АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

25 апреля 2022 года

Дело №

А13-18614/2018

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей  Боровой А.А. и                  Воробьевой Ю.В.,

при участии  ФИО1 и его представителя ФИО2 (доверенность от 07.04.2022),

рассмотрев 18.04.2022 в открытом судебном заседании кассационные  жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Аполлон» ФИО3 и ФИО1  на определение Арбитражного суда Вологодской области от 03.11.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022  по делу № А13-18614/2018,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 25.02.2019 общество с ограниченной ответственностью «АПОЛЛОН», адрес: 160024, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), признано несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры - банкротство отсутствующего должника. В отношении должника открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утверждена ФИО4.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО4 обратилась в суд с заявлением, в котором с учетом принятых судом уточнений просила:

- привлечь ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности в размере 9 043 761,12 руб. в связи с совершением ими как бывшими руководителями и участниками Общества действий (бездействием), приведших к невозможности погашения требований кредиторов, непередаче бухгалтерской и иной документации должника (статья 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве));

- взыскать с ФИО1 и ФИО5 солидарно 7 146 751,50 руб. убытков (статья 61.11 Закона о банкротстве);

- привлечь ФИО5 к субсидиарной ответственности в размере                        1 624 939,43 руб. в связи с неисполнением обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) (статья 61.12 Закона о банкротстве).

Определением от 25.02.2021 ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей. Новым конкурсным управляющим Общества утвержден ФИО3.

Определением от 03.11.2021, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022, ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, с ответчика в конкурсную массу должника взыскано 9 043 761,12 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 03.11.2021 и постановление от 31.01.2022 отменить и принять по делу новый судебный             акт – об отказе в привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что действия ФИО1 не привели и не могли привести к банкротству Общества, и полагает, что ответственность за возникновение признаков банкротства целиком и полностью лежит на ФИО5

Податель жалобы указывает, что ФИО1 действительно являлся директором и учредителем Общества в период с 11.05.2011 по 14.11.2016. Деятельность организации до 2016 года не велась, в налоговый орган  сдавались нулевые отчеты. Основным видом деятельности Общества являлись строительство и капитальный ремонт зданий и сооружений. В процессе его руководства в начале 2016 года было заключено несколько контрактов в Москве. Проверкой контрагентов занимался сотрудник службы безопасности Общества ФИО5 Денежных средств у Общества не было, ФИО1 по договорам займа вносил свои личные денежные средства в кассу должника. Денежные средства расходовались на осуществление работ по заключенным договорам. В период его руководства все заключенные договоры не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества. ФИО1 были предприняты все необходимые действия для выполнения заключенных договоров подряда. С 14.11.2016 он не являлся директором Общества и не принимал участия в его дальнейшей работе, не извлекал выгоды от деятельности Общества.

Конкурсный управляющий Общества также обратился с кассационной жалобой на определение от 03.11.2021 и постановление от 31.01.2022, в которой просил названные судебные акты отменить в части отказа в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и принять в указанной части новый судебный акт, которым привлечь ФИО5 и ФИО1 к субсидиарной ответственности, взыскать с ФИО5 и ФИО1 солидарно 9 043 761,12 руб., а также                         7 146 751,50 руб. убытков.

Податель жалобы считает, что основанием ответственности бывшего руководителя должника ФИО5 послужили факт совершения рисковых сделок, заключенных с непроверенными контрагентами, непринятие мер по взысканию задолженности и необращение в суд с соответствующим заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом). Конкурсный управляющий посчитал ФИО5 недобросовестным управленцем, заключившей сделку по выводу активов с обществом с ограниченной ответственностью «Правовой стандарт» (далее – ООО «Правовой стандарт») на бухгалтерское обслуживание со значительно завышенной оплатой услуг и без подтверждения самого факта оказания услуг. ФИО5 при наличии признаков неплатежеспособности Общества произвела погашение задолженности по займу ФИО1 при наличии признака фактической заинтересованности, фактически совершив сделку с преимуществом.

