АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-887/2025

Дело № А55-7613/2023

г. Казань

21 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 марта 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.П.,

судей Егоровой М.В., Самсонова В.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 04.10.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024

по делу № А55-7613/2023

по заявлению (вх. №467108 от 06.12.2023) финансового управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности к ФИО1, г.Нижний Новгород в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской  области от 17.03.2023 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – ФИО3, должник).

Решением Арбитражного суда Самарской области от 21.06.2023  должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2.

Финансовый управляющий обратилась в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 07.08.2020, заключенного между ФИО3 и ФИО1, предметом которого являлось транспортное средство ЯГУАР F-TYPE, 2017 года выпуска, VIN 

<

***>, белого цвета, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 действительной стоимости ТС в размере 4 030 000 руб. в пользу должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 09.04.2024 удовлетворено ходатайство финансового управляющего о назначении  судебной экспертизы, проведение которой поручено ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований», эксперту ФИО4, перед экспертом для разрешения был поставлен следующий вопрос: «Какова рыночная стоимость следующего имущества на дату 07.08.2020: ЯГУАР F-TYPE, 2017 года выпуска, VIN 

<

***>, модель, № двигателя: 306РS 16122103210, шасси № отсутствует, кузов № 

<

***>, цвет кузова белый?».

24 июня 2024 г. в материалы дела поступило экспертное заключение ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований», по результатам которой рыночная стоимость автомобиля установлена в размере 3 716 000 руб.

Впоследствии финансовый управляющий заявил об уточнении требований (принято судом) и просил признать недействительным договор купли-продажи от 07.08.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО1, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 действительной стоимости ТС в размере 3 716 000 руб. в пользу должника. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 04.10.2024 заявление финансового управляющего ФИО2 удовлетворено. Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 07.08.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО1 Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ФИО3 3 716 000 руб. Восстановлено право требования ФИО1 к ФИО3 в размере 990 000 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024 определение Арбитражного суда Самарской области от 04.10.2024 оставлено без изменения.

ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требования финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности, в связи с несоответствием выводов судов обстоятельствам спора, нарушением норм материального права и неправильным толкованием норм права.

В кассационной жалобе приведены доводы о том, что по договору купли-продажи автомобиль приобретен за 990 000 руб., при этом оставшаяся часть оплаты за транспортное средство осуществлена путем внесения денежных средств в счет погашения кредитных обязательств должника перед ПАО «Банк Уралсиб» по доверенности, выданной от имени должника ФИО5 на внесение денежных средств в счет погашения задолженности по кредитному договору; между ФИО5 и ФИО1 был заключен договор займа от 20.12.2019 в размере 5 000 000 руб., у ФИО5 и его супруги имелись иные наличные денежные средства, позволявшие выдать заем; фактически ответчик вносил за ФИО3 денежные средства в погашение кредита в размере 3 037 214,27 руб., в большем размере, однако представить доказательства не имеет возможности ввиду выцветания чеков за давностью времени, погашение производилось путем внесения денежных средств через банкомат ПАО «Банк Уралсиб»; на момент совершения оспариваемой сделки у должника отсутствовали возбужденные исполнительные производства; не доказано причинения вреда кредиторам.

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий ФИО2 приводит доводы о том, что сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом; неплатежеспособность ФИО3 на момент совершения оспариваемой сделки подтверждается решением Кинельского районного суда Самарской области от 27.10.2021 о взыскании с него 660 000 руб. в пользу ФИО6 и ФИО7 в сумме 4 952 000 руб. за уступленные права требования по договору цессии, обязанность по договору займа возникла у ФИО3 с 01.08.2019, имелась кредиторская задолженность перед АО «Альфа-Банк», впоследствии требования указанных лиц включены в реестр требований кредиторов должника. Кроме этого, приговором Самарского районного суда г. Самары от 01.07.2022 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ.

При этом финансовый управляющий сообщает, что в период после возбуждения в отношении ФИО3 уголовного дела, им было выведено все имеющееся у него движимое и недвижимое имущество.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Из материалов данного обособленного спора следует, что 07.08.2020 между ФИО3 и ФИО1 заключен договор купли-продажи автомобиля JAGUAR F-TYPE, 2017 года выпуска, VIN 

<

***>, по условиям которого должник (продавец) обязуется передать в собственность покупателя ФИО1, а покупатель принять и оплатить данное транспортное средство.

