﻿﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-6636/2019

30 января 2020 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 января 2020 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Сецко А.Ю.

судей Лазаревой И.В., Никитина Е.О.

при участии:

Кудрявцева Дениса Евгеньевича (лично)

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы финансового управляющего имуществом должника Моисеенко Геннадия Петровича, Кудрявцева Дениса Евгеньевича

на определение от 30.08.2019, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2019

по делу № А51-15788/2017

Арбитражного суда Приморского края

по заявлению финансового управляющего имуществом должника Моисеенко Геннадия Петровича

к обществу с ограниченной ответственностью «Восток Трейдинг»                                (ОГРН: 1152511001785, ИНН: 2511092929, адрес: 692519, Приморский край, г. Уссурийск, ул. Володарского, д. 54, кв. 10), Кудрявцеву Денису Евгеньевичу

о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок

в рамках дела о признании Костап Елены Александровны (место жительства: Приморский край, г. Владивосток, ул. Александровича, д. 50А, кв. 17, дата и место рождения: 20.05.1982, гор. Владивосток; СНИЛС 109-561-067 54; ИНН 2539044525163) несостоятельной (банкротом)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: Костюшина Надежда Гавриловна

У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда Приморского края от 26.07.2017 принято к производству заявление публичного акционерного общества «Дальневосточный банк» (далее – ПАО «Дальневосточный банк») о признании Костап Елены Александровны (далее – должник), возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением суда от 22.11.2017 в отношении Костап Е.А. введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден Моисеенко Геннадий Петрович.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 09.02.2017 № 230.

Решением суда от 14.05.2018 Костап Е.А. признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден Моисеенко Г.П.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 19.05.2018 № 85.

В рамках настоящего дела о банкротстве финансовый управляющий Моисеенко Г.П. 25.07.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок должника: договора купли-продажи транспортного средства с обществом с ограниченной ответственностью «Восток Трейдинг» (далее – ООО «Восток Трейдинг») в отношении автомобиля Lexus LX570, государственный регистрационный знак С575ЕС125; договора купли-продажи квартиры от 10.10.2017 с Киселевым Артемом Юрьевичем; договора купли-продажи недвижимости от 18.08.2017 с Кудрявцевым Денисом Евгеньевичем в отношении жилого дома, назначение: жилое, 1-этажный, общей площадью 61 кв.м, кадастровый (условный) номер 25:31:000000:00:00020/1, лит 1, а также земельного участка общей площадью 1522 кв. м, категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации существующего жилого дома, кадастровый номер 25:31:030001:96, расположенных по адресу: Приморский край, с. Анна, ул. Нагорная, д. 18.

Определением суда от 19.12.2018 к участию в обособленном споре привлечена Костюшина Надежда Гавриловна.

Определением суда от 09.07.2019 в отдельное производство выделено требование финансового управляющего об оспаривании сделки должника – договора купли-продажи квартиры от 10.10.2017.

Определением суда от 30.08.2019, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2019, признаны недействительными указанные договоры. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Восток Трейдинг» в конкурсную массу Костап Е.А. 3 004 000 рублей, взыскания с Кудрявцева Д.Е. в конкурсную массу Костап Е.А. 4 993 000 рублей. В пользу арбитражного управляющего Моисеенко Г.П. с ООО «Восток Трейдинг», Кудрявцева Д.Е. взыскано по 15 000 рублей расходов по оплате услуг экспертизы.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, считая их вынесенными без учета существенных обстоятельств, имеющих значение для разрешения настоящего спора, финансовый управляющий Моисеенко Г.П. обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит указанные определение и апелляционное постановление изменить: признать недействительным оспариваемую сделку – договор купли-продажи недвижимости от 18.08.2017, применить последствия недействительности сделки в виде возврата указанного имущества в конкурсную массу должника, взыскать судебные расходы за проведение судебной экспертизы в конкурсную массу должника.

В обоснование своей позиции заявитель кассационной жалобы указывает на неверное применение судами последствий недействительности сделки в виде взыскания денежных средств в конкурсную массу, а не имущества в натуре с Костюшиной Н.Г. Кроме того, финансовый управляющий указывает на неверное распределение судебных расходов, которые в деле о банкротстве также определяются как расходы на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Также в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой обратился Кудрявцев Д.Е., в которой просит указанные судебные акты отменить, отказать в удовлетворении требований финансового управляющего в части признания недействительным договора купли-продажи недвижимости от 18.08.2017, применении последствий его недействительности.

