СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-14515/2022(1)-АК

Дело №А60-43476/2018

16 января 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 января 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей                                 И.П. Даниловой, Т.С. Нилоговой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании: 

от кредитора ФИО8 – ФИО2, паспорт, доверенность от 19.11.2022,

от третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3 – ФИО4, паспорт, доверенность от 26.07.2021,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО8

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 04 октября 2022 года

о замене заявителя по спору о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам закрытого акционерного общества «Автореал» с конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Автореал» и отказе в удовлетворении заявления ФИО8 об установлении размера субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств с ФИО5 в пользу ИП ФИО8 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал»,

вынесенное судьей А.В. Боровиком 

в рамках дела №А60-43476/2018

о признании закрытого акционерного общества «Автореал» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3, финансовый управляющий ФИО5 ФИО6,

установил:

30.07.2018 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление закрытого акционерного общества «Вега» (далее – ЗАО «Вега») о признании закрытого акционерного общества «Автореал» (далее – ЗАО «Автореал», должник) несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в связи с наличием задолженности в размере 5 501 346,00 рублей. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.08.2018 указанное заявление принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.11.2018 (резолютивная часть от 08.11.2018) заявление ЗАО «Вега» признано обоснованным, в отношении ЗАО «Автореал» введена процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7 (далее – ФИО7), являющийся членом ассоциации арбитражных управляющих «Гарантия». Требования ЗАО «Вега» в размере 5 501 346,00 рублей основного долга, 1 167 564,96 рубля процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) включены в реестр требований кредиторов ЗАО «Автореал». 

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» 24.11.2018.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.10.2019 (резолютивная часть от 27.09.2019) производство по делу №А60-43476/2018 о признании ЗАО «Автореал» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) прекращено.

16.05.2022 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО8 (далее – ИП ФИО8) о процессуальном правопреемстве, в котором заявитель просила:

1. Заменить ЗАО «Вега» в реестре требований кредиторов ЗАО «Автореал» на ИП ФИО8 с размером требований 6 668 910,96 рубля, из них 5 501 346,00 рублей основного долга, 1 167 564,96 рубля процентов по статье 395 ГК РФ.

2. Возобновить производство по спору о привлечении ФИО5 (далее – ФИО5) к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал».

3. Заменить заявителя по спору о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал» с конкурсного управляющего ЗАО «Автореал» на ИП ФИО8

4. Взыскать с ФИО5 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал» в пользу ИП ФИО8 6 668 910,96 рубля.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.10.2022 (резолютивная часть от 27.09.2022) произведена замена заявителя по спору о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал» с конкурсного управляющего ЗАО «Автореал» на ИП ФИО8 В удовлетворении заявления ИП ФИО8 об установлении размера субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств с ФИО5 в пользу ИП ФИО8 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал» отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, кредитор ИП ФИО8 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 04.10.2022 изменить, изложив пункт 2 резолютивной части следующим образом: удовлетворить заявление ИП ФИО8 об установлении размера субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств с ФИО5 в пользу ИП ФИО8 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал».

