СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-14560/2019(15,16,17)-АК

Дело № А60-60536/2018-Б3

27 мая 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 мая 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Даниловой  И.П.,

судей                                 Макарова  Т.В.,  Нилоговой Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания  секретарем  ФИО1,

при участии:

конкурсный  управляющий  ФИО2,  паспорт;

от конкурного   кредитора  АО «Уралсевергаз»: ФИО3, паспорт, доверенность от  01.01.2022;

иные  лица,  не явились, извещены;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы лиц привлекаемых к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО6  

от 08 февраля 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО ГУП «Газовые сети» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности

ФИО6, ФИО7, ФИО5, ФИО8, ФИО4, ООО «Расчетный центр», АО «Евролизинг», ООО «Уралнефть», ООО «АРИОН», ООО «Старатель-5», ООО «ТГК Урала», ООО «ММК Энерджи», ООО «Уралзолото», ООО «ТГК Плюс», ООО «КУСТ-15», ООО «КУСТ-14», ООО «Старатель-1», ООО «Старатель-2», ООО «Щебень Урала»;  о взыскании солидарно с ФИО6, ФИО7, ФИО5 и ФИО4 в пользу ООО ГУП «Газовые сети» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) убытки в размере 133 391 681,85 руб.

вынесенное судьей Парамовновой  В.В.,

в рамках дела № А60-60536/2018

третьи лица, не заявляющие требований касаемо предмета спора: ФИО9; ФИО10, финансовый управляющий ФИО4 – ФИО11, конкурсный управляющий ООО «Расчетный центр» ФИО12, конкурсный управляющий АО «Евролизинг» ФИО13, конкурсный управляющий ООО МКК «Энерджи» ФИО14, конкурсный управляющий ООО «ТГК Плюс» ФИО15, конкурсный управляющий ООО «Куст-15» ФИО16, конкурсный управляющий ООО «Уралнефть» ФИО17, временный управляющий ООО «Старатель-5» ФИО18, 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.10.2018 было принято к производству поступившее в суд 23.10.2018 заявление ООО «КУСТ-15» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ООО ГУП «Газовые Сети» несостоятельным банкротом.

В Арбитражный суд Свердловской области 31.10.2018 поступило заявление АО «Уралсевергаз» (ИНН 

<

***>) о признании ООО ГУП «Газовые Сети» несостоятельным (банкротом), которое определением от 01.11.2018 было принято в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве.

Определением суда от 28.11.2018 во введении наблюдения в отношении ООО ГУП «Газовые Сети» по заявлению ООО «КУСТ-15» отказано, заявление ООО «КУСТ-15» (ИНН 

<

***>) оставлено без рассмотрения.

Определением Арбитражного суда от 24.01.2019 заявление АО «Уралсевергаз» о признании общества ГУП «Газовые сети» о признании несостоятельным (банкротом) признаны обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО19, член Союза Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс».

Решением Арбитражного суда от 29.05.2019 общество ГУП «Газовые сети» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2, член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Срок конкурсного производства неоднократно продлевался.

24.11.2020 в арбитражный суд поступило заявление  конкурного управляющего ООО ГУП «Газовые сети» -ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6; ФИО4; ФИО7; ФИО5; ФИО20; ФИО8; ФИО21; ФИО22; ФИО9; ФИО10; ФИО23; ФИО24; ООО «Расчетный Центр»; АО «Евролизинг»; ООО «ТГК Урала»; ООО «ММК Энерджи»; ООО «Уралзолото»; ООО «ТГК Плюс» ; ООО «КУСТ-15»; ООО «КУСТ-14»; ООО «Старатель-1»; ООО «Старатель-2»; ООО «Щебень Урала»; ООО «Уралнефть»; ООО «АРИОН»; ООО «Старатель-5».

Определением суда от 25.11.2020 заявление принято к производству и назначено судебное заседание.

В арбитражный суд 10.08.2021 через систему подачи документов «Электронный страж» (сервис «Мой арбитр»), от конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении круга лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, в котором просит исключить из состава субсидиарных ответчиков ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО9, ФИО10, ФИО23, ФИО24.

Судом  первой инстанции принято данное ходатайство как уточнение заявленных требований, на основании статьи  49 АПК РФ. Из числа ответчиков по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности исключены: ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО9, ФИО10, ФИО23, ФИО24.

Определениями суда в  качестве  третьих лиц без самостоятельных требований привлечены:  ФИО10, финансовый управляющий ФИО4 – ФИО11, конкурсный управляющий ООО «Расчетный центр» ФИО12, конкурсный управляющий АО «Евролизинг» ФИО13, конкурсный управляющий ООО МКК «Энерджи» ФИО14, конкурсный управляющий ООО «ТГК Плюс» ФИО15, конкурсный управляющий ООО «Куст-15» ФИО16, конкурсный управляющий ООО «Уралнефть» ФИО17, временный управляющий ООО «Старатель-5» ФИО18.

Определением   Арбитражного суда  Свердловской области от 08.02.2022 (резолютивная часть оглашена  01.02.2022)  в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО ГУП «Газовые сети» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО7, ФИО5, ФИО8, ФИО4, ООО «Расчетный центр», АО «Евролизинг», ООО «Уралнефть», ООО «АРИОН», ООО «Старатель-5», ООО «ТГК Урала», ООО «ММК Энерджи», ООО «Уралзолото», ООО «ТГК Плюс», ООО «КУСТ-15», ООО «КУСТ-14», ООО «Старатель-1», ООО «Старатель-2», ООО «Щебень Урала» отказано.

Взысканы солидарно с ФИО6, ФИО7, ФИО5 и ФИО4 в пользу ООО ГУП «Газовые сети» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) убытки в размере 133 391 681,85 руб.

Не согласившись с судебным актом с апелляционными жалобами обратились ФИО4, ФИО5, ФИО6, в которых просят определение  суда от  08.02.2022 в части  взыскания  убытков отменить,  принять новый судебный акт.

В апелляционной  жалобе  ФИО4, ФИО5  ссылаются на аналогичные  доводы и указывают, что ФИО4 в судебном заседании было подано заявление о фальсификации доказательств, представленных ФИО10, с ходатайством о назначении экспертизы. Суд в назначении экспертизы отказал, указав на то, что на основании абзаца 2 пункта 3 части 1 статьи 161 АПК РФ судебная экспертиза является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств. Следовательно, процессуальный закон не исключает возможности проверки судом заявления о фальсификации другими способами. Суд может воспользоваться своими полномочиями по принятию мер для проверки достоверности доказательств путем сопоставления их с другими документами, имеющимися в материалах дела. В рассматриваемом случае, назначение экспертизы приведет к необоснованному затягиванию дела, а также принимая во внимание предмет спора, имеющиеся в материалах дела доказательства, возможность рассмотрения спора без экспертного заключения, в связи с чем, суд признает проведение такой экспертизы нецелесообразным. В то же время, в дальнейшем суд не рассмотрел ходатайство о фальсификации, не сопоставил одни доказательства с другими и не пояснил, почему принял доказательства и не посчитал их сфальсифицированными. 