По условиям договора (пункты 3, 3.2), стоимость транспортного средства составляет 990 000 руб., покупатель оплачивает стоимость автомобиля путем перечисления денежных средств на банковский счет продавца либо наличными денежными средствами.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылалась на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), указывая, что оспариваемая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом), при этом был причинен вред имущественным правам кредиторов (на дату совершения сделки у должника имелись признаки неплатежеспособности), поскольку доказательства ее оплаты отсутствуют; сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательства: по договору цена сделки составила 990 000 руб., тогда как рыночная стоимость на момент совершения сделки, согласно выводу эксперта, составляла 3 716 000 руб.

Разрешая данный обособленный спор, суд первой инстанции, учитывая положения пункта 1 статьи 61.1, пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пришел к выводу о доказанности совокупности условий для признания оспариваемой сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

Апелляционный суд по результатам повторного рассмотрения спора с выводами суда первой инстанции согласился, не усмотрев оснований для их переоценки.

Судебная коллегия выводы судов находит не противоречащими примененным нормам права и установленным по обособленному спору обстоятельствам.

При разрешении данного спора судами было установлено, что ФИО3 приобрел у ФИО8 спорное транспортное средство за 4 030 000 руб., а через 2 месяца продал этот же автомобиль ФИО1 за 990 000 руб., согласно условиям договора.

Для покупки транспортного средства JAGUAR F-TYPE, 2017 года выпуска, VIN 

<

***>, у ФИО8 должником были задействованы, в том числе, кредитные денежные средства.

Так, между ФИО3 и ПАО «БАНК УРАЛСИБ» был заключен кредитный договор 

<

***> от 10.06.2020 на покупку транспортного средства JAGUAR F-TYPE, 2017 года выпуска, VIN 

<

***>, а также договор залога в обеспечении кредитного договора; согласно выписке о движении денежных средств по счету ПАО «БАНК УРАЛСИБ» кредит был погашен 30.12.2020.

Соответственно, на момент заключения с ФИО1 оспариваемого договора купли-продажи от 07.08.2020 транспортное средство JAGUAR F-TYPE, 2017 года выпуска, VIN 

<

***>, находилось в залоге у ПАО «БАНК УРАЛСИБ».

Действуя добросовестно и разумно, ФИО1 должен был удостовериться, что приобретаемое им транспортное средство не находится в реестре залогов, что им сделано не было.

При этом судами установлено, что оспариваемый договор купли-продажи был заключен с ФИО1 по существенно заниженной стоимости: в договоре купли-продажи значится стоимость автомобиля в размере 990 000 руб., тогда как за 2 месяца до этого должник приобрел этот автомобиль (ранее находившийся в его собственности) у ФИО8 за 4 030 000 руб.

Согласно экспертному заключению ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований», рыночная стоимость автомобиля JAGUAR F-TYPE, 2017 года выпуска, VIN 

<

***> по состоянию на 07.08.2020 составляла 3 716 000 руб.

Таким образом, суд первой инстанции установил, что ФИО1, заключая оспариваемый договор купли-продажи транспортного средства по существенно заниженной стоимости, не мог не знать о цели должника причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку в результате совершения оспариваемой сделки уменьшилась стоимость имущества должника, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Отчуждение имущества по цене ниже рыночной стоимости, свидетельствует о недобросовестном поведении не только продавца, но и покупателя, в связи с чем, оспариваемая сделка по существу направлена на выведение активов должника, что свидетельствует о злоупотреблении сторонами правом при заключении оспариваемого договора.

По мнению судебных инстанций, для ФИО3 не могло быть экономически целесообразным заключение оспариваемого договора купли-продажи, поскольку цена договора была явно и намеренно занижена, в связи с чем, спорная сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

ФИО1, возражая против удовлетворения заявленных требований, указывал, что между ним и должником был заключен договор купли-продажи в августе 2020 года и транспортное средство фактически было им приобретено за сумму 4 316 873,82 руб., в т.ч. 500 000 руб. – аванс и 3 816 873,82 руб. - кредитные платежи должника перед ПАО «БАНК УРАЛСИБ», которые фактически оплачивались ФИО1

В материалы дела органами ГИБДД представлен договор купли-продажи транспортного средства JAGUAR F-TYPE, 2017 года выпуска, VIN 

<

***> ЯГУАР F-TYPE, 2017 года выпуска, заключенный между ФИО3 и ФИО1, явившийся основанием для совершения регистрационных действий по переоформлению транспортного средства за ФИО1 Указанный договор датирован 07.08.2020, стоимость транспортного средства по договору составляет 990 000 руб.

