АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075   http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ Ф09-446/22 

Екатеринбург

03 июля 2023 г.

 

Дело № А76-40050/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июля 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Шершон Н.В., Новиковой О.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Романовой А.М. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Добродом» на определение Арбитражного суда Челябинской области от 07.10.2022 по делу № А76-40050/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции приняли участие представители:

конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 23.01.2023;

общества с ограниченной ответственностью «Добродом» – ФИО3 по доверенности от 25.11.2022.

 

Решением Арбитражного суда Челябинской от 15.04.2021 общество с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «10-й дом» (далее – общество «СЗ «10-й дом», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 При банкротстве должника применены правила параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) о банкротстве застройщиков.

Конкурсный управляющий ФИО1 02.08.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 15.05.2018, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Добродом» (далее – общество «Добродом», ответчик), применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика денежных средств в сумме 6 100 000 руб. (с учетом принятых судом уточнений заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ФИО5.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 07.10.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2023, заявление конкурсного управляющего общества «СЗ «10-й дом» удовлетворено.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, общество «Добродом» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда от 07.10.2022 и постановление суда от 23.03.2023 отменить, направить спор на новое рассмотрение.

В кассационной жалобе и дополнении к ней ответчик ссылается на необоснованность выводов судов об осведомленности ответчика о вредоносной цели сделки, нахождения должника на момент совершения спорной сделки в состоянии неплатежеспособности и недостаточности имущества. Так, общество «Добродом» указывает на то, что между бывшим руководителем должника ФИО5 и единственным учредителем ответчика 29.10.2016заключен брачный договор, устанавливающий раздельный режим собственности супругов. Оплата по договору была произведена до подписания спорного договора наличными денежными средствами (квитанция к приходному кассовому ордеру от 15.05.2018 № 15, справка общества «СЗ «10-й дом» об исполнении обязательств).

Заявитель кассационной жалобы также утверждает об отсутствии вреда имущественным правам кредиторов. Тот факт, что имущество ответчиком впоследствии использовалось для сдачи в аренду с последующим выкупом, свидетельствует о реальности сделки, об использовании имущества в соответствии с уставными целями. Кассатор отмечает, что в материалы дела представлены документы, подтверждающие финансовую возможность выдачи из кассы общества «Добродом» денежных средств в сумме 6 100 000 руб. в связи с чем полагает необоснованным соответствующие выводы судов.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий ФИО1 просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения, считает их законными и обоснованными.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между обществами «СЗ «10-й дом» (Продавец) и «Добродом» (Покупатель) 15.05.2018 заключен договор купли-продажи нежилого помещения № 11, общей площадью 224 кв.м., находящегося по адресу: Челябинская область, 

<

...>.

Цена нежилого помещения установлена в сумме 6 100 000 руб. (пункт 3 договора).

Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Челябинской области 25.05.2018.

Впоследствии, 08.04.2021 общество «Добродом» реализовало указанный объект недвижимости ФИО4 по цене 9 800 000 руб. (договор купли-продажи от 08.04.2021). Переход права собственности зарегистрирован 14.04.2021.

Ссылаясь на то, что договор купли-продажи от 15.05.2018 заключен в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки должника.

Удовлетворяя заявленные конкурсным управляющий обществом «СЗ «10-й дом» требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

Под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (статья 2 Закона о банкротстве).

При рассмотрении спора судами установлено, что дело о банкротстве общества «СЗ «10-й дом» возбуждено 27.09.2019, а спорная сделка заключена 15.05.2018, то есть в пределах срока, указанного в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (период подозрительности).

Проверяя критерии совершения сделки должником с целью причинить вред имущественным правам кредиторов (субъективный критерий умысла) и осведомленности стороны сделки о вредоносной цели должника (субъективный критерий осведомленности) судами установлено, что по состоянию на январь 2018, то есть за 4 месяца до совершения спорного договора у должника (застройщика) были просрочены обязательства перед подрядчиком. Так, судами отмечено, что в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов – обществ с ограниченной ответственностью «Специализированная монтажная компания», «Стройкомплек», индивидуального предпринимателя ФИО6, муниципального унитарного предприятия «Производственное объединение водоснабжения и водоотведения», ФИО7 на общую сумму 114 137 756,60 руб. При таких обстоятельствах, суды пришли к выводу, что к дате совершения сделки общество «СЗ «10-й дом» отвечал признакам неплатежеспособности.

