ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 10АП-7823/2024

Дело № А41-37114/20

29 мая 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме 29 мая 2024 года  

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Муриной В.А., судей Катькиной Н.Н., Мизяк В.П., при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего ООО «КЦИТО» ФИО2 – ФИО3 по  доверенности от 31.08.2023;  

от ООО «ЦИТЭО» - ФИО4 по доверенности от 09.01.2024 от иных участвующих в деле лиц: не явились, извещены, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «ЦИТЭО» на определение  Арбитражного суда Московской области от 26 февраля 2024 года по делу № А41-37114/20,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 25.01.2023 по делу № А4137114/20 ООО «КЦИТО» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто  конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным  управляющим утверждена ФИО2.  

Указанные сведения в установленном порядке опубликованы в газете «Коммерсантъ»  от 28.01.2023 № 16, а также на сайте ЕФРСБ от 24.01.2023.  

ООО «ЦИТЭО» обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований  кредиторов должника его требования на сумму 29 880 247,06 руб., из которых: 22 236 270,86  руб. основной долг, 6 307 855,46 руб. проценты за пользование заёмными средствами, 1 209  693,46 руб. пени, 126 427,00 руб. государственная пошлина.  

 Определением Арбитражного суда Московской области от 26 февраля 2024 года  заявление удовлетворено частично. Признано требование ООО «ЦИТЭО» к ООО «КЦИТО»  в размере 20 685 435,86 руб. основного долга обоснованным и подлежащим удовлетворению  после удовлетворения требований кредиторов, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве,  в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. В части требования  на сумму 126 427,00 руб. судебных расходов производство по заявлению прекращено. В  остальной части заявление оставлено без удовлетворения.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «ЦИТЭО» обратилось в Десятый  арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение  отменить в части отказа в удовлетворении требования в сумме 7 858 690,46 рублей и  1 209 693,74 рублей, изменить определение в части очередности удовлетворения требования  

кредитора. Заявитель просит признать требование обоснованным и подлежащим включению  в реестр требований третьей очереди в полном объеме.  

В судебном заседании представитель ООО «ЦИТЭО» доводы апелляционной жалобы  поддержал, ходатайствовал о приобщении дополнительных документов к материалам дела в  подтверждение правовой позиции.  

Представитель конкурсного управляющего должником возражал против приобщения  дополнительных документов к материалам дела.  

Согласно части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом  апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их  представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в  случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании  доказательств, и суд признает эти причины уважительными.  

Как разъяснено в пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации N 12 от 30.06.2020 "О применении Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной  инстанции" поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268  АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно  представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых  доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на  апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства,  возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по  независящим от него уважительным причинам.  

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение  судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании  дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела  протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в  части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся  оценки доказательств.  

Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является  основанием для его принятия арбитражным судом апелляционной инстанции.  

Поскольку у кредитора имелась объективная возможность представить документы в  суд первой инстанции, апелляционной коллегией с учетом мнения представителя  конкурсного управляющего должником, рассмотрено и отклонено ходатайство о приобщении  дополнительных документов в качестве доказательств по делу.  

Доводы кредитора о том, что суд обязан был предложить ему представить  необходимые документы, подлежат отклонению апелляционной коллегией.  

 Исходя из закрепленного в статье 9 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации принципа состязательности и положений статей 65, 66 того же  Кодекса бремя доказывания возлагается на лиц, участвующих в деле, которые представляют  доказательства в обоснование своих требований и возражений. Однако, бремя сбора  доказательств и представления их в материалы дела лежит на лицах, участвующих в деле, а  не на арбитражном суде.  

Как отмечалось ранее, обязанность доказывать обоснованность своих требований,  возлагается на лицо, которое их заявляет, то есть в данном случае на конкурсного кредитора  (ст. 65 АПК РФ).  

Принцип состязательности предполагает возложение бремени доказывания  фактических обстоятельств, положенных в основу своих заявлений и отзывов, на самих  сторон, а не на суд.  

