АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

08 февраля 2022 года

Дело №

А56-7609/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Каменева А.Л., ФИО1,

при участии представителей ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 01.03.2019), ПАО «Сбербанк России» - ФИО4 (доверенность от 13.02.2020), финансового управляющего ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 12.04.2021),

рассмотрев 26.01.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО5 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.06.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2021 по делу № А56-7609/2019/сд.1, 

 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.11.2019 индивидуальный предприниматель ФИО2 (дата рождения – 19.02.1966, место рождения – Ленинград, ИНН 

<

***>, ОГРН ИП 307784727500402, адрес: 198504,  Санкт-Петербург, 

<

...>) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

 Решением от 19.03.2020 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5

 В рамках дела о банкротстве 01.09.2020 финансовый управляющий обратился с заявлением о признании недействительным договора дарения квартиры от 08.07.2014, заключенного 08.07.2014 между должником и ФИО7 с согласия ФИО8, применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника спорного имущества.

 В обоснование заявления финансовый управляющий ссылался на положения статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

 К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, суд привлек ФИО8

Определением суда от 26.06.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2021, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе (с учетом представленных дополнений) финансовый управляющий просиk указанные судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, которым заявление удовлетворить в полном объеме, ссылаясь на то, что должник, совершая сделку, действовал намеренно с целью причинения ущерба имущественным правам кредиторов (в том числе с целью вывода ликвидных активов, на которые могло быть обращено взыскание). Финансовый управляющий указывая, что на момент совершения спорной сделки у должника имелись неисполненные обязательства по многочисленным договорам займа, им также были приняты дополнительные обязательства по договору поручительства от 11.01.2013 №1300-0060/111 с ОАО «АКБ «Инвестбанк» по обязательствам ООО «РИФ».

При этом финансовый управляющий считает, что наличие либо отсутствие у должника на момент заключения спорного договора признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества не имеет правового значения для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ.

По мнению подателя жалобы, судом не дана оценка доводу финансового управляющего и конкурсного кредитора ПАО «Сбербанк» об отсутствии в материалах дела доказательств, подтверждающих целесообразность заключения договора дарения. При этом податель жалобы считает, что о недобросовестности сторон и злоупотреблении правом с их стороны свидетельствует также тот факт, что наряду с оспариваемой сделкой между должником и его детьми были заключены иные договоры по отчуждению всего ликвидного имущества должника (обособленные споры А56-7609/2019/сд.2, А56-7609/2019/сд.3,          А56-7609/2019/сд.4).

В отзыве на кассационную жалобу ФИО7, выражая согласие с обжалуемыми судебными актами, просит оставить их без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, указывая на пропуск срока исковой давности и отсутствие нарушения прав кредиторов, полагает, что на спорную квартиру распространяется исполнительский иммунитет собственника – ФИО7, а в случае возврата квартиры в конкурсную массу она будет защищена исполнительским иммунитетом как единственное жилое помещение, пригодное для постоянного проживания  должника.

ПАО «Сбербанк России» в отзыве на кассационную жалобу поддержало приведенные в ней доводы, просило отменить обжалуемые судебные акты, обращая внимание на то, что у должника на момент совершения сделки дарения имелись признаки ухудшения финансовой состоятельности, полагая, что Банк был введен в заблуждение должником относительно своей финансовой состоятельности при заключении соглашения о замене залога.

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.01.2022 в судебном заседании объявлен перерыв до 26.01.2022. 

После перерыва 26.01.2022 судебное заседание продолжено в том же составе.

Должник в письменных объяснениях, представленных к судебному заседанию 26.01.2022, поддержал приведенную ранее позицию об отсутствии у него на дату совершения сделки признаков неплатежеспособности, так как по состоянию на 01.06.2014 имел в наличии активы на общую сумму                   55 258 394 руб., которые сохранены к дате признания должника банкротом; обороты по счету должника за период с 01.01.2013 по 01.08.2014 составляли 208 633 844,75 руб., тогда как просроченные обязательства по состоянию на 08.07.2014 отсутствовали.

ПАО «Сбербанк России» в письменных объяснениях поддержал ранее изложенную позицию об удовлетворении кассационной жалобы финансового управляющего.

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержал доводы кассационной жалобы в полном объеме. Представитель ПАО «Сбербанк России» поддержал позицию финансового управляющего. Представитель должника возражал против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, с учетом письменных объяснений.

До объявленного в судебном заседании перерыва представитель ФИО7 и ФИО8 – ФИО9 также возражала против отмены обжалуемых судебных актов. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО2 с 02.10.2007 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя.

Между ФИО2 и ОАО «Сбербанк России» 22.04.2013 был заключен договор ипотеки № 2006-1-102713-И, согласно которому ФИО2 передал ОАО «Сбербанк России» в залог квартиру в счет обеспечения исполнения обязательств ИП ФИО2, возникших на основании договора                   № 2006-1-102713 об открытии невозобновляемой кредитной линии от 17.04.2013 и дополнительного соглашения от 22.04.2013 № 1 к нему.