Заявитель жалобы указывает на то, что в определении суда от 17.05.2019, которым установлены основания для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал», указано, что ФИО5 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по двум основаниям: за непередачу документов и имущества конкурсному управляющему должника и за неподачу заявления в арбитражный суд о признании должника несостоятельным. Исходя из положений определения суда от 17.05.2019 (установление оснований для субсидиарной ответственности), а также определения суда от 08.04.2019 (включение в реестр требований кредиторов ЗАО «Автореал» требований уполномоченного органа) обязанность ФИО5 по обращению в порядке статьи 9 Закона о банкротстве с заявлением о признании ЗАО «Автореал» несостоятельным (банкротом) возникла не позднее 2015 года. Поскольку обстоятельства, которые являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, а именно неподача заявления в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, имели место в 2015 году, то есть до вступления в силу Закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, а заявление о привлечении их к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, то спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, а также норм, предусмотренных Законом от 29.07.2017 №266-ФЗ. Статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ не содержала аналогичных положений абзаца 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в текущей редакции, поэтому оснований для применения положений статьи 61.11 Закона о банкротстве при рассмотрении заявления ИП ФИО8 не имеется. По своей правовой природе абзац 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве является материальной нормой, т.к. она затрагивает права и обязанности участников гражданского оборота, не устанавливает исключительно процедурные аспекты рассмотрения дела (заявления) в арбитражном суде, в связи с чем, оснований к тому, чтобы применять данную норму на момент рассмотрения дела, а не на момент формирования спорных правоотношений не имеется. Суд не учел фактические обстоятельства, имеющие значение для дела. ЗАО «Вега» было формальным истцом (лицом, имеющим право требования возврата задолженности с ЗАО «Автореал» или контролирующих ЗАО «Автореал» лиц), а фактическим или реальным истцом (лицом, которое должно было непосредственно получить блага от ЗАО «Автореал») были кредиторы ЗАО «Вега», в том числе уполномоченный орган, для погашения требований которых и был предъявлен иск к ЗАО «Автореал». Поскольку ИП ФИО8 приобрела задолженность к ЗАО «Автореал» формально у ЗАО «Вега», но фактически у кредиторов ЗАО «Вега», то к ней перешли все те же права, которыми обладали кредиторы ЗАО «Вега», в том числе уполномоченный орган, по отношению к ЗАО «Автореал» и к контролирующим его лицам. Оснований для не включения требований ИП ФИО8 при определении размера субсидиарной ответственности ФИО5 не имеется, так же как и не имелось бы, если вместо ИП ФИО8 кредитором ЗАО «Автореал» был бы уполномоченный орган, в лице конкурсного управляющего ЗАО «Вега». В настоящем деле корпоративного спора по отношению к ИП ФИО8 не имеется, при этом иного правового механизма для реализации возможности получить присужденную в пользу апеллянта сумму не существует, в связи с чем, отказ в привлечении к субсидиарной ответственности лишает возможности реализовать право на эффективную судебную защиту. Выводы о том, что уплаченная сумма 7 000,00 рублей не соотносится с суммой прав требования, не относятся к делу, т.к. по своей сути ИП ФИО8 не только никак не влияла на данную цену, но и не могла на нее повлиять, т.к. приобретала права требования, по цене, указанной в Порядке реализации дебиторской задолженности, к утверждению которого она отношения, вопреки выводам суда, не имеет. Выводы суда первой инстанции о наличии аффилированности по отношению к ФИО9 напрямую могут повлиять на права и обязанности ФИО9, который не был привлечен к участию в деле, т.к. установленная аффилированность (с которой апеллянт не согласен), может уменьшить объем его прав, негативно сказаться на деловой репутации, ввести в заблуждение третьих лиц относительно ситуации в настоящем деле. Материально-правовых оснований (норму права) для установления аффилированности ФИО9 к апеллянту в ситуации, когда тот не является участником дела, не является кредитором или должником суд не привел, что является основанием к отмене судебного акта. Предположения ФИО3 о взаимосвязи (аффилированности) лиц, являющихся (являвшимися) представителями ИП ФИО8, к тем или иным участникам данного дела (или иных дел) правового значения к рассматриваемому ходатайству не имеют. При этом, ФИО3 является аффилированным по отношению к ФИО5, а значит и к ЗАО «Автореал», ЗАО «Вега», лицом; данный факт аффилированности установлен, в частности постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2021 делу №А60-53820/2020.