В силу ч. 3 ст. 8 АПК РФ, арбитражный суд не вправе своими действиями ставить  какую-либо из сторон в преимущественное положение, в связи с чем, суд не вправе при  подаче заявления одной стороны (истца, заявителя) истребовать доказательства в  подтверждение обстоятельств, на которые эта сторона ссылается, у другой стороны  (ответчика), при этом, учитывая отсутствие доказательств самостоятельного обращении, в  том числе, к ответчику (ст. 66 АПК РФ), суд не вправе осуществлять сбор доказательств,  истребовать их у контрагента должника.  

Из материалов дела и содержания оспариваемого судебного акта не усматривается  нарушения судом первой инстанции положений статей 41, 66 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации и права заявителя на представление  доказательств.  

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или  несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).  

Приведенные в апелляционной жалобе ООО «ЦИТЭО» доводы и доказательства,  которым не была дана оценка судом первой инстанции, также не могут быть приняты во  внимание апелляционной коллегией в рамках рассмотрения апелляционной жалобы.  

В связи с чем, проверка судебного акта от 26.02.24 осуществляется апелляционной  коллегией по имеющимся в деле доказательствам без учета приложенных к жалобе  доказательств и новых доводов ООО «ЦИТЭО».  

Представитель конкурсного управляющего должником против удовлетворения  апелляционной жалобы возражал.  

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность  применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального  права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266,  268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153,  156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц,  участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного  заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное  правосудие" www.kad.arbitr.ru.  

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела  доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции  пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены определения.  

 В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ  дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с положениями Закона о банкротстве кредиторами признаются лица,  имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным  обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате  труда лиц, работающих по трудовому договору (ст. 2); все требования кредиторов по  денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные  требования, за исключением требований о признании права собственности, о взыскании  морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании  недействительными ничтожных сделок и о применении их недействительности, а также  текущие обязательства, указанные в пункте 1 статьи 134 Закона, могут быть предъявлены  только в ходе конкурсного производства (п. 1 ст. 126).  

На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов  включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным  

управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу  судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим  пунктом.  

В силу пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление требований кредиторов  в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100  Закона.  

В соответствии с положениями Закона о банкротстве, регулирующими порядок  установления требований кредиторов, кредиторы направляют свои требования к должнику в  арбитражный суд с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих  обоснованность этих требований.  

Исходя из норм статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 Постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О  некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве",  проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным  судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником  и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и  предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по  которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их  обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.  

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение  включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований  приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные  требования, а также интересов должника.  

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о  банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств  возникновения долга.  

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в  деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в  отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности.  

Как следует из материалов дела и установлено судом, требование заявителя основано  на договоре теплоснабжения № 103ИТЦ от 01.01.2016 г.; решении Арбитражного суда  Московской области от 11.07.2019 г. по делу № А41-49753/19, оставленном без изменения  постановлениями Десятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023 г. и  Арбитражного суда Московского округа от 11.01.2024 г., а также договоре займа № 04/10/з от  12.07.2018 г.; решении Арбитражного суда Московской области от 08.04.2021 г. по делу №  А41-83085/20, оставленном без изменения постановлением Десятого арбитражного  апелляционного суда от 18.09.2023 г.  

По решению от 11.07.2019 г. с должника в пользу кредитора была взыскана  задолженность по теплоснабжению за период с 01.12.2016 г. по 30.04.2019 г., а также пени.  

Решение вступило в законную силу 12.08.2019 г. и на его принудительное исполнение  был выдан исполнительный лист ФС 24288365 от 26.09.2019 г.  

В соответствии с п. 1 ст. 21 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об  исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве)  исполнительные листы, выдаваемые на основании судебных актов, за исключением  исполнительных листов, указанных в частях 2, 4 и 7 данной статьи, могут быть предъявлены  к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу.  

Таким образом, требования, основанные на решении суда от 11.07.2019 по делу А4149753/2019, могли быть предъявлены до 11.08.2022 г.  