Податель жалобы отмечает, что ФИО5 должна была обратиться в суд с заявлением о признании Общества банкротом не позднее 21.01.2017.

Конкурсный управляющий полагает, что поскольку Общество признано банкротом с применением упрощенной процедуры банкротства отсутствующего должника, фактическое местонахождение Общества и его исполнительного органа не установлено, ФИО1 и ФИО5, будучи участниками Общества, уклонились от разумных действий по погашению задолженности и обозначения Общества как действующего хозяйствующего субъекта гражданских правоотношений.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО1 просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы конкурсного управляющего в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности. ФИО5 в своем отзыве на кассационную жалобу просит оставить ее без удовлетворения.

В судебном заседании ФИО1 поддержал свою кассационную жалобу, полагал возможным направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационных жалобах, Арбитражный суд Северо-Западного округа  приходит  к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Судами установлено, что производство по делу о банкротстве Общества возбуждено 23.11.2018, ФИО1 и ФИО5 относятся к контролирующим Общество лицам, поскольку ФИО1 выполнял функции единоличного исполнительного органа должника в период с 11.05.2011 по 21.11.2016, ФИО5 выполняла данные функции в период с 22.11.2016 по 26.02.2019. Более того, ФИО1 был единственным участником Общества с 11.02.2011, затем с 22.11.2016 ФИО1 стала принадлежать  доля в размере 43% в уставном капитале Общества, ФИО5 - 57%.

Из заявления конкурсного управляющего следует, что у ФИО5 по состоянию на дату 20.12.2016 возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Суды на основе оценки представленных доказательств пришли к выводу, что ФИО5 должна была обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 21.10.2018. Вместе с тем после указанной даты никаких обязательств у Общества не возникло.

Доводы заявителя кассационной жалобы в части привлечения к ответственности по статье 9 Закона о банкротстве не опровергают выводы судов об отсутствии совокупности условий для привлечения ФИО5 как руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества по данному основанию.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов в обжалуемой части соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

В обоснование заявленных требований в части привлечения                    ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности в связи с невозможностью погашения требований кредиторов конкурсный управляющий ссылался на следующие обстоятельства.

Между обществом с ограниченной ответственностью «Союз» (генподрядчик; далее – ООО «Союз») и Обществом (подрядчик) в лице директора ФИО1 22.06.2016 был заключен договор субподряда № 22-06/2016 на выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме, расположенном по адресу: 

<

...>.

Кроме того, 21.06.2016 между Обществом (подрядчик) в лице директора ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Новотек» (субподрядчик; далее – ООО «Новотек») был заключен договор субподряда               № 22-06/2/2016 на выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме, расположенном по адресу:  

<

...>.

Субподрядчик ООО «Новотек» выполнил работы по объекту на сумму              4 883 840,58 руб. Со стороны Общества указанные акты были подписаны                  ФИО5

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2018 по делу                     № А40-109654/18-110-777 с Общества в пользу ООО «Новотек» взыскано                    4 883 840,58 руб. задолженности по договору субподряда от 21.06.2016                    № 22-06/2/2016.

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 25.02.2019 по делу № А13-18614/2018 по заявлению ООО «Новотек» Общество признано несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры - банкротство отсутствующего должника. Названным судебным актом требование ООО «Новотек» в размере 4 883 840,58 руб. основного долга включено в третью очередь реестра требований должника.

Ранее, 20.05.2016, между ООО «Союз» (генподрядчик) и Обществом (подрядчик) в лице директора ФИО1 заключен договор субподряда   № 20-05/2016 на выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирных домах, расположенных по адресам: Москва, Фрунзенская наб., д.18, Фрунзенская наб., 

<

...>.

Между Обществом (подрядчик) в лице директора ФИО1 и                 ООО «Новотек» (Субподрядчик) 17.06.2016 заключен договор субподряда                   № 17-06/2016 на выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме, расположенном по адресу: 

<

...>.

