ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-17074/2023

город Ростов-на-Дону

30 мая 2024 года

15АП-3687/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 30 мая 2024 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Деминой Я.А., Долговой М.Ю.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

в отсутствие представителей лиц участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.02.2024 по делу № А32-17074/2023 по заявлению ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее также – должник) в арбитражный суд поступило заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 835000 руб., из которых 760000 руб. основного долга, 75000 руб. просроченных процентов, как обеспеченных залогом. Также кредитором заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу заявления о включении в реестр требований кредиторов должника. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.02.2024 восстановлен срок для подачи заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника. Требование ФИО3 в размере 835000 руб. задолженности включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2, как обеспеченные залогом имущества должника. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обжаловала определение суда первой инстанции от 08.02.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила обжалуемый судебный акт отменить. 

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что должником в адрес кредитора было направлено заявление о признании банкротом. Как указывает податель апелляционной жалобы, кредитором пропущен срок на включение в реестр требований кредиторов. 

В связи с нахождением судьи Димитриева М.А. в очередном трудовом отпуске определением и.о. председателя Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2024 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Димитриева М.А. на судью Долгову М.Ю.

В соответствии с частью 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы произведено с самого начала.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании суд апелляционной инстанции огласил, что во исполнение определения суда от 24.04.2024 об истребовании доказательств от АО "Почта России" поступил ответ.

Суд протокольным определением в порядке части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщил дополнительные доказательства к материалам обособленного спора, как непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям

Как следует из материалов дела, ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании ее несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.04.2023 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.06.2023 ФИО2 признана банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО4, из числа членов Ассоциации арбитражных управляющих "Паритет".

Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете "Коммерсантъ" от 10.06.2023  № 103 (7548).

20 октября 2023 года в арбитражный суд посредством сервиса электронной подачи документов "Мой Арбитр" поступило рассматриваемое заявление ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве, заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных названным Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено законом.

По результатам рассмотрения указанных заявлений, ходатайств и жалоб арбитражным судом выносится определение.

Пунктом 1 статьи 4 Закона о банкротстве установлено, что состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей определяются на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом.

В соответствии с абзацем 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами признаются кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию (абзац четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

В силу положений пункта 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве в реестре требований кредиторов гражданина-должника также могут быть учтены требования о привлечении гражданина как контролирующего лица к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве, в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Федерального закона.

Пункт 1 статьи 100 Закона о банкротстве позволяет кредиторам предъявить требование к должнику, приложив к нему судебный акт, а при его отсутствии - иные документы, подтверждающие обоснованность требования.

В соответствии с пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Согласно статье 40 Закона о банкротстве кроме документов, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, акты, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда, рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413 по делу N А40-163846/2016, по смыслу пункта 26 постановления N 35 на суде, рассматривающем вопрос о включении требований в реестр, лежит самостоятельная обязанность более тщательной проверки данных требований, в первую очередь, в целях предотвращения "попадания в реестр" недобросовестных кредиторов либо кредиторов с фиктивной задолженностью, что в итоге приводит к негативным последствиям в виде уменьшения процента голосов на собрании и снижению доли удовлетворения независимых добросовестных кредиторов с реальными требованиями.

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально - правовых интересов заявителя.

Реальной целью заявления требования может быть искусственное создание задолженности для последующею необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

При оценке достоверности факта наличия требования надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (определение Верховного суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060 по делу N А32-16155/2011).

Таким образом, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197, от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992(3).

Бремя опровержения сомнений лежит на кредиторе. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Для уравнивания кредиторов в правах суд в силу пункта 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Суд должен проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Указанная правовая позиция относительно распределения бремени доказывания изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2017 N 305- ЭС17-14948 по делу N А40-148669/2016, от 29.10.2018 N 308-ЭС18-9470 по делу N А3242517/2015.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

В обоснование заявленных требований кредитором указано, что 23 марта 2021 года ФИО2 заключила с ФИО3 договор займа № 1, согласно которому ФИО2 были предоставлены денежные средства в размере 223 000 рублей с оплатой 5% ежемесячно за пользование суммой займа. 

Срок возврата суммы займа - 23.03.2022. 

