочий регистрирующего органа, считает, что названные документы подтверждают добросовестные действия ФИО1 при увольнении, а также свидетельствуют о том, что в спорный период ФИО1, передав документы участникам общества «Орский прицеп», более не имел к ним доступа и не имел полномочий по исполнению судебного акта о взыскании денежных средств, вступившего в законную силу 18.09.2017, исполнительное производство по которому возбуждено в отношении общества «Орский прицеп» 18.01.2018, тогда как доказательства иного, которые свидетельствовали бы о недобросовестности ответчика и, в частности, подтверждали бы непередачу им после прекращения полномочий руководителя документов, в деле отсутствуют. В связи с изложенным ФИО1 считает, что не может быть привлечен к солидарной ответственности по долгам общества, руководителем которого на момент их взыскания он не являлся, притом, что возникновение соответствующего обязательства имело место также до руководства ФИО1, на основании сделки, заключенной от имени общества «Восток» иным исполнительным органом, полагает виновными в нарушении прав истца участников общества «Орский прицеп». Заявитель считает неправомерным привлечение к субсидиарной ответственности в отсутствие банкротства общества, а также то, что он привлечен к ответственности солидарно, без установления вины каждого ответчика, притом, что в отношении ФИО1 неразумность и недобросовестность его действий, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, не доказаны, его вина не установлена. Как указывает заявитель, апелляционный суд вышел за пределы своих полномочий, так как неправомерно самостоятельно запросил из налогового органа документы в отношении общества и положил их в основу судебного акта, хотя они не были предметом исследования суда первой инстанции.

Общество «СарматАвто» в отзыве по доводам кассационной жалобы возражает, просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, ссылается на то, что ФИО1 не мог не знать о наличии спорной задолженности, однако не предпринял действия для ее погашения и предпочел уволиться, закрыв при этом расчетный счет общества «Орский прицеп», при этом надлежащие доказательства, подтверждающие, в частности, передачу ФИО1 при увольнении документов общества его участникам (акт приема-передачи) в материалах дела отсутствуют. Общество «СарматАвто» также указывает, что апелляционным судом были истребованы сведения по его ходатайствам, в связи с поставленными им еще в суде первой инстанции вопросами.

В Арбитражный суд Уральского округа 06.03.2024 поступил отзыв предпринимателя ФИО3, который судом округа не принимается, так как представлен незаблаговременно (за два рабочих дня до судебного заседания), и к нему, в нарушение абзаца 2 пункта 1 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не приложены доказательства заблаговременного направления или вручения копий отзыва другим лицам, участвующим в деле, при том, что, в частности, отправление в адрес общества «СарматАвто» было подано в отделение почтовой связи только 05.03.2024 и на дату судебного заседания (11.03.2024) еще не было вручено последнему. При этом возвращению на бумажном носителе данный отзыв не подлежит, так как представлен в электронном виде через систему «Мой Арбитр».

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между предпринимателем ФИО3 (покупатель) и обществом «Восток» заключен договор купли-продажи от 08.08.2013 № 11/210, по условиям которого продавец обязался изготовить и передать в собственность покупателя следующий товар: емкость под техническую воду для полуприцепа - цистерны модели 964010 (ППЦ-17.5), агрегатируемого с седельным тягачом типа КАМАЗ-54112, в количестве 3-х единиц по цене 570 000 руб. за одну единицу; общая стоимость согласована сторонами в размере 1 710 000 руб.; срок сдачи товара определен до 05.12.2013 (пункты 1.1, 1.3, 3.3 договора).

Товар, являющийся предметом договора № 11/210, передан предпринимателю ФИО3 и оплачен им продавцу в полном объеме, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

В период эксплуатации предпринимателем ФИО3 выявлено отслоение антикоррозийной защиты на всех трех приобретенных у общества «Восток» емкостях, в связи с чем 06.05.2014 предприниматель ФИО3 направил в адрес общества «Восток» претензию об уменьшении стоимости приобретенного товара, которая получена адресатом 12.05.2014.

На претензию предпринимателя ФИО3, содержащую требование об устранении выявленных недостатков в разумные сроки, общество «Восток» письмом от 22.12.2014 № 31 ответило отказом со ссылкой на то, что такие повреждения являются следствием нарушения правил эксплуатации емкостей.