От третьего лица ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что судом сделан правильный вывод о том, что кредиторы ЗАО «Вега», ЗАО «Вираж» являются аффилированными лицами по отношению к должнику ЗАО «Автореал» и контролирующему его ФИО5, а, следовательно, требования указанных аффилированных лиц в размер субсидиарной̆ ответственности не включаются. ФИО8 заинтересованность ЗАО «Вега» по отношению к должнику ЗАО «Автореал», кредитору ЗАО «Вираж» и контролирующему должника лицу ФИО5 не оспаривалась. На момент приобретения ФИО8 права требования в 2019 года на основании договора от 24.10.2019 об указанной заинтересованности заявителю было известно. С учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, принадлежности требований кредитора ЗАО «Вега» заинтересованному по отношению к ФИО5 лицу в силу статьи 10, пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве защита прав ЗАО «Вега» не может быть осуществлена путем привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности. Общество «Вега» было осведомлено о финансовом состоянии должника ввиду совпадения контролирующего общества, должника, кредитора ЗАО «Вираж» субъекта в лице ФИО5, отсюда в силу пункта 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве требования ЗАО «Вега» не могут быть учтены при определении размера субсидиарной ответственности ФИО5 Судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что требования аффилированных лиц в размер субсидиарной ответственности не включаются, а иные независимые кредиторы к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности не присоединились, оснований для удовлетворения заявления ИП ФИО8 о взыскании с ФИО5 денежных средств в порядке субсидиарной ответственности не имеется. Вне зависимости от применимой редакции Закона о банкротстве требования аффилированных по отношению к КДЛ лиц включению в размер субсидиарной ответственности не подлежат. Суд пришел к правильному выводу о том, что уступка права требования третьему лицу не меняет сущности требования аффилированного лица, а иной подход влечет злоупотребление правами при определении размера ответственности КДЛ. В рассматриваемом случае первоначальный кредитор ЗАО «Вега» не имеет статуса независимого кредитора, что лишает ФИО8, как правопреемника общества, возможности удовлетворять полученные по договору уступки требования за счет привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности. Суд пришел к правильному выводу о фактической аффилированности между ИП ФИО8 и ФИО5, что исключат учет требований ФИО8 (правопреемник ЗАО «Вега») в размере субсидиарной ответственности. Правового значения приведенные в апелляционной жалобе доводы о взаимоотношениях ФИО3 и ФИО5 для настоящего дела не имеют.

От финансового управляющего ФИО5 ФИО10 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на то, что ключевым для исключения из размера субсидиарной ответственности ФИО5 требований ЗАО «Вега», уступленных в пользу ФИО8, является установленная судом первой инстанции заинтересованность кредитора ЗАО «Вега» по отношению к должнику ЗАО «Автореал», контролирующему должника лицу ФИО5, кредитору ЗАО «Вираж». Требования ЗАО «Вега» в сумме 6 668 910,96 рубля включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника определением суда от 14.11.2018, то есть до формирования судебной практики по вопросам включения в реестр требований аффилированных кредиторов. Вместе с тем, со вступлением в законную силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ изменилось правовое регулирование в части включения в размер субсидиарной ответственности требований контролирующих должника лиц. Формирующаяся правоприменительная практика исходит из того, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит только независимым от должника кредиторам и является исключительно их средством защиты. В связи с чем, довод о наличии (отсутствии) правовых оснований для включения в размер субсидиарной ответственности требований ЗАО «Вега» был верно включен судом первой инстанции в предмет доказывания по настоящему обособленному спору. Судом верно учтено, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты. Именно поэтому абзац 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Определяя размер ответственности, арбитражный суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что требования ЗАО «Вега» на сумму 6 668 910,96 рубля, включенные в реестр определением суда от 14.11.2018, учитывая его заинтересованность по отношению к должнику и привлекаемому к субсидиарной ответственности лицу, подлежат исключению из размера субсидиарной ответственности ФИО5 Для целей уменьшения размера субсидиарной ФИО5 на сумму 6 668 910,96 рубля, включенных в реестр определением суда от 14.11.2018, правового значения не имеет приобретение права требования ФИО8 у ЗАО «Вега» на основании прямого договора уступки от 24.10.2019 в рамках процедуры реализации имущества ЗАО «Вега» в деле № А60-5637/2017. Вопреки ошибочным доводам апеллянта ФИО8 последующая утрата ФИО5 контроля над ЗАО «Вега» произошла в связи с возбуждением дела о несостоятельности (банкротстве) №А60-5637/2017 и передачей управления над имущественной массой ЗАО «Вега» ФИО5 конкурсному управляющему. Факт нахождения аффилированного лица (ЗАО «Вега»), предоставившего компенсационное финансирование ЗАО «Автореал», в процедуре конкурсного производства, сам по себе не является основанием для удовлетворения требований этого лица за счет механизма субсидиарной ответственности. Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что ИП ФИО8 в соответствии с законом не имеет каких-либо дополнительных прав по сравнению с правами ЗАО «Вега», уступившего ей права требования к должнику. Поэтому уступка обществом «Вега» требования ИП ФИО8 - формально независимому кредитору - не изменяет сущности требования аффилированного лица. Произведенная после включения требований ЗАО «Вега» уступка права требования не изменяет характера возникшего у должника обязательства применительно к основаниям его включения в размер в субсидиарной ответственности (как задолженность, возникшая и принадлежащая заинтересованному по отношению к должнику лицу). 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2022 судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы ИП ФИО8 отложено в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО5 – ФИО10 поступили письменные пояснения.

