СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-12887/2023(3)-АК

Дело № А50-27367/2020

14 февраля 2024 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  14 февраля 2024 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей    Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

при участии:

от заявителя жалобы, конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО3, доверенность от 17.03.2023, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Кадочникова Максима Николаевича

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 11 декабря 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2

вынесенное в рамках дела № А50-27367/2020 

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Уралстроймаш» (ОГРН 

<

***> , ИНН 

<

***>),

третьи лица: ФИО4, ФИО5, ФИО6,

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 19.07.2021 ООО «Уралстроймаш» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего до его утверждения возложено на ФИО2.

Сведения о признании должника банкротом и введении в отношении него процедуры конкурсного производства были опубликованы в газете «Коммерсантъ» 31.07.2021 (выпуск № 134), а также включены в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве 22.07.2021.

Определением суда от 22.09.2021 конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

06.02.2023 конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства Тойота Ленд Круизер Прадо 2016 г.в., VIN: 

<

***> от 31.08.2017, заключенный между должником ООО «УралСтройМаш» и ФИО7 (ответчик), а также последующее отчуждение ФИО7 транспортного средства в пользу ФИО6; применении последствий недействительности сделки в виде возврата спорного автомобиля в конкурсную массу должника.

Также заявлены ходатайства об истребовании: в РЭО ГИБДД УМВД России по г. Перми регистрационного дела с приложением договоров купли продажи в отношении транспортного средства Тойота Ленд Крузер Прадо 2016 г.в. за период с 2016 г. по настоящее время; в РСА – сведений о наличии полисов страхования (в том числе ОСАГО) в отношении автомобиля за период с 2016 г. по настоящее время; в ЗАГС города Березники – копии свидетельства о рождении ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Определением от 10.02.2023 заявление конкурсного управляющего по оспариванию сделок принято к производству суда, истребованы запрашиваемые документы и сведения. 

К участию в споре в качестве третьих лиц привлечены ФИО4, ФИО5. 

Ответчиком ФИО7 представлены в материалы дела копии договора купли-продажи транспортного средства (автомобиля) от 01.10.2020, соглашения от 26.08.2016, договора купли-продажи транспортного средства от 19.08.2016, агентского договора №ПУх000449 от 26.08.2016. 

Также ответчиком заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на подачу заявления.

От ООО «ТЕРРА-МОТОРС» поступило платежное поручение и пояснения.

06.10.2023 от конкурсного управляющего поступило уточненное заявление, просит признать недействительной сделкой заключенный между должником и ФИО7 договор купли-продажи от 31.08.2017 в отношении транспортного средства Тойота Ленд Крузер Прадо 2016 г.в., применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 в пользу должника денежных средств в размере 1 970 000,00 руб.

Уточнение требований принято судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Протокольным определением от 10.10.2023, с учетом принятого уточнения, произведена замена у ФИО6 статуса ответчика на статус третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Ответчиком представлены возражения на уточненное заявление.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 11.12.2023 (резолютивная часть от 06.12.2023) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование жалобы указывает на подачу заявления об оспаривании сделки в установленный законом срок с момента получения соответствующей информации (сведения о регистрации за должником спорного автомобиля поступили управляющему 15.02.2022). Ввиду оспаривания сделки также по общим основаниям (ст.ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), срок исковой давности на подачу заявления составляет 3 года, который не пропущен. На момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов ООО «УралСтройМаш» (МИФНС № 2 по Пермскому краю, ООО «Управление строительством Пермской ГРЭС», ООО «СпецАвтоЛогистика», Строительно-монтажный трест «Березниковское шахтостроительное управление», ОГОО «ИСТК»); отчуждение спорного автомобиля в пользу заинтересованного лица по явно заниженной цене необходимо расценивать как злоупотребление правом; уменьшение имущества должника привело к утрате возможности кредиторов получения удовлетворения своих требований за счет имущества должника. Аффилированность ответчика к должнику никем не оспаривается. Ответчиком в материалы дела не представлены доказательства приобретения спорного имущества по цене, не отличающейся от рыночной (1 000 000 руб.), в последующем имущество реализовано по цене больше цены приобретения имущества в два раза. Полагает необоснованным отклонение судом доводов управляющего о признании сделки недействительной на основании ст. 10 ГК РФ; передача ликвидного актива в ситуации, когда должник в силу п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве уже обязан был обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве, является злоупотреблением правом со стороны контролирующего должника лица. Запись о залоге спорного транспортного средства на официальном сайте нотариальной палаты отсутствует, из акта приема-передачи к договору № 14/2017 от 31.08.2018 не следует, что автомобиль находится в залоге. Доказательства наличия у ответчика финансовой возможности выдать должнику заем в размере 1 000 000 руб., приобрести автомобиль БМВ в материалы дела не представлены. Из условий оспариваемого договора не следует, что имущество передавалось в качестве отступного по ранее возникшему обязательству, что оно находится в залоге, а также отсутствует ссылка на техническое состояние автомобиля (в п. 2.1.1. договора покупателю передается технически исправный автомобиль, годный к эксплуатации). Обращает внимание, что согласно ответу РСА, после совершения оспариваемой сделки ФИО4 продолжал управлять автомобилем, что говорит о мнимости сделки. Бывшим руководителем должника не представлено пояснений о цели получения и расходования должником полученных от ответчика заемных средств; по расчетному счету должника сумма займа не проводилась; доказательства экономической обоснованности спорной сделки, получения должником эконмического эффекта от сделки в материалы дела не представлены. Конкурсный управляющий полагает оспариваемый договор мнимой сделкой, совершенной со злоупотреблением правом со стороны директора должника и аффилированного к нему лица (ответчик является матерью директора), стороны преследовали единственную цель – вывод ликвидного актива из имущественной массы во вред кредиторам.