Та же суд первой инстанции,  взыскивая убытки, указал, что ФИО6, ФИО4, ФИО7, ФИО5 являлись контролирующими деятельность должника лицами, в том числе принимали юридически значимые решения по всей его операционной деятельности, включая совершение сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. В то же время, в материалы дела представлены доказательства того, что ФИО4 находилась за границей и не могла принимать участия в контролировании компаний. При этом, в убытки ответчикам вменяются суммы взысканные с ООО «ММК Энерджи» в размере 39 883 999,34 руб. и ООО «ТГК Урала» в размере 9 820 000 руб. в результате признания сделок недействительными. Однако, как указал конкурсный управляющий в своем ходатайстве от 09.10.2021   в период совершения сделок директором указанных компаний являлась ФИО10 Также, и по другим сделкам контролирующими лицами являлись ФИО21, ФИО9, ФИО23, ФИО24, ФИО20 и другие лица, которых конкурсных исключил из числа лиц привлекаемых к субсидиарной ответственности. Судом не установлена степень вовлеченности каждого лица в процесс управления юридическими лицами, указанными в решении, учитывая, что руководителями большинства компаний в период совершения оспоренных сделок являлись иные лица, которые и контролировали деятельность должника.

В апелляционной жалобе  ФИО6  указывает, что  судом первой инстанции не принято во внимание, что решением Верх- Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 8 ноября 2021 года по уголовному делу № 1-193/2021 в отношении ФИО6 вынесен обвинительный приговор, согласно которому,  последний признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ и  назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев, с применением статьи  73 УК РФ, назначенное наказание считать условным с испытательным сроком 3 года.  Удовлетворены гражданские иски в пользу АО «Уралсевергаз» сумма в размере 146 545 819 руб., 47 коп.; в пользу АО «ЭнергосбыТ Плюс» сумма в размере 37 660 909 руб. 66 коп.; в пользу АО «ГАЗЭКС» сумма в размере 10 927 517 руб. 83 коп. 11 февраля 2022 года Свердловским областным судом вынесено апелляционное постановление по данному приговору, согласно которому областной суд отменил условный срок и заменил его реальным, также присудил все указанные выше гражданские иски. Таким  образом,   определение арбитражного суда Свердловской области от 08.02.2022 года нарушает принцип недопустимости двойной ответственности, который является общеправовым.

До судебного  заседания  от конкурсного кредитора   АО «Уралсевергаз» поступил отзыв,  просит оспариваемое  определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Участвующие в судебном  заседании  конкурсный управляющий  должника ФИО2,  представитель конкурсного кредитора   АО «Уралсевергаз» возражали против доводов апелляционной  жалобы, считали определение суда законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили, в силу части 3 статьи 156, статьи  266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб.

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции  не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Как следует  из материалов дела и установлено судом  первой инстанции,  должник  ООО ГУП «Газовые сети» создано 26.12.2016 г. и являлось единой теплоснабжающей организацией в г. Красноуральск Свердловской области, обеспечивая поставку тепловой энергии и ГВС потребителям муниципалитета, в том числе населению.

В период с даты создания должника – 26.12.2016 до даты введения в отношении ООО ГУП «Газовые сети» процедуры конкурсного производства директором общества являлся ФИО6. Единственным участником в период с даты создания общества по настоящее время является ООО «Теплогенерирующая Компания Плюс», (ИНН 

<

***> (ранее ООО «Трастэнерго»), участниками которого до 21.06.2019 являлись ФИО25 (

<

***>) с долей участия 1% от уставного капитала и ФИО22 (ИНН 

<

***>) с долей участия 99% от уставного капитала.

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением о привлечении субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам ООО ГУП «Газовые сети» на основании ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Согласно позиции конкурсного управляющего ФИО2 (с учетом принятых судом в порядке статьи  49 АПК РФ уточнений требований заявителя относительно круга лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности), невозможность полного погашения требований кредиторов ООО ГУП «Газовые сети» образовалась вследствие противоправных действий контролирующих должника лиц: ФИО6, ФИО7, ФИО5, ФИО4, ФИО8, ООО «Расчетный центр», АО «Евролизинг», ООО «Уралнефть», ООО «АРИОН», ООО «Старатель-5», ООО «ТГК Урала», ООО «ММК Энерджи», ООО «Уралзолото», ООО «ТГК Плюс», ООО «КУСТ-15», ООО «КУСТ-14», ООО «Старатель-1», ООО «Старатель-2», ООО «Щебень Урала».

Конкурсный управляющий ФИО2 указывает, что в преддверии банкротства ООО ГУП «Газовые сети» руководителем должника, другими контролирующими должника лицами, а также лицами, имеющими общие интересы и образующих одну группу лиц с должником, совершались противоправные согласованные действия, в результате которых был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку должник лишился значительной части денежных средств, выведенных из его имущественной массы без равноценного встречного предоставления.

Согласно результатам разрешения обособленных споров в рамках дела о банкротстве должника судами установлены фактические обстоятельства, касающиеся совершения сделок по противоправному выводу активов, в том числе денежных средств, из оборота должника в пользу аффилированных с  должником лиц с целью сокрытия этого имущества от обращения взыскания со стороны кредиторов ООО ГУП «Газовые сети», что и привело, по мнению конкурсного управляющего ФИО2, к банкротству должника и  невозможности полного погашения требований кредиторов ООО ГУП «Газовые сети».

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части  1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве были внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования (текст Федерального закона № 266-ФЗ опубликован на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017, в «Российской газете» от 04.08.2017 № 172, в Собрании законодательства Российской Федерации от 31.07.2017 № 31 (часть I) ст. 4815).

В соответствии с пунктом 3 статьи  4 Федерального закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта Информационного письма предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи  4 ГК РФ) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

Следовательно, поскольку обстоятельства, в связи с которыми конкурсным управляющим ФИО2 заявлены требования о привлечении указанных выше лиц к субсидиарной ответственности, имели место после вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, то настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных Федеральным законом № 266-ФЗ, и процессуальных норм, применительно к заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному после 01.07.2017, предусмотренных Федеральным законом № 266-ФЗ.

В соответствии с п.п. 1, 2 статьи  61.11. Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума № 53) разъяснено, что согласно п.п 1, 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Исходя из разъяснений, содержащихся в абз. 4 пункта 23 Постановления Пленума № 53, для применения презумпции в виде доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании сделки недействительной не требуется.

Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Судом первой и инстанции установлено, что ранее в рамках дела о несостоятельности ООО ГУП «Газовые сети» по итогам разрешения споров по заявлениям конкурсного управляющего были вынесены и вступили в законную силу судебные акты, которыми по общегражданским (статьи 10, 168, пункт 2 статьи  170 ГК РФ) и специальным (статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве) основаниям признаны недействительными сделки должника с аффилированными лицами (ООО «Расчетный Центр», АО «Евролизинг», ООО «ТГК Урала», ООО «ММК Энерджи», ООО «Куст-15», ООО «ТГК Плюс», ООО «Куст-14», ООО «Старатель-2», ООО «Арион»), в результате которых из имущественной массы должника на систематической основе выводились денежные средства и другое имущество в пользу лиц, заинтересованных по отношению к должнику (статья  19 Закона о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.12.2019 на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ признана недействительной (ничтожной в силу притворности) цепочка сделок по отчуждению в пользу аффилированных лиц ООО «Куст-15», ООО «ТГК Плюс», ООО «ММК Энерджи» и ООО «ТГК Урала» объектов коммунальной инфраструктуры (котельные с оборудованием, тепловые сети и другое имущество), которые приобретались указанными лицами на денежные средства, противоправно выведенные из имущественной массы должника, а соответствующие коммунальные объекты использовались должником в деятельности по теплоснабжению потребителей в г. Красноуральск Свердловской области.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.08.2019 на основании статей 10, 168 ГК РФ признаны недействительными сделки (взаимосвязанные платежи) в пользу аффилированных с должником лиц, которые совершались агентом ООО «Расчетный Центр» за счет средств должника; в порядке применения последствий недействительности в пользу ООО ГУП «Газовые сети» присуждено к взысканию 13 883 626,66 руб., и  которых 1 762 330 руб. солидарно с ООО «Расчетный центр» и АО «Евролизинг», 7 200 000 руб. солидарно с ООО «Расчетный центр» и ООО «ТГК Урала», 4 921 296, 66 руб. солидарно с ООО «Расчетный центр» и ООО «ММК Энерджи».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.09.2019 на основании п.п. 1, 2 ст. 61.2, ст. 61.3 Закона о банкротстве признаны недействительными сделки (договор от 21.09.2018, акт зачета от 21.09.2018, договор от 06.10.2018, акт зачета от 06.10.2018) по уступке должником в пользу аффилированного лица ООО «Куст-15» требований к ООО «Управляющая компания»; в порядке применения последствий недействительности с ООО «Куст-15» в пользу ООО ГУП «Газовые сети» присуждено к взысканию 6 975 869 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.10.2019 на основании п.п. 1, 2 статьи 61.2, статьи  61.3 Закона о банкротстве признаны недействительными сделки (взаимосвязанные платежи должника) в пользу аффилированного лица ООО «Куст-15» по договору аренды № 05/04.18; в порядке применения последствий недействительности с ООО «Куст-15» в пользу ООО ГУП «Газовые сети» присуждено к взысканию 31 460 735 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.11.2020 на основании п.п. 1, 2 статьи  61.2, статьи  61.3 Закона о банкротстве признан недействительной сделкой договор аренды № 01-12/18А между должником и аффилированным лицом ООО «ММК Энерджи»; в порядке применения последствий недействительности с ООО «ММК Энерджи» в пользу ООО ГУП «Газовые сети» присуждено к взысканию 39 883 999, 34 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.08.2020 на основании п.п. 1, 2 статьи  61.2, статьи  61.3 Закона о банкротстве признан недействительной сделкой договор аренды имущественного комплекса от 12.10.2018 между должником и аффилированным лицом ООО «ТГК Плюс»; в порядке применения последствий недействительности с ООО «ТГК Плюс» в пользу ООО ГУП «Газовые сети» присуждено к взысканию 13 860 000 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.08.2020 на

основании п.п. 1, 2 статьи  61.2, статьи  61.3 Закона о банкротстве признан недействительной сделкой договор аренды имущественного комплекса от 01.02.2019 между должником и аффилированным лицом ООО «ТГК Урала»; в порядке применения последствий недействительности с ООО «ТГК Урала» в пользу ООО ГУП «Газовые сети» присуждено к взысканию 9 820 000 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.08.2020 на основании п.п. 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признаны недействительными сделками 12 договоров аренды (субаренды) оборудования и транспортных средств от 16.11.2017, 10.01.2018, 01.08.2018 между должником и аффилированным лицом АО «Евролизинг»; в порядке применения последствий недействительности с АО «Евролизинг» в пользу ООО ГУП «Газовые сети» присуждено к взысканию 9 656 500 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.07.2020 на основании п.п. 1, 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве признан недействительной сделкой договор поставки угля от 20.02.2018 между должником и аффилированным лицом ООО «Куст-14»; в порядке применения последствий недействительности с ООО «Куст-14» в пользу ООО ГУП «Газовые сети» присуждено к взысканию 4 350 000 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.07.2020 на основании пункта 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве признаны недействительными сделками договоры аренды котельных от 01.12.2017 между должником и аффилированным лицом ООО «ТГК Плюс»; в порядке применения  последствий недействительности с ООО «ТГК Плюс» в пользу ООО ГУП «Газовые сети» присуждено к взысканию 1 178 991 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.07.2020 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признаны недействительными сделками договоры аренды котельных от 29.12.2017 между должником и аффилированным лицом ООО «Старатель-2»; в порядке применения последствий недействительности с ООО «Старатель-2» в пользу ООО ГУП «Газовые сети» присуждено к взысканию 9 431 928 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.05.2019 разрешен спор по заявлению аффилированного лица ООО «Арион» о включении требования в сумме 56 555 340,63 руб. в реестр требований кредиторов ООО ГУП «Газовые сети»; в удовлетворении требований отказано, поскольку на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ признаны недействительными сделки: договор купли-продажи №18-09/18, выплаченный должником по договору аванс в ООО «Арион» на сумму 2 000 000 руб.

Все указанные сделки с аффилированными лицами, впоследствии признанные судом недействительными, совершались должником в период, когда функции единоличного исполнительного органа ООО ГУП «Газовые сети» выполнял ФИО6, а фактический контроль над деятельностью должника осуществляли ФИО7, ФИО5 и ФИО4.

Представленными заявителем в материалы спора письменными доказательствами, включая сведения из ЕГРЮЛ в отношении юридических лиц, входящих в одну группу лиц с должником, обвинительное заключение от 21.02.2020 по итогам расследования уголовного дела № 11901650081000081, возбужденного Следственной частью ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области по обвинению ФИО6 в совершении преступления, предусмотренного п.п. «А» и «Б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, подтверждено, что руководителями, фактически контролировавшими деятельность ООО ГУП «Газовые сети», являлись ФИО6, ФИО7, ФИО5, ФИО8, ФИО4, которые в 2017 – 2019 совместно осуществляли контроль за финансово-хозяйственной деятельностью должника, в том числе принимали юридически значимые решения по всей его операционной деятельности, включая совершение сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Обвинительное заключение от 21.02.2020 (утверждено 20.03.2020 первым заместителем прокурора Свердловской области Маленьких В.М.), полученное в установленном порядке из материалов уголовного дела № 11901650081000081, расследование которого завершено следственными органами, приобщено судом первой инстанции к материалам спора на основании части 1 статьи 89 АПК РФ в качестве документа (письменного доказательства), содержащего сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, и подлежит оценке наряду с другими собранными по делу доказательствами по правилам статьи  71 АПК РФ.