Изложенные обстоятельства послужили основаниями для обращения предпринимателя ФИО3 04.03.2016 в суд с иском.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 15.08.2017 по делу № А47-1887/2016 с общества «Орский прицеп» в пользу предпринимателя ФИО3 взысканы расходы на устранение недостатков, связанных с покраской цистерн, в размере 510 000 руб., а также 150 000 руб. расходов на оплату услуг представителя; 112 000 руб. иных судебных расходов.

Названный судебный акт вступил в законную силу 18.09.2017, в полном объеме обществом «Орский прицеп» не исполнен.

В отношении общества «Орский прицеп» 12.01.2018 возбуждено исполнительное производство №153/18/56042-ИП, окончено 25.06.2018 в связи с невозможностью взыскания. В ходе исполнительного производства установлено отсутствие у должника какого-либо движимого и недвижимого имущества; действующих счетов в кредитных организациях.

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) общество «Орский прицеп» зарегистрировано 03.12.2012. Учредителями общества «Орский прицеп» с момента создания являются общество «СЭБ» (с долей участия в уставном капитале в размере 90% номинальной стоимостью 9000 руб.) и общество «СарматАвто» (в размере 10% номинальной стоимостью 1000 руб.).

Согласно данным ЕГРЮЛ ФИО1 являлся руководителем общества «Орский прицеп» с 25.03.2016.

04.04.2018 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности адреса общества «Орский прицеп»; 04.02.2019 – запись об исключении общества «Орский прицеп» из ЕГРЮЛ.

07.04.2021 предприниматель ФИО3 направил в адрес обществ «СарматАвто» и «СЭБ» претензии с требованием погасить задолженность, которые оставлены ими без ответа и удовлетворения. 

Ссылаясь на то, что бездействие учредителей и руководителя должника, выразившееся в непринятии мер по погашению задолженности перед истцом в период осуществления деятельности; фактическом прекращении деятельности общества; непринятии мер к исключению из ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений, к прекращению либо отмене процедуры исключения должника из ЕГРЮЛ; непроведении установленной законом процедуры ликвидации и необращении с заявлением о банкротстве предприятия в арбитражный суд, привело к невозможности исполнения обязательств перед предпринимателем ФИО3, полагая, что в результате такого виновного бездействия ему причинены убытки, предприниматель ФИО3 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском о взыскании с обществ «СЭБ» и «СарматАвто», ФИО1 в его пользу убытков на основании статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования, исходил из доказанности материалами дела наличия оснований для привлечения обществ «СЭБ» и «СарматАвто», ФИО1 к ответственности перед предпринимателем ФИО3 солидарно.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции в части и отказывая в удовлетворении требований к обществу «СарматАвто», исходил из того, что оно не являлось контролирующим общество «Орский прицеп» лицом, совершение им действий по целенаправленной, умышленной ликвидации общества, оказание влияния на процедуру исключения должника из ЕГРЮЛ, сокрытие имущества и вывод активов общества не доказаны, в чем заключалась недобросовестность или неразумность его действий, не обосновано, в связи с чем основания для привлечения его к ответственности отсутствуют.

Судебные акты в части привлечения (непривлечения) к ответственности обществ «СЭБ» и «СарматАвто» лицами, участвующими в деле, не обжалуются, судом округа не пересматриваются.

Удовлетворяя иск к ФИО1, суды исходили из следующего.

В пункте 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон о государственной регистрации) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. При наличии одновременно всех указанных признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ. 

Указанный выше порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем 6 месяцев с момента внесения такой записи; и к таким случаям также применяются положения пунктов 2 и 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункты 5, 6 статьи 21.1 Закона о государственной регистрации).

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Данное законоположение направлено, в том числе, на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры; она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда иск кредитора к организации уже удовлетворен судом и включены в исполнительное производство.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности с целью защиты нарушенных прав кредиторов общества и восстановления их имущественного положения. Долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)).

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах, рассматриваемого в системной взаимосвязи с пунктом 3 статьи 53, статьями 53.1, 401 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность (неразумность) действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда иск кредитора к обществу уже удовлетворен судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота.

