1210/2022-61721(1) 

 

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-2099/2017

26 июня 2023 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 26 июня 2023 года 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Горбуновой Е.А. судей Аристовой Е.В., Брежневой О.Ю. при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный  номер 08АП-9025/2022) общества с ограниченной ответственностью «Региональная  инвестиционная компания», (регистрационный номер 08АП-9026/2022) ФИО2, (регистрационный номер 08АП-9027/2022) публичного  акционерного общества «Банк ВТБ», (регистрационный номер 08АП-9029/2022)  публичного акционерного общества «Татфондбанк», (регистрационный номер 08АП- 9030/2022) ФИО3 на определение Арбитражного суда  Тюменской области от 30.06.2022 по делу № А70-2099/2017, вынесенное по результатам  рассмотрения заявления конкурсного управляющего, акционерного общества  «Волгомост», Управления Федеральной налоговой службы по Тюменской области,  публичного акционерного общества «Татфондбанк» о привлечении к субсидиарной  ответственности ФИО3, ФИО2,  общества с ограниченной ответственностью «Региональная инвестиционная компания»,  общества с ограниченной ответственностью «Совместное предприятие «Фоника»,  публичного акционерного общества «Банк ВТБ», в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мостострой-12» (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>),  

при участии в судебном заседании:  

от общества с ограниченной ответственностью «Региональная Инвестиционная  Компания» - представитель ФИО4 (паспорт, доверенность от 01.10.2021 сроком  действия три года), представитель ФИО5 (паспорт, доверенность от 01.10.2021  сроком действия три года), представитель ФИО6 (паспорт, доверенность № 30 от  02.06.2023 сроком действия до 31.12.2023), представитель ФИО7 (паспорт,  доверенность № 15 от 22.02.2023 сроком действия до 31.12.2023), представитель  ФИО8 (паспорт, доверенность № 15 от 01.03.2023 сроком действия один год),  

от публичного акционерного общества «Банк ВТБ» - представитель ФИО9  (паспорт, доверенность № 350000/326-Д от 10.02.2021 сроком действия три года),  

от акционерного общества «Волгомост» - представитель ФИО10 (паспорт,  доверенность № 02/2023-03 от 20.02.2023 сроком действия до 31.12.2023),  

при участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции:  

от общества с ограниченной ответственностью «Региональная Инвестиционная  Компания» – представитель ФИО11 (паспорт, доверенность № 34 от 31.08.2022  сроком действия три года), представитель ФИО12 (паспорт, доверенность № 36 от  31.08.2022 сроком действия на три года),  

от публичного акционерного общества «Татфондбанк» - представитель ФИО13  (паспорт, доверенность № 16АА7209693 от 07.07.2022 сроком действия до 31.12.2025),  от ФИО3 – представитель ФИО14 (паспорт,  доверенность № 77АГ7877903 от 28.09.2021 сроком действия три года),  

от ФИО2 – представитель ФИО15 (паспорт, доверенность  от 24.01.2022 сроком действия три года),  

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Мостострой-12» ФИО16 - представитель ФИО17 (паспорт,  доверенность от 09.01.2022 сроком действия до 31.12.2023), представитель ФИО18 (паспорт, доверенность от 03.04.2023 сроком действия один год);  

от Управления Федеральной налоговой службы по Тюменской области – ФИО19  (паспорт, доверенность № 20-38/007 от 03.02.2022 сроком действия до 20.01.2024),  ФИО20 (паспорт, доверенность № 20-38/011 от 03.02.2022 сроком действия до  20.01.2024).  

установил:

определением Арбитражного суда Тюменской области от 07.03.2017 по  заявлению общества с ограниченной ответственностью «Мечел-Сервис» возбуждено  производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Мостострой-12» (далее – ООО «Мостострой-12», должник).  

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 01.11.2017 (резолютивная  часть от 25.10.2017) должник признан несостоятельным (банкротом), открыто  конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника,  конкурсным управляющим утвержден ФИО21.  

Сведения о признании должника банкротом опубликованы в печатном издании  «Коммерсантъ» от 11.11.2017 № 210.  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.07.2018  конкурсным управляющим назначен ФИО22, определением от  02.12.2019 конкурсным управляющим ООО «Мостострой-12» утвержден ФИО23.  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 21.03.2021  конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Мостострой12» назначен ФИО16.  

В Арбитражный суд Тюменской области 23.10.2019 обратилось акционерное  общество «Волгомост» (далее – АО «Волгомост») с заявлением (вх. № 121515 от  23.10.2019) о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих  должника, АО «Волгомост» просило привлечь ФИО2 к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мостострой-12».  

Также 03.02.2020 в Арбитражный суд Тюменской области обратился конкурсный  управляющий ФИО23 с заявлением (вх. № 11345 от 03.02.2020) о  привлечении контролирующих должника лиц - ФИО3,  ФИО2, общество с ограниченной ответственностью  «Совместное предприятие «Фоника» (далее – ООО «СП «Фоника») к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «Мостострой-12».  

В Арбитражный суд Тюменской области 16.09.2020 обратилось Управление  Федеральной налоговой службы по Тюменской области с заявлением (вх. № 113288 от  16.09.2020) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности – ФИО3, ФИО2,  общество с ограниченной ответственностью «Региональная инвестиционная компания  (далее – ООО «РИК»).  

В Арбитражный суд Тюменской области 01.09.2021 обратилось публичное  акционерное общество «Татфондбанк» (далее – ПАО «Татфондбанк») с заявлением  (вх. № 135519 от 01.09.2021, с учетом уточнений от 10.01.2022) о привлечении к  субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника - ФИО2, ФИО3, ООО «РИК», Банк ВТБ (ПАО).  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2022 в  удовлетворении ходатайства ООО «РИК» о приостановлении производства по  заявлениям конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12» (вх. № 11345 от  03.02.2020), акционерного общества «Волгомост» (вх. № 121515 от 23.10.2019), УФНС  России по Тюменской области (вх. № 113288 от 16.09.2020), ПАО «Татфондбанк»  (вх. № 135519 от 01.09.2021) о привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности отказано.  

Требования конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12», АО  «Волгомост», УФНС России по Тюменской области, ПАО «Татфондбанк»  удовлетворены частично. К субсидиарной ответственности по обязательствам ООО  «Мостострой-12» привлечены ФИО3, ФИО2, ООО «РИК», ООО «СП «Фоника» солидарно.  

Производство по заявлениям конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12»  (вх. № 11345 от 03.02.2020), АО «Волгомост» (вх. № 121515 от 23.10.2019), УФНС по  Тюменской области (вх. № 113288 от 16.09.2020), ПАО «Татфондбанк» (вх. № 135519 от  01.09.2021) в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО2 ООО «РИК», ООО «СП  «Фоника» приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.  

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. 

1. Судом первой инстанции отклонены доводы заявителей о наличии оснований  для привлечения ФИО3, ФИО2 и ООО «СП Фоника» к  субсидиарной ответственности по факту отсутствия документов бухгалтерского учета и  (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых  установлена законодательством Российской Федерации, документов, хранение которых  являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации.  

Судом установлено, что также подтверждается судебными актами по делу   № А70-2099/2017 от 12.04.2018, 21.05.2018, 22.04.2019, документы бухгалтерского  

учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых  установлена законодательством Российской Федерации, а также документы, хранение  которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской  Федерации были переданы ФИО3 конкурсному управляющему по актам  приема-передачи документов от 26.12.2017, от 06.02.2018, от 09.02.2018, от 10.01.2018.  

При этом конкурсный управляющий не представил суду достаточно  убедительных и обоснованных доводов относительно того, как отсутствие  документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации  искаженных сведений) фактически повлияло на проведение процедур банкротства, в  достаточной степени не обосновал наличие существенных затруднений в проведении в  отношении общества процедуры конкурсного производства, в том числе не доказал  утрату возможности взыскания дебиторской задолженности в отношении конкретных  контрагентов именно по причине отсутствия первичных документов, не переданных  ФИО3  

В свою очередь, заявителями также не доказано наличие у ФИО24 и  ООО «СП Фоника» статуса субъекта субсидиарной ответственности по основаниям,  связанным с непередачей документации управляющему.  

2. Судом первой инстанции отклонены доводы заявителей о наличии  оснований для привлечения ФИО3, ФИО24, ООО «РИК», ООО «СП  «Фоника» к субсидиарной ответственности по причине неподачи заявления о  признании должника банкротом.  

При этом, суд проанализировал структуру баланса должника, обратив внимание  на почти двукратное сокращение с 66 711 тыс. руб. в 2014 году, до 38541 в 2016 году  величины основных средств должника, а также более чем десятикратный рост  финансовых вложений с 328 898 руб. в 2014 году до 3 961 973 руб. в 2016 году, что, по  мнению суда, свидетельствует о целенаправленном отвлечении средств из основной  деятельности и сокращение производственной активности предприятия в указанный  период.  

Анализируя финансовые показатели деятельности должника в спорный период  2014-2016 годов, суд пришел к выводу о том, что при сравнимых обстоятельствах  разумный добросовестный руководитель мог узнать о развитии кризисной ситуации с  учетом положительной структуры баланса не ранее сроков формирования годовой  бухгалтерской отчетности по итогам 2016 года, поскольку общество, очевидным  образом утратило перспективу в спорный период произвести полные расчеты с  кредиторами, то есть не ранее 01.04.2017 (с учетом сроков сдачи годовой бухгалтерской  отчетности, установленных пп.5.1 п.1 ст.23 Налогового кодекса Российской  Федерации), в связи с чем соответствующая обязанность по подаче заявления о  признании должника банкротом возникла у ответчика не ранее 01.05.2017.  

Таким образом, принимая во внимание дату возбуждения дела о банкротстве  должника (07.03.2017) отсутствует период формирования обязательств должника перед  кредиторами, обусловленный несвоевременной подачей соответствующего заявления,  что исключает привлечение ФИО3, как руководителя должника к  субсидиарной ответственности по указанному основанию.  

Также отклоняя требования в указанной части к ФИО2, ООО «СП  Фоника», суд исходил из того, что предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9  Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв  внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных  контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа  управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника,  для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании  должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по  обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством была введена  Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный  закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об  административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ), вступившим в силу  30.07.2017, в то время как вменяемое ФИО2, ООО «СП Фоника» не  исполнение соответствующей обязанности имело место в период до 01.05.2017.  

Доказательств наличия у ООО «РИК» признаков субъекта субсидиарной  ответственности по основаниям, связанным с неподачей заявления о признании  должника банкротом суду первой инстанции не представлено.  

3. Судом первой инстанции отклонены доводы заявителей о наличии оснований  для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в  связи с совершением должником сделок, впоследствии признанных судом  недействительными по основаниям, предусмотренным ст. 61.3 Федерального закона  

от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон 

о банкротстве), поскольку часть совершенных сделок являются несущественными (в  совокупности менее 3% от размера активов 2017 года), совершены в целях оплаты  реальных обязательств, не оспариваемых сторонами, в связи с чем очевидным образом  не могли явиться необходимой причиной банкротства и повлиять на невозможность  формирования конкурсной массы должника, что исключает возможность их оценки в  качестве безусловного основания привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности.  

4. Отклонены доводы уполномоченного органа относительно наличия  оснований привлечения ФИО3, ФИО2 к субсидиарной  ответственности в связи с фактами недобросовестной конкуренции должника в ходе  проведения торгов в форме аукциона в электронной форме № 20156200009915000277 на  право заключения контракта на выполнение работ по строительству автомобильной  дороги в обход г. Чусового.  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Пермского края  от 30.12.2015 по делу № А50-25931/2015 заявление ЗАО «Уралмостострой»  удовлетворено, торги в форме электронного аукциона № 0156200009915000277 на право  заключение указанного контракта признаны недействительными. Постановлением ФАС  по Пермскому краю № 536-16-АДМ от 11.10.2016 ООО «Мостострой-12» по фактам  недобросовестной конкуренции признано виновным в совершении административного  правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 14.32 Кодекса Российской Федерации об  административных правонарушениях с назначением наказания в виде штрафа в размере  11 724 792 руб.  

