﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-35077/2018

г. Краснодар

18 октября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  18 октября 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Трифоновой Л.А., судей  Бабаевой О.В. и Ташу А.Х., при участии в судебном заседании от истца – открытого акционерного общества «Порт Тольятти» (ИНН 6320004816, ОГРН 1036301006060) – Савельева С.А.  (доверенность от 09.01.2019), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Линтер» (ИНН 6165188718, ОГРН 1146165002060) – Алешкина Т.В.  (доверенность от 10.10.2018), от третьего лица – страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» – Алешкина Т.В. (доверенность от 16.11.2018), рассмотрев кассационную жалобу открытого акционерного общества «Порт Тольятти» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 28.03.2019   и   постановление   Пятнадцатого    арбитражного   апелляционного    суда от 26.06.2019  по делу № А53-35077/2018, установил следующее.

ОАО «Порт Тольятти» (далее – истец, порт) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Линтер» (далее – ответчик, общество),  СПАО «Ингосстрах» (далее – страховщик) о взыскании 1 317 063 рублей 12 копеек убытков в виде реального ущерба и 5 067 680 рублей упущенной выгоды.

Определением суда от 22.01.2019 исковые требования к СПАО «Ингосстрах»  выделены в отдельное производство; к участию в настоящем деле страховщик привлечен в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Протокольным определением от 19.02.2019 удовлетворено ходатайство истца об уточнении исковых требований, согласно которому порт просит взыскать с общества 1 317 063 рубля 12 копеек убытков в виде реального ущерба, 4 145 380 рублей упущенной выгоды и 274 020 рублей 09 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением от 28.03.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 26.06.2019, иск удовлетворен в части, с ответчика  взыскано 1 317 063 рубля 12 копеек реального ущерба, 567 081 рубль 59 копеек упущенной выгоды, 16 974 рубля 98 копеек расходов по уплате государственной пошлины и 26 276 рублей 05 копеек судебных расходов по оплате юридических услуг, в остальной части в иске отказано.

В кассационной жалобе порт просит отменить судебные акты и удовлетворить иск полностью. Податель жалобы указывает на отсутствие в  действующем законодательстве положений,  регламентирующих  порядок расчёта упущенной выгоды при столкновении судов на внутренних водных путях, арбитражными судами  применяются Лиссабонские правила, принятые Международным Морским Комитетом в 1987 году (далее – Лиссабонские правила). Суды не мотивировали размер взысканной  упущенной выгоды, принимая возражения и расчёт ответчика. Истец предъявляет к возмещению потерянный доход не за 21 сутки, а за 8 суток, в течение которых должен быть осуществлен переход по маршруту «Порт Тольятти – Усть-Донецкий порт». Если рассчитывать упущенную выгоду исходя из количества дней простоя, то простой составляет 16,7 суток. Заказчик  отказался от перевозки (фрахта) и перевалки и  истец не получил доход за всю перевозку (фрахт), а не за отдельные сутки, поэтому основания для посуточного расчета, представленного ответчиком, отсутствуют. Отмена рейса заказчиком  влечет потерю всех доходов  по рейсу независимо от количества дней простоя. Причинно-следственная связь убытков с отказом от погрузки заключается в  невозможности подачи ББС в согласованные сроки. Расчёты истца по упущенной выгоде сделаны без учета НДС. В судебных актах все расходы истца, исключенные из размера упущенной выгоды, приняты судами с учетом НДС, что затрагивает имущественные интересы истца.

В отзыве  на кассационную жалобу общество, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, просило оставить их без изменения. 

В судебном заседании объявлялся перерыв с 09.10.2019 до 15 часов 16.10.2019.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, выслушав представителей сторон, присутствующих до перерыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 08.07.2018 в 02 часа 43 минуты (московское время)  теплоход «Таганрог» IMO: 8955469, регистровый номер: 763909, принадлежащий на праве собственности обществу, при выходе из камеры шлюза № 14 Цимлянского района гидросооружений и судоходства – филиала ФБУ «Администрация Волго-Дон» в верхний бьеф Цимлянского водохранилища  ударился  в баржебуксирный состав (далее – ББС), состоящий из теплохода «Капитан Полушкин» и баржи «1642», принадлежащий порту на праве аренды, пришвартованный у верхней причальной эстакады в ожидании шлюзования, в результате этого баржа «1642» получила механические повреждения.