02.08.2021 к договору займа было заключено дополнительное соглашение № 1 о предоставлении дополнительных денежных средств к договору займа, согласно которому ФИО3 предоставил ФИО2 дополнительный займ в размере 127 000 руб. на тех же условиях. 

Договор займа заключен на следующих условиях: 

размер займа - 350 000 рублей; 

срок займа - до 23.03.2022; 

проценты за пользование займом -5,0 % за каждый месяц; 

неустойка в размере 1% от суммы займа и просроченных процентов за каждый день просрочки; 

обеспечение исполнения обязательств - договор залога недвижимого имущества, заключенный между ФИО2 и ФИО3 по которому предметом залога является: квартира, жилое помещение, площадь: 12,5 кв.м., кадастровый номер 23:47:0205010:481, адрес (местоположение): 

<

...>. 

В обеспечение обязательств по договору займа № 1, между истцом и ответчиками был заключен договор залога недвижимого имущества от 23.03.2021, прошедший государственную регистрацию, в соответствии с которым у истца возникло право залога на предметы залога. 

Указанные выше обязательства заемщик исполнял ненадлежащим образом, допуская неоднократные просрочки оплаты ежемесячных платежей, в связи с чем, ФИО3 потребовал от заемщика погашения задолженности.

В связи с отсутствием платежей по договору займа, ФИО3 обратился в Ленинский районный суд г.Краснодара с исковым заявлением о взыскании задолженности и обращении взыскания на предмет залога - квартиру.

Определением Ленинского районного суда г. Краснодара от 09.02.2023 по делу № 2-932/2023 утверждено мировое соглашение, согласно которому ФИО2 обязуется оплатить ФИО3 760 000 руб. и проценты за пользование суммой займа в размере 25 000 руб. ежемесячно, начиная с 30.03.2023.

По условиям мирового соглашения, в случае несвоевременной передачи или перечисления суммы или отказа от передачи или перечисления денег на расчетный счет истца, истец вправе обратиться в Ленинский районный суд г.Краснодара с заявлением о выдаче ему исполнительного листа о взыскании с ответчика суммы задолженности в размере 760 000 рублей и обращении взыскания на предмет залога - квартиру, жилое помещение, площадь: 12,5 кв.м., кадастровый номер 23:47:0205010:481, адрес (местоположение): 

<

...>, с установленной начальной продажной стоимостью в размере 1200 000 (один миллион двести тысяч) рублей. Способ реализации имущества - с публичных торгов.

Должник после утверждения мирового соглашения не произвел ни одного платежа.

Согласно пункту 5.1. договора займа от 23.03.2021 договор действует до полного исполнения сторонами своих обязательств по нему.

Как указал кредитор, учитывая, что ФИО2 не исполняла условия договора по оплате ежемесячных процентов и после утверждения мирового соглашения, она должна оплатить проценты за пользование суммой займа за период с 10.02.2023 по 31.05.2023 (3 месяца) в размере 75000 рублей (25000 руб. х 3 мес). 

Таким образом, сумма задолженности ФИО2 по основному долгу составляет 760 000 руб., по процентам за пользование суммой займа - 75000 руб.

Исполнение заемщиком своих обязательств по договору займа от 23.03.2021 было обеспечено договором залога недвижимого имущества от 23 марта 2023 года, в соответствии с которым в обеспечение обязательств заемщика по договору займа залогодатель в силу договора передает в залог ФИО3 следующее имущество:

квартира, жилое помещение, площадь: 12,5 кв.м., кадастровый номер 23:47:0205010:481, адрес (местоположение): 

<

...>. 

В материалы дела приобщена копия исполнительного листа на принудительное исполнение мирового соглашения.

Поскольку доказательств исполнения обязательства в заявленном размере в материалы дела не представлено, задолженность подтверждена вступившим в силу судебным актом, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований кредитора в указанной части.

В силу части 2 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Исполнимость судебных актов, принимаемых судами общей юрисдикции и арбитражными судами, обеспечивается их обязательностью на всей территории Российской Федерации для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан, что прямо предусмотрено соответствующими положениями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (статья 13) и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (статья 16). В свою очередь, непременным условием обеспечения обязательности судебных актов является отсутствие между ними коллизий и иных неустранимых противоречий.