До начала судебного заседания от ответчика ФИО8 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому против доводов жалобы возражает, обжалуемое определение считает законным и не подлежащим отмене.

Участвующий в судебном заседании представитель конкурсного управляющего доводы жалобы поддерживает в полном объеме, настаивает на отмене обжалуемого определения и удовлетворении заявления.

Иные лица, участвующие в деле, извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, в силу ст.ст.156, 266 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Пермского края от 17.12.2020 принято к производству заявление ООО «СпецАвтоЛогистика» о признании ООО «УралСтройМаш» несостоятельным (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Определением от 18.02.2021 заявление ООО «СпецАвтоЛогистика» признано обоснованным, в отношении ООО «УралСтройМаш» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2

Решением от 19.07.2021 ООО «УралСтройМаш» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсным управляющим утвержден ФИО2 Определением от 22.09.2021 ФИО2 утвержден конкурсным управляющим ООО «УралСтройМаш».

В ходе соответствующей процедуры арбитражным управляющим установлено, что должнику на праве собственности принадлежало транспортное средство Тойота Ленд Крузер 150 (Прадо), 2016 г.в., VIN: 

<

***>.

31.08.2017 указанный автомобиль был отчужден должником в пользу ФИО7 (Покупатель) по договору купли-продажи № 14/2017 (далее по тексту - договор), согласно п. 1.1 которого Продавец обязуется передать в собственность Покупателя, а Покупатель обязуется принять и оплатить указанный автомобиль

В силу п. 3.1. договора, продажная стоимость автомобиля определена соглашением сторон и составляет 1 000 000,00 руб.

Договор вступает в силу с момента подписания и действует до полного выполнения обязательств (пункт 6.2. договора).

Полагая, что указанный договор является недействительным на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника в арбитражный суд с настоящим заявлением, отмечая, что договор заключен с аффилированным лицом, при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в отсутствие встречного предоставления, при наличии признаков злоупотребления правом, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов,

Суд первой инстанции, придя к выводу о недоказанности совокупности условий для признания договора недействительным по указанным конкурсным управляющим основаниям, отказал в удовлетворении заявленных требований.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст.71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает основания для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Согласно ст.61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В подп. 1 п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Постановление № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

При этом, в соответствии со ст.61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (ст.61.8 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названного Постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз.2-5 п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве.

Помимо периода «подозрительности» оспариваемых по специальным основаниям сделок, как указано выше, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Согласно п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В данном случае из материалов дела следует, что настоящее дело возбуждено 17.12.2020, оспариваемый договор заключен 31.08.2017, то есть за пределами подозрительности, установленными п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, оспаривание договора по специальным основаниям невозможно. 

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст.ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (п. 4).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ).