По мнению заявителя кассационной жалобы судами неверно сделаны выводы, что недвижимое имущество по оспариваемому договору передано в счет долга Карасева Романа Леонидовича. Также не согласен заявитель кассационной жалобы и с выводами суда о заниженной стоимости жилого дома и земельного участка, поскольку снижение цены происходило по согласованию сторон, она соответствует реальной стоимости имущества. Кудрявцев Д.Е. ссылается на доказанность финансовой возможности приобретения указанного имущества, в том числе, за счет денежных средств, предоставленных его матерью – Кудрявцевой Ольгой Георгиевной. Обстоятельство непредоставления Костап Е.А. в налоговый орган отчетности формы 3-НДФЛ не свидетельствует, по мнению заявителя, об отсутствии реального получения денежных средств по указанной сделке. Также Кудрявцев Д.Е. считает недоказанным обстоятельства аффилированности Карасева Р.Л., Костап Е.А. при совершении указанной сделки.

В материалы обособленного спора отзывы на кассационную жалобу не поступили.

В судебном заседании окружного суда Кудрявцев Д.Е. поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным в рамках обособленного спора фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, с учетом доводов кассационных жалоб, судебная коллегия Арбитражного суда Дальневосточного округа приходит к следующему.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судами, 16.01.2017 Костап Елена Александровна заключила с покупателем ООО «Восток Трейдинг»  договор купли-продажи транспортного средства, на основании которого передала в собственность покупателю автомобиль Lexus LX570 стоимостью 240 000 руб.

В договоре купли-продажи контрагенты подтвердили факт передачи денежных средств в размере 240 000 руб. в счет расчетов за автомобиль.

В последующем указанный автомобиль снят с регистрационного учета в связи с утилизацией.

Костап Е.А (продавец) 18.08.2017 заключила с Кудрявцевым Д.Е. (покупатель) договор купли-продажи недвижимости в отношении жилого дома, назначение: жилое, 1-этажный, общей площадью 61 кв. м, кадастровый (условный) номер 25:31:000000:00:00020/1, лит 1, а также земельного участка общей площадью 1522 кв. м, категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации существующего жилого дома, кадастровый номер 25:31:030001:96, расположенных по адресу: Приморский край, с. Анна, ул. Нагорная, д. 18.

Согласно пункту 2.1 договора стоимость объекта (дома) и земельного участка составляет 10 000 000 рублей: жилого дома – 3 000 000 рублей, земельного участка – 7 000 000 рублей; указанная стоимость установлена по соглашению сторон договора, является окончательной и в дальнейшем изменению не подлежит; указанная сумма получена продавцом до подписания договора.

В пункте 2.2 договора стороны определили следующий порядок расчетов. Стоимость объекта и земельного участка оплачивается за счет собственных денежных средств покупателя (пункт 2.2.1); передача денежных средств продавцу в счет оплаты стоимости объекта и земельного участка осуществлена до подписания настоящего договора (пункт 2.2.2); расчеты по договору произведены путем передачи наличных средств.

Переход права собственности зарегистрирован 28.08.2017.

В последующем указанное имущество было отчуждено Кудрявцевым Д.Е. Костюшиной Н.Г. по договору купли-продажи недвижимости от 19.03.2018.

Согласно передаточному акту от 19.03.2018 взаимные обязательства сторон исполнены, расчеты по договору произведены полностью, взаимные претензии по существу договора отсутствуют.

Право собственности Костюшиной Н.Г. зарегистрировано в установленном порядке 29.03.2018.

Полагая, что указанные договоры отвечали признакам недействительной сделки по основаниям статьи 61.2 и статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), финансовый управляющий Моисеенко Г.П. обратился в Арбитражный суд Приморского края с настоящим заявлением.

С учетом совершения сделки в период подозрительности, значительного занижения договорной стоимости автомобиля над его рыночной стоимостью, что свидетельствовало о неравноценности встречного исполнения ответчиком стоимости переданного должником имущества, суд первой инстанции признал договор купли-продажи транспортного средства 16.01.2017 недействительным по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве с применением последствий его недействительности.

В указанной части судебный акт заявителями кассационных жалоб не оспаривается. У суда округа отсутствуют основания для несогласия с выводами суда первой инстанции.