Исходя из смысла статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, преюдиция - это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами. Преюдиция распространяется на установление судом тех или иных обстоятельств, содержащихся в судебном акте, вступившем в законную силу, если последние имеют правовое значение и сами по себе могут рассматриваться как факт, входивший в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011 N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Свойством преюдиции обладают обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения (приговора), когда эти обстоятельства имеют юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее.

Преюдициальным является обстоятельство, имеющее значение для правильного рассмотрения дела, установленное судом и изложенное во вступившем в законную силу судебном акте по ранее рассмотренному делу между теми же сторонами.

Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение. Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменен в порядке, установленном законом.

По смыслу пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве наличие вступившего в законную силу решения суда исключает возможность рассмотрения разногласий по требованиям о включении в реестр требований кредиторов в части их состава и размера. Иной подход недопустим, поскольку он допускает существование двух противоречащих друг другу судебных актов, что не соответствует положениям статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, вследствие чего законодатель установил, что требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменении) судебного акта в порядке пересмотра либо при условии исполнения судебного акта должником.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2015 N 308-ЭС15-93062 отмечено, что по смыслу пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве наличие вступившего в законную силу решения суда исключает возможность рассмотрения разногласий по требованиям о включении в реестр требований кредиторов в части их состава и размера.

Судебная коллегия отметила, что иной подход недопустим, поскольку он допускает существование двух противоречащих друг другу судебных актов, что не соответствует положениям статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Аналогичный подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 304-ЭС15-19372 по делу N А03-12377/2014.

Тем самым, преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Как указано в Определении Конституционного суда Российской Федерации от 06.10.2021 N 2126-О, действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 N 30-П, в данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами; признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела; тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности; наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели; введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.

В пункте 3.1 Определения Конституционного суда Российской Федерации от 06.10.2021 N 2126-О указано, что в соответствии со статьей 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер (пункт 6); разногласия, возникающие между конкурсными кредиторами, уполномоченными органами и арбитражным управляющим, о составе, о размере и об очередности удовлетворения требований кредиторов по денежным обязательствам или об уплате обязательных платежей рассматриваются арбитражным судом в порядке, предусмотренном названным Федеральным законом; разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром (пункт 10).

При этом правоприменительная практика в отношении приведенных законоположений свидетельствует о том, что наличие вступившего в законную силу решения суда исключает возможность рассмотрения разногласий по требованиям о включении в реестр требований кредиторов в части их состава и размера (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2015 N 308-ЭС15-93062).

Применительно к рассматриваемому случаю, как отмечено выше, требование кредитора основано на вступившем в силу решении суда.

Обращаясь с настоящим заявлением, кредитор просил суд о включении требований, возникших на основании договоров кредитования, как обеспеченных залоговым имуществом должника.

Согласно пункту 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

Если иное не предусмотрено договором, залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в частности, проценты, неустойку, возмещение убытков, причиненных просрочкой исполнения, а также возмещение необходимых расходов залогодержателя на содержание заложенной вещи и расходов по взысканию (статьи 337 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями (статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должник, финансовый управляющий, иные лица участвующие по делу о несостоятельности (банкротстве) не представили суду допустимых и достоверных доказательств того, что заявленный кредитором размер требований является необоснованным или имело место удовлетворение требований кредитора должником или иным лицом.

При подаче заявления кредитором было заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока на включение в реестр требований кредиторов должника.

Как указывает податель апелляционной жалобы, кредитором пропущен двухмесячный срок на включение в реестр требований кредиторов.

В пунктах 24 и 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" разъяснено, по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом по ходатайству конкурсного кредитора или уполномоченного органа. Вопрос о восстановлении срока разрешается судом в судебном заседании одновременно с рассмотрением вопроса об обоснованности предъявленного требования. Отказ в восстановлении срока может быть обжалован по правилам пункта 3 статьи 61 Закона о банкротстве. Требования, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, срок предъявления которых не был восстановлен судом, удовлетворяются по правилам пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

При исчислении предусмотренного пунктом 2 статьи 213.8 и пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве срока для заявления требований в деле о банкротстве гражданина следует учитывать, что по смыслу статьи 213.7 Закона информация о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов, а также о признании гражданина банкротом и введении реализации его имущества доводится до всеобщего сведения путем ее включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и публикации в официальном печатном издании в порядке, предусмотренном статьей 28 Закона о банкротстве. При определении начала течения срока на предъявление требования в деле о банкротстве гражданина следует руководствоваться датой более позднего публичного извещения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.06.2023 ФИО2 признана банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО4, из числа членов Ассоциации арбитражных управляющих "Паритет".

Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете "Коммерсантъ" от 10.06.2023 № 103 (7548).

Таким образом, реестр требований кредиторов закрыт 10.08.2023.

С рассматриваемым заявлением кредитор обратился 20.10.2023, то есть после закрытия реестра требований.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 N 59 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "Об исполнительном производстве", особый порядок предъявления требований распространения на кредиторов, являвшихся взыскателями по исполнительным производствам, в случаях, когда кредитор не имел возможности по объективным причинам предъявить свои требования в течение двух месяцев с даты опубликования сведений о введении процедуры реализации имущества должника. Срок на предъявление требований такими лицами в деле о банкротстве начинается исчисляться не ранее даты направления им указанного уведомления конкурсным управляющим.

Таким образом, к требованиям кредиторов, на принудительное исполнение которых, выдан исполнительный лист, предусмотрен особый порядок исчисления срока предъявления требований, который исчисляется с даты направления конкурсным управляющим кредитору уведомления о получении исполнительного документа и необходимости заявления кредитора в рамках дела о банкротстве.

Подобный подход направлен на защиту интересов кредиторов, являвшихся взыскателями по исполнительным производствам, в случаях, когда кредитор не имел возможности по объективным причинам предъявить свои требования в течение двух месяцев с даты опубликования сведений о введении процедуры конкурсного производства.

При этом общее правило о том, что кредитор должен знать о банкротстве должника с даты публикации судебного акта о введении процедуры банкротства в средствах массовой информации, в данном случае применению не подлежит.

После предъявления исполнительного документа к исполнению в службу судебных приставов у кредитора нет необходимости следить за финансовым состоянием должника в связи с тем, что исполнение осуществляется специально уполномоченными на то органами, поэтому наличие публикации о введении процедуры банкротства в отношении должника само по себе не может свидетельствовать об информированности кредитора о необходимости предъявлений требований в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Поскольку конкурсный управляющий обязан действовать и в интересах кредиторов (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), он обязан незамедлительно уведомить лиц, являющихся взыскателями, о получении им соответствующих исполнительных документов и о необходимости заявления кредиторами требований в рамках дела о банкротстве. Срок на предъявление требований такими лицами в деле о банкротстве начинает исчисляться не ранее даты направления им указанного уведомления конкурсным управляющим.

Таким образом, при решении вопроса о порядке исчисления срока на предъявление в деле о банкротстве требования взыскателем по исполнительному листу, подлежащему передаче конкурсному управляющему судебным приставом-исполнителем, суд устанавливает обстоятельства, связанные с направлением конкурсным управляющим такому лицу уведомления о получении исполнительного документа с разъяснением о необходимости заявления требования, основанного на вступившем в законную силу судебном акте, в рамках дела о банкротстве, поскольку дата направления названного уведомления имеет существенное значение для проверки обоснованности требования кредитора и наличия (отсутствия) оснований для его включения в реестр требований кредиторов.

В отсутствие уведомления финансового управляющего срок на предъявление требования не может считаться пропущенным.

Как следует из материалов дела, требование кредитора основано на судебном акте, в связи с неисполнением обязательств по которому выдан исполнительный лист.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.04.2019 N 305-ЭС18-23717 по делу N А40-217490/2015, несмотря на то, что процедура банкротства должника является публичной, сведения о введении любой процедуры банкротства публикуются в электронной и бумажной версиях издания "Коммерсантъ", размещаются в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, а судебные акты арбитражного суда по делам о банкротстве публикуются на общедоступном официальном федеральном информационно-справочном ресурсе "Картотека арбитражных дел", законодатель и судебная практика исходят из того, что взыскатель, поручивший исполнение судебного решения государственной службе, специально созданной для этих целей, имеет разумные ожидания того, что он будет проинформирован путем индивидуального извещения об объективной невозможности продолжения процедуры взыскания, начатой по его заявлению, в связи с банкротством должника. Возложение на подобного взыскателя обязанности по самостоятельному отслеживанию публикаций о судьбе должника является чрезмерным (части 4 и 5 статьи 69.1 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", пункт 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 59 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "Об исполнительном производстве" в случае возбуждения дела о банкротстве").