Для признания сделки недействительной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Совершая сделку лишь для вида, стороны, как правило, правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Действительная воля сторон при оформлении сделки устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Такие обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств (ст.ст. 65, 168 и 170 АПК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При этом в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако, наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст. 10 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст. 10 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Иной подход, оспаривание сделки по ст. 10 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978, бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

С учетом изложенного суда первой инстанции верно исходил из того, что заявление конкурсного управляющего должником по данному обособленному спору может быть удовлетворено только в том случае, если будет доказано наличие у оспариваемой сделки пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

Как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанции конкурсный управляющий указывал на наличие оснований для признания сделки недействительной в соответствии со ст.ст. 10 и 168 ГК РФ, усматривая в действиях сторон сделки признаков злоупотребления правом, выразившихся в  совершении сделки заинтересованным лицом и в отсутствие оплаты, при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами.

Судом первой инстанции верно указано, что неравноценность или подозрительность сделки могут быть основанием для признания ее недействительной по специальным правилам, предусмотренным ст. 61.2 Закона о банкротстве. Такие сделки не могут быть признаны ничтожными, поскольку они являются оспоримыми.

Действительно, Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом п. 4 постановления № 63, п. 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10 и 168 ГК РФ).

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок, указанных в главе III.I Закона о банкротстве.

Применительно к настоящему обособленному спору такие обстоятельства судом не были установлены.

Как следует из заявления, конкурсный управляющий в обоснование недействительности сделки указывает на совершение сделки в период неплатежеспособности должника, в условиях осведомленности об этом ответчика, с целью вывода ликвидного актива в пользу аффилированного лица в отсутствие встречного предоставления; также отмечая, что спорное транспортное средство не выбыло из владения и пользования директора должника ФИО4

Указанные обстоятельства охватываются критериями подозрительной сделки, предусмотренными п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы конкурсного управляющего о необходимости применения к сделке, указанной в ст. 61.2 Закона о банкротстве, не имеющей других недостатков, общих положений о ничтожности, по сути, направлены на обход правил о сроке давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований оспаривания сделки по ст. 61.2 Закона о банкротстве как совершенная за пределами периода подозрительности, при этом обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, конкурсным управляющим не названы, соответствующие доказательства не представлены.

При таком положении оснований для признания сделки недействительной на основании ст. 10 ГК РФ не имеется.

Более того, из материалов дела не усматривается и наличие у оспариваемой сделки совокупности признаков, необходимой для признания ее недействительной по ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Действительно, сделка совершена между взаимосвязанными лицами, что никем из участвующих в деле лиц не оспаривается. Также из материалов дела следует, что на момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, чьи требования впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника.

Между тем, совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, причинение такого вреда в результате сделки не подтверждено.

Вопреки позиции управляющего, должник, отчудивший автомобиль ответчику, получил встречное предоставление по сделке. 

Ответчик ФИО7 в своих возражениях указала, что 19.08.2016 на основании договора купли-продажи она приобрела у гражданина ФИО9 автомобиль BMW Grand Turismo XDRAVE 550i, 2010 г.в., стоимостью 1 000 000,00 руб. (л.д. 88).

26.08.2016 между ФИО7 и ФИО9 было заключено соглашение, в соответствии с которым ФИО9 транспортное средство, являющееся собственностью ФИО7 по договору купли-продажи от 19.08.2016, сдает в автомобильный салон ООО «Авто-Трейд Урал» г. Пермь по стоимости 1 000 000,00 руб., денежные средства передаются в пользу ООО «УралСтройМаш» (л.д. 87).

В соответствии с агентским договором № ПУ х000449 от 26.08.2016 (л.д. 89) и приложением к нему (л.д. 95) на основании акта приема-передачи автомобиля от 26.08.2016 ООО «Авто-Трейд Урал» принял автомобиль BMW Grand Turismo XDRAVE 550i, 2010 г.в. у ФИО9 (агент).

07.09.2016 между ФИО7 (Займодавец) и ООО «УралСтройМаш» (Заемщик) был заключен договор беспроцентного займа (приложен к отзыву ответчика от 15.03.2023 в электронном виде, л.д. 20-22), в соответствии с которым Займодавец передает Заемщику заем на сумму в размере 1 000 000,00 руб. путем перечисления на расчетный счет ООО «Терра-Моторс» в счет оплаты за автомобиль Тойота Ленд Крузер Прадо 150.

Заемщик обязуется возвратить сумму займа единовременно 01.03.2017.