Вместе с тем, ФИО3 исполнял функции руководителя должника в  период с 14.09.2016 по 11.05.2017, с 12.05.2017 по 26.11.2017 (ликвидатор). ФИО2 руководителем должника не являлся. Доказательств того, что указанные лица  прямо или опосредованно повлияли на совершение должником указанного  административного правонарушения в 2015 году суду не представлено. Более того,  довод уполномоченного органа об утрате возможности по извлечению прибыли, в связи  с указанными обстоятельствами не свидетельствует о наличии причинной следственной  связи между совершением должником указанного административного правонарушения  и возникновением признаков банкротства должника, а также нарушением прав  кредиторов.  

5. Судом первой инстанции отклонены доводы ответчиков о пропуске  заявителями срока исковой давности.  

При определении срока исковой давности, суд первой инстанции исходил из  того, что объективный срок исковой давности, с учетом даты объявления резолютивной  части решения о признании должника банкротом (25.10.2017), конкурсным  управляющим ООО «Мостострой-12», акционерным обществом «Волгомост» и УФНС  по Тюменской области не пропущен.  

При этом судом первой инстанции сделан вывод о том, что сделки должника,  послужившие основанием привлечения к субсидиарной ответственности с  аффилированными лицами носили сложноструктурированный характер, факт контроля  ответчиков над деятельностью ООО «Мостострой-12» и участников группы компаний  носил неявный характер, обстоятельства совершения деяний, устанавливались в ходе  судебных разбирательств на протяжении 2019-2020 годов в рамках дел   № А70-2099/2017 (о несостоятельности (банкротстве) ООО «Мостострой-12»),   № А81-1827/2017 (о несостоятельности (банкротстве) ООО «СП «Фоника»), в связи с  чем оценить наличие оснований для подачи заявления о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности управляющий, равно как и  уполномоченный орган и кредиторы могли узнать только в ходе соответствующих  судебных разбирательств, в связи с чем годичный срок исковой давности по таким  основаниям с учетом даты подачи заявлений для них нельзя признать пропущенным.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, в Восьмой арбитражный  апелляционный суд обратились:  

1. ООО «РИК» - с апелляционной жалобой (регистрационный номер 08АП- 9025/2022), согласно которой просит отменить определение Арбитражного суда  Тюменской области от 30.06.2022 в части привлечения ООО «РИК» к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «Мостострой-12», принять новый судебный  акт об отказе в привлечении ООО «РИК» к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника.  

Согласно апелляционной жалобе ООО «РИК» контролирующим лицом  должника не является.  

По мнению ООО «РИК», суд первой инстанции неправильно распределил бремя  доказывания и безосновательно признал доказанным наличие цепочки сделок и  причинение ими убытков должнику. Факт совершения цепочки сделок и причинно-следственная связь между сделками и банкротством не установлена. Судом сделан  

необоснованный вывод о создании недобросовестной бизнес-модели между должником,  ООО «РИК» и другими участниками группы. Выбранная схема финансирования  концессионного проекта носит рыночный характер и была создана задолго до  банкротства должника, у суда первой инстанции не было оснований устанавливать  недобросовестность поведения ООО «РИК».  

Кроме того, ООО «РИК» указывает на то, что договор подряда являлся для  должника выгодной сделкой, не причинил ему убытков и не мог привести к его  банкротству.  

Относительно сделки новации долга податель апелляционной жалобы указывает,  что она не была необходимой причиной банкротства должника, была несущественной  относительно масштабов деятельности должника, в том числе при сравнении с  активами должника и его дебиторской задолженности.  

Также, по мнению ООО «РИК», суд первой инстанции необоснованно отказал в  применении срока исковой давности по заявленным требованиям.  

2. ФИО2 - с апелляционной жалобой (регистрационный  номер 08АП-9026/2022), согласно которой просит отменить определение Арбитражного  суда Тюменской области от 30.06.2022 в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мостострой-12»,  в отмененной части принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявлений  конкурсного управляющего должника, УФНС России по Тюменской области, ПАО  «Тадфондбанк» и ООО «Волгомост» в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Согласно апелляционной жалобе ФИО2 не обладал признаками  контролирующего деятельность лица, не совершал действия по заключению и  перечислению денежных средств по соглашению о выпуске переводных векселей  между должником и ООО «ИК Конкорд» в общей сумме 6 725 152 000 руб.; ФИО25  не совершал сделки, направленные на вывод активов должника на аффилированных  лиц по отношению к должнику.  

Также подателем апелляционной жалобы указано на пропуск срока исковой  давности, о применении которого заявлено ФИО2 в суде первой инстанции.  

3. «Банк ВТБ» (публичное акционерное общество) - с апелляционной жалобой  (регистрационный номер 08АП-9027/2022), согласно которой просит отменить  определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2022 в части привлечения  ООО «РИК» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мостострой12», принять новый судебный акт об отказе в привлечении ООО «РИК» к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника, а также дополнить резолютивную и  мотивировочную часть судебного акта указанием на применение исковой давности в  отношении требований ПАО «Татфондбанк» к Банку ВТБ (ПАО).  

4. ФИО8 - с апелляционной жалобой (регистрационный  номер 08АП-9028/2022), в соответствии с которой просит отменить определение  Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2022 в части привлечения ООО «РИК»  к субсидиарной ответственности, перейти к рассмотрению обособленного спора по  правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой  инстанции, привлечь к участию в данном споре в качестве третьего лица Бурштейна  

Игоря Моисеевича и приостановить рассмотрение данного спора до вступления в силу  решения Арбитражного суда Удмуртской области по делу № А71-16579/2021, а случае  отказа в приостановлении – отказать в привлечении ООО «РИК» к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «Мостострой-12».  

5. Публичное акционерное общество «Татфондбанк» - с апелляционной  жалобой (регистрационный номер 08АП-9029/2022), в соответствии с которой просит  отменить определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2022 в части  отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  Банк «ВТБ» (ПАО), принять новый судебный акт.  

6. ФИО3 - с апелляционной жалобой  (регистрационный номер 08АП-9030/2022), согласно которой просит отменить  определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2022 в части привлечения  ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам  ООО «Мостострой-12», в отмененной части принять новый судебный акт об отказе в  удовлетворении заявлений конкурсного управляющего должника, УФНС России по  Тюменской области, ПАО «Тадфондбанк» и ООО «Волгомост» в части привлечения  ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника.  

По мнению, ФИО3, заявителями пропущен годичный срок исковой  давности на подачу заяивления о привлечении ФИО3 к субсидиарной  ответственности; кроме того, оснований для привлечения ФИО3 к  субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований  кредиторов не имеется.  

Определениями Восьмого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2022,  05.08.2022, 11.08.2022, 16.08.2022 указанные жалобы приняты к производству суда и  назначены к рассмотрению в судебном заседании.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2022 по  делу № А70-2099/2017 производство по апелляционной жалобе ФИО8 (регистрационный номер 08АП-9028/2022) прекращено.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022  производство по апелляционным жалобам ООО «РИК», ПАО «Банк ВТБ», ПАО  «Татфондбанк», ФИО3, ФИО2 приостановлено до рассмотрения  кассационной жалобы ФИО8 на определение Восьмого  арбитражного апелляционного суда от 27.09.2022 по делу № А70-2099/2017 о  прекращении производства по апелляционной жалобе (регистрационный номер 08АП- 9028/2022) ФИО8.  

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 16.11.2022  по делу № А70-2099/2017 определение Восьмого арбитражного апелляционного суда от  27.09.2022 по делу № А70-2099/2017 оставлено без изменения, кассационная жалоба  ФИО8 – без удовлетворения.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2022  произведена замена судьи Зюкова В.А. на судью Аристову Е.В.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2022  производство по апелляционным жалобам возобновлено.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2022  производство по апелляционным жалобам ООО «РИК», ПАО «Банк ВТБ», ПАО  «Татфондбанк», ФИО3, ФИО2 приостановлено до утверждения  финансового управляющего в деле № А40-336993/2019 о несостоятельности  (банкротстве) ФИО2.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2023  производство по апелляционным жалобам возобновлено.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2023  произведена замена судьи Зориной О.В. на судью Брежневу О.Ю.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2023  производство по апелляционным жалобам общества с ограниченной ответственностью  «РИК», публичного акционерного общества «Банк ВТБ», публичного акционерного  общества «Татфондбанк», ФИО3, ФИО2 приостановлено до рассмотрения Арбитражным судом Уральского округа  кассационных жалоб на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного  суда от 21.02.2023 по делу № А71-16579/2021.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2023  производство по апелляционным жалобам возобновлено, назначено судебное заседание  на 19.06.2023.  

За время рассмотрения апелляционных жалоб в материалы дела поступили  дополнительные пояснения, возражения, дополнения от лиц участвующих в деле,  которые судебной коллегией приобщены к материалам дела.  

В судебном заседании представители конкурсного управляющего, ФИО3, ФИО24, ООО «РИК», ПАО «Татфондбанк», Управления Федеральной  налоговой службы по Тюменской области, акционерного общества «Волгомост»  высказались по доводам апелляционных жалоб, поддержав ранее представленные  правовые позиции в апелляционных жалобах, а также отзывах на них и дополнениях,  дали устные пояснения, ответили на уточняющие вопросы судебной коллегии.  

Изучив материалы дела, апелляционные жалобы, проверив законность и  обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), суд апелляционной  инстанции полагает, что имеются основания для изменения определения Арбитражного  суда Тюменской области от 30.06.2022 по делу № А70-2099/2017 в части.  

При рассмотрении апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции  руководствуется пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при  рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому,  если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции  начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе  не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки  соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК  РФ.  

Поскольку лица, участвующие в деле, не заявили возражений против проверки  судебного акта в части, в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с  учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено лишь в части  правомерности выводов суда первой инстанции о наличии оснований привлечения к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мостострой-12» ФИО3, ФИО2, ООО «РИК», в части отказа в  привлечении к субсидиарной ответственности Банка ВТБ (ПАО), а также в части отказа  применения срока исковой давности по заявленным требованиям.  

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон 

о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным  судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы  

о несостоятельности (банкротстве). 

Как установлено судом первой инстанции, общество с ограниченной  ответственностью «Мостострой-12» зарегистрировано Межрайонной ИФНС № 14 по  Тюменской области в Едином государственном реестре юридических лиц 11.11.2004  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) с уставным капиталом 400 010 000 руб.  

Основным видом деятельности должника является – «Подготовка строительной  площадки» (ОКВЭД 43.12), дополнительными видами деятельности являются:  «Строительство жилых и нежилых зданий» (ОКВЭД 41.2), «Строительство  автомобильных дорог и автомагистралей» (ОКВЭД 42.11), «Строительство железных  дорог и метро» (ОКВЭД 42.13), «Строительство мостов и тоннелей» (ОКВЭД 42.99),  «Строительство прочих инженерных сооружений, не включенных в другие  группировки» (ОКВЭД 43.12.3), прочие.  

Как следует из материалов дела, Распоряжением Правительством Удмуртской  Республики от 14.09.2011 № 758-р принято решение о проведении открытого конкурса  на право заключения концессионного соглашения о строительстве и эксплуатации на  платной основе мостовых переходов через реку Каму и реку Буй у города Камбарки на  автомобильной дороге Ижевск - Сарапул - Камбарка - граница Республики  Башкортостан в Удмуртской Республике.  

 21.10.2011 ООО «РИК», ООО «Мостострой-12», общество с ограниченной  ответственностью «Тюменьстальмост имени Тюменского комсомола» (далее - ООО  «Тюменьстальмост») заключен Договор простого товарищества (о совместной  деятельности).  