В свою очередь, признавая договор купли-продажи недвижимости от 18.08.2017, заключенный между Костап Е.А и Кудрявцевым Д.Е., недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и основаниям, изложенным в статьях 10, 168 ГК РФ, суды исходили из следующих обстоятельств.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий наделен правом подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке (пункт 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Согласно пунктам 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для квалификации подозрительной сделки как сделки с неравноценностью встречного исполнения пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве устанавливает два необходимых критерия для признания такой сделки недействительной: сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценность встречного исполнения обязательств контрагентом должника.

При этом согласно разъяснениям, данным в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), пункт 1 статьи 61.2 настоящего Федерального закона предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67, 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Судами верном установлено, что оспариваемая сделка от 18.08.2017 совершена после принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) – 26.07.2017, то есть в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 9 Постановления № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

При таких обстоятельствах, учитывая совершение оспариваемого договора в установленный период подозрительности, что для признание его недействительным достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления № 63).

В силу приведенных в Постановлении № 63 разъяснений установление обстоятельств аффилированности продавца и покупателя, наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки также не требуется.

Одним из основных обстоятельств, входящих в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о признании сделки недействительной по основанию пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является факт равноценности/неравноценности совершенного по сделке встречного исполнения.

В обоснование неравноценности встречного исполнения обязательств оспариваемой сделки финансовым управляющим в материалы обособленного спора представлено заключение от 10.04.2019 № 04-2019 (25577), подготовленное экспертом общества с ограниченной ответственностью «Индустрия-Р» Петринской Е.Д., согласно которому рыночная стоимость спорного жилого дома и земельного участка по состоянию на дату заключения договора купли-продажи (18.08.2017) и государственной регистрации права собственности (28.08.2017) составила 4 993 000 рублей, в том числе 3 447 000 рублей за жилой дом и 1 546 000 рублей за земельный участок.

Указанным заключением эксперта подтверждено превышение договорной цены на дом и земельный участок боле чем в два раза.

Однако в материалы обособленного спора не представлены достоверные доказательства реальности расчетов Кудрявцева Д.Е. за приобретенную им недвижимость, доказательства передачи должнику денежных средств в размере 10 000 000 рублей отсутствуют.

В ответ на запрос арбитражного суда Федеральная налоговая служба сообщила, что не располагает сведениями о доходах и об удержанных суммах налогов за 2014-2017 ответчика (письмо от 22.01.2019 № 08-24/01260).

Материалами обособленного спора подтверждается, что в нарушение статьи 65 АПК РФ достоверных доказательств наличия источников доходов не представлено (доходы от трудовой деятельности, денежные вклады, акции, ценные бумаги, выплата дивидендов от участия в юридических лицах, получение дохода от сдачи в аренду имущества, продажа имущества и прочее).

Суд округа соглашается с позицией судов обеих инстанций и отклоняет доводы заявителя кассационной жалобы Кудрявцева Д.Е. о наличии финансовой возможности для реального исполнения обязательств в части оплаты переданного недвижимого имущества.

Довод заявителя о совершении оплаты по оспариваемому договору за счет денежных средств, полученных от его матери (Кудрявцевой О.Г.), не подтверждается доказательствами, представленными в материалы обособленного спора. Само по себе наличие у Кудрявцевой О.Г. денежных средств, полученных от реализации по договору купли-продажи от 28.06.2016 принадлежащего ей объекта недвижимого имущества, в отсутствие документов, подтверждающих дальнейшее движение указанной суммы, не свидетельствует о передаче их ответчику.

Кроме того, суд округа соглашается с выводами судов обеих инстанций, что денежных средств, полученных Кудрявцевой О.Г. по договору купли-продажи от 28.06.2016, недостаточно для оплаты приобретенного недвижимого имущества по оспариваемой сделке. Ссылка заявителя кассационной жалобы на наличие собственных средств, полученных от реализации недвижимого имущества – квартиры, не может быть принята во внимание, поскольку документально не подтверждена.

Суд округа отклоняет довод заявителя о подтверждении финансовой возможности оплаты по оспариваемому договору обстоятельством передачи им Карасеву Р.Л. 14 000 000 рублей по договору займа, что подтверждается вступившим в законную силу судебным актом. Указанное обстоятельство, напротив, подтверждает лишь факт выбытия указанной денежной суммы из имущества должника, и не свидетельствует о наличии иного имущества, достаточного для совершения оплаты по договору купли-продажи недвижимости от 18.08.2017.

Вместе с тем, материалы обособленного спора, наряду с отсутствием доказательств, свидетельствующих о финансовой возможности ответчика произвести оплату по оспариваемому договору, не содержат и доказательств о реальном получении Костап Е.А. денежных средств от покупателя и информации о том, на какие цели данные денежные средства потрачены должником.