В целях обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа Заемщик предоставил в залог транспортное средство Тойота Ленд Крузер Прадо 2016 г.в. VIN: 

<

***>.

Поскольку заем не был возвращен в установленный срок, 29.05.2017 в адрес должника было направлено уведомление о начале процедуры обращения взыскания на предмет залога.

В результате переговоров 31.08.2017 между сторонами (Займодавец и Заемщик) был заключен спорный договор купли-продажи автомобиля Тойота Ленд Крузер Прадо 150, 2016 г.в.

На основании акта приема передачи транспортного средства от 31.08.2017 Заемщик передал, а Займодавец принял указанный автомобиль с установленными в акте недостатками (износ резины 90%, зимняя резина отсутствует; порваны передние сидения водителя и пассажира; горит датчик АБС и АЭРБЕГ; вмятина на правой стойке возле лобового стекла, трещина на лобовом стекле, шум в передней подвеске (требуется ремонт – замена привода передних колес с подшипниками)).

Стоимость автомобиля была определена сторонами договора в размере 1 000 000,00 руб.

В обоснование своих доводов ответчиком в материалы спора представлены, в том числе: договор купли-продажи от 19.08.2016, заключенный между ФИО7 и ФИО9; соглашение от 26.08.2016, заключенное между ФИО7 и ФИО9; агентский договор № ПУ х000449 от 26.08.2016, заключенный между ООО «Авто-Трейд Урал» и ФИО9; приложение № 1 к агентскому договору № ПУ х000449 от 26.08.2016; акт приема-передачи автомобиля к агентскому договору № ПУ х000449 от 26.08.2016; договор беспроцентного займа 07.09.2016 заключенный между ФИО7 и ООО «УралСтройМаш»; уведомление о начале обращения взыскания на предмет залога от 29.05.2017; договор купли-продажи автомобиля от 31.08.2017, заключенный между ООО «УралСтройМаш» и ФИО7; акт приема передачи транспортного средства от 31.08.2017; информационная справка № 0498/0817 о рыночной стоимости автомобиля Тойота Ленд Крузер Прадо 2016 г.в. VIN: 

<

***>, подготовленная 31.08.2017 «Независимая экспертиза и оценка».

Таким образом, материалами дела подтверждается, что ответчиком должнику были предоставлены в заем денежные средста для приобретения автомобиля Тойота Ленд Крузер Прадо 150, 2016 г.в.

Договор займа от 07.09.2016 в установленном порядке не оспорен, недействительным не признан, факт неисполнения должником обязательств по возврату заемных средств конкурсным управляющим также не оспаривается.

В подтверждение наличия финансовой возможности предоставить заем ФИО7 представлены документы, подтверждающие отчуждение принадлежащего ей транспортного средства BMW Grand Turismo XDRAVE 550i, 2010 г.в. 

При этом из ответа ООО «Терра-Моторс» (л.д. 110) следует, что оплата по договору купли-продажи автомобиля Тойота Ленд Круизер Прадо 150 за ООО «УралСтройМаш» была произведена ООО «Авто-Трейд Урал» по заявлению ФИО9 на основании агентского договора № ПУ х000449 от 26.08.2016.

Оплата по договору осуществлялась путем безналичного расчета. ООО «Терра-Моторс» в материалы спора представлено платежное поручение № 852 от 07.09.2016 на сумму 1 000 000,00 руб. (л.д. 111). 

Таким образом, материалами дела подтверждено, что автомобиль приобретен должником на денежные средства ответчика, предоставленные ему в заем по договору от 07.09.2016.

При этом доказательства наличия денежных средств у должника для оплаты автомобиля в материалах дела отсутствуют.

С учетом указанных фактических обстоятельств, ссылка конкурсного управляющего на непоступление на расчетный счет должника заемных средств отклоняется, поскольку данное обстоятельство о неполучении должником от ответчика займа не свидетельствует.

Пунктом 2.8 договора займа от 07.09.2016 стороны определили, что в случае неисполнения заемщиком (должник) обязательств по возврату займа, займодавец (ответчик) удовлетворяет свои требования за счет имущества, служащего обеспечением обязательств заемщика (спорный автомобиль), заложенное имущество переходит в собственность займодавца во внесудебном порядке. 

Таким образом, автомобиль находился в залоге у ответчика до выполнения должником обязательств по возврату займа.

Действующее законодательство предусматривает право, а не обязанность по внесению сведений о залоге движимого имущества в реестр уведомлений о залоге; отсутствие сведений о залоге в реестре уведомлений о залоге не влияет на отношения залогодателя и залогодержателя (п. 4 ст. 339.1 ГК РФ), не лишает залогодержателя права на обращение взыскания на предмет залога (п. 1 ст. 348 ГК РФ). 