Сотрудниками ФБУ «Азово-Донская бассейновая администрация»  проведена проверка технического состояния баржи «1642»,  выявлены механические повреждения, свидетельствующие о несоответствии корпуса баржи обязательным техническим требованиям, и выдано предписание от 09.07.2018 № 447/2018И об их устранении в срок до 23.07.2018.

По факту транспортного происшествия (далее – ТП) Южным Управлением государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (далее – Южное УГМРН Ространснадзора) проведено расследование обстоятельств происшедшего и  установлено, что причиной ТП послужили судоводительские ошибки, допущенные работником общества – капитаном т/х «Таганрог», а именно: выбор неудачного маневра, ошибка в ориентировке, отсутствие учета действия внешних факторов, влияющих на управляемость судном, неправильная оценка данных электронавигационных приборов и др. Подробное описание всех обстоятельств ТП приведено в заключении от 26.07.2018  № 53/2018/Ш государственного инспектора Калачевского линейного отдела Южного УГМРН Ространснадзора. 

По результатам проверки, проведенной Сальской транспортной прокуратурой по факту ТП, также установлено, что причиной столкновения судов и их механического повреждения послужили допущенные капитаном т/х «Таганрог» нарушения Правил плавания по внутренним водным путям Российской Федерации и Устава службы на судах Министерства речного флота РСФСР (письмо транспортной прокуратуры от 16.08.2018).

Общество признало вину в причинении порту вреда в результате столкновения между т/х «Таганрог» и баржей «1642», указав об этом в письмах от 08.07.2018.

В соответствии с предписанием с целью скорейшего устранения выявленных повреждений и  дальнейшей  эксплуатации баржи «1642» в составе с т/х «Капитан Полушкин», в том числе для своевременного исполнения договорных обязательств перед контрагентами, весь судовой состав по согласованию сторон для проведения ремонта направлен на судоремонтный завод АО РСЗ «Прибой» (далее – завод).

После проведения дефектации корпуса баржи порт и завод  заключили договор от 12.07.2018  № ПТ/07-18 на выполнение аварийного ремонта судна, стоимость ремонта согласно исполнительной ведомости составила 1 272 431 рубль 76 копеек.

18 июля 2018 года баржа  принята на ремонт. 

Для выявления возможности транспортировки баржи от места ТП до места проведения ремонта порт по платежному поручению от 12.07.2018  № 2058 оплатил услуги по внеочередному освидетельствованию судна в объеме ежегодного, стоимость которых согласно счету от 11.07.2018 № 5/0122-0090, выставленному Доно-Кубанским филиалом ФАУ «Российский Речной Регистр», составила 6 787 рублей 20 копеек.

По платежному поручению от 25.07.2018 № 2230 порт также оплатил услуги ФАУ «Российский Речной Регистр» по наблюдению за выполнением ремонта баржи, стоимость которых согласно счету   от 23.07.2018 № 5/0812-0070 составила 37 884 рубля 16 копеек.

Таким образом,  расходы порта составили 1 317 063 рубля 12 копеек.

Данную сумму ответчик признал, она доказана, поэтому взыскана судами правильно.