Право собственности должника на предмет залога – квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, 5-й Предпортовый 

<

...>, общей площадью 102,7 кв. м, 4 этаж, зарегистрировано 29.06.2011 на основании договора долевого участия от 31.03.2005 № 1098-Д-5ПП/2, соглашения о замене стороны от 09.12.2009, акта приема-передачи от 11.04.2011.

Ипотека на объект недвижимости прекращена 16.06.2014, о чем регистратором внесена запись на основании совместного заявления          ФИО2 и ОАО «Сбербанк России» от 10.06.2014.

В дальнейшем 08.07.2014 между ФИО2 (дарителем) и несовершеннолетней дочерью ФИО7 (одаряемой) с согласия матери ФИО8 в отношении указанной квартиры заключен договор дарения, согласно условиям которого отец подарил дочери, а последняя приняла в дар в частную собственность спорную квартиру.

Договор зарегистрирован в Росреестре 29.07.2014.

Определением от 18.02.2019 в отношении ФИО2 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Полагая, что оспариваемая сделка по отчуждению недвижимого имущества является недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ, как совершенная при злоупотреблении правом, в ущерб интересам кредиторов, финансовый управляющий обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Суд первой инстанции установил, что на момент заключения договора ФИО2 состоял в браке с ФИО8, одаряемая – ФИО7 являлась несовершеннолетней дочерью ФИО2 и ФИО8,  поэтому все участники сделки являются заинтересованными лицами.

Суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, установив, что дарение спорного имущества обусловлено исключительно семейными обстоятельствами, а не намерением должника вывести ликвидное имущество с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов, при этом поведение должника не вышло за пределы реализации гражданских прав, личных взаимоотношений членов семьи, учитывая, что спорная квартира до настоящего времени находится в личной собственности ответчика, которая несет бремя ее содержания и проживает в ней, отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего, не усмотрев признаков злоупотребления правом в действиях сторон при заключении договора дарения.

Суды указали, что сам факт заинтересованности сторон договора не может служить основанием для признания его недействительным, свидетельствовать о наличии сговора и противоправных целях его заключения.

Также суды, оценив довод финансового управляющего о совершении сделки при наличии у должника признаков неплатежеспособности, посчитали недоказанными наличие у него признаков объективного банкротства, неплатежеспособности и недостаточности имущества на дату совершения сделки, поскольку должник производил оплату как по договорам займа с физическими лицами, так и по кредитным договора, обязательства по которым были обеспечены залогом принадлежащего ему имущества.

Судами также учтены выводы финансового управляющего, изложенные им в анализе финансового состояния должника, согласно которым по состоянию на отчетную дату в 2014 – 2015 г.г. наиболее ликвидных и быстро реализуемых активов у должника было на сумму 118 964 000 руб., срочные пассивы составляли 51 198 000,40 руб.

В этой связи суды пришли к выводу о недоказанности  злоупотребления правом при совершении сторонами сделки.

 Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе и в отзывах на нее, выслушав объяснения явившихся лиц, суд округа считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене в силу следующих обстоятельств.

 В пункте 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X «Банкротство граждан», регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного закона.

 По правилам пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном законе.

Абзац второй пункта 7 статьи 213.9, пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве позволяют финансовому управляющему, конкурсному кредитору или уполномоченному органу оспорить сделки должника, устанавливают основания и порядок оспаривания.

В абзаце 4 пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

 В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве, могут быть признаны недействительными сделки совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам. 

 Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 ГК РФ отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора купли-продажи может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

При этом наличие либо отсутствие у должника на момент заключения спорного договора признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества не имеет правового значения для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным в статье 10 ГК РФ.

С целью квалификации сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, устанавливаются обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении оспариваемой сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении № 32, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение    для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств.

        Не установив злоупотребления правом со стороны ФИО2,          суды оставили без внимания обстоятельства, на которые указывал   финансовый управляющий, как на подтверждающие недобросовестность поведения обеих сторон совершенной сделки, а именно: на момент совершения сделки у должника имелись непогашенные обязательства перед кредиторами в значительном объеме; должник совершал и иные сделки по отчуждению имущества с целью вывода активов, притом в один день должником в         пользу одних и тех же лиц были совершены три сделки на аналогичных условиях, в результате чего из его собственности выбыло все ликвидное имущество, на которое могло быть обращено взыскание; даритель и одаряемый являются близкими родственниками; спорная квартира не являлась единственным пригодным для постоянного проживания должника и членов его семьи помещением; на момент совершения сделки ФИО8, выступающая как законный представитель ФИО7, также являлась поручителем по обязательствам ООО «РИФ», поэтому не могла не знать о неисполненных денежных обязательствах супруга, соответственно, о цели вывода имущества из его собственности. Более того, в дальнейшем     ФИО8 также находилась в процедуре банкротства, где одним из кредиторов выступал ОАО «АКБ «Инвестбанк». 