Согласно общедоступным данным, размещенным в ЕГРЮЛ, в период с даты создания должника в качестве юридического лица (26.12.2016) и вплоть до введения в отношении ООО ГУП «Газовые сети» судом процедуры конкурсного производства генеральным директором данного общества, то есть лицом, выполнявшим функции единоличного исполнительного органа юридического лица, являлся ФИО6 (ИНН 

<

***>).

Вступившими в законную силу судебными актами, вынесенными по результатам разрешения споров о признании сделок должника недействительными (включая постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.04.2019 по делу № А60-6129/2012, постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.07.2019, от 13.11.2019, от 02.10.2020 по делу № А60-60536/2018), установлено, что заинтересованными лицами, входящими в одну группу лиц с должником в соответствии со статьей  19 Закона о банкротстве, являлись ФИО7, ФИО5, ФИО4, ФИО8, ФИО22, ФИО9, ФИО21, ФИО20, ФИО10, ФИО23, ФИО24, ООО «Расчетный Центр» (ИНН 

<

***>), АО «Евролизинг» (ИНН 

<

***>), ООО «Куст-14» (ИНН 

<

***>), ООО «Куст-15» (ИНН 

<

***>), ООО «Старатель-1» (ИНН 

<

***>), ООО «Старатель-2» (ИНН 

<

***>), ООО «Старатель-5» (ИНН 

<

***>), ООО «ТГК Урала» (ИНН 

<

***>), ООО «ТГК Плюс» (ИНН 

<

***>), ООО «ММК Энерджи» (ИНН 

<

***>), ООО «Уралнефть» (ИНН 

<

***>), ООО «Уралзолото» (ИНН 

<

***>), ООО «Щебень Урала» (ИНН 

<

***>), ООО «Арион» (ИНН 

<

***>).

Единственным участником ООО ГУП «Газовые сети» с даты создания должника являлось и продолжает оставаться до настоящего момента ООО «Теплогенерирующая Компания Плюс» (ООО «ТГК Плюс», ИНН 

<

***>), ранее имевшее иное фирменное наименование - ООО «Трастэнерго», участниками которого до 21.06.2019 являлись ФИО25 (ИНН 

<

***>) с долей участия 1% от уставного капитала и ФИО22 (ИНН 

<

***>) с долей участия 99% от уставного капитала.

Участниками ООО «ТГК Урала» (ИНН 

<

***>) являются ФИО4 (ИНН 

<

***>) с долей участия 75% и ООО «Уралнефть» (ИНН 

<

***>) с долей участия 25%.

Участниками ООО «ММК Энерджи» (ИНН 

<

***>) являются ФИО4 (с долей 75%) и ООО «Уралнефть» (с долей 25%).

Участниками ООО «Уралнефть» (ИНН 

<

***>) в период с 15.04.2015 по 06.03.2019 являлись ФИО4 (доля участия 50%) и ООО «Техсервис» (ИНН 

<

***>).

Функции единоличного исполнительного органа ООО «Техсервис» (ИНН 

<

***>) с 04.05.2016 и вплоть до 30.10.2018 выполнял ФИО6, при этом единственным участником данного общества с долей в уставном капитале в размере 100% является ФИО4.

Единственным участником ООО «Куст-15» (ИНН 

<

***>) и ООО «Куст-14» (ИНН 

<

***>) является ООО «Уралнефть» (ИНН 

<

***>).

Лицом, выполнявшим функции единоличного исполнительного органа ООО «Куст-15» (ИНН 

<

***>), с 09.11.2016 по 18.12.2020 являлся ФИО21 (ИНН 

<

***>), который также с 18.12.2017 по 20.06.2019 осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа в ООО «Уралнефть» и до настоящего времени осуществляет функции единоличного исполнительного органа в ООО «Куст-12» (ИНН 

<

***>), ООО «Куст-13» (ИНН 

<

***>) и ООО «Куст-14» (ИНН 

<

***>).

Участниками ООО «Куст-12» и ООО «Куст- 13» являются ФИО4 (с долей в размере 75% в каждом из обществ) и ООО «Уралнефть» (с долей в размере 25% в каждом из обществ).

Единственным участником ООО «Старатель-1» (ИНН 

<

***>), ООО «Старатель-2» (ИНН 

<

***>) и ООО «Старатель-5» (ИНН 

<

***>) является ООО «Уралзолото» (ИНН 

<

***>), директором (лицо с полномочиями единоличного исполнительного органа) которого и участником с долей в уставном капитале в размере 50% является ФИО8, при этом другая 50% доля участия в этом обществе принадлежит ООО «ПК «Легион» (ИНН 

<

***>), директором с 05.12.2013 и единоличным участником которого с 30.09.2014 также является ФИО8 (мать ФИО7 и ФИО5).

Материалами уголовного дела № 11901650081000081 (обвинительное заключение от 21.02.2020) подтверждаются следующие факты, установленные правоохранительными органами.

ФИО7, ФИО5 составляют одну группу лиц с ФИО8 по признаку близкого родства, а также с ФИО4, состоящей в фактических брачных отношениях с ФИО7.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО ГУП «Газовые сети» зарегистрировано по адресу 

<

...>, в квартире, принадлежащей на праве собственности ФИО7.

Адресом регистрации ООО «Старатель-1», ООО «Старатель-2», ООО «Старатель-5» и ООО «Уралзолото» являются помещения по адресу: 

<

...>, принадлежавшие на праве собственности ФИО8 в период с 08.10.2015 по 24.07.2019.

 Собственником квартиры по адресу 

<

...> является ФИО4. Согласно протоколу обыска квартиры по названному адресу, обыскиваемое жилое помещение используется в качестве офисного помещения, в котором работают работники ООО «ММК Энерджи» и ООО «ТГК Урала». Кроме того, в ходе обыска квартиры правоохранительными органами были обнаружены круглые печати иштампы ЗАО «Евролизинг» (в настоящее время АО «Евролизинг»), ООО

«Баженовская геофизическая экспедиция», ООО «Геофизика», лицензии ООО «Куст-10» и ООО «Куст-9», финансово-хозяйственные документы ООО «ТГК Плюс», ООО «Техсервис», ООО «ММК Энерджи», ООО «ТГК Урала», АО «Евролизинг».

Номера стационарных телефонов 

<

***>, 223-13-70, установленные в помещении по адресу: 

<

...>, указывались при открытии счетов в кредитных учреждениях в качестве контактных телефонов ООО «ТГК Плюс», ООО «Техсервис» и ООО «Уралзолото».

В квартире по адресу: 

<

...> зарегистрированы ФИО5, ФИО26 и ФИО27 Согласно протоколу обыска фактически проживает по указанному адресу ФИО22 (дочь супруги ФИО5 – ФИО27). В ходе осмотра квартиры правоохранительными органами обнаружен экземпляр договора купли-продажи объектов теплоснабжения г. Красноуральска между ООО «ТГК Плюс» и ООО «ТГК Урала» с актом приемапередачи к нему, который впоследствии был признан недействительной (притворной) сделкой на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 16.12.2019 по настоящему делу.