В материалы обособленного спора поступила информация от Федеральной налоговой службы о непредставлении Костап Е.А. отчетности формы 3-НДФЛ за 2014-2018 годы (письмо от 06.02.2019 № 17-18/05408@).

Не соглашаясь с тем, что указанная информация свидетельствует об отсутствии реального получения денежных средств по договору от 18.08.2017, Кудрявцев Д.Е. не представил в материалы обособленного спора доказательств, свидетельствующих об обратном.

Также не принята судом округа во внимание и ссылка заявителя кассационной жалобы на то, что судами неверно сделан вывод о заниженной стоимости недвижимого имущества, переданного по спорной сделке, поскольку она не соответствует обстоятельствам, установленным по обособленному спору: представленным заключением эксперта подтверждено превышение договорной цены на дом и земельный участок боле чем в два раза, а не ее занижение.

Учитывая приведенные выше обстоятельства, Костап Е.А. и Кудрявцев Д.Е. не подтвердили документально расчеты по спорному договору.

В отсутствие финансовой возможности Кудрявцева Д.Е. оплатить спорное имущество, а также в условиях непредоставления доказательств осуществления расчетов между сторонами, в условиях неравноценного встречного исполнения обязательств, суды верно пришли к выводу, что договор купли-продажи недвижимости от 18.08.2017 соответствует критериям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что является основанием для признания его недействительным.

Из абзаца четвертого пункта 4 Постановления Пленума № 63 следует, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Договор, при заключении которого допущено нарушение положений пункта 1 статьи 10 ГК РФ, является ничтожным в силу статьи 168 ГК РФ.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

При этом правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для применения же статей 10 и 168 ГК РФ, в условиях конкуренции норм о действительности сделки, необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306- ЭС16-20056(6) доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов (подтверждение фактической аффилированности) по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами. Исходя из указанных положений, для признания сделки притворной необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Признание сделки притворной возможно при условии преследования прикрываемых целей обеими сторонами, и наличие таких намерений должно быть подтверждено достаточными и допустимыми доказательствами.

Судами установлено, что Костап Е.А. и Кудрявцев Д.Е. при заключении договора купли-продажи недвижимости от 18.08.2017 преследовали иную цель, отличную от передачи имущества от продавца к покупателю и уплаты покупателем продавцу определенной цены, так как воля сторон была направлена на прекращение денежных обязательств предоставлением отступного (статья 409 ГК РФ).

Указанное обстоятельство подтверждено письменными пояснениями должника, представленными в материалы обособленного спора, в которых указано на отсутствие расчетов по договору купли-продажи недвижимости от 18.08.2017 и подтверждена передача спорного имущества ответчику с целью погашения задолженности Карасева Р.Л.

Из материалов обособленного спора следует, что Кудрявцев Д.Е. являлся кредитором Карасева Р.Л. по займам, предоставленным в 2013-2015 годах.

Наличие задолженности Карасева Р.Л. перед Кудрявцев Д.Е. в размере 10 700 000 рублей по договору займа и 21 400 00 рублей процентов по займу подтверждено вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Владивостока от 25.01.2018 года по делу № 2-1238/2018.

Справкой ЗАГС от 19.01.2019 № 171 подтверждено наличие совместных детей 2004 и 2015 года рождения у Костап Е.А. и Карасева Р.Л.; должник в судебном заседании 09.07.2019 также подтвердил наличие брачных отношений с Карасевым Р.Л.

Материалы обособленного спора подтверждают, что Костап Е.А. и Карасев Р.Л. связаны деловыми интересами, поскольку 03.08.2015 между ПАО «Дальневосточный банк» (банк) и обществом с ограниченной ответственностью «Пасифик Трейдинг» (далее – ООО «Пасифик Трейдинг») (заемщик) в лице единственного участника и руководителя Карасева Л.Г., заключен кредитный договор № VPM-1344 на сумму 50 000 000 рублей до 03.08.2020 под 18 процентов годовых. В обеспечение исполнения обязательства между банком и Костап Е.А. (поручитель) заключен договор поручительства № VPM-1344-3 от 03.08.2015.

Вступившим в законную силу заочным решением Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 03.05.2017 по делу № 2-2689/17 с ООО «Пасифик Трейдинг», Карасева Л.Г., Карасева Р.Л. и Костап Е.А. в пользу банка в солидарном порядке взыскана задолженность по кредитному  договору № VPM-1344-3 от 03.08.2015, что послужило основанием для введения в отношении Костап Е.А. процедуры банкротства по заявлению банка, требования которого в размере 3 547 563 рублей 02 копейки основной задолженности и 5 604 рубля 06 копеек финансовых санкций включены в реестр требований кредиторов должника как обеспеченные залогом недвижимого имущества Костап Е.А.