К письменным пояснениям приложены дополнительные документы (копии): реестр требований ЗАО  «Автореал», отчет финансового управляющего ФИО5 от 16.08.2022, выкопировка из реестра наследственных дел по состоянию на 29.12.2022, ответ Нотариальной палаты Свердловской области, что расценено судом апелляционной инстанции в качестве ходатайства о приобщении дополнительных документов.

Кроме того, от финансового управляющего ФИО5 ФИО10 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов (копии): ответ Нотариальной палаты Свердловской области №5 от 10.01.2023.

Ходатайство финансового управляющего ФИО5 ФИО10 о приобщении дополнительных документов рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 АПК РФ, с учетом мнения лиц, участвующих в процессе, удовлетворено, представленные документы с учетом положений части 2 статьи 268 АПК РФ приобщены к материалам обособленного спора.

От кредитора ИП ФИО8 поступили письменные пояснения, ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов (копии): акта сверки ООО «ЦОБ Партнеры Успеха» и АО «Микромет», постановление №17АП-8936/2021(4,5)-АК от 25.11.2021, постановления 17АП-8936/2021(14)-АК от 07.12.2022, квитанции об уплате госпошлины, сведений из реестра акционеров в отношении ЗАО «Микромет», договоров займа ЗАО «Микромет», бизнес-план ЗАО «Микромет», соглашения от 14.08.2015 ЗАО «Микромет» - ОАО «ОЭЗ «Титановая долина», договора аренды между ЗАО «Микромет» - ОАО «ОЭЗ «Титановая долина».

Ходатайство ИП ФИО8 о приобщении дополнительных документов рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 АПК РФ, с учетом мнения лиц, участвующих в процессе, удовлетворено, представленные документы с учетом положений части 2 статьи 268 АПК РФ приобщены к материалам обособленного спора.

От третьего лица ФИО3 поступили письменные пояснения. 

В судебном заседании представитель кредитора ИП ФИО8 доводы апелляционной жалобы поддержал, просил определение суда отменить, требования об установлении размера субсидиарной ответственности и взыскании субсидиарной ответственности удовлетворить. 

Представитель третьего лица ФИО3 с доводами апелляционной жалобы не согласилась, просила определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в рамках дела о банкротстве должника 10.12.2018 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО11 (далее – ФИО11).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.05.2019 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал». Производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 04.10.2019 производство по делу №А60-43476/2018 о признании ЗАО «Автореал» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) прекращено.

24.10.2019 между ЗАО «Вега» (цедент) и ИП ФИО8 (цессионарий) заключен договор уступки права требований (цессии), в рамках которого в порядке, предусмотренном статьями 382-390 ГК РФ, цедент уступает цессионарию, а цессионарий принимает право требования к ЗАО «Автореал» в размере 6 668 910,96 рубля.