Поскольку заявитель обратился в суд с требование о включении в реестр 28.03.2023 г.,  АО «Банк ДОМ.РФ» в суде первой инстанции было заявлено об истечении срока давности  для предъявления исполнительного листа к исполнению.  

Заявитель представил в материалы дела копию требования в адрес ликвидатора ООО  «КЦИТО» ФИО5 от 03.11.2020 г., в котором он просил включить указанную  задолженность в промежуточный ликвидационный баланс.  

В требовании указан адрес, по которому оно было направлено: 141402, МО, 

<

...>, этаж 2.  

К требованию заявитель приложил отчет об отслеживании почтового отправления  14140253107408, согласно которому письмо от имени ООО «ЦИТЭО» в адрес ООО  «КЦИТО» доставлено 12.11.2023 по адресу ООО «КЦИТО» в г. Химки.  

Вместе с тем, ликвидатор ООО «КЦИТО» ФИО5 в публикации от 10.06.2020 г.  в Вестнике государственной регистрации известил кредиторов должника о том, что  требования кредиторов принимаются в течение двух месяцев с даты публикации по адресу:  142531, Московская область, г. Электрогорск, ул. Советская, д.35А, кв.1.  

Аналогичные сведения отражены в публикации на Федресурсе (Сообщение   № 04930204 от 25.05.2020).  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что представленные  кредитором доказательства не подтверждают то обстоятельство, что требование о включении  задолженности по решению суда от 11.07.2019 г. по делу А41-49753/2019 было направлено в  адрес ликвидатора ФИО5 в г. Электрогорск, с соблюдением срока (до 10.08.2020).  

В силу п. 1 ст. 22 Закона об исполнительном производстве срок предъявления  исполнительного документа к исполнению прерывается: - предъявлением исполнительного  документа к исполнению; - частичным исполнением исполнительного документа должником.  

Поскольку исполнительный лист ФС 24288365 от 26.09.2019 не предъявлялся ООО  «ЦИТЭО» к исполнению в установленном порядке, суд пришел к выводу о пропуске  заявителем срока на его принудительное исполнение.  

Суд указал, что апелляционная жалоба АО «БАНК ДОМ.РФ» на решение суда от  11.07.2019 г. была рассмотрена с учетом правовой позиции, сформированной в Обзоре  судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г.,  утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, и  определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации от 24.12.2015 г. № 304-ЭС15-12643, в которых разъяснено, что проверка  законности и обоснованности судебного акта по заявлению конкурсного кредитора,  поданного в порядке п. 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35,  осуществляется применительно к правилам рассмотрения заявления о пересмотре судебного  акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам по аналогии, что не препятствуют  представлению новых доказательств, что, в свою очередь, не предполагает перехода к  рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дел в суде первой  инстанции, и привлечения конкурсного кредитора к участию в деле в качестве третьего лица.  

Таким образом, подача кредитором апелляционной жалобы не изменяет сроки  принудительного исполнения судебного акта.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в  удовлетворении требований, основанных на указанном выше решении в части 7 858 690,46  руб. основного долга и 1 209 693,74 руб. пени.  

Оснований для иных выводов апелляционная коллегия не усматривает. 

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что требование было направлено в  адрес ликвидатора и в установленный законом срок не подтверждены соответствующими  доказательствами по делу.  

В тексте апелляционной жалобы апеллянт приводит данные о том, что в период  действия двухмесячного срока на предъявление требований для включения в промежуточный  баланс, им было направлено требование в адрес ликвидатора от 07.08.20 № 75 (почтовый  идентификатор 10100043551568) и нарочный ответ от ликвидатора о том, что требование  ООО «ЦИТЭО» учтено.  

В свою очередь, данная переписка и письменные доказательства не представлялись  кредитором в суде первой инстанции, представитель ООО «ЦИТЭО» на нее не ссылался ни  устно, ни письменно. Доказательств обратного не представлено.  