Следовательно, ответчик был вправе в ситуации неисполнения обязательств по договору займа оставить предмета залога за собой в счет погашения возникшей  задолженности. 

Стороны заключили договор купли-продажи транспортного средства, фактически произвели зачет встречных требований, тем самым урегулировав правоотношения по договору займа. Таким образом, вопреки позиции управляющего, должник, отчудивший автомобиль, получил со стороны ответчика встречное предоставление.

Отсутствие в оспариваемом договоре условий о передаче имущества в качестве отступного по ранее возникшему обязательству, указания на нахождение имущества в залоге у ответчика данные выводы не опровергает. Стороны договора согласовали указанные условия в договоре займа. Какая-либо неопределенность относительно расчета по договорам займа и купли-продажи у их сторон отсутствовала. 

Техническое состояние транспортного средства отражено сторонами в п. 3 акта приема-передачи от 31.08.2017 (указаны имеющиеся недостатки). Поскольку акт приема-передачи автомобиля в силу п. 1.4 оспариваемого договора является его неотъемлемой частью, дополнительное указание на наличие недостатков у продаваемого автомобиля непосредственно в договоре не требовалось.

Ответчиком в материалы дела представлена информационная справка № 0498/0817, подготовленная «Независимая экспертиза и оценка» 31.08.2017,   согласно которой рыночная стоимость автомобиля Тойота Ленд Крузер Прадо 2016 г.в. VIN: 

<

***> на дату проведения оценки и подготовки справки - 31.08.2017 составляет 998 500 руб.

Данная информационная справка в установленном порядке не оспорена, доказательства иной стоимости спорного автомобиля не представлены.

Последующая продажа автомобиля по более высокой цене (1 970 000 руб.) обоснована ответчиком проведением ремонта автомобиля. 

Оснований полагать пояснения ответчика о проведении ремонта автомобиля недостоверными апелляционный суд не усматривает.

Ответчиком действительно не представлены документы, подтверждающие проведение восстановительного ремонта автомобиля. Однако, у ответчика, являющегося физическим лицом, отсутствует обязанность по хранению таких документов, в силу давности событий, продажи автомобиля в 2020 году документы о ремонте действительно могли быть утеряны.

При этом о проведении ремонта автомобиля, имевшего по состоянию на 31.08.2017 недостатки, зафиксированные в акте приема-передачи, свидетельствуют его эксплуатация в течение трех лет, а также отсутствие замечаний со стороны покупателя ФИО5 по состоянию автомобиля при его продаже ФИО7 по договору купли-продажи от 01.10.2020 (в п. 1.2 договора указано на передачу автомобиля годным к эксплуатации, в исправном состоянии).

Доводы о взаимосвязанности должника, его контролирующих лиц, ФИО7 с ФИО5 не приведены, соответствующие доказательства не представлены. С учетом отсутствия отношений аффилированности между указанными лицами, оснований полагать сведения о надлежащем техническом состоянии автомобиля в договоре от 01.10.2020 недостоверными не имеется.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о получении должником эквивалентного встречного предоставления по оспариваемой сделке, отсутствии в этой связи вреда имущественным правам его кредиторов.

Также суд апелляционной инстанции находит обоснованным заявление ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока на оспаривание сделки по специальному основанию.

В силу п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности для оспоримой сделки составляет один год.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 2 ст. 199 ГК РФ предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Сделки, указанные в ст. 61.2 Закона о банкротстве, являются оспоримыми, и на них распространяется годичный срок исковой давности, установленный п. 2 ст. 181 ГК РФ.

Согласно п. 32 Постановления № 63 заявление об оспаривании сделки на основании ст. 61.2 или ст. 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (п. 2 ст. 181 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий п. 3 ст. 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ст. 61.2 или ст. 61.3 Закона о банкротстве. Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в п. 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов.

При этом необходимо принимать во внимание, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под ст. 61.2 или ст. 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело возможность, узнать о нарушении права.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Поскольку наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки, конкурсным управляющим не доказано, в рассматриваемом случае должен применяться годичный срок исковой давности, предусмотренный п. 2 ст. 181 ГК РФ.

В силу п.6 ст. 20.3 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих.