Также, ответчик в отзыве ссылался на выписку ПAO «БАНК УРАЛСИБ», поясняя, что автомобиль был передан ему 05.08.2020, в связи с чем, «все платежи, поступившие после 05.08.2020 в счет кредитного договора ФИО3 в ПAO «Банк Уралсиб» следует считать платежами в счет приобретенного транспортного средства».

Суд первой инстанции, проанализировав представленную в материалы дела выписку по расчетному счету ПAO «Банк Уралсиб», установил, что банком на расчетный счет ФИО3 были перечислены кредитные денежные средства в общем размере 2 914 883,82 руб., а с 05.08.2020 были перечислены денежные средства в счет погашения кредита в общей сумме 3 037 214,27 руб.

Данные доводы признаны судом первой инстанции необоснованными, поскольку документы, подтверждающие оплату денежных средств в указанном размере, ФИО1 в материалы дела не представлены, как и не представлен и сам договор купли-продажи с указанием иной цены, и иного порядка осуществления расчетов, доказательств погашения кредита (внесение денежных средств на расчетный счет) в ПAO «Банк Уралсиб» за ФИО3 именно ФИО1 в материалах дела не имеется.

Судом первой инстанции было установлено, что согласно представленной в материалы дела выписке кредитной организации, денежные средства вносились в платежный терминал, в связи с чем плательщика установить не представляется возможным.

Доводы ФИО1, ссылающегося на досрочное погашение им кредита в ПAO «Банк Уралсиб» в сумме 2 712 214,27 руб., поскольку ФИО5 действовал по «распоряжению ответчика», судом первой инстанции не приняты во внимание, поскольку документы, подтверждающие указанные сведения, в материалах дела отсутствуют, ответчиком не представлены. В представленном ответчиком приходном кассовом ордере № 49469488 от 30.12.2020 значится поступление денежных средств по договору банковского счета 40817810101409037677, «от кого: ФИО3». В материалах дела имеется заявление на досрочное погашение кредита от 30.12.2020 от ФИО3, которое подписано ФИО5, действующим по доверенности от 29.12.2020 в реестре № 33/77-н/33-2020-11-250, удостоверенной нотариусом.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции признал, что довод ответчика о стоимости транспортного средства (4 316 873,82 руб., из которых 500 000 руб. — аванс, выданный ФИО3 по расписке, оставшиеся 3 816 873,82 руб. — сумма кредита в ПAO «Банк Уралсиб», подлежащие выплате в счет приобретаемого имущества) не соответствует имеющимся в материалах дела доказательствам.

Суды указали, что в материалы дела ФИО1 представлена расписка от ФИО3 от 05.08.2020, согласно которой ФИО3 получил от ФИО1 500 000 руб. в счет аванса по договору купли-продажи транспортного средства № 1, однако в материалах дела отсутствует договор купли-продажи транспортного средства № 1. В указанной расписке отсутствует указание на предмет договора купли-продажи транспортного средства № 1 - на спорное транспортное средство, в связи с чем, данный документ не отвечает принципу относимости доказательств.

Между тем, согласно представленного в материалы дела договора купли-продажи транспортного средства от 07.08.2020, оплата ответчиком по договору купли-продажи была произведена в размере 990 000 руб., в связи с чем суды установили, что рыночная стоимость переданного должником имущества существенно, в 3 - 3,5 раза превышала стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом экспертного заключения.

Судом апелляционной инстанции отклонены доводы ФИО1 об отсутствии заинтересованности между продавцом и покупателем по оспариваемой сделке, недоказанности факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку рыночная стоимость транспортного средства оплачена покупателем в полном объеме, о наличии доказательств в подтверждение наличия финансовой возможности произвести оплату за автомобиль и сведения о взаимосвязи с ФИО5 в целях подтверждения внесения им денежных средств на счет должника в погашение кредитных обязательств по распоряжению ответчика, усмотрев при этом в действиях ответчика проявление непоследовательности доводов и позиции по делу.