Суды обоснованно пришли к выводу, что наличие совместных детей, брачные отношения между Костап Е.А. и Карасевым Р.Л., наличие солидарных денежных обязательств перед банком предполагает совместный финансовый интерес вышеуказанных лиц, в том числе в отношениях по расчетам с кредиторами. Совпадение в одном лице кредитора по отношению к Карасеву Р.Л. и кредитора-залогодержателя по отношению к Костап Е.А., фактическая аффилированость должников по обязательствам обеспечили возможность получения спорного имущества в счет исполнения обязательств.

Принятие имущества по договору купли-продажи недвижимости от 18.08.2017 от Костап Е.А. без проведения фактических расчетов соответствовало интересам Кудрявцева Д.Е., имеющего денежное требование как к Карасеву Р.Л., так и к самой Костап Е.А.

До настоящего времени Кудрявцевым Д.Е. не предъявлены требования к Костап Е.А., вытекающие из договора займа от 10.12.2013.

Вопреки доводам Кудрявцева Д.Е. об отсутствии аффилированности и недоказанности передачи имущества по оспариваемому договору в счет долга Карасева Р.Л., указанные обстоятельства подтверждены доказательствами, представленными в материалы обособленного спора, в том числе самим должником. Доказательств, свидетельствующих об обратно, ответчиком не представлено.

На основании изложенного, суд округа соглашается, что условия приобретения Кудрявцевым Д.Е. спорного недвижимого имущества свидетельствуют о совершении притворной сделки, заключенной с целью прикрытия договора об отступном и лишения возможности конкурсных кредиторов получить удовлетворение своих требований.

Принятие имущества должника по договору купли-продажи недвижимости от 18.08.2017 без проведения оплаты привело к тому, что Кудрявцеву Д.Е. оказано большее предпочтение по сравнению с другими кредиторами. Материалами обособленного спора подтверждается, что на дату совершения договора купли-продажи недвижимости от 18.08.2017 Костап Е.А. имела неисполненные денежные обязательства в размере             3 553 167 рублей 08 копеек перед ПАО «Дальневосточный банк», который осуществлял принудительное взыскание задолженности.

Доказательства получения должником денежных средств от реализации жилого дома и земельного участка, а также направления их на расчеты с банком либо использование их в иных целях, в материалы обособленного спора также не предоставлены.

Таким образом, судами верно установлено, что документальное оформление договором купли-продажи недвижимого имущества от 18.08.2017 передачи дома и земельного участка, принадлежащего на праве собственности Костап Е.А, совершенное после возбуждения дела о банкротстве с преимуществом перед другими кредиторами, сокрытие действительных условий, сопровождавших сделку (отсутствие фактических расчетов за приобретенное имущество, наличие права требования как к должнику, так к заинтересованному лицу Карасеву Р.Л.), вывод Костап Е.А. имущества из-под возможных реституционных и виндикационных требований кредиторов, представляет собой притворную-ничтожную, запрещенную пунктом 2 статьи 170 ГК РФ сделку, направленную на получение активов Костап Е.А. в условиях ее неплатежеспособности.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая обстоятельства настоящего обособленного спора в их совокупности, суды верно пришли к выводу о наличии правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной (ничтожной) на основании статей 10, 168 ГК РФ как совершенной со злоупотреблением правом, в связи с чем, соответствующие выводы суда первой инстанции признаются обоснованными.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре, приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Как следует из содержания абзаца 3 пункта 16 Постановления № 63 если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ.

В рассматриваемой ситуации, учитывая, что финансовым управляющим заявлено требование о возврате спорного имущества в конкурсную массу, приведены мотивы и указаны обстоятельства недобросовестного, по мнению управляющего, приобретения Кудрявцевым Д.Е. недвижимого имущества, суды верно квалифицировали предъявленные требования как об истребовании имущества из чужого незаконного пользования, которые подлежат разрешению с применением положений статей 301, 302 ГК РФ.

В соответствии со статьей 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли (пункт 1 статьи 302 ГК РФ).