Ссылка заявителя на то, что суд не запросил у кредитора данный документ,  противоречит сути состязательности процесса, поскольку довод конкурсного управляющего о  пропуске срока был заявлен еще в заседании 23.05.2023, после чего обсуждался в судебных  заседаниях 22.08.2023, 05.12.2023 и 23.01.2024. В связи с чем, кредитор вправе был  опровергнуть доводы управляющего, представив соответствующие доказательства в  обоснование возражений.  

Доказательств уважительности причин невозможности раскрытия данных документов  в суде первой инстанции, заявителем не представлено, в связи с чем, оснований считать  данные документы надлежащими доказательствами, у апелляционной коллегии не имеется.  

В отношении требования кредитора в остальной части судом установлено следующее.  

Как следует из материалов дела и установлено судом, 12.07.2018 г. между ООО  «ЦИТЭО» (займодавцем) и ООО «КЦИТО» (заёмщиком) был заключен договор займа  04/10/з, в соответствии с которым займодавец предоставляет заёмщику заем в размере не  более 14 500 000 руб. для исполнения обязательств ответчиком перед третьими лицами.  

В период с 26.07.2018 г. по 30.09.2019 г. ООО «ЦИТЭО» перечислило денежные  средства на расчетные счета третьих лиц размере 14 377 580,40 руб., в качестве  предоставления займа, на основании распределительных писем должника.  

В соответствии с п. 1.2 договора процентная ставка для настоящего договора  составляет 15 % годовых. За период с 26.07.2018 г. по 31.12.2019 г. проценты по договору  составили 1 764 278,43 руб.  

Согласно п. 7.2 договора с момента возникновения просроченной задолженности по  займу, заемщик уплачивает заимодавцу повышенные проценты за пользование  просроченным 3аймом в размере 18 % годовых.  

Срок возврата займа установлен до 31.12.2019 г. 

Поскольку ООО «КЦИТО» сумму займа не вернуло, ему с 01.01.2020 г. были  начислены повышенные проценты, которые по состоянию на 31.10.2020 года составили 4 543  577,00 руб.  

Общий размер задолженности по состоянию на 31.10.2020 года с учетом пунктов 1.2.  и 7.2. договора (15% и 18%) составил 20 685 435,85 руб., который был взыскан решением  Арбитражного суда Московской области от 08.04.2021 г.  

На момент заключения сделки займа ООО «КЦИТО» уже отвечало признаку  неплатежеспособности, что подтверждается наличием в реестре требований кредиторов  должника требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли ранее заключения  сделки займа с ООО «ЦИТЭО».  

Так определением суда от 10.04.2023 г. в реестр требований кредиторов ООО  «КЦИТО» включено требование АО «БАНК ДОМ.РФ» в размере 433 971 773,60 руб.,  которое возникло из договора поручительства ООО «КЦИТО» за ООО «ИВАСТРОЙ» по  кредитному договору 

<

***> на открытие кредитной линии (с лимитом выдачи) от  21.12.2015 г.  

Неисполнение обязанностей по кредитному договору подтверждено решением  Арбитражного суда г. Москвы от 21.01.2019 г. по делу № А40-199245/18-31-1521, которым  

обращено взыскание на объекты недвижимости ООО «КЦИТО», находящиеся в залоге у АО  «БАНК ДОМ.РФ».  

АО «БАНК ДОМ.РФ» приобрело право обратить взыскание на предмет залога в день  наступления срока исполнения обязательства, обеспеченного залогом.  

Основным должником по кредитному договору такое обязательство не было  исполнено 09.07.2018 г., следовательно, обязательство ООО «КЦИТО» по договору залога  перед банком возникло в этот же день.  

При этом, признаки неплатёжеспособности ООО «ИВАСТРОЙ» наступили в 2014  году, что подтверждается постановлением Арбитражного суда Московского округа от  10.04.2023 № по делу № А41-44410/2018.  

Кроме того, решением Арбитражного суда города Москвы от 14.12.2020 по делу №  А40-163921/19 с ООО «КЦИТО» в пользу ООО «Инвест Ойл» взыскана задолженность в  размере 160 000 000 руб.  

Согласно выводам суда, данная задолженность возникла по состоянию на 31.12.2016.  