12.05.2012 ООО «РИК», как лидером простого товарищества «Консорциум  Региональная Инвестиционная Компания», и Удмуртской Республикой, от имени  которой выступает Правительство Удмуртской Республики в лице Министерства  транспорта и дорожного хозяйства Удмуртской Республики, заключено Концессионное  соглашение о строительстве и эксплуатации на платной основе мостовых переходов  через реку Кама и реку Буй у города Камбарка на автомобильной дороге Ижевск- Сарапул-Камбарка-граница Республики Башкортостан в Удмуртской Республике. (далее  - Концессионное соглашение) (л.д. 1-95, том 434)  

В силу положений раздела 1 «Общие положения» Концессионного соглашения  Концессионер (ООО «РИК») в порядке и на условиях, установленных соглашением  обязан создать Объект Соглашения, право собственности на который будет  принадлежать Концеденту (Удмуртская Республика) и осуществлять эксплуатацию  Объекта Соглашения до даты Акта Передачи; выполнять все свои обязательства,  предусмотренные Разделом 2 Соглашения, для достижения Финансового закрытия и  после Финансового закрытия обеспечить финансирование Строительства и  Эксплуатации Объекта Соглашения за счет собственных и заемных средств в  соответствии с Финансовым Планом.  

По завершении строительства и с момента Государственной регистрации  Объекта Соглашения (элементов объекта Соглашения) концедент предоставляет  Концессионеру следующие исключительные права на период до даты Акта Передачи:  осуществлять владение и пользование Объектом Соглашения, осуществлять сбор платы  за проезд с пользователей.  

Строительство и ввод в эксплуатацию Объекта соглашения должно быть  завершено в течение 36 месяцев с даты Финансового закрытия (п. 3.2.1 Концессионного  соглашения).  

Планируемая дата Финансового закрытия – не позднее чем через девять месяцев  с Даты заключения Соглашения (п. 2.1.1 Концессионного соглашения)  

Срок действия Соглашения 49 лет с даты заключения Соглашения (п. 1.3.2  Соглашения).  

18.03.2014 ООО «РИК» (заказчик) и ООО «Мостострой-12» (подрядчик)  заключен договор подряда (далее – договор подряда), по условиям которого ООО  «Мостострой-12» приняло на себя обязательство произвести инженерные изыскания,  разработать и согласовать разрабатываемую техническую документацию, проверить  передаваемую техническую документацию, получить необходимые разрешения для  строительства, построить на земельных участках, осуществить ввод в эксплуатацию  объекта «Мостовой переход через реку Кама и реку Буй у города Камбарка на  автомобильной дороге Ижевск-Сарапул-Камбарка-граница Республики Башкортостан в  Удмуртской Республике» (далее - объект) и передать ООО «РИК» соответствующую  документацию и объект в срок до 20.09.2016.  

Согласно дополнительному соглашению № 1 срок исполнения обязательств в  рамках договора подряда продлен до 2 квартала 2017 года, к строительству привлечено  ООО «Тюменьстальмост».  

На основании акта приема-передачи объектов недвижимости от 25.08.2017  Правительство Удмуртской Республики передало из состава имущества казны  Удмуртской Республики во владение и пользование в соответствии с условиями  концессионного соглашения от 21.05.2012 ООО «РИК» (лидеру простого товарищества  «Консорциум Региональная Инвестиционная компания») объекты: участки автодороги  Ижевск-СарапулКамбарка, с кадастровыми номерами: 18:00:000000:139,  18:00:000000:140, 18:10:000000:1658, 18:18:024001:1017, строительство мостовых  переходов через реку Буй с кадастровыми номерами: 18:10:000000:1656,  18:10:000000:1655, создание системы взимания платы 18:10:024001:1016,  10:10:000000:1657.  

Наряду с указанным 03.03.2014 между ПАО «Банк ВТБ» и должником заключен  договор поручительства с целью обеспечения исполнения обязательств ООО «РИК» по  кредитному соглашению от 20.09.2013 № 3364 на сумму 3 500 000 000 руб. с возвратом  до 19.09.2028 и кредитному соглашению № 3365 на сумму 1 538 000 000 руб. с  возвратом не позднее 28.02.2017.  

Общая сумма требований кредиторов, включенных в реестр требований  кредиторов ООО «Мостострой-12» на дату рассмотрения заявлений в суде первой  инстанции составлял 7 827 919 203 руб., в том числе требования уполномоченного  органа второй очереди в размере 120 166 425 руб. долга и требования уполномоченного  органа третьей очереди в общей сумме 489 262 347 руб.  

Судом первой инстанции объединено рассмотрение заявлений акционерного  общества «Волгомост» (вх. № 121515 от 23.10.2019), конкурсного управляющего ООО  «Мостострой-12» (вх. № 11345 от 03.02.2020), УФНС по Тюменской области  (вх. № 113288 от 16.09.2020), ПАО «Татфондбанк» (вх. № 135519 от 01.09.2021) о  привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в одно  производство.  

Рассматривая настоящий обособленный спор, суд первой инстанции обоснованно  принял во внимание, что вменяемые ответчикам действия по совершению сделок,  повлекших возникновение кризисной финансовой ситуации должника и невозможность  удовлетворения требований кредиторов возникли в период начиная с 2014 года по  апрель 2017 года, в связи с чем суд пришел к выводу о применении к заявленным  требованиям норм материального права в редакции статьи 10 Закона о банкротстве в  редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.  

При этом судом первой инстанции верно применен подход к выбору  применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной  ответственности, закрепленный в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 №  308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006, поскольку применение той или иной  редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона  о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место  обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица  должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о  привлечении к субсидиарной ответственности. А нормы процессуального права  подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о  привлечении к субсидиарной ответственности.  

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от  30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, предусмотренное, например, статьей 10 Закона о  банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), такое  основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника  несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем  отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона  основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований  кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем  правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего  законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм  

материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  (далее – постановление № 53).  

По смыслу пунктов 4, 16 названного постановления № 53 осуществление  фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия  (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает  степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс  управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на  принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если  сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены  под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо  подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает  существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение  должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными  действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Из пунктов 16 и 17 постановления № 53 следует, что под действиями  (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения  требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые  явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых  объективное банкротство не наступило бы. В равной степени контролирующее  

лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда  после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие),  существенно ухудшившие финансовое положение должника.  

Пунктом 23 постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2  статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате  совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу,  если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу  таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него  (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на  деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок.  Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной,  следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка,  совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для  должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате  совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или  несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый  доход.  

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо  фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого  совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для  применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен  существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в  

частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не  освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.  

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо,  одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо  косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на  номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной  презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред  кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было  знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.  

Таким образом, в настоящем деле, наряду со статусом ответчиков как  контролирующих должника лица, подлежат доказыванию последствия их поведения в  виде либо наступления признаков объективного банкротства должника, либо  существенного ухудшения финансового положения ООО «Мостострой-12» в период  такового, а также причинная связь между действиями (бездействием) привлекаемых к  ответственности лиц и указанными последствиями.  

I. ФИО3, ФИО2. 

В отношении ФИО2 и ФИО3 поданы заявления  Акционерным обществом «Волгомост» (вх. № 121515 от 23.10.2019), конкурсным  управляющим должника (вх. № 11345 от 03.02.2020), уполномоченным органом  (вх. № 113288 от 16.09.2020), ПАО «Татфондбанк» (вх. № 135519 от 01.09.2021) о  привлечении их к субсидиарной ответственности.  

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  заявителями указывалось:  

 неподача заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) при  наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества (ст. 61.12  Закона о банкротстве),  

 непередача управляющему в полном объеме документации должника (подп. 2,  4 п.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве),  

 невозможность полного погашения требований кредиторов ввиду причинения  существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения  сделок должника.  

 недобросовестная конкуренция при заключении договора на строительство  автомобильной дороги в обход г. Чусового, повлекшая потерю права на заключение  такого договора и как следствие утрату возможности по извлечению прибыли с учетом  Постановления ФАС по Пермскому краю № 536-16-АДМ о назначении  административного наказания по ч.1 ст. 14.32 КоАП РФ в виде штрафа в размере  11 724 792 руб.  

Как указано выше, судом первой инстанции не установлено оснований для  привлечения ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности:  

 по факту отсутствия документов бухгалтерского учета и (или) отчетности,  обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена  законодательством Российской Федерации, документов, хранение которых являлось  обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации;  

 по причине неподачи заявления о признании должника банкротом; 

 в связи с совершением должником сделок, впоследствии признанных судом  недействительными по основаниям, предусмотренным ст.61.3 Закона о банкротстве;  

 в связи с фактами недобросовестной конкуренции должника в ходе  проведения торгов в форме аукциона в электронной форме № 20156200009915000277 на  право заключения контракта на выполнение работ по строительству автомобильной  дороги в обход г. Чусового.  

На основании представленных в материалы дела документов, суд первой  инстанции признал ФИО3, ФИО2, ООО «СП Фоника»  контролирующими ООО «Мостострой-12» лицами в период 2014-2017 годы.  

При этом суд обоснованно исходил из следующего. 

Руководителями должника с момента создания по дату возбуждения дела о  банкротстве являлись:  

- ФИО26 с 11.11.2004 по 21.07.2008;  - ФИО27 с 22.07.2008 по 22.04.2013;  - ФИО28 с 23.04.2013 по 24.05.2016;  

- ФИО29 с 25.05.2016 по 13.09.2016; 

- ФИО3 с 14.09.2016 по 11.05.2017, с 12.05.2017 по  26.11.2017 (ликвидатор).  

Единственным участником ООО «Мостострой-12» с 18.01.2007 является ООО  «СП «Фоника», которое решением Арбитражного суда Ямало-Ненцкого автономного  округа от 19.01.2018 по делу № А81-1827/2017 признано несостоятельным (банкротом),  открыто конкурсное производство. Определением суда от 29.01.2021 конкурсным  управляющим общества с ограниченной ответственностью «Совместное предприятие  Фоника» утверждена ФИО30.  

Руководителями ООО «СП Фоника» являлись: 

- ФИО2 в период с 26.02.2006 по 20.05.2016 и с  22.07.2017 по 18.01.2018;  

- ФИО3 в периоды: с 30.05.2016 по 19.04.2017, с  20.04.2017 по 22.07.2017 (ликвидатор).  

ФИО2 также являлся до 06.02.2017 учредителем ООО «СП Фоника» с  долей в уставном капитале 10%.  

Помимо ФИО2 участником ООО «СП Фоника» до 06.02.2017 являлось  АО «ФОНИКА Акциенгезелльшафт» (90% доли в уставном капитале),  зарегистрированное в Княжестве Лихтенштейн, его руководителем являлся Петер  Вальзери, после 06.02.2017 принадлежавшая указанной иностранной организации доля  перешла обществу с ограниченной ответственностью «Мостостроительная компания»,  95% доли участия в которой также принадлежит АО «ФОНИКА Акциенгезелльшафт».  

Наряду с указанным, в рамках дела № А70-2347/2017 Арбитражным судом  Тюменской области, установлено, что ФИО3 являлся мажоритарным  участником АО «ФОНИКА Акциенгезелльшафт» (90% доли в уставном капитале),  тогда как поименованный в документах в качестве руководителя данной организации  Петер Вальзер исполнял свои обязанности номинально.  

Согласно данным уполномоченного органа Совет директоров ООО «СП  «Фоника» состоял из двух человек – ФИО3 и ФИО2  

Судом первой инстанции также установлено, ООО «СП Фоника» владело в  спорный период 76% акций Компании «Келстено Менеджмент Лимитед», активы  которой в свою очередь составляли 51% доли в уставном капитале ООО «РИК».  