Согласно материалам дела на момент совершения спорной сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед:

- ФИО10 по договору займа 02.10.2012 на сумму 3 000 000 руб., срок возврата займа - 01.10.2013, по договору займа от 01.03.2014 на сумму 1 500 000 руб.;

- ФИО11 по договору займа 22.04.2013 на сумму 10 744 000 руб., срок возврата займа - 22.04.2014; неиполнение обязанности по возврату денежных средств подтверждается решением Красносельского районного суда от 14.09.2016 по делу №2-2015/2016;

- ФНС по налогу на имущество и транспортному налогу за 2014 год;

- ЗАО «Кала-Ранта» по договору поставки от 10.02.2014 № 07-к/14 в размере 1 591 399,50 руб.;

- ООО «Гарпун» по договору поставки от 19.04.2013 №19/04/1 в размере  16 404 936,64 руб.;

- ООО «Компания Ленрыба» по договору поставки от 01.11.2013 № 51 в размере 1 826 962,47 руб.;

- ПАО «Сбербанк России» по кредитным договорам  от 10.02.2012              № 2006-1-100612, от 01.03.2013 № 2006-1-101413,  от 11.03.2013                                  № 2006-1-101313, договор от 17.04.2013 № 2006-1-102713 в размере                        3 511 195,64 руб.

Из числа указанных требований в рамках дела о банкротстве должника в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования ПАО «Сбербанк России», в том числе на основании кредитного договора от 2012 года, тогда как требования ФИО11 и ФИО10 учтены по правилам пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве в составе «опоздавших» требований.

При этом заслуживают внимания доводы ПАО «Сбербанк России» о том, что уже в следующем месяце после замены залога была совершена спорная сделка, а задолженность по кредитным договорам от 10.02.2012                                      № 2006-1-100612, от 01.03.2013 № 2006-1-101413, от 11.03.2013                         № 2006-1-101313, от  17.04.2013 № 2006-1-102713 перестала исполняться.

Кроме того, должником были приняты на себя дополнительные обязательства на основании договора поручительства от 11.01.2013                  № 1300-0060/111 с ОАО «АКБ «Инвестбанк», по условиям которого должник поручился по обязательствам ООО «РИФ».

Как установлено судом кассационной инстанции на основании расчета требования ОАО «АКБ «Инвестбанк», представленного при рассмотрении обоснованности его требования в суде первой инстанции, ООО «РИФ» начал допускать просрочку исполнения обязательств перед указанным банком с 16.12.2013 и основной должник полностью перестал исполнять обязательства по кредитному договору перед данным кредитором с 18.02.2014, тогда как оспариваемый договор заключен 08.07.2014.

Всего в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму 28 631 879,66 руб., в том числе требования ОАО «АКБ «Инвестбанк» в размере 14 115 693,53 руб., а еще 28 484 257,35 руб. учтены за реестром в качестве «опоздавших» требований.

При этом следует отметить, что выступая поручителем за ООО «РИФ», должник одновременно являлся в нем учредителем и директором.

В силу пункта 1 статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

Согласно статье 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.11.2015 № 89-КГ15-13 обязательства по договору поручительства возникают с момента подписания такого договора. Тем самым, заключая договор поручительства, поручитель должен осознавать возможность предъявления в любой момент к нему требования об исполнении солидарной обязанности.

Приобретателем по спорному договору дарения являлась дочь должника ФИО7 в лице законного представителя – своей матери, данные лица являются заинтересованными в соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве.

Предполагается, что другая сторона знала о противоправных целях сделки, если она признана заинтересованным лицом.

 При этом ответчиками не раскрыты разумные экономические мотивы и цели совершения спорной сделки по отчуждению должником квартиры столь значительной площадью (102,7 кв. м) в пользу несовершеннолетней дочери при отсутствии у нее доходов на содержание дорогостоящего имущества.

Вывод судов первой и апелляционной инстанций о совершении обычной внутрисемейной сделки ошибочен. С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника или свойственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

Доводы должника о наличии на момент совершения сделки достаточных активов для погашения обязательств, включая спорную квартиру, а также иное принадлежащее должнику имущество, в том числе на праве общей совместной собственности с супругой, подлежали проверке с учетом тех обстоятельств, что кредиты привлекались в целях предпринимательской деятельности, соответственно исполнение по ним должно было обеспечиваться результатами такой деятельности.

Вместе с тем из материалов дела следует, что имело место перекредитование, которое не приводило к реальному погашению долгов перед кредиторами.

 Таким образом, выводы судов, сделанные при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, не могут быть признаны обоснованными.

 По правилам статьи 287 АПК РФ арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

 При таких условиях в связи с неполным выяснением существенных для дела обстоятельств и несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.06.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2021 на основании части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене, а спор - передаче на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 кодекса.

При новом рассмотрении спора суду необходимо полно и всесторонне исследовать обстоятельства, относящиеся к предмету доказывания, и доводы участвующих в деле лиц, дать им надлежащую правовую оценку, проанализировать договор дарения на предмет наличия признаков его недействительности (ничтожности) ввиду злоупотребления сторонами правом в объеме и по правилам доказывания, предусмотренным в статье 10 ГК РФ, и принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.06.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2021 по делу № А56-7609/2019/сд.1 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

 

Председательствующий

Е.В. Зарочинцева

Судьи

 

А.Л. Каменев

ФИО1