Истец также указал, что в результате ТП  он понес убытки в виде упущенной выгоды в общей сумме 5 067 680 рублей в связи с тем, что по условиям заключенного портом  и ПАО «КуйбышевАзот» договора перевозки от 16.03.2018 № 049/18-П  порт обязался перевезти в период речной навигации с апреля по ноябрь 2018 года карбамид или сульфат аммония навалом по согласованным сторонами маршрутам, а ПАО «КуйбышевАзот» – предоставить согласованный объем груза и  оплатить перевозчику оказанные услуги и иные платежи. Согласно дополнительному соглашению  от 27.06.2018 № 2 к договору перевозки и согласованному сторонами плану-графику отгрузки ББС т/х «Капитан Полушкин» – баржа должен был быть задействован в перевозке карбамида в количестве 3 200 тонн по цене 1 300 рублей за тонну (без  НДС – 18%).

Постановка состава под погрузку была запланирована на 15.07.2018, однако в связи с полученными в ТП  повреждениями и необходимостью ремонта баржи порт лишился возможности исполнить  договорные  обязательства перед ПАО «КуйбышевАзот», в результате чего заказчик отказался от перевозки, о чем уведомил порт письмом от 16.07.2018 исх. № 0044/1602с.

Кроме того, 16.03.2018 порт и ПАО «КуйбышевАзот» заключили договор на оказание услуг по перевалке навалом в суда продукции № 050/18-П, предоставляемой заказчиком для отправки водным транспортом по цене 283 рубля 65 копеек за 1 тонну, НДС 18% в указанную ставку не входит.

Истец указал, что  по причине срыва по вине общества достигнутых с ПАО «КуйбышевАзот» договорных обязательств порт понес убытки в виде упущенной выгоды в общем размере 5 067 680 рублей (4 160 тыс. рублей упущенной выгоды по перевозке и 907 680 рублей – по перевалке).

Принимая возражения общества относительно расчета упущенной выгоды, порт из общей суммы исключил затраты на ГСМ в размере 906 400 рублей, на навигационные услуги в размере 12 400 рублей, на КОФ в размере 3 400 рублей и 100 рублей на услуги связи. В связи с этим сумма упущенной выгоды по расчету истца составила 4 145 380 рублей.

Направленные портом обществу претензии оставлены последним без ответа и удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с иском.

Разрешая спор, суды  руководствовались следующим.

Согласно части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно статье 1068 Кодекса юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7) указано, что в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) разъяснено, что применяя статью 15 Кодекса, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Кодекса в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Из приведенных норм следует, что для применения ответственности лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения стороной обязательств по договору, наличие и размер убытков, причинную связь между понесенными убытками и ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору. Отсутствие одного из элементов данного состава правонарушения влечет отказ в применении к должнику указанного вида ответственности.

Причинно-следственная связь между нарушением права и причинением убытков должна быть прямой. Единственной причиной, повлекшей неблагоприятные последствия для истца в виде убытков, являются исключительно действия (бездействия) ответчика и отсутствуют какие-либо иные обстоятельства, повлекшие наступление указанных неблагоприятных последствий.

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Кодекса). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения (пункт 3 постановления № 7).

Согласно статье 2 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации (далее – КВВТ РФ) законодательство в области внутреннего водного транспорта Российской Федерации состоит из Конституции Российской Федерации, Гражданского кодекса Российской Федерации, данного Кодекса, иных федеральных законов, а отношения, связанные с деятельностью на внутреннем водном транспорте Российской Федерации, регулируются также соответствующими нормативными правовыми актами, которые не должны противоречить данному  Кодексу и иным федеральным законам.

Порт является организацией внутреннего водного транспорта, так как в соответствии со статьей 3 КВВТ РФ осуществляет судоходство, а именно деятельность, связанную с использованием на внутренних водных путях внутреннего водного транспорта, морского транспорта пассажиров для перевозок грузов, пассажиров и их багажа на основании лицензии.

Согласно части 1 статьи 43 КВВТ РФ в случае, если столкновение судов произошло по вине одного из судов, убытки несет то судно, по чьей вине произошло столкновение.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, доводы и возражения сторон, суды пришли к  выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований в части, поскольку сумма реального ущерба подтверждена в полном объеме, а сумма упущенной выгоды признана частично обоснованной.