Директором ООО «РИК» в период с 16.06.2016 являлся ФИО2 

Согласно данным ЕГРЮЛ единственным участником общества с ограниченной  ответственностью «Тюменьстальмост имени Тюменского Комсомола» (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>) является ООО «СП «Фоника» (ИНН 

<

***>).  

Постановлениями Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2019 по  делу № А81-1827/2017 (о несостоятельности (банкротстве) ООО «СП «Фоника») и от  25.06.2020 по делу № А70-2347/2017 (о несостоятельности (банкротстве) ООО  «Тюменьстальмост») установлено, что ООО «Мостострой-12», ООО  «Тюменьстальмост» и ООО «Арктикстроймост» являлись аффилированными между  собой лицами, входили в одну группу лиц, объединенных общими экономическими  интересами.  

Кроме того, в определении Арбитражного суда Тюменской области от 19.10.2020  по делу № А70-2347/2017 судом обращено внимание на тот факт, что из всех  причастных к деятельности ООО «Тюменьстальмост» и ООО «Мостострой-12»  физических лиц договоры поручительства во исполнение кредитных обязательств  перечисленных хозяйствующих субъектов заключены исключительно с ФИО3,  что характерно для конечных бенефициаров корпоративных групп.  

Также определением Верховного Суда Российской Федерации от 28.01.2021   № 308-ЭС20-15308 в рамках дела № А63-14055/2018 установлено принятие ФИО3 и ООО «СП «Фоника» обеспечительных обязательств по кредитным  обязательствам должника на основании внутрикорпоративного характера  взаимоотношений между ООО «Мостострой-12», ООО «СП Фоника» и ФИО3  

Судом первой инстанции также учтены установленные вступившим в законную  силу приговором Завьяловского районного суда от 12.10.2020 по уголовному делу № 12/2020 фактические обстоятельства, подтверждающие подконтрольность ФИО3 ООО «РИК», ОOO «Мостострой-12», ООО «Тюменьстальмост».  

С учетом изложенных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о  том, что ООО «Тюменьстальмост имени Тюменского Комсомола» (ИНН 

<

***>),  ООО «Арктикстроймост» (ИНН 

<

***>), ООО «СП «Фоника» (ИНН 

<

***>),  ООО «Мостострой-12 (ИНН 

<

***>), ООО «РИК» (ИНН 

<

***>) и компания  «Келстено Менеджмент Лимитед» относятся к одной группе компаний по фактам их  участия в уставных капиталах одного из указанных лиц в спорный период либо по  факту наличия таких обществ (компаний) в числе участников (учредителей) либо по  факту общности экономических интересов и контроля за деятельностью обществ  (компаний) за одним из ответчиков.  

Подавая апелляционную жалобу, ФИО2 указал на пропуск срока  исковой давности, на отсутствие у него признаков контролирующего должника лица, а  также на тот факт, что он не совершал сделки, направленные на вывод активов  должника.  

Подавая апелляционную жалобы ФИО3, статус контролирующего  должника лица не оспаривал, указывал на пропуск срока исковой давности, а также на  

отсутствие доказательств совокупности обстоятельств необходимых для привлечения к  субсидиарной ответственности:  

 должник признан банкротом вследствие действий и (или) бездействия  ФИО3;  

 в результате совершения ряда сделок ФИО3 извлек существенную  выгоду в виде увеличения (сбережения) своих активов;  

 совершенные ФИО3 сделки относительно масштабов деятельности  должника являлись значимыми и одновременно существенно убыточными.  

Вместе с тем, судом первой инстанции установлен факт совершения ряда сделок,  признанных в рамках нестоящего дела о несостоятельности (банкротстве) ООО  «Мостострой-12» недействительными по основанию статьи 61.2 Закона о банкротстве,  как причинившие вред кредиторам должника, а именно:  

- перечисления на основании писем ООО «Мостострой-12» № МС12-2602/16  от 01.09.2016, № МС12-3347/16 от 11.11.2016, и № МС12-3448/16 от 24.11.2016,  платежными поручениями № 887 от 02.09.2016, № 1238 от 11.11.2016, № 1346 от  25.11.2016 АО «Терминал-Рощино» денежных средств в размере 12 224 911,91 руб. в  пользу ООО «Тюменьстальмост», признанные недействительными определением  Арбитражного суда Тюменской области от 20.01.2020 по делу № А70-2099/2017 по п.2  ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи тем, что такие перечисления в пользу  аффилированного к должнику контрагенту должника по обязательствам должника,  осуществлялось в отсутствие встречного предоставления, т.е. денежные средства  перечислены безвозмездно. В указанный период руководителем должника являлся  ФИО3;  

- соглашение об уступке части требования по денежному обязательству (цессия)  от 07.02.2017, заключенное между ООО «Мостострой-12», в лице генерального  директора ФИО3 и ООО «Тюменьстальмост» об уступке права требования  ООО «Мостострой-12» к ООО «РИК» в размере 1 173 000,00 руб., признанное  недействительным определением Арбитражного суда Тюменской области от 27.05.2019  по делу № А70-2099/2017, по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 Закона о  банкротстве, в связи с тем, что должник осуществил уступку задолженности ликвидного  кредитора (ООО «РИК») на неликвидного дружественного (заинтересованного)  кредитора ООО «Тюменьстальмост» при отсутствии воли на фактическое исполнение  условий соглашения об уступке в части ее оплаты, применены последствия признания  сделки недействительной, с общества с ограниченной ответственностью  «Тюменьстальмост имени Тюменского Комсомола» в конкурсную массу общества с  ограниченной ответственностью «Мостострой-12» взыскано 68 000 000 руб.  

- соглашение о новации долгового обязательства по договору подряда в заемные  обязательства от 16.12.2016, заключенное между ООО «РИК» и ООО «Мостострой-12»;  договор займа № 1 от 16.12.2016, заключенный между ООО «РИК» и ООО  «Мостострой-12» на сумму 563 501 922,85 руб.; договор займа № 2 от 19.12.2016,  заключенный между ООО «РИК» и ООО «Мостострой-12» на сумму 563 501 922,85  руб.; признаны недействительными определением Арбитражного суда Тюменской  области от 16.11.2020 по делу № А70-2099/2017. Трансформируя задолженность,  возникшую из договора подряда от 18.03.2014, в заемное обязательство, стороны имели  

намерение прекратить обязательство ООО «РИК» перед ООО «Мостострой-12»,  установив новые обязательства ООО «РИК» на более выгодных для него условиях (с  низкой процентной ставкой, длительным сроком возврата), тем самым обеспечив его  финансирование на длительный срок за счет средств должника.  

Также выявлен ряд иных сделок, в отношении которых отсутствуют сведения о  получении должником равноценного исполнения, а именно:  

- перечисление ООО «Мостострой-12» по соглашению о выпуске переводных  векселей от 06.06.2014 № 5/АСМ-ИК/14 денежных средств в пользу ООО «ИК  «Конкорд» за 2014-2015 годы в общей сумме 6 725 152 тыс. руб. При этом, директором  ООО «ИК «Конкорд» и учредителем с долей 92,02% с 16.02.2015 являлся ФИО2 Согласно сведениям ЕГРЮЛ деятельность компании прекращена 21.02.2017.  

- перечисление на счет ООО «СП Фоника» в период с 01.01.2014 по 31.12.2016 в  рамках заключенных между должником и ООО «СП Фоника» договоров займа от  30.01.2014 № 30/01-14, б/н от 22.10.2014, № 10/08-15 от 10.08.2015 денежных средств на  общую сумму 5 178 711 тыс. руб., из которых впоследствии ООО «СП «Фоника» по  договорам займа № 1-17/06/14 от 17.06.2014 и № 2-17/06/14 от 17.06.2014 в период с  10.07.2014 по 10.11.2016 перечислено на банковские счета Компании «Дидрико  Лимитед» 4 102 755 481,37 руб. При этом фактический возврат средств должнику по  договорам займа от 30.01.2014 № 30/01-14, б/н от 22.10.2014, № 10/08-15 от 10.08.2015  произведен ООО «СП Фоника» в размере 264 841 тыс. руб. Частично обязательства  перед ООО «Мостострой-12» погашены посредством передачи на основании  соглашений № 1/2015 от 31.12.2015 и № 2/2016 от 31.03.2016 векселей ООО  «Арктикстроймост» на общую сумму 1 753 219 тыс. руб. (согласно пояснений  конкурсного управляющего ООО «СП Фоника» Мой Арбитр 17.06.2022), в отношении  которого уже 11.04.2016 было возбуждено дело о банкротстве № А81-1362/2016.  

Поскольку деятельность юридического лица характеризуется совершением  многочисленных сделок и иных операций, поэтому, по общему правилу, не может быть  признана единственной предпосылкой банкротства последняя, инициированная  контролирующим лицом, сделка (операция), которая привела к критическому  изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению  признаков объективного банкротства. Суд должен исследовать совокупность сделок и  других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких  контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее  развитию и переходу в стадию объективного банкротства (абзац третий пункта 16  постановления Пленума № 53).  

При этом суд первой инстанции в полном объеме исследовал представленные в  материалы дела документы и установил наличие негативных тенденций в финансовом  состоянии должника в 2016 году.  

Так, согласно бухгалтерской отчетности должника при наличии кредиторской  задолженности на конец 2014 года в размере 2 879 235 тыс. руб., 2015 года - в размере  3 665 792 тыс. руб., 2016 года - в размере 6 098 839 тыс. руб. размер его активов по  состоянию:  

 на 31.12.2014 составлял 6 440 644 тыс. руб., включая: основные средства (66  711 тыс. руб.), запасы (394 854 тыс. руб.), финансовые вложения (328 898 тыс. руб.),  

дебиторскую задолженность (5 464 160 тыс. руб.), денежные средства (103 393 тыс.  руб.) прочие (5408 тыс. руб.);  

 на 31.12.2015 составлял 8 041 796 тыс. руб., включая: основные средства  (69962 тыс. руб.), запасы (368 873 тыс. руб.), финансовые вложения (1 414 622 тыс.  руб.), дебиторскую задолженность (5 900 275 тыс. руб.), денежные средства (46708 тыс.  руб.) прочие (4923 тыс. руб.);  

 на 31.12.2016 составлял 10 960 847 тыс. руб., включая: основные средства  (38541 тыс. руб.), запасы (798 303 тыс. руб.), финансовые вложения (3 961 973 тыс.  руб.), дебиторскую задолженность (6 141 771 тыс. руб.), денежные средства (15 872 тыс.  руб.) прочие (4387 тыс. руб.).  

Из указанного следует, что за период 2014 - 2016 годы активы должника  превышали его краткосрочную задолженность, то есть в целом структура баланса  предприятия была положительной.  

Однако в динамике изменений структуры баланса суд первой инстанции  обоснованно обратил внимание на почти двукратное сокращение с 66 711 тыс. руб. в  2014 году, до 38541 в 2016 году величины основных средств должника, а также более  чем десятикратный рост финансовых вложений с 328 898 руб. в 2014 году до 3 961 973  руб. в 2016 году, что, по мнению суда первой инстанции, может свидетельствовать о  целенаправленном отвлечении средств из основной деятельности и сокращение  производственной активности предприятия в указанный период.  

Также судом учтены факты обращения налоговым органом с 26.07.2016  взыскания на денежные средства, поступающие на счета должника, в связи с наличием  задолженности, неисполнения должником обязательств по оплате аренды лесного  участка за период с 27.05.2016 по 19.12.2016 в размере 449 530 руб. 96 коп., неоплаты  по состоянию на 31.12.2016 страховых взносов, пени на общую сумму 118 440 882,42  руб., возбуждения уголовного дела № 201600306/73 в отношении ФИО3 по  факту невыплаты заработной платы 905 работникам на общую сумму 148 246 180,70  руб., за период с сентября 2016 года установленные определением Арбитражного суда  Тюменской области от 16.11.2020 по делу № А70-2099/2017, рост суммы кредиторской  задолженности взысканной с должника по судебным актам с 19 774 559,86 руб. в 2015  году до 99 222 233,11 руб. в 2016 году (а также 108 752 490,69 руб. только за первые два  месяца 2017 года, согласно сведениям, полученным на основании судебных актов  размещенных в КАД Арбитр»), в совокупности свидетельствующие о наличии  негативных тенденций в финансовом состоянии должника в обозначенный период и  ухудшении финансового положения должника преимущественно в период 2016 года.  