Оценивая доводы об аффилированности общества «Добродом» по отношению к должнику, суды установили, что договор купли-продажи от 15.05.2018 подписан от лица ответчика ФИО8, которая с 14.11.2017 по 03.04.2020 являлась руководителем общества «Добродом», а также с 29.12.2017 является учредителем общества «СЗ «10-й дом» (конечным бенефициаром), кроме того на момент совершения спорной сделки единственным учредителем общества «Добродом» являлась ФИО9 (супруга ФИО5).

Более того, отмечено, что аффилированность должника и ответчика установлена постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2021 по делу № А76-36576/2019.

Судами также принято во внимание то обстоятельство, что обществом «Добродом» была выдана доверенность от 22.03.2019 ФИО5 на представление его интересов сроком действия 20 лет; в совокупности с иными вышеуказанными обстоятельствами наличие указанной доверенности с широким кругом полномочий на длительный срок свидетельствует о доверительных отношений, не доступных иным участникам гражданского оборота.

При таких с обстоятельствах, суды пришли к выводу о взаимозависимых (доверительных) отношений между покупателем (обществом «Добродом»), собственником земельного участка (обществом «СЗ «10-й Дом») и контролирующим должника лицом (ФИО5 – директором и конечным бенефициаром общества «СЗ «10-й Дом»), то есть должник и ответчик являются аффилированными лицами (статья 19 Закона о банкротстве), что предполагает (презюмирует) осведомленность общества «Добродом» о финансовом положении должника на момент заключения оспариваемого договора и общей цели их заключения (пункт 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Проверяя критерий причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделки (наступление вредоносных последствий), суды установили, что из договора купли-продажи от 15.05.2018 следует, что стороны установили цену сделки - 6 100 000 руб.; срок оплаты по договору определен до его подписания.

При этом суды критически отнеслись к представленному ответчиком в материалы дела доказательству оплаты цены сделки – копия квитанции к приходному кассовому ордеру от 15.05.2018 № 15, из которой следует, что должником от общества «Добродом» в лице ФИО9 были приняты наличные денежные средства в сумме 6 100 000 руб., поскольку такое внесение в кассу должника наличных денежных средствах в размере стоимости договора, не соответствует обычаям делового оборота и противоречит статье 861 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также пункту 4 Указаний Банка России от 09.12.2019 № 5348-У «Об осуществлении наличных расчетов».

Проверяя наличие у ответчика финансовой возможности приобретения спорного имущества, оценив представленную им копию квитанции к приходному кассовому ордеру, суды отметили, что ответчиком не представлены кассовые книги, из которых бы следовал факт наличия в распоряжении данного лица наличных денежных средств в спорной сумме, нет и доказательств снятия наличных средств со счета ответчика. Ни ответчик, ни контролирующее должника лицо (третье лицо в обособленном споре) не обосновало необходимость оплаты наличными денежными средствами.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о недоказанности наличия финансовой возможности у ответчика предоставить денежные средства в соответствующем объеме в виде наличных денежных средств.

Судами отклонены представленные ответчиком выписки по расчетным счетам должника, поскольку они не содержат информации о перечислении денежных средств в счет оплаты по договору. Кроме того, судами учтены пояснения конкурсного управляющего ФИО1, согласно которым ему кассовые документы должника не переданы, обоснование отсутствия таковых и невозможность их передачи по объективным причинам контролирующее должника лицо (третье лицо в обособленном споре) не привело, следовательно, проверить фактическое поступление средств в кассу не представляется возможным.

С учетом обстоятельств заинтересованности, непередачи документов по кассе должника, представлением копии квитанции к приходному кассовому ордеру судами также не приняты доводы третьего лица о том, что внесение средств на счет должника по иным операциям (от 17.07.2018 на сумму 4560 руб., 12.04.2019 на сумму 10 000 руб., 12.04.2019 – 40 тыс. руб., 19.11.2019 на сумму 4 540 000 руб., 06.12.2019 – 1,4 млн. руб.), как не соотносящиеся по суммам и периоду с моментом совершения оспариваемой сделки и ценой договора.