Обязательство по указанному договору по возврату денежных средств до настоящего  момента со стороны ООО «КЦИТО» не исполнено.  

В соответствии с п. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления  последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

В рамках настоящего обособленного спора от конкурсного управляющего должника и  АО «БАНК ДОМ.РФ» поступили возражения относительно включения требования заявителя  в реестр требований кредиторов должника, которые полагают, что требования кредитора  подлежат субординации с учетом его аффилированности с должником.  

Статьей 19 Закона о банкротстве установлено, что заинтересованными лицами по  отношению к должнику признаются лица, которые в соответствии с Федеральным законом от  26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», входят в одну группу лиц с должником; лицо,  которое является аффилированным лицом должника.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта  общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение  аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе  компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в  хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их  исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При  представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в  частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по  требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по  опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может  быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки  либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в  определении от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056, именно нестандартный характер сделки,  недоступный иным участникам рынка может свидетельствовать о фактической  аффилированности должника и кредитора.  

Как следует из позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 305-ЭС18- 17629, в ситуации когда конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных  полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица, судам  следует проанализировать поведение лиц, которые входят в одну группу.  

О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могли  свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в  отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим  интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена  этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах,  кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.  

Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них  прямых доказательств неформальной аффилированности, судом приниматься во внимание  совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств.  

Как следует из отчета по результатам проверки финансово-хозяйственной  деятельности группы компаний «Урбан-Групп», проведенной на основании поручения  Министра строительства и ЖКХ ФИО6 от 24.05.2018 № 303-ПРМ-ВЯ, в общую  группу компаний «Урбан-Групп» входят: ООО «Энерго-Стандарт», ООО «КЦИТО», АО  «Урбан-Девелопмент».  

В рамках дел о банкротстве № А41-44410/2018, № А17-9818/2018 рассматривался ряд  обособленных споров в которых в материалы дела Фондом защиты прав граждан -  участников долевого строительства был представлен отчет по результатам проверки  финансово-хозяйственной деятельности группы компаний «Урбан-Групп», который был  признан судом относимым и допустимым доказательством (постановление Арбитражного  суда Московского округа от 16.01.2023 по делу № А40-26978/2019).  

Вышеназванный отчет признан надлежащим доказательством в подтверждение довода  об аффилированности членов группы ГК «Урбан-Групп» в рамках дела о банкротстве ООО  «Альянс-Пром» ( № А40-18077/2019), в деле о банкротстве ООО «Строй-Конструкция»  ( № А41-76223/2018) (постановление Второго арбитражного апелляционного суда от  27.01.2022 по делу № А17-10821/2018).  

ООО «КЦИТО» с 11.12.2014 по 26.03.2019 являлось учредителем ООО «ЦИТЭО» с  долей в размере 99%. Юридические адреса сторон сделки на момент ее заключения и до  настоящего момента совпадают.  

Данные признаки в соответствие с п. 1 ч. 1 ст. 9 ФЗ «О защите конкуренции»  указывают на вхождение лиц в одну группу.  

Материалами дела подтверждается, что заявитель и должник входят в одну группу  компаний и являются аффилированными лицами.  

Дополнительным доказательством взаимозависимости кредитора и должника является  то обстоятельство, что представителем ООО «ЦИТЭО» является ФИО4,  действующая по доверенности № 01 от 11.01.2022 г.  

Во время представления интересов ООО «ЦИТЭО», ФИО4 до 31.12.2022 г.  являлась также представителем ООО «КЦИТО» в силу доверенности № 3 от 10.01.2022 г.  

Причем ФИО4 реализовывала свои полномочия, предоставленные указанной  доверенностью, в том числе в период представления интересов ООО «ЦИТЭО».  

Кроме того, от имени ООО «ЦИТЭО» ранее в судебных заседаниях участвовал  представитель по доверенности – ФИО7 (решение Арбитражного суда Московской  области от 08.04.2021 г. по делу № А41-83085/2020).  

При этом ФИО7 действовал от имени ООО «КЦИТО» по доверенности от  01.12.2020 г.  