По результатам произведенных правоохранительными органами в рамках расследования уголовного дела № 11901650081000081 осмотров данных о движении денежных средств по расчетным счетам, а также сведений об IPадресах установлено, что в 2017-2019 годах организации, являвшиеся выгодоприобретателями от операций по выводу денежных средств из имущественной массы должника, в том числе по сделкам, впоследствии признанным судом недействительными, включая ООО «Куст-10», ООО «Щебень Урала», ООО «Старатель-1», ООО «Старатель-2», ООО «Старатель5», ООО «Прииск-5», ООО «Уралнефть», ООО «Уралзолото», АО «Евролизинг», ООО «Куст-7», ООО «Куст-11», ООО «Куст-12», ООО «Куст13», ООО «Куст-14», ООО «ТГК Плюс», ООО «Арион», ООО «Куст-15», ООО «ТГК Урала», использовали при совершении банковских операций по счетам один IP-адрес, что в совокупности со значительным числом операций по взаимному перечислению денежных средств между указанными лицами подтверждает вхождение всех перечисленных лиц в одну группу.

Согласно п. 3 Постановления Пленума № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Вышеприведенные факты и обстоятельства, подтвержденные документами, которые по ходатайству заявителя приобщены к материалам спора, свидетельствуют о том, что, наряду с генеральным директором ООО ГУП «Газовые сети» ФИО6, фактическими руководителями должника, а также группы аффилированных с ним юридических лиц являлись ФИО7, ФИО5 и ФИО4.

Судом установлено наличие у ФИО7, ФИО5 и ФИО4 возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника, учитывая, что все они являются членами одной семьи, каждый из которых в силу своего статуса, занимаемой должности или участия в уставных капиталах аффилированных с должником юридических лиц являлся контролирующим лицом ООО ГУП «Газовые сети», в том числе через осуществление контроля над юридическими лицами, являющимися учредителями должника либо входящими с должником в одну группу компаний.

На протяжении 2017 – 2019 производилось систематическое изъятие денежных средств из имущественной массы ООО ГУП «Газовые сети», в условиях его неплатежеспособности, а также их перевод по фиктивным основаниям и недействительным сделкам в пользу аффилированных организаций, также подконтрольных ФИО7, ФИО5 и ФИО4, для дальнейшего расходования средств по собственному усмотрению указанных физических лиц, то есть с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В материалы дела заявителем, а также иными участниками обособленного спора, представлены письменные доказательства, включая выписки о движении денежных средств по расчетным счетам ФИО4, а также организаций, входивших в одну группу лиц с должником, в том числе АО «Евролизинг», ООО «ММК Энерджи», ООО «Расчетный Центр», ООО «Куст-15», согласно которым в течение 2017 – 2019 через аффилированные с должником организации осуществлялись систематические денежные выплаты в пользу ФИО5, ФИО8 и ФИО4

По результатам анализа представленных в материалы спора выписок по расчетным счетам, установлено, что на счета ФИО4 за 2018 – 2019 поступило: от аффилированного с должником ООО «Расчетный Центр» 857 822,91 руб., от аффилированного с должником АО «Евролизинг» 6 135 900 руб., от аффилированного с должником ООО «ММК Энерджи» 325 162 руб.; на счета ФИО5 за 2017 – 2018 поступило от аффилированного с должником АО «Евролизинг» 6 311 300 руб.; на счета ФИО8 за 2018   2019 поступило от аффилированного с должником АО «Евролизинг» 6 764 700 руб.

Доводы ответчиков об ординарной хозяйственной природе вышеуказанных денежных переводов в пользу ФИО4, ФИО5, ФИО8 со ссылками на назначение платежей («зачисление зарплаты», «выдача подотчет», «зачисление на карту», «оплата по договору аренды», «оплата по договору купли-продажи объекта недвижимости») судом первой инстанции обоснованно отклонены, поскольку получателями денежных средств не представлено доказательств, подтверждающих реальность их трудовых, а также операционно-хозяйственных отношений с аффилированными организациями, которые производили перечисления.

Суд первой инстанции  также  верно критически  подошел к  представленной конкурсным управляющим должника в материалы спора выписка из единого государственного реестра недвижимости по помещению в 

<

...>, согласно которой данный объект многократно использовался исключительно для операций купли-продажи между аффилированными организациями и физическими лицами внутри одной группы лиц, а также пояснениям ФИО4, содержащиеся в ее отзыве от 22.09.2021, в силу которых она в течение всего того периода, когда получала денежные переводы от аффилированных с должником организаций, постоянно проживала за пределами РФ.

Учитывая, что вступившими в законную силу судебными актами по результатам разрешения споров в деле о несостоятельности ООО ГУП «Газовые сети» (определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.12.2019, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2020, постановление Арбитражного суда Уральского округа от 19.06.2020; определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.06.2019, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2019) ранее уже были установлены факты взаимосвязанных транзитных перечислений денежных средств, совершавшихся в 2017 – 2019 между аффилированными организациями, входившими в одну группу лиц с должником, с целью вывода денежных средств из имущественной  массы ООО ГУП «Газовые сети» в преддверии его банкротства, в том числе в пользу ООО «Расчетный Центр», ООО «ММК Энерджи», АО «Евролизинг», ООО «Куст15», суд приходит к выводу о том, что ФИО7, ФИО5 и ФИО4, как члены одной семьи, принимали непосредственное участие в финансовых операциях должника и связанных с ним организаций, а также получали в результате замкнутого транзитного движения денежных средств материальную выгоду, суд первой инстанции верно пришел  к выводу, что модель ведения бизнеса с участием ООО ГУП «Газовые сети», а также иных юридических лиц, заинтересованность (аффилированность) по отношению к должнику, а также противоправность поведения которых ранее была неоднократно установлена во вступивших в законную силу судебных актах, имеющих преюдициальное значение для данного спора, изначально была создана и направлена исключительно на причинение вреда должнику и его кредиторам, а также на личное обогащение ФИО4, ФИО7, ФИО5, являющихся членами одной семьи.

Согласно пункту 4 статьи  61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума № 53 контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

В частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

В соответствии с позицией, сформулированной в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/2006, в ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы должника контролирующее лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов. В любом случае на это лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические основания получения выгоды (либо указать, что выгода как таковая отсутствовала).

С учетом изложенного суд первой инстанции верно пришел  к выводу, что  контролирующими должника лицами являлись ФИО6, выполнявший функции единоличного исполнительного органа в ООО ГУП «Газовые сети», а также ФИО7, ФИО5 и ФИО4 (выгодоприобретатель), входившие в состав одной семьи.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести такую ответственность осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ.

Для привлечения к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.11. Закона о банкротстве необходимо доказать не только наличие в действиях контролирующих должника лиц противоправности и виновности, но также и наличие причинно-следственной связи между соответствующими противоправными действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде банкротства должника (невозможностью полного погашения требований кредиторов).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

В соответствии с позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 21.04.2016 № 302-ЭС14-1472, суд должен проверить, каким образом действия контролирующего лица повлияли на финансовое состояние должника.