Суды установили, что сумма реального ущерба складывается из стоимости затрат, произведенных портом для восстановления баржи. Факт причинения вреда имуществу порта в результате виновных действий сотрудника общества, а также причинно-следственная связь между ТП и повреждением баржи подтверждены документально и признаются ответчиком, поэтому удовлетворили требование о возмещении убытков в  виде реального ущерба в полном объеме.

Определяя размер упущенной выгоды, суды приняли во внимание, что порт просит взыскать упущенную выгоду в размере неполученных доходов – суммы фрахта или провозной платы за отмененный рейс, представив сведения о расходах на совершение аналогичного рейса тем же ББС в августе 2018 года. Истец учел расходы на ГСМ: дизельное топливо и масло, затраченные на переход от места погрузки груза к месту выгрузки груза продолжительностью в 8 дней.

Исходя из представленных портом документов отмененная перевозка груза на ББС, за которую он должен был получить фрахт (упущенную выгоду), состояла из периодов и действий, каждые из которых являются обязанностями истца по договору перевозки и дополнительному соглашению № 2 к договору. Так для выполнения перевозки с целью получения дохода истцу необходимо было совершить следующие действия: подать ББС к месту погрузки груза (продолжительность 8 суток); погрузить груз на судно в порту (продолжительность 38 час.); совершить переход ББС с грузом от порта погрузки в Усть-Донецкий порт (УДП) выгрузки (продолжительность 8 суток); выгрузить груз в УДП (продолжительность 38 час.).

Рассматривая требования в части взыскания убытков в виде упущенной выгоды, суды, в порядке проверки мероприятий по принятию истцом мер по их уменьшению, учли фактическую продолжительность простоя ББС по причине аварии и соотнесли ее с продолжительностью отмененного рейса, определив размер упущенной выгоды по причине невозможности эксплуатации транспортного средства исходя из фактического простоя и расчетного дохода за сутки использования ТС.

Суды установили,  что продолжительность отмененной перевозки составила бы 21 сутки, а продолжительность фактического простоя ББС истца по причине столкновения составила 11 суток. При указанных обстоятельствах отмена рейса, продолжительность которого должна была составить не менее 21 суток (при фактическом простое в 11 суток) не могла, по мнению судов,  привести к полной потере дохода за рейс.

Суды согласились с контррасчетом размера упущенной выгоды, произведенным обществом, указав, что разумные расходы истца на получение дохода от отмененного рейса в общей сумме составили 2 153 413 рублей 97 копеек (с учетом НДС), поскольку истцом не указаны основания для их невключения и не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что они не были бы понесены последним, если бы не случилось ТП. После вычета разумных расходов суды установили  сумму доходов от отмененного рейса в размере 1 084 286 рублей 03 копейки. При этом суды включили в состав расходов истца НДС, указав на непредставление истцом доказательств невозможности получения НДС за счет иных источников.

Данный вывод сделан без проверки расчета истца, согласно которому размер упущенной выгоды по перевозке составил 4 145 380 рублей.  Заявляя указанную сумму к взысканию, истец, действуя разумно и добросовестно, НДС в свои затраты не включил, предполагая наличие у него права возместить суммы НДС в установленном налоговым законодательством порядке. 

Разница между заявленной к взысканию упущенной выгодой по перевозке (4 145 380 рублей) и расходами истца  без НДС (по расчету ответчика – 1 915 869 рублей 38 копеек) с учетом примененной судами методики (протяженность рейса 21 сутки и 11 суток простоя) составит иную сумму чистой прибыли и упущенной выгоды, превышающие те,   которые определены судами.

 Вывод судов о необходимости включения НДС в состав расходов истца правомерен и применим при исчислении налоговых обязательств истца. 

Однако в рассматриваемом случае стороны связаны гражданскими правоотношениями, которые регулируются гражданским законодательством.  Основным принципом гражданских правоотношений является их эквивалентность. 

Поэтому в данном случае исчисление упущенной выгоды должно осуществляться с применением этого принципа: либо упущенная выгода и расходы определяются с НДС, либо НДС исключается в обоих случаях. Иной подход влечет нарушение имущественных прав истца.