В пункте 8 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения» разъяснено, что разрешая вопрос о добросовестности приобретателя и определяя круг обстоятельств, о которых он должен был знать, суд учитывает родственные и иные связи между лицами, участвовавшими в заключении сделок, направленных на передачу права собственности, совмещение одним лицом должностей в организациях, совершавших такие сделки, участие одних и тех же лиц в уставном капитале этих организаций, родственные и иные связи между ними.

В пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что для целей применения пунктов 1 и 2 статьи 302 ГК РФ приобретатель не считается получившим имущество возмездно, если отчуждатель не получил в полном объеме плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества к тому моменту, когда приобретатель узнал или должен был узнать о правомерности отчуждения.

Суд первой инстанции,  с которым согласился апелляционной суд, установив, что спорное недвижимое имущество приобретено Кудрявцевым Д.Е. без предоставления встречного исполнения обязательства, а иного им не доказано (статья 65 АПК РФ), пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения требований финансового управляющего в указанной части.

Вопреки доводам финансового управляющего, изложенных в кассационной жалобы, отказывая в применении последствий по недействительной сделке в виде возврата объектов недвижимости в конкурную массу должника, суды правомерно исходили из недоказанности финансовым управляющим, что спорное имущество приобретено последним покупателем, заинтересованным по отношению к Кудрявцеву Д.Е. и Костап Е.А., безвозмездно, должник или Кудрявцев Д.Е не утратили контроль над отчужденным имуществом, а также что Костюшина Н.Г. знала либо должна была знать, что приобретает жилой дом и земельный участок у неуправомоченного лица, в связи с чем, обоснован вывод о добросовестности приобретателя Костюшиной Н.Г.

Сведения, представленные финансовым управляющим в кассационной жалобе, в части недобросовестности Кудрявцева Д.Е. и Костюшиной Н.Г., основаны на предположениях, вместе с тем, в материалы обособленного спора не представлено доказательств, достаточных и объективно свидетельствующих о такой недобросовестности.

В свою очередь, материалами обособленного спора подтверждается, что договор между Кудрявцевым Д.Е. и Костюшиной Н.Г. являлся возмездным, продавцом в налоговый орган подана декларация 3-НДФЛ, в которой отражена реализация жилого дома и земельного участка в 2018 году по цене 7 000 000 рублей.

На основании вышеизложенного, суды отказали в удовлетворении виндикационного требования по сделке, признанной недействительной.

При таких обстоятельствах, в соответствии с положениями статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве с Кудрявцева Д.Е. взыскана действительная стоимость имущества, приобретенного у Костап Е.А. по недействительной сделке в размере 4 993 000 рублей (согласно заключению эксперта от 10.04.2019 №04-2019 (25577).

Поскольку финансовым управляющим Моисеенко Г.П. оплачена стоимость судебной экспертизы в размере 30 000 рублей, указанные расходы по правилам статьи 110 АПК РФ с учетом результата рассмотрения обособленного спора отнесены на ответчиков и взысканы в пользу арбитражного управляющего.

Отклоняя доводы кассационной жалобы финансового управляющего в указанной части, суд округа соглашается с позицией суда апелляционной инстанции о надлежащем распределении судебных расходов по настоящему обособленному спору. В свою очередь, финансовый управляющий, в силу положений Закона о банкротстве контролирующий имущество должника, не лишен возможности внести полученные средства в конкурсную массу для распределения согласно предусмотренной Законом о банкротстве очередности. Таким образом, суд округа не усматривает нарушения прав и законных интересов финансового управляющего Моисеенко Г.П. и должника выводами судов обеих инстанций в указанной части.

Доводы заявителей кассационных жалоб повторяют утверждения, исследованные и правомерно отклоненные судами первой и апелляционной инстанций и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, а направлены на несогласие с выводами судов обеих инстанции и связаны с переоценкой имеющихся в материалах обособленного спора доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных в статье 286, части 2 статьи 287 АПК РФ.

Процессуальных нарушений, перечисленных в части 4 статьи 288 АПК РФ, влекущих безусловную отмену судебных актов, не установлено.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационных жалоб отсутствуют.

В связи с тем, что финансовому управляющему предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины в сумме 3000 руб. до рассмотрения кассационной жалобы по существу, с Костап Елены Александровны на основании статьи 110 АПК РФ и подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 110, 286–290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 30.08.2019, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2019 по делу №  А51-15788/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с Костап Елены Александровны в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу кассационной жалобы в размере 3 000 (трех тысяч) рублей.

Арбитражному суду Приморского края выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           А.Ю. Сецко

 

Судьи                                                                                    И.В. Лазарева

Е.О. Никитин