В соответствии с пунктом  1 Обзора судебной практики № 2 (2016), утвержденного 06.07.2016 Президиумом Верховного Суда РФ, субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает лишь тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Поскольку деятельность юридического лица характеризуется совершением многочисленных сделок и иных операций, поэтому, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя, инициированная контролирующим лицом, сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суд должен исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства (абз. 3 п. 16 Постановления Пленума № 53).

В абз. 1 - 3 п. 20 Постановления Пленума № 53 также разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Исходя из собранных по спору доказательств, документов, имеющихся в деле о несостоятельности (данные бухгалтерского учета, включая бухгалтерский баланс и отчет о прибылях и убытках должника за периоды 2017, 2018 2019, финансовый анализ, подготовленный временным управляющим должника ФИО19), а также исходя из обстоятельств, которые ранее уже устанавливались судами различных инстанций при разрешении в настоящем деле обособленных споров по заявлениям  конкурсного управляющего ФИО2, ООО ГУП «Газовые сети» с октября 2017 года, являлось единой теплоснабжающей организацией в г. Красноуральск Свердловской области, обеспечивая поставку по регулируемым тарифам тепловой энергии и ГВС потребителям муниципалитета, в том числе населению.

Согласно данным бухгалтерского учета, деятельность ООО ГУП «Газовые сети» являлась убыточной с 2017 года, поскольку по итогам 2017 года величина убытков должника составляла 552 000 руб., по итогам 2018 года данная величина увеличилась до 118 394 000 руб., а по итогам 2019 года - до 235 242 000 руб.

Сопоставление данных бухгалтерского учета должника указывает на явную диспропорцию (не соотносимость) показателей кредиторской и дебиторской задолженности на протяжении 2017 – 2019 годов, поскольку обязательства перед кредиторами даже номинально не были обеспечены стоимостью имущества и размером дебиторской задолженности должника. При этом величина балансовой стоимости активов должника составляла по итогам 2017 года – 38 167 000 руб. (при размере кредиторской задолженности 38 839 000 руб.), по итогам 2018 года – 186 875 000 руб. (кредиторская задолженность - 426 439 000 руб.), по итогам 2019 года – 209 454 000 руб. (кредиторская задолженность - 592 315 000 руб.).

В данных обстоятельствах, учитывая ведение должником плановоубыточной деятельности по теплоснабжению (поставка тепловой энергии потребителям по регулируемым ценам), результатом которой стало формирование у должника дебиторской задолженности низкой степени ликвидности, которая, в свою очередь, не была способна обеспечить даже покрытие расходов по производству и поставке тепловой энергии, финансовое положение ООО ГУП «Газовые сети» являлось критическим уже по итогам 2017 года.

Таким образом в результате противоправных и виновных действий контролирующих лиц (совершения сделок и операций по выводу денежных средств из имущественной массы должника в пользу аффилированных лиц) должнику был причинен ущерб, тем не менее приходит к выводу, что только лишь указанные сделки и операции, а также их негативные последствия для имущественной массы должника не могли предопределить наступление банкротства ООО ГУП «Газовые сети» (не являлись единственной причиной невозможности полного погашения требований кредиторов должника).

Общая сумма ущерба, причиненного должнику в результате совершения сделок по выводу денежных средств в пользу аффилированных лиц, которые совершались в течение 2018 – 2019 и впоследствии были признаны недействительными на основании вступивших в силу судебных актов, составила 142 501 649 руб.

При этом общий размер задолженности ООО ГУП «Газовые сети» перед кредиторами, согласно данным конкурсного управляющего ФИО2, которые приобщены к материалам спора, составляет на момент разрешения настоящего спора 504 445 727,06 руб., из которых реестровая задолженность (по обязательствам должника за календарные периоды по сентябрь 2018 включительно) составляет 161 523 324,92 руб., а задолженность по текущим платежам (за периоды с октября 2018 и позднее) составляет 342 922 402,14 руб.

Следовательно, как верно  указывает суд первой инстанции подозрительные сделки по выводу денежных средств из имущественной массы должника не являлись причиной объективного банкротства ООО ГУП «Газовые сети» не только в силу несопоставимости размера причиненного ими ущерба (142 501 649 руб.) с суммой требований всех кредиторов должника 504 445 727,06 руб.), но также и из-за того, что должник стал отвечать признакам банкротства (прекращение исполнения части обязательств, вызванное недостаточностью денежных средств и превышение размера денежных обязательств над стоимостью имущества) еще по итогам операционно-хозяйственной деятельности в 2017 году, то есть до даты совершения должником подавляющего большинства подозрительных сделок.

Также весь комплекс причин банкротства должника, в том числе во взаимосвязи со спецификой деятельности в качестве единой теплоснабжающей организации в жилищно-коммунальной сфере г. Красноуральск на протяжении 2017 – 2019 гг., конкурсным управляющим ФИО2 не исследовался (при разрешении настоящего спора заявителем не представлено соответствующих доказательств), а один факт вывода из имущественной массы должника части денежных средств и их расходование через аффилированных лиц нельзя признать необходимым и достаточным для возложения на ответчиков субсидиарной ответственности по всем неисполненных обязательствам ООО ГУП «Газовые сети».

При таких обстоятельствах  суд первой инстанции  верно пришел  к выводу, что отсутствует причинно-следственная связь между противоправными действиями контролирующих должника лиц (совершение должником подозрительных сделок) и банкротством должника (невозможностью восстановления его платежеспособности), что является обязательным условием для возложения на контролирующих должника лиц субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам ООО ГУП «Газовые сети» на основании ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В абз. 4 пункта  20 Постановления Пленума № 53 разъяснено, что независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии с п.п. 1, 2 статьи  15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу ст.ст. 53, 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (равно как и лицо, имеющее фактическую возможность определять действия такого юридического лица), должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, а в случае причинения по его вине юридическому лицу убытков, обязано возместить таковые, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей данное лицо действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с разъяснениями, данными в п.п. 1, 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление Пленума № 62) истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. При этом недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

По результатам разрешения споров в деле о несостоятельности ООО ГУП «Газовые сети» вступили в законную силу судебные акты, которыми по общегражданским (статьи  10, 168, 170 ГК РФ), а также по специальным (ст. 61.2 Закона о банкротстве) основаниям были признаны недействительными сделки должника с аффилированными лицами, каждое из которых привлечено к рассмотрению данного спора (ООО «Расчетный Центр», ООО «ТГК Урала», АО «Евролизинг», ООО «ММК Энерджи», ООО «Куст-15», ООО «ТГК Плюс», ООО «Куст-14», ООО «Старатель-2», ООО «Арион»). Судебными актами установлено, что по указанным сделкам, признанным недействительными, из имущественной массы должника в преддверии его банкротства было выведено по противоправным основаниям 142 501 649 руб. (1 762 330 руб. + 7 200 000 руб. + 4 921 296,66 руб. + 6 975 869 руб. + 31 460 735 руб. + 39 883 999,34 руб. + 13 860 000 руб. + 9 820 000 руб. + 9 656 500 руб. + 4 350 000 руб. + 1 178 991 руб. + 9 431 928 руб. + 2 000 000 руб.).