Таким образом, для правильного определения начала течения срока закрытия реестра требований кредиторов правовое значение имеет не момент опубликования информационного сообщения о введении процедуры, а обстоятельства, связанные с направлением арбитражным управляющим извещения взыскателю, его индивидуальная осведомленность о банкротстве должника и необходимости обращения с требованием в реестр требований кредиторов. Суды должны выяснить и оценить отсутствие или наличие доказательств возврата исполнительного документа взыскателю или поступления исполнительного документа в адрес должника от службы судебных приставов; уведомления взыскателя о передаче исполнительных документов арбитражному управляющему и информирования последним взыскателя о порядке обращения с соответствующим требованием к должнику.

Данная правовая позиция была приведена в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017.

Как указано кредитором, ему выдан исполнительный лист серии ФС N 035809611 от 09.02.2023.

ФИО3 узнал о банкротстве ФИО2 18.10.2023 из базы ФССП России.

Как указал кредитор, ФИО2, а также финансовый управляющий не сообщили о введении процедуры в отношении должника, в связи с чем, срок был пропущен.

Возражая против заявленных требований, финансовый управляющий указал, что в адрес кредитора направлено уведомление о введении процедуры реализации имущества (№ 80111686916779).

Как указывает кредитор, в его адрес не поступало извещений от финансового управляющего.

Согласно почтовому идентификатору № 80111686916779, уведомление, направленное финансовым управляющим в адрес кредитора, получателем указан "ФИО5." вместо "ФИО3".

Кроме того, согласно почтовому идентификатору № 80111686916779, финансовый управляющий направил почтовое отправление только лишь 04.08.2023, в то время как реестр закрыт 10.08.2023. 

При этом, в соответствии с отчетом об отслеживании отправления с почтовым идентификатором № 80111686916779, отправление возращено отправителю из-за истечения срока хранения. 

В обоснование ходатайства о восстановлении пропущенного срока на включение в реестр требований кредиторов должника, кредитор также ссылается на то, что должник не извещал кредитора о введении процедуры (в материалах дела имеется квитанция об извещении должником ФИО5, а не ФИО3). 

С целью установления обстоятельств, имеющих значение для дела, суд апелляционной инстанции в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истребовал из Управления Федеральной почтовой связи Краснодарского края - филиал ФГУП "Почта России" сведения о движении почтового отправления № 34790076329170 (о повторном извещении, причине невручения, причине возврата писем), извещение ф. 22. Представить сведения о получателе, указать ФИО.

Во исполнение определения от АО "Почта России" поступили сведения, согласно которым, почтовое отправление № 34790076329170 принято к пересылке 03.04.2023 в категории "заказное". Согласно информационной системе АО "Почта России" указанное отправление адресовано ФИО5, ул. Сиреневая, 43, Садовод-2, г.Краснодар, отправитель - ФИО2, ул. Аршинцева, 25-27, г. Новороссийск. Копией оболочки для установления фактических адресов, указанных отправителем, АО "Почта России" не располагает.

Заказное письмо № 34790076329170 поступило 06.04.2024 в отделение почтовой связи (ОПС) Краснодар 350900. По причине отсутствия адресата на момент доставки по адресу 07.04.2024 оставлено извещение, письмо возвращено в ОПС и размещено в картотеку. Невостребованное получателем, возвращено 07.05.2024 по обратному адресу отправителю за истечением установленного срока хранения.

Заказное письмо № 34790076329170, неполученное отправителем, 10.06.2023 направлено на временное хранение в число невостребованных. За истечением установленного срока хранения 08.02.2024 уничтожено в соответствии с установленным порядком.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что материалы дела свидетельствуют о том, что кредитор не был извещен надлежащем образом о процедуре реализации имущества должника.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает позицию, изложенную в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.04.2024 N 304-ЭС23-27229, в соответствии с которым возвращенная в суд почтовая корреспонденция с указанием на истечение срока хранения в отсутствие отметки об извещении адресата о поступлении письма (совершении почтальоном попытки вручения) не может являться доказательством надлежащего извещения лица, участвующего в деле, о времени и месте судебного разбирательства в суде первой инстанции.