При этом судебная коллегия признает верным вывод суда первой инстанции о  том, что кризисную финансовую ситуацию должника безусловно усугубили  неэффективные управленческие решения контролирующих должника лиц, в том числе  путем совершения вышеуказанных сделок, что привело к банкротству должника.  

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 отклоняются. 

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции  относительно статуса ФИО2, при этом коллегией учитывается тот факт, что  ФИО2 являлся руководителем единственного участника ООО «Мостострой12» в период совершения большинства сделок, направленных на вывод активов  

должника, в том числе в период перечисления ООО «Мостострой-12» по соглашению о  выпуске переводных векселей от 06.06.2014 № 5/АСМ-ИК/14 денежных средств в  пользу ООО «ИК «Конкорд» за 2014-2015 годы в общей сумме 6 725 152 тыс. руб.  

В силу положений подпункта 1 пункта 3 статьи 40 Федерального закона от  08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» без  доверенности действует от имени общества единоличный исполнительный орган  общества. В связи с чем решение о согласии на совершение крупной сделки должника  должно было быть подписано со стороны единственного участника ФИО2  (если иное не предусмотрено уставом ООО «СП Фоника»)  

Вместе с тем, документов о согласовании условий указанной сделки со стороны  единственного участника в материалы дела не представлено.  

Довод апелляционной жалобы ФИО3 о совершении части указанных  сделок иными руководителями должника (действовавшими в период совершения  сделок), об отсутствии факта оспаривания (и соответственно признания  недействительными) части сделок в рамках настоящего дела о банкротстве должника, а  также о нивелировании негативных последствий от совершения сделок признанием  сделок недействительными судебной коллегией отклоняются.  

Как указано выше, из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления  Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, следует, что для применения презумпции,  доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок), наличие  вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки  недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей  совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки  недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.  

Таким образом, отсутствие судебного акта о признании сделки недействительной  не препятствует для квалификации соответствующих действий контролирующих  должника лиц.  

Также суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что в условиях  доказанности в рассматриваемом случае презумпции признания должника  несостоятельным (банкротом) и невозможности полного погашения требований  кредиторов вследствие действий (бездействия) контролирующих должника лиц, довод о  предоставлении кредиторам должника соразмерной судебной защиты посредством  признания недействительными сделок, совершение которых явилось причиной  объективного банкротства должника, в отсутствие доказательств фактического  исполнения судебных актов в части применения последствий недействительности  сделок, по существу, сводятся исключительно к возможности нивелирования  негативных последствий причиненного в результате совершения спорных сделок вреда  имущественным правам кредиторов должника за счет возвращенного имущества, что  само по себе наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника не исключает.  

Статус контролирующих должника лиц, судом первой инстанции установлен с  возможностью формирования и реализацией финансовых и иных административно-хозяйственных решений.  

Бремя опровержения представленных заявителями доводов возлагается на  ФИО3 и ФИО2 как процессуальных оппонентов. При этом,  защищаясь против предъявленных требований, ответчикам недостаточно ограничиться  только отрицанием обстоятельств, на которых настаивают заявители, необходимо  представить собственную версию инкриминируемых им событий. (Определение  Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2019 № 307-ЭС17-11745(2) по делу №  А56-83793/2014)  

Однако ни ФИО3, ни ФИО2 имеющимися у них правами  обоснованного возражения не воспользовались.  

Как разъяснено в абзаце втором пункта 19 Постановления Пленума № 53,  доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том  числе при опровержении установленных законом презумпций пункта 2 статьи 61.11  Закона о (банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство  обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной  конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения  бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).  

Вместе с тем, доказательства наличия внешних негативных факторов ни  ФИО3 ни ФИО2 не представили, причины объективного банкротства  ООО «Мостострой» не раскрыли.  

II. ООО «РИК» 

Признавая доказанным наличие оснований для привлечения ООО «РИК» к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям,  предусмотренным абзацем 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, суд первой  инстанции пришел к выводу о том, что ООО «РИК» в отсутствие статуса  контролирующего лица может быть признано действующим совместно с  контролирующими лицами, поскольку фактически выступало в качестве соисполнителя  (п. 22 Постановления № 53).  

Таким образом, статус контролирующего должника лица у ООО «РИК» судом  первой инстанции не установлен, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается.  

Суд первой инстанции пришел к выводу о создании недобросовестной бизнес-модели с выводом активов должника на подконтрольные организации, с созданием  звеньев с конкретным функционалом внутри корпоративной группы (в том числе с  функциями транзита), а также противоправных действий, направленных на  распределение долговой нагрузки на должника и иных участников группы компаний,  попавших впоследствии в процедуру банкротства с одновременным финансированием  одного звена бизнес-модели в лице ООО «РИК», защищенного от дефолта на случай  признания ООО «СП Фоника», ООО «Мостострой-12» и ООО «Тюменьстальмост»  банкротами и являющегося конечным получателем выгоды от платного использования  объектов концессионного соглашения (участков автодорог).  

Как указывает суд первой инстанции, ООО «Мостострой-12» утратило  существенную массу активов, прекратив осуществление производственной  деятельности, а кредиторы лишились возможности удовлетворения своих требований за  счет активов должника, в результате:  

 совершения цепочки сделок - договоры займа от 30.01.2014 № 30/01-14, б/н от  22.10.2014, № 10/08-15 от 10.08.2015 с ООО «СП Фоника», договоры займа ООО «СП  Фоника» № 1-17/06/14 от 17.06.2014 и № 2-17/06/14 с Компанией «Дидрико Лимитед»,  кредитные соглашения Компании «Дидрико Лимитед» от 02.06.2014, от 09.07.2014 и от  26.01.2016 с Компанией «Келстено Менеджмент Лимитед», соглашения о кредите  акционеров Компании «Келстено Менеджмент Лимитед» № 1 и № 2 от 18.06.2014 с ООО  «РИК»;  

 заключения соглашения о новации долгового обязательства от 16.12.2016 и  договоров займа № 1 от 16.12.2016 и № 2 от 19.12.2016 между должником и ООО «РИК».  

Кроме того, по мнению суда первой инстанции, должником в рассматриваемой  ситуации по договору простого товарищества от 21.10.2011 (в ред. от 31.07.2014)  результат в виде прибыли не получен, экономическая целесообразность участия в нем  нивелирована негативными последствиями функционала должника в избранной  ответчиками бизнес-модели.  

Преимущества ООО «РИК» выразились в частичном финансировании  концессионного соглашения за счет должника и приобретении прав  выгодоприобретателя по концессионному соглашению.  

Как указано выше, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о  применении положений статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции, действовавшей до  принятия Закона № 266, в части материального права к спорным отношениям  применяется прежняя норма. Таким образом, закрепленные в статье 61.11 Закона о  банкротстве, в действующей редакции, в отношении ООО «РИК» не применимы, в  связи с чем заявителям (истцам) по заявлениям о привлечении к субсидиарной  ответственности должно быть доказано именно то, что должник доведен до банкротства  вследствие неправомерных действий и (или) бездействий контролирующих должника  лиц и по их вине.  

С учетом неприменении каких-либо презумпций в отношении доказанности  элементов деликта суд первой инстанции сделал обоснованный вывод, что в настоящем  деле, наряду со статусом ответчиков как контролирующих должника лиц, подлежат  доказыванию последствия их поведения в виде либо наступления признаков  объективного банкротства должника, либо существенного ухудшения финансового  положения ООО «Мостострой-12» в период такового, а также причинная связь между  действиями (бездействием) привлекаемых к ответственности лиц и указанными  последствиями.  

II.1. Сделка по перечислению денежных средств. 

Судом первой инстанции указано на наличие цепочки сделок по перечислению  денежных средств от должника в пользу ООО «РИК» через ООО «СП «Фоника»,  Компанию «Дидрико Лимитед», Компанию «Келстено Менеджмент Лимитед».  

Так, должником и ООО «СП Фоника» заключены договоры займа от 30.01.2014   № 30/01-14, б/н от 22.10.2014, № 10/08-15 от 10.08.2015 в рамках которых на счет ООО  «СП Фоника» в период с 01.01.2014 по 31.12.2016 перечислены средства на общую  сумму 5 178 711 тыс. руб., из которых впоследствии ООО «СП «Фоника» по договорам  займа № 1-17/06/14 от 17.06.2014 и № 2-17/06/14 от 17.06.2014 в период с 10.07.2014 по  

10.11.2016 перечислено на банковские счета Компании «Дидрико Лимитед»  4 102 755 481,37 руб.  

Как указано судом первой инстанции, в дальнейшем Компанией «Дидрико  Лимитед» по кредитным соглашениям от 02.06.2014, от 09.07.2014 и от 26.01.2016  произведены перечисления в пользу Компании «Келстено Менеджмент Лимитед» в  сумме 4 033 682 523,88 руб. Конечным получателем в указанной цепочке сделок  выступило ООО «РИК» (заемщик) в рамках договоров займа (соглашения о кредите  акционеров) № 1 и № 2 от 18.06.2014 с Компанией «Келстено Менеджмент Лимитед»  (займодавец) в сумме 3 909 190 000 руб.  

При этом фактический возврат средств должнику по договорам займа от  30.01.2014 № 30/01-14, б/н от 22.10.2014, № 10/08-15 от 10.08.2015 произведен ООО «СП  Фоника» в размере 264 841 тыс. руб. Частично обязательства перед ООО «Мостострой12» погашены посредством передачи на основании соглашений № 1/2015 от 31.12.2015 и   № 2/2016 от 31.03.2016 векселей ООО «Арктикстроймост» на общую сумму 1 753 219  тыс. руб. (согласно пояснений конкурсного управляющего ООО «СП Фоника» Мой  Арбитр 17.06.2022), в отношении которого уже 11.04.2016 было возбуждено дело о  банкротстве № А81-1362/2016.  

Возражая в данной части, ООО «РИК» указало на отсутствие в материалах дела  доказательств существования цепочки движения денежных средств, поскольку в  материалы дела не представлены договоры займа между Компанией «Дидрико  Лимитед» и Компанией «Келстено Менеджмент Лимитед», а также доказательства  существования банковских операций между указанными лицами и информации о  возврате займов.  

Рассмотрев материалы дела, судебная коллегия соглашается с позицией ООО  «РИК» на основании следующего.  

В рамках настоящего дела № А70-2099/2017 о несостоятельности (банкротстве)  ООО «Мостострой-12» указанная цепочка сделок не оспаривалась.  

Вместе с тем, в рамках дела № А81-1827/2017 о несостоятельности (банкротстве)  ООО «СП «Фоника» рассматривалось заявление конкурсного управляющего ООО «СП  «Фоника» и ПАО «Татфондбанк» о признании недействительными договоров займа,  заключенных между ООО «СП Фоника» (заимодавец) и ООО «РИК» (заемщик), при  участии в совершении сделок Компании «Келстено Менеджмент Лимитед» (компания-резидент Республики Кипр) и Компании «Дидрико Лимитед» (компания-резидент  Республики Кипр).  

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от  06.03.2021 по делу № А81-1827/2017, оставленным без изменения Постановлением  Восьмого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2021, Постановлением  Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 30.09.2021, а также Определением  Верховного Суда Российской Федерации от 22.03.2022, в удовлетворении указанных  требований конкурсного управляющего ООО «СП Фоника» и ПАО «Татфондбанк»  отказано.  