Помимо этого, от имени ООО «КЦИТО» ранее в судебных заседаниях участвовал  один и тот же представитель по доверенности – ФИО8 (постановление Десятого  арбитражного апелляционного от 20.01.2020 г. по делу А41-64348/19).  

При этом ФИО8 действовал от имени ООО «ЦИТЭО» по доверенности № 7 от  24.12.2018 г.  

В связи с этим имеет место перекрестное представительство одними и теми же  юристами группы компаний, связанных с должником и кредитором, что следует  квалифицировать как дополнительное свидетельство их фактической аффилированности.  

С учетом изложенных обстоятельств ООО «ЦИТЭО» не могло не знать о том, что  ООО «КЦИТО» фактически находится в ситуации имущественного кризиса, т.е. существует  реальная угроза неполучения денежного исполнения по указанным договорам.  

В такой ситуации вполне ожидаемым поведением любого не связанного с должником  разумного участника гражданского оборота явился бы отказ от исполнения договора либо  переход на условие «услуга против платежа». Это предопределено сущностью конструкции  коммерческой организации, предполагающей имущественную обособленность названного  субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), извлечение им прибыли в качестве основной цели деятельности  (п. 1 ст. 50 ГК РФ).  

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно  которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с  должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными,  понижается.  

Вместе с тем, судебной практикой выработаны подходы к разрешению споров по  включению требований аффилированных лиц в реестр требований кредиторов должника.  

При оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований  участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений,  сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального  кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику  денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при  определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно  компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность  должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения  уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную  кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в  интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю  независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и  должника.  

В данном случае задолженность возникла из отношений по корпоративному займу.  

В п. 3.3 Обзора от 29.01.2020 г. также даны разъяснения, что разновидностью  финансирования по смыслу п. 1 ст. 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим  лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа  подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по  отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или  после его передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной  сдачи их результатов (п. 1 ст. 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно  применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п. 1  ст.614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования  компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации  выдачи контролирующим лицом займа.  

При этом, контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного  финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были  обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг  (ст. 65 АПК РФ).  

В данном конкретном случае, как следует из материалов дела, ООО «ЦИТЭО»  длительное время не обращалось за взысканием задолженности, в том числе по договору  теплоснабжения, а потом не обращалось в суд с заявлением о признании ООО «КЦИТО»  

банкротом, несмотря на то, что ООО «КЦИТО» длительное время находилось в состоянии  имущественного кризиса.  

Первоначальным учредителем ООО «ЦИТЭО» являлось ООО «КЦИТО» с долей  участия 99% и сохраняло свою долю участия в период с 15.12.2014 г. по 26.03.2019 г.  Следовательно, на момент предоставления займа заявитель и должник являлись  аффилированными лицами.  

С учетом изложенных обстоятельств ООО «ЦИТЭО» не могло не знать о том, что  ООО «КЦИТО» фактически находится в ситуации имущественного кризиса, т.е. существует  реальная угроза неполучения денежного исполнения по указанным договорам.  

Не предъявление кредитором требований к должнику об уплате задолженности по  указанным договорам в течение длительного времени в ситуации имущественного кризиса  должника следует расценить как попытку сокрытия ситуации возникшего продолжительного  имущественного кризиса, что не соответствует законным интересам иных лиц - других  кредиторов должника, которые в результате длительного не возбуждения дела о банкротстве  лишены реальной возможности оценить действительное финансовое состояние своего  контрагента.  

ООО «ЦИТЭО» не представило достаточных доказательств, позволяющих сделать  вывод о том, что, не истребуя задолженность, оно действовало, исходя из объективных  рыночных условий.  

Такое поведение кредитора нетипично при заключении сделок по предоставлению  займов (кредитов), заключаемых в хозяйственном обороте не связанными друг с другом  внутригрупповыми отношениями юридическими лицами.  

Факт предоставления денежных средств по договору в условиях имущественного  кризиса должника подтвержден документально.  