Ссылаясь на то, что состоялась уступка права требования к должнику от ЗАО «Вега» (правопредшественник) к ИП ФИО8 (правопреемник), в связи с чем, имеются основания для замены кредитора ЗАО «Вега» на ИП ФИО8 в рамках дела о банкротстве должника, а также для замены заявителя по спору о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ИП ФИО8 обратилась в арбитражный суд  с заявлением о процессуальном правопреемстве - замене ЗАО «Вега» в реестре требований кредиторов ЗАО «Автореал» на ИП ФИО8 с размером требований 6 668 910,96 рубля, из них 5 501 346,00 рублей основного долга, 1 167 564,96 рубля процентов по статье 395 ГК РФ, возобновлении производства по спору о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал», замене заявителя по спору о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал» с конкурсного управляющего ЗАО «Автореал» на ИП ФИО8, взыскании с ФИО5 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал» в пользу ИП ФИО8 6 668 910,96 рубля.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.08.2022 произведена замена кредитора ЗАО  «Вега» по делу №А60-43476/2018 на его правопреемника ИП ФИО8 в части суммы требования в размере 6 668 910,96 рубля, установленного решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.11.2018 по делу №А60-43476/2018; производство по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал» возобновлено.

Удовлетворяя заявление о замене заявителя по спору о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал» с конкурсного управляющего ЗАО «Автореал» на ИП ФИО8, суд первой инстанции исходил из того, что полномочия конкурсного управляющего прекращены в связи с прекращением производства по делу о банкротстве, а от ИП ФИО8, которая является кредитором должника, поступило заявление о замене заявителя по обособленному спору.

Отказывая в удовлетворении заявления ИП ФИО8 об установлении размера субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств с ФИО5 в пользу ИП ФИО8 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал», суд первой инстанции исходил из того, что ИП ФИО8 приобрела права требования аффилированного с должником лица ЗАО «Вега», в связи с чем, не имеет каких-либо дополнительных прав по сравнению с правами ЗАО «Вега», уступившего ей права требования к должнику; уступка обществом «Вега» требования ИП ФИО8 (формально независимому кредитору) не изменяет сущности требования аффилированного лица, иной подход влечет за собой злоупотребление правами при определении размера субсидиарной ответственности, а также необоснованное нарушение прав лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, письменных пояснений, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, выслушав участников процесса, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно статье 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с произведенным материальным правопреемством, осуществляется при доказанности выбытия стороны из правоотношений и передачи ею соответствующих прав правопреемнику в порядке, предусмотренном законом или договором.

В соответствии со статьей 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. 

Согласно статьям 384, 385 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования.

В соответствии с пунктом 1 части 4 статьи 225.10.1 и части 2 статьи 225.15 АПК РФ, в которых урегулированы последствия отказа представителя группы лиц от иска, при отказе инициатора обособленного спора в деле о банкротстве от своих требований прекращаются его полномочия как представителя должника (или группы кредиторов).

В таком случае, арбитражный суд должен вынести определение об отложении судебного разбирательства и предложить произвести замену инициатора обособленного спора. 

Прекращение дела по групповому иску не лишает участника группы права подачи индивидуального иска. 

В деле о банкротстве у заявителя такого выбора нет, так как в силу закона требования имеют всегда групповой характер и кредиторы присоединяются к заявлению инициатора обособленного спора вынужденно и автоматически. 

Конкурсный управляющий участвует во всех обособленных спорах в деле о банкротстве должника, а лица, участвующие в деле о банкротстве (в частности, конкурсные кредиторы, уполномоченный орган), в силу части 6 статьи 121 АПК РФ после получения первого судебного уведомления обязаны и имеют техническую и правовую возможности самостоятельно отслеживать движение дела о банкротстве посредством электронных сервисов. Поэтому у арбитражного суда нет необходимости обязывать инициатора обособленного спора уведомлять о своем отказе иных лиц, как это предусмотрено в части 3 статьи 225.15 АПК РФ. Достаточно указать эти сведения в судебном определении и разместить его электронную версию в режиме общего доступа.