В рамках указанного обособленного спора в Арбитражном суде Ямало-Ненецкого  автономного округа (дело № А81-1827/2017) заявлялось, что Компания «Келстено  менеджмент лимитед» получила денежные средства в общем размере 4 099 770 775,37  

руб., предоставленные в пользу ООО «РИК» по договорам об акционерном займе № 1,   № 2 от 18.06.2014, от Компании «Дидрико лимитед», которая, в свою очередь, получила  от ООО «СП Фоника» по договорам займа № 1, № 2 от 17.06.2014.  

Указывалось, что участники вышеуказанной цепочки притворных сделок на  момент совершения оспариваемых сделок обладали единой волей, поскольку являлись  аффилированными, входили в группу лиц ООО «СП Фоника».  

ООО «РИК» являлось дочерней компанией Компании «Келстено менеджмент  лимитед», а Компания «Келстено менеджмент лимитед» являлась дочерней компанией  ООО «СП Фоника». Форма финансирования транзитом через офшорные компании  защищало ООО «РИК» от дефолта в случае, если ООО «СП Фоника», ООО  «Мостострой-12», ООО «Тюменьстальмост» будут признаны несостоятельными  (банкротами), а также создавало возможность для бенефициаров ООО «СП Фоника»  (ФИО3, ФИО24) сохранить актив в виде прав требований к ООО  «РИК» в размере 4 099 770 775,37 руб. и 51% долей в уставном капитале ООО «РИК».  

Арбитражным судом Ямало-Ненецкого автономного округа в рамках дела №  А81-1827/2017 установлено, что незадолго до передачи денежных средств по  оспариваемым договорам займа от ООО «СП Фоника» в пользу компании «Дидрико  Лимитед» денежные средства в идентичном размере переводились на счета Должника  следующими лицами: ООО «Мостострой-12», ООО «АрктикСтройМост», ООО  «Тюменьстальмост».  

Отказывая в признании сделок недействительными, Арбитражный суд Ямало- Ненецкого автономного округа в рамках № А81-1827/2017 установил, что для перевода  денежных средств ООО «СП Фоника» использовало не собственные денежные  средства, а денежные средства, предоставленные его аффилированными лицами, ООО  «СП «Фоника» выполняло роль транзитной организации.  

При этом, судом сделан вывод о необходимости рассмотрения вопроса о  действительности заявленных сделок между ООО «Мостострой-12» и ООО «РИК» в  рамках дела о банкротстве ООО «Мостострой-12» ( № А70-2099/2017).  

Однако как указывалось выше, обособленный спор в рамках настоящего дела  инициирован не был.  

Кроме того, в материалы дела № А81-1827/2017 не представлены договоры  между компаниями «Дидрико Лимитед» и «Келстено Менеджмент Лимитед», а также  доказательства проведения платежей по указанным договорам, в связи с чем у  Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа отсутствовала возможность  проанализировать их содержание на предмет соответствия требованиям российского  законодательства, в частности положений статьи 170 ГК РФ.  

Арбитражным судом Ямало-Ненецкого автономного округа также установлено,  что Компания «Дидрико Лимитед» ликвидирована 18.12.2019.  

Довод апелляционной жалобы ООО «РИК» относительно иной суммы,  перечисленной ООО «СП Фоника» в адрес Компании «Дидрико Лимитед»  (2 241 546 000 руб.), чем сумма указанная судом первой инстанции (4 102 755 481,37  руб.) отклоняется, поскольку представленными в материалы дела документами  подтверждается перевод ООО «СП Фоника» в адрес Компании «Дидрико Лимитед»:  

 по договору от 09.07.2014 № 1-17/06/14 в общей сумме 3 912 175 000 руб.  (Ведомость банковского контроля по кредитному договору Филиала Банка ВТБ (ПАО) в  г. Нижнем Новгороде, приложение к заявлению ПАО «Татфондбанк» от 27.08.2021 (вх.  31.08.2021 № 135519), л.д. 51-54 том 471)  

 по договору от 09.07.2014 № 2-17/06/14 в общей сумме 190 580 481,37 руб.  (Ведомость банковского контроля по кредитному договору Филиала Банка ВТБ (ПАО) в  г. Нижнем Новгороде, приложение к заявлению ПАО «Татфондбанк» от 27.08.2021 (вх.  31.08.2021 № 135519), л.д. 72-76 том 471).  

Вместе с тем, как следует из пояснений конкурсного управляющего ООО «СП  Фоника» ФИО30 часть денежных средств (в размере 2 089 663 601,92 руб.),  полученных по договорам займа № 30/01-14 от 30.01.2014, 22.10.2014 от ООО  «Мостострой-12» возвращены ООО «СП Фоника» (письменные пояснения от  17.06.2022, л.д.125-127, том 496).  

Информация о частичном возврате денежных средств также подтверждается  анализом выписок по счетам ООО «Мостсострой-12», представленным в материалы  дела 20.06.2022 конкурсным управляющим должника. Согласно представленным  сведениям должнику возвращено 1 789 361 601,92 руб.  

Кроме того, как указывает конкурсный управляющий ООО «СП Фоника», в  2015-2016 годах, должнику в счет погашения задолженности по договору процентного  займа от 10.08.2015 № 10/08-15 от ООО «СП Фоника» переданы векселя ООО  «АрктикСтройМост» на общую сумму 1 753 219 000 руб. по соглашениям от 31.12.2015   № 1/2015 (1 103 219 000 руб.), от 31.03.2016 № 2/2016 (650 000 000 руб.)  

Также судебная коллегия принимает во внимание довод апелляционной жалобы  ООО «РИК» о том, что на счета ООО «СП Фоника» в период перечисления денежных  средств в адрес Компании «Дидрико» поступали денежные средства от иных (помимо  должника) и аффилированных с ООО «СП Фоника» компаний на 9,3 млрд рублей (ООО  «Тюменьстальмост», ООО «Строительное управление-1», ООО «РММ-Норд», ООО  «АрктикСтройМост», ООО «Региональные газораспределительные сети» и др.).  

Данный довод лицами, участвующими в деле, не оспорен. 

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в  материалы дела не представлены неоспоримые доказательства перечисления денежных  средств ООО «Мостострой-12» в адрес ООО «РИК» посредством заявленной цепочки  сделок.  

Напротив, представленной совокупностью доказательств (поступление денежных  средств на счет ООО «СП Фоника» от иных контрагентов (помимо денежных средств  должника), гашение задолженности по договорам займа ООО «СП «Фоника» перед  должником путем перечисления денежных средств по счету, а также путем передачи  векселей, отсутствие доказательств перечисления и наличия договоров между Компания  «Келстено менеджмент лимитед» и компанией «Дидрико Лимитед») подтверждается  отсутствие перечислений денежных средств должника в адрес ООО «РИК».  

В связи с отсутствием доказательств цепочки сделок по выводу денежных  средств должника в пользу ООО «РИК» коллегия не усматривает оснований  привлечения ООО «РИК» к субсидиарной ответственности по данному эпизоду.  

II.2. Соглашение о новации долгового обязательства от 16.12.2016 и договоры  займа № 1 от 16.12.2016 и № 2 от 19.12.2016 между должником и ООО «РИК»  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 16.11.2020 по делу №  А70-2099/2017, оставленным без изменения постановлениями Восьмого арбитражного  апелляционного суда от 15.04.2021 и Арбитражного суда западно-Сибирского округа от  09.08.2021, определением Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2021 №  304-ЭС19-17538(3,5) по делу № А70-2099/2017 признаны недействительными  

- соглашение о новации долгового обязательства по договору подряда в заемные  обязательства от 16.12.2016, заключенное между ООО «РИК» и ООО «Мостострой-12»;  

- договор займа № 1 от 16.12.2016, заключенный между ООО «РИК» и ООО  «Мостострой-12» на сумму 563 501 922,85 руб.;  

- договор займа № 2 от 19.12.2016, заключенный между ООО «РИК» и ООО  «Мостострой-12» на сумму 563 501 922,85 руб.;  

Применены последствия недействительности сделок в виде восстановления  задолженности ООО «РИК» перед должником по договору подряда от 18.03.2014 в  размере 1 127 003 845, 77 руб.  

При рассмотрении обособленного спора судами установлена аффилированность  ООО «РИК» и должника на момент совершения оспариваемых сделок.  

Также установлено, что сделки совершены в условиях неплатежеспособности  должника при наличии непогашенной задолженности перед кредиторами:  

- по состоянию на 26.07.2016 обращено взыскание на денежные средства,  поступающие на счета должника (согласно ответу ИФНС № 3 по г. Тюмени № 11-222/005738 от 20.03.2019). При этом определением Арбитражного суда Тюменской  области от 24.07.2018 в реестр требований кредиторов должника включены требования  уполномоченного органа на общую сумму 120 166 424,71 руб., в том числе  по обязательствам, возникшим в спорный период;  

- по состоянию на 31.12.2016 у ООО «Мостострой-12» имелась задолженность по  оплате страховых взносов, пени и на общую сумму 118 440 882,42 руб., из них:  основной долг – 114 959 888,89 руб., пени, штрафы 3 480 993,53руб.  

- неисполнение должником обязательств по оплате аренды лесного участка за  период с 27.05.2016 по 19.12.2016 в размере 449 530 руб. 96 коп., в связи с невнесением  арендной платы в установленные сроки начислена неустойка в размере  

5 426 руб. 91 коп. 

Постановлением мирового судьи судебного участка № 13 Ленинского судебного  района г. Тюмени от 08.08.2018 прекращено уголовное дело № 201600306/73  в отношении ФИО3, возбужденное Следственным комитетом по Ленинскому  административному округу г. Тюмени СУ СК РФ по Тюменской области по признакам  преступления, предусмотренного частью 2 статьи 145.1 УК РФ по факту невыплаты  заработной платы 905 работникам на общую сумму 148 246 180,70 руб., при этом  задолженность по заработной плате возникла с сентября 2016 года.  

В постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2020   № 08АП-1604/2020 по делу № А70-2347/2017 (дело о банкротстве  ООО «Тюменьстальмост») отмечено, что движение дела № А70-2099/2017  

свидетельствует о том, что ООО «Мостострой-12» отвечало признакам  неплатежеспособности уже в 2016 году.  

Трансформируя задолженность, возникшую из договора подряда от 18.03.2014,  в заемное обязательство, стороны имели намерение прекратить обязательство  ООО «РИК» перед ООО «Мостострой-12», установив новые обязательства ООО «РИК»  на более выгодных для него условиях (с низкой процентной ставкой, длительным  сроком возврата), тем самым обеспечив его финансирование на длительный срок за счет  средств должника.  

При этом суды указали, что стороны действовали недобросовестно, устанавливая  для подрядчика условия, не соответствующие предмету данных правоотношений, так  как подрядчик принял на себя дополнительные, очевидно невыполнимые обязательства,  что позволило заказчику за относительно короткий период времени начислить  неустойку подрядчику на сумму сравнимую со стоимостью неоплаченных работ и  предъявить ее ко включению в реестр требований кредиторов. В сложившейся  ситуации, определение судом сальдо взаимных обязательств, приведет к нарушению  прав и законных интересов кредиторов должника, а также необоснованной выгоде  ответчика.  

Таким образом, соглашение о новации долгового обязательства по договору  подряда в заемные обязательства от 16.12.2016, а также договоры займа № 1 от  16.12.2016 и № 2 от 19.12.2016 судами признаны недействительными как сделки,  причинившие вред кредиторам должника.  

Вместе с тем, судебная коллегия учитывает следующее. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 Постановления N 53,  презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок)  (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) может быть применена к  контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред  кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые  для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  существенно убыточными.  

В данном случае, судебная коллегия полагает возможным применить правовую  позицию, изложенную в определениях Верховного Суда Российской Федерации от  07.10.2021 № 305-ЭС18-13210(2) по делу № А40-252160/2015, от 10.11.2021 № 305- ЭС19-14439(3-8) по делу № А40-208852/2015, согласно которой квалифицирующими  признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть  применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для  должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их  существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) –  кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда  кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического  обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная  направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.  