Как указано выше, определением суда от 18.02.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2

Решением суда от 19.07.2021 ООО «УралСтройМаш» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего до его утверждения возложено на ФИО2

Определением суда от 22.09.2021 конкурсным управляющим ООО «УралСтройМаш» утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании сделки недействительной через систему «Мой Арбитр» 03.02.2023.

С позиции управляющего, он узнал о совершении должником оспариваемой сделки 15.02.2022, обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной в пределах годичного срока.

Как следует из материалов дела, временным управляющим ФИО2 25.02.2021 был направлен запрос в ГИБДД. Согласно поступившему 24.03.2021 ответу от 19.03.2021 за должником зарегистрировано имущество: а/м ГАЗ, А/М УАЗ, сведений о сделках не представлено.

После получения ответа, не содержащего сведений о совершенных в отношении транспортных средств сделках в период подозрительности, ФИО2, действуя разумно и добросовестно, должен был направить повторный запрос.

Между тем, повторный запрос направлен ФИО2 только 12.01.2022, то есть через полгода после введения в отношении должника процедуры конкурсного производства.

15.02.2022 управляющим получена запрошенная информация о регистрационных действиях в отношении транспортного средства Тойота Ленд Круизер Прадо, согласно которой 13.09.2017 произведена регистрация автомобиля, ранее принадлежащего ООО «УралСтроймаш», на ФИО7 в связи со сменой собственника автомобиля, а также копия договора купли продажи от 31.08.2017.

Указанные обстоятельства подтверждают, что при своевременном совершении действий, направленных на выявление сделок должника, совершенных в период подозрительности, ФИО2 мог получить сведения об отчуждении должником автомобиля еще в процедуре наблюдения, проанализировать сделку и в пределах годичного срока с момента введения процедуры конкурсного производства подать соответствующее заявление в суд.

Более того, как верно отметил суд первой инстанции, ФИО2 имел возможность обратиться в суд с настоящим заявлением незамедлительно после получения ответа от ГИБДД с приложением договора купли-продажи (15.02.2022 года) либо до истечения годичного срока с момента введения в отношении должника процедуры конкурсного производства (12.07.2022).

С учетом указанного, вывод суда о пропуске конкурсным управляющим годичного срока исковой давности для оспаривания сделки по специальным основаниям (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве) является правильным.

Доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска срока исковой давности для обращения в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки, ФИО2 не представлено.

Трехлетний срок на оспаривание ничтожной сделки арбитражным управляющим не пропущен.

Между тем, доводы о совершении сделки со злоупотреблением правом заявлены конкурсным управляющим с целью обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам. Как установлено ранее, оснований для признания сделки недействительной по ст. 10 ГК РФ не имеется.

С учетом установленных фактических обстоятельств, оснований полагать договор займа мнимой сделкой также не имеется.

В материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что заключая спорный договор, стороны преследовали какие-либо иные цели помимо тех, которые предусмотрены его условиями. 

Оспариваемая сделка ее сторонами исполнена, ответчик получил приобретенное по сделке имущество, должник получил эквивалентное встречное предоставление; ответчик восстановил и поддерживал надлежащее техническое состояние автомобиля, пользовался им в течение трех лет, продал его не связанному с ним либо должником и контролирующими последнего лицами покупателю.

Фактическое пользование спорным автомобилем после его отчуждения ФИО4 не свидетельствует о том, что спорное имущество из владения должника не выбыло, сделка является мнимой.

Как установлено ранее, ФИО4 является сыном ответчика; предоставление возможности использования имущества близкому родственнику является обычной практикой. Иные обстоятельства, свидетельствующие о нахождения после сделки автомобиля во владении должника, в частности, несения за счет должника расходов на его ремонт, обслуживание, заправку ГСМ и пр., конкурсным управляющим не приведены, соответствующие доказательства не представлены.

При таком положении суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора купли-продажи мнимой сделкой (ст. 170 ГК РФ).

Таким образом, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам, постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела, представленным доказательствам. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом первой инстанции допущено не было.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов решения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем, оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционных жалоб подлежит отнесению ее заявителя. Поскольку конкурсному управляющему при принятии апелляционной жалобы была предоставлена отсрочка по уплате госпошлины,  госпошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 11 декабря 2023 года по делу № А50-27367/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы должника ООО «Уралстроймаш» (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

Судьи

О.Н. Чепурченко 

М.А. Чухманцев