В настоящем случае, в обоснование поздней подачи требований, кредитор указал на то, что ни служба судебных приставов, ни впоследствии финансовый управляющий, не уведомили его о начавшейся в отношении должника процедуре банкротства, при том, что пунктом 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве прямо предусмотрена обязанность финансового управляющего уведомлять кредиторов, а также кредитные организации, в которых у гражданина-должника имеются банковский счет и (или) банковский вклад, включая счета по банковским картам, и иных дебиторов должника о введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина не позднее чем в течение пяти рабочих дней со дня, когда финансовый управляющий узнал о наличии кредитора или дебитора.

В рассматриваемом случае, в нарушение вышеуказанной нормы, финансовый управляющий должника ненадлежащим образом уведомлял ФИО3 о начавшейся процедуре банкротства в отношении должника.

Доказательств обратного, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено.

Действительно, само по себе ненаправление финансовым управляющим уведомления о возбуждении в отношении должника процедуры банкротства в адрес кредитора в отсутствие иных обстоятельств, объективно препятствовавших своевременной подаче заявления в суд, не является достаточным основанием для восстановления пропущенного срока.

Между тем, в рассматриваемом случае, суд отмечает, что кредитор ФИО3 является физическим лицом. Он не обладает специальными юридическими познаниями и не является профессиональным хозяйствующим субъектом, участником банкротных или иных юридических правоотношений, как, например, индивидуальные предприниматели, юридические лица, в том числе, государственные органы, кредитные организации и т.д.

Аналогичная позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 01.02.2024 N Ф05-34320/2023 по делу N А40-184934/2022, постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.11.2023 по делу N А53-44711/2020.

Установленные судом фактические обстоятельства неполучения кредитором почтовой корреспонденции не могут быть поставлены в вину кредитору, добросовестно рассчитывающему на информирование об объективной невозможности продолжения процедуры взыскания за счет имущества должника, либо на получение соответствующего уведомления от арбитражного управляющего, для которого указанное является обязанностью в соответствии с Законом о банкротстве.

Правовое значение имеет то обстоятельство, что начальный момент для исчисления двухмесячного срока на закрытие реестра для данного кредитора, в отсутствие доказательств обращения к нему финансового управляющего, начал течь не ранее самого обращения с требованием.

При данных обстоятельствах срок на предъявление кредитором требования о включении в реестр требований кредиторов должника не может считаться пропущенным и кредитор не лишается специальных прав, предоставляемых Законом о банкротстве.

Доводы о том, что в адрес кредитора должником было направлено уведомление, не имеет правового значения, так как согласно пункту 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве уведомление о признании арбитражным судом обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов направляется финансовым управляющим по почте всем известным ему кредиторам гражданина не позднее чем в течение пятнадцати дней с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов. В указанном уведомлении также кредиторам предлагается заявить свои требования в деле о банкротстве гражданина и разъясняется порядок их заявления.

Финансовый управляющий обязан уведомлять кредиторов, а также кредитные организации, в которых у гражданина-должника имеются банковский счет и (или) банковский вклад, включая счета по банковским картам, и иных дебиторов должника о введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина не позднее чем в течение пяти рабочих дней со дня, когда финансовый управляющий узнал о наличии кредитора или дебитора (пункт 8 статьи 213.9 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

Таким образом, на финансовом управляющем лежала установленная законом обязанность по направлению соответствующего уведомления ФИО3

Таким образом, суд первой инстанции обосновано включил требования ФИО3 в третью очередь реестра требований кредиторов должника, оснований для переоценки указанных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают приведенные выводы суда первой инстанции, направлены на переоценку обстоятельств дела, установленных судом, не подтверждают существенных нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права. Суд апелляционной инстанции правовых оснований для переоценки указанных выше выводов суда первой инстанции не находит.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется. Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм права.

С учетом изложенного, основания для отмены обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.02.2024 по делу № А32-17074/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                         Г.А. Сурмалян

Судьи                                                                                                                       Я.А. Демина

                                                                                                                                  М.Ю. Долгова