В том случае, если наряду с инициатором в обособленном споре участвует иной конкурсный кредитор, уполномоченный орган или арбитражный управляющий и в судебном заседании при рассмотрении заявления об отказе от требований он заявил о готовности встать на место инициатора обособленного спора, суд вправе произвести такую замену в этом же судебном заседании и продолжить рассмотрение обособленного спора. 

Если в течение срока, установленного арбитражным судом в определении, в суд поступило заявление о замене инициатора обособленного спора, то после проверки соответствия этого лица требованиям статьи 61.9 Закона о банкротстве суд прекращает производство по обособленному спору в отношении его инициатора, производит замену заявителя и продолжает рассматривать обособленный спор по существу, о чем выносит определение (часть 6 статьи 225.15 АПК РФ). 

Данная правовая позиция отражена в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2021)», утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021.

Как указывалось ранее, определением суда от 04.10.2019 производство по делу №А60-43476/2018 о признании ЗАО «Автореал» несостоятельным (банкротом) прекращено.

Определением арбитражного суда от 19.08.2022 произведена замена кредитора ЗАО  «Вега» по делу №А60-43476/2018 на его правопреемника ИП ФИО8 в части суммы требования в размере 6 668 910,96 рубля, установленного решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.11.2018 по делу №А60-43476/2018; производство по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал» возобновлено.

 При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание, что полномочия конкурсного управляющего прекращены в связи с прекращением производства по делу о банкротстве, а от ИП ФИО8, которая является кредитором должника, поступило заявление о замене заявителя по обособленному спору, суд первой инстанции правомерно произвел замену заявителя по спору о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Автореал» с конкурсного управляющего ЗАО «Автореал» на ИП ФИО8

Как указывалось ранее, процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством, то есть влечет занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника.

Осуществление процессуального правопреемства обусловлено необходимостью реализации процессуальных прав в рамках дела о банкротстве, оформление процессуального правопреемства судебным актом необходимо для реализации прав новым кредитором в деле о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Как следует из материалов дела, требования кредитора ЗАО «Вега», установленные в реестре требований кредиторов должника решением от 14.11.2018 составляют 5 501 346,00 рублей основного долга, 1 167 564,96 рубля процентов по статье 395 ГК РФ.

Данные требования ЗАО «Вега» основаны на вступившем в законную силу решении Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2018 по делу №А60-21163/201, которым удовлетворено исковое заявление ЗАО «Вега», взысканы с ЗАО «Автореал» в пользу ЗАО «Вега» неосновательное обогащение и проценты за пользование чужими денежными средствами в размере указанном выше.

При этом, материалами дела подтверждено, что ЗАО «Вега» является заинтересованным по отношению к должнику лицом. 

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной), на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

Как установлено судом, кредиторы ЗАО «Вега», ЗАО «Вираж» являются аффилированными по отношению к должнику ЗАО «Автореал», а также к контролирующему его лицу ФИО5 

Обстоятельства аффилированности указанных лиц были установлены определением суда от 17.05.2019.

В частности, материалами дела подтверждено, что ФИО5 одновременно выступал руководителем ЗАО «Вега», ЗАО «Вираж», ЗАО «Автореал». 

В совокупном размере в реестр кредиторов ЗАО «Автореал» включено 12 157 506,80 рубля требований лиц, входящих с должником и контролирующим его лицом в одну группу, что составляет 89,3% реестра (отчет конкурсного управляющего и реестр требований кредиторов должника). 

Субъектный состав кредиторов должника свидетельствует о том, что кредиторами должника являются заинтересованные лица как по отношению к самому должнику ЗАО «Автореал», так и по отношению к привлекаемому к субсидиарной ответственности лицу ФИО5

Таким образом, как верно отмечено судом первой инстанции, ИП ФИО8 приобрела права требования аффилированного с должником лица, соответственно, на порядок удовлетворения ее требований (в рамках установления размера субсидиарной ответственности) распространяется порядок, установленный для удовлетворения требований аффилированных кредиторов в соответствии с положениями, установленными главой III.2 Закона о банкротстве в редакции ФЗ «266-ФЗ в силу следующих обстоятельств. 