Ранее по результатам оценки доказательств, представленных в материалы спора, сделки, признанные недействительными в рамках настоящего дела о несостоятельности, совершались должником в период 2017 – 2019 гг., когда функции единоличного исполнительного органа ООО ГУП «Газовые сети» выполнял ФИО6, а фактический контроль над деятельностью должника осуществляли ФИО7, ФИО5.

Действия руководителя должника ФИО6, а также действия ФИО7, ФИО5, то есть лиц, фактически контролировавших должника, ФИО4 (как выгодоприобретатель), а также контролировавших деятельность аффилированных организаций – ответчиков по указанным обособленным спорам, по совершению финансовых операций и сделок, в результате которых в условиях неплатежеспособности ООО ГУП «Газовые сети» из его имущественной массы без равноценного встречного предоставления со стороны контрагентов и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов было выведено в пользу аффилированных лиц 142 501 649 руб., не являлись разумными и добросовестными, при этом указанные действия явно выходили за рамки ординарной хозяйственной практики и не могут быть объяснены обычным риском, с которым связана предпринимательская деятельность.

Экономическая целесообразность действий по выводу денежных средств из имущественной массы должника, разумные объяснения их совершения в период после появления признаков объективного банкротства ООО ГУП «Газовые сети» ответчиками не раскрыта, доказательств того, что средства, поступавшие на счета аффилированных лиц в последующем распределялись в интересах должника и (или) его кредиторов в материалы спора не представлены, доводы конкурсного управляющего ФИО2 о вовлеченности аффилированных хозяйственных обществ в единую схему по выводу денежных средств, находившуюся под контролем ФИО7, ФИО5 (выгодоприобретатель - ФИО4), не опровергнуты.

В связи с тем, что степень влияния каждого из ответчиков – контролирующих должника лиц на принятие решений в отношении ООО ГУП «Газовые сети» не представляется возможным объективно установить, учитывая, что ни один из ответчиков при разрешении спора не представил пояснений о том, как распределялись между контролирующими лицами роли в управлении должником,  следует  признать признает наличие согласованности в действиях всех контролировавших должника лиц (ФИО6, ФИО4, ФИО7, ФИО5), а также единого умысла на причинение вреда ООО ГУП «Газовые сети».

Согласно правовой позиции Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда РФ (Определение от 26.11.2018 № 305-ЭС15-12239(5), Определение от 11.02.2019 по делу № 305-ЭС18-17063(3)), в которых сформулированы подходы к оценке судами доказательств и подтверждаемых ими фактических обстоятельств по спорам, процессуальными оппонентами в которых являются, с одной стороны, лица, находящиеся с должником в отношениях юридической и (или) фактической аффилированности, а, с другой стороны, независимые по отношению к должнику кредиторы или арбитражный управляющий.

Верховным Судом РФ неоднократно подтверждалась допустимость (обоснованность) переложения судами на процессуальных оппонентов арбитражного управляющего - лиц, аффилированных с должником, бремени доказывания, то есть возложения на них бремени опровержения тех обстоятельств, со ссылкой на которые арбитражным управляющим заявлены требования в деле о несостоятельности.

Верховным Судом РФ указывалось, что в ситуации, когда независимые кредиторы или арбитражный управляющий представили серьезные доказательства и привели убедительные аргументы по поводу того, что именно указанным ими образом выстраивались отношения внутри группы, контролируемой одним и тем же лицом, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального набора документов. Он должен с достаточной полнотой раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся не только заключения и исполнения сделки, но и оснований дальнейшего внутригруппового перенаправления денежных потоков, подтвердить, что движение средств соотносится с реальными хозяйственными отношениями, операции и сделки обусловлены разумными экономическими или иными причинами. Нежелание аффилированного кредитора представить дополнительные доказательства, находящиеся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, в силу статей 9, 65 АПК РФ должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты.

Универсальный характер данных правовых позиций позволяет применить указанные подходы, касающиеся стандартов и бремени доказывания, также и к обстоятельствам настоящего спора, поскольку заявителем, конкурсными кредиторами АО «Уралсевергаз» и АО «ЭнергосбыТ Плюс», а также третьими лицами при рассмотрении спора были представлены доказательства, логическая взаимосвязь которых указывает на создание заинтересованными лицами с правами ответчика (контролирующими должника лицами) противоправной схемы по систематическому выводу денежных средств из ООО ГУП «Газовые сети», причинившей многомиллионный ущерб должнику и его кредиторам.

С учетом всей совокупности доказательств, представленных в материалы дела заявителем и участниками спора, именно заинтересованным лицам по настоящему спору, как процессуальным оппонентам конкурсного управляющего ФИО2, надлежало с предоставлением доказательств обосновать то, что многочисленные сделки должника по выводу денежных средств в пользу аффилированных лиц и их использование на цели не связанные с деятельностью должника, были основаны на реальных хозяйственных отношениях, обусловлены разумными экономическими мотивами и соответствовали интересам должника (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

В данном споре как верно приходит  суд  первой инстанции  к выводу, контролирующие должника лица не раскрыли обстоятельства, которые бы разумно объясняли совершение ими противоправных действий, явно выходящих за рамки принятого стандарта поведения в предпринимательских отношениях. Вступившие в законную силу судебные акты, которыми ранее были признаны недействительными сделки и применены последствия недействительности, до настоящего момента не исполнены, поскольку денежные средства от аффилированных лиц (контрагентов) в конкурсную массу в полном объеме не возвращены. При этом большинство этих аффилированных лиц, через расчетные счета которых выводились денежные средства из имущественной массы должника, включая ООО «Куст-15», ООО «ТГК Плюс», ООО «ММК Энерджи», АО «Евролизинг», ООО «Расчетный Центр», в настоящий момент уже признаны судом несостоятельными (открыто конкурсное производство).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 8 Постановления Пленума № 62, удовлетворение требования о взыскании убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Сам по себе факт принятия судебных актов о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности без документального подтверждения реального исполнения таких судебных актов заинтересованными лицами с правами ответчиков, то есть полного возмещения вреда, причиненного имущественной сфере должника, не может являться основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании убытков с контролирующих должника лиц.

Судом после исследования данных, представленных конкурсным управляющим, установлено, что из общей суммы денежных средств (142 501 649 руб.), которые были присуждены к взысканию в пользу ООО ГУП «Газовые сети» по всем спорам в результате применения последствий недействительности сделок, в конкурсную массу должника было возвращено 9 109 967,15 руб., то есть на момент разрешения настоящего спора сумма убытков (размер причиненного должнику вреда) составляет 133 391 681,85 руб.

Доказательств того, что величина убытков, причиненных должнику, составляет иной размер, в том числе по причине возврата в конкурсную массу должника денежных средств на сумму большую, чем было указано конкурсным управляющим ФИО2 (9 109 967,15 руб.), никем из участников спора, не представлено.