При этом суд апелляционной инстанции установил, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчик указывал на передачу должнику аванса в размере 500 000,00 руб. (представлена копия расписки), а также на оплату должнику оставшейся стоимости в виде погашения кредитных обязательств за должника, и указывал, что цена сделки составила 4 316 873 руб., однако, из материалов дела следует, что по кредитным обязательствам должника Банку было выплачено 3 037 214,27 руб.

К доводам представителя ответчика о том, что должнику были переданы наличные денежные средства в размере 990 000,00 руб., а оставшаяся часть стоимости автомобиля была оплачена путем погашения кредитных обязательств должника, суд апелляционной инстанции отнесся критически, поскольку в материалы дела не представлен договор между должником и ответчиком о согласовании иной цены и иного порядка расчетов, чем те, что имеются в материалах дела

К доказательствам наличия финансовой возможности ФИО1 по оплате автомобиля суд апелляционной инстанции отнесся критически, поскольку в материалы дела не представлены доказательства перечисления денежных средств за должника.

Довод о том, что ФИО1 является бизнес партнером ФИО5, а, соответственно, он действовал в отношении должника исключительно в его интересах ФИО1 был отклонен судом апелляционной инстанции, так как не опровергает действие ФИО5 в интересах должника и за его счет.

При этом суд апелляционной инстанции признал, что заключение договора между должником и ответчиком на условиях, не доступных иным участникам гражданского оборота, свидетельствует о заинтересованности сторон, а соответственно, об осведомленности ФИО1 о признаках неплатежеспособности должника и цели причинения вреда его кредиторам

В результате оценки представленных в материалы дела доказательств, суд первой инстанции и согласившийся с его выводами суд апелляционной инстанции, пришли к выводу, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, поскольку цена этой сделки и иные условия существенно в худшую для должника сторону отличались от цены и иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки; уменьшение размера имущества должника привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам ФИО3 за счет его имущества, поскольку должником совершена сделка по отчуждению имущества при неравноценном встречном исполнении.

Таким образом, суды установили наличие всей совокупности условий для признания сделки недействительной по основаниям, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судебная коллегия выводы судов находит не противоречащими примененным нормам права и установленным по обособленному спору обстоятельствам.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими липами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цепа этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при  которых  в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 63) если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с пунктами 5-7 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно абзацу тридцать третьему и тридцать четвертому статьи 2 Закона о банкротстве:

недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника;

неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Судом первой инстанции было установлено, что на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, у должника имелась кредиторская задолженность, которая впоследствии и явилась основанием для признания его банкротом.

При решении вопроса о том должна ли другая сторона знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Суды первой и апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, и пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной.

Поскольку судом было установлено, что спорный автомобиль у ответчика в настоящее время отсутствует, суд первой инстанции правомерно посчитал необходимым применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ФИО3 суммы в размере 3 716 000 руб., а также восстановить права требования ФИО1 к ФИО3 в размере 990 000 руб.

Последствия недействительности сделки применены верно, в соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ и статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, относительно покупки автомобиля по цене 990 000 руб., перечислений денежных средств за должника путем внесения денежных средств в счет погашения кредитных обязательств должника перед ПАО «Банк Уралсиб», о наличии заемных отношений между ФИО5 и ФИО1, подлежат отклонению, поскольку были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую правовую оценку и обоснованно отклонены.

Доводы жалобы, касающиеся доказательственной базы (принятие, исследование, оценка), не принимаются в качестве основания для отмены судебных актов, поскольку вопросы достоверности, относимости, допустимости, достаточности и взаимной связи доказательств разрешаются судами первой и апелляционной инстанций в каждом конкретном случае, исходя из обстоятельств дела; полномочиями по исследованию и оценке данных вопросов суд кассационной инстанции не наделен.

Доводов, опровергающих выводы судебных инстанций, свидетельствующих о неправильном применении судами норм материального права, кассационная жалоба не содержит.

Поскольку судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 04.10.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2024 по делу № А55-7613/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяЕ.П. Герасимова

СудьиМ.В. Егорова   

В.А. Самсонов