Само по себе то, что кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из ЕГРЮЛ, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков по пункту 3.1 статьи 3 Закона об обществах, а при обращении в суд с таким иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее общество, объективно затруднено, кредитор, как правило, лишен доступа к документам по хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности общества и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П (далее – постановление № 6-П), если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

Несмотря на то, что дело о банкротстве общества «Орский прицеп» не возбуждалось, приведенная правовая позиция применима и к настоящему делу, поскольку, как указано в постановлении № 6-П, необращение контролирующих лиц в арбитражный суд с заявлением о признании подконтрольного хозяйственного общества банкротом, их нежелание финансировать соответствующие расходы, непринятие ими мер по воспрепятствованию исключения хозяйственного общества из государственного реестра при наличии подтвержденных судебными решениями долгов перед кредиторами свидетельствуют о намеренном пренебрежении контролирующими лицами своими обязанностями. Стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, в том числе, аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.

В рассматриваемом случае недобросовестность поведения предпринимателя ФИО3 в процессе не была установлена. Названное лицо объективно не имело возможности представить документы, объясняющие как причины неисполнения обществом «Орский прицеп» обязательств, принятых по договору купли-продажи, так и мотивы прекращения им хозяйственной деятельности. 

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в материалы дела доказательства, в том числе, истребованные судом апелляционной инстанции, установив, что общество «Орский прицеп» 04.02.2019 исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием в реестре сведений о нем, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, при этом на момент исключения из реестра общество имело долг перед истцом в общем размере 692 000 руб., подтвержденный вступившим 18.09.2017 в законную силу решением суда по делу № А47-1887/2016, на основании которого 12.01.2018 возбуждено исполнительное производство №153/18/56042-ИП, суды признали доказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме, что при изложенных обстоятельствах, при наличии вступившего в законную силу судебного акта о взыскании долга и возбужденных исполнительных производств, ФИО1 знал (не мог не знать) о наличии непогашенных обязательств перед истцом, вместе с тем он не предпринимал никаких действий к их погашению, а доказательства иного, подтверждающие, в частности, что директор предпринимал активные действия, направленные на урегулирование спора с истцом, как в досудебном порядке, так и после вынесения судом решения о взыскании денежных средств, в материалы дела не представлены, разумные пояснения и доводы о таком бездействии руководителя ФИО1 не приведены.

Кроме того, по результатам исследования и оценки всех доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что исключение общества «Орский прицеп» 04.02.2019 произошло вследствие фактического прекращения деятельности обществом, в отношении которого в течение более чем 6 месяцев в ЕГРЮЛ содержались сведения, в отношении которых внесена запись об их недостоверности (от 04.04.2018), притом, что материалами дела также подтверждается наличие в отношении общества «Орский прицеп» исполнительных производств на сумму более 400 000 руб., а также отсутствие в 2017 году движения денежных средств по расчетному счету общества, при этом учитывая, что согласно сведениям бухгалтерской отчетности за 2015, 2016 годы у общества «Орский прицеп» имелись активы в достаточном размере для погашения задолженности перед истцом, что руководителем не оспорено, доказательства иного в материалы дела не представлены, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела того, что общество «Орский прицеп» имело возможность оплатить образовавшуюся задолженность в установленный срок, однако директор ФИО1 как должностное лицо общества не только не принял мер по погашению задолженности, но и не обеспечил дальнейшее осуществление деятельности обществом «Орский прицеп», достоверность сведений, внесенных в отношении общества в ЕГРЮЛ, не принял мер к прекращению (отмене) процедуры исключения общества «Орский прицеп» из ЕГРЮЛ, не заявил возражений относительно принятия регистрирующим органом такого решения, что свидетельствует о неразумных или недобросовестных действиях руководителя, неосуществление которым необходимых действий для продолжения деятельности юридического лица либо ее прекращения в предусмотренных законом процедурах, предполагающих возможность погашения долга, может означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами общества.