Исследовав и оценив представленные в материалы спора доказательства по правилам статьи  71 АПК РФ, учитывая всю совокупность имевших место событий, а также приняв во внимание умышленность действий ответчиков, направленных на выбытие активов из имущественной массы должника без получения должником равноценного встречного предоставления, чем должнику и его кредиторам был причинен ущерб в виде уменьшения объема его имущества, суд первой  инстанции  верно пришел  к выводу о доказанности совокупности необходимых условий для взыскания солидарно с ФИО6, ФИО7, ФИО5 и ФИО4 причиненных должнику убытков в размере 133 391 681,85 руб.

Апеллянты в своих  апелляционных жалобах   считают выводы суда первой инстанции необоснованными, а оспариваемое определение от 08.02.2022 незаконным, поскольку ответчики неверно признаны контролирующими должника лицами, при этом судом не определена степень вовлеченности каждого из них в управление деятельностью должника;  суд необоснованно взыскал с ответчиков убытки, хотя конкурсным управляющим было заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности;  суд незаконно отказал в назначении судебной экспертизы с целью проверки заявления о фальсификации доказательств;  судом первой инстанции не принято во внимание, что ранее при вынесении обвинительного приговора по уголовному делу судом общей юрисдикции был присужден к взысканию с ФИО6 в пользу АО «Уралсевергаз», АО «ЭнергосбыТ Плюс» и АО «Г азэкс» ущерб, причиненный преступлением.

Указанные  доводы суд апелляционной инстанции отклоняет по следующим основаниям.

Наличие  у  апеллянтов признаков  контролирующих должника  лиц  установлено  судом первой  инстанции по правилам статьи  61.10 Закона о банкротстве и с учетом совокупности представленных в материалы  дела  доказательств, которые подтверждали, что данные  лица, а также ФИО7 фактически управляли ООО ГУП «Газовые сети» в 2017 - 2019, совместно контролировали его финансово-хозяйственную деятельность, принимали все значимые решения по операционной деятельности, включая совершение сделок, а также извлекали личную выгоду из незаконных действий и недобросовестного поведения, что было подтверждено результатами судебной бухгалтерской экспертизы в рамках уголовного дела № 11901650081000081 и данными о «транзитном» движении средств со счетов должника по фиктивным основаниям в пользу этих лиц (через их личные карточные счета, а также счета организаций, деятельность которых они контролировали).

Суд первой инстанции неоднократно предлагал ФИО5, ФИО4, ФИО7 представить объяснения относительно того, каким именно образом была организована схема управления и распределены руководящие роли в ООО ГУП «Газовые сети», учитывая, что бывший директор должника ФИО6 сам неоднократно давал пояснения  о том, что именно под влиянием вышеназванных лиц и на основании поступавших от них указаний он совершал от имени должника вредоносные сделки, а также давал поручения о перечислениях денежных средств в пользу аффилированных лиц.

Вместе с тем аффилированные между собой ФИО5, ФИО4 и ФИО7 (в силу близких родственных связей), также являвшиеся выгодоприобретателямих сделок  признанных судом  недейсвительными и притворных финансовых операций, уклонились от представления каких-либо объяснений, в связи с чем суд первой инстанции, руководствуясь позициями Высшего Суда РФ признал доказанным, что названные лица, как фактические руководители должника, а также ФИО6, как директор должника, являлись контролировавшими должника лицами, которые действовали согласовано и совместно при совершении противоправных действий, причинявших ущерб должнику и его кредиторам.

Как   было  указано выше, согласно с абз. 4 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Следовательно, вопреки доводам апеллянтов, суд первой инстанции, признав доказанным наличие в действиях лиц, совместно контролировавших деятельность должника (ФИО6, ФИО4, ФИО7, ФИО5), согласованности и единого умысла на причинение вреда ООО ГУП «Г азовые сети» путем противоправного вывода денежных средств из его имущественной массы, возложил на указанных лиц обязанность по солидарному возмещению убытков в размере 133 391 681,85 руб.

Вопреки доводам апеллянтов, суд первой инстанции, отказав в назначении судебной экспертизы по ходатайству ФИО4 (с целью проверки достоверности заявления о фальсификации - протоколов собраний участников ООО «ММК Энерджи» и ООО «ТГК Урала», приобщенных судом к материалам спора по ходатайству третьего лица ФИО10, руководствовался частью 1 статьи  161 АПК РФ. 

Приняв во внимание то, что протоколы собраний участников, о фальсификации которых было заявлено ФИО4, были приобщены к материалам спора по ходатайству третьего лица ФИО10, а не конкурсным управляющим, при том, что  последний не основывал свои требования к ответчикам на содержании соответствующих доказательств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о нецелесообразности назначения судебной экспертизы, поскольку это привело бы к неоправданному затягиванию рассмотрения спора, в том числе с учетом представленных в материалы дела иных доводов и доказательств, с помощью которых могли быть должным образом установлены все значимые для спора обстоятельства, а также проведена проверка достоверности заявления ФИО4 о фальсификации доказательств. 

В отношении  довода  ФИО6 о двойной ответственности  суд апелляционной инстанции приходит  к следующим выводам.

Настоящий спор о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих  должника  лиц и взыскания с последних убытков был разрешен 01.02.2022, а обвинительный приговор Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга по уголовному делу № 1-193/2021 в отношении ФИО6, в рамках которого были удовлетворены гражданские иски потерпевших АО «Уралсевергаз», АО «ЭнергосбыТ Плюс» и АО «Газэкс» о возмещении ущерба, причиненного преступлением, вступил в силу 14.02.2022.

Суд первой инстанции был не вправе определять размер убытков, присужденных к взысканию с ФИО6, с учетом результатов рассмотрения гражданских исков потерпевших по уголовному делу, судебный акт по которому еще не вступил в законную силу на дату разрешения настоящего спора.

Кроме того, с учетом разъяснений, изложенных в пункте  8 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 , принимая во внимание тот факт, что никто из кредиторов-потерпевших не получил от ФИО6 возмещения своих имущественных потерь по вступившему в силу приговору Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга, позиция апеллянта о так называемой «двойной ответственности» ФИО6 является необоснованной.

Более того,  в реестр требований кредиторов  ГУП «Газовые сети» включены  иные  кредиторы, не являющие  гражданскими истцами  в рамках уголовного  дела. 

Таким образом, судом первой инстанции были установлены все обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения спора, верно применены нормы права, при этом выводы суда, содержащиеся в оспариваемом определении от 08.02.2022, соответствуют установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявители апелляционных жалоб приводят доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Таким образом, обжалуемое определение суда отмене, а апелляционные жалобы - удовлетворению, не подлежат, поскольку оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, с учетом обозначенных в жалобе доводов, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 08 февраля 2022 года по делу № А60-60536/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий                                                            И.П. Данилова 

 

Судьи                                                                                 Т.В. Макаров 

                                                                                             Т.С. Нилогова