При таких обстоятельствах, судами первой и апелляционной инстанций констатирована недоказанность, во-первых, внесения в кассу должника наличных средств по договору, во-вторых, наличия у ответчика финансовой возможности передать должнику указанную в договоре купли-продажи сумму на дату совершения сделки, в связи с чем судами сделан вывод о том, что расчет по оспариваемому договору не произведен, а, следовательно, в результате совершения должником спорной сделки причинен вред имущественным правам кредитора в виде уменьшения размера активов должника (нежилое помещение общей площадью 224 кв.м., находящее по адресу: 

<

...>), приведшее к частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его активов/имущества.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, принимая во внимание совершение сделки в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, учитывая, что на момент заключения сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, установив, что общества «Добродом» и «СЗ «10-й дом» являются аффилированными лицами, в отсутствие в материалах дела надлежащих доказательств получения должником средств по спорному договору, наличия финансовой возможности у ответчика на оплату по договору купли-продажи (статья 9, 64, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), принимая во внимание, что в результате заключения спорных сделок причинен вред имущественным правам кредиторов в виде выбытия из собственности должника имущества, реализация которого может привести к частичному удовлетворению требований кредиторов, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для признания договора купли-продажи от 15.05.2018 недействительным.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, принимая во внимание, что спорный объект недвижимости был продан ответчиком третьему лицу ФИО4, суды применили последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества «Добродом» денежных средств в сумме 6 100 000 руб.

Судами установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана правовая оценка, применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству. 

Доводы подателя кассационной жалобы о том, что между бывшим руководителем должника ФИО5 и единственным учредителем ответчика 29.10.2016 заключен брачный договор, устанавливающий раздельный режим собственности супругов, а также о том, что на строительство объектов по договорам с должником потрачено существенно больше средств, чем привлечено от дольщиков в связи с чем на строительство привлекались наличные денежные средства судом округа рассмотрены и отклонены, поскольку были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, получили правовую оценку и выводов судов не опровергают, о наличии оснований для отмены вынесенных судебных актов не свидетельствуют. Так, судами учтено, что заключение брачного договора от 29.10.2016 между ФИО5 и ФИО9 не опровергает иные обстоятельства аффилированности обществ «Добродом» и «СЗ «10-й дом» (через контролирующие их лица; установление аффилированности при рассмотрении дела № А76-36576/2019; выдача доверенности с расширенным кругом полномочий на длительный срок и др.), более того, данный факт не исключает возможности для аффилированного лица действовать совместно с должником в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника. Иное утверждение также отклонено как вероятностное – подтверждение того, что на эти цели израсходованы спорные денежные средства ответчика, отсутствует, а заключения экспертиз сами по себе не подтверждают, что использованные при строительстве средства получены от ответчика. Доводы об отсутствии признаков неплатежеспособности должника на дату совершения сделки также были отклонены как противоречащие фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам.

Ссылки кассатора на отсутствие критерия причинения вреда имущественным правам кредиторов, мотивированные тем, что оплата по договору была произведена до подписания спорного договора наличными денежными средствами (квитанция к приходному кассовому ордеру, справка должника об исполнении обязательств) и в материалы дела им представлены документы, подтверждающие финансовую возможность выдачи из кассы общества «Добродом» денежных средств в сумме 6 100 000 руб., окружным судом отклоняются как направленные на переоценку установленных по спору обстоятельств.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Иная оценка заявителем жалобы фактических обстоятельств дела, а также иное толкование им положений закона не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Довод кассационной жалобы о том, что имущество ответчиком впоследствии использовалось для сдачи в аренду с последующим выкупом, что свидетельствует о реальности сделки, об использовании имущества в соответствии с его уставными целями судом округа не принимается как не имеющий правового значения для проверки законности судебных актов о признании сделки недействительной в соответствии с положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иные доводы кассатора, изложенные в жалобе, судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, выводов судов не опровергают,  о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, представленные сторонами доказательства полно и всесторонне исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Принимая во внимание, что при подаче кассационной жалобы государственная пошлина не была уплачена, заявлено ходатайство о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины до окончания кассационного производства, при этом доказательств ее уплаты ко дню судебного заседания не представлено, с кассатора подлежат взысканию в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе (подпункты 4 и 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации). 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 07.10.2022 по делу № А76-40050/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ДоброДом» – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДоброДом» в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение кассационной жалобы в сумме 3000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Е.А. Павлова 

 

Судьи                                                                            Н.В. Шершон 

 

                                                                                             О.Н. Новикова