В п. 3.4 Обзора от 29.01.2020 г. разъяснено, что не устраненные контролирующим  лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им  финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.  

Таким образом, учитывая, что ООО «ЦИТЭО» не объяснена экономическая  целесообразность совершения сделки между ними с точки зрения деятельности  коммерческих организаций, главной целью которых является получение прибыли, не  представлены пояснения относительно столь длительного периода времени не предъявления  к должнику требований об уплате долга, неоднократное продление срока возврата долга, а  также то, что действия названных субъектов в данном случае синхронны в отсутствие к тому  объективных экономических причин, они противоречат экономическим интересам одного  члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы,  выходят за пределы обычного и разумного поведения участников гражданского оборота, суд  первой инстанции пришел к верному выводу о том, что данные действия не могли иметь  место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и  тому же лицу и фактической аффилированности между должником ООО «ЦИТЭО».  

В п. 4 Обзора от 29.01.2020 г. разъяснено, что очередность удовлетворения требования  кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена,  если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием  контролирующего должника лица.  

В случае аффилированности должника по отношению к кредитору, последний обязан  исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность интересов  повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств  исполнения по существу фиктивной сделки с последующей противоправной целью.  

Кроме того, заявителем не доказана экономическая целесообразность, разумные  экономические основания выдачи займов должнику, находящемуся в банкротном состоянии.  

Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того,  являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу  независимых кредиторов.  

При банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может  быть противопоставлено их требованиям, оно подлежит удовлетворению после погашения  требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к  требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о  банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ.  

Как указывает ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

В соответствии с п. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления  последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

Приведенные обстоятельства не опровергнуты заявителем надлежащими  доказательствами по делу.  

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о  том, что требование кредитора в размере 20 685 435,86 руб. является обоснованным и  подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о  банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

 Доводы заявителя об отсутствии факта аффилированности должника и кредитора  опровергаются материалами дела и установленными по делу обстоятельствами, в связи с чем,  подлежат отклонению апелляционной коллегией.  

Лицам, входящим в группу компаний должно быть известно об имеющемся  имущественном кризисе Общества или о его скором наступлении.  

Доводы ООО «ЦИТЭО» об ошибочности его включения в периметр группы компаний  «Урбан-Групп» опровергаются доказательствами фактической аффилированности  дружественного займодавца и должника.  

Наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных  интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку  установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности  действий кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр.  

Сделка была заключена уже в период нахождения должника в состоянии  имущественного кризиса и со стороны ООО «ЦИТЭО» не предпринималось никаких  действий по взысканию задолженности, срок возврата задолженности необоснованно  продлевался.  

Такое поведение ООО «ЦИТЭО» нетипично при заключении сделок по  предоставлению займов (кредитов), заключаемых в хозяйственном обороте не связанными  друг с другом внутригрупповыми отношениями юридическими лицами.  

Целью заключения договора займа в рассматриваемом случае являлось распределение  денежных средств в группе компаний «Урбан-Групп», компании контролировались  собственниками бизнеса и единым менеджментом группы, были сформированы фактически  единые «центры прибыли» и «центры убытков», к которым относится в том числе ООО  «КЦИТО».  

Иные доводы проверены апелляционной коллегией и отклонены как необоснованные.  

В части прекращения производства по требованию в размере 126 427,00 руб. судебных  расходов заявителем определение суда от 26.02.24 не оспаривается.  

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были  бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение  для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и  обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел.  

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора  по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего  исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости,  допустимости и достаточности.  

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия считает, что выводы суда  первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при  правильном применении норм действующего законодательства.  

Иная оценка заявителем фактических обстоятельств дела и иное толкование им  положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не  свидетельствуют о существенных нарушениях судом норм материального права, повлиявших  на исход дела.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК  РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не  установлено.  

Руководствуясь статьями 223, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 26 февраля 2024 года по  

делу № А41-37114/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через  

Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия. 

Председательствующий В.А. Мурина  

Судьи: Н.Н. Катькина 

В.П. Мизяк