Субподрядчик выполнил работы по объекту на сумму 2 262 910,92 руб.  Работы приняты Обществом, указанные акты подписаны со стороны должника директором ФИО5

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2018 по делу № А40-109648/18 с Общества в пользу ООО «Новотек» взыскано 2 262 910,92 руб. задолженности по договору субподряда от 17.06.2016 № 17-06/2016.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 25.04.2019 по делу № А13-18614/2018 требование ООО «Новотек» в обозначенном размере включено в реестр требований кредиторов должника.

Оплату субподрядчикам - Обществу и ООО «Новотек» - ООО «Союз» не произвело. Какие-либо меры по взысканию задолженности за выполненные работы с ООО «Союз» руководителями Общества не принимались, претензии и иски в арбитражный суд не направлялись. Каких-либо иных действий, направленных на взыскание задолженности, не производилось. 

По данным из Единого государственного реестра юридических лиц              (далее - ЕГРЮЛ) в отношении ООО «Союз» (ИНН 

<

***>) 12.03.2018 были внесены сведения о недостоверности места нахождения данного общества, а 21.02.2019 оно исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений об ООО «Союз», в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Между Федеральным казенным учреждением «Управление капитального строительства МЧС России» (далее - Учреждение)(заказчик) и Обществом (подрядчик) в лице директора ФИО1 11.11.2016 заключен государственный контракт № 25-16 на выполнение работ по демонтажу тротуарной плитки и монтажу бордюрного камня по адресу: Москва, ул. Ватутина, д. 1.

Контракт содержал техническое задание, сведения о качестве, технических характеристиках товаров (материалов), используемых при выполнении работ.

В целях исполнения обязательств по вышеуказанному договору между Обществом (подрядчик) в лице директора ФИО1 и ООО «Правовой стандарт» (субподрядчик) в лице директора ФИО6 11.11.2016 заключен договор № 11-11/2016 на выполнение работ по благоустройству территории на объекте: Москва, ул. Ватутина, дом 1. Договор содержал техническое задание, сведения о качестве, технических характеристиках товаров (материалов), используемых при выполнении работ.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2019 по делу                       № А40-135394/2018 с Общества в пользу Учреждения было взыскано в качестве неосновательного обогащения 1 830 760 руб.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 12.11.2019 по делу № А13-18614/2018 данное требование включено в реестр требований кредиторов должника.

Конкурсный управляющий полагал, что руководители Общества         ФИО1 и ФИО5 без должной осмотрительности и добросовестности отнеслись к выбору контрагента, проверке его деловой репутации и выполнению ранее принятых на себя обязательств. Акты о приемке выполненных работ и справки о стоимости выполненных работ были подписаны директором должника ФИО5 Работы были приняты без проверки качества выполнения и объема. Мер по взысканию неосновательно полученного обогащения с ООО «Правовой стандарт» руководителем Общества не принималось. При этом в соответствии со сведениями ЕГРЮЛ основным видом деятельности ООО «Правовой стандарт» является деятельность в области права и бухгалтерского учета.

Общество (заказчик) в лице директора ФИО5 и ООО «Правовой стандарт» (исполнитель) 03.12.2016 заключили договор на правовое сопровождение деятельности предприятия. Оплата по договору составила 950 000 руб. Конкурсный управляющий считает указанный договор мнимым, влекущим вывод активов должника. Указывает, что акты выполненных работ не содержат перечня фактически оказанных услуг и их стоимости.

Кроме того, производились платежи в пользу ФИО1 в счет погашения займов.

Фактически руководители должника допустили вывод активов предприятия, что причинило существенный вред интересам кредиторов.

Кроме того, конкурсный управляющий посчитал, что в результате бездействия бывших руководителей Общества в отношении взыскания дебиторской задолженности с ООО «Союз» должнику были причинены убытки в сумме 7 146 751,50 руб. задолженности перед ООО «Новотек».