При этом суды, по результатам исследования и оценки материалов и доказательств по делу, правомерно исходили из того, что ФИО1 являлся в спорный период единоличным исполнительным органом общества «Орский прицеп», ответственным за ведение бухгалтерского и налогового учета общества, обладающим полной и оперативной информацией о хозяйственной деятельности общества, о наличии кредиторской и дебиторской задолженности, и не мог не знать о наличии имущественных обязательств перед предпринимателем ФИО3, в то время как иное не доказано и из материалов дела не следует, то обстоятельство, что на момент заключения договора с предпринимателем ФИО3 руководителем являлось другое лицо, вопреки позиции ответчика, правового значения не имеет, так как с момента его назначения директор действует от имени общества без доверенности, обеспечивает деятельность общества, в том числе заключает сделки и осуществляет платежи, к нему переходят полномочия по распоряжению денежными средствами предприятия, а также возникает ответственность за ведение бухгалтерского учета, за сохранность документов общества, то есть вновь назначенный руководитель фактически является правопреемником предыдущего, поскольку все обязательства, в том числе долговые, сохраняются за обществом, причем в данном случае требование предпринимателя ФИО3 к обществу «Орский прицеп» рассматривалось в суде в период, когда ответчик уже являлся руководителем должника, притом, что ссылки ФИО1 на то, что с 06.10.2017 его полномочия как руководителя общества прекращены, и с указанного момента он, передав документы участникам общества «Орский прицеп», больше не имел ним доступа и не имел полномочий по исполнению судебного акта о взыскании денежных средств, опровергаются материалами дела и не подтверждены надлежащими и достаточными доказательствам, свидетельствующими о фактическом прекращении полномочий ФИО1 и передаче им документации общества учредителям.

Более того, из материалов дела усматривается, что истец в обоснование недобросовестного поведения ФИО1 ссылался на то, что схожие обстоятельства прекращения деятельности общества регистрирующим органом, минуя процедуру ликвидации, имели место также в отношении иных обществ, где ФИО1 являлся руководителем/учредителем, и которые исключены из ЕГРЮЛ как недействующие юридические лица либо юридические лица, в отношении которых в ЕГРЮЛ содержатся недостоверные сведения (общества с ограниченной ответственностью «Кооперация», «Прорыв», «Труженик», «Консалт»).

Учитывая все вышеизложенные установленные судами обстоятельства, по результатам исследования и оценки всех материалов дела и представленных доказательств, установив, что действия (бездействие) ФИО1, выразившиеся в непогашении долга перед истцом, фактическом прекращении осуществления обществом «Орский прицеп» финансово-хозяйственной деятельности и необращении к предусмотренным законом процедурам прекращения юридического лица (ликвидация и банкротство) привели к невозможности исполнения обязательств перед истцом на сумму 692 000 руб., исходя из наличия при таких обстоятельствах причинно-следственной связи между убытками истца и противоправными действиями (бездействием) ответчика ФИО1, в отсутствие в материалах дела доказательств обратного, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для взыскания в пользу предпринимателя ФИО3 денежных средств в возмещение причиненного вреда, в том числе, с ответчика ФИО1

Таким образом, удовлетворяя иск к ФИО1, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела заявленных требований в данной части, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами в обжалуемой части правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Ссылка кассатора в жалобе на допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм процессуального права в связи с истребованием доказательств по своей инициативе отклоняется как противоречащая материалам дела. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце пятом пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», мотивированное принятие дополнительных доказательств арбитражным судом апелляционной инстанции в случае, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными, а также, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, не может служить основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции; в то же время немотивированное принятие или непринятие арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Кодекса, может в силу части 3 статьи 288 Кодекса являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.

В данном случае принятие апелляционным судом дополнительных доказательств, истребованных по ходатайству ответчика общества «СарматАвто», способствовало всестороннему и объективному исследованию обстоятельств спора, имеющих значение для его разрешения, и привело к принятию законного и обоснованного судебного акта.

Иные доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами в обжалуемой части норм права и сводятся лишь к переоценке доказательств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что в обжалуемой части все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа в пределах доводов кассационной жалобы ответчика ФИО1 не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит, обжалуемое постановление апелляционного суда следует оставить без изменения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного судаот 07.11.2023 по делу № А47-7240/2021 Арбитражного суда Оренбургской области оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                               Д.Н. Морозов 

 

Судьи                                                                                            Н.А. Артемьева 

 

                                                                                                      О.Г. Кочетова