При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом  сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для  привлечения к субсидиарной ответственности.  

Таким образом, именно уменьшение конкурсной массы в результате совершения  невыгодной сделки и способность данной сделки привести компанию к банкротству  являются определяющими показателями для запуска презумпции доведения до  банкротства против стороны по такой сделке и основанием для привлечения к  субсидиарной ответственности. Соответственно в случае, если сделки, совершенные  должником, сами по себе к уменьшению конкурсной массы не привели, это  препятствует применению презумпции существенности вреда.  

Между тем, в материалы дела заявителями не представлено доказательств того,  каким образом совершенные сделки новации и займов повлияли на финансовое  положение должника. Кроме того, не доказано то обстоятельство, что именно  совершение указанных сделок привело к банкротству должника, которое в такой  ситуации стало неизбежным. Между тем, не приведено доказательств, что сделки  новации и займов являются значимыми для должника, применительно к масштабам его  деятельности, являются существенно убыточными, что совокупный вред, причиненный  сделками эквивалентен 20 - 25% общей балансовой стоимости имущества должника.  

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда  сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой  (сделками) причинен существенный вред кредиторам. Между тем, в настоящем случае  существенный вред отсутствует.  

Кроме того, ка следует из определения Арбитражного суда Тюменской области  от 16.11.2020 по делу № А70-2099/2017 сделка новации совершалась уже в период  неплатежеспособности должника, сама по себе сделка новации не могла явиться  причиной банкротства должника, поскольку задолженность ООО «РИК» перед ООО  «Мостострой-12» не была установлена данной сделкой, а фактически была направлена  на рассрочку оплаты задолженности (в ущерб уже имеющимся кредиторам).  

II.3. Создание недобросовестной бизнес-модели. 

Судом первой инстанции сделан вывод о создании контролирующими лицами  недобросовестной бизнес-модели с выводом активов должника на подконтрольные  организации, с созданием звеньев с конкретным функционалом внутри корпоративной  группы (в том числе с функциями транзита), а также противоправных действий,  направленных на распределение долговой нагрузки на должника и иных участников  группы компаний, попавших впоследствии в процедуру банкротства с одновременным  финансированием одного звена бизнес-модели в лице ООО «РИК», защищенного от  дефолта на случай признания ООО «СП Фоника», ООО «Мостострой-12» и ООО  «Тюменьстальмост» банкротами и являющегося конечным получателем выгоды от  платного использования объектов концессионного соглашения (участков автодорог).  

Как установлено судом первой инстанции, за период 2017-2020 года доходы  ООО «РИК» от осуществления деятельности по предоставлению платного проезда по  объектам концессионного соглашения составили 1,3 млрд. руб., что подтверждается  выписками по счетам ООО «РИК», включая 411 млн. руб. по итогам 2020 года: 343 073  тыс. руб. (наличная выручка, эквайринг), 1 111 тыс. руб. (АО «Дорожное предприятие  «Ижевское» оплата за проезд по платным участкам моста), 12 905 тыс. руб. (ООО  «Радонеж», оплата по договору № Р-163 от 02.03.2020 за организацию проезда), 8203  тыс. руб. (АО «Белкамнефть им. А.А. Волкова, договор № Р-52 от 15.01.2019), 5 297 тыс.  

руб. (ООО «Технологический транспорт, договор от 27.12.2019), 4 363 тыс. руб. (ОАО  Милком», договор № Р-68 от 16.01.2019), 3 491 тыс. руб. (ООО «ТТН», договор № Р-78  от 21.01.2019), 2 737 тыс. руб. (ООО «УДС Нефть», договор № Р-50 от 18.12.2018), 2 121  тыс. руб. (ООО «Ника-Петротэк», договор № Р-77 от 21.01.2019), 1 788 тыс. руб. (ООО  «Химмонтаж», договор № Р-100 от 24.05.2019), доходы от платы за проезд от прочих  контрагентов.  

При этом должником в рассматриваемой ситуации по договору простого  товарищества от 21.10.2011 (в ред. от 31.07.2014) результат в виде прибыли не получен,  экономическая целесообразность участия в нем нивелирована негативными  последствиями функционала должника в избранной ответчиками бизнес-модели.  

Возражая в данной части, ООО «РИК» указало, что выбранная схема  финансирования концессионного проекта носит рыночный характер и была создана  задолго до банкротства должника.  

ООО «РИК» указало, что договор подряда являлся для должника выгодной  сделкой, не причинил ему убытки и не мог привести к его банкротству.  

В материалы дела представлено заключение в отношении себестоимости  строительства от 06.08.2021 № 502101-03568, подготовленное Cunningham Lindsey  Russia (далее – АО «КЛР») (т. 472 л.д. 9-38).  

Предметом исследования являлся объект строительства – мосты через р. Кама и  р. Буй и подходы к ним по договору подряда от 18.03.2014, заключенному ООО «РИК»  и ООО «Мостострой-12». Цена договора составляет 13 942 650 000,00 руб. (в том числе  НДС 2 126 844 915,00 руб.)  

По итогам проведенного анализа и с учетом выполненных расчетов,  себестоимость строительства мостовых переходов через реку Кама и реку Буй у города  Камбарка, Удмуртская Республика, составляет для ООО «Мостсострой-12»  7 363 046 331,35 руб. (с НДС) и 6 239 869 772,33 руб. (без НДС).  

При этом общая себестоимость строительства (с учетом работ ООО «Пуск» и  ООО «ТСМ») составила 8 795 417 644,37 руб. (с НДС)  

В силу части 2 статьи 64 АПК РФ заключение специалиста является одним из  доказательств по делу, которое оценивается судом в порядке, предусмотренном нормами  статьи 71 АПК РФ, наряду с иными допустимыми доказательствами. Заключение  эксперта (специалиста), полученное по результатам проведения внесудебной  экспертизы (исследования), хоть и не является заключением эксперта в смысле статьи  86 АПК РФ, обладает доказательственной силой как иной документ (часть 2 статьи 62,  статьи 89 АПК РФ).  

Указанное заключение в порядке статьи 64 АПК РФ оценено судебной коллегией  наряду с иными доказательствами и признано надлежащим.  

В результате оценки доказательств установлено, что иным представленным в  дело доказательствам заключение специалиста не противоречит, заключение выполнено  последовательно, не содержит противоречивых выводов, достаточно ясное и полное,  недостатков в заключении, сомнений в правильности и объективности содержащихся в  нем выводов не установлено.  

Договор подряда, как и договоры акционерного займа № 1 и № 2 от 18.06.2014  между Компанией «Келстено Менеджмент Лимитед» и ответчиком, недействительными  не признаны.  

Как указано выше действительная стоимость работ по договору подряда  составила 8 795 417 644,37 руб. (с НДС), в связи с чем договор подряда с ценой  договора в размере 13 942 650 000,00 руб., изначально не мог быть признан убыточным  для должника.  

С учетом выполненных работ на сумму 7 363 046 331,35 руб. (с НДС) и  полученных по договору подряда от ООО «РИК» в размере 11 294 679 608,85 руб.,  договор подряда исключает наличие убытков у должника.  

Кроме того, ООО «РИК» представило в материалы дела сведения о соотношении  финансирования реализации концессии за 2014-2021 год и денежных средств,  оплаченных ООО «РИК» для целей строительства объекта концессии (т. 495 л.д. 96- 125), которая показывает, что ООО «РИК» получило финансирование в размере 16 185  066 939,91 руб.:  

 Удмуртская Республика - 3 859 440 000,00 руб.,   Банк ВТБ (ПАО) - 6 036 011 808,69 руб.,  

 Компания «Келстено Менеджмент Лимитед» - 4 099 770 775,22 руб.,   возврат НДС в связи с реализацией концессии - 2 189 844 356,00 руб.  

При этом ООО «РИК» понесло расходы на концессию в размере  16 474 345 071,60 руб.;  

 ООО «Мостострой-12»: - 11 294 679 608,85 руб.,   ООО «Пуск» - 1 524 591 010,00 руб.,  

 ООО «Тюменьстальмост» - 233 654 641,00 руб.,   иные расходы -3 421 419 811,75 руб.  

Между тем, факт получения дохода ООО «РИК» за осуществление деятельности  по предоставлению платного проезда по объектам Концессионного соглашения не  может свидетельствовать о получении необоснованной выгоды ответчиком за счет  должника.  

Как верно указало ООО «РИК», получение дохода от платного проезда не  свидетельствует о получении экономической выгоды ООО «РИК», то есть прибыли,  которая представляет собой доход за вычетом расходов, поскольку как указано выше  ООО «РИК» имеет значительную кредитную нагрузку, которая предполагает  возвратность денежных средств.  

Кроме того, получение платы за проезд по мостовым переходом является  следствием хозяйственной деятельности ООО «РИК» как концессионера, но не  изъятием (сбережением) имущества за счет должника. Получение платы в связи с  эксплуатацией мостовых переходов - условие реализации ООО «РИК» Концессионного  соглашения, а полученные денежные средства направляются на погашение полученного  заемного финансирования в соответствии с финансово-экономической моделью  концессии.  

С учетом установленных обстоятельств, суд апелляционной инстанции  соглашается с позицией ООО «РИК» (основанной на правовом заключении А.В.  

ФИО31 от 14.07.2022), относительно отсутствия в рассматриваемом случае в рамках  отношений договора подряда недобросовестной бизнес-модели.  

О формировании «центра убытков», как правило, свидетельствуют  систематически невыгодные повторяющиеся схемы отношений, в которых лицо,  являющееся «центром убытков» вступает в сделки на нерыночных условиях.  

Вместе с тем, как следует из материалов дела и представленных доказательств, в  рассматриваемом деле не усматривается повторяющейся схемы отношений ООО «РИК»  и должника, вменяемые ответчику сделки носят разноплановый, несвязанный характер.  

Кроме того, в рамках сложившихся правоотношений должник в течение  определенного периода времени получал прибыль, платежеспособность ООО «РИК» не  зависела от систематической концентрации денежных средств должника, как «центра  убытков», а была связана, в том числе, с дополнительным кредитованием (Банк ВТБ  (ПАО), Удмуртская Республика).  

Кроме того, не доказан нерыночный характер модели отношений ООО «РИК» и  должника, каждый из которых выполнял строго определенную роль в целях реализации  концессии в рамках обычных договорных условий.  

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии  оснований привлечения ООО «РИК» к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника, поскольку статус контролирующего должника лица у  ответчика отсутствует; доказательства наличия согласованных, скоординированных  действий со стороны ООО «РИК», направленных на реализацию общего с  контролирующими должника лицами незаконного намерения, не установлено,  отсутствует соучастие в какой-либо форме (соисполнительство, пособничество и т.д.).  

III. ПАО «Банк ВТБ» 

Заявляя о привлечении ПАО Банк «ВТБ» к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника, а также поддерживая данный довод в своей апелляционной  жалобе, ПАО «Татфондбанк» указало, что схема ведения бизнеса ООО «Мостострой12» была реализована в интересах ПАО Банк ВТБ.  

Как следует из апелляционной жалобы ПАО «Татфондбанк», контролирующий  статус Банка ВТБ (ПАО) заявитель связывает с участниками ООО «РИК», доли которых  в уставном капитале ООО «РИК» обременены залогом в пользу Банка ВТБ (ПАО), при  этом владельцем 100% доли в уставном капитале ООО «Оператор Скоростных  магистралей» (участник ООО «РИК» с долей в размере 41,5%) является ООО «ВТБ  Инфраструктурный холдинг».  

По мнению заявителя, возможность Банка ВТБ давать обязательные указания  Компании «Келстено Менеджмент Лимитед» подтверждается приобретением у ООО  «СП «Фоника» акции Компании с ограниченной ответственностью «Келстено  Менеджмент Лимитед».  