Суды эти обстоятельства не учли, не указали основания, по которым отказано во взыскании суммы упущенной выгоды по перевозке, превышающей  567 081 рубль 59 копеек, взысканной судами.

Суды, сославшись на использование ББС для коммерческой эксплуатации – получения дохода от перевозок грузов на постоянной основе, указали, что разумными мерами по уменьшению убытков должно было быть продолжение коммерческой эксплуатации ББС истцом немедленно после окончания  ремонта.

Однако суды не выяснили, имел ли истец реальную возможность использовать ББС после ремонта, мог ли он возместить свои потери он несостоявшейся перевозки, не сослались на имеющиеся в деле доказательства фактического использования ББС и компенсации в какой-либо мере своих упущенных доходов.  

Выяснение данных обстоятельств имеет значение для определения размера упущенной выгоды от отмененного рейса.

Суды отказали во взыскании 907 680 рублей упущенной выгоды от отмены перевалки груза, сославшись на недоказанность того, что действия ответчика являлись  единственной причиной невыполнения договорных обязательств истца перед  ПАО «КуйбышевАзот», то есть отсутствие причинно-следственной связи.

Вместе с тем данный вывод противоречит имеющимся в деле доказательствам.

Из письма от 16.07.2018 следует, что ПАО «КуйбышевАзот» отказался  от перевозки    партии     груза,     предназначенной     для     согласованного рейса ББС в июле 2018 года. Это обстоятельство свидетельствует о том, что предназначенные для перевозки на данном ББС 3200 т груза  не подлежат перевалке ввиду отсутствия ТС для его перевозки и не означает отказа от  перевалки иных грузов.

Суды это не учли, как не учли положения дополнительного соглашения от 27.06.2018, согласно пункту 1 которого стороны согласовали перевозку груза  составом т/х «Капитан Полушкин», баржа 1642, то есть спорным ББС, ставшим участником ТП.

При этом суды  не сослались на имеющиеся в деле доказательства достижения сторонами соглашения о перевалке  3200 т груза на иное (кроме указанного в дополнительном соглашении)  ТС; доказательства  наличия у истца возможности перевезти груз иным ТС и, следовательно, выполнить перевалку этого количества груза и не потерять соответствующий доход. Доказательств того, что в объем 80 тыс. т, запланированный к перевалке по данному договору, не входят спорные 3 200 т в деле также не имеется, как и не имеется доказательств наличия у истца возможности  привлечь в июле 2018 года для перевозки партии груза и подать под перевалку вместо ББС судно третьего лица, что позволило бы последнему получить доход от перевалки партии груза объемом  3200 т.

Суды, не исследовав  все значимые для дела обстоятельства и в отсутствие названных доказательств, сделали преждевременный вывод об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими у истца убытками.

Поскольку судебные акты в части отказа в иске приняты по неполно исследованным обстоятельствам, без учета и оценки по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  доказательств, они подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрения для устранения отмеченных в настоящем постановлении недостатков и принятия законного и обоснованного судебного акта.

Довод истца о необоснованном отказе во взыскании  274 020 рублей 09 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами правильно отклонен судами, поскольку исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 57 постановления № 7, согласно которым обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 Кодекса, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, либо, при заключении соглашения о возмещении причиненных убытков проценты, с первого дня просрочки исполнения условий этого соглашения, а также учитывая, что соглашения о возмещении причиненных убытков заключено сторонами не было.

Следовательно, денежное обязательство должника по возмещению убытков возникает с момента вступления в законную силу решения суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 28.03.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2019 по делу № А53-35077/2018 в части отказа во взыскании упущенной выгоды по перевозке и перевалке груза и распределения государственной пошлины отменить, дело в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

В остальной части судебные акты оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

                                              Л.А. Трифонова

 

Судьи

                                   О.В. Бабаева

                               А.Х.Ташу