Поскольку вышеуказанные нарушения имели место в период 2016 - 2017 годов, суды пришли к правильному выводу о том, что к спорным отношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшие до внесения в него изменений Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в применяемой редакции), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности недостоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов (абзац 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Таким образом, в указанных положениях закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между невозможностью полного погашения требований кредиторов в результате существенного затруднения проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, и действиями (бездействием) контролирующего должника лица, связанными с отсутствием документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, неотражением в них либо искажением предусмотренной законодательством информации.

Абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрена презумпция наличия причинно-следственной связи действий контролирующего лица с последующим банкротством должника, в случае если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В редакции Закона № 266-ФЗ аналогичные положения содержатся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, приведенным в пунктах 16 и 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения             ФИО1  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указав, что к банкротству должника привели действия по заключению  договоров субподряда с ООО «Союз» от 22.06.2016 № 22-06/2016, от 20.05.2016 № 20-05/2016, с ООО «Новотек» от 21.06.2016 № 22-06/2/2016, от 17.06.2016 № 17-06/2016,  с Учреждением  от  11.11.2016 № 25-16 и с  ООО «Правовой стандарт»  от 11.11.2016 № 11-11/2016.

Суды установили, что все вышеуказанные контракты были заключены ФИО1, следовательно, именно он имел возможность оценить и предположить риски, которые могут возникнуть в связи с заключением договоров субподряда. При этом документы, подтверждающие виды и объемы работ, которые должны быть выполнены Обществом для ООО «Союз», ФИО1 ФИО5 не передавал, такие документы в документах должника ФИО5 обнаружены не были (документация на фактически выполненные работы, договоры, акты выполненных работ, журналы учета выполненных работ, промежуточные и основные акты выполненных работ), что препятствовало  обращению в суд с иском к ООО «Союз» о взыскании задолженности за фактически выполненные работы. С учетом изложенного суды пришли к выводу о том, что именно действия ФИО1 привели к объективному банкротству должника, в связи с чем имеются основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества. При этом суды не установили оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и возложения на нее убытков.

Однако, по мнению суда кассационной инстанции, в данном случае суду первой инстанции было необходимо в порядке пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве проверить и установить, имеется ли связь между поведением ФИО1 и ФИО5 и объективным банкротством Общества.

При этом суды не приняли во внимание, что заключение указанных договоров субподряда само по себе не может быть признано обстоятельством, которое привело к банкротству должника.

Судами не установлено, имелись ли экономическая целесообразность в заключении и исполнении договоров подряда должником и понимание руководителем должника перспектив получения материальной выгоды, либо действия контролирующих должника лиц заведомо были направлены на уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

Привлекая к субсидиарной ответственности по указанному основанию лишь ФИО1, суды не дали оценку тем обстоятельствам, что на момент прекращения полномочий ФИО1 работы ООО «Новотек» не были сданы Обществу, акты о приемке работ по договорам с ООО «Новотек» подписывались самой ФИО5, предъявить принятые у ООО «Новотек» работы ООО «Союз»  в целях их оплаты могла только ФИО5 Работы от ООО «Правовой стандарт» также принимались  ФИО5 и сдавались заказчику, именно она  осуществляла расходование полученных от Учреждения  средств. 

В обоснование невозможности предъявления для приемки выполненных работ и обращения с иском к ООО «Союз» ФИО5 указывала на отсутствие в ее распоряжении документов, подтверждающих виды и объемы работ, которые должны быть выполнены Обществом для  ООО «Союз» (договоры, акты выполненных работ, журналы учета выполненных работ, промежуточные и основные акты выполненных работ), по причине непредставления ей этой документации бывшим руководителем ФИО1

Вместе с тем с учетом разъяснений, данных в пункте 24 Постановления  № 53, сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Настаивая на том, что документация должника не была ей передана предыдущим руководителем, ФИО5 не представила доказательств принятия ею всех необходимых мер по истребованию документации и ее восстановлению иным образом.

Кроме того, доводы ФИО5 об отсутствии документации представляются непоследовательными и противоречивыми, поскольку предполагаемое отсутствие упомянутой документации не препятствовало приемке ФИО5 выполненных ООО «Новотек» работ по договорам субподряда и подписанию актов по форме КС-2 и справок по форме КС-3 без возражений, явившихся в дальнейшем основанием для взыскания с Общества задолженности за выполненные работы.