Судом обоснованно учтено, что право требования ФИО8 приобретено у ЗАО «Вега» путем заключения прямого договора без проведения торгов по цене 7 000,00 рублей.

Договор уступки прав требования от 24.10.2019 заключен в порядке, утвержденном определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.09.2019 по делу №А60-5637/2017.

Утверждение указанного положения о порядке, сроках и условиях реализации имущества ЗАО «Вега» в деле №А60-5637/2017 сопровождалось аффилированным по отношению к ФИО8 лицом ФИО9, действующим по доверенности от 01.06.2019 в интересах арбитражного управляющего ФИО12; в деле №А60-53820/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, в котором требования ФИО8 составляют 11 127 911,00 рублей, интересы арбитражного управляющего ФИО6 также представляет ФИО9 по доверенности; в деле №А60-71070/2018, в котором ФИО8 является кредитором, интересы финансового управляющего представляет ФИО9

Как следует из фактических обстоятельств дела, ФИО8 занималась бухгалтерским обслуживанием деятельности ФИО5 и подконтрольных ему организаций, действительным кредитором ФИО5 никогда не являлась, а формально приобрела права требования по прямым договорам в рамках процедуры реализации имущества ЗАО «Вега» за небольшую цену.

ФИО8 деятельность по бухгалтерскому обслуживанию оказывала либо в качестве индивидуального предпринимателя, либо через подконтрольное ей ООО «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» (ИНН 

<

***>), в том числе и компании АО «Микромет», в которой должник выполнял функции единоличного исполнительного органа.

В свою очередь, ФИО5 осуществлял финансирование бизнеса ФИО8 и в этих целях вступил в заемные отношения с ФИО13, из пояснений которой, принятых и оцененных судами, установлено, что полученные в займ по договору займа от 07.04.2017 денежные средства в последующем были переданы ИП ФИО5 непосредственно ИП ФИО8 в целях развития ее бухгалтерского дела.

Включение в реестр требований кредиторов ФИО5 требований в размере 11 127 912,69 рубля без предварительно произведенного процессуального правопреемства и установления размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, приобретенных за 12 000,00 рублей, обычному хозяйственному обороту не соответствует, для обычных контрагентов не доступно, является свидетельством единого экономического интереса ФИО5 и его бухгалтера ФИО8 и свидетельствует о фактической аффилированности указанных лиц.

С учетом вышеуказанного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в условиях привлечения на момент заключения договора уступки ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Вираж» у ФИО8 не было разумных экономических мотивов на совершение договора уступки от 24.10.2019, за исключением тех, которые опосредованы такой аффилированностью, то есть ФИО8 приобрела право требования за символическую цену в условиях бухгалтерского обслуживания деятельности ФИО5, а последний оказывал ИП ФИО8 финансовую помощь в целях развития бухгалтерского бизнеса, взамен получая контроль над процедурой собственного банкротства.

Результат согласованных действий ФИО8 и ФИО5 обеспечил создание благоприятных условий для формирования подконтрольной кредиторской задолженности через общества ЗАО «Вираж», ЗАО «Вега», ЗАО «Автореал», руководителем которых являлся ФИО5

В соответствии силу абзацем 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №4(2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства.

Институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда.

При разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность.

Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты.

Именно поэтому, в том числе абзац третий пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам.

Конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам, исходя из чего и определяется размер субсидиарной ответственности контролирующего лица.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017г. №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам; вместе с тем на основании закона новый кредитор в силу его особого правового положения может обладать дополнительными правами, которые отсутствовали у первоначального кредитора.

С учетом приведенных норм права и разъяснений, поскольку первоначальный кредитор ЗАО «Вега» не имеет статуса независимого кредитора, суд первой инстанции обоснованно указал, что в силу закона ИП ФИО8 не имеет каких-либо дополнительных прав по сравнению с правами ЗАО «Вега», уступившего ей права требования к должнику, поэтому уступка обществом «Вега» требования ИП ФИО8 (формально независимому кредитору), не изменяет сущности требования аффилированного лица. 