Также заявителем отмечено, что в настоящее время в результате реализации  концессионного соглашения единственным лицом, получившим выгоду от  установленной судом первой инстанции схемы ведения бизнеса, является ответчик ВТБ  Банк (ПАО), котоый получает возврат кредитных денежных средств за счет прибыли,  извлекаемой ООО «РИК» от эксплуатации объекта концессии возведенного в том числе  за счет средств кредиторов ООО «Мостострой-12».  

Вместе с тем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что  ПАО «Татфондбанк» не доказано наличие у ПАО «Банк ВТБ» статуса контролирующего  должника лица, а также функций соисполнителя указанных заявителем противоправных  действий, в том числе в связи с тем, что залоговые правоотношения в отношении доли в  уставном капитале ООО «Региональная инвестиционная компания», где  залогодержателем выступает Банк ВТБ (ПАО), не свидетельствуют о наличии  аффилированности между указанными лицами. При этом ПАО «Банк ВТБ» не является  участником группы компаний, в которую входит должник, а частичное  финансирование концессионного соглашения, в том числе с целью контроля за его  реализацией, не свидетельствует о контроле в отнощении должника.  

При этом каких-либо доказательств в пользу того, что Банк ВТБ (ПАО)  самостоятельно является контролирующим лицом непосредственно в отношении ООО  «Мостострой-12», в материалы дела также представлено не было.  

В отсутствие формальных связей признание за лицом статуса контролирующего  должника лица возможно только в том случае, если будет с очевидностью доказано, что  оно фактически определяло всю хозяйственную деятельность должника, как следует из  пункта 3 Постановления № 53. При этом презумпцией фактического контроля лица над  должником является извлечение существенной (относительно масштабов деятельности  должника) выгоды в виде увеличения (сбережения) активов согласно абз. 2 п. 7  Постановления Пленума N 53 с учетом пп. 4 п. 3 ст. 61.10 Закона о банкротстве.  

С учетом указанного, судебная коллегия соглашается с выводом первой  инстанции, не находит оснований привлечения ПАО Банк ВТБ к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника.  

IV. Срок исковой давности. 

Ответчиками заявлено о пропуске конкурсным управляющим, уполномоченным  органом, ПАО «Татфондбанк» срока исковой давности на обращение с заявлением о  привлечении к субсидиарной ответственности.  

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции в данном случае полагает  необходимым руководствоваться сложившейся в судебном округе судебной практикой  по вопросу применения срока исковой давности при рассмотрении споров о  привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.  

В силу пункта 4 статьи 10 первоначальной редакции Закона о банкротстве в  случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника,  собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том  числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для  должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на  учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества  должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.  

Согласно абзацу второму пункта 5 статьи 129 Закона о банкротстве  (первоначальной редакции) размер ответственности лиц, привлекаемых к субсидиарной  ответственности в соответствии с этим пунктом, определяется, исходя из разницы  между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов,  и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или  замещения активов организации-должника.  

Впоследствии названная норма изложена в редакции, утвержденной  Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные  законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ).  

Положения указанных норм свидетельствуют об отсутствии принципиального  противоречия между редакциями первоначальных положений Закона о банкротстве и  Закона № 73-ФЗ, поскольку они одинаково определяют момент, с которого  арбитражному управляющему становится известно о нарушении прав кредиторов  лицами, контролирующими должника. В силу названных норм этот момент определялся  фактическим отсутствием денежных средств для удовлетворения требований  кредиторов.  

По смыслу упомянутых правовых норм при определении момента начала течения  срока исковой давности по заявлению о привлечении собственника имущества  должника к субсидиарной ответственности в процедуре банкротства необходимо было  учитывать, что размер ответственности невозможно определить с разумной  достоверностью до момента реализации имущества должника, в связи с чем такой срок  мог исчисляться не ранее даты завершения реализации имущества предприятия и  окончательного формирования конкурсной массы.  

Федеральным законом от 28.06.2013 N 134-ФЗ внесены изменения и дополнения  в статью 10 Закона о банкротстве, определяющие порядок исчисления срока исковой  давности. Так, в соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции  Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) заявление о привлечении  контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям,  предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение  одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать  о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В  случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен  судом.  

В дальнейшем, Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении  изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс  Российской Федерации об административных правонарушениях» статья 10 Закона о  банкротстве признана утратившей силу и названный Закон дополнен главой III.2  «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».  

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о  банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего  Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона  о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).  

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ  заявление о привлечении к ответственности может быть подано в течение трех лет со  дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было  узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом и не  

позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие,  являющиеся основанием для привлечения к ответственности.  

Данный срок является специальным сроком исковой давности (пункт 58  Постановления № 53).  

Новые сроки исковой давности и правила их исчисления обычно применяются к  требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим  законодательством и не истекли на момент принятия нового закона. Соответствующие  разъяснения приведены также в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с  применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой  давности». При этом исходя из презумпции добросовестности сторон имущественных  отношений не предполагается, что увеличение срока исковой давности может ухудшить  положение обязанной стороны; иное означало бы, что сторона заведомо исходила из  того, что по истечении указанного в законе срока она не будет исполнять свои  обязательства (пункт 5.1 Постановления Конституционного Суда Российской  Федерации от 20.07.2011 № 20-П), что противоречит действительному смыслу и  предназначению исковой давности.  

Заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности  предъявлено в суд после вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Принимая во внимание,  что правонарушения, которые вменяются ответчикам по настоящему спору  предусматривали возможность привлечения к субсидиарной ответственности как в  первоначальной редакции Закона о банкротстве, так и после внесения соответствующих  изменений Законами № 73-ФЗ, № 134-ФЗ, № 266-ФЗ, при решении вопроса о  продолжительности срока исковой давности, а также порядка его исчисления  необходимо учитывать истек ли срок исковой давности к моменту прекращения  действия предыдущей редакции Закона о банкротстве и ГК РФ. Схожая правовая  позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от  06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3).  

В рассматриваемом случае с учетом положений статьи 10 Закона о банкротстве (в  редакции Закона № 134-ФЗ), срок исковой давности не мог начать течь ранее  утверждения конкурсного управляющего должника (25.10.2017), следовательно, на дату  вступления в законную силу Закона № 266-ФЗ (01.07.2017) годичный срок исковой  давности, установленный Законом № 134-ФЗ (пункт 5 статьи 10), не истек, в связи с чем  применению подлежит трехлетний срок исковой давности, предусмотренный Законом   № 266-ФЗ (пункт 5 статьи 61.14).  

Заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника:  

 акционерным обществом «Волгомост» подано 23.10.2019 в отношении  ФИО2,  

 конкурсным управляющим должника подано 03.02.2020 в отношении  ФИО3, ФИО2, общества с  ограниченной ответственностью «Совместное предприятие «Фоника»;  

 Федеральной налоговой службой подано 16.09.2020 в отношении ФИО3, ФИО2, общества с ограниченной  ответственностью «Региональная инвестиционная компания,  

то есть в пределах трех лет с даты введения в отношении должника процедуры  банкротства и, соответственно, в пределах срока исковой давности, исчисляемого с  момента субъективной осведомленности о наличии оснований для привлечения  ответчиков к гражданско-правовой ответственности за совершенные ими  противоправные деяния в отношении должника.  

Поскольку судебная практика по данному вопросу в настоящее время уже  сформирована, в частности в Западно-Сибирском округе (Постановления Арбитражного  суда Западно-Сибирского округа от 18.04.2023 № Ф04-3330/2017 по делу № А70729/2016, от 14.04.2023 по делу № А45-28732/2018, от 28.12.2022 № Ф04-7150/2022 по  делу № А70-8311/2019, от 16.05.2022 по делу № А67-4135/2008), иной подход в рамках  настоящего дела будет нарушением основополагающих принципов права - принципа  формального равенства, принципа правовой определенности, согласно которым спор не  может быть разрешен по-разному для участников правоотношений, находящихся в  одинаковых обстоятельствах.  

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что  акционерным обществом «Волгомост», конкурсным управляющим и уполномоченным  органом срок исковой давности на подачу заявления не пропущен.  

Относительно заявления ПАО «Татфондбанк», поданного 01.09.2021 в  отношении ФИО2, ФИО3, ООО «РИК», Банк ВТБ (ПАО), судебная  коллегия также полагает необходимым указать следующее.  

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности представляет собой  групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в  интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника,  требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их  негативных действий по доведению должника до банкротства (Определение Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06  августа 2018 года N 308-ЭС17-6757(2,3).  

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в  рамках дела о банкротстве (по правилам группового иска), то подача заявления ПАО  «Татфондбанк» в отношении ФИО2, ФИО3, ООО «РИК»,  рассматривается как заявление о присоединении к ранее поданным заявлениям и не  влияет на исчисление срока исковой давности в отношении указанных лиц,  

Вместе с тем, требований о привлечении Банк ВТБ (ПАО) к субсидиарной  ответственности ни конкурсным управляющим, ни уполномоченным органом, ни АО  «Волгомост» не заявлялось, в связи с чем судебной коллегией рассматривается  заявление ПАО «Татфондбанк», как самостоятельное заявление о привлечении Банк  ВТБ (ПАО) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Учитывая дату подачи заявления ПАО «Татфондбанк» (01.09.2021), а также дату  признания должника банкротом (25.10.2017), заявитель пропустил предельный  объективный трехлетний срок подачи заявления о привлечении к субсидиарной  

ответственности Банка ВТБ (ПАО), исчисляемый со дня признания должника  банкротом.  

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для  отказа в иске в отношении Банка ВТБ (ПАО).  

Несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела,  неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, являются  основаниями для изменения судебного акта арбитражного суда первой инстанции  (пункты 1, 3 части 1 статьи 270 АПК РФ).  

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит  изменению в части, апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-9025/2022)  общества с ограниченной ответственностью «Региональная инвестиционная компания»  и (регистрационный номер 08АП-9027/2022) публичного акционерного общества «Банк  ВТБ» удовлетворению.  

В удовлетворении апелляционных жалоб (регистрационный номер 08АП- 9026/2022) ФИО2, (регистрационный номер 08АП-9029/2022)  публичного акционерного общества «Татфондбанк», (регистрационный номер  08АП9030/2022) ФИО3 судебная коллегия отказывает.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-9025/2022) общества с  ограниченной ответственностью «Региональная инвестиционная компания» и  (регистрационный номер 08АП-9027/2022) публичного акционерного общества «Банк  ВТБ» удовлетворить.  

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2022 по делу   № А70-2099/2017 изменить.  

С учетом изменения изложить третий и четвертый абзацы резолютивной части  определения Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2022 по делу   № А70-2099/2017 следующим образом.  

Привлечь ФИО3, ФИО2,  общество с ограниченной ответственностью «Совместное предприятие «Фоника»  солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника общества с  ограниченной ответственностью «Мостострой-12».  

Производство по заявлениям конкурсного управляющего ООО «Мостострой-12»,  акционерного общества «Волгомост», УФНС по Тюменской области, ПАО  «Татфондбанк» в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО2, общества с ограниченной  ответственностью «Совместное предприятие «Фоника» приостановить до окончания  расчетов с кредиторами.  

В удовлетворении апелляционных жалоб (регистрационный номер  08АП-9026/2022) ФИО2, (регистрационный номер  08АП-9029/2022) публичного акционерного общества «Татфондбанк»,  

(регистрационный номер 08АП9030/2022) ФИО3  отказать.  

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.06.2022 по делу   № А70-2099/2017 в остальной части оставить без изменения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть  обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно- Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления  в полном объеме.  

Председательствующий Е.А. Горбунова  

Судьи Е.В. Аристова   О.Ю. Брежнева  

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 17.10.2022 7:43:00 

Кому выдана Горбунова Екатерина Александровна

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 19.10.2022 8:01:00 

Кому выдана Брежнева Оксана Юрьевна

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 19.10.2022 8:01:00 

 Кому выдана Аристова Екатерина Владимировна