Также судом установлено, что в ноябре 2016 года прошло совещание между Обществом и ООО «Союз», в ходе которого выяснилось, что по состоянию на 26.11.2016  Общество работы под договорам в соответствии с графиком производства работ в полном объеме не выполнило, на строительной площадке отсутствовали работники, строительная площадка находится в открытом доступе, не очищенная от строительного мусора,  без охраны, что представляет собой угрозу для жителей дома; составлены три акта с указанием данных фактов. Кроме того, со стороны ООО «Союз» были выдвинуты требования к Обществу выполнить принятые на себя обязательства по договору в кратчайший срок и предоставить полный комплект документов для приемки выполненных работ. В последующем аналогичные требования Общество выдвинуло ООО «Новотек», но последнее к работам не приступило.

В связи с невыполнением работ в предусмотренные сроки Общество 30.11.2016 получило от ООО «Союз» письмо о расторжении договорных отношений. Именно в указанную дату ФИО5 подписала акты с                     ООО «Новотек» о приемке работ.

Кроме того, не получил оценки судов довод управляющего о том, что договор с ООО «Союз» ФИО5 передала конкурсному управляющему в составе иной документации лишь после принятия судом определения от 04.10.2019, лишив управляющего возможности принять меры по предотвращению исключения ООО «Союз» из ЕГРЮЛ в целях дальнейшего взыскания дебиторской задолженности.

Доводы управляющего, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, документально не опровергнуты.

Конкурсный управляющий в заявлении ссылался на причинение контролирующими должника лицами вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок по перечислению денежных средств ФИО1 по договорам займа. Указанный довод предметом исследования и оценки судов не являлся, анализ названных управляющим сделок с точки зрения причинения вреда кредиторам судами не проводился.

С учетом вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что выводы судов как об отказе в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, так и о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 преждевременны, суды в данном случае не определили степень вовлеченности каждого из руководителей Общества в конкретный период деятельности, не выяснили, кто конкретно из контролирующих должника лиц должен был передать конкурсному управляющему бухгалтерские и иные документы, не установили, осуществлена ли была передача бухгалтерской и иной документации от предыдущего руководителя должника к последующему, не выявили, чьи и какие именно действия привели к банкротству Общества.

При таких обстоятельствах выводы судов о наличии и отсутствии оснований для привлечения ФИО1 и ФИО5 соответственно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника сделаны с неправильным применением норм материального и процессуального права, без учета и исследования обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения обособленного спора, поэтому судебные акты надлежит отменить и дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции в связи с отсутствием у суда кассационной инстанции полномочий по исследованию доказательств и установлению обстоятельств в силу части 2 статьи 287 АПК РФ.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, установить все фактические обстоятельства дела, исследовать вопрос о том, является ли неисполнение обязательств перед кредиторами следствием недобросовестных и (или) неправомерных действий контролирующих должника лиц либо иных причин, объективно не зависящих от воли указанных лиц и не обусловленных их действиями; установить, послужили ли причиной неисполнения обязательств должника либо ухудшения его финансового состояния совершенные сделки, дать совокупную оценку действиям ответчиков, а также оценить степень влияния каждого из них на ухудшение платежеспособности должника и невозможность удовлетворения требований кредиторов (пункт 22 Постановления № 53), после чего разрешить спор, сделав вывод о наличии либо отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. При этом, если суд придет к выводу о том, что действия ответчиков (совершенные ими сделки) причинили вред должнику, однако данный вред с учетом разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, суд должен рассмотреть вопрос о компенсации причиненных должнику убытков (пункт 20 Постановления № 53).

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 03.11.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022 по делу № А13-18614/2018 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Вологодской области на новое рассмотрение.

 

Председательствующий

А.А. Чернышева

Судьи

А.А. Боровая

Ю.В. Воробьева