Иной подход, влечет за собой злоупотребление правами при определении размера субсидиарной ответственности, а также необоснованное нарушение прав лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым учесть, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.12.2020 по делу №А60-53820/2020 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

10.04.2021 ФИО5 умер, о чем в реестре сделана запись №170219660000105797006, свидетельство о смерти от 12.04.2021 V-АИ №570295, выдано отделом записи актов гражданского состояния города Екатеринбурга Свердловской области.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.04.2021 по делу №А60-53820/2020 суд признал умершего гражданина-должника ФИО5 несостоятельным (банкротом) и ввести процедуру реализации имущества, применил при банкротстве умершего гражданина – должника ФИО5 правила параграфа 4 главы Х Закона о банкротстве.

Исходя из отчета финансового управляющего ФИО5 ФИО10 от 16.08.2022, сформированная конкурсная масса ФИО5 состоит из следующего имущества: денежные средства в размере 1 207 777,00 рублей, полученные в результате реализации на торгах 88/125 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение с кадастровым номером 66:41:0204018:3181, расположенное по адресу 

<

...>, общая площадь ОКСа 482.9; грузовой тягач седельный МАЗ 6422А5-320, vin YSM6422A580000417, рег. № В 277 ХК 93, стоимость которого определена на основании отчета от 10.05.2022 арбитражного управляющего ФИО6 в размере 473 290,00 рублей; права требования к физическим и юридическим лицам в общей сложности на сумму 7 643 261,02 рубля с учетом изменения определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2022 по делу №А60-53820/2020 суммы взыскания с 1 350 000,00 рублей на 507 111,00 рублей в пользу конкурсной массы ФИО5 с ФИО14 Стоимость имущества, составляющего конкурсную массу ФИО5, 9 324 328,00 рублей.

В соответствии со сведениями, представленными финансовым управляющим ФИО5 ФИО10, наследственное дело после смерти ФИО5, умершего 10.04.2021, не открывалось. Наследники наследство после смерти не принимали, в наследство не вступали. Исходя из данных Федеральной нотариальной палаты, реестр наследственных дел дело умершего 10.04.2021 ФИО5 не открывалось, имущество, составляющее конкурсную массу ФИО5, является вымороченным, стоимость имущества составляет 9 324 328,00 рублей.

При этом, в рамках дела о банкротстве №А60-53820/2020 в отношении ФИО5, определением от 22.03.2021 включено требование ИП ФИО8 в размере 6 668 910,96 рубля в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО5 

В рамках настоящего обособленного спора цель заключения договора уступки прав (требования) с ЗАО «Вега» не раскрыта, какое-либо экономическое обоснование заключенного договора и наличие экономического интереса в приобретении права требования суду апелляционной инстанции также не приведено. 

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание, что право требования, полученное ИП ФИО8 от ЗАО «Вега», является требованием аффилированного с должником лица, наличие признаков фактической аффилированности между ИП ФИО8 и ФИО5, а также учитывая, что иные независимые кредиторы к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности не присоединились, суд первой инстанции правомерно не установил оснований для удовлетворения заявления ИП ФИО8 о взыскании с ФИО5 денежных средств в порядке субсидиарной ответственности.

Судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Относительно доводов апеллянта о недопустимости применения к данным правоотношениям положений пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве судебная коллегия исходит из следующих обстоятельств.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Соответственно, исходя из характера заявленных требований, судебная коллегия правомерно применила к данным правоотношениям новеллы, установленные со введением в действие главы III.2 Закона о банкротстве, в части невключения в размер субсидиарной ответственности требований аффилированных кредиторов. В данном случае законодатель исходит из недопустимости конкурирования требований аффилированных лис с требованиями независимых кредиторов. 

Следовательно, доводы заявителя в указанной части основаны на ошибочном толковании норм материального права и подлежат отклонению как необоснованные. 

С учетом изложенного, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с выводами суда и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 октября 2022 года по делу №А60-43476/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина 

 

Судьи

И.П. Данилова 

